Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Книга путешествия пер. Е. Э. Бертельса




страница3/22
Дата12.01.2017
Размер1.63 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22

СИРИЯ. ТРИПОЛИС И БЕЙРУТ


В субботу второго Раджаба четыреста тридцать восьмого года73 мы приехали в Серудж, через два дня после того переправились через Евфрат и прибыли в Менбидж; это первый город из городов Сирии. По стapoму календарю это соответствовало первому числу месяца Бахмана, и температура была чрезвычайно приятна. За городом не было ни одной постройки.

Оттуда мы проехали в город Алеппо. От Мейяфарикина до Алеппо сто фарсахов. Я нашел, что Алеппо — прекрасный город. Он окружен стеной, высоту которой я определил приблизительно в двадцать пять араш, и есть там и замок, выстроенный на скале. Мне кажется, что Алеппо не меньше Балха, он густо заселен и все строения соприкасаются. В этом городе взимают пошлину с товаров, идущих через Сирию, Рум, Диарбекр, Египет и Ирак, и из всех этих стран туда наезжают купцы и торговцы. В Алеппо четверо ворот: Баб-ал-яхуд,74 Баб-Алла,75 Баб-ал-Джинан76 и Баб-Антакиэ.77 Базарным весом там служит ратль Захири, составляющий четыреста восемьдесят дирхемов.78

Когда оттуда едут на юг, то, проехав двадцать фарсахов, попадают в Хама, далее лежит Химе, до Дамаска от Алеппо пятьдесят фарсахов, до Антиохии двенадцать и столько же (т. е. еще пятьдесят) до Триполиса. Говорят, что оттуда до Константинополя двести фарсахов.

Одиннадцатого Раджаба мы выехали из Алеппо, в трех фарсахах была деревня, называемая Джунд Киннесрин. На другой день, проехав шесть фарсахов, мы прибыли в Сармин, город, где стен не было.

Мы проехали еще шесть фарсахов до города Мааррат-ан-Ну'ман, там была каменная стена. Это населенный город, у ворот его я увидел каменный столб, на нем было что-то написано другим, не арабским, шрифтом. Я спросил у кого-то, что это такое. — Это талисман против скорпионов, — ответил он: — в этом городе никогда не бывает скорпионов и они не заходят сюда; если же их привезут откуда-нибудь и пустят, они тотчас же убегают и не входят в город. — Высоту этого столба я определил приблизительно в десять араш. На базарах этого города я видел очень много товара. Соборная мечеть его построена на возвышении посреди города, так что с какой бы стороны в нее ни пожелали войти, при этом надо подняться на шестнадцать ступенек.

На полях они сеют исключительно пшеницу, и родится ее много. В большом обилии деревья: фиговые, оливки, фисташки, миндаль и виноградная лоза. Вода в городе дождевая и колодезная. Был там некий человек по имени Абу-Ала ал-Ма-арри, он был слепым и правил этим городом. Он был чрезвычайно богат и у него было много рабов и слуг, даже все жители города повиновались ему, как рабы! Сам же он вел образ жизни отшельника, носил грубую шерстяную одежду и не выходил из дому. В пропитание он назначил себе ежедневно пол мена ячменного хлеба и помимо этого не ел ничего. Я слыхал, что двери его дворца всегда открыты и что городскими делами ведают его наместники и заместители; к нему самому обращаются только по самым сложным делам. В богатстве своем он никому не отказывает, а сам постоянно постится, ночи проводит в бдении и не занимается никакими мирскими делами. В стихотворстве и разных науках он достиг такой степени, что по признанию писателей Сирии, Магриба и Ирака в этом веке никто не мог и не может равняться с ним. Он написал книгу, названную им “Разделы и пределы”, в ней он говорит загадочные речи и приводит красноречивые и странные метафоры, постигнуть которые могут лишь немногие люди, и то только те, кто изучал эту книгу вместе с ним. Его даже заподозрили в том, что в этой книге он хочет критиковать Коран. Из окрестных городов к нему постоянно съезжается более двухсот человек, которые занимаются с ним науками и поэзией, и я слыхал, что он написал более ста тысяч двустиший. Кто-то спросил его: — Господь великий, благословенный даровал тебе все это богатство, почему же ты все отдаешь другим, а сам не пользуешься? — Мне принадлежит только то, чем я пользуюсь, — дал он ответ. Когда я приехал туда этот человек был еще жив.79

Пятнадцатого Раджаба80 четыреста тридцать восьмого года мы выехали оттуда в Куэймат, а потом в Хама, хорошенький, населенный город на берегу реки Асы.81 Реку эту потому назвали Асы, что она течет в сторону Рума, то есть, так как она идет из стран ислама в страны неверующих, она является “мятежником”. На ее берегах установлено много гидравлических колес.

Оттуда идут две дороги: одна к берегу моря, на запад Сирии, другая ведет в Дамаск. Мы поехали в сторону моря и видели на горе источник, про который говорят, что каждый год, когда пройдет половина Шабана, оттуда начинает течь вода, течет три дня, а после трех дней оттуда уже не вытекает ни единой капли вплоть до следующего года. Туда ездит на поклон много людей и ищет приближения к господу, велик и славен да будет он. Там выстроены богоугодные заведения и сделаны водоемы.

Выехав оттуда, мы приехали в степь, покрытую распустившимися нарциссами так густо, что вся степь казалась белой от обилия цветов. Мы поехали дальше и прибыли в город, называемый Иркэ. Проехав два фарсаха от Иркэ, мы добрались до берега моря и, проехав по берегу в южную сторону пять фарсахов, прибыли в город Триполис. От Алеппо до Триполиса тем путем, которым мы ехали, сорок фарсахов.

Мы прибыли туда в субботу пятого Шабана.82 В окрестностях было много полей, садов и деревьев. Было очень много сахарного тростника, апельсинов сладких и кислых, бананов, лимонов и фиников. В это время как раз собирали сок сахарного тростника.

Город Триполис выстроен так, что три стороны его омываются морем. Когда море волнуется, волны плещут через стены. С той стороны, которая выходит на сушу, устроено укрепление с большим рвом и крепкими железными воротами. С восточной стороны возвышается каменная стена с такими же зубцами и бойницами. На верху стены установлены метательные машины. Обитатели города боятся румийцев, которые нападают на город с кораблями. Пространство города тысяча араш в квадрате. Высота зданий четыре и пять этажей, есть даже и шесть. Улицы и базары там красивые и чистые, можно было бы подумать, что каждый из них разукрашенный замок. Пища, плоды и съестные припасы всех родов, какие мне только приходилось видеть в Персии, были и там, только их было во сто раз больше.

Посреди города стоит огромная, чистая, хорошо украшенная и прочно выстроенная соборная мечеть. Во дворе ее большой купол, а под куполом мраморный бассейн с бронзовым фонтаном. На базаре тоже устроен фонтан, где вода в обилии бьет из пяти труб. Люди пользуются ею, а большая часть течет по земле и впадает в морс. Говорили, что в этом городе двадцать тысяч жителей, а вокруг него много поселков и селений. Там вырабатывают хорошую бумагу, вроде самаркандской, но только лучше. Город этот относится к числу владений египетского султана. Причиной этому, говорят, то, что однажды, когда нечестивые румийцы напали на этот город, египетские мусульмане сразились с их войском и разбили его наголову. Египетский султан взял с этого города подать и постоянно держит там свои войска под начальством своих полководцев для охраны города от врага.

В этом городе имеется таможня, так как корабли, прибывающие из Рума, Ференгистана, Андалусии и Магриба, платят там десятину султану. На эти деньги содержатся войска. У султана там есть суда, которые ходят в Рум, на Сицилию и в Магриб и ведут торговлю. Население этого города сплошь шииты и шииты же выстроили во всех городах этой страны прекрасные мечети. Кроме того, они построили там дома вроде рабатов,83 но только там никто не останавливается. Называют их мешхедами.84 За стенами города Триполиса нет ни одного дома, кроме двух или трех таких мешхедов.

Выехав из этого города, мы снова поехали на юг но берегу моря. На расстоянии одного фарсаха я видел крепость, называемую Каламун. В крепости этой есть источник. Выехав оттуда, мы приехали в город Тарабузан, от Триполиса до этого города пять фарсахов.

Оттуда мы проехали в Джубейль. Этот город имеет форму треугольника, один угол которого упирается в море. Вокруг города возведена очень высокая и прочная стена и растет много финиковых пальм и других южных деревьев. Я видел ребенка, державшего в одной руке красную, а в другой свежую белую розу, а это было пятого числа месяца Исфендармада,85 по старинному календарю в четыреста пятнадцатый год персидской эры.

Оттуда мы проехали в город Бейрут. Я видел камедную арку, под которой проходила проезжая дорога и высоту ее определил в пятьдесят гезов. По бокам она была крыта плитами белого камня, каждая весом больше тысячи мен. Эта постройка возведена из кирпича на высоту двадцати гезов и наверху ее воздвигнуты мраморные колонны, каждая высотой в восемь гезов и такой толщины, что ее не охватить двум человекам. На этих колоннах покоится арка, выстроенная с таким расчетом, что камни ее с двух сторон соприкасаются и не соединены ни глиной, ни известью. Над этими арками сверху другая большая арка на самой середине, высотою в пятьдесят араш. Высоту каждого камня, пошедшего на постройку этой арки, я определил приблизительно в восемь араш в длину и четыре араша в ширину, а весом каждый около семи тысяч мен. Все эти камни покрыты скульптурной и резной работой столь красивой, что и на дереве скульптуру такой красоты видеть доводится редко. Кроме этой арки, в этой местности других строений не осталось. Я спросил, что это за место, и мне ответили: — Мы слыхали, что это были ворота в сад фараона и что они очень древни.

Все степи этой местности покрыты мраморными колоннами, отдельными капителями и колоннами без капителей, все они из разукрашенного мрамора, закругленные, четырехугольные, шестигранные и восьмигранные. Камень этот настолько тверд, что железо не оставляет на нем никакого следа. Но в окрестностях нигде нет горы, где могли бы быть каменоломни. Другой камень напоминает искусственное соединение и его так же, как и другие камни, не берет железо.

По всей Сирии мне попадалось около пятисот тысяч колонн, или капителей, и ни одна живая душа не знает, что это было такое или откуда привезено.

Оттуда мы проехали в город Сайда, тоже на берегу моря. Там много плантаций сахарного тростника, а город окружен прочной каменной стеной с тремя воротами. Соборная мечеть красива и чрезвычайно закончена. Пол в ней покрыт пестрыми циновками. Базар тоже очень хорошо убран, так что, увидев его, я подумал, что город украсили для приезда султана или по случаю какой-нибудь радостной вести. На мой вопрос мне ответили, что такой в этом городе обычай. Сады и деревья в этом городе были так прекрасны, что, казалось, какой-нибудь царь развел там сады по своему желанию и устроил в них киоски. Большая часть деревьев была полна плодов.

Оттуда, проехав пять фарсахов, мы прибыли в город Сур. Этот город устроен так. На берегу моря была большая скала: на ней и выстроили этот город и притом так, что стена кремля идет по суше не больше ста гезов, вся остальная часть ее омывается морем. Стены сложены из обтесанных камней, а щели замазаны смолой, чтобы вода не могла туда проникнуть. Пространство города я определил приблизительно в тысячу шагов в квадрате, здания пяти- и шестиэтажные, один этаж над другим, устроено много фонтанов, красивые базары и большое богатство. Город Сур славится богатством и обилием среди прибрежных городов Сирии. Жители там большей частью шииты. Был там кадий суннитского толка, по имени сын Абу-Укейля, человек красивый и богатый. У ворот города выстроен мешхед, там много ковров и циновок, серебряных и золотых ламп и светильников. Город лежит на возвышении, а воду он получает с горы. За городом построен акведук, и вода по этому акведуку идет в город. В горе против города есть ущелье, если проехать через него, направляясь к востоку, то в восемнадцати фарсахах будет город Дамаск.

Проехав семь фарсахов, мы прибыли к кремлю Акке; когда о нем пишут в бумагах, его называют Мединет Акка. Город построен на возвышении, часть которого идет под уклон, а остальная часть ровная. На всем Сирийском побережье не строят городов, если нет возвышения, опасаясь прилива со стороны моря и страшась волн, ударяющих в берега. Соборная мечеть стоит посреди города, выше всех остальных зданий. Все ее колонны из мрамора, с правой стороны Кыблы, снаружи гробница пророка Салиха, мир да будет с ним. Часть двора покрыта каменными плитами, а другая часть засеяна травой. Говорят, что Адам, мир да будет с ним, там обрабатывал землю. Я смерил город: длина его две тысячи араш, а ширина пятьсот. Город окружен прочной каменной стеной, с южной и западной стороны омывается морем. На южной стороне лежит и гавань. Большая часть прибрежных городов имеет гавань, которая устраивается для охраны судов. Это нечто вроде конюшни, задняя стена которой прилегает к кремлю, а две другие вдаются в море. Вход в нее шириной около пятидесяти гезов и стены там нет, протянуты только цепи от одной стены к другой. Когда хотят впустить в гавань корабль, цепи ослабляют, так что они опускаются под воду, и корабль проходит по воде над ними. Затем цепи опять поднимают, чтобы никто чужой не мог напасть на корабли.

С левой стороны у восточных ворот есть источник, к которому надо спуститься на двадцать шесть ступеней, чтобы достать воды. Называется он Айн-ал-Бакар и говорят, что открыл его Адам, мир да будет с ним, и поил его водой свою корову. По этой причине источник и назван Айн-ал-Бакар.86

Если направиться от кремля Акки к востоку, то по дороге встретится гора, где находятся гробницы пророков, мир да будет с ними. Это место лежит на краю дороги, идущей в Рамлэ. Я решил посмотреть эти благодатные гробницы и попросить у господа, велик и славен да будет он, связанной с ними благодати, но жители Акки сказали, что по дороге туда живут недобрые люди, которые, увидев чужестранца, нападают на него и отнимают все, что у него есть с собой.

Я положил свое имущество в мечеть в Акке и покинул город через восточные ворота. В субботу двадцать третьего Шабана87 четыреста тридцать восьмого года, я поклонился могиле Акка, основателя города; он был одним из праведных и великих людей. Так как со мной не было человека, знающего дорогу, я сбился с пути, но внезапно, по милости господа, велик и славен будет он, ко мне в тот же день присоединился некий перс из Азербейджана, который уже раз посетил эти благодатные гробницы и теперь вторично направлялся туда с тем же намерением. За эту милость я в благодарность творцу, велик и славен да будет он, сотворил два раката намаза и благодарственный земной поклон за то, что он дал мне свое споспешествование и я мог осуществить свое намерение.

Я прибыл в деревню Бервэ, где поклонился могилам Иша и Шим'уна,88 мир да будет над ними.

Оттуда я прошел в маленькую пещеру, называемую Дамун. Там я тоже поклонился могиле, про которую говорили, что это могила Зу-л-Кифля.89

Затем я направился в другую деревню, называемую Абилин, там была могила Худа, мир да будет с ним. Я удостоился поклониться и ей; в ограде ее растет фиговое дерево. Там находится гробница пророка Узейра,90 мир да будет с ним, я поклонился и ей; направился к югу и пришел в другую деревню, называемую Хазире. На западной окраине этой деревни была долина, а в долине этой чистый источник, бивший из скалы. Против источника на скале выстроена мечеть, в мечети этой два каменных дома с каменной крышей и дверкой, столь маленькой, что человек может войти туда лишь с трудом. Там, рядом друг с другом, находятся две могилы: одна — Шуэйба,91 мир да будет с ним, а другая — дочери его, которая была женой Моисея, мир да будет с ним. Жители этой деревни заботятся о мечети и могилах, держат их в чистоте и зажигают светильники.

Оттуда я направился в деревню, называемую Арбиль. По направлению к Кыбле от этой деревни лежит гора, посреди нее ограда, а в ней четыре могилы сыновей Иакова, мир да будет с ним, братьев Иосифа, мир да будет с ним. Отправившись дальше, я увидел холм, а под холмом этим пещеру, где находилась гробница матери Моисея, мир да будет с ним. Я удостоился поклониться ей и пошел дальше. Передо мной появилась долина, в конце которой лежит небольшое озеро; на берегу этого озера лежит город Табарийэ.92 Длина этого озера около шести фарсахов, а ширина около трех, вода в нем сладкая и вкусная, а город лежит к западу от него. Вся вода из бань города и излишек воды в самом городе стекают в это озеро. Жители этого города и всех поселений, лежащих на берегах, пьют воду из этого озера.

Я слыхал, что однажды в этот город прибыл некий эмир и приказал преградить сток в озеро нечистот и грязной воды. Но тогда вода в озере стала столь зловонной, что ее нельзя было пить. Эмир снова приказал открыть все стоки, которые были ранее, и вода в озере снова стала сладкой.

Вокруг города от самого берега озера возведена прочная стена, только со стороны озера стены нет. Много зданий построено среди воды: строили вышки, покоящиеся на колоннах, которые стоят в воде. В озере этом много рыбы.

Посреди города есть соборная мечеть, возле нее бьет источник, а над источником этим выстроена баня. Вода его настолько горяча, что до тех пор, пока не смешают ее с холодной, ее нельзя лить на тело. Говорят, что баню эту построил Соломон, сын Давидов, мир да будет с ним. Я зашел в эту баню.

В городе Табарийэ, в западной его части, есть еще мечеть, называемая “мечетью Жасминов”. Это красивое здание. Посреди мечети устроена большая площадка, на которой воздвигнуты михрабы, а вокруг насажены жасминовые деревья, от которых мечеть и получила свое название. На восточной окраине мечети есть галерея, где находится могила Юшу-ибн-Нуна,93 мир да будет с ним, а под площадкой могила семидесяти пророков, убитых израильтянами.

К югу от города лежит озеро Лота. Вода там горькая, то есть в озере Лота, которое лежит к югу от Табарийэ. Река, вытекающая из озера Табарийэ, впадает туда. Замок Лота находился на берегу этого озера Лота, но от него не осталось и следа. Один человек говорил мне, что в горьком озере Лота есть что-то такое вроде коровы. Оно выделяется из воды, черного цвета и принимает Форму коровы. Оно похоже на камень, но только не твердое. Жители собирают это вещество, разбивают на части и развозят по городам и областям. Если положить кусок этого вещества под дерево, то червь никогда не сможет попортить дерево, вместе с тем и корням от этого не будет никакого вреда и сад не пострадает ни от червей, ни от подземных вредителей. Ответственность за это сообщение лежит на рассказчике. Он говорил также, что москательщики покупают это вещество. Говорят, что в их зельях заводится червь, называемый накрэ, и что это вещество предохраняет и от такого червя. В городе Табарийэ плетут циновки, в частности молитвенные коврики, их продают там за пять магрибинских динаров.

В этой местности с западной стороны есть гора, на горе этой стена из твердого камня, на ней еврейскими буквами написано, что, когда изготовлялась эта надпись, Плеяды стояли в знаке Овна.

Там же, за городом, по направлению Кыблы, находится гробница Абу Хурейры,94 но только никто не может посетить ее, потому что обитатели этих мест шииты и, когда кто-нибудь идет поклониться гробнице, дети начинают издеваться над ним, кричать, приставать к нему и бросать в него камнями. Поэтому я не мог пойти туда на поклон. Возвращаясь назад после поклонения всем этим местам, я пришел в деревню, называемую Кафар Каннэ. К югу от этой деревни выстроен красный монастырь с прочной дверью. Там гробница пророка Ионы, мир да будет с ним; у дверей монастыря есть колодец со сладкой водой.

Поклонившись этому месту, я направился оттуда в Акку, до Акки оттуда четыре фарсаха. Один день мы провели в Акке, а затем отправились дальше.

Мы прибыли в деревню, называемую Хайфа. По дороге в эту деревню нам попалось много того песку, которым в Персии пользуются золотых дел мастера и который они называют “Меккским песком”. Деревня Хайфа лежит на берегу моря, там много пальмовых рощ и деревьев. Там были корабельные мастера, строившие большие корабли. Эти морские корабли там называются “джуди”.

Оттуда мы проехали в другую деревню, фарсахом дальше, называемую Кунейсэ. Оттуда начиная, дорога отходит от моря и входит в горы по направлению к востоку. По дороге попалась каменистая равнина, называемая Вади Темасих.95 Двумя фарсахами дальше дорога снова выходит к берегу моря. Там мы видели много костей морских животных, смешавшихся с землей и глиной и от постоянных ударов волн ставших похожими на камни.

Оттуда мы проехали к городу, который называют Кайсарийэ. От Акки до него семь фарсахов. Это красивый город с проточной водой, пальмовой рощей, сладкими и кислыми апельсинами, прочной стеной и железными воротами. По городу протекают ручьи ключевой воды. Там красивая соборная мечеть; сидя на ее дворе, можно наслаждаться видом на море. Там была мраморная ваза, сработанная так красиво, как китайский фарфор, вместимостью около ста мен воды.

В субботу двадцать девятого Шабана96 мы выехали оттуда. Целый фарсах нам пришлось ехать по Меккскому песку и затем мы снова увидели много фиговых и масличных деревьев. Дорога все время шла то по горам, то по долине. Проехав несколько фарсахов, мы прибыли в город, называемый Кафар Саба и Кафар Саллам. От этого города до Рамлэ три фарсаха, и вся дорога, как было упомянуто, усажена деревьями.

В воскресенье первого Рамазана мы прибыли в Рамлэ. Оттуда до Кайсарийэ восемь фарсахов. Это большой кремль с прочной стеной из камней, скрепленных известью и железными воротами. От города до берега моря три фарсаха. Жители города пользуются дождевой водой. В каждом доме есть цистерны, куда собирают дождевую воду, и вода всегда есть в запасе.

Посреди соборной мечети есть тоже большие цистерны. Когда они наполняются водой, всякий может пользоваться ею. Поверхность тамошней мечети — триста шагов на двести. Над скамьей в ней есть надпись, что пятнадцатого Мухаррема четыреста двадцать пятого года97 там было сильное землетрясение, было разрушено много зданий, но из жителей не пострадал никто.

В этом городе много мрамора и большая часть дворцов и домов его жителей изящно выложена мрамором и покрыта рисунками. Мрамор режут пилой без зубцов, применяя при этом Меккский песок. Колонны пилят в длину, не в ширину, как пилят деревья, и делают из камня доски. Я видел много различных цветов мрамора: пестрый, зеленый, красный, черный, белый, всех цветов.

Там есть разновидность фиги, лучше которой фиг не бывает нигде; ее вывозят во все окрестные города. Город Рамлэ в провинции Сирии и в Магрибе известен под названием Филистын.

Третьего Рамазана мы выехали из Рамлэ и приехали в деревню, называемую Хатун, а оттуда проехали в другую деревню, называемую Карьет-ал-Анаб.98 По пути мы видели много теребинтов, которые дико росли на горах и в долине.

В этой деревне мы видели прекрасный сладкий источник, бивший из скалы. Около него устроены конюшни и убежища для путников. Оттуда мы начали подниматься вверх; казалось, что мы поднимаемся на гору и что, когда мы перевалим на другую сторону горы, покажется город. Но когда мы поднялись на некоторую высоту, перед нами раскрылась огромная равнина, частью песчаная, частью каменистая. На вершине горы лежит город Бейт-ал-Мукаддас.99 От Триполиса, лежащего на побережье, до Бейт-ал-Мукаддас пятьдесят шесть фарсахов, а оттуда до Балха — восемьсот семьдесят шесть.


3

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22