Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Книга объясняет тайны удивительных явлений, связанных с языком, таких как «мозговитые»




страница23/51
Дата11.01.2017
Размер7.92 Mb.
ТипКнига
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   51
Глава 7. Говорящие головы
таким образом, при этой стратегии экономится объем памяти благодаря сохранению в

ней только одного дерева. Однако расплатой за это может стать необходимость

начать все сначала, если ставка сделана не на ту лошадь, которая скакала вдоль

амбара.
Между прочим, обманки — одна из самых ярких черт плохого стиля. Предложения

создаются без четких указателей на каждом разветвлении, позволяющих читателю

уверенно продвигаться до самого конца. Вместо этого читатель постоянно

оказывается в тупике и вынужден отступать назад. Вот несколько примеров, которые

я выбрал из газет и журналов:


Delays Dog Deaf-Mute Murder Trial 'Отложен процесс по делу об убийстве собаки

глухонемым' или 'Отложен глухонемой процесс об убийстве собаки'.


British Banks Soldier On 'Британские банки продолжают работу' или 'Солдат

британских банков на экране'.


1thought that the Vietnam war would end for at least an appreciable chunk of

time this kind of reflex anticommunist hysteria 'Я думал, что война во Вьетнаме

остановит, по крайней мере, на значительный промежуток времени этот вид

рефлексивной антикоммунистической истерии' или 'Я думал, что война во Вьетнаме

остановится, по крайней мере, на значительный промежуток времени, этого вида

рефлексивной антикоммунистической истерии'.


The musicians are master mimics of the formulas they dress up with irony

'Музыканты — главные мимы формул. Они одеваются в парадоксы' или 'Музыканты —

главные выразители тех формул, которым они сообщают парадоксальность'.
That Johnny Most didn't need to apologize to Chick Kearn, Bill King, or anyone

else when it came to describing the action [Johnny Most when he was in his

prime] 'Тот факт, что Джонни Моусту не пришлось извиняться перед Чиком Керном,

Билли Кингом или кем-нибудь другим, когда дело дошло до описания действия' или

'Этому Джонни Моусту не пришлось извиняться перед Чиком Керном, Билли Кингом или

кем-нибудь другим, когда дело дошло до описания действия'.


Family Leave Law a Landmark Not Only for Newborn's Parents 'Закон о декретном

отпуске распространяется не только на родителей новорожденного' или 'Семья

выходит из лона закона: вниманию не только родителей новорожденного'
The movie is Тот Wolfe's dreary vision of a past that never was set against a

comic view of the modern hype-bound world 'Этот фильм — об увиденном Томом

Вульфом в черных тонах прошлом, которое еще никогда не противопоставлялось

комическому восприятии? современного мира саморекламы' или 'Этот фильм — об

увиденном Томом Вульфом в черных тонах прошлом, которое еще никогда не

компенсировало комическое восприятие современного мира саморекламы'.


Condom Improving Sensation to be Sold 'Сенсационная технология

усовершенствования презервативов будет продана' или 'Технология

усовершенствования презервативов — это сенсация, которая подлежит продаже'.
По контрасту с этим великие писатели, такие как Шоу, могли направить читателя по

прямой от первого слова в предложении до последнего, даже если между ними

пролегало ПО слов.
Как мы понимаем язык и используем его в речи 205
* * *
Тот, кто производит синтаксический разбор способом первичного поиска, должен

использовать какой-то критерий, чтобы выбрать одно-два дерева и придерживаться

одного из них; в идеале это будет дерево, наиболее приближенное к правильному

варианту. Один вариант того, как это сделать — это использовать весь объем

человеческого интеллекта, и анализировать предложение «сверху вниз». В

соответствии с этим вариантом люди не задаются целью выстроить все ветви дерева,

если они заранее могут предсказать, что эти ветви не будут иметь смысла в данном

контексте. Среди психолингвистов шли большие дискуссии о том, разумно ли

предполагать, что именно так работает синтаксический анализатор в голове у

человека. В том смысле, что разум слушателя может правильно предсказать речевые

намерения говорящего, анализ «сверху вниз» может направить синтаксический

анализатор к правильному пониманию предложения. Но объем человеческого

интеллекта слишком велик, и задействование его всего одновременно может слишком

замедлить синтаксический разбор, происходящий синхронно с проносящимся мимо

вихрем слов. Джерри Фодор, цитируя Гамлета, предполагает, что если бы знаниям и

контексту приходилось задавать направление грамматическому разбору, то «на

естественное озарение нашла бы тень мысли». Он предположил, что грамматический

анализатор — это автономный модуль, который обращается за информацией только к

ментальной грамматике и ментальному словарю, а не ментальной энциклопедии.
Окончательно этот вопрос должен быть решен экспериментальным путем.

Представляется вероятным, чтобы синтаксический анализатор в голове у человека

использовал хоть какие-то знания об окружающем мире. В эксперименте психологов

Джона Трусвелла, Майкла Танненхауса и Сьюзен Гарней людям предлагалось закусить

некую планку, чтобы они не имели возможности двигать головой, и прочесть

предложения на экране компьютера, при этом шла запись движения их глаз. В

предложениях были потенциальные обманки. Прочтите, например, такое предложение:
The defendant examined by the lawyer turned out to be unreliable 'Подзащитный,

выяснил адвокат, не вызывает доверия'.


На мгновение вас могло сбить с толку слово by, потому что до этой точки в

предложении могло скорее говориться о том, что что-то выяснил сам подзащитный, а

не то, что что-то выяснили о нем. И действительно, взгляд испытуемых

задерживался на слове by и был готов вернуться к началу предложения, чтобы его

переосмыслить (по сравнению с контрольными недвусмысленными предложениями). А

теперь прочтите следующее предложение:


The evidence examined by the lawyer turned out to be unreliable 'Показания,

выяснил адвокат, не вызывают доверия'.


Если обманок помогает избежать здравый смысл, то с этим предложением дела должны

обстоять гораздо проще. Показания, в отличие


206
Глава 7. Говорящие головы
от подзащитных, не могут сами ничего выяснять, поэтому потенциально можно

избежать появления неверного дерева, где показания стали бы что-либо выяснять. И

люди действительно обходятся без него: глаза испытуемых пробегали по предложению

лишь с небольшими задержками и возвратами назад. Конечно, задействованное знание

достаточно примитивно (подзащитные могут что-то выяснить, а показания — нет), а

соответствующее ему дерево было очень легко найти по сравнению с десятками

деревьев, которые может найти компьютер. Поэтому никто не знает, какой именно

объем общих знаний человека задействуется в процессе понимания предложений в

режиме реального времени; это широкое поле для исследований.
Сами слова тоже могут указать, как нужно производить анализ. Вспомните о том,

что каждый глагол предъявляет требования к составляющим глагольной группы

(например, вы не можете просто devour, вы должны devour something 'пожирать

что-либо'; вы не можете dine something, вы можете просто dine 'ужинать'). Самая

распространенная словарная статья для глагола как будто подталкивает

синтаксический анализатор к поиску ролевых исполнителей, которые требуются

глаголу. Трусвелл и Таннен-хаус изучали движение глаз добровольных участников

эксперимента в то время, как те читали:


The student forgot the solution was in the back of the book' Студент забыл о

решении в конце учебника'.


Дойдя до слова was взгляд участников эксперимента задерживался на нем, а потом

прыгал обратно, поскольку люди неправильно истолковывали предложение, как

говорившее о студенте, забывшем решение, точка. Очевидно, слово forget

'забывать' в голове у людей говорило синтаксическому анализатору: «Немедленно

найди мне дополнение!» Другое предложение было таким:
The student hoped the solution was in the back of the book 'Студент надеялся,

(что) решение в конце учебника'.


На сей раз проблем не было, потому что слово hope 'надеяться' вместо этого

говорило: «Найди мне придаточное предложение!», и предложение было тут как тут.


Слова могут также помочь грамматическому анализатору, подсказывая, какие именно

другие слова, как правило, появляются вместе с ними в составе определенной

синтаксической группы. Хотя вероятностные переходы от слова к слову недостаточны

для понимания предложения (глава 4), они могут оказаться полезны: когда

синтаксический анализатор снабжен хорошей статистикой, то выбирая между двух

возможных деревьев, допускаемых грамматикой, он может остановиться на той

структуре, которая наверняка и имелась в виду. Синтаксический анализатор,

похоже, проявляет чувствительность к вероятности образования пары слов: многие

обманки особенно легко направляют по ложному следу, поскольку в них имеются

такие распространенные пары слов, как cotton clothing 'одежда из хлопка', fat

people 'толстые люди' и prime number 'простое число'. Выигрывает мозг от

языковой статистики или нет, но компьютеры


Как мы понимаем язык и используем его в речи 207
выигрывают точно. В лабораториях AT&T и IBM компьютеры заносят в таблицы

миллионы слов текста из таких источников как «Уолл-стрит джорнал»11) и

«Ассошиэйтед пресс». Инженеры надеются, что если они снабдят свои синтаксические

анализаторы сведениями о частотности сочетаемости слов и групп слов друг с

другом, то синтаксические анализаторы смогут разумно избежать двусмысленностей.
Наконец, люди прокладывают себе путь через предложение, ориентируясь на деревья

определенной формы — своего рода фигурная стрижка кустов в ментальном

исполнении. Один из принципов, которым при этом руководствуются — это инерция:

людям нравится нагружать новыми словами ветви, свободные в данный момент

времени, вместо того, чтобы закрыть одну и перепрыгнуть к другой, ненагруженной,

на более ранней ветви. Эта стратегия «позднего закрытия» может объяснить, почему

мы попадаемся на обманку в предложении:
Flip said that Squeaky will do the work yesterday 'Флип сказал, что Сквики

сделает работу, вчера'.


Это предложение грамматически правильно и имеет смысл, но нужно посмотреть на

него дважды или трижды, чтобы это осознать. Нас вводит в заблуждение то, что

когда мы доходим до наречия yesterday 'вчера', мы пытаемся разместить его внутри

открытой в настоящий момент VP do the work 'сделает работу', вместо того, чтобы

закрыть эту VP и разместить данное наречие выше, где оно будет в составе той же

синтаксической группы, что и Flip said 'Флип сказал'. (Кстати, обратите внимание

на то, что наше знание реалий, например таких, что значение показателя будущего

времени will несовместимо со значением yesterday 'вчера', не удержало нас от

того, чтобы попасться на обманку. Это предполагает, что весь объем общих знаний

ограничен в своих возможностях привести нас к правильному пониманию

предложения.) Вот еще один пример, на этот раз ответственность за него несет

психолингвист. Энни Сен гас не придумывала этот пример специально, просто

однажды она произнесла: The woman sitting next to Steven Pinker's pants are like

mine. (Энни имела в виду, что брюки женщины, сидящей рядом со мной, были такими

же, как у нее.)12)
Второй принцип — это экономия: люди стараются присоединить составляющую к

дереву, используя как можно меньше ветвей. Этим объясняется то, почему мы

попадаемся на обманку в предложении:
Sherlock Holmes didn't suspect the very beautiful young countess was a fraud

'Шерлок Холмс не подозревал, что прекрасная молодая графиня — мошенница'13).


и) Влиятельная ежедневная газета деловых кругов США. — Прим. ред.
12^ Первая часть предложения — The woman sitting next to Steven Pinker's

pants... — может направить по ложному следу: 'Женщина, сидящая рядом с брюками

Стивена Линкера...' — Прим, перев.
13) Первая часть предложения — Sherlock Holmes didn't suspect the very beautiful

young countess... может направить по ложному следу: * Шерлок Холмс не подозревал

прекрасную молодую графиню...' — Прим. перев.
208
Глава 7. Говорящие головы
Требуется только одна ветвь для того, чтобы ввести слово countess 'графиня' в

VP, где ее будет подозревать Шерлок, и две ветви — чтобы ввести ее в S, которое

само введено в состав VP, чтобы Шерлок подозревал графиню в мошенничестве:
VP

suspect the countess


NP
VP
suspect the countess
Похоже, что ментальный синтаксический анализатор стремится минимизировать

процесс введения составляющих, хотя в дальнейшем предложение покажет, что это

неправильно.
* * *
Поскольку предложения двусмысленны, но законы и контракты должны быть изложены в

предложениях, принципы синтаксического разбора могут сильно повлиять на

человеческие судьбы. Лоренс Солэн в своей последней книге комментирует много

примеров. Рассмотрим следующие отрывки: первый из договора страхования, второй —

из устава, третий — из инструкции присяжным:
Данная страховка, обеспеченная настоящим полисом, относится к использованию

чужого транспортного средства застрахованным лицом и любым лицом, ответственным

за использование транспортного средства от имени застрахованного лица, в случае,

если это транспортное средство используется с разрешения владельца.


Каждый, кто продает любое подконтрольное вещество, указанное в разделе (д),

понесет наказание... (д) Любой материал, состав, смесь или препарат, содержащие

любое количество следующих веществ, представляющих потенциальную угрозу,

связанную со стимулирующим воздействием на центральную нервную систему:

амфитамин, метамфитамин...
Присяжные не должны, руководствоваться исключительно чувством, предположением,

симпатией, страстью, предрассудками, общественным мнением или общественным

настроением.
В первом случае женщина, разъяренная тем, что в ресторане ее оставил партнер,

уехала на машине, которая, как она считала, была его кадиллаком. Машина, которая

затем была разбита, оказалась принадлежащей кому-то другому, и женщина

обратилась за возмещением ущерба в страховую компанию. Выплатили ли ей

страховку? Апелляционный суд Калифорнии сказал «да». Суд отметил, что в полисе

содержалась двусмысленность, поскольку требование с разрешения владельца,

которое
Как мы понимаем язык и используем его в речи 209
безусловно не было выполнено, можно было истолковать, как относящееся

исключительно к словам любым лицом, ответственным за использование транспортного

средства от имени застрахованного лица скорее, чем к словам застрахованным лицом

(подразумевается — этой женщиной) и любым лицом, ответственным за использование

транспортного средства от имени застрахованного лица.
Во втором случае наркоделец пытался обмануть клиента (к несчастью для себя —

тайного агента полиции), продав ему пакетик нейтрального порошкового вещества с

мельчайшей примесью метамфитамина. Вещество представляло «потенциальную угрозу»,

а количество вещества — нет. Был ли нарушен закон? Апелляционный суд сказал, что

да.
В третьем случае подзащитный обвинялся в изнасиловании и убийстве

пятнадцатилетней девушки, и присяжные вынесли смертный приговор. Конституционный

закон Соединенных Штатов запрещает любую инструкцию, которая бы отказывала

подзащитному в том, чтобы присяжные руководствовались любым «фактором симпатии»,

открывшимся в ходе следствия, который в данном случае состоял в психологических

проблемах и происхождении из неблагополучной семьи. Действительно ли данная

инструкция вопреки конституции лишала обвиняемого права на симпатию, или только

на менее значительную исключительно симпатию? Верховный Суд Соединенных Штатов

проголосовал пять к четырем, что обвиняемому было отказано только в

исключительно симпатии, отказ соответствовал конституции.


Солэн указывает, что суды часто решают такие случаи, полагаясь на «каноны

толкования», приведенные в юридической литературе и соответствующие принципам

синтаксического разбора, которые я обсуждал в предыдущем разделе. Например,

Правило Последнего Предшествующего, которое суды использовали принимая решение в

двух первых случаях, это просто правило «минимального приписывания» — стратегия,

которую мы только что наблюдали в предложении о Шерлоке Холмсе. Таким образом,

принципы ментального синтаксического разбора имеют буквально жизненно важные

последствия. Но те психолингвисты, которые волнуются, что их следующий

эксперимент может отправить кого-нибудь в газовую камеру, могут вздохнуть

свободно. Солэн замечает, что судьи — не слишком хорошие лингвисты: к добру или

к худу они стараются всячески обойти самое естественное толкование, если оно

противоречит тому решению, которое они считают правильным.


* * *
Я веду разговор о деревьях, но предложение — это не просто дерево. С начала 60-х

годов, когда Хомский предложил трансформации, конвертирующие глубинные структуры

в поверхностные, психологи использовали лабораторные технологии, чтобы

попытаться обнаружить какой-нибудь «отпечаток пальцев», оставленный

трансформацией. После неоднократно имевшего место преждевременного ликования эти

попытки
210


Глава 7. Говорящие головы
были заброшены, и на несколько десятилетий учебники по психологии дали отставку

трансформации за то что она не имеет «реального психологического обоснования».

Но лабораторные технологии стали более совершенными, и обнаружение того, что

напоминает трансформационную операцию в сознании людей — это одно из самых

интересных недавних открытий в психологии языка. Возьмем предложение:
The policeman saw the boy that the crowd at the party accused (trace) of the

crime 'Полицейский увидел мальчика, которого собравшиеся на вечеринку обвинили

(след) в преступлении'.
Кто был обвинен в преступлении? Конечно, мальчик, хотя слова the boy 'мальчика'

не следуют после accused 'обвинили'. По Хомско-му это происходит из-за того, что

синтаксическая группа, относящаяся к the boy, действительно следует после

accused 'обвинили' в глубинной структуре; она была смещена назад, на позицию

слова that 'которого', трансформацией, оставившей после себя безмолвный «след».

Тот, кто пытается понять это предложение, должен отменить действие,

произведенное трансформацией, и мысленно поместить копию синтаксической группы

назад на место следа. Чтобы это сделать, нужно сперва, находясь в начале

предложения, заметить, что существует перемещенная синтаксическая группа — the

boy — которую нужно вернуть на место. Эту синтаксическую группу нужно удерживать

в оперативной памяти, пока не обнаружится пробел — позиция, где должна

присутствовать, но не присутствует составляющая. В данном предложении существует

пробел после слова accused, поскольку accused требует дополнения, а его нет.

Можно сделать заключение, что пробел содержит след, а затем извлечь

синтаксическую группу the boy из оперативной памяти и связать ее со следом.

Только после этого человек может вычислить, какую роль the boy играл в

происходящем: в данном случае его обвиняли.
Замечательно то, что каждый из этих ментальных процессов можно измерить. На

протяжении словесного интервала между перемещенной составляющей и следом

(подчеркнутая область) люди должны удерживать составляющую в памяти. Это усилие

должно проявляться в менее хорошем исполнении любого синхронно выполняемого

задания, связанного с мыслительной активностью. И действительно, в то время,

пока люди выполняют это задание, они замечают сигналы извне (например, вспышку,

мелькнувшую на экране) медленнее, и им труднее удержать в памяти набор других

слов. Даже их ЭЭГ (электроэнцефалограммы или записи электронной активности

мозга) показывает результаты напряжения.
Затем, на этапе, когда след обнаружен и память можно разгрузить, «выгруженная»

оттуда синтаксическая группа появляется на ментальной сцене, что можно

обнаружить несколькими способами. Если экспериментатор высвечивает какое-то

слово из перемещенной синтаксической группы (например, boy) на этой стадии, люди

узнают его быстрее. Они также быстрее узнают слова, имеющие отношение к

перемещенной синтаксической группе — например, girl 'девочка'. Этот эффект

настолько
Как мы понимаем язык и используем его в речи 211
ощутим, что его можно наблюдать на записи мозговых волн; если толкование следа

оказывается неадекватным, как. например, в предложении:


Which food did the children read (trace) in class? 'Какую еду дети читали (след)

в классе?'


то ЭЭГ показывает замешательство в точке, соответствующей следу.
Установление связи составляющих со следами — это захватывающая вычислительная

операция. Удерживая составляющую в памяти, синтаксический анализатор должен

постоянно отыскивать след — невидимое и неслышимое ничто. Невозможно

предсказать, насколько далеко в предложении появится след, а иногда он

появляется довольно далеко:
The girl wondered who John believed thai Mary claimed that the baby saw (trace).

'Девочке было интересно, кого, как считал Джон на основании слов Мэри, ребенок

тогда увидел (след)'.
И пока след не обнаружен, семантическая роль синтаксической группы — это

нераскрытая карта, особенно теперь, когда отличие who 'кто' от whom 'кто' (в

косвенных падежах) фонографом уже не отмечается.
/ wonder who (trace) introduced John to Marsha.
'Интересно, кто (след) представил Джона Марше', [who = тот, кто представил]
/ wonder who Bruce introduced (trace) to Marsha.
'Интересно, кого Брюс представил (след) Марше', [who = тот, кого представили]
/ wonder who Bruce introduced John to (trace).
'Интересно, кому Брюс представил Джона (след)', [who = тот, кому представили]
Проблема настолько серьезна, что хорошие стилисты и даже сама грамматика языка

предпринимают шаги к тому, чтобы ее облегчить. Один из принципов хорошего стиля

— это минимизировать объем той части предложения, на протяжении которой

перемещенная составляющая должна удерживаться в памяти (подчеркнутые части). Для

этой цели в английском хороша пассивная конструкция (несмотря на настоятельные

рекомендации избегать ее, которые дают компьютерные «проверки стиля»). В

следующей паре предложений пассивный вариант легче, поскольку занимающая память

часть перед следом короче:


Reverse the clamp that the stainless steel hex-head bolt extending upward from,

the seatpost yoke holds (trace) in place.


'Отведите назад зажим, который шестигранный болт из нержавеющей стали,

поднимающийся вверх от хомута, удерживает (след) на месте'.


Reverse the clamp that (trace) is held in place by the stainless steel hex-head

bolt extending upward from the seatpost yoke.


'Отведите назад зажим, который (след) удерживается на месте шестигранным болтом

из нержавеющей стали, поднимающимся вверх от хомута'.


212

Каталог: data -> 2011
2011 -> Программа дисциплины «История и теория литературы»
2011 -> Г. В. Гриненко история философии
2011 -> Дэвид Ванн, Томас X. Нэйлор, Джон Де Грааф Потреблятство. Болезнь, угрожающая миру
2011 -> Жильсон Этьен Философия в средние века
2011 -> Выражаем глубокую признательность Международному фонду «Культурная инициатива» и лично Джорджу Соросу за финансовую поддержку серии Лики культуры
2011 -> Фуко М. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы
2011 -> Сочинения в двух томах
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   51