Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Ученые записки Выпуск V. Ббк 67




страница13/28
Дата15.05.2017
Размер5.71 Mb.
ТипУченые записки
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   28

Библиография:

  1. Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации от 12 ноября 2009 года [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс: справ.правовая система. Версия Проф, сетевая. Электрон.дан. М., 2011. Доступ из локальной сети Науч. б-ки Том.гос. ун-та.

  2. Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации от 30 ноября 2010 года [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс: справ.правовая система. Версия Проф, сетевая. Электрон.дан. М., 2011. Доступ из локальной сети Науч. б-ки Том.гос. ун-та.

  3. Распоряжение Правительства РФ от 14.10.2010 № 1772-р «О Концепции развития уголовно-исполнительной системы до 2020 года[Электронный ресурс] // КонсультантПлюс: справ.правовая система. Версия Проф, сетевая. Электрон.дан. М., 2011. Доступ из локальной сети Науч. б-ки Том.гос. ун-та.

  4. Гета М.Р. Ограничение свободы: новелла уголовного закона // Правовые проблемы укрепления российской государственности: сб. статей ч. 47. – Томск, 2010. – 264 с.

  5. Антонов Т.Г. Назначение и исполнение ограничения свободы в качестве дополнительного наказания // Правовые проблемы укрепления российской государственности: сб. статей ч. 50. – Томск. - 2011.

  6. Уткин В.А. Осужденные в колониях-поселениях. По материалам специальной переписи осужденных и лиц, содержащихся под стражей, 12-18 ноября 2009 года / под ред. д.ю.н., профессора В.И. Селиверстова. Вып. №1. – М.: ИД «Юриспруденция», 2011. – 128 с.


Будатаров Содном Михайлович,

к.ю.н., декан факультета подготовки специалистов

для судебной системы Западно-Сибирского филиала РАП (г. Томск)
Понятие коррупции в международных актах
Международным сообществом коррупция стала осознаваться как одна из угроз для человечества только в последние два десятилетия. В 2004 году в Докладе ООН в лице Группы высокого уровня по угрозам, вызовам и переменам «Более безопасный мир: наша общая ответственность» коррупция отнесена к факторам, которые ослабляют государства, препятствуют экономическому росту и подрывают демократию [1]. Повышенное внимание международного сообщества к коррупционным проявлениям обусловлено, на наш взгляд, несколькими обстоятельствами.

Во-первых, усилением роли и влияния международных организаций в решении глобальных вопросов. Так, одним из важнейших глобальных финансовых институтов современного мирового развития является группа Всемирного банка, включающая в себя Международный банк реконструкции и развития (МБРР), Международную ассоциацию развития (МАР), Международную финансовую корпорацию (МФК), Международное агентство по инвестиционным гарантиям (МИГА) и другие организации. Осуществляя инвестирование значительного количества деловых проектов, а также поддерживая различные социальные программы и осуществляя операции по всем миру, Всемирный банк стремится обеспечить эффективное использование выделяемых средств. Коррупция, справедливо отмечает М.В. Шугуров «препятствуют эффективному и целевому расходованию предоставляемых средств как самого Банка, так и средств, привлекаемых им с мировых рынков капитала для осуществления операций и для реализации проектов и программ, которые он финансирует или поддерживает» [2. С. 24-39.].В документах Всемирного Банка подчеркивается, что «через взяточничество, мошенничество и незаконное присвоение экономических привилегий коррупция обкрадывает бедное население отвлечением ресурсов от тех, кто в них более всего нуждается» [3.P. 112].

Во-вторых, активным развитием межгосударственных отношений, созданием региональных и континентальных межгосударственных организаций, решения которых влияют на социально-экономическое развитие стран-участниц этих организаций (ЕС, СНГ, Союзное государство и т.д.). Коррупция в этих организациях может иметь серьезные последствия для региональных экономик и глобального рынка.

В-третьих, глобализациейрынка и развитием транснациональных корпораций. В докладе Генерального секретаря ООН, представленном на открытии Десятого Конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (г. Вена, 10-17 апреля 2000 г.), глобализация определяется как «свободное перемещение потока денег и товаров, дополненное не менее мощным раскрепощающим потоком идей и информации в результате внедрения новых технологий» [4.C. 88]. Существуют и другие определения глобализации. И.И. Лукашук понимает под глобализацией «всемирный процесс, взаимосвязывающий национальные социально-экономические образования в единую мировую экономическую и общественную систему» [5.C. 1]. Вне всяких сомнений, что коррупция становится одним из инструментов в борьбе за рынки сбыта и потребителя. Так,по данным газеты «Ведомости» в октябре 2007 г. Мюнхенский окружной суд наложил на Siemens штраф в 201 млн евро. В решении описаны подробности 77 взяток чиновникам и менеджерам в России, Ливии и Нигерии на 12 млн. евро [6].«Российская газета» приводит сведения о том, что в Германии предъявлено обвинение бывшему члену правления концерна «Сименс» Гюнтеру Вильхельму в уходе от уплаты налогов и подстрекательстве к коррупции.В заключительном обвинении немецкой прокуратуры, в частности говорится, что Вильхельм использовал служебное положение для того, чтобы добиться подписания в 2001 году «рамочного соглашения» между подразделением «Сименса», специализирующемся на автоматике и управлении, и консультационной компанией в Баварии, которая занималась обучением персонала и проведением различного рода исследований рабочих процессов. Ежеквартально на счета консультантов переводились средства в размере 500 тысяч евро. Эти деньги по официальной статистике не проводились, а использовались на взятки должностным лицам, от которых зависело получение концерном крупных заказов, в том числе за рубежом. Причем Вильхельм непосредственно имел отношение к переводу средств по 44 поддельным счетам, которые затем использовались в коррупционных целях [7]. Таким образом, коррупция является не только следствием глобализации. Коррупция является инструментом глобализации [8.C. 15].

Подобные примеры способствовали тому, что проблема коррупции стала одной из главных повесток специальных органов ООН. В Декларации ООН «О борьбе с коррупцией и взяточничеством в международных коммерческих операциях», принятой 16.12.1996 Резолюцией 51/191 на 86-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН отмечается, что «действенные усилия на всех уровнях по борьбе с коррупцией и взяточничеством и их недопущению во всех странах являются важными компонентами улучшения международной деловой обстановки, что они способствуют повышению степени добросовестности и усилению конкуренции в международных коммерческих операциях и представляют собой один из ключевых элементов деятельности по содействию обеспечению транспарентности и подотчетности в управлении, экономического и социального развития и охраны окружающей среды и что такие усилия особенно необходимы в условиях усиления конкуренции в рамках глобализированной мировой экономики»

В-четвертых, опасностью для международного сообщества, порождаемой деятельностью преступных организаций. Им зачастую содействуют сотрудники таможенных органов, иных правоохранительных органов, чиновники различного уровня. Они за взятки покровительствуют международным преступным синдикатам, обеспечивают дипломатическое прикрытие, выдают паспорта, виды на жительство, иные разрешительные документы и т.д.

Вызовы, брошенные организованной преступностью, способствовали принятию Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности (2000 г.), ратифицированной Россией в апреле 2004 г.Согласно ст. 3 Конвенции преступление носит транснациональный характер, если: а) совершено в более чем одном государстве; б) совершено в одном государстве, но существенная часть его подготовки, планирования, руководства или контроля имеет место в другом государстве; в) совершено в одном государстве, но при участии организованной преступной группы, которая осуществляет преступную деятельность в более чем одном государстве; г) совершено в одном государстве, но их существенные последствия имеют место в другом государстве [9].

Все международные акты о противодействии коррупции можно разделить на общие и региональные. Объединяющей чертой всех актов является то, что в них дается не столько определение коррупции, сколько перечисляются виды коррупционных деяний. Разница между ними заключается в количестве и видах этих деяний.

К общим международным актам следует отнести документы, принимаемые под эгидой ООН.

Одним из первых международных документов, указывающих на коррупционные деяния, является Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка, принятый Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 34/169 от 17 декабря 1979 г. (далее – Кодекс поведения). В Кодексе поведения подчеркивается, что «должностные лица по поддержанию правопорядка не совершают какие-либо акты коррупции. Они также всемерно препятствуют любым таким актам и борются с ними».

В Кодексе поведения отмечается, что «понятие коррупции должно определяться в соответствии с национальным правом». В то же время, по мнению разработчиков Кодекса поведения, понятие коррупции «охватывает совершение или несовершение какого-либо действия при исполнении обязанностей или по причине этих обязанностей в результате требуемых или принятых подарков, обещаний или стимулов или их незаконное получение всякий раз, когда имеет место такое действие или бездействие». Любопытно, что к «акту коррупции» в резолюции Генеральной ассамблее ООН отнесена «попытка подкупа» (ст. 7).

Как видим, данный международный акт относит к коррупционным деяниям по существу два вида деяний – получение взятки и покушение на дачу взятки. Логично сделать вывод о том, что субъектами коррупционных деяний могут быть не только должностные лица по поддержанию правопорядка, но и частные лица, которые пытаются дать взятку. Признание коррупционерами должностных лиц не вызывает сомнений, однако признание таковыми частных лиц вызывает сильное сомнение.

К должностным лицам Кодекс 1979 года относит лиц, которые «постоянно выполняют возложенные на них законом обязанности, служа общине и защищая всех лиц от противоправных актов в соответствии с высокой степенью ответственности, требуемой их профессией». Термин «должностные лица по поддержанию правопорядка», согласно ст. 1 Кодекса поведения, включает всех назначаемых или избираемых должностных лиц, связанных с применением права, которые обладают полицейскими полномочиями, особенно полномочиями на задержание правонарушителей. В тех странах, где полицейские полномочия осуществляются представителями военных властей в форменной или гражданской одежде или силами государственной безопасности, определение понятия «должностные лица по поддержанию правопорядка» охватывает сотрудников таких служб.

Одним из ключевых признаков является термин «служба обществу». Этот термин раскрывает предназначение должностных лиц по поддержанию правопорядка - они служат обществу, оберегают его интересы. Служба обществу «включает в себя, в частности, оказание услуг и помощи тем членам общины, которые по личным экономическим, социальным или другим причинам чрезвычайного характера нуждаются в немедленной помощи» (ст. 1). Справедливо поэтому указание на то, что «любой акт коррупции, как и любое другое злоупотребление властью, несовместим со служебным статусом должностного лица по поддержанию правопорядка» (ст. 7).

Уместно добавить, что в соответствии с Руководящими принципами для эффективного осуществления Кодекса поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка, утвержденными резолюцией Экономического и Социального Совета ООН 1989/61 от 24 мая 1989 г. «для достижения целей и задач, изложенных в статье 1 Кодекса и комментариях к ней, определению «должностное лицо по поддержанию правопорядка» придается как можно более широкое толкование. Далее указывается, что «Кодекс применяется ко всем должностным лицам по поддержанию правопорядка, независимо от их ведомственной принадлежности» (подп. 2 п. «А»).

О том, кто может предпринять попытку подкупа должностного лица, международный акт не разъясняет. Скорее всего, к ним могут быть отнесены любые лица. Однако признание покушения на дачу взятки коррупционным деянием не согласуется с другим положением данного международного акта. В Кодексе поведения обращается внимание на то, что «к любому должностному лицу по поддержанию правопорядка, совершившему акт коррупции, закон должен применяться в полной мере, поскольку правительства не могут ожидать от граждан соблюдения ими правопорядка, если они не могут или не хотят обеспечивать соблюдение законности их собственными должностными лицами и в рамках их собственных учреждений» (ст. 7). По смыслу данного положения, государство не может ожидать от граждан отказа от попыток подкупа должностных лиц, поскольку должностные лица, которые должны всемерно препятствовать любым актам коррупции и бороться с ними, сами подают негативный пример, принимая или требуя взятки. Следовательно, виновными в коррупции являются представители власти, а не частные лица.

На наш взгляд, в Кодексе поведения было бы правильным сделать особую оговорку о том, что «попытка подкупа» должна рассматриваться не как «акт коррупции», а как «условие, способствующее акту коррупции». В противном случае положение Кодекса поведения может быть истолковано против честного и добросовестного должностного лица. Так, по смыслу международного документа, любое обвинение в попытке подкупа должно быть поводом для освобождения лица от занимаемой должности. В ст. 7 прямо указывается, что «любой акт коррупции, как и любое другое злоупотребление властью, несовместим со служебным статусом должностного лица по поддержанию правопорядка». «Попытка подкупа», как уже отмечалось ранее, является «актом коррупции». Логично предположить, что попытка подкупа какого-либо чиновника является фактом, несовместимым со служебным статусом должностного лица. Но покушения на дачу взятки бывают удачные и неудачные. Взяткодатель может быть огорчен тем, что должностное лицо не только отказало в его просьбе, но и способствовало привлечению этого взяткодателя к уголовной ответственности. Факт попытки подкупа налицо, но нет акта коррупции.

В отраслевых актах ООН дается более широкий перечень коррупционных деяний. Первый отраслевой акт ООН о противодействии коррупции был принят на уровне Декларации о борьбе с коррупцией и взяточничеством в международных коммерческих операциях от 16 декабря 1996 г. В Декларации отмечается, что государства - члены обязуются: принимать эффективные и конкретные меры по борьбе со всеми формами коррупции, взяточничества и связанными с ними противоправными действиями в международных коммерческих операциях, в частности обеспечивать эффективное применение действующих законов, запрещающих взятки в международных коммерческих операциях, содействовать принятию законов в этих целях там, где их не существует, и призывать находящиеся под их юрисдикцией частные и государственные корпорации, занимающиеся международными коммерческими операциями, в том числе транснациональные корпорации, и отдельных лиц, занимающихся такими операциями, содействовать достижению целей настоящей Декларации.

Декларация не дает ни определение коррупции, ни перечень коррупционных деяний. Есть лишь упоминание о «формах коррупции». Что следует относить к «формам коррупции» Декларация не указывает. Однако в ней дается широкий перечень форм взяточничества. Указывается, что взяточничество может включать, в частности, следующие элементы: a) предложение, обещание или передачу любой частной или государственной корпорацией, в том числе транснациональной корпорацией, или отдельным лицом какого-либо государства лично или через посредников любых денежных сумм, подарков или других выгод любому государственному должностному лицу или избранному представителю другой страны в качестве неправомерного вознаграждения за выполнение или невыполнение этим должностным лицом или представителем своих служебных обязанностей в связи с той или иной международной коммерческой операцией; b) вымогательство, требование, согласие на получение или фактическое получение любым государственным должностным лицом или избранным представителем какого-либо государства лично или через посредников денежных сумм, подарков или других выгод от любой частной или государственной корпорации, в том числе транснациональной корпорации, или отдельного лица из другой страны в качестве неправомерного вознаграждения за выполнение или невыполнение этим должностным лицом или представителем своих служебных обязанностей в связи с той или иной международной коммерческой операцией (ст. 3).

В статье 6 также говориться о необходимости преследования «незаконного обогащения государственных должностных лиц или избранных представителей». При этом не разъясняется природа данного проступка. Между тем его, с одной стороны, можно рассматривать в качестве самостоятельного преступного деяния, под которое подходит любое незаконное обогащение, в том числе и получение взятки. С другой, как следствие акта коррупции, которое устраняется мерами конфискации. Тогда незаконное обогащение вряд ли можно отнести к коррупционным деяниям.



Резолюцией 55/25 Генеральной Ассамблеи ООНот 15 ноября 2000 г. была принята Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности. В этой Конвенции предлагается «криминализировать коррупцию» (ст. 8). Под «криминализацией коррупцией» данный международный акт понимает признание государствами в качестве уголовно наказуемых двух умышленных деяний: а) обещание, предложение или предоставление публичному должностному лицу, лично или через посредников, какого-либо неправомерного преимущества для самого должностного лица или иного физического или юридического лица, с тем чтобы это должностное лицо совершило какое-либо действие или бездействие при выполнении своих должностных обязанностей; b) вымогательство или принятие публичным должностным лицом, лично или через посредников, какого-либо неправомерного преимущества для самого должностного лица или иного физического или юридического лица, с тем чтобы это должностное лицо совершило какое-либо действие или бездействие при выполнении своих должностных обязанностей. В п. 3 ст. 8 предлагается признать в качестве уголовно наказуемого действия «сообщников», способствовавших взяткополучателю и взяткодателю. Как видим, к коррупции вновь отнесены разновидности взяточничества – дача, получение и вымогательство взятки, а также о пособничество во взяточничестве.

Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности дает понятие субъекта коррупционной сделки – «публичного должностного лица». Под ним понимается «публичное должностное лицо или лицо, предоставляющее какую-либо публичную услугу, как это определяется во внутреннем законодательстве Государства-участника, в котором данное лицо выполняет такие функции, и как это применяется в уголовном законодательстве этого Государства-участника» (п. 4 ст. 8). Однако Конвенция к субъектам коррупционных сделок предлагает относить не только должностных лиц национальных органов власти, но и должностных лиц наднациональных и межгосударственных органов. В пункте 2 ст. 8 Конвенции указывается, что каждое Государство-участник рассматривает возможность принятия таких законодательных и других мер, какие могут потребоваться, с тем, чтобы признать в качестве уголовно наказуемых коррупционные деяния, когда в них участвует какое-либо иностранное публичное должностное лицо или международный гражданский служащий.

Примечательно, что Конвенция не ограничивается перечислением видов взяточничества. Каждое «Государство-участник, - отмечается в п. 2 ст. 8 Конвенции, - также рассматривает возможность признать уголовно наказуемыми другие формы коррупции». Что это за формы коррупции Конвенция не уточняет.

Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка, Декларация о борьбе с коррупцией и взяточничеством в международных коммерческих операциях,Конвенцию ООН против транснациональной организованной преступности и другие международные акты можно рассматривать в качестве подготовительных мероприятий, которые способствовали консолидации международного сообщества в борьбе с коррупцией. Вершиной этой консолидации стало принятие Конвенции ООН против коррупции 2003 года.

Конвенцию ООН против коррупции 2003 г. обозначает сферы, где возможна коррупция, дает представление о должностном лице, перечисляет виды коррупционных деяний, рекомендуемых для включения в уголовное законодательство, затрагивает отдельные процессуальные аспекты, вопросы взаимной правовой помощи, обмена информацией. В ней рассмотрены некоторые аспекты предупреждения коррупции, даны конкретные рекомендации по пресечению отмывания денежных средств, возвращению активов.

Специалисты в области международного права отмечают, что разработка Конвенции ООН против коррупции началась в ООН с 2000 года. На основании Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 55/61 от 4 декабря 2000 г. и 55/260 от 31 января 2002 г. Специальный комитет получил мандат на разработку международно-правового акта против коррупции. В соответствии с полученным мандатом Специальный комитет организовал проведение семи сессий, в ходе которых были намечены базовые контуры разрабатываемой конвенции и выработаны соответствующие механизмы международного контроля. Конвенция ООН против коррупции была одобрена на 58-й сессии Генеральной Ассамблеей ООН 31 октября 2003 г. и открыта для подписания во время Конференции высокого уровня, которая состоялась в Мериде (Мексика) 9 - 11 декабря 2003 г. Конвенция вступила в силу после получения Генеральным секретарем ООН 30-й ратификационной грамоты (Эквадор)[10]. 9 декабря 2003 г. Российская Федерация подписала Конвенцию ООН против коррупции. Федеральным законом от 08.03.2006 N 40-ФЗ она была ратифицирована с восемью оговорками. Одно из них заключается в том, что Российская Федерация обладает юрисдикцией в отношении деяний, признанных преступными согласно статье 15, пункту 1 статьи 16, статьям 17 - 19, 21 и 22, пункту 1 статьи 23, статьям 24, 25 и 27 Конвенции, в случаях, предусмотренных пунктами 1 и 3 статьи 42 Конвенции.

Любой правовой акт является компромиссом, достигнутым в ходе обсуждения законопроекта. Не стала исключением и Конвенция ООН 2003 года. Компромисс был достигнут в части определения таких понятий как «публичное должностное лицо», «иностранное публичное должностное лицо», «должностное лицо публичной международной организации», «доходы от преступления», «конфискация» и других. Вместе с тем стороны не смоги прийти к соглашению об определении коррупции. А.Х. Абашидзе пишет, что «в процессе разработки Конвенции вокруг определения коррупции велись острые дискуссии, вызванные различными причинами, в том числе языковыми (или переводом данного термина). Дело в том, что в английском варианте под коррупцией понимается мздоимство, а на французском данное явление ассоциируется со взяточничеством или подкупом. В итоге хотя понятие "коррупция" не раскрывается в понятийном аппарате Конвенции ООН, оно тем не менее выводимо из ее положений, шире используемых формулировок преступлений, непосредственно связанных с коррупцией»[10].

Отчасти с суждениями А.Х. Абашидзе следует согласиться. Действительно, в Конвенции ООН 2003 года дан широкий перечень коррупционных деяний – взяточничество, хищения, неправомерное присвоение или иное нецелевое использование имущества публичным должностным лицом и т.д. Вместе с тем положения Конвенции не только не дают возможность определения коррупции, но и значительно запутывают установление сущности этого социального явления.

Конвенция предлагает государствам-членам криминализировать следующие коррупционные деяния: 1) подкуп национальных публичных должностных лиц (ст. 15); 2) подкуп иностранных публичных должностных лиц и должностных лиц публичных международных организаций (ст. 16); 3) хищение, неправомерное присвоение или иное нецелевое использование имущества публичным должностным лицом (ст. 17); 4) злоупотребление влиянием в корыстных целях (ст. 18); 5) злоупотребление служебным положением (ст. 19); 6) незаконное обогащение (ст. 20); 7) подкуп в частном секторе (ст. 21); 8) хищение имущества в частном секторе (ст. 22); 9) отмывание доходов от преступлений (ст. 23); 10) сокрытие или непрерывное удержание имущества, если соответствующему лицу известно, что такое имущество получено в результате любого из преступлений, признанных таковыми в соответствии с настоящей Конвенцией (ст. 24); 11) воспрепятствование осуществлению правосудия (ст. 25).

Можно заметить, что к коррупции отнесены не только действия должностных лиц, но и действия частных лиц. Ущерб от коррупционных деяний может быть причинен как обществу и государству, так и частным компаниям. Все это не дает возможности определить, что же является объектом коррупционных посягательств, какова сущность коррупции.

В Конвенции дан ограниченный перечень коррупционных деяний. Но очевидно, что коррупционные деяния значительно шире этого перечня. Можно привести десятки примеров коррупционных деяний, которые не охватываются главой III Конвенции. Например, превышение власти, рейдерство и т.д. К коррупции можно отнести действия представителей власти, которые связаны с получением нематериальных выгод, в частности покровительство и попустительство по службе. Последние деяния очень сложно криминализировать («услуга за услугу», «телефонное» право, назначение на должность по родственным «каналам», а также лиц, находящихся с должностным лицом в интимных отношениях и т.п.). Не случайно в зарубежной юридической литературе коррупцию не ограничивают перечислением конкретных преступных деяний. Так, по мнению Д. Бейли, коррупция представляет собой злоупотребление властью как результат ее использования в личных целях, которые не обязательно должны быть материальными. Другой исследователь, К. Фридрих считает, что коррупция - это отклоняющееся поведение, соединенное с частной мотивацией, означающей, что частные (индивидуальные, групповые) цели преследуются за публичный счет. Более развернуто определяет коррупцию Дж. Най. Он рассматривает ее как поведение, которое отклоняется от формальных обязанностей публичной роли под воздействием частных (индивидуальных, семейных, частной клики) материальных или статусных целей либо нарушает правила, запрещающие определенные виды относительно частного влияния [11].

В рассматриваемом международном акте коррупционность или не коррупционность деяния ставится в зависимость от факта криминализации национальным законодателем деяний, предусмотренных главой III Конвенции. С таким подходом нельзя согласиться. Коррупция - явление социальное, которое не может зависеть от решения национального законодателя. В противном случае придется признать, что если какие-то из указанных деяний не были криминализированы, то не может быть и соответствующих коррупционных деяний.

Конвенция ООН 2003 года установление факта коррупции ставит в зависимость от судебного решения - обвинительного приговора суда. Но дело в том, что криминализировав коррупционное деяние, государство обязано соблюдать презумпцию невиновности. В соответствии со ст. 11 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10.12.1948 «каждый человек, обвиняемый в совершении преступления, имеет право считаться невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком путем гласного судебного разбирательства, при котором ему обеспечиваются все возможности для защиты». Следовательно, лицо, обвиняемое в коррупционном деянии, будет признано коррупционером только после того, как в законную силу вступит обвинительный приговор суда.

Таким образом, коррупция находится в плоскости уголовно-правовых и уголовно-процессуальных отношений. Она ограничена рамками норм уголовного закона и зависима от уголовно-процессуальных процедур. Если за недоказанностью или по каким-то иным причинам лицо, совершившее коррупционное деяние, будет оправдано, то деяние нельзя назвать коррупцией, а лицо, его совершившее – коррупционером.

Руководствуясь такой логикой можно прийти к оригинальным выводам. Например, в Конвенции указывается, что «каждое государство-участник, в надлежащих случаях, устанавливает согласно своему внутреннему законодательству длительный срок давности для возбуждения производства в отношении любых преступлений, признанных таковыми в соответствии с настоящей Конвенцией, и устанавливает более длительный срок давности или возможность приостановления течения срока давности в тех случаях, когда лицо, подозреваемое в совершении преступления, уклоняется от правосудия» (ст. 29). Предположим, что руководствуясь этой нормой, национальный законодатель установил более длительный срок давности привлечения к уголовной ответственности. Но сроки давности, так или иначе, заканчиваются. Истечение срока давности является основанием для освобождения от уголовной ответственности. Следовательно, лицо, освобожденное от уголовной ответственности по этому основанию, не может быть признано коррупционером. Безусловно, идея установления более длительных сроков давности привлечения к уголовной ответственности имеет под собой определенную логику. Преступления коррупционной направленности высоко латентные деяния, их сложно выявить. Но может ли иметь срок давности такое социальное явление как коррупция?

Согласно п. 6 ст. 30 Конвенции «публичное должностное лицо, обвиненное в совершении преступления, признанного таковым в соответствии с настоящей Конвенцией, может быть в надлежащих случаях смещено, временно отстранено от выполнения служебных обязанностей или переведено на другую должность соответствующим органом, с учетом необходимости уважения принципа презумпции невиновности». Предположим, что лицо было обвинено в совершении коррупционного деяния, но за недостаточностью доказательств оно было оправдано. По логике Конвенции такое лицо имеет полное право возвратиться на занимаемую должность и выполнять возложенные на него обязанности. С точки зрения презумпции невиновности такое решение не вызывает возражений. Однако насколько это допустимо с позиции предупреждения коррупции?

Показателен в этом отношении следующий пример. По сведениям интернет-портала «Вечерняя Москва» «палата лордов британского парламента проголосовала в среду за временное отстранение от своих обязанностей двух депутатов, подозреваемых в коррупции, передает РИА Новости. В конце января британская SundayTimes опубликовала запись беседы, где четыре депутата верхней палаты парламента, ранее занимавшие должности в британском правительстве, допускали возможность получения взяток за принятие законов по ряду вопросов. Все оказавшиеся под подозрением депутаты принадлежали к правящей Лейбористской партии. В феврале столичная полиция Лондона отказалась проводить расследование подозрений в коррупции и злоупотреблении служебным положением в отношении депутатов. Лидер лейбористской фракции в Палате лордов баронесса Ройял поручила провести внутреннее расследование инцидента комитету Палаты лордов по привилегиям. По итогам расследования комитет постановил провести голосование в палате по судьбе двух депутатов - лорда Траскотта и лорда Тейлора. С двоих других парламентариев - лорда Муни и лорда Снейпа - подозрения были сняты. При этом они должны будут принести извинения за "неподобающее отношение" к существующим парламентским правилам, запрещающим лоббирование законов за вознаграждение. После обсуждения ситуации на заседании палаты в среду лорды проголосовали за отстранение лорда Траскотта и лорда Тейлора от исполнения обязанностей до конца нынешней парламентской сессии в ноябре этого года с лишением права претендовать на налоговый вычет за этот же период. Лорд Траскотт также объявил о своем выходе из рядов Лейбористской партии» [12].

По смыслу Конвенции ООН против коррупции лорд Траскотт и лорд Тейлор не являются коррупционерами, поскольку они не совершили преступления коррупционной направленности и в отношении них не вступил в законную силу обвинительный приговор суда.



Каталог: rimg -> files
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   28

  • Понятие коррупции в международных актах
  • Декларации ООН «О борьбе с коррупцией и взяточничеством в международных коммерческих операциях», принятой 16.12.1996 Резолюцией 51/191 на 86-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН
  • Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка, принятый Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 34/169 от 17 декабря 1979 г. (далее – Кодекс поведения).
  • Декларации о борьбе с коррупцией и взяточничеством в международных коммерческих операциях от 16 декабря 1996 г.
  • Резолюцией 55/25 Генеральной Ассамблеи ООН от 15 ноября 2000 г. была принята Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности
  • Конвенции ООН против коррупции 2003 года
  • Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 55/61 от 4 декабря 2000 г. и 55/260 от 31 января 2002 г.