Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Сто великих писателей москва "вече" 2004




страница44/57
Дата06.07.2018
Размер7.95 Mb.
1   ...   40   41   42   43   44   45   46   47   ...   57

подводит "итог всему тому, что говорит за и против моей женитьбы" - целых семь

пунктов. "Против" победило: "Мне часто необходимо быть одному. Все, что я

сделал, результат одиночества... Не будет ли это в ущерб писанию? Только не это,

только не это!" Фелиция, почувствовав охлаждение, шлет залитые слезами письма.

Кафка записывает в дневнике: "Я люблю ее, насколько способен на это, но любовь

душат страх и самобичевание". На следующий день продолжает тему: "Единственным

выходом кажется прыжок из окна". Отношения были разорваны. Помолвка с Юлией

имела тот же финал.

Несмотря на разрушенную отцом способность к волеизъявлению, Кафка сохранил

маниакальное упорство в одном - в отстаивании творческой свободы. Это же

сформировало и привычку к одиночеству. Кафке вполне могла принадлежать фраза:

"Ад - это другие", сказанная его литературным последователем Сартром.

В 1920 году Франц Кафка познакомился с Миленой Есенской, талантливой

журналисткой и первой переводчицей его произведений на чешский язык. Одна из

немногих, она при жизни увидела в нем гениального писателя, а он, зная чешский,

сумел оценить ее литературные способности. Милена стала самой большой любовью

писателя. Отвечая ему взаимностью, она тем не менее не спешила расстаться с

мужем, венским банкиром, что, впрочем, нисколько ей не мешало.

Остроумная, жизнерадостная и энергичная, она сумела растормошить угрюмого и

опасливого Кафку, этого "тощего верзилу", кото-

'f FT i

ФРАНЦ КАФКА



443

рый, назначая свидание, всерьез писал: "Прошу тебя, Милена, не пугай меня - не

появляйся неожиданно сбоку или сзади". Вызвала она и безграничное доверие к

себе, позволяющее замкнутому Кафке быть с ней необычайно откровенным: "Я болен

духом, а заболевание легких лишь следствие того, что духовная болезнь вышла из

берегов", - писал он ей о прогрессирующем туберкулезе, начавшемся у него с 1917

года.

Только небывало сильное чувство могло заставить Франца Кафку покинуть свою



"берлогу" в Праге и отправиться на зов Милены в Вену, где она жила. Четыре дня,

проведенные вместе на природе, он считал самым большим счастьем в своей жизни.

"Я, зверь лесной, лежал где-то в грязной берлоге (грязной только из-за моего

присутствия, разумеется) - и вдруг увидел тебя там, на просторе, чудо из всех

чудес... и все забыл, себя самого забыл... уткнулся лицом в твои ладони и был

так счастлив, так горд, так свободен, так могуч, будто обрел наконец дом", -

писал он ей.

Кафка требовал в письмах, чтобы она оставила мужа, но Милена тянула с решением.

Может быть, ее удерживали некоторые особенности его натуры. Она переводила его

рассказ "Превращение" и вполне могла задуматься над таким авторским признанием:

"Я всегда буду внушать ужас людям, а больше всего - самому себе". Возможно, ее

останавливали некоторые "перспективы", рисуемые им в письмах: "Мне кажется

иногда, что мы, вместо того чтобы жить вместе, просто тихо-мирно уляжемся

вместе, чтобы умереть". (Хотя, надо заметить, женщина эта была не робкого

десятка - во время Второй мировой войны за участие в чешском Сопротивлении

попала в немецкий концлагерь, где и погибла в 1944 году.)

Кафке казалось, что муж имеет над Миленой какую-то таинственную роковую власть.

В это время он писал роман "Замок", где его личные перипетии получили

фантастическое преломление По сюжету, землемер К. приезжает в деревню неизвестно

откуда и неизвестно зачем, любой ценой пытаясь проникнуть в расположенный рядом

Замок. Его управитель господин Кламм имеет какую-то мистическую власть над

деревней, а также над Фридой, с которой у землемера завязывается роман. Как

только устраивается их счастье, таинственный Кламм заявляет на Фриду какие-то

свои права, и она безропотно ему подчиняется. Предав землемера К., она

возвращается в Замок, откуда пришла. Землемер не ропщет, признав превосходство

Кламма, и не протестует, когда один из персонажей сравнивает обитателя Замка с

орлом, а его - с кротом.

В одном из писем Кафка писал Милене: "В твоей совместной жизни с ним я на самом

деле всего лишь мышка в "большом доме", которой в лучшем случае раз в год

дозволяется открыто перебежать по ков-

444

100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ



ру". Так что исследователи творчества Кафки вряд ли заблуждаются, полагая, что

Фрида списана с Милены, а демонический Кламм - с ее мужа.

"Теологией в действии" назвал "Замок" Альбер Камю, увидев в нем "путь души в

поисках благодати, путь человека, который вопрошает предметы этого мира о тайне

тайн, а в женщинах ищет проявлений дремлющего в них Бога", что, судя по финалу,

женщины не оправдали.

В 1921 году Кафка передал Милене свои дневники и рукописи романов "Замок" и

"Америка". При ее участии они были опубликованы после смерти автора: "Замок" - в

1926 году, "Америка" - в 1927-м. Роман "Процесс" Кафка также не увидел в печати

- он вышел в 1925 году.

Эти публикации принесли Францу Кафке посмертную славу. Мир его героев -

иррациональный, изломанный, жуткий и безнадежный - отражал упаднические

настроения и апокалиптические страхи, оставшиеся после Первой мировой войны.

Однако ни один из всех мировых пессимистов еще не показывал в таких формах

ничтожность человека, как это сделал Кафка в своем знаменитом рассказе

"Превращение".

"Бесспорно, в образной системе "Превращения" отразилась этика потери веры", -

пишет Камю, и не согласиться с ним трудно.

"Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Грегор Зам-за обнаружил, что

он у себя в постели превратился в страшное насекомое" - так начинается этот

"приговор человеку". Мелкий коммивояжер, робкий маленький человек, он даже

мысленно не протестует против постигшего его несчастья. Нетрудно догадаться, что

превращение Замзы - просто материализация его самоощущения. Не удивляются его

превращению и не доискиваются причин этого и близкие, больше озабоченные, как бы

скрыть "насекомое" от чужих глаз. В итоге "оно" умирает от голода в закрытой

комнате, и семья облегченно вздыхает, воспринимая это как предопределенность

судьбы.

Эту же тему - жизнь как вечный приговор - продолжает новелла "В исправительной



колонии". Молодой офицер показывает путешественнику машину для казни, которую он

обслуживает, и представляет ее как орудие справедливости. На вопрос: есть ли у

осужденного возможность защищаться, офицер отвечает: "Вынося приговор, я

придерживаюсь правила: "Виновность всегда несомненна".

В этих словах заключена формула человеческого удела вообще - по Кафке,

совпадающая с формулой его личного мироощущения, что он выразил в "Письме отцу":

"безграничное чувство вины".

С таким чувством долго не живут. Франц Кафка умер в сорок один год от

туберкулеза. Его любимым философом был Кьеркегор, которому принадлежит такое

утверждение: "Отчаяние - смертельная болезнь". В своем отчаянии Франц Кафка был

честен, что подтверждают и его

НИКОЛАЙ СТЕПАНОВИЧ ГУМИЛЁВ

445

произведения, и воспоминания о нем. Известно, что самые тонкие психологи -



любящие женщины, так что завершим наши размышления о Франце Кафке словами Милены

Есенской: "Конечно, мы-то все как будто приспособлены к жизни, но это лишь

потому, что нам однажды удалось найти спасение во лжи, в слепоте, в

воодушевлении, в оптимизме, в непоколебимости убеждения... в чем угодно. А он

никогда не искал спасительного убежища, ни в чем. Он абсолютно не способен

солгать, как не способен напиться. У него нигде нет прибежища и приюта. Он как

голый среди одетых..."

Любовь Калюжная

НИКОЛАЙ СТЕПАНОВИЧ ГУМИЛЁВ

(1886-1921)

В 1906 году Гумилёв написал стихотворение "Завещание", на которое не обращают

внимания, тем более не обращают внимания на пророческий смысл его, считая, что

это еще ранний Гумилёв, что это завещание - своего рода бравада,

экзальтированно-романтический этюд и т.п.

Очарован соблазнами жизни, Не хочу я растаять во мгле, Не хочу я вернуться к

отчизне, К усыпляющей, мертвой земле.

Пусть высоко на розовой влаге Вечереющих горных озер Молодые и старые маги

Кипарисовый сложат костер.

И покорно, склоняясь, положат На него мой закутанный труп, Чтоб смотрел я с

последнего ложа С затаенной усмешкою губ.

Так начинается это стихотворение. Все-таки будем помнить, что слово обладает

магической силой - и человек, даже не желая того, может напророчить себе нечто,

порой беду. Пастернак говорил моло-

446


100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ

дым поэтам, играющим с темой смерти, что этого делать нельзя, если вы на самом

деле хотите жить и творить, слово может все выстроить по-своему, если оно

произнесено.

Так вот здесь произнесено, что поэт не хочет могилы в отчизне - этой могилы и

нет. Есть могила его матери в маленьком тверском городке Бежецке, здесь можно

положить цветы, поклониться Анне Ивановне, вспомнить стихи самого Гумилёва

Иногда, в дни праздника ахматовской поэзии в Бежецке, приезжие поэты заказывают

на могиле молебен, поминая Ахматову и Гумилёва

Гумилёва расстреляли без суда и без доказательства вины в 1921 году, и

неизвестно где закопали в одной яме с другими расстрелянными.

Обычно говорят о пророческом смысле стихотворения Гумилева "Рабочий", в котором

поэт предсказал якобы свою гибель от рук "рабочего", то есть пролетариата,

революции Но строго-то говоря, это стихотворение о немецком рабочем, который

отливает пулю. .

Пуля, им отлитая, просвищет Над седою вспененной Двиной, Пуля, им отлитая,

отыщет Грудь мою, она пришла за мной.

Это стихотворение имеет прямое отношение к Первой мировой войне, а не к

революции. Хотя все-таки и это стихотворение надо отнести к пророческим стихам

поэта: слово так или иначе исполнилось.

Некоторые говорят, что Гумилёв так увлекся экзотическими странами,

конкистадорами, жирафами, озером Чад, "брабанскими манжетами" романтических

капитанов, Африкой и Востоком, что не успел сказать о России.

Это и так, и не так. Во-первых, замечательно, что в русской поэзии есть поэт с

таким самобытным дарованием, устремленным к дальним странам, это только

обогащает русскую поэзию. Гумилёв родился в Кронштадте в штормовую ночь - ему на

роду было написано любить моря. У него дед был морским офицером, дядя -

адмиралом.

Во-вторых, конец XIX века, как и конец XX, в искусстве настоятельно требовал

каких-то новых форм, тем, прорывов. В Европе мно-

Т

НИКОЛАЙ СТЕПАНОВИЧ ГУМИЛЁВ



447

гие художники такой прорыв искали в экзотическом материале - вспомним Гогена или

Киплинга... Так что Гумилёв действовал в духе общих поисков в искусстве своего

времени.


А в-третьих, Гумилёв много чего сказал и о России. Его книга "Костер" очень

русская. Александр Блок на одном из своих сборников сделал такую дарственную

надпись: "Дорогому Николаю Степановичу Гумилёву - автору "Костра", читанного не

только "днем", когда я "не понимаю" стихов, но и ночью, когда понимаю". Приведем

несколько строф из "Костра":

Я ребенком любил большие, Медом пахнущие луга, Перелески, травы сухие И меж трав

бычачьи рога. (Детство)

В чащах, в болотах огромных, У оловянной реки, В срубах мохнатых и темных

Странные есть мужики.

Выйдет такой в бездорожье, Где разбежался ковыль, Слушает крики Стрибожьи, Чуя

старинную быль. (Муж и к)

Крест над церковью взнесен, Символ власти ясной, отеческой, И гудит малиновый

звон Речью мудрою, человеческой. (Городок)

Гумилёв стремился сказать о своей Родине полнее и пронзительнее, но признавал,

что его дарование в другом. В стихотворении "Стокгольм" он об этом скажет:

И понял, что я заблудился навеки

В слепых переходах пространств и времен,

А где-то струятся родимые реки,

К которым мне путь навсегда запрещен.

Это уже зрелый Гумилёв говорит, все понимающий о себе, о своем творчестве.

IP! T '

448


Читатель, который знает и любит стихи Гумилёва, уже и не вспоминает ни о каких

литературных течениях начала XX века, о литературных спорах, он, может быть, уже

и забыл, что такое акмеизм, который проповедовал Гумилёв, - он просто любит

лучшие стихи поэта, он живет, дышит этими стихами, это его золотой запас души.

На вопрос самого Гумилёва: "Что делать нам с бессмертными стихами?" - он

отвечает: "Любить!" Я бы дополнил еще: и издавать.

Читатель, который только открывает поэзию Гумилёва, найдет при желании много

статей и об акмеизме, и о спорах, прочитает статью А. Блока "Без божества, без

вдохновенья", узнает биографию поэта, откроет для себя непростые отношения двух

поэтов, мужа и жены, Ахматовой и Гумилёва, прочитает "Письма о русской поэзии"

Николая Степановича, его прозу, статьи, может быть, даже прочитает драмы. Самое

главное, чтобы поэт "зацепил" человека, чтобы душа потянулась к высокому

поэтическому миру. А это могут сделать только сами стихи. Слава Богу, после

многих десятилетий запрета сейчас вышли и выходят новые и новые издания

Гумилёва. С очень хорошими предисловие ями, так что есть возможность не только

насладиться стихами, но углубиться в художественный мир поэта.

Вот, например, какие глубины видит исследователь и автор пре-| дисловия к

прекрасному трехтомнику Гумилёва, изданному издатель-] ством "Художественная

литература" в 1991 году, Н.А. Богомолов в cthJ хотворении "Память":

"Стихотворение заканчивается явлением неве-| домого странника с закрытым лицом:

Предо мной предстанет, мне неведом, Путник, скрыв лицо, но все пойму, Видя льва,

стремящегося следом, И орла, летящего к нему.

Крикну я... но разве кто поможет, Чтоб моя душа не умерла ? Только змеи

сбрасывают кожи, Мы меняем души, не тела.

Кто этот путник? Ахматова отвечала однозначно- Смерть. Современный комментатор

также однозначен: Христос. А можно найти еще одну параллель - Заратустра. И еще

можно добавить, что, согласие магическим концепциям, лев и орел в животном мире

соответствовалк Солнцу в мире природном... Гумилёв намеренно неоднозначен, наме-

| ренно уходит от простой расшифровки. "Путник" - и то, и другое, и| третье, и

еще нечто, и еще, и еще. Ряд этот принципиально несконча-] ем, его можно длить и

длить".

100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ НИКОЛАЙ СТЕПАНОВИЧ ГУМИЛЁВ



449

Так что читатель в стихах Гумилёва может найти глубины необычайные.

Закончить слово о поэте хочется несколькими стихотворениями из тех, которые

называются шедеврами:

ЖИРАФ

Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд И руки особенно тонки, колени



обняв. Послушай: далеко, далеко, на озере Чад Изысканный бродит жираф.

Ему грациозная стройность и нега дана, И шкуру его украшает волшебный узор, С

которым равняться осмелится только луна, Дробясь и качаясь на влаге широких

озер.


Вдали он подобен цветным парусам корабля, И бег его плавен, как радостный птичий

полет. Я знаю, что много чудесного видит земля, Когда на закате он прячется в

мраморный грот.

Я знаю веселые сказки таинственных стран Про черную деву, про страсть молодого

вождя, Но ты слишком долго вдыхала тяжелый туман, Ты верить не хочешь во что-

нибудь, кроме дождя.

И как я тебе расскажу про тропический сад, Про стройные пальмы, про запах

немыслимых трав... Ты плачешь? Послушай... далеко, на озере Чад, Изысканный

бродит жираф.

СЛОВО


В оный день, когда над миром новым Бог склонял лицо Свое, тогда Солнце

останавливали словом, Словом разрушали города.

И орел не взмахивал крылами, Звезды жались в ужасе к луне,

450


100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ

Если, точно розовое пламя, Слово проплывало в вышине

А для низкой жизни были числа, Как домашний, подъяремный скот, Потому что все

оттенки смысла Умное число передает.

Патриарх седой, себе под руку Покоривший и добро и зло, Не решаясь обратиться к

звуку, Тростью на песке чертил число.

Но забыли мы, что осиянно Только слово средь земных тревог И в Евангелии от

Иоанна Сказано, что Слово - это Бог.

Мы ему поставили пределом Скудные пределы естества, И, как пчелы в улье

опустелом, Дурно пахнут мертвые слова.

ШЕСТОЕ ЧУВСТВО

Прекрасно в нас влюбленное вино,

И добрый хлеб, что в печь для нас садится,

И женщина, которою дано,

Сперва измучившись, нам насладиться.

Но что нам делать с розовой зарей

Над холодеющими небесами,

Где тишина и неземной покой,

Что делать нам с бессмертными стихами?

Ни съесть, ни выпить, ни поцеловать. Мгновение бежит неудержимо, И мы ломаем

руки, но опять Осуждены идти все мимо, мимо.

Как мальчик, игры позабыв свои, Следит порой за девичьим купаньем

АННА АНДРЕЕВНА АХМАТОВА

451


И, ничего не зная о любви,

Все ж мучится таинственным желаньем.

Как некогда в разросшихся хвощах Ревела от сознания бессилья Тварь скользкая,

почуя на плечах Еще не появившиеся крылья, -

Так век за веком - скоро ли, Господь ? - Под скальпелем природы и искусства

Кричит наш дух, изнемогает плоть, Рождая орган для шестого чувства.

Геннадий Иванов

АННА АНДРЕЕВНА АХМАТОВА

(1889-1966)

Началом долгого творческого пути Анны Андреевны Ахматовой стал уникальный период

отечественной культуры, получившей название серебряный век. Философ Николай

Бердяев написал об этой эпохе: "...тогда было опьянение творческим подъемом,

новизна, напряженность, борьба, вызов. В эти годы России было послано много

даров. Это была эпоха пробуждения в России самостоятельной философской мысли,

расцвет поэзии и обострение эстетической чувственности, религиозного

беспокойства и искания, интереса к мистике и оккультизму. Появились новые души,

были открыты новые источники творческой жизни, видели новые зори, соединяли

чувство заката и гибели с надеждой на преображение жизни. Но все происходило в

довольно замкнутом кругу..."

452


100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ

Пришедшие в эту эпоху поэты продолжили те традиции русской поэзии, в которых

человек был важен сам по себе, важны его мысли и чувства, его отношение к

вечности, к Богу, к Любви и Смерти в философском, метафизическом смысле. Поэты

серебряного века в своем художественном творчестве и в теоретических статьях и

высказываниях подвергали сомнению идею прогресса для литературы да и для жизни

тоже. Одним из родовых признаков поэтов серебряного века была вера в искусство,

в силу слова, поиски новых, сильных средств выражения.

Ахматова была олицетворением серебряного века. Но ее величие в том, что она

преодолела это яркое, но болезненное и глубоко мифологическое время в русской

культуре, она поднялась над ним - и ее голос звучал величественно и в 1940-е

годы, и в 1950-е, доказывая, что поэзия всегда больше, чем та или иная эпоха.

Кто бы мог в начале XX века предположить, что довольно жеманная и изысканная

дама серебряного века, "коломбина десятых годов", будет потом много месяцев

стоять в тюремных очередях в ожидании приговора сыну, потом напишет "Реквием",

который станет символом тех страшных лет.

В автобиографической заметке "Коротко о себе" Ахматова пишет: "Я родилась 11

(23) июня 1889 года под Одесской (Большой Фонтан). Мой отец был в то время

отставной инженер-механик флота. Годовалым ребенком я была перевезена на север -

в Царское Село. Там я прожила до шестнадцати лет". Первое стихотворение она

написала в одиннадцать лет, стихи начинались для нее с Державина и Некрасова.

Ахматова окончила Царскосельскую гимназию и последний класс Киевской

Фундуклеевской гимназии. Поступила на юридический факультет Высших женских

курсов в Киеве, потом к ним "охладела" и перешла учиться на Высшие литературные

курсы Раева - это уже в Петербурге.

В 1903 году Ахматова знакомится с Гумилёвым, а в 1910-м - выходит за него замуж.

Настоящая фамилия поэтессы - Горенко. Свой знаменитый псевдоним она взяла от

прабабушки - татарской княжны Ахматовой.

В 1912 году вышел первый сборник Анны Андреевны - "Вечер". В этот же год у

Ахматовой и Гумилёва родился сын Лева, будущий великий ученый, будущий великий

страдалец, проведший в годы репрессий в тюрьмах больше десяти лет. Арестовали

его по сути за то, что у него такие великие родители. Отец к этому времени был

расстрелян как соучастник контрреволюционного заговора...

В первой книге "Вечер", наряду с характерными для серебряного века стихами,

такими, например, как "Сжала руки под темной вуалью..."

АННА АНДРЕЕВНА АХМАТОВА

453

Сжала руки под темной вуалью... "Отчего ты сегодня бледна?" - Оттого, что я



терпкой печалью Напоила его допьяна.

Как забуду? Он вышел, шатаясь, Искривился мучительно рот... Я сбежала, перил не

касаясь, Я бежала за ним до ворот.

Задыхаясь, я крикнула: "Шутка Все, что было. Уйдешь, я умру". Улыбнулся спокойно

и жутко И сказал мне: "Не стой на ветру".

1911


или наряду с "Песней последней встречи", со стихотворением "Муж хлестал меня

узорчатым, / Вдвое сложенным ремнем..." - одним словом, наряду с несколько

манерными, изысканно декадентскими стихами в сборнике есть и такие вот, другие

строфы:


Смуглый отрок бродил по аллеям, У озерных грустил берегов, И столетие мы лелеем

Еле слышный шелест шагов.

Иглы сосен густо и колко Устилают низкие пни... Здесь лежала его треуголка И

растрепанный том Парни.

1911

Дело не только в том, что уже в первом сборнике Ахматова коснулась пушкинской



темы, которая потом всю жизнь будет ее сопровождать. Но в этих, приведенных

строках, мы видим Ахматову не приписанной уже к определенной культурной эпохе, а

Ахматову вечную, соединившую в себе традиции классики и новейший опыт русской

поэзии.


Одна за другой выходят новые книги Анны Андреевны: "Четки" - 1914 год, "Белая

стая" - 1917 год, "Anno Domini" - 1921-й, "Подо-

454

100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ



рожник" - 1921-й, "У самого моря" - 1921-й. Следующая книга выйдет только в

1940-м, потом в 1946-м, и последняя прижизненная книга "Бег времени" - в 1965

году.

В пантеон русской поэзии Ахматова вошла классической строгостью стиха, ясностью,



лапидарностью, редким чувством гармонии. И, безус-ловно, своим выдающимся

патриотизмом. После революции 1917 года она не уехала в эмиграцию, она, тесно

связанная с дворянской культурой, поняла глубину перемен, их неизбежность и их

трагизм, и осталась с народом.

Мне голос был. Он звал утешно,

Он говорил: "Иди сюда,

Оставь свой край глухой и грешный,

Оставь Россию навсегда.

Я кровь от рук твоих отмою,


Каталог: Blacklady3 -> file
file -> Игорь Анатольевич Мусский 100 великих отечественных кинофильмов 100 великих – 0
file -> Спят буддийские монастыри и развалины зороастрийских башен
file -> Наше благо и согласие общества
file -> Сто великих узников москва "вече" 2003
file -> Сочинение Она насыщена такими неожиданными подробностями, которых не найти ни у
file -> Сто великих скульпторов москва "вече" 2002
file -> Сто великих наград москва
file -> Сто великих казней москва "вече" 2004
1   ...   40   41   42   43   44   45   46   47   ...   57