Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Российская академия образования




страница4/27
Дата15.05.2017
Размер5.78 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27

Во Франции к началу XIX века уже имелись достаточно длительные традиции проведения статистических соци­альных исследований, связанные с именами как выдаю­щихся государственных деятелей (Ж.Кольбер (1619-1683). С.Л.П.де Вобан (1633- 1707), А.Р.Ж.Тюрго (1727-1781)), так и ученых (Ж.Д'Аламбер (1717-1783), Ж.А.Кондорсе (1743-1794), ПЛаплас (1749-1827)) [см.: 108. С.126]. Прак­тическая направленность проводимых исследований уси­лилась после Великой Французской революции. В 1801 г. министерство внутренних дел провело во Франции пер­вую всеобщую перепись-обследование для получения данных о том, какие изменения произошли с начала революции в численности и размещении населения стра­ны, в условиях их жизни, а также в сельском хозяйстве и промышленности. Вслед за этим были проведены еще две переписи населения в 1806 г. и 1810 г. С 1803 по 1806 гг. активно работало неофициальное Статистическое обще­ство.

Но правительство скоро поняло, что широкая публи­кация результатов исследований, не поддающихся кон­тролю, для него невыгодна, и поэтому прекращает дея­тельность Статистического общества, с 1810 г. запрещает публикацию результатов переписей, ас 1812 г. упраздняет Статистическое бюро, которое занималось координацией официальных и частных исследований. Сбор статистических данных стал привилегией исключительно только пра­вительства. И только в 1836 г., после создания в 1832 г. Центра всеобщей статистики, появилась возможность провести полноценную перепись населения Франции.

После Июльской революции 1830 г., положившей конец 2-й Реставрации, становятся актуальными пробле­мы ускоренной индустриализации, обостряется рабочий вопрос. Правительством были восстановлены некоторые статистические службы донаполеоновской эпохи. В этот период во Франции, так же, как и в Англии, наибольшее распространение получило социально-гигиеническое на­правление, целью которого было изучение условий жизни трудящихся. Классическим представителем этого направ­ления был бывший врач наполеоновской армии Луи-Ренэ Виллерме (Villerme) (1782-1863). В 1823 г. он стал членом Академии нравственных и политических наук по поруче­нию которой и начал заниматься исследованием положе­ния бедных классов. Объехав множество городов и про­мышленных центров, он написал ряд работ, содержащих большое количество разнообразных фактов и наблюдений из этой области. Данные работы легли в основу многих последующих работ, посвященных пауперизации, поло­жению рабочих классов и т.д. Самая известная его двух­томная работа «Сводка физического и морального состо­яния рабочих на бумажных, шерстяных и шелковых ману­фактурах», изданная в 1840 г., была посвящена рассмотрению условий труда и быта рабочих (числен­ность и демографические данные рабочих, брачность в их среде, средняя заработная плата, продолжительность ра­бочего дня, санитарные условия помещений и т.д.). Про­веденное им исследование оказало большое влияние на общественность. Например, ярко описанные в книге факты эксплуатации детского труда во Франции вызвали бурные дебаты в английском парламенте, что, в свою очередь, выступило дополнительным стимулом для при­нятия уже в 1841 г. закона, который регулировал детский труд [см.: 108. С.127; 317, Т.П. С.340-341].

Изучением проблем социальной гигиены в первой по­ловине XIX в. также занимался врач Александр Паран-Дюшатле (Alexis-Jean-Baptiste Parent-Duchatelet) (1790-1836). Он был президентом совета оздоровления Парижа. Евро­пейскую известность ему принесли его книги «Общест­венная гигиена» (1836), а также двухтомник «Проституция в Париже» (1834). Для написания последней работы он использовал данные статистики, документы полиции, ин­тервью и личные наблюдения. Путем сбора объективной информации он пытался найти пути борьбы с этим соци­альным злом, но полученные результаты констатировали неизбежность проституции, а рекомендации проведения благотворительной материальной и моральной помощи раскаявшимся проституткам совершенно беспомощными [см.: 108. С.128; 317, Т.44. С.777].

В развитие «моральной статистики», а именно уголов­ной статистики, большой вклад внес французский юрист Андрэ Мишель Герри (Guerry) (1802-1867) своими работами «Сравнительная статистика образования и числа преступ­лений в различных округах» (1829), «Очерки моральной статистики Франции» (1832) и «Моральная статистика Франции и Англии» (1860). В «Очерках моральной статис­тики Франции» А.Герри выявляет определенное постоян­ство в статистике преступлений (количество преступле­ний в одних и тех же районах страны, а для разного рода преступлений — время года совершения и неизменность распределения преступников по полу и возрасту). К сожа­лению, он только констатировал эти факты, объяснить их причины он не смог. Он первым начал статистическое изучение мотивов преступлений. Так своими исследова­ниями А.Герри, например, опроверг широко распростра­ненное мнение, что основной причиной преступлений выступает низкий уровень образования, и установил связь между уровнем промышленного развития департаментов (обследованию были подвергнуты 85 департаментов Франции) и уровнем как преступности, так и образования в них [см.: 108. С.128; 317, Т.16. С.551].

Особенно большой вклад в развитие эмпирических социальных исследований внес выдающийся франко-бельгийский ученый, естествоиспытатель (математик. астроном, географ и др.), социолог-позитивист, один из крупнейших статистиков XIX в., известный в основном как отец современной статистики — Ламбер Адольф Жак Кетле (Quetelet) (1796-1874). Его библиография по статис­тике насчитывает 65 работ [см.: 317, Т.29. С.23]. А.Кетле принимал активное участие в организации статистичес­ких обществ во Франции и Англии. Именно он выдвинул в 1851 г. идею о созыве Международного статистического конгресса, которая встретила поддержку у ученых других стран. Но из-за международного кризиса, приведшего к Крымской войне 1853-1856 гг., дата его проведения была отложена, 1 Международный статистический конгресс со­стоялся 19-22 сентября в 1853 г. в Брюсселе. На нем в общих чертах были выработаны основные правила перепи­си населения. На последующих восьми сессиях конгресса (Париж — 1855 г.; Вена — 1857 г.; Лондон — 1860 г.; Берлин — 1863 г.; Флоренция — 1867 г.; Гаага — 1869 г.; Петербург — 1872 г.; Будапешт — 1876 г.) дорабатывались отдельные детали проведения переписей населения, а также обсуж­дались теоретические и практические проблемы, с кото­рыми приходилось сталкиваться представителям новой науки [см.: 305. С.64-65; 326. С.77-78].

В работе «Письма о теории вероятности» (Lettres sur la theorie des probabilites Р.289) он приводит свои соображе­ния, которыми необходимо руководствоваться для пра­вильного составления статистической программы. Четыре методических правила формулировки анкетных вопросов, разработанные А.Кетле в данном сочинении, широко ис­пользуются исследователями и в настоящее время. Во-первых, необходимо ставить только такие вопросы, кото­рые необходимы для целей проводимого исследования и на которые можно получить ответ. Во-вторых, задаваемые вопросы не должны вызывать у опрашиваемых подозре­ния или опасения. В-третьих, вопросы должны быть четко, ясно и точно сформулированы, для того чтобы все опрашиваемые понимали их однозначно. В-четвертых, вопросы должны быть сформулированы так, чтобы был обеспечен их взаимный контроль, т.е., задавая одни во­просы, можно было бы проверить истинность ответов на другие [см: 88. С.80-85; 301. С.87-91].

Большой вклад в развитие эмпирических социальных исследований внес социолог, политический деятель, по образованию горный инженер, профессор Политехничес­кой школы в Париже — Фредерик Пьер Гийом Ле Пле (Le Play) (1806-1882) [см.: 108. С.132-135; 268. С.20-22]. Собы­тия Июльской революции произвели на него неизглади­мое впечатление, и он, чтобы понять причины возникно­вения социальных революций, решил заняться наблюде­нием за жизнью общества как естествоиспытатель. Информация собиралась с помощью личного наблюдения и свободного интервью. В качестве основного объекта наблюдения им была выбрана семья, так как она представляла собой простейшую модель, клеточку любого об­щества. Им была разработана типология семей, он разли­чал три типа семей: патриархальную, коренную и неста­бильную. Выяснив, что историческое движение в общест­ве заключается в переходе от патриархального типа семьи к нестабильному, он предлагает свою программу социаль­ного переустройства общества. Будучи государственным советником Наполеона III, сенатором, давая советы о возможных путях реорганизации общества, был более склонен к реставрации традиций, чем к созданию нового социального порядка путем революции.

Ле Пле и его школа внесли большой вклад в методоло­гию эмпирических социальных исследований, разработав монографический метод наблюдения и описания на базе всестороннего обследования семей. При объяснении со­циальных явлений ведущее значение он придавал, с одной стороны, географическим и технологическим фак­там, а с другой — морально-религиозным, поэтому в дальнейшем его работы оказали большое влияние на раз­витие таких направлений, как географический и техноло­гический детерминизм14, католическую социологию [см.: 229.С.153-154].

Ситуация в Германии была иной. Общая отсталость и раздробленность немецких государств в первой половине XIX в., а также начало различных общественных движе­ний стали основной причиной отставания Германии от передовых стран Европы в деле разработки, развития и проведения эмпирических социальных исследований. Поэтому германские ученые-исследователи заимствовали опыт и достижения других стран в этой области.

В начале XIX в. немецкая статистика все еще пред­ставляла собой конгломерат15 сведений по географии, де­мографии, медицине, истории, экономике и др., и только к середине века (а именно, после революции 1848 г.) начинает просматриваться дифференциация этих иссле­дований. Начинают проводиться исследования, посвя­щенные проблемам «социальной гигиены», появляется интерес к проблемам общественного здравоохранения. В этой области больше всего сделал Рудольф Вирхов (Virchow) (1821-1902), один из основателей медицинской статистики в Германии, патолог и общественный деятель.

В 60-70-е годы популярными становятся исследования «моральной статистики», демографии и положения бедных. Эрнст Энгель (Engel) (1821-1896), первоначально — горный инженер, позднее — экономист и профессиональ­ный статистик, проведя сравнительный анализ бюджетов семей, полученный в результате разных исследований, обосновал ряд закономерностей, ставших широко извест­ными как «закон Энгеля», или «бюджетный закон» Энгеля. Им было выявлено, что независимо от типа семьи и размера получаемого ею дохода расходы на жизненно важные потребности (питание, одежда и т.д.) делаются в определенном порядке. Выявил зависимость уровня дохо­да семьи и доли расходов на питание, т.е. чем беднее семья и ниже уровень ее дохода, тем выше доля расходов на питание.

Большим шагом для развития эмпирической социоло­гии в Германии было создание в 1872 г. «Общества соци­альной политики», которое, объединив всех ученых, рабо­тающих в области эмпирических социальных исследова­ний, в 80-90-е гг. становится центром организации и проведения широких социальных исследований в стране. Его членами были многие виднейшие социологи, общест­воведы, историки, экономисты Германии — Г.Шмоллер (1838-1917), М.Вебер (1864-1920), А.Вебер (1868-1958), Ф.Тённис (1855-1936) и др.

На основании вышеизложенного можно сделать сле­дующее заключение. Переход от первобытного строя к рабовладельческим отношениям, создание государств, а в связи с этим формирование политической организации общества, воинской службы, социальной и сословной структуры, появление товарно-денежных отношений, торговли, необходимость содержания государственного аппарата, собирания налогов и дани и т.д. потребовали разнообразной и достаточно полной информации о насе­лении, его составе и занятиях и т.п., необходимой для учета в процессе выработки политики властей, и неизбеж­но создали потребность в развитии эмпирических соци­альных исследований. Поэтому уже на самых ранних пе­риодах образования государств потребности практичес­кой политики обусловили необходимость знания военной и податной способности населения, и начали собираться сведения, необходимые для целей управления.

В то же время в XIX в. проведение эмпирических социальных исследований было уже обусловлено не толь­ко практическими потребностями в области управления,

но и важностью знания разных сторон общественной жизни в связи с усложнением и обострением социальных проблем. Эмпирические социальные исследования стали неотъемлемой частью широкого реформаторского движе­ния в области социальной политики и законодательства, нередко полученные в результате их проведения данные способствовали изменению законодательства в соответст­вующих областях.

Постепенный рост специализации в аморфной массе16 конкретных исследований привел к дифференциации раз­личных типов социальной информации — в самостоя­тельные научные дисциплины выделились демография и статистика, а также были заложены основы современного понимания конкретного социологического исследования. Уже тогда под ним стало подразумеваться комплексное социальное исследование, представляющее собой синтез данных смежных наук, результатов личных полевых на­блюдений, проведенных самим исследователем, и вторич­ного анализа имеющихся в наличии демографических, экономических, политических и др. данных, полученных другими исследователями [см.: 108. С.118]. Таким обра­зом, в странах Европы статистика к 30-40-м гг. XIX столе­тия уже завершила в основных чертах свою институционализацию и, накопив разнообразный методический опыт сбора и анализа эмпирических данных, относящих­ся к различным сферам общества, оказала огромное вли­яние на возникновение новой позитивной науки об об­ществе — социологии.

Социально-экономические предпосылки возникновения социологии

Особо следует отметить две «великие революции» ХVIII-ХIХ столетий в Европе — промышленную революцию и Великую Французскую революцию 1789-1794 гг., которые выступили своего рода катализаторами появления новой науки — науки об обществе. Эти две революции стали сутью и истоками происшедших экономических и поли­тических преобразований всей эпохи. Благодаря им при­вычные на протяжении предшествующих тысячелетий формы социальной организации во многом прекратили свое существование. Эти революции положили начало эпохи утверждения капитализма в Западной Европе.



Промышленная революция (промышленный переворот) является важнейшим событием в экономической жизни капиталистических обществ того времени. Она основыва­лась на достижениях в естественных науках, внедряла новые машины и технологии. Промышленный переворот представлял собой значительный скачок в развитии про­изводительных сил, его сущность заключалась в переходе от ремесла и мануфактуры к машинному производству. Капитализм привел к замене ручного труда машинным. Иногда промышленную революцию представляют просто как ряд технических достижений (новые машины, ис­пользование энергии пара в промышленности и т.д.). Но технические изобретения являлись лишь частью гораздо более широкого спектра социально-технических измене­ний. Вместе с техникой приходил и новый социально-экономический порядок, характерными особенностями которого стали фабричная система хозяйствования, инду­стриализация и урбанизация.

Свое начало промышленная революция берет в Вели­кобритании в 1760 г. Громадный подъем английской про­мышленности охватил не только текстильное производст­во (ведущую отрасль промышленности Англии), но и все остальные отрасли производства. Буквально за несколько десятилетий (промышленный переворот в Англии закон­чился в 10-20-х гг. XIX в.) в корне была изменена экономическая жизнь страны. Повсеместное введение машин, использование силы пара, развитие путей сооб­щения привели к тому, что Великобритания из государст­ва с незначительно развитой промышленностью, с пре­имущественно земледельческим населением и с обычны­ми для того времени маленькими городами превратилась в государство с большими фабричными городами. В 1830-е годы в ней уже полностью утвердилась фабричная систе­ма производства. Став крупнейшим капиталистическим государством, она начала оказывать мощное экономичес­кое и политическое влияние на все страны мира.

Вслед за Великобританией в разное время до конца XIX в. промышленный переворот — скачок в развитии производительных сил, переход от мануфактур к машин­ному производству начинается в США, Франции, Герма­нии, Италии и Японии. В XIX в. промышленная револю­ция распространилась по всей Западной Европе и в Амери­ке. В России она начинается только в первой половине XIX в. и заканчивается к концу 70-х — началу 80-х гг. XIX в., что, естественно, сказалось на специфике и времени появления в ней социологии. Благодаря промышленному пере­вороту капитализм смог окончательно утвердиться во многих странах мира.

До XIX в. в городах даже наиболее высокоурбанизированных обществах проживало не более 10% населения. Самые крупные города в доиндустриальных обществах по современным меркам были очень малы. Например, насе­ление Лондона до XIV в. было около 30 тыс. человек. К началу XIX в. численность населения в нем уже составля­ла около 900 тыс. человек, что намного превышало чис­ленность населения в других известных городах. Несмот­ря на густонаселенность Лондона, в это время в городах проживала лишь незначительная часть населения Англии и Уэльса. А через сто лет, к 1900 году, уже около 40% населения Англии и Уэльса жили в городах с населением 100 и более тысяч человек [см.: 40. С. 131].

В 1800 г. 27,2 млн. человек земного шара, т.е. 3% всего населения, проживало в городах (с населением 5 тыс. и более человек), из них 15,6 млн. человек, т.е. 1,7% всего населения, проживало в больших городах (население 100 тыс. и более человек). В 1900 г. уже 218,7 млн. человек (13,3%) проживало в городах, из них 88,6 млн. человек (5,5%) в больших городах [см.: 279. С.6].

Развитие городов связано с урбанизацией. О феномене урбанизации можно говорить уже с XVIII в. Ученые выде­ляют ряд признаков урбанизации: увеличиваются — доля городского населения; плотность и степень равномернос­ти размещения сети городов на территории всей страны; число и равномерность размещения крупных городов; доступность крупных городов для всего населения, а также многообразие отраслей народного хозяйства.

Процесс урбанизации сопровождают как позитивные, так и негативные последствия. Среди негативных отметим следующие: снижение естественного прироста населения; повышение уровня заболеваемости; отчуждение масс го­родского населения от традиционной культуры, свойст­венной селу и небольшим городкам, а также возникнове­ние промежуточных и «маргинальных»17 слоев населения, ведущих к формированию люмпенизированных (т.е. не имеющих собственности, не придерживающихся норм ос­новной культуры) и пауперизированных (т.е. физически и нравственно деградированных) групп населения.

Большой город на своей относительно небольшой тер­ритории с помощью институтов города контролирует не­сколько тысяч или несколько миллионов человек, создает определенный образ жизни и образует ряд характерных общественных явлений. К ним относятся огромное коли­чество предметных контактов и преобладание предметных контактов над личностными. Разделение труда, узкая спе­циализация ведут к сужению интересов людей и. в первую очередь, к ограничению интереса к делам соседей. Это приводит к тому, что возникает явление все большей изоляции, уменьшается давление неформального общест­венного контроля и разрушаются узы личных отношений. И естественным результатом отмеченного выше становит­ся — увеличение социальной дезорганизации, преступ­ности, девиации18. Большие города породили множество острых проблем.

Интенсивная урбанизация сопровождалась огромным притоком иммигрантов из других стран. Все миграцион­ные потоки с XVI в., время начала втягивания разных стран в орбиту капиталистического развития, что стало причиной значительных социальных перемещений насе­ления, до конца XVIII в. направлялись в основном только в Америку. О их масштабах говорят следующие данные, если в 1610 г. на территории, ныне занимаемой США, проживало 210 тыс. человек, то в 1800 г. численность населения выросла ^о 5,3 млн. человек [см.: 305. С.18]. Резкий рост населения стал причиной ломки, столкнове­ния традиционных жизненных устоев коренного и вновь прибывшего населения. Это вело к обострению классовых и этнических противоречий, а также дополнительно со­здавало массу иных проблем. Поэтому американская со­циология в первые десятилетия XX в. развивалась как социология городских проблем.

Развитие производства послужило толчком к исследо­ванию социальных вопросов. Используя естественные ре­сурсы, расширяя таким путем сферу производства, люди столкнулись с ограниченностью этих ресурсов, в резуль­тате чего единственным способом увеличения производи­тельности стало рациональное использование рабочей силы, или, другими словами, людей, занятых в производ­стве материальных благ. Если в начале XIX в. производи­тели служили дополнением к ресурсам и механизмам и только механизмы надо было изобретать и совершенствовать, то в середине века стало очевидным, что сложной техникой могут управлять лишь грамотные, заинтересо­ванные в своей деятельности люди.

Неизбежным итогом промышленного переворота стали формирование новых классов, новых отношений между ними и обострение классовых противоречий между пролетариатом и буржуазией.

Великая Французская революции 1789-1793 гг., а также последующие за ней события — во многом поворотный пункт развития человеческой цивилизации. Она представ­ляла собой ряд исторически специфических событий, в результате чего стала символом политических преобразо­ваний всей эпохи. Эта революция существенно отлича­лась от всех предшествующих восстаний разных времен. Восстания крестьян против помещиков-феодалов были и до этого, но их выступления обычно были попыткой устранить конкретных лиц от власти или же добиться снижения цен и налогов. Во время Французской револю­ции впервые в истории под воздействием социального движения был полностью разрушен общественный строй. Политическим идеалом этого движения была всеобщая свобода и равенство, В истории человечества потребность в демократических свободах была совершенно новым яв­лением.

Следует отметить, что буржуазные революции начина­ются уже в XVI в. Первой успешной буржуазной револю­цией была Нидерландская буржуазная революция (1566-1609), в ней антифеодальная борьба сочеталась с нацио­нально-освободительной борьбой против Испании, господство которой тормозило развитие капиталистичес­ких отношений в стране. Первой буржуазной революцией европейского масштаба выступила Английская буржуаз­ная революция XVII в. Именно она положила начало смене феодальной формации капиталистической. В ран­них буржуазных революциях гегемоном выступала бур­жуазия, и только в эпоху империализма им становится пролетариат.

Великая Французская революция — это первая буржу­азно-демократическая революция, в которой впервые большинство народа (угнетенное крестьянство, городская беднота, пролетариат) выступило самостоятельно, нало­жив на весь ход революции отпечаток собственных требо­ваний. Великая Французская революция отличалась от Английской буржуазной революции тем, что если в 1648 г. буржуазия выступила против монархии, феодального дво­рянства и господствующей церкви в союзе с новым дво­рянством, то в 1789 г. ее союзником стал уже народ.

Великая Французская революция 1789-1794 гг., круп­нейшая буржуазная революция, отличалась от более ран­них буржуазных революций тем, что она гораздо реши­тельнее, чем они, покончила с феодально-абсолютист­ским строем и проложила широкую дорогу для развития во Франции производительных сил капиталистического общества. Она расчистила путь дальнейшему бурному развитию капитализма не только во Франции, после нее начался период утверждения и быстрого развития капита­лизма в большинстве стран Европы.

Усложнение всех сфер жизнедеятельности людей по­ставило проблемы осуществления взаимодействия между ними, управления этими взаимодействиями и создания социального порядка в обществе. Когда эти проблемы были осознаны и поставлены, возникли предпосылки формирования и развития науки, изучающей ассоциации людей, их поведение в этих ассоциациях, а также взаимодействия между людьми и результаты таких взаимодейст­вий.

Таким образом, благодаря двум революциям в общест­ве утвердились новые формы сознания и действий, новые образцы социального поведения людей. Европейское об­щество, подвергнутое изменениям, которые возникли в результате двух «великих революций», стало перед необ­ходимостью осмысления причины и возможных послед­ствий данных революций.

Появление социологии, как отмечает Г.П.Давидюк, было обусловлено также изменением положения господ­ствующего класса в обществе [см.: 59. С.102-103]. В XIX столетии капиталистический строй утвердился, окреп и перестал нуждаться в обосновании своего революционно­го развития. Класс буржуазии почувствовал свою силу и прочность своей власти, стал стремиться любыми путями сохранить их, доказать, что это лучший в мире строй. Буржуазии уже не нужна была революционная теория буржуазных философов, мыслителей, особенно француз­ских, развивших идеи о революционном преобразовании общества. Утратив после Парижской коммуны веру в благополучный для капитализма ход исторического процесса, господствующие классы западных стран нуждалась в науке, которая могла бы максимально раскрыть пози­тивный процесс развития общества и обосновать его эво­люционное развитие. И.С.Кон отмечает, что в это время «идея социальной эволюции из средства осуждения фео­дализма становится средством оправдания уже победив­шего капитализма» [124. С.16]. В науке, способной в эволюционистском духе истолковать появление рабочего класса, его борьбу и образование в обществе противопо­ложных классов, социальных групп. Правительство запад­ных стран считало, что основная цель социологии заклю­чается в установлении прочной «социальной гармонии», что отвечало их интересам. Как считают некоторые иссле­дователи, именно появление необходимости выполнения такой, своего рода «охранительной, задачи» стало одной из основных причин возникновения на Западе новой науки об обществе. Таким образом вызванная к жизни новая наука, естественно, должна была выполнять соот­ветствующую идеологическую функцию.

Большую роль в возникновении социологии сыграли формирование рабочего класса и нарастание кризиса обще­ственных отношений. Если социальная философия эпохи Просвещения, как отмечает И.С.Кон, отражала процесс разрушения феодальных порядков и зарождения нового, буржуазного общества, которое она во многом предвосхи­щала, то социология возникает как отражение внутренних антагонизмов, присущих капиталистическому обществу, и порожденной ими общественно-политической борьбы, таким образом, «рождение социологии было... связано с определенным социальным заказом» [см.: 124. С.13].

Процесс формирования и развития рабочего класса, так же, как и буржуазии, начинается уже в XV в. Перво­начально основными его представителями были ремес­ленники и работники мануфактурного производства, яв­ляющиеся неотъемлемой частью «третьего сословия» (два других — духовенство и дворянство). Рабочий класс (про­летариат) в современном понимании этого слова возника­ет после промышленного переворота. В капиталистичес­ком обществе рабочие становятся одним из ведущих клас­сов. Пролетариат — это наемные работники, лишенные средств производства, живущие продажей своей силы и эксплуатируемые буржуазией.

Первоначально формы выступления ремесленников и работников мануфактурного производства не отличались достаточной степенью зрелости. Например, объектом первых стихийных выступлений т.н. луддитов выступали машины и станки. Новая техника, изобретения прядиль­ных и других механизмов, по мнению рабочих, были основным источником их тяжелого положения. Поэтому движение луддитов было направлено на разрушение машин, а не на изменение социальных условий. Посте­пенно у рабочих начинает пробуждаться классовое само­сознание, и они начинают понимать, что их врагом явля­ются не машины, а фабриканты и все привилегированные имущие классы.

Стремление рабочих к объединению с целью сопро­тивления гнету привело к тому, что с конца XVIII в. в западноевропейских странах и США начинают возникать массовые организации, сначала объединяющие трудя­щихся, связанных общим профессиональным интересом, первоначально это были общества взаимопомощи, а позд­нее имеющие более широкий масштаб. В Великобрита­нии и в ряде других англоязычных стран создаются про­фессиональные союзы — тредюнионы (англ. trade-unions), главной целью которых была борьба за установление более выгодных условий продажи рабочей силы и проведение ограниченных реформ в рамках бур­жуазного государства.

Бурный рост капитализма в начале XIX в. привел к первым явным проявлениям его противоречий. Инду­стриализация, сущность которой заключалась в процессе создания крупного промышленного производства, вела к концентрации на фабриках пролетарских масс, способст­вовала их сплочению и постепенно избавляла бывших ремесленников от мелкобуржуазной психологии, от не­сбыточных надежд вновь стать самостоятельными хозяй­чиками. Создание новых машин делало излишним сотни и тысячи рабочих рук, вызывая этим безработицу. Начи­ная с 1825 г., капиталистическую экономику начали со­трясать периодические кризисы. Все это усугубило и без того тяжелое положение народных масс, привело к усиле­нию эксплуатации рабочих, обнищанию трудящихся, а также разорению мелких ремесленников и торговцев. Возникают совершенно новые формы классового проти­воборства.

Большое историческое значение имеют первые массо­вые выступления пролетариата, показавшие осознание им своих классовых задач и интересов, своей собственной позиции, отличных от буржуазных слоев общества. Не­смотря на то, что первые выступления рабочих во многом оставались еще стихийными бунтами, они принимали классовый, политический характер. Постепенно начался процесс превращения пролетариата из «класса в себе» в «класс для себя», что нашло выражение в осознании ими своего истинного социального положения и стремлении к классовой солидарности и коллективным действиям в целях отстаивания своих интересов.

Конец 30-х — начало 40-х годов XIX века в социаль­ной сфере — это время крайней нестабильности. Усиле­ние эксплуатации, кризисы, неимоверно тяжелое положе­ние рабочих, использование детского и женского труда, увеличение продолжительности рабочей недели, крайне неблагоприятные условия на производстве и в быту при­вели к тому, что трудящиеся стали прибегать к новым мощным формам классового противоборства.

В ноябре 1831 г. в Лионе — втором по величине промышленном центре Франции — произошло первое самостоятельное вооруженное выступление французского пролетариата. Оно было вызвано тяжелым положением рабочих шелкоткацких предприятий Лиона: 15-часовой рабочий день, сокращение заработной платы. В восстании приняло участие более 30 тыс. человек. Рабочие боролись на баррикадах под знаменем, на котором было начертано: «Жить, работая, или умереть, сражаясь!» Повстанцам уда­лось захватить власть в городе, но, не имея опыта, они не знали, как ею распорядиться. Правительство, оправив­шись от испуга, подтянуло войска и сравнительно быстро подавило восстание.

В апреле 1834 г. происходит второе выступление лион­ского пролетариата. На этот раз рабочие, имея уже опре­деленный опыт, выступили более организованно. Данное восстание уже носило открыто республиканский характер и проходило под политическими лозунгами, главным был призыв — «Свобода, равенство, братство или смерть!» Это восстание получило поддержку пролетариев в других го­родах Франции, но, несмотря на это, так же, как и первое восстание, оно было жестоко подавлено правительством.

В 1844 г. в Германии происходит восстание силезских ткачей. Хотя в основном действия германского пролета­риата оставались стихийными, в них появились элементы пролетарской сознательности и организованности. Вос­стание получило отклик во всей Германии, возникли «го­лодные бунты» рабочих и стихийные выступления крес­тьян в ряде районов страны. Данное восстание, как и предыдущее восстание в 1793 г., было подавлено прусски­ми войсками.

О росте классового самосознания пролетариата гово­рит появление и развитие в Англии чартистского движе­ния. Парламентская реформа избирательной системы в Англии в 1832 г., за которую рабочие боролись совместно с буржуазией, практически ничего рабочим не дала, так как не представила им избирательного права, а только усилила позиции крупной буржуазии. Это, а также эконо­мические кризисы и неурожаи, еще больше ухудшившие положение трудящихся, послужили толчком к осознанию необходимости самостоятельного выступления за свои интересы. Во второй половине 30-х г. в Англии возникает первое массовое, политически оформленное революцион­ное движение рабочего класса — чартизм (от англ. charter — хартия). В 1838 г. требования чартистов были сформу­лированы в программном документе в виде законопроек­та «Народной хартии» (от названия данного документа произошло и название движения), состоящем из 6 пунк­тов: введение всеобщего избирательного права (для муж­чин), ограничение рабочего дня, повышение заработной платы и др. В 1840 г. английские рабочие создали свою собственную организацию — Национальную чартистскую ассоциацию. По сути дела, была основана первая массо­вая рабочая партия. Главная цель ассоциации заключа­лась в борьбе за всеобщее избирательное право. Чартист­ское движение очень быстро приняло массовый характер. Подтверждением этого является следующий факт, в 1842 г. под национальной петицией, подготовленной движением, поставили свои подписи около 3.5 млн. человек [см.: 27. С.8-10]. За время своего существования чартисты неодно­кратно (в 1840, 1843 и 1848 гг.) вносили в парламент петиции со своими требованиями, но все петиции были отвергнуты. Возникновение чартистского движения сви­детельствовало о том, что рабочие в политической борьбе видели средство улучшения своего положения.

Чуть позже происходит революция 1848 г. во Фран­ции. Все эти события свидетельствовали о нарастании кризиса общественных отношений, а во времена решитель­ных и быстрых перемен у людей, естественно, возникает потребность в обобщающей теории, способной прогнози­ровать, куда движется человечество, на какие ориентиры можно опереться, обрести свое место и свою роль в этом процессе. Утопический социализм в силу своей незрелос­ти не мог выполнить эту роль.

Выход на историческую авансцену пролетариата вы­звал к жизни марксизм, выражающий мировоззрение, идеологию рабочего класса, вступившего на путь револю­ционной борьбы против капиталистической эксплуата­ции. В рамках марксизма оформляется марксистско- ле­нинская социология, социально-философским и теорети­ческим ядром которой выступает исторический материализм. Наибольшее распространение марксистско-ленинская социология получает в странах социалистичес­кой ориентации.

В заключение следует подчеркнуть, что социология как наука возникла не в результате умозаключений того или иного мыслителя, а во многом была обусловлена определенными (перечисленными выше) теоретически­ми, социальными, экономическими, политическими и другими предпосылками и условиями развития общества, т.е. появление социологии как науки было социально обусловлено.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27

  • Социально-экономические предпосылки возникновения социологии
  • Промышленная революция (промышленный переворот)
  • Великая Французская революции 1789-1793 гг.