Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Книга составлена по заметкам из личного дневника бывшей десятиклассницы, отражающие события лета 1991 года. Пролог




страница2/28
Дата15.05.2017
Размер6.77 Mb.
ТипКнига
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28

Поднявшись, Женька стряхнул с себя песок и в шутку пожаловался:

— Вот оказия какая! Всё в пустую. Ни сухой песок, ни пустое ведро при «пожаре» мыслей не помогает!

На что Николай Андреевич усмехнувшись, заметил:

— Ну так правильно. Как говорят пожарники, что есть пожарное ведро? Это всего лишь пустой сосуд, имеющий форму ведра с надписью «пожарное ведро» и предназначенный для тушения пожара.

— И смысл здесь в том, что тушат-то пожар водой, а не пустым ведром, — с улыбкой уточнил Сэнсэй.

— Верно! — подхватил шутку Стас и, обращаясь к Жене, произнёс. — Ведро — предмет пустой. А как известно, порожнее пустым не наполнишь!

— Порожнее пустым не наполнишь, — передразнил его Женька, когда ребята вновь засмеялись. — Это где ты тут видишь порожнее? — Он комично постучал по своей голове. — В этом котелке столько всего варится, причём с самого раннего утра, что меня уже заколбасил этот супчик! — Женька не унимался в своих «жалобах». — Нет, правда, достала меня эта прорва… мыслястая! И как от неё избавиться?

— Как избавиться, говоришь? — с улыбкой промолвил Николай Андреевич и тут же посоветовал. — Да как от склероза.

— От склероза? А конкретнее? — насторожился Женя, очевидно почувствовав в этом подвох.

— Ну как, склероз вылечить конечно трудно, но с его помощью о нём же можно и забыть.

Пока мы хохотали, Женя кивнул, весело соглашаясь с доктором.

— Я всегда подозревал, что счастье моё заключается, как у Кащеюшки бессмертного…

— В яйце что ли? — перебил его Стас, ещё больше рассмешив парней.

Виктор тоже не без иронии добавил:

— Ты ещё скажи на кончике… я имею в виду иглы.

— Тьфу, пошляки! — с юмором возмутился Женя. — Я хотел сказать, что счастье моё заключается в крепком здоровье… и плохой памяти, как у Кащеюшки Бессмертного.

— А-а-а, — протянул его друг и с облегчением выдохнул. — Фуф, а я то уже заволновался, переживать за тебя стал.

На что Женька с хитроватой улыбочкой изменил голос и по-стариковски проскрипел:

— Смотри, переживалку-то свою не перенапряги! А то, чай, здоровья на такие потуги не хватит.

Компания просто взорвалась в хохоте то ли от этих шуток ребят, то ли просто от хорошего настроения. Вдоволь насмеявшись, ребята двинулись к морю. Я же направилась совершать свой утренний моцион. И уже чуть позже присоединилась вместе с остальными проснувшимися ребятами к купающимся.


* * *
Когда мы заходили в море, Володя уже вернулся из своего дальнего заплыва. Он стоял в воде вместе с Сэнсэем, очевидно отдыхая от столь мощной физической нагрузки, и о чём-то тихо с ним беседовал. Проплывая мимо них, я случайно услышала Володины слова.

— …даже мысль появилась о реинкарнации.

— Ну, эвтаназии не будет, расслабься, — сказал Сэнсэй в своём привычном шутливом тоне.

— Спасибо, конечно, — весело ответил Володя. — По пути я и сам подумал, что всё-таки есть в ней и отрицательные моменты. Во-первых, я же не буду помнить прошлой жизни и всего того, что в ней было. А во-вторых, может же произойти смена пола! — улыбнулся он. — А при нормальной ориентации мне это ни к чему. — Мужчины рассмеялись. — Но если честно, было круто!

Хоть я и не всё слышала, о чём тут шла речь, но думаю, Володю мучили те же самые мысли, что и старших ребят, и всех нас после вчерашнего дня. Просто каждый переживал по-своему. Самое интересное, несмотря на то что нас здесь собрался целый коллектив друзей и рядом находился Сэнсэй, всё же каждый в одиночку вел свой внутренний бой и держал оборону, давая отпор своему Животному. И это естественно. Ведь как говорил Сэнсэй, каждый человек идёт по собственному пути, причём один, от рождения до смерти. И каждый накапливает свой опыт, который он приобретает на этом пути. Другие могут лишь посоветовать, но не идти вместо него.

Размышляя о Володе, я незаметно переключилась на свои мысли. И мне подумалось, насколько всё-таки важно на всё смотреть с позитивной стороны. И даже если жизнь подсовывает тебе дольку лимона, то не нужно портить себе нервы по поводу её кислых вкусовых качеств, а превратить эту дольку во вкусный и полезный лимонад. И самому приятно, и для здоровья полезно, особенно духовного здоровья. Взять даже тот же приезд Аримана. Ведь если на всё это посмотреть с духовной стороны — это какой же был ценный урок для нас, какой контраст чёрного и белого, границ хорошего и плохого. Да если так разобраться, то кабы не эти потоки ариманщины, ещё неизвестно когда бы у меня хватило смелости дать такой отпор своему Животному и когда бы получилось так серьёзно и усердно сосредоточиться на новой медитации и главное добиться таких потрясающих результатов! Правду говорят, не бывает худа без добра.

— Смотрите, дельфины в гости пожаловали! — крикнул всем Стас, прервав мои размышления.

Парень указал на приближающуюся к нам знакомую парочку дельфинов. На этот раз мы уже безбоязненно ринулись им навстречу. Один из дельфинов, наш всеобщий любимец, направился сразу к Сэнсэю. Подплыв к нему, он воспроизвёл какие-то весёлые звуки и, перевернувшись на спину, подставил Сэнсэю своё брюшко, видимо для почёсывания.

— Ах ты, шалунишка! — усмехнулся Сэнсэй, поглаживая его брюшко.

Дельфин же, как мне показалось, от удовольствия даже прикрыл глаза. Второй дельфин просто приветливо кружил возле нашей компании.

Некоторые из нас подошли к Сэнсэю, в том числе и я. И тут Сэнсэй внезапно предложил мне:

— Хочешь прокатиться с ветерком… вместе с дельфином?

— Как это? — не поняла я.

Ребята тоже с изумлением посмотрели на Сэнсэя.

— Да очень просто! Иди сюда. Берешься за верхний плавник, вот так… И всё! Дельфин с радостью тебя прокатит.

— С радостью? Дельфин? — с сомнением проговорил Костик.

— А если он её в море утащит? — в шуточном тоне изрёк Андрей.

— Не утащит, — усмехнулся Сэнсэй. — Этот дельфин гораздо разумнее некоторых гомо сапиенсов. — И уже обращаясь ко мне, промолвил: — Ну, смелее!

Наш любимец во время разговора перевернулся в воде, точно и в самом деле понимая о чём мы говорим, и стал в ожидании, словно ретивый конь. Страх, конечно, у меня присутствовал, при одном только воображении этой необычной поездочки. Но стыдно же было его выказывать перед ребятами, тем более что инициатива исходила от Сэнсэя. Поэтому я, приняв вид совершенно спокойного человека, подплыла к дельфину и, погладив его по спине, аккуратно взялась за верхний плавник, ну чтобы, по моему мнению, ему не было больно или дискомфортно.

Но моей маски «смелого человека» хватило ненадолго. Как только я взялась за плавник, Сэнсэй игриво пошлёпал по воде, и дельфин, рванув с места, помчался вдоль берега. Со страху я с такой силой ухватилась за плавник, словно это была моя последняя надежда на тонущем корабле. Однако дельфин на удивление шёл ровно, оставляя свой плавник над поверхностью воды и маневрируя лишь своим мощным хвостом. А моё тело неслось сбоку, как торпеда, разбивая воду и образуя кучу брызг и пену вокруг. От страха я зажмурила глаза, оставив лишь одни щелки для бдительности. Мы летели с такой скоростью, что я, честно говоря, сдрейфила не на шутку. Мало ли, хоть и смышленый дельфин, а всё-таки животное, что ему в следующее мгновение вздумается? И как его «попросить»-то повернуть назад? А вдруг он и впрямь в море свернёт, я же назад не доплыву! В общем, от всего этого коктейля панических чувств моего Животного и такого невероятного «пилотажа по воде» у меня, наверное, волосы, если бы не были мокрыми, то точно бы встали дыбом.

Дельфин же продолжал шустро извиваться, игриво несясь по морскому простору с человеческим «грузом» в виде моей особы. Но самое весёлое было ещё впереди. Мои самые худшие опасения начали сбываться достаточно быстро. Проплыв какое-то расстояние, дельфин стал плавно разворачиваться в сторону моря. У меня вмиг сработал инстинкт самосохранения. Отпустив плавник, я, что было сил, погребла в сторону берега. Но, по сравнению с предыдущим полётом торпеды, теперь моя собственная скорость больше напоминала продвижение по суше ленивой черепахи в разгар солнцепёка.

Однако дельфин, оказывается, и не думал меня бросать на произвол судьбы. Развернувшись в сторону Сэнсэя, он снова подплыл ко мне очень близко с правой стороны, как бы предлагая мне свою помощь. Барахтаясь в воде, я уцепилась одной рукой за его плавник. И дельфин, точно по команде, вновь игриво рванул со мной в сторону Сэнсэя. Мне пришлось на ходу подтянуться, чтобы ухватиться и левой рукой за плавник. И откуда у дельфина было столько сил?! Возвращаясь к исходной точке нашего с ним путешествия, все мои страхи вмиг улетучились, и я получила просто колоссальное наслаждение от скоростной поездки и от такого дружелюбия этого необыкновенного существа.

Удивительно, как только мой страх пропал, я осознала и почувствовала то, чего в упор не замечала при разгуле своего Животного. Я поймала себя на мысли, что отношусь к дельфину как к человеку. Как будто стала его понимать, каким-то образом предчувствовать изменения его движений. К примеру, когда мы были на середине пути, дельфин поплыл медленнее и потихоньку стал углубляться. Я отпустила плавник, но почему-то совсем без страха, точно зная где-то на подсознательном уровне, что сейчас будет, но не осознавая это. Дельфин тут же смешно перевернулся на спинку, брюшком ко мне, подставляя, словно руки, два боковых плавника. Я взялась за их основание. И в таком положении дельфин вновь набрал скорость, плывя со мной к Сэнсэю. Тут нас «встретил» второй дельфин, игриво присоединившись к нам сбоку. Так мы и доплыли до компании. Я была просто в восторге от дельфинов. Такие добрые, дружелюбные существа!

Наша компания тоже пришла в восхищении от увиденного.

— Что же ты бросила его, когда он разворачивался? — стали подкалывать меня Костик и Андрей.

Я только хотела им по-честному признаться, что струсила, как Женя «вступился» за меня:

— Ну, растерялся, человек! Забыла, что у неё позавчера жабры выросли, когда она под водой десять минут сидела. А дельфины-то сразу родню в ней почувствовали! Видишь, какие гонки устроили по горизонтали!

Мы рассмеялись, и ребята стали шутить по этому поводу, расспрашивая меня об ощущениях. Некоторые тоже пожелали прокатиться, но в это время внимание дельфинов переключилось на другой вид игры. Видимо, когда я ещё барахталась в воде, с моих волос незаметно упала одна из ленточек, которыми я подвязывала волосы, чтобы не мешали во время купания. И тот дельфин, что был поменьше, подхватил её себе на боковой плавник и стал носиться с ней кругами. А второй дельфин начал его догонять, игриво охотясь за этой ленточкой. И даже когда я им «пожертвовала» ради забавы вторую ленточку, они всё равно пытались их отобрать друг у друга, да так забавно, что рассмешили весь наш коллектив.

Часть ребят осталась наблюдать за игрой дельфинов, пытаясь даже принять в ней участие, а другие принялись просто купаться. Особенно усердствовал в нырянии Женя, спасаясь от каких-то назойливых зелёных мух, которые кружили вокруг него, даже когда он зашёл в воду. И главное, они намеревались сесть только на него, никого больше не беспокоя.

— Да что же это такое! — со смехом возмущался Женя. — Ночью комары заели, утром — мухи. Откуда они взялись, будь они неладны!

На что Володя, плавая рядом, с усмешкой заметил:

— Нет, я, конечно, ничего не имею против мух, как насекомых, но замечу, мухи на что попало просто так садиться не будут!

Стас тут же подхватил эту шутку и стал её развивать.

— Мда-а-а, для этого надо быть сделанным из определённой консистенции, чтобы так сильно привлечь к себе их внимание.

— Вы хотите сказать, что я есть то, что не тонет?! — возмущённо усмехнулся Женя.

Виктор, слушая их разговор, расхохотался вместе с ребятами и предложил:

— А это легко можно проверить!

Он тут же кинулся в мальчишеском азарте притоплять Женьку. Тот, выскользнув из его рук, плюхнулся в сторону и закричал:

— Врешь! Вляпаешься, но не возьмёшь! Что попало в огне не тонет и в воде не горит!

Ребята вновь зашлись в смехе от очередного Женькиного каламбура.

Время такого необычного купания с дельфинами, да ещё с весёлой компанией, пролетело незаметно. Очевидно вдоволь наигравшись, дельфины сделали пару почётных кругов и, оставив одну ленточку Сэнсэю, со второй уплыли в море. Мы тоже стали выходить из воды.

— Да, разумные существа! — восхищённо промолвил Виктор, оглядываясь на уплывающих дельфинов.

— И ты себе не представляешь, насколько они разумны, — подчеркнул Сэнсэй. — Насколько удивительна у них «социальная» изобретательность. Они не просто следуют запрограммированным стандартным инстинктам, а согласовывают свои действия в пользу популяции в целом, её стабильности и самосохранения. — И с улыбкой добавил: — И, между прочим, в отличие от людской demos kratos, у них реальная демократия.

— В смысле? — не понял Виктор.

— У них нет особых отличий между вожаками и подчинёнными. Вожак отличается лишь тем, что берёт на себя ответственность в критической ситуации.

— То есть как? — с интересом переспросил слушавший их Костик.

— Ну как... Приближается, например, к дельфинам корабль. Один или два лидера от дельфинов подплывают к нему, детально обследуют объект, а остальные ждут на безопасном расстоянии их решения, нужно ли бояться объекта или можно его игнорировать и тому подобное.

— То есть вожак — это тот, кто в критической ситуации подставляет свою задницу? — с улыбкой уточнил Володя. — Да, действительно, демократия. У нас такого не дождёшься даже от руководства конкретного ведомства, а от первых лиц тем более.

— Это точно, — усмехнувшись, кивнул Сэнсэй. — Людям есть чему поучиться у дельфинов. — И чуть погодя добавил: — У них действительно очень организованные сообщества. Причём «социальная» организация дельфинов является в некотором смысле копией первичной структуры человеческого общества, о которой сейчас люди мало что помнят и за отсутствием знаний называют примитивным матриархатом.

— А что за знания? — тут же поинтересовался Николай Андреевич.

— Потом как-нибудь расскажу, — ответил Сэнсэй. И, выйдя на берег, предложил: — Ну что, неплохо бы и завтраком подкрепиться. Как вы считаете?

Компания подхватила эту идею и с энтузиазмом принялась за приготовление позднего завтрака.


* * *
Несмотря на столь коллективное усердие по приготовлению еды, с настоящим аппетитом поглощали её разве что Сэнсэй, Николай Андреевич да я, к своему удивлению. Причём у меня был такой аппетит, точно меня неделю морили голодом. Остальные ребята ели как-то нехотя, сидя за столом, как мне показалось, больше для поддержки компании. Их шуткам не было конца. Один Женька чего стоил. Он, кстати, вообще не сидел, а описывал круги вокруг нас, пожёвывая то фрукты, то печенье. За общий стол у него никак не получалось сесть. Стоило ему где-нибудь примоститься, как тут же рядом с ним появлялись зелёные мухи, которые так и норовили сесть на еду. Так что ребята уже не вытерпели и, дав ему пакет всяких вкусностей, отправили в «долгое пешее путешествие», как говорится, подальше от общего стола.

— Жека, так мы на Припять едем? — с хитроватой улыбочкой спросил Стас.

— Зачем? — не понял тот.

— Как зачем? За раками.

— Фу, я тебя прошу, не напоминай мне о них. А то мой мозг неверно истолкует твоё предложение и даст сигнал в желудок на полное возвращение его содержимого раздражителю, пославшему этот словесный импульс.

— М-да! Ну и выражаться ты ныне стал, — усмехнулся Стас. — Наверное Ариман конкретно зачистил твою почву, прямо до скальпного грунта.

— Не говори, — с улыбкой кивнул Виктор, — сразу запел как важная птица.

На что Женька по-стариковски прокряхтел и скрипучим голосом бывалого человека ответил:

— Дык, жизнь прищемит и фальцетом запоёшь! Куды от её родимых клещей-то денешься?! Всё ж какая-никакая, но моя ж, родная Судьбинушка.

Компания захохотала, а Стас сказал:

— Так ты у нас ещё и мазохист по жизни?! Не знал, не знал. Вот так на отдыхе и выясняются все личные качества друга.

— Нет, а правда, Жень, как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Николай Андреевич по делу. — Тебе хоть немного полегчало после «тяжкого утра»?

— Да всё нормально, доктор, — отозвался тот. — Симптомы уже прошли. — И ловко поймав зелёную муху, кружащую вокруг него, добавил: — Остались лишь клинические проявления.

Пока старшие ребята шутили, наша молодая компания втихую вела несколько иные разговоры между собой. Уплетая еду, я то и дело просила своих друзей подать мне то свежий помидорчик, то огурчик, к которым не могла дотянуться. Они же, наоборот, практически ничего не ели, а Татьяна ещё подливала «масла в огонь»:

— Эх, сейчас бы икорочку из золотой баночки со стола Аримана!

— Или каких-нибудь из тех салатиков, на худой конец, — мечтательно добавил Костик.

— Или шашлычка из акулы, — вставил Андрей. — Да, у Аримана была первоклассная еда, не то что эта.

Парень брезгливо кивнул на стол.

— Не говори, — подхватила Татьяна и, скривив своё личико, сказала мне. — Как ты всё это можешь есть?

— Я? — удивилась моя особа. — Очень даже с аппетитом! А чем вам эта еда не нравится? Всё свежее, всё вкусное.

— Хм, вкусное, — передразнила она и высокомерным тоном знатока заявила. — Надо было вчера ту еду попробовать, пока была такая возможность. Тогда бы ты поняла разницу!

— Да нас и тут неплохо кормят! — весело ответила я, пытаясь разрядить сгущающуюся атмосферу недовольства среди моих друзей.

— «Тут», — хмыкнул Костик и вновь предался воспоминаниям вчерашнего дня. — Видали, какая у него яхта! Я тоже когда-нибудь куплю себе такую.

— Ага, помечтай, — усмехнулся Славик. — Это знаешь, сколько надо заработать денег!

На что Костик с надменным видом ответил:

— Не надо принижать себя до уровня мышления раба! Верь в себя! Тогда у тебя появятся и возможности.

Я, честно говоря, не ожидала услышать такого от Костика и с улыбкой промолвила:

— Да, как же быстро ты перенял философию Аримана.

— Философию? — нахохлился Костик. — Это жизнь, если ты ещё не поняла! Это реальность! И ею надо пользоваться, пока ты живой. А вот остальное — это философия!

Я посмотрела в глаза Костику, всё ещё надеясь, что он просто шутит. Но встретила такой холодный и колючий взгляд, что не стала ничего отвечать. Хотя было видно, что он ждал от меня ответа, вероятно, чтобы выплеснуть в полной мере свой протест. Но я чувствовала, что если скажу хоть слово, это приведёт к пустому конфликту и злобе. Зачем же провоцировать? Ведь Костик неплохой парень. Просто он ещё не в полной мере осознал, какие силки вчера расставил Ариман, в которых Костик уже успел запутаться, как глупый воробей. Переубеждать его сейчас — дело пустое, ведь он всё ещё верит, что он вольная птичка. В конце концов, каждый делает свой выбор в этой жизни, за него сам и отвечает.

Я опустила взгляд в свою тарелку и молча продолжила трапезу. Костик же, так и не дождавшись ответа, ещё раз настоятельно повторил:

— Да, именно философия!

Но возражений так и не последовало. Татьяна же, мечтательно со вздохом, сказала:

— Ах, какая у него крутая яхта! А какое убранство внутри!

— К хорошему быстро привыкаешь, — заметил Андрей.

— Ой, не говори, — кивнула Татьяна. — После той роскоши, как глянешь на этот бомжатник…

— Точно что бомжатник, — самодовольно хмыкнул Костик, как-то недобро посмотрев по сторонам и остановив взгляд на столе. — Идёмте, что ли, искупаемся. А то меня от вида этой еды скоро стошнит.

Ребята разом кивнули, согласившись с ним. И стали вставать из-за нашего импровизированного стола.

— Пошли?! — пригласила меня Татьяна.

— Да нет, я, пожалуй, останусь, — с улыбкой произнесла я. — В отличие от Костика у меня крепкое сибирское здоровье.

И хоть мы разошлись мирно, но на душе всё равно остался неприятный осадок. Однако расстраиваться по таким пустякам я себе не позволила. Послав все свои плохие мысли куда подальше, я потёрла ладони в предвкушении попробовать печенье и конфеты. И наполнив себе тарелочку различными сладостями, чтобы за ними лишний раз не тянуться, подсела поближе к группе старших ребят во главе с Сэнсэем.

Николай Андреевич глянув, сколько я принесла с собой сладостей, даже поставил меня в пример:

— Вот, видите, как надо кушать! А вы… не хочу да мерси пардон!

— Правильно, — весело согласился с ним Стас. — Ей надо! Её и так ветром носит! А тут ещё и дельфины растрясли ей последние килокаллории.

Ребята вновь рассмеялись. Однако Николай Андреевич, как заботливый родитель, продолжал настаивать на том, чтобы парни хоть что-нибудь «серьёзного» поели. На что Виктор в шуточном тоне ответил за всех:

— Да нет, доктор, не насиляйте нас, в смысле не насилуйте. Совсем не хочется! Мы вчера так наариманились, что сегодня у нас еда вызывает ту же ответную реакцию, что у Жени история с раками.

— Чего, чего?! — вмиг встрепенулся Женька, схватившись за свою пятую точку, видимо, не так расслышав слова, отчего весь коллектив просто закатился в приступе смеха.

— Я говорю «с» и отдельное слово «ра-ка-ми», — с улыбкой членораздельно проговорил Виктор, объясняя парню.

— А, — «сдул» свою прыть Женя. — А я думал ты о моём самом больном месте! Думаю, во изверг! Всю ночь же оно болело, а он ещё над ним издевается своими флюидами.

Пока парни обменивались репликами, Стас с сочувствием поведал Сэнсэю:

— Да, после вчерашних спаррингов… Ариман ему так припечатал, такой синячище!..

— Надо мазь приложить, — тут же посоветовал Николай Андреевич.

Женька же, увидев склонившегося к Сэнсэю Стаса, окликнул его в комично-претензионном тоне:

— Ты чё там военные тайны выдаешь! Шпийон!

— Я шпион? Да я ради него, понимаешь ли, напрягаю всю медико-спасательную службу нашей доблестной гвардии! А он шпион, шпион…

Виктор же, сидевший рядом со Стасом, толкнул его локтем в бок и с юмором спросил:

— А ты откуда знаешь о размерах его «военной тайны»?

— Как, я же его друг! — сказал Стас. И глянув, как тот посмеивается, с улыбкой добавил, отрицательно помахав пальцем: — Всего лишь друг, не более того.

Когда народ вдоволь нашутился, Володя грузно пробасил:

— Крутая, однако, была вчера аримановская Олимпиада по пересечённой местности наших мозгов.

— Ага, — тут же подоспел со своими впечатлениями Женя. — Мои туннели до сих пор мучаются комплексом лабиринта.

— Это точно! Чемпионатик, круче не бывает, — согласился с Володей Стас.

— Не говори, — ухмыльнувшись, кивнул Виктор. — Как говорится, от иллюзий удовольствий, расписанных тренером Ариманом, осталась лишь одна реальность сплошных поражений…

— Угу… и куча болячек, не считая синяков, — жалобным голосом изрек Женя. И тут же, загибая пальцы, стал усердно перечислять. — Несварение желудка — раз, мыслястая прорва — два. И вообще… полное опущение силы духа ниже плинтуса! Три!

Женя прервал себя выразительным жестом. Сэнсэй же с усмешкой заметил:

— Типичные симптомы для человека с колеблющейся натурой, который, как маятник, мечется между своим Животным и Духовным началом.

Володя кивнул.

— Всё как в том анекдоте: «В чём сходство болтуна и маятника? Того и другого иногда надо останавливать».

— Надо останавливать?! — повторил Виктор. — Хм, в нашем случае замучишься жать на тормоза и срывать стоп-краны.

— Во, во! — подтвердил Стас.

Сэнсэй глянул на парней и промолвил:

— Да ладно вам самоедством заниматься. Что было, то было. Человеку свойственно ошибаться.

— Свойственно, — согласился Женька. — Только вот незадача для моей гомосапиенской, парнокопытной натуры: я же пользуюсь этим свойством часто и с удовольствием! — И сказав это, парень сам удивился своим словам. — А! Так вот в чём сидит этот мой мелкопакостный желчно-почечный камень и пошкрябывает выходные-проводные пути моей чистейшей Совести!

От таких Женькиных рассуждений компания рассмеялась от души. И громче всех хохотали Сэнсэй и Николай Андреевич.

— Жека! Желчно-почечного камня не бывает, — утирая слёзы от смеха, проговорил Николай Андреевич. — Желчный пузырь и почка — это два разных органа, поэтому камни могут быть как в желчном пузыре, так и в почках, но отдельно.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28