Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Нужна ли хирургу история его специальности?




Скачать 214.75 Kb.
Дата08.07.2017
Размер214.75 Kb.

НУЖНА ЛИ ХИРУРГУ ИСТОРИЯ ЕГО СПЕЦИАЛЬНОСТИ?


методологии изучения истории хирургии)

С. П. Глянцев


НЦССХ им. А. Н. Бакулева РАМН, Москва

НИИ истории медицины РАМН, Москва


Канул в лету ХХ век. Минули нулевые годы XXI-го. Прошли многочисленные научные конференции представителей различных медицинских специальностей под общим лозунгом, типа «Такое-то направление – главное направление медицины XXI века» и т. п. Но за увлечением новыми научно-практическими вершинами, которые легко берет современная медицина, как-то забывается, что новейшая история ее становления и развития, пришедшаяся в основном на прошлое столетие, еще толком даже не написана. Нет ни одной фундаментальной работы по истории развития в ХХ веке даже главных направлений отечественной медицины – хирургии и терапии. Не говоря уже об истории более узких специальностей – кардиологии, эндокринологии, нейрохирургии, кардиохирургии, акушерства и гинекологии, других направлений, без которых существование сегодняшней медицины просто немыслимо.

Не беря во внимание те разделы, о которых мы не в состоянии судить профессионально, остановимся на истории отечественной хирургии. Можно назвать лишь единичные работы, освещающие ее развитие в России большей частью до 1917 года или, в лучшем случае, 1-й половины ХХ века. Но мы совсем не случайно взяли подзаголовком настоящей работы название статьи профессора А.М. Заблудовского, опубликованной почти 70 лет назад1. Поскольку, на наш взгляд, за эти годы в истории хирургии как науки мало, что изменилось. Посмотрим, однако, какие вопросы волновали одного из классиков истории медицины прошлого столетия в рамках обсуждаемой проблемы.

Итак, возьмем быка за рога, и спросим читателя:
«Нужна ли хирургу история его специальности?»
Ответ очевиден: «Нет, не нужна!» Судите сами. Кроме давно ставших библиографическим редкостями книг В. А. Оппеля, В. И. Колесова и В.С. Левита, а из современных авторов – В.Л. Околова и А. А. Власова2, других трудов по истории хирургии, написанных практическими хирургами, в течение 100 лет на столах их коллег не появилось3. Есть книга, написанная хирургом и посвященная истории хирургии в Дагестане до начала 1980-х гг., а книги об истории хирургии в России во 2-й половине ХХ века нет4.

«Не является ли изучение истории хирургии чем-то слишком специальным, без чего прекрасно может обойтись хирург, даже обладающий значительной эрудицией?» – риторически вопрошал А. М. Заблудовский и добавлял: «Не является ли знание истории хирургии для перегруженного работой хирурга чем-то излишним, так как таким путем не повышается его способность распутывать сложные болезненные процессы и не повышается его умение оперировать?»5.

Но вопрос, заданный хирургам в 1930-м году, к сожалению, до сегодняшнего дня остается без ответа. Правда, с утверждениями, что знание истории не повышает «способность хирурга распутывать болезненные процессы» или «его умение оперировать», можно поспорить, но, опять таки очевидно, что
Хирурги предпочитают «зарабатывать» руками, а не головой
Известно, что рукоделие и организационная деятельность иной раз настолько отнимает время крупного хирурга, что у него не остается времени ни на историческое творчество, ни даже на написание статей по специальности, что, как правило, отдается на откуп сотрудникам. А как обстояло дело раньше? Да точно также: «Многочисленные детали чисто технического характера в значительной степени приковывают внимание хирурга… Из-за частностей упускается целое; проблемы общего характера (сиречь истории – С. Г.), часто представляющие лишь теоретический интерес, все менее привлекают внимание хирурга…»6.

Один мой коллега, известный сердечно-сосудистый хирург, утверждал, что он с удовольствием оставил бы свои коронарные анастомозы и занялся историей хирургии, которая привлекает его гораздо больше. Я спросил: «Почему?». Он ответил оригинально: «Там (в коронарной хирургии – С.Г.) – каждый день одно и то же, здесь – простор для занятий и пища для ума!» «Ну, и что же не оставишь свое «одно и то же»?» «А семью я чем буду кормить?». И с этим трудно спорить.

И все же, что из этого вытекает? Ответ может быть такой:
«Отсюда – все меньший интерес к истории и безыдейность творчества»
По поводу отсутствия работ на историческую тематику А.М. Заблудовский заметил: «Это значительное оскудение хирургической мысли, это безыдейное творчество довольно отчетливо проявляется в трудах даже выдающихся хирургов, лишь только они выходят из области своих специальных знаний и вступают на путь разрешения проблем широкого характера»7.

И он был абсолютно прав. Ибо в области исторического творчества за прошедшее время ничего не изменилось. За исключением нескольких десятков крупных статей и монографий по истории сердечно-сосудистой хирургии8, написанных сотрудниками НЦССХ им. А. Н. Бакулева РАМН во главе с директором Центра академиком РАН и РАМН Л. А. Бокерия, трудно припомнить какие-либо обобщающие труды крупных российских хирургов по истории других направлений хирургии. Разве что монографию Е.Н. Кондакова по истории нейрохирургии9. Что же касается работа по истории хирургии в целом, то до сих пор некого даже рядом поставить ни с В. А. Оппелем, ни с В. И. Колесовым, ни с В.С. Левитом. А ведь их работы тоже далеки от идеала.

Когда мы после почти 20-летнего занятия гнойной хирургией занялись изучением истории своей специальности, то мы с изумлением обнаружили странное явление: историю хирургии делают сотни тысяч человек, а изучаю – единицы!

А ведь обращение к истории своей специальности, на наш взгляд, помогает хирургу не только существенно расширить свой кругозор и «приподняться над суетой», но и обойти «грабли», на которые наступали его предшественники, обогатиться их идеями, нереализованными в силу отсутствия необходимых технологий. Перефразируя известное изречение, подчеркнем, что новое это не столько хорошо забытое, сколько по каким-либо причинам вовремя нереализованное или невостребованное старое.

Рассмотрим
Общие направления в изучении истории медицины,
поскольку общие тенденции в изучении истории хирургии стали сегодня все-таки несколько иными. «Вот каково направление западно-европейской научной мысли в области истории медицины, – писал 70 лет назад А.М. Заблудовский. – 1) боязнь касаться истории в более близкие нам эпохи, … 2) низведение истории медицины в нечто совершенно обособленное от общей истории страны, 3) погружение в мелочи и детали, не имеющие никакого интереса для широких врачебных кругов 4) выдвижение на первый план значения личности при совершенном пренебрежении к состоянию врачебного дела среди толщи масс…»10. После внимательного прочтения этой сентенции можно согласиться с первыми двумя ее пунктами, и трудно согласиться со вторыми двумя.

Мы считаем, что наиболее близкой нам эпохи – второй половины ХХ века, бояться не надо. Ибо из-за этой боязни мы бы так и не смогли начать изучение, например, истории кардиохирургии, которой всего 65 лет от роду. Считаем также, что историю хирургии прошлого столетия, конечно же, надо изучать на фоне общей истории страны, когда медицина, как и другие отрасли науки и культуры, была во многом политизирована.

Но вот что касается «погружения в мелочи и детали», то история хирургии может и должна касаться мелочей и деталей, таких, как, например, эволюция технологических особенностей операций, конструкции хирургической аппаратуры или инструментария.

Например, недавно мы с удивлением обнаружили, что столь любимый советскими и российскими хирургами зажим Бильрота в зарубежной литературе, посвященной эволюции хирургического инструментария, отсутствует! Как и в каталогах иностранных фирм. Но почему? Вот – тема для историко-хирургического исследования! Мелочь? Да, не крупно, но зато как интересно! Ведь зажим Бильрота существует в русскоязычной хирургической литературе по крайней мере с 1908 года!

Для истории как для науки как раз очень важны точные причины, даты, условия и следствия выполнения тех или иных пионерских операций, разработки диагностических методик. Другое дело, что история не должна быть перегружена деталями. Ведь в любом случае она должна быть прежде всего интересной!

То же можно сказать и роли личности в истории. Занимаясь этой проблемой уже на протяжении полутора десятков лет, мы пришли к убеждению, что без выдающихся личностей – движущих локомотивов истории, таких, как Я.В. Виллие, Н.И. Пирогов, Н.В. Склифосовский, А.В. Вишневский, С.С. Юдин, А.Н. Бакулев, П.А. Куприянов, А.А. Вишневский, Б.В. Петровский и др. современная хирургия не состоялась бы ни как наука, ни как искусство, ни как ремесло. А теперь – несколько слов


О врачах – историках
Вопрос о врачах–историках неоднозначен. С одной стороны, мы согласны с А.М. Заблудовским, который утверждал, что «врачи–историки, естественно, обладают более примитивным взглядом на исторический процесс, чем общие историки, прошедшие строгую историческую школу»11. И в другом месте: «Неправильно, когда за историю хирургии берутся хирурги, за старостью не могущие больше заниматься практической деятельностью, т. е. ставшие историками не по призванию, а поневоле»12.

Но, с другой стороны, согласитесь, что хирургу легче усвоить исторические приемы исследования, чем общему историку изучить хирургию. Первое, хотя и с трудом, но при большом желании выполнимо. Второе, однозначно, нет.

Крайне острым и даже больным является вопрос пополнения рядов историков хирургии новыми кадрами. На наш взгляд, не совсем правильно, когда за историю берутся ученые, оставившие с возрастом практическую хирургию. История, как и любая другая специальность, требует воображения, времени, усидчивости и находчивости в поиске, выявлении и описании фактов и событий, умения провести их сравнительный (системный, хронологический, проблемный, типологический и др.) анализ, даже, если хотите, полета фантазии для того, чтобы обобщить обнаруженные факты и на основе их анализа сделать далеко идущие выводы. И кому, как не молодежи заниматься историей специальности, даже наступая на горло собственным клиническим амбициям?

Считаю, что любой научной работе может, а значит должна быть предпослана краткая историческая справка. Любой диссертант должен знать, что он потому видит далеко, что стоит на чьих-то плечах. И каждый, вступающий в науку, должен сдавать в качестве кандидатского минимума экзамен по истории своей специальности13. А как же иначе поднять авторитет исторического научно-медицинского поиска?

Более того, убежден, что история хирургии должна входить в паспорт этой специальности в ВАКе. Ибо историю хирургии не только изучать, но и слушать гораздо интереснее и продуктивнее хирургам на хирургическом совете, чем историкам медицины или организаторам здравоохранения, входящим, как правило, в диссертационные советы по истории медицины.
О хронологических рамках исследования
И опять об изучении истории недавнего прошлого. «Мысль современных историков медицины в достаточной мере схоластична, с особенным удовольствием они погружаются в изучение далекого медицинского прошлого, пренебрегая изучением эпох, хронологически значительно менее давних…», писал А.М. Заблудовский14. На историко–медицинском арго это всегда называлось «переписыванием задов». Понимали это и историки прошлого века. Не случайно А.М. Заблудовский призывал: «Оставим, может быть на время, историю хирургии времен Гиппократа и Цельса, слабо заинтересуемся историей хирургии первой половины XIX в., а устремим главное внимание на тот исторический период хирургии, с которым тесно связана наша современная».15

Таким образом, речь как раз и идет о том богатейшем на новые направления периоде, который только что закончился. И не надо бояться необъективного взгляда на него из-за того, что многие действующие персонажи новейшей истории хирургии живут и здравствуют поныне. Важно не упустить время и начать изучать историю второй половины и конца ХХ века, когда зародились и уже канули в вечность многие концептуальные методы лечения и диагностики хирургических заболеваний.

Ну, ладно, то, что изучать историю хирургии надо самим хирургам, вроде бы ясно. Но вот беда. Часто они не знают ни что изучать, ни как.
Об историко–медицинских источниках
Что изучать? Этот вопрос волнует многих хирургов, которые, может быть, и любят историю, и хотели бы начать заниматься ею, но не знают, с чего начать.

Обратимся к А.М. Заблудовскому: «Как известно, мемуарный материал обычно высоко ценится историками, конечно, если он удовлетворяет требованиям исторической критики»16. Но в том-то и дело, что мемуаров наши хирурги, в том числе и самые знаменитые, пишут не так уж много. Вместе с тем, в последние годы опубликовано немало работ такого характера17. Взять, например, мемуары Н.М. Амосова «Голоса времен» (М.: Вагриус, 1999), по которым при желании можно изучать развитие кардиохирургии в СССР и Украине советского времени. Но вот только одна загвоздка: по мемуарам порой трудно судить о развитии хирургии в целом. О месте в хирургии автора мемуаров – да, а вот о месте хирургии в его жизни – нет. Не случайно у историков бытует такая сентенция: «Врет, как очевидец!».

И уж совсем редки труды хирургов о хирургах. Ну, как тут не вспомнить знаменитые Юдинские «Образы прошлого и силуэты некоторых военно-полевых хирургов» (1944)? А где такие работы современных хирургов о их учителях?18

В связи с этим хочется обратиться к молодому поколению: «Расспрашивайте ваших учителей, записывайте их воспоминания на диктофоны и отправляйте в редакции хирургических журналов. Пройдет время, и эти воспоминания станут бесценными!».

«Статьи юбилейного характера уже тем плохи, что они юбилейны, т. е. в основе имеют прославление того или иного деятеля или учреждения», отмечал А.М. Заблудовский19 и был недалек от истины. Впрочем, юбилейные статьи отличаются не только «прославлением» деятеля и простым перечислением его заслуг, но и зачастую полным отсутствием какого бы то ни было исторического анализа его вклада в хирургию.

«Том хирургического журнала за старые годы, старые клинические и больничные отчеты, труды съездов, старые истории болезни и операционные журналы должны быть нашим основным историческим источником»20. А вот здесь А.М. Заблудовский абсолютно прав. Путешествия по старым манускриптам помогут пытливому исследователю отыскать забытые идеи, имена, способы лечения, бывшие когда-то современными, а потом забытые из-за несовершенства технологий.

Совсем недавно в НЦССХ им. А.Н. Бакулева был внедрен в клинику современный, изготовленный с использованием самых высоких технологий последних лет трехстворчатый искусственный клапан сердца, прототипом которого явился сделанный вручную из тефлона трехлепестковый ИКС 40-летней давности, вытесненный в 1960-х годах шаровыми протезами и, казалось бы, уже канувший в вечность.

Кстати, то же самое, что и об юбилейных статьях, скажем и про биографические в различных справочниках и энциклопедиях. Зачастую за регалиями имярека и мелкими подробностями его биографии не видно, а что же внес данный хирург в развитие своей специальности? Мы уже не говорим о сравнительном анализе биографий разных хирургов друг с другом.

На этом фоне довольно однообразном выделяются тематические биографические сборники В.Л. Околова из Пятигорска, посвященные военно-полевым хирургам, детским хирургам, хирургам-онкологам, урологам, травматологам-ортопедам, нейрохирургам, стоматологам и челюстно-лицевым хирургам и др.
О методологии исторического исследования
«Задача истории – это, научив нас прошлому, дать нам тем самым ключ к лучшему пониманию настоящего и дать возможность приподнять завесу будущего», – в этом утверждении А.М. Заблудовского нет ничего нового21. Но, что характерно для его методологических взглядов, так это общеисторический подход к изучению истории медицины как одной из частных областей общечеловеческой культуры: «Приступая к описанию какой-либо эпохи истории медицины, прежде всего, начинают с изложения социально–экономической структуры общества и государства в указанный период»22. И в другом месте: «История медицины, в том числе, стало быть, и хирургии, должна изучаться на фоне общей истории страны, с которой она тесно связана»23.

Приведем еще одно утверждение классика, мимо которого мы не можем пройти. По его мнению, в большинстве работ на историческую тему «… отсутствует анализ исторической обусловленности ряда важнейших открытий»24. Важно, как любит повторять лидер российских историков медицины, директор НИИ истории медицины РАМН, академик РАМН А.М. Сточик, не просто обнаружить некий доселе неизвестный исторический факт, но описать его во всех его причинно-следственных взаимосвязях.

Считаем, что для историка медицины и хирургии мало ответить на вопросы «Что?», «Где?» и «Когда?». Главные вопросы исторического исследования, на наш взгляд, озвучил ослик Иа-Иа из известной детской сказки, вопрошая: «А все почему? И по какой причине? И какой из всего этого следует вывод?».

На наш взгляд, эти три нехитрых вопроса можно смело брать эпиграфом к любой работе по истории хирургии.


Что может изучать история хирургии?
«Под влиянием окружающей среды (? – С.Г.) история русской хирургии может быть разделена на следующие циклы: история академической, городской, земской и военной хирургии», – утверждал А.М. Заблудовский, но тут же, противореча самому себе, замечал, – «Подобно тому, как история отдельных воинских частей не есть история армии, точно также история развития отдельных глав хирургии не есть история хирургии»25.

С современной точки зрения эту мысль, по нашему мнению, необходимо расширить и дополнить следующими разделами:



  1. История академической (институтской, кафедральной, клинической) хирургии, сложившейся под влиянием преподавания хирургии и обслуживающей в первую очередь нужды этого преподавания;

  2. История научной хирургии, ранее развивавшейся преимущественно в университетах, а с середины ХХ в. еще и в научных институтах или центрах; то есть вышедшей из академической, но сложившейся под влиянием необходимости изучения частных разделов хирургии, а потому ориентированной, в основном, на нужды этого изучения;

  3. История практической (городской, районной, сельской) хирургии, возникшей до академической и научной, развивавшейся параллельно с ними и питавшейся их соками (при изучении хирургии – академической, во время усовершенствования – научной), но изначально ставившей перед собой совершенно иные задачи, находившейся под сильным влиянием нужд практического здравоохранения и потому идущей в значительной степени своим путем (хирург–практик отличается от хирурга–преподавателя или хирурга–научного сотрудника);

  4. История военной хирургии, возникшей и развивавшейся параллельно академической, практической и научной, но изначально имевшей совершенно другие задачи, находившейся под сильным влиянием нужд военного времени и потому идущей в значительной степени своим путем;

  5. История ведомственной хирургии (земской, кремлевской, железнодорожной, морской и т. п.);

  6. История хирургической литературы («Некоторые исследователи склонны даже всю историю хирургии свести к истории хирургической литературы, что представляется глубоко неправильным», – отмечал по этому поводу А.М. Заблудовский26). И, тем не менее, история российской хирургической печати ХХ века не написана;

  7. История хирургических съездов и конференций (очень благодатный материал, где налицо и развитие хирургии отдельных регионов, и страны в целом, но где история хирургических съездов 2-й половины ХХ века?);

  8. История хирургических идей, как успешно реализованных, так и оставшихся идеями из-за отсутствия надлежащих технологий;

  9. История хирургических операций (важный раздел истории хирургии, касающийся эволюции хирургических технологий);

  10. История хирургических школ и клиник (не менее важный раздел, который в последнее время стал понемногу пополняться)27.

  11. Ну и, наконец, история отдельных направлений хирургии (сердечно-сосудистой, легочной, мозговой, абдоминальной, эндоскопической и др.), т. е. того, что А.М. Заблудовский называл историей «отдельных воинских частей».

Конечно, историю хирургии в целом нельзя подменять историей отдельных ее направлений, но и сбрасывать их со счетов тоже нельзя. Ведь разве напишешь историю армии без знания истории отдельных ее подразделений?

Важнейший вопрос:


Как следует изучать историю хирургии?
Исходя из нашего опыта, для того, чтобы начать изучение какого-либо вопроса истории хирургии, необходимо:

  1. Определить цель и задачи исследования, исходя из его актуальности (востребованности), проблемности и степени изученности;

  2. Определить предмет изучения: направление хирургии, персоналии (выдающиеся хирурги или практические врачи), научная школа, научная идея, нозология (этиология, патогенез, клиника, диагностика), технологии оперативных вмешательств, научная и педагогическая литература и т. п.;

  3. Установить наиболее важный для рассматриваемого вопроса период истории (уровень экономического развития, естествознания, медицины, хирургии), очертить его хронологические рамки и дать ему общую оценку;

  4. Установить источники исследования (вещественные, печатные, архивные, визуальные и вербальные источники) и стратегию поиска необходимого материала;

  5. Определить методы изучения и анализа печатных источников и обнаруженного архивного материала: диалектическое описание, а также системный, структурный, проблемный, хронологический, типологический и другие виды анализа, историческая реконструкция, методы дедукции и индукции и др.


Как изучать биографии персоналий?
Изучение биографий персоналий сложно тем, что «при изучении личности и трудов выдающихся хирургов нужно делать анализ их творчества, выяснять неразрывное влияние на них окружающей среды, в каком отношении они шли дальше своего времени»28. А этого не сделать без того, чтобы, с одной стороны, не изучить глубоко их характер, проще говоря, стать на время ими, а с другой, не изучить глубоко тот исторический и профессиональный фон, на котором они работали. Погрузиться в него.

В этом смысле важно рассматривать биографии персоналий, особенно опередивших свое время, в контексте той ноосферы, в которой они жили, и не приписывать им того, что мы понимаем (или не понимаем) в мотивации их деятельности с точки зрения нашего времени. Так, советского биолога и хирурга В.П. Демихова до сих пор обвиняют в том, что он недооценивал современную ему иммунологию29. Но, во-1-х, великий экспериментатор не был виноват в том, что он и безо всякой иммунологии добивался длительного выживания собак с пересаженными органами (в частности, сердцами), а во-2-х, в годы, когда он работал, в иммунологии пересаженных органов никто ничего не понимал. По той простой причине, что их моделей ни у кого, кроме Демихова, не было. По нашему мнению, основной заслугой Владимира Петровича перед мировой хирургией и трансплантологией является то, что, во-первых, он, образно говоря, первым «поднялся из окопа и пошел в атаку», а во-вторых, что он разработал идеальную модель ортотопически пересаженного сердца для ее всестороннего изучения. И не его вина в том, что в 1960-е годы советское здравоохранение не было готово к пересадкам работающего сердца. Как, впрочем, и российское сегодня.

Изучать биографии великих сложно еще и потому, что историка сдерживает расхожее выражение: «De mortius aut bene, aut nihil». Но если ему следовать, тогда лучше бросить историю совсем, ибо «при оценке деятельности крупных хирургов не нужно заниматься одним славословием, превращая тем самым историю в панегирик: задача исторического исследователя – выявлять не только светлые, но и теневые стороны деятельности людей даже и крупного масштаба»30. Вспомним также менее известные, но более подходящие латинизмы: «De mortius – veritas» и «De mortius aut nihil, aut veritas».

Особенно сложны биографические изыскания в новейшей истории, многие фигуранты которой еще живы. Но, с другой стороны, именно потому, что многие свидетели еще живы, это и надо делать. Для изучения биографии и написания исторического труда важно собрать архив и проинтервьюировать своего героя, а при жизни человека сделать это во много раз проще, чем после его кончины, когда многое, к сожалению, безвозвратно утрачивается.


Организационные задачи
Известно, что всякое большое дело нужно организовать. «Разработка поставленной проблемы может быть по силам лишь коллективу соответственно подготовленных хирургов, и такая работа имеет право на признание ее необходимой. Ею должны заинтересоваться руководители кафедр, наши хирургические съезды, общества и журналы», – призывал в 1930 г. А.М. Заблудовский31. И он был абсолютно прав. Если заведующий хирургической кафедрой или директор клиники (института) не интересуется историей хирургии, то как можно требовать этого интереса от его сотрудников? Возьмите любую диссертационную работу, вышедшую из кафедры оперативной хирургии и топографической анатомии 2-го МГМИ, когда ею руководил А.М. Геселевич. Каждая, наряду с научным, содержит исторический обзор проблемы. Каждая! А почему? Да потому, что в истории отечественной хирургии Геселевич остался как крупнейший исследователь творчества Н.И. Пирогова.

Комментируя А.М. Заблудовского, заметим, что интерес к истории хирургии в настоящее время значительно вырос. Возможно, этому способствует и та работа, которую проводит наш отдел истории сердечно-сосудистой хирургии НЦССХ им. А.Н. Бакулева РАМН. С 2000 г. отдел ежегодно организует секции истории сердечно-сосудистой хирургии на Ежегодных сессиях Центра. Две аналогичных сессии были организованы на Всероссийских съездах сердечно-сосудистых хирургов в 2000 и 2001 гг. и две – на Всероссийской конференции молодых ученых в 2005 и 2006 гг. В 2002–2012 гг. в формате VIII–XVIII Всероссийских съездов сердечно-сосудистых хирургов прошли 11 научных конференций по истории отечественной хирургии.

В последние годы регулярно проводятся чтения и конференции, посвященные знаменитым хирургам: Г.А. Орлову (Орловские чтения) – в Архангельске, В.В. Успенскому (Успенские чтения) – в Твери, В.Ф. Войно-Ясенецкому – в Купавне (Главный военно-морской госпиталь) и др.

Много интересных сообщений по истории хирургии прозвучало с трибун 11-ти научных конференций под общим названием «Медицинская профессура Российской империи», проводимых ежегодно весной НИИ истории медицины РАМН, конференций «Советская медицина в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.», проводимых ежегодно в мае кафедрой истории медицины МГМСУ им. А.И. Евдокимова, конференций «Новаторство и традиции в истории медицины», проводимых ежегодно в октябре отделом истории здравоохранения НИИ общественного здоровья РАМН.

Наполняемость этих форумов докладами, их все возрастающее качество и рост числа участников позволяют надеяться, что интерес у хирургов к истории мировой и отечественной хирургии не пропал. В частности, историей хирургии, помимо москвичей, интересуются в Санкт-Петербурге, Новосибирске, Нижнем Новгороде, Перми, Калинине, Ростове-на-Дону, Архангельске и ряде других городов России и ближнего зарубежья (в частности, Украины).

В нулевые годы защищены ряд кандидатских и докторских диссертаций по хирургии и ее истории по специальностям «хирургия» и 07.00.10 «история науки и техники: история медицины». По материалам диссертация написано и готовится несколько монографий. Но все это – капля в океане истории хирургии.

Среди организационных задач насущной является также создание Музеев в педагогических (кафедры) и научных (институты) хирургических учреждениях страны и активизация историко-медицинской научно-исследовательской работы в них.

В настоящее время такие Музеи созданы в Институте хирургии им. А.В. Вишневского МЗ РФ, РНЦХ им. Б.В. Петровского РАМН, НЦССХ им. А.Н. Бакулева РАМН, Институте нейрохирургии им. Н.Н. Бурденко РАМН, МОНИКИ им. М.Ф. Владимирского МЗ РФ, Национальном медико-хирургическом центре им. Н.И. Пирогова МЗ РФ, ГВКГ им. Н.Н. Бурденко и некоторых других учреждениях.

По-видимому, такая работа со временем должна привести к воссозданию Национального Музея истории медицины России, в котором хирургия будет представлена достойно, как и подобает одной из основных медицинских специальностей.
Заключение
В заключение хочется призвать всех хирургов страны, независимо от вида их деятельности, объединить усилия и направить их в сторону написания возможно более полной истории нашей специальности ХХ века. Для этого в программу работы съездов по различным хирургическим специальностям хорошо бы включать вопросы истории этого направления хирургии, а в институтах хирургического профиля создать группы и отделы истории, которые бы занялись сбором и обработкой исторической информации.

«Хирурги, как известно, читают много, немало и пишут. Но к истории своей специальности они проявляют довольно слабый интерес, чем объясняется весьма небольшое число работ, посвященных истории хирургии. Конечно, история хирургии не повышает практической квалификации хирурга, в теоретическом отношении обременяет его память на несколько сот лишних имен и названий, не дающих много пищи ни уму, ни сердцу, но если в наше время хирургу необходимо обладать стройным материалистическим мировоззрением, то в число устоев, на которых оно будет зиждиться, входит и знакомство с историей его науки»32.



К этим словам Антона Мартыновича Заблудовского33 трудно что-либо добавить, разве что разместить эту статью на сайте Российского общества хирургов.



1 Заблудовский А. М. К методологии изучения истории хирургии // Новая хирургия. – 1930. – №5. – С. 437–49.

2 Оппель В. А. История русской хирургии. – Вологда, 1927; Колесов В. И. Страницы из истории отечественной хирургии. – М.: Изд. АМН СССР, 1953; Левит В.С. Краткие очерки истории Советской хирургии. – М.: Медгизх, 1960; Околов В.Л. Серия биографических справочников по различным разделам хирургии, изданных в 1995 – 2013 гг.; Власов А. А. Очерки истории хирургии в Сибири. – М.: Наука, 1999.

3 Мы не говорим о работах М. Б. Мирского (История отечественной трансплантологии. – М.: Медицина, 1985; Хирургия от древности до современности. – М.: Наука, 2002; и др.), а также о современных трудах по истории хирургии желудка Д.А. Балалыкина потому, что ведем речь не об историках хирургии, а о практических хирургах.

4 Аскерханов Р.П. Развитие хирургии в Дагестане. – Махачкала, 1979.

5 Заблудовский А. М. Указ соч. – С. 441.

6 Там же. – С. 437.

7 Там же. – С. 437.

8 Бокерия Л. А., Работников В. С., Глянцев С. П., Алшибая М. Д. Очерки истории коронарной хирургии. – М.: НЦССХ РАМН, 2002; Бокерия Л.А., Подзолков В.П., Кокшенев И.В., Глянцев С.П. История учения о врожденных пороках сердца. – М.: НЦССХ РАМН, 2011.

9 Кондаков Е.Н. Эскиз истории отечественной нейрохирургии. – СПб, 2006.

10 Заблудовский А.М. Указ. соч. – С. 440.

11 Там же. – С. 440.

12 Там же. – С. 444.

13 Первые наброски статьи были сделаны, когда речи об этом еще не шло.

14 Заблудовский А.М. Указ. соч. – С. 439.

15 Там же. – С. 445.

16 Там же. – С. 443.

17 Помимо известных мемуарных книг С.С. Юдина, Н.М. Амосова, Ф.Г. Углова, С.Я. Долецкого, Б.В. Петровского, свои воспоминания опубликовали Б.А. Королев, Г.М. Соловьев, В.Д. Федоров, И.Х. Рабкин, М.И. Перельман, В.И. Колесов и другие крупные советские хирурги. Издаются и сборники трудов о знаменитых хирургах, например, «Рыцарь спасенного сердца» – о В.И. Бураковском, «Слово об учителе» – о Г.А. Орлове и др.

18 Мы попытались частично восполнить этот пробел и написали книгу о М.И. Кузине с акцентом на его хирургическую деятельность (Бокерия Л.А., Глянцев С.П. Михаил Ильич Кузин – почетный доктор Военно-медицинской академии. – СПб, 2008).

19 Заблудовский А. М. Указ соч. – С. 444.

20 Там же. – С. 449.

21 Там же. – С. 445.

22 Там же. – С. 440.

23 Там же. – С. 446.

24 Там же. – С. 440.

25 Там же. – С. 442.

26 Там же. – С. 447. На наш взгляд, этот «камень» брошен «в огород» В.И. Разумовского, который в начале ХХ века опубликовал серию исторических статей о хирургической печати.

27 См. рубрику «Важнейшие хирургические школы России» в журнале «Анналы хирургии», материалы научной конференции «Хирургические школы РАМН» (Москва, ноябрь 2003 г.).

28 Заблудовский А. М. Указ. соч. – С. 449.

29 Мирский М. Б. Владимир Демихов: мифы и реальность // М-лы VII Всероссийского съезда сердечно-сосудистых хирургов. – М., 2001.

30 Заблудовский А. М. Указ. соч. – С. 447.

31 Там же. – С. 449.

32 Там же. – С. 441.

33 Заблудовский А.М. (1881 – 1953) – хирург, историк медицины, доктор медицины (1911), профессор (1928), заслуженный деятель науки РСФСР (1947). В 1928 – 1953 гг. заведовал кафедрой общей хирургии 1-го ЛМИ им. И.П. Павлова в Ленинграде. См. также: http://1biografia.ru/medicina/prepodavateli/4746-anton-martynovich-zabludovskiy.html




Каталог: upload
upload -> Музей А. С. Пушкина. ( обобщающий урок по теме «Великие русские писатели» )
upload -> Франция в творчестве А. С. Пушкина: топика, характерология, универсалии
upload -> Рабочая программа педагога куликовой Ларисы Анатольевны, учитель по литературе в 7 классе Рассмотрено на заседании
upload -> Урок: Ледовое побоище (6 класс)
upload -> Александр невский в русской дореволюционной историографии
upload -> «Тосненские генералы -герои Отечественной войны 1812 года»
upload -> Г. С. Гадалова ангел–хранитель Тверского княжеского двора: Софья Ярославна княжна Тверская
upload -> Методическая разработка применение инновационных педагогических технологий при изучении отдельных тем по литературе в старших классах
upload -> Диалог культурных традиций в поэтическом мире и. А. Бродского