Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Из протокола заседания бюро Московского райкома РКП(б) «О положении в районе»




страница19/38
Дата03.07.2017
Размер7.53 Mb.
ТипСборник
1   ...   15   16   17   18   19   20   21   22   ...   38

Из протокола заседания бюро Московского райкома РКП(б) «О положении в районе»1

22 июня 1920 г. Заседание открыто в 20 часов.

Слушали:


Тов. Клявс-Клявин. Перечисляет факты с чего начались забастовки в районе: на фабрике «Победа» была погромная прокла­мация, на заводе Речкина - сбор денег в фонд РСД партии (меньше­виков), на фабрике «Скороход» рабочими были предъявлены чрез­мерные требования.2 С понедельника 21 июня четыре отделения не вышли на работу, объявив, что пока не будет удовлетворено требо­вание, к работе не приступят. К ним присоединились остальные рабочие фабрики. Со стороны [фабрично-заводского] Комитета и прав­ления фабрики предложено рабочим созвать делегатское собрание. Рабочие согласились и требовали вызвать на собрание товарищей из Центра. Были тов. Лепсе и Угланов. Рабочие объяснением ука­занных товарищей не удовлетворились. По решению Совета союзов3 было делегатам объявлено, что завод будет закрыт, если к работам не приступят. О положении на фабрике тов. Клявс-Клявиным был сделан доклад в ПК, который утвердил постановление Совета союза и предложил избрать комиссию для проведения в жизнь постанов­ления, в которую вошли ответственные товарищи Угланов, Алексе­ев, Маршуев, Потапов и Лебедев. Для охраны фабрики был вызван отряд из 85 человек. Во вторник 22 июня к работам не приступили и продолжали поддерживать свои требования. Группа рабочих во главе с гражданином Западинским созвала собрание и призывала к борь­бе с правительством.

Фабрика «Победа». Половина рабочих также предъявила одно­родные требования с фабрикой «Скороход» и во дворе фабрики бы­ло созвано собрание рабочих. Собрание носило неорганизованный характер и видно, что они берут пример с рабочих «Скорохода».

По всем данным видно, что организованно действуют меньшеви­ки и эсеры, которые подстрекают рабочих к выступлению на фаб­риках и заводах района.

Тов. Алексеев (член заводоуправления фабрики «Скоро­ход»). Несмотря на предложение комиссии приступить к работам рабочие этого не выполнили. Руководитель рабочих Западинский сказал, что на нас выслали вместо прежних жандармов матросов и призывал рабочих поддерживать свое требование. Комиссия объ­явила рабочим, что если они 23 июня не приступят к работам, то будут направлены в Отдел распределения рабочей силы, открепле­ны от столовой, лишены трудовых карточек и т.д.

Тов. Харитонова (организатор коллектива [фабрики] «По­беда»). На фабрике по мастерским распространялись требования,

однородные с требованиями «Скорохода». К бастующим рабочим присоединились и служащие. Комиссией было объявлено, что все желающие работать должны приступить к своей работе не позже как 23 июня, в противном случае будут приняты решительные меры.

Тов. Касумов (председатель правления и член завкома Элек­трической станции). На станции неоднократно поднимались волне­ния, но тотчас же были ликвидированы и все зачинщики, опреде­ленные меньшевики и эсеры, со станции изолировались, но несмотря на это конфликтный отдел Совета профсоюзов продолжает посы­лать обратно таковых на станцию, не беря во внимание указаний, что они из себя представляют, и нет никакой возможности отде­латься от таковых элементов.

Тов. Титов (организатор коллектива завода Речкина). На за­воде есть меньшевики, которые ведут вредную агитацию, а также со стороны члена заводоуправления Жандармова наблюдается сквер­ное отношение к рабочим, который своими нетактичными поступка­ми восстанавливает (против заводоуправления и завкома) рабочих.

Тов. Шляков (организатор коллектива «Трамвайного пар­ка»). Рабочие парка также собирались группами и предлагали предъ­явить свои требования, ставя в пример фабрику «Скороход», но все было своевременно ликвидировано.

Тов. Клявс-Клявин. (Предложение). Предлагает ввиду важности вопросов считать настоящее собрание закрытым, т.е. все то, что обсуждается, не должно быть вынесено на улицу.

Тов. Мовшович (организатор фракции Союзов). Необходи­ма сортировка по всем дебоширующим фабрикам и заводам. Произ­вести надлежащую чистку в интересах самих же рабочих. Предла­гает прекратить прения и вынести определенное постановление.

Тов. Клявс-Клявин. (Предложение). Оглашает постанов­ление бюро РК4 и предлагает принять нижеследующие мероприятия:

1. Произвести реорганизацию коллектива фабрики «Скороход» для чего создать комиссию из товарищей Клявс-Клявина, Алексее­ва и Сладкова, назначив ответственным организатором коллектива тов. Бялаго (заведующий агитотдела РК).

2. На фабрике «Победа» ввести ответственным организатором тов. Попкова (помощник организатора района).

3. Предать суду после выяснений того, кто штемпелевал трудо­вые карточки за месяц вперед. Напомнить президиуму Совета сою­зов о срочном роспуске фабкома на фабрике «Скороход».

4. Прекратить самоснабжение и частные заказы на фабрике «Ско­роход».

5. Обратиться в ПК с ходатайством о том, чтобы он разрешил, по усмотрению РК, вернуть ранее работавших на фабрике «Скоро­ход», находящихся в данное время на территории Петербурга.

6. По отношению меньшевиков и эсеров необходимо членам пар­тии РКП принимать самые решительные меры.

7. В районе создается комиссия по очистке района от злостного элемента.5

8. Коллективы в каждой мастерской или отделении должны иметь осведомителя.

9. Вменить в обязанность всем членам коллектива о том, чтобы они принимали активное участие и выступали на собрании рабочих.

10. Усилить работу на местах в Союзе молодежи.

Постановили:

Настоящее собрание считать закрытым. Предложения тов. Клявс-Клявина принять и провести в жизнь.



ЦГАИПД СПб. Ф. 1, on. 1, д. 998, л. 45-46. Заверенная копия. Машинопись.

1 Опущены пункты протокола о мобилизации на Западный фронт, пере­выборах в Совет, выдвижении кандидатов на XIII общегородскую конфе­ренцию РКП(б) и текущих делах.

2 Скороходовцы требовали выдать им обувь, соль, материю для обмена на продукты питания. Это не являлось чем-то исключительным. На госу­дарственной табачной фабрике до июня каждый рабочий ежемесячно по­лучал 1880 папирос для обмена на продукты питания. Съезд профсоюза табачников постановил резко сократить норму выдачи папирос, и это вы­звало в июне волнения рабочих-табачников, которые ссылались на то, что работа среди вредных испарений требует хорошего питания. После бур­ных прений в качестве компромисса было решено установить месячную норму в 750 папирос, что несколько успокоило рабочих (см.: Сводка Ин­формационного отдела Смольнинского райкома РКП(б) о положении в рай­оне с 1 по 15 июня 1920 г.//ЦГАИПД СПб. Ф. 1, on. 1, д. 1048, л. 18).

3 Здесь и далее в документе речь идет о Петроградском Совете профсоюзов.

4 Имеется в виду постановление бюро Московского РК РКП(б), на кото­ром 22 июня, в 10 часов утра обсуждалось положение на фабрике «Скоро­ход». А.Я.Клявс-Клявин доложил бюро, что накануне вечером состоялось заседание президиума Совета профсоюзов, принявшее решение о создании комиссии, члены которой 22 июня, в 7 часов утра явились на фабрику «Скоро­ход» с целью выяснения, кто из рабочих приступил к работе, а кто нет, так как профсоюзом было принято решение о направлении забастовщиков в Отдел распределения рабочей силы и переводе на их места рабочих с фаб­рик Столярова и «Быстроход». Заслушав сообщение А.Я.Клявс-Клявина, бюро Московского РК РКП(б) постановило: «Реорганизовать коллектив фаб­рики "Скороход". Войти с ходатайством в ПК о разрешении отзыва из со­ветских учреждений коммунистов по усмотрению райкома. Для реоргани­зации коллектива создать экзаменационную комиссию в лице товарищей Клявс-Клявина, Алексеева и Сладкова. В комиссию по реорганизации фаб­рики "Скороход" ввести тов. Попкова». (ЦГАИПД СПб. Ф. 1, on. 1, д. 999, л. 71-71 об.).

5 Ф.Э.Дзержинский 1 мая 1920 г. в циркуляре разъяснял чекистам на местах, что «закон дает ЧК возможность административным порядком изолировать тех нарушителей трудового порядка, паразитов и лиц, подоз­рительных по контрреволюции, в отношении коих данных для судебного

наказания недостаточно и где всякий суд, даже самый суровый, их всегда или в большей части оправдает» (Павлов Д. Б. Репрессии в отношении социалистических партий и анархических организаций... С. 86-87).

75

Стенограмма доклада секретаря Петроградского союза советских служащих Н.А.Угланова о волнениях рабочих на фабрике «Скороход» и прений по докладу на Пленуме Петроградского губернского Совета профсоюзов

24 июня 1920 г.

Тов. Угланов: Товарищи, прежде всего, маленькое введе­ние о нарушении нормального положения дел. Этому последнему на­рушению раньше предшествовал просто хронологический перечень нарушений нормального хода на фабрике «Скороход», начиная с ок­тября месяца. В те дни, когда Юденич был у Лигова,1 скороходовцы считали нужным нарушить нормальный ход работ и потребовать са­поги. Если бы Юденич был в Петрограде, то они, вероятно, были бы не в сапогах, а даже и без головы. В марте месяце было постановле­ние: рабочим фабрики «Скороход» выдать по одной паре сапог и по 2 пары подметок на каждого рабочего и на каждого члена семьи, живущего на иждивении рабочего. Когда мы 15 апреля возврати­лись в Петроград с 3-го съезда с этим утверждением, узнаем, что скороходовцы остановили работу; снова нарушили работу в тече­ние 2-х дней. Считаясь с наличностью служащих на фабрике (око­ло 3000 человек) да еще и из того расчета, что придется выдать по одной паре сапог на каждого рабочего и на каждого члена семьи, то придется раздать 12000 пар сапог. Примерно, на каждого рабочего выходит по 4 пары сапог. Президиум Петроградского Совета про­фессиональных союзов вправе был считать эти требованиями не­уместными, решил перед центральным учреждением Советской Рес­публики считаться с тяжелым положением петроградского проле­тариата и отступил от некоторых принципов и пошел навстречу скороходовцам, рассчитывая на то, что впредь работа на фабрике «Скороход» пойдет нормальным темпом. Но Совету профессиональ­ных союзов пришлось ошибиться в своих расчетах, и скороходов-ские рабочие до последнего нарушения работ, позволяли себе нару­шить нормальный ход работ частично. Сначала по вопросу о трудо­вых книжках, затем по вопросу о тарифной плате, о премиальной заработной плате. Кожевенный союз об этом не знал. В последние дни мы узнали, что и на других фабриках и заводах нарушалась работа. 19 июня на фабрике «Скороход» приостановило работу швейное отделение около 200 чел., к ним присоединилось закройное и затяжное отделения около 200 чел., которые в субботу в сумбур­ной форме предъявили требование: выдать по 2 пары сапог кожа­ных на каждого рабочего и каждого члена семьи. Это значит, снова

12000 пар. Следующее требование: выдать по одной паре парусино­вых сапог - 3000. Итого, если сложить: в апреле месяце - 12000 пар, сейчас еще 12000 пар, да еще 3000 пар парусиновых, выйдет 27000 пар. Если это количество разделить, то на каждого человека придется по 9 пар. (Голоса: Позор... Позор...), которых они требо­вали. В понедельник вся фабрика «Скороход» встала и утром на общем собрании подтвердила следующие требования: 1) выдать по 2 пары сапог на каждого рабочего и его членов семьи, т.е. брать­ям и сестрам, 2) выдать по паре парусиновых сапог на каждого рабочего, 3) выдать по 4 аршина материи, той материи, которая находится на фабрике для изготовления обуви. Из этой материи, из расчета по 4 аршина на каждого, придется выдать 12000 аршин, из какого количества может выйти 24000 пар сапог, которыми можно одеть 3 пехотные дивизии, 4) выдать по 10 фунтов соли, той соли, при помощи которой обрабатывают кожу и без которой кожа сопре­ет. Если выдать по 10 фунтов, то придется отпустить 750 пудов соли из тех запасов, которые находятся на фабрике в количестве 6000 пудов. Спрашивается, на что же пойдет соль. Эту соль они требуют для своей столовой. Я спросил: «Достаточно ли солят пи­щу». Они говорят: «Недостаточно». Поэтому взамен того, что Пет-рокоммуна дает соли мало - 50 пудов для столовой, которая обслу­живает фабрику, они просят еще соли. Кроме того, они предъявили требование на выдачу краснофлотского пайка. Между тем, такой образцовейшей столовой, которая есть на фабрике «Скороход», нет ни одной столовой в Петрограде. Она считается одной из лучших. Я не раз был и заметил, что в столовой водворен порядок. Дальше рабочие предъявили требование, как выделение из общего правила, по отно­шению к отпускам: кто куда хочет, тот туда и едет. Это требование предъявило такое предприятие, которое своей работой обслуживает Красную армию, которая по финским болотам в лаптях идет в бой.

Товарищи, вот перечень и те выводы, которые приходится де­лать из тех требований, которые предъявили рабочие. Президиум Петроградского Совета профессиональных союзов сразу же в поне­дельник обсудил эти требования и вынес свое твердое и определен­ное решение, в котором сказал - нарушение нормального хода ра­бот на фабрике «Скороход» приняло систематически хронологиче­ский и определенно позорный порядок, который там применялся, как определенный метод бездействия на рабочую организацию и на государственную власть, приурочивая это нарушение к таким мо­ментам, когда такие моменты являются наиболее тяжелыми и от­ветственными для Советской власти. Скороходовцы применяют эти методы бездействия к таким моментам, когда происходят выборы, когда наступает Юденич в октябре или мае, или когда Красная армия сражается на польском фронте.2

Товарищи, я позволю себе ознакомить вас с теми внутренними порядками, которые существовали на фабрике. Здесь наблюдается

14 Заказ №247

полнейшее отсутствие дисциплины, 15-летняя девчонка не считает своим долгом при приходе на завод показать своего номера, заяв­ляя, что она его забыла, или не хочет вынуть из своего портмонэ. Когда председатель заводского комитета просит показать номер, то его посылают к черту. Своего номера не вешают и в калитку отвы­кли проходить в одиночку, а проходят пачками. На обед уходили вместо 12 час. - в 11 час, с обеда возвращались не в час, а без 10 мин. два и позднее. Таким образом, за весь день наблюдается прилив и отлив: все время шло движение воды на фабрике. Рабочие долж­ны изготовлять по 2 пары в день, но в настоящее время выработка достигает е пары в день с натяжкой. Заработную плату мне не уда­лось выяснить за короткое время по статистике, я взял живой при­мер: остановил 19-летнего парня и спросил его: «Сколько, товарищ, зарабатываешь?» Он ответил: «Нормально зарабатываю, в две по­лучки от 8-10000 рублей». Чернорабочие получают мало: 2200-2300-4600, а средний заработок 4000-5000 рублей. Почему больше заработка нет? Потому, что на фабрике спят, а во время работы име­ют толстые книги-романы, которые читают, а не работают. Ожидать каких-нибудь благ фабрика «Скороход» не может. Для того, чтобы заработать, нужно не читать и не лежать, а нужно работать. Вот ка­кой порядок там был.

Несколько слов о руководящих органах. На фабрике заводоуправ­ление, состоящее из 3-х человек, сравнительно молодое, недавно переорганизованное и не успело еще охватить аппарат управления. Поэтому, как говорится, робкими шагами подбирается к управле­нию. Заводский комитет высшей степени — слабая организация. Передовая боевая часть фабрики сейчас раскачена, т.к. она нахо­дится на всевозможных фронтах и т.д. вследствие чего на фабрике осталась небольшая группа мужчин, среди которых передовая часть очень ограничена, есть только тоненький слоек. Я скажу, не только слой, а одна пыль осталась. О партийной деятельности и говорить нечего. На 3000 рабочих имеется только 50 человек коммунистов, а остальные рабочие все женщины, старики да молодежь. В области дезорганизации проявляют больше всего активности элемент бое­вой, дерзостный на язык. Я такой дерзости не видел нигде, какая царит на фабрике «Скороход». В такой обстановке мне пришлось столкнуться с более организованной частью 21 июня на собрании уполномоченных фабрики «Скороход», которые присутствуют за исключением тех, которые не присутствуют, т.к. некоторые части арестованы. На собрании уполномоченных первым выступил пред-, седатель союза кожевников: тов. Морозов, который сказал в той летописи о ненормальном явлении в жизни фабрики. Этому пора положить конец. После этого я предложил уполномоченным вы­явить свою точку зрения. Они твердо и неуклонно выявили ее, ска­зав, если бы были лучшие условия пайка, то мы отказались бы от сапог, потому что все равно их придется продавать. Выяснилось,

что все требования, которые выдвинуты рабочими, они всецело под­держивают. После этого я выступил с данными и постановлением Совета профессиональных союзов. После меня выступил один из делегатов, который был уполномочен, с официальным ответом, ко­торый в одной из своих фраз подчеркивал солидарность скорохо-довских рабочих. Он сказал, посмотрим, как хорошо совет постано­вил. Завтрашний день их решили послать в Комиссариат Труда ква­лифицированных рабочих. Мы их нашли, а тех умников, которые думают нас учить, и если попытаются во 2-ой раз учить, мы посадим на более высокую полочку, с которой они не слезут... (Аплодисмен­ты)... После этого собрание уполномоченных фабрики, видимо, опе­шило от столь решительного постановления и попыталось закрыть­ся за спину представителей рабочих организаций, т.е. предложили, чтобы заводской комитет собрал общее собрание...

Председатель: Прошло условленное время по регламенту.

Голоса (с мест): Просим продолжать... Просим продолжать...

Тов. Угланов: После этого я предложил устроить общее со­брание рабочих, на котором поручил председателю союза кожевни­ков довести до сведения совета профессиональных союзов. Все за­ревели, чтобы я сделал доклад. Я сказал, что вижу передовую часть рабочих, которую подстрекали, которая подтвердила, что вы под­держиваете и руководите, поэтому потрудитесь за спину не пря­таться, а потрудитесь определиться сами. Затем я и тов. Лепсе уехали с фабрики. В тот же день эта самая история перекинулась на фабрику «Победа», где работает 600 человек, которые, не оформив никаких требований, заявили, что присоединяются к фабрике «Скороход». На следующий день, 22, во вторник мы установили такой метод. Оказалось, что приходится оперировать с большой массой и буй­но настроенной, из которой кой-кого можно было бы в колодез, где заваривают кашу. Поэтому я, как организованный пролетарий, имеющий право применить принцип пролетарской диктатуры, при­звал на помощь 100 товарищей моряков, при помощи которых ре­шил восстановить порядок на фабрике «Скороход». При входе на фабрику я предложил всех спрашивать: работать идете? Идите. Ма­шины заработали. Пошли осматривать и что же увидели: кто спит, кто читает. Кое-как дотянули до обеденного времени. Когда пообе­дали, мы решили отобрать номера. Стали отбирать номера: часть рабочих в количестве 400 человек, уходивших с Заставской улицы, сдали свои номера, а тех, которые не хотели сдавать номера, выгна­ли на Забалканский проспект, где их вожди, которые в настоящее время сидят в ЧК, призывали к продолжению забастовки для от­стаивания требований. В конце говорилось, что, пожалуй, согла­симся, если нам дадут одну пару парусиновых сапог и красноар­мейский паек и будет неприкосновенность личности, чтобы нас не арестовывали, они чувствовали, что будут арестованы. На этом де­ло и кончилось. Разошлись все. На фабрике «Победа» часть около

200 человек, во вторник приступила к работе. Мне было поручено Исполнительным Комитетом Совета Рабочих и Красноармейских Депутатов и Петроградским Комитетом партии в среду с этим по­зорным явлением самым решительным образом покончить. Это ре­шение я провел со всей настойчивостью. Мы накануне во вторник ночью выработали определенное постановление: те рабочие, кото­рые желают работать на фабрике, при входе должны сдавать свой номер, а те, кто не желает работать, тот своего номера и обеда не получит. Оказалось, что у них карточки заштемпелеваны до 1 ию­ля... (Смех). Дальше, мы собрались и приступили к пропуску. По­сле некоторого колебания рабочие пошли на завод в количестве около 2000 человек и приступили к работе. Около 600-700 человек осталось перед фабрикой, несмотря на мирное предложение моря­ков, не хотели идти и бушевали все время. В то время, когда они настраивались на мирный лад, вышел один из вождей, о котором будут интересные сведения в Чрезвычайной Комиссии - это рабо­чий Загадинский, который требовал неприкосновенности личности, освобождения арестованных и т.д. Он сказал: если бы, товарищи, я пришел на квартиру, то также был бы арестован. Исполняя волю Совета Рабочих и Красноармейских Депутатов и Петроградского Комитета Коммунистической партии, постарался найти способ для ликвидации этой волынки и решил собственноручно арестовать этого прохвоста. В тот момент, когда он говорил: если бы я пришел до­мой, то также был бы арестован, - схватил его и посадил на авто­мобиль и отправил в Чрезвычайную комиссию.

Голоса (с места): Правильно... правильно... (Аплодисменты).

... После этого результат получился вполне определенный и пуб­лика пошла на завод и никого на улице не осталось. Товарищам мастерам мы поставили ультиматум: если на сегодняшний день нор­ма выработки будет на 25 или 50% ниже, чем она была в четверг, то ваше отделение будет закрыто, а вы понесете известное наказа­ние. Таким образом, нормальный ход работ после обеда восстановил­ся. Сегодня номера не отбирались, а только проверялись. Мы при­менили способ систематической проверки номера, чтобы каждый идущий на фабрику рабочий, который с гордостью сознает, что он скороходовец, должен показать свой документ. Тот, кто не желает показывать своего номера, лодырь и бездельник. С сегодняшнего дня номера стали показывать. Выяснилось, что после обеда номера стали показываться значительно лучше. Сегодняшний день работа идет нормальным порядком. Для восстановления нормального по­ложения придется принять целый ряд мер. Кроме удаления прово­кационной группы, нужно сказать, что там есть много сторонни­ков, которые стоят не на высоком уровне классового понимания, есть молодые ветреные работницы, которые в революции не быва­ли и стоят на точке зрения: нам и больше нам. По отношению к ним придется применить целый ряд административных и воспитатель­

ных мер. Это очередная и огромная задача. Для применения раз­личного рода мероприятий организационному рабочему, которому придется управлять фабрикой «Скороход», придется еще долгое вре­мя, если можно так выразиться, держать хворостинку в руках по отношению к тем группам, которые дезорганизуют нормальный ход работы. Там сейчас работа восстановилась. Постараемся создать та­кие условия, чтобы эти условия укрепились и чтобы на будущее время с таким позорным явлением встречаться не приходилось и больше таких необыкновенных историй на пленуме совета про­фессиональных союзов не обсуждать.

Председатель: Этот доклад мы считали информационным для того, чтобы пленуму была ясна картина происшедшего, от имени пре­зидиума считаю нужным дать слово кому-нибудь из делегатов фабри­ки «Скороход» для объяснений и выяснения положения, а после это­го откроем прения. Не желает ли кто-нибудь из скороходовцев вне­сти поправки в те неправильности, которые имели место в докладе тов. Угланова. Кто желает взять слово... (Шу м)... Никто не желает говорить. Молчание - значит, согласны с докладчиком. Правда, найдутся такие герои, которые подумают: скажу я, а меня аресту­ют. От имени пленума и президиума, хотя в этом нет надобности, заявляю, что всякая правда будет выслушана, чтобы восстановить истину. Если есть желающие высказываться, то разрешите запи­сать. Слово будем давать по порядку.

Тов. Шепелев (от петроградского Невского района рабочих Петрокоммуны): Товарищи, заслушав доклад о событиях, проис­шедших на фабрике «Скороход», для меня, как пролетария, весьма печально слышать подобные вести. Товарищи, такие действия со сто­роны пролетарий-рабочих на какой-либо фабрике или предприятии, есть действия несознательной массы. Тов. Угланов подчеркнул, что там находятся юнцы в 16 лет. Это сглаживает их вину. Что же касается взрослых, которые побывали в пролетарском котле и ис­пытали революционные действия, так поступать преступно против всего пролетариата всего мира. Такие требования, какие я слышал в цифрах, - требования абсурдные. В связи с тем положением стра­ны, которая не может удовлетворить их, я говорю, эти требования действительно может предъявлять только враг пролетариата. Они не понимают, что требуют. Они требуют только потому, что не ис­пытали той пролетарской нужды, которую испытывают другие слои на фабрике. Позор тем товарищам, которые вносят дезорганиза­цию. Я призываю всех рабочих кожевенной промышленности при­ложить все старания и усилия к тому, чтобы поднять производи­тельность в той промышленности, в которой ощущается большая нужда. Сапоги всем нужны. Возьмите любого пролетариата фабри­ки и завода, вы у каждого увидите протоптанные сапоги. Товари­щи, позор требовать 10 фунтов соли и по 12-15 пар сапог. Я пред­лагаю установить действительную диктатуру пролетариата... (А п ­

лодисмент ы)... Чтобы почувствовали, что есть руководящая ру­ка пролетариата, которая держит весь мир, которая восстанавлива­ет диктатуру всего мира. Советская власть покажет эти действия всем шкурникам, которые находятся на фабрике «Скороход».

Тов. Герцен (от завода Арсенал): Не далее, как в октябре обсуждалась такая же позорная картина, которая предполагали ор­ганизовать маршрутный поезд... (Шум)... сволочь Юденич... (Ап­лодисменты)... которая позорит не только Россию, не только Петроград, но и весь пролетарский мир всего мира. В ту минуту, когда люди страдают от голода и холода, они требуют по 10 пар сапог. Позором клеймит весь пролетарский мир таких негодяев. (Аплодисмент ы).

Тов. Тюшин3 (От союза текстильщиков): Товарищи, меня удивляет такая история, как появление на рынке обуви. Откуда она берется? Конечно, с фабрики «Скороход». Папиросы откуда берутся? Конечно, с табачной фабрики. До тех пор будет продол­жаться такая история, пока не сознают, что это есть не наша собст­венность, а собственность государства. Я говорил в Исполнитель­ном Комитете совета профессиональных союзов, что это ненормаль­ное явление, которое нужно вырвать, но не хотели меня слушать. Мало 4 пары, надо просить по 6 пар, и какие-то парусиновые, соли да еще материю. Нужно с этим злом покончить. В организованной мас­се, которую должна взять в руки это руководство, нам нужно урав­нять всех рабочих... (Аплодисменты)... Не надо считать своей собственностью или моей собственностью. Эта собственность - госу­дарственная. Никто не имеет права взять аршин ситца без организо­ванного постановления для спекуляции. Эту спекуляцию нужно по­бороть. Этому безобразию нужно положить конец. С сегодняшнего дня урегулировать это положение... (Аплодисмент ы)... Каждый союз должен делать по своему произволу и удовлетворять рабочих, как следует, тогда будет порядок во всех организациях... (Апло­дисменты).

Делегат от Канатной фабрики «Гот»: Предлагаю пре­зидиуму Совета составить бумагу, чтобы всем планомерно было вы­дано по одной паре сапог при такой дороговизне (шум).

Председатель : Один из товарищей красных моряков, кото­рый принимал участие в восстановлении порядка на фабрике «Ско­роход», просит слово.

Моряк-красноармеец: Мне хотелось сказать несколько слов по поводу беспорядков. К великому несчастью нам пришлось как раз участвовать в одном месте с тов. Углановым, т.е. когда двух­тысячная толпа, если можно так назвать, неорганизованная толпа предъявила невероятные требования. Мы спросили: «Что вы хоти­те?» Они нам ответили: «Дайте нам не красноармейский паек, а крас­нофлотский». Некоторые даже заявили: «Дайте парусиновые ботин­ки, разделите сукно, которое имеется на фабрике, разделите кожу».

Этак придется разделить станки и т.д. Конечно, там есть люди, которые провоцируют их против власти. Если можно так выразить­ся, это, в полном смысле слова, кучка авантюристов, когда больше чем на 65% сумела спровоцировать, за которой пошла остальная мас­са. Нам тов. Угланов сказал: «Будьте любезны спросить тех, кто не желает работать, пускай идет обратно». После этого начали перехо­дить. Некоторые личности из мужского пола, которых совершенно немного, но которые на стороне тех, кто провоцирует, предъя­вили нам требования в 11 пунктах, которые просили удовлетво­рить. Я спрашиваю: «Вы, братцы, выработали эти требования». Они говорят: «Не знаем, кто-то вырабатывает». Конечно, таких ра­бочих, товарищи, которые провоцируют, следует вывозить на горя­чее поле. Здесь замешана нечистая рука, определенно связанная с агентами Антанты. Эти господа пользовались определенными мо­ментами. После восстановления порядка около 2000 человек пошло на фабрику, осталось только 600 человек, которые начали устраи­вать митинг. Они говорят, что у моряков есть все - по 10 ф[унтов] сахару получают, едят жирную баранину и т.д. Здесь господа-мень­шевики орудуют. Мы, моряки, говорим, что во всякий критиче­ский момент пойдем на помощь и уничтожим ту гадину, которая провоцирует этих рабочих.

Тов. Каменский4 (от Обуховского завода): Товарищи, я ра­бочий Обуховского завода, не коммунист, а можно сказать - бес­партийный. Такое явление, которое царит на фабрике «Скороход», меня возмущает. Оказалось, что есть другие фабрики, которые поль­зуются разными льготами, где табаком, где папиросами, где ситца­ми, которые тащат на рынок и им спекулируют. Несмотря на то, что скороходовцы продают сапоги, требуют еще по несколько пар, между тем народная наша армия дерется в лаптях. Таким образом, нам, обуховцам, так как мы изготовляем паровозы, требовать их, чтобы мы могли отправиться за хлебом, вооружившись пушками... (Аплодисменты)... Этим раз навсегда мы не должны пользо­ваться. Мы все должны взять на учет и, в первую очередь, все должно идти на армию. (Аплодисмент ы).

Тов. Ефимов (от лечебников): Товарищи, можем ли мы, про­летарии, сейчас так хладнокровно относиться к этому вопросу и смот­реть на все выступления скороходовцев, которые всегда в критиче­ский момент дезорганизуют работу и играют не в пользу революции. Нужно всех пересмотреть. Нет никакого сомнения, что те, которые туда присосались, ведут дезорганизацию. Их нужно в первую оче­редь выбросить, а прислать таких пролетариев, которые не эксплуа­тировали бы рабочих. Если мы пойдем на такие уступки, на какие пошел Совет профессиональных союзов, удовлетворяя их одной па­рой сапог, то все равно, как прежде бывало - служила прислуга у барина, не получила подарка и ушла, то же самое это поощрение идет в пользу контрреволюции. Товарищи, обратите внимание на

другие пролетарские организации, а именно: на союз медицинских работников. Я от имени союза медицинских работников заявляю, что он клеймит позором таких белогвардейцев. Нужно поставить не жандармов, а тех товарищей... (Ш у м)...

Тов. Бобков: Товарищи, я не буду много говорить, но как нахожусь от районного комитета Московского района, где находит­ся фабрика «Скороход», должен сказать, что здесь есть вина рабо­чих, которые по своей темноте позволяют играть с.-р[ам] и мень­шевикам. Я заявляю, что здесь политическая подкладка - с.-р[ы] и меньшевики. Нелепые требования потому выставлены, чтобы со­рвать выборы в Петроградский Совет. Когда фабрика «Скороход» забастовала, то такие же требования появились на фабрике «Побе­да». Вчерашний день такие же требования появились на 1-ой Госу­дарственной фабрике «Надежда». Там требуют соль и разделить сукно. Сегодняшний день эти нахалы, подлецы и мерзавцы выстав­ляют своих кандидатов в Петроградский Совет, призывают рабо­чих голосовать за их кандидатуру. На заводе «Речкина» появился список с.-р[ов], объединенных с меньшевиками. В этом списке го­ворится, что от имени объединенного коллектива выставляем сво­их кандидатов тт. Соловьева и Никитина. Внизу подписи: предсе­датель коллектива Соловьев и секретарь Никитин. Товарищи, этим нахалам, подлецам, мерзавцам - с.-р[ам] и меньшевикам среди рабо­чих не место. (Аплодисмент ы).

Тов. Анцелович: Товарищи, здесь один из товарищей сде­лал упрек Совету союзов. Упрек правильный и неправильный. Пра­вильный в том отношении, что со всяким шкурничеством надо бо­роться беспощадно во имя интересов рабочего класса. В целом не­правильный в том смысле, как мы понимали, что шкурничество среди рабочих - это истинное ничтожество, старый холуй, старый лакей, старый раб в рабочем живет. Понимая это, мы осторожно подходим к рабочим. Мы учитываем продовольственные условия, учитываем то, что рабочий живет в невероятно тяжелых услови­ях, работает в невероятно тяжелых условиях. Учитывая, что сре­ди рабочих есть много предрассудков, много темноты, много невеже­ства, много старой капиталистической развращенности, мы не сразу, не грубо, а с некоторым подходцем, с учетом психологии рабочих решили это уничтожить. Что же оказывается? Оказывается, что не все рабочие понимают, что рабочая организация чутка и эту чуткость надо ценить. Вместо того, чтобы сказать, что Совет союзов поступил неправильно, дав по паре сапог, наших членов сами подстрекаем, можно сказать прямо, провокатируем, связываем не с нашей парти­ей, а меньшевиков. В том-то и дело, что тут не разберешь, где просто монархист, где просто спекулянт, где начинается партия меньшеви­стская, а где с.-р[ов]. Тут новая партия - партия шкурников. Я дол­жен сказать, что у меньшевиков среди рабочего класса не осталось ни одного, кроме шкурников. Всякий честный рабочий, коммунист или

беспартийный, стоящий на почве диктатуры пролетариата, который ставит больше всего интересы коммунизма или интересы рабочего класса, понимает, что на почве шкурничества далеко не уедешь, при­крываясь лозунгами, прикрываясь политическим... (Аплодисмен-т ы)... Товарищи, какой цинизм. Раньше выставлялся просто лозунг: свобода торговли. Теперь этого лозунга не выставили, а выставили лозунг: дележка всей производственной силы, дележка всего сук­на, дележка всего завода. Вот какой объединенный багаж. Вот ка­ково содержание в агитации, пропаганда тех групп, которые пони­мают, что влияние на рабочую массу потеряно навсегда, которые цеп­ляются за всякую возможность, чтобы столкнуть в пропасть нас в исторический момент жизни. Красная армия для того, чтобы раз­бить поляков, должна в кратчайший срок перебросить все свои силы на фронт. Для того, чтобы отобрать Киев, нам нужно было перебро­сить несколько тысяч, а может быть и десятков тысяч пролетар­ских рабочих.6Что это значит? Вместо того, чтобы подвозить к Пет­рограду продовольствие, вместо того, чтобы везти в Петроград сы­рье, нам приходилось возить к Киеву отряды красных кавалери­стов, чтобы выгнать польское панство из Киева. Они радуются, они лицемерят, на словах они говорят, что они за советскую власть, а на деле поступают, как самый худший контрреволюционер поступать не может. Когда мне приходилось, в качестве председателя Совета союзов в первый раз говорить с ними, они мне ответили: «Тов. Ан-циелович, что об этом говорить, мы получали по одной паре сапог на себя и на членов семьи даже при царском правительстве. Полу­чали даже от старого правления, а вы, представители новой власти, представители порядков, вы, при власти рабочих, лишаете нас то­го, что нам разрешало царское правительство и буржуазия. Разве мы, скороходовцы, не сделали октябрьскую революцию?» Вот как они ставят вопрос. Так могут ставить вопрос только глупцы или слепые. Есть такие поступки, где глупость направлена в сторону приостановки работ на фабрике «Скороход». Когда литейщики на металлических фабриках работают босые, когда водопроводчики без сапог лазят в воду, рискуя получить ревматизм, когда рабочие на самых тяжелых работах работают раздеты и разуты, в то же самое время находится такая группа рабочих, которая говорит, дай нам сукно, сапоги, соль и т.д. Тут надо скобки раскрыть. Если мы хотим носить почетное имя рабочего, этого не должно быть. Нас каждый ругает: «Эй, буржуй». Эти буржуи есть в среде рабочих... (Аплодисменты)... Никогда буржуазию не подавим, никогда наши поляки не восторжествуют, если у нас, будь коммунист, или беспартийный, все равно, будет шкурником. Никогда советская власть, никогда рабоче-крестьянская власть не дождется освобож­дения, если будем терпеть на заводах, хотя бы одного рабочего, который спекулирует добром, создаваемым общим народным тру­дом. Поэтому вопрос должен быть поставлен резко. Делегаты от

фабрики «Скороход» молчат. Товарищи, как понять ваше молча­ние? Как согласие? Товарищи-скороходовцы, отвечайте перед пле­нумом. С нами вы молчите. Вы не имеете мужества. Сказать правду вы не можете... (Аплодисменты). Вы для нас такие же братья, как каждый коммунист, как каждый рабочий. Ваш бог - наш бог. Наши нужды - ваши нужды. Поймите, будет вавилонское столпо­творение, если рабочий вцепится в рабочего. Будет поголовное во­ровство, поголовная спекуляция. Всем нам и вам капут. Польский пан разобьет Россию. Старый поляк вернется и будет управлять страной. Если вы будете рабами, если будете шкурниками, если будете за чечевичную похлебку, т.е. за 10 фунтов соли продавать пролетарскую власть, погибнете вы и мы... (Аплодисмент ы)... До меня говорили рабочие от разных профессий, поэтому картина ясна. Я беру на себя смелость на любом собрании рабочих доказать, что так могли поступить скороходовцы, только ослепленные спеку­ляцией и провокаторы. Я подчеркиваю: на рынках кто продает? Продают отдельные группы рабочих, продают отдельные комисса­ры, продают коммунисты. Правду надо сказать, продают все. Отсю­да такой вывод может быть: надо дать всем по рукам. Надо беспо­щадно расстреливать тех, кто продает. (Аплодисмент ы). Тов. Угланов, который взял провокатора за шиворот и отправил в ЧК, поступил, как честный рабочий... (Аплодисмент ы)... Легче про­износить речи, надо требовать от власти, а труднее установить по­рядок. Само собою разумеется, когда рабочая организация для то­го, чтобы установить порядок — в тот момент ощетинивается, дело плохо. За последнее время фабрика «Скороход» превратилась фаб­рикой не производственной обуви для питерских рабочих, а стала фабрикой для доставки русским международным спекулянтам. Нет, товарищи. Если бы скороходовцы просили для себя, то можно бы­ло бы спросить: «Сколько ног у каждого рабочего?» Оказывается, что у каждого рабочего выходит по 9 ног. Но в том-то и дело, что не для себя они просят, а для продажи на рынке, для спекуляции. Это должно быть каждому ясно. Поэтому, товарищи, если мы хотим провести в жизнь трудовую дисциплину, если хотим провести тру­довую повинность, если мы хотим, чтобы не было ни одного дармое­да, ни одного фланера, ни одного бездельника, чтобы не существо­вало ни одного буржуя, надо прежде всего побороть шкурничество в нашей среде. Правильный шаг Совета союзов — его президиума по отношению к скороходовцам иллюстрируется тем, что вы дружны­ми аплодисментами выразили тому постановлению, которое вывел тов. Угланов. Вы должны вменить в обязанность перейти от фабри­ки к фабрике, от учреждения к учреждению и заставлять работать шкурников, а не спекулировать на шкуре рабочего класса. (Апло­дисменты)... Мы это. сделаем. Надо удивляться нахальству шкурников. Перед тем, как послать моряков, мы к скороходовцам обратились с воззванием, в котором сказано...6 (Ч и т ае т)... (Ап­

л од и с менты)... Вот что мы сказали. Они, имея от нас обраще­ние, на работу не пошли. Моряки, которые пришли, должны охра­нять фабрику и завод от всевозможного покушения. Потому, что вы знаете, что в Москве был поджог - сгорели склады интендант­ства, где сгорела масса обмундирования, предназначенного для Крас­ной армии. Кто это сделал? Конечно, провокаторы. В Петрограде что ни день, то пожар. На днях сгорела пристань на Калашников-ской набережной. Здесь или провокация, или просто небрежное от­ношение. Мы должны с этой неряшливостью и с провокацией по­кончить. Для этого необходимо твердое решение. Когда кричали скороходовцы, что красные моряки - фараоны, была неправда. Ско-роходовские рабочие, скажу, хуже фараонов. Они холуи, шкурни­ки и лентяи. Когда на Красной Горке расстреливали моряков, то скороходовцы им завидовали? Когда в дни Керенского английская эскадра бомбардировала Кронштадт и муха падала от пуль в Пет­рограде от армии Керенского, им завидовали?7Когда в Кронштадте в 1915-1914-1910-1907 гг. погибали моряки, им завидовали? То­гда молчали. Если завидовать, то завидовать надо до конца. Когда кому плохо, то разделять надо горе вместе. В это время с нами борят-ся моряки, шкурники же способны только на провокацию, способны ударить ножом в спину.

Да здравствует передовой рабочий! Да здравствуют моряки! Смерть шкурникам! (Аплодисмент ы).

Председатель : Товарищи, у нас записано 12 ораторов. Я бу­ду голосовать. Кто за то, чтобы дать всем записавшимся высказать­ся, прошу поднять руку. (Производится голосование).

Голос (с места): Прошу меня записать...

Голос (с места): Довольно... Довольно...

Председатель: Вы должны были раньше подать записку. Я поставлю теперь другой вопрос на голосование. Кто за то, чтобы прения не закрывать, а только ограничить время ораторов, тех про­шу поднять руку. (Производится голосование).

Голос (с места): Дело в следующем. Как раз речь тов. Анцело-вича побудила каждому скороходовцу выступить и высказаться. Лучше поздно, чем никогда. Я имел возможность выступать, по­этому в достаточной степени могу требовать, как выступавший про­тив, чтобы скороходовцам было дано слово.

Председатель : Я даю слово скороходовцу, чтобы он мог вы­сказаться.

Делегат Скороходовской фабрики: Товарищи, как посланный делегат от фабрики «Скороход», со своей стороны дол­жен заметить, что некоторые требования, выставленные скорохо-довцами, были справедливые. Я работаю на фабрике недавно и не знал, что скороходовцы просили по две пары сапог и по одной паре парусиновых. Я был выдвинут средой тех рабочих, которые работа­ют вместе со мной в мастерской. В свою очередь, скажу, действи­

тельно отчасти некоторые, может быть, пользуются случаем полу­чить обувь дли спекуляции. Конечно, я, получив обувь, ее бы про­дал, т.к. из-за отсутствия продовольствия мне пришлось бы так поступить, совершенно верно, может быть, такая же нужда заста­вила спекулировать обувью и многих моих товарищей. В настоя­щее время я имею талон на получение обуви, но сапог не имею. Лично я считаю, что в такой тяжелый период, действительно соз­нательные рабочие таких требований предъявлять не должны бы­ли... (не слышно)...

Председатель: Разрешите дать слово тов. Угланову только для заявления.

Тов. Угланов: Я дам фактическую справку: он со мною раз­говаривал на делегатском собрании, что ордер получил, а сапог не получил. Как тогда, так и сейчас говорю, не получил оттого, что сами ничего не сделали. В день должны вырабатывать по 2 пары сапог, а вы вырабатываете только е пары, поэтому ордера имеете, а давать нечего. Ничего не делаете.

Председатель : Товарищи, должен констатировать, что то ре­шение, которое сделал Совет союзов по отношению к скороходовцам в мае месяце, он его не отменил, и со стороны скороходовцев не было никаких оснований волноваться. Они волновались по наивному же­ланию получить обувь по летнему сезону и еще по кожаной паре. Если бы скороходовцы говорили так, как сейчас, пришли бы и сказа­ли: «Давайте искать выхода». Понятно, мы бы навстречу их требова­ниям пошли. Я подчеркиваю, что они даже свои требования не сочли нужным провести через организацию, рассуждая так, если Совет сою­зов раз дал, то почему ему не дать еще раз, т.к. без нас, скороходов­цев, не обойдешься. Металлист делать сапоги не будет, а т.к. мы соль земли, то вы должны удовлетворить наши требования. Вот какая мо­раль. Ввиду того, что мы дали оценку всего положения дела, считаю необходимым вместо речи сразу перейти к резолюции...

Голоса (с места): Правильно... Просим...

Председатель: Перед тем, как огласить резолюцию, должен сказать, что у меня имеется целый ряд писем от заводов, как на­пример, от путиловских рабочих, разрешите прочесть то место, ко­торое связано с событием на фабрике «Скороход»... (Читает)... Имеются также письма и от других заводов, разрешите их не огла­шать, а считать, что по этому вопросу посвятили достаточно внима­ния. Слово для оглашения резолюции предоставляется тов. Лепсе.

Тов. Лепсе: Заслушав доклады тов. Угланова и Анцелови-ча о непорядках на фабрике «Скороход» и о мерах, принятых для борьбы с ними, Пленум постановляет:

1) Снова подтвердить постановление Всероссийского Совета Ра­бочих и Красноармейских Депутатов, ВЦСПС и Петроградского Со­вета профессиональных союзов о недопустимости приостановок ра­бот на фабриках и заводах и в различных учреждениях.

2) Уполномочить Исполком Совета всеми мерами, до самых суровых включительно, проводить его постановление неуклонно в жизнь. Указать Исполкому, что за неприменение этих мер он несет суровую и действительную ответственность перед Пленумом Совета.

3) Одобрить меры, принятые на этот раз Президиумом Исполко­ма по отношению к фабрике «Скороход». Указать Исполкому, что ему следовало бы уже давно, во исполнение постановлений Всерос­сийских съездов профсоюзов вступить в решительную борьбу со шкурничеством в форме совершенно недопустимого самоснабжения на фабриках и заводах различных производств, которое плодит спе­кулянтов, развращает рабочую массу и явно льет воду на мельницу контрреволюции.

4) Указать скороходовцам, что их поведение ложится на них позорным клеймом и является тяжким оскорблением для всего ра­бочего класса особенно потому, что в своих требованиях они совер­шенно не считались с возможностью их осуществить, а также с тем, что даже частичное осуществление их нанесло бы огромный вред самому производству, а стало быть, и делу снабжения нашей само­отверженной Красной Армии.3

5) Указать скороходовцам, что благодаря непорядкам на фабри­ке пострадали рабочие, занятые на таких тяжких работах, как до­бывание торфа, сплав дров, переработка металла, обслуживание ко­чегарных отделений на фабриках и заводах, где каждая пара обуви есть вопрос о жизни рабочего.

6) Предупредить скороходовцев, что свою вину перед ними и пе­ред Красной Армией они могут искупить только в том случае, если они напряженной работой в кратчайший срок наверстают потерян­ное время и доработают невыполненную норму.

7) Признать, что приостановка работ и непорядки на фабрике «Скороход» были в значительной мере вызваны и обострены контр­революционной агитацией лиц и групп, враждебных Советской вла­сти и диктатуре рабочего класса. Ввиду этого указать Исполкому на необходимость усиления профсоюзной, политической и куль­турной работы на фабрике «Скороход» и в других предприятиях кожевенного производства.



8) Обратить особенное внимание Отдела Труда на положение ра­бочих в предприятиях кожевенного производства и предложить ему срочно представить соответствующий доклад в Исполком Совета.8

ЦГА СПб. Ф. 6276, on. 5, д. 41, л. 60-79. Копия, машинопись.

1С 19 до утра 25 октября 1919 г. 5-я Ливенская дивизия Северо-Запад­ной армии генерала Н. Н. Юденича находилась у дачного поселка Лигово (в 1918 г. переименованный в Урицк) в 13 км от центра Петрограда. Бе­лые разъезды показывались возле Путиловского завода. Для питерских большевиков это были критические дни, после которых началось контр­наступление Красной армии, закончившееся разгромом армии Юденича.

2 Мечтая создать Великую Польшу от Балтийского до Черного моря в границах 1772 г., маршал Ю. Пилсудский 25 апреля 1920 г. прорвал Юго-Западный фронт Красной Армии и вторгся вглубь Украины. В июне Красная Армия начала контрнаступление и 17 июля пересекла предло­женную Великобританией как компромисс «линию Керзона», чтобы по­пытаться создать Советскую Польшу и вызвать вооруженное восстание пролетариата в странах Западной Европы. 16 августа под Варшавой Пил­судский разрушил фронт М.Н.Тухачевского, и Красная Армия с тяжелыми боями покинула Польшу. 17 октября было заключено перемирие, 18 марта 1921 г. в Риге подписан мирный договор. К Польше отошли западные земли Белоруссии и Украины. Граница устанавливалась восточнее «линии Керзо­на», советская сторона должна была выплатить контрибуцию в 30 млн. золотых рублей и возвратить научные и культурные ценности, вывезен­ные с 1772 г. из Польши.

3 Тюшин Петр Артемьевич (1866-1934), рабочий-текстильщик, член Петербургского Союза борьбы за освобождение рабочего класса, один из организаторов всеобщей стачки текстильщиков 1896 г. и позднее Союза текстильщиков. Член РСДРП с 1898 г., большевик, корреспондент «Прав­ды» в 1912-1914 гг., затем до 1917 г. в ссылке. В 1917 г. председатель комитета рабочих фабрики Кожевникова, член Петроградского Совета и Центрального совета фабзавкомов Петрограда. После октября 1917 г. работал в Революционном трибунале, органах социального обеспечения, губернском отделе Союза текстильщиков. В 1923 г. его именем переиме­нована Воздвиженская улица Петрограда, где находилась фабрика «Боль­шевичка» (бывш. Кожевникова). С 1926 г. персональный пенсионер.

4 Каменский Владислав Исаевич (псевд. Герман) (1887-1924), фарма­цевт, меньшевик, участник событий 1905 г. в Екатеринославе, с 1917 г. работник страховых больничных касс в Петрограде, в 1916 г. сослан в Си­бирь, где под фамилией Штерн стал секретарем Военно-промышленного комитета в Новониколаевске. С марта 1917 г. председатель Новониколаев­ского Совета рабочих депутатов, затем в Петрограде член бюро ВЦИК Со­ветов и его Временного военного комитета, член Предпарламента. После октября 1917 г. от завода «Новый Лесснер» избран в Петроградский Со­вет, арестовывался в 1920 г. и 14 февраля 1921 г. после выступления на собрании заключен в Петропавловскую крепость, где вместе с Ф.И.Даном, Н.А.Рожковым и другими меньшевиками намечался к расстрелу как за­ложник за Кронштадтское восстание, хотя тоже не имел к нему отноше­ния, но ЦК РКП(б) запретил расправу. В 1922 г. сослан в Вологду, в 1923 г. переведен в Нарымский край.

5 Польская армия вошла в Киев 6 мая и была изгнана 12 июня 1920 г.

6 Петроградский совет профессиональных союзов выпустил листов­ку с требованием к скороходовцам немедленно отказаться «от заявленных шкурнических и недостойных пролетария требований». В листовке гово­рилось: «Каждый рабочий и работница, настаивающие на привилегиях для данного завода в отношении особых выдач предметов своего производ­ства в ущерб Красной Армии и трудящимся Петрограда, являются преда­телями, шкурниками, выродками в семье питерских рабочих. Петроград­ский совет профессиональных союзов неоднократно предупреждал рабочих и работниц фабрики "Скороход", указывая на недопустимость шкурниче­ского самоснабжения [...] Не успев износить выданную обувь, скороходов­цы требуют летних парусиновых сапожек, раздачи производственного сукна

и соли, необходимых для изготовления обуви для трудящихся Петрограда и Красной Армии [...] Петроградский совет профессиональных союзов пред­лагает всем честным рабочим фабрики "Скороход" решить, с кем они -с революционными рабочими Петрограда или с польскими панами и их наемниками, проникшими в среду рабочих фабрики [...] Все шкурники и провокаторы железной метлой будут выметены из рабочей среды и по­ставлены вне защиты пролетарских организаций» (Листовки петроград­ских большевиков. Т. 3. С. 435-437).



7 «Армия Керенского» никогда не вела боев на улицах Петрограда (стрель­бу 3-4 июля 1917 г. устроили правые и левые экстремисты, когда А.Ф.Ке­ренский находился на фронте). Английской бомбардировки Кронштадта при Временном правительстве не было и не могло быть, Великобритания тогда была военной союзницей России. Англичане бомбардировали Крон­штадт не при Керенском, а при Ленине. В ночь на 18 августа 1919 г. семь английских торпедных катеров совместно с авиацией совершили набег на Кронштадт. Сторожевой эсминец «Гавриил» метким огнем подбил три анг­лийских катера (затоплены англичанами), но два катера прорвались на кронштадтский рейд, затопили бывший крейсер «Память Азова», став­ший плавбазой подводных лодок, и повредили линейный корабль «Анд­рей Первозванный» До конца августа английские самолеты до четырех раз в день сбрасывали бомбы на Кронштадт и корабли, но с малым успе­хом. 31 августа подводная лодка «Пантера» потопила новейший англий­ский эсминец «Витториа» восточнее о. Сескар, близ Кронштадта, и на­беги прекратились (см.: Дважды Краснознаменный Балтийский флот. М., 1990. С. 142-143).

8 21 июня 1920 г. забастовали рабочие нескольких отделений фабрики. После урегулирования конфликта Московский РК РКП(б) провел перере­гистрацию членов РКП(б), которая показала, что все коммунисты фабри­ки занимают административные должности, а «рабочих от станка» среди них нет. Поэтому райком просил ПК РКП(б) вернуть на фабрику рабо­чих-коммунистов, взятых на другую работу. Ответственным организато­ром коллектива был назначен Н. А. Бялый, до этого заведующий агитаци­онным отделом Московского РК РКП(б). 1 июля 1920 г. общее собрание более 2500 рабочих и служащих «Скорохода» в связи с перевыборами де­путатов в Петроградский Совет приняло резолюцию, в которой в частно­сти говорилось: «Сознаем, что своим поступком - приостановкой работ -нанесли ущерб доблестной Красной Армии и всем трудящимся, играя тем самым на руку польским панам и всемирной буржуазии. [...] Впредь таких подстрекателей и авантюристов, которые вносят дезорганизацию и кото­рые стремятся вести рабочий класс к гибели, мы не допустим в свою про­летарскую семью». (История фабрики «Скороход». С. 240). 9 сентября 1920 г. фабрике было присвоено почетное наименование - 1-я государст­венная образцовая обувная фабрика «Скороход».

///. 1921

76



1   ...   15   16   17   18   19   20   21   22   ...   38

  • ЦГАИПД СПб. Ф. 1
  • Стенограмма доклада секретаря Петроградского союза советских служащих Н.А.Угланова о волнениях рабочих на фабрике «Скороход» и прений по докладу на Пленуме Петроградского губернского Совета профсоюзов
  • 14 Заказ №247