Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Кэрол Боумэн Прошлые жизни детей Как воспоминания о прошлых жизнях влияют на вашего ребенка




страница5/18
Дата14.01.2017
Размер4.32 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18

Глава четвертая. Момент смерти

Незавершенные дела пробуждают воспоминания


Я начала свой поиск с того, что возвратилась к тем библиотечным полкам, где размещались книги по религии и философии, которые год назад пересматривал Стив по моей просьбе. «Он мог что-то пропустить», – думала я. Но это безнадежно утомительное занятие не принесло никаких плодов, если не считать того, что у меня разыгрался насморк и я стала чихать от пыли, годами оседавшей на фолиантах. Во всех этих академических трудах и слова не говорилось о том, как воспоминания из прошлых жизней могут исцелять людей.

Возможно, в более новых книгах мне удастся отыскать что-то более подходящее. И я потащила Чейза за собой в центр Эшвилла, к своему любимому книжному магазину, торгующему разнообразной литературой, и любимому кафе, расположенному напротив. После долгих уговоров Чейз наконец согласился смирно посидеть в детском отделе, пока я перерывала книги, посвященные реинкарнациям и мистицизму, на полках, зажатых между астрологической и буддийской литературой. Несколько названий выглядели привлекательно: я нашла книги Файор, Сатпена, Уомбэч и Моуди и стала быстро просматривать их. Тем временем Чейзу надоело сидеть смирно, и он затеял игру в прятки с маленькой девочкой между высокими стопками книг. Я слышала их восторженные крики, доносящиеся из разных уголков магазина, и знала, что мне недолго осталось ждать того момента, когда до моих ушей донесутся звуки разрушения. Итак, я ухватила под мышку Файор, Уомбэч и Моуди, быстро расплатилась и выволокла свободной рукой Чейза из магазина.


Доктор Уомбэч и история вилки с четырьмя зубцами


Доктор Хелен Уомбэч с ее книгой «Повторное проживание прошлых жизней» оказалась как раз тем авторитетом, на который я смогла бы сослаться в спорах с моими критически настроенными друзьями. Она предложила остроумный эксперимент, чтобы доказать, что память о прошлых жизнях является реальной.

Но доктор Хелен Уомбэч вначале и не думала о возможности перевоплощений. Она начала свою деятельность как традиционный психолог и ученый. Ее интерес к этому необычному вопросу возник тогда, когда она стала пытаться найти объяснение своему личному переживанию – яркому deja vu, возникшему у нее во время посещения исторического музея в Нью-Джерси. Когда она взобралась по лестнице этого старого здания, ее охватило странное чувство, что она попала в иное место и время. «Я вошла в маленькую библиотеку, автоматически подошла к книжным полкам, потянулась за книгой и сняла ее с полки. Мне показалось, что я «знаю», что это моя книга, и по мере того, как я листала страницы, перед моим внутренним взором проплывала картина. Я ехала верхом на муле по кочковатому полю, и эта книга лежала передо мной, на седле. Солнце припекало мне спину, а одежда не полностью защищала мое тело. Я ощущала, как мул движется подо мной, в то время как я с головой ушла в чтение книги, лежащей передо мной на седле. Мне казалось, что я знала о содержании книги прежде, чем перелистала ее»[1].

Доктор Уомбэч была глубоко потрясена безошибочным ощущением, что она уже жила в ином теле в иное время. Это ощущение было новым и чуждым ей. В то время Хелен Уомбэч была респектабельным психологом, глубоко убежденным в том, что всякий психический феномен может быть объяснен с точки зрения классической науки. Но переживание дэжа вю было слишком реальным, чтобы его отвергнуть. Она заподозрила, что это может быть проблеск скрытой реальности, проблеск тех измерений сознания, которые никогда не допускались в традиционной психологии. И у нее возникло предчувствие, что применение этой скрытой реальности будет иметь невероятную ценность в ее лечебной практике.

Это личное переживание изменило представления доктора Уомбэч о потенциале разума, но нисколько не поколебало ее веры в научные методы. Ее научная практика требовала объективного и рационального подхода к изучаемому вопросу.

Она начала с того, что перечитала всю доступную ей литературу по психическим явлениям и воспоминаниям о прошлых жизнях. Затем она стала применять гипноз для регрессии студентов-добровольцев в прошлые жизни. С каждой новой регрессией она становилась все более и более заинтригованной. Исследуемые люди испытывали глубоко эмоциональные переживания, которые окончательно убедили Уомбэч в реальности воспоминаний из прошлых жизней. Они описывали жизни неизвестных людей из всех уголков мира и из различных исторических эпох очень детально и многогранно, говоря об этом как о чем-то само собой разумеющемся. Большинство деталей, описываемых исследуемыми, – такие, как стиль одежды, характер архитектуры, особенности кухни, – соответствовали тому, что было известно историкам о той или иной стране и эпохе. Ее поразило, насколько точными были эти воспоминания. Ее подопечные не делали ошибок в описаниях таких малоизвестных фактов, которые ей удавалось верифицировать только после многочасовых поисков в библиотеках.

Но система доказательств реальности воспоминаний о прошлых жизнях весьма хрупка. Ей не удавалось собрать достаточное количество неопровержимых фактов, известных имен и исторических событий, чтобы убедить своих коллег-скептиков. Ей не удавалось найти способы доказательства того, что исследуемые не могли сочинить сами все эти истории на основании фактов, известных им из книг.

Затем она взглянула на характер полученных данных. Одна черта показалась ей особенно значительной, и Уомбэч решила продвигаться вперед. По крайней мере половина исследуемых упоминали о том, что хотя бы в одной из своих прошлых жизней они погибли в очень раннем возрасте. Это отражало тот факт, что в примитивных обществах приблизительно 50 процентов детей умирают прежде, чем достигают пятилетнего возраста. Для Хелен Уомбэч это являлось подтверждением факта, что подобные истории не были заимствованы из книг или кинофильмов. Какому это могла польстить мысль о смерти от голода или болезни?

Почерпнув нужную информацию из этого наблюдения, Хелен Уомбэч решила изменить тактику. Она знала, что статистические выкладки, полученные в результате обследования большой группы, являются более убедительными в глазах ученых, чем факты, почерпнутые при работе с отдельными индивидами, сколь бы красноречивы ни были свидетельства последних [2]. Итак, вместо того, чтобы разбираться до конца с частными случаями, Хелен Уомбэч решила собрать данные о широких слоях населения и таким образом определить, будет ли характер полученных данных отражать характер широких исторических данных.

Доктор Хелен Уомбэч обнаружила, что ей удается регрессировать группу, состоящую из десяти человек, так же легко, как и отдельных людей. Она также узнала, что исследуемые запоминают все увиденное ими при регрессии, даже если не говорят во время транса. Основываясь на этих открытиях, Хелен Уомбэч начала работать с крупными группами добровольцев. Она вводила их в гипнотическое состояние и давала установку на возврат в любой исторический период в пределах от 2000 года до Рождества Христова до 1945 года нашей эры. Все группы находились в равных условиях, эксперимент повторялся по три раза для каждой из групп. Пока исследуемые находились в трансе, она предлагала им осмотреться вокруг и отсылала их в типичный день нынешней жизни. Затем она проводила их через смерть и состояние после смерти. Никто из исследуемых не говорил во время сеанса, если ему не давалось задания ответить на ряд стандартных вопросов.

Исследуемых просили описать увиденное ими во время регрессии: во что они были одеты или обуты, цвет кожи и тип волос, климат и пейзаж, жилые дома, которые они видели, пищу, которую они ели, а также предметы обихода, инструменты и деньги, которыми они пользовались. Остальные вопросы относились к их смерти: где они умерли, в каком возрасте их постигла смерть, причина смерти и что произошло после того, как они умерли.

Верная точной научной методологии, Хелен Уомбэч приложила максимум усилий, чтобы не допустить ошибок и искажений. Добровольцы не знали друг друга до сеанса регрессии и не имели права разговаривать, прежде чем не заполнят вопросник. Она придумала вопросы, с помощью которых можно было изобличить фантазеров и импровизаторов, а также тщательно анализировала ответы каждого из испытуемых на внутренние разногласия и исторические анахронизмы. В конце эксперимента у нее оказалось 1 088 заполненных вопросников. Она ожидала, что от 10 до 20 процентов будут отброшены по причине неточностей и внутренних разногласий, но была удивлена, обнаружив, что следует отвергнуть только одиннадцать из них – меньше одного процента!

Семьдесят процентов исследуемых помнили прошлые жизни. Она произвела компиляцию и анализ их ответов для реконструкции географического положения, культуры, климата, расы и социального положения исследуемых в их прошлых жизнях (согласно их воспоминаниям). Она составила таблицы, нарисовала графики и написала выводы о своих находках. В результате обнаружилась удивительная корреляция между воспоминаниями исследуемых об их прошлых жизнях и историческими фактами:



Мужчины и женщины: в своих воспоминаниях исследуемые говорили о практически равном разделении между двумя полами (50,3 процента мужчин и 49,7 процентов женщин) на протяжении всех исторических периодов. При этом следует учитывать, что 78 процентов исследуемых были женщины. В большинстве происходило случайное изменение пола при переходе их одной жизни в другую.

Богатые и бедные: ни один из исследуемых не вспомнил себя в роли известной исторической фигуры или хотя бы личности, прожившей яркую жизнь. Среди них не было ни Клеопатр, ни Галилеев, ни Наполеонов, ни Марий Антуанетт. В большинстве жизни были блеклыми, скучными и тяжелыми. Главным занятием почти во все исторические периоды было сельское хозяйство. Подавляющее большинство прошли сквозь жизни, облаченные в домотканую одежду, обитая в маленьких хижинах и питаясь злаками из деревянных мисок.

Хелен Уомбэч также обнаружила достоверное соотношение между богатыми и бедными. Во все исторические периоды высшие классы никогда не превышали десяти процентов от всех испытуемых, средние классы (ремесленники и купцы) колебались между двадцатью и тридцатью четырьмя процентами, тогда как низшие классы (крестьяне, рядовые члены племени, солдаты и рабы) составляли не менее шестидесяти процентов. В темные века, во времена заката цивилизаций число отчаянно бедных людей возрастало до восьмидесяти процентов.



Расы и географическое положение: хотя наибольшее количество исследуемых относились к европейской расе, большинство из них помнили хотя бы одну из своих прошлых жизней в роли представителя иной расы – африканской, азиатской или индейской. Разброс числа и местонахождения различных рас в точности соответствовал изменяющейся плотности населения в ходе истории на всем земном шаре.

Многие белые исследуемые, помнящие прошлые жизни в двадцатом веке, говорили, что тогда они были африканцами или азиатами. Это исключает объяснение феномена с точки зрения генетической памяти.



Пища: большинство исследуемых говорили об употреблении простой пищи, вроде каш, приготовленных из смеси злаков, кореньев, ягод, в которые иногда добавлялись фрукты или овощи. Мясо было редкостью – говядина вообще никогда не упоминалась до 1500 года. Многие исследуемые также говорили об употреблении испорченных продуктов. Большую часть дичи составляли мелкие животные, казавшиеся жирными на вкус.

В качестве примера высокой степени детализации, Хелен Уомбэч говорит о возможности проследить за эволюцией столовых приборов от грубых ложек и черпаков до вилок с тремя зубцами, упоминания о которых впервые появляются в 1500 году. С 1800 года ее исследуемые начинают вспоминать о современных вилках с четырьмя зубцами. Однако большинство исследуемых говорили, что при еде обходились просто руками.

На основании такого количества данных, собранных в результате тысячи с лишним регрессий, доктор Хелен Уомбэч решила, что ей удалось доказать статистически тот факт, что воспоминания прошлых жизней под гипнозом действительно точно воспроизводят историю. Она была убеждена, что подобные результаты являются плодом подлинных воспоминаний, а не пустого фантазирования.

Смерть и история


Трудно даже передать насколько ценной и своевременной показалась мне эта информация. Это была подборка тех объективных данных, которые помогли бы мне переубедить моих друзей-рационалистов в реальности прошлых жизней. Книга Хелен Уомбэч «Повторное проживание прошлых жизней» предоставила мне объективные факты, которые я смогу противопоставить общему представлению о том, что прошлые жизни являются всего лишь предрассудком, фантазиями или просто шуткой, которой можно щегольнуть на вечеринках.

Но больше всего меня заинтриговала та часть научных выкладок Хелен Уомбэч, которая касалась того, что происходило с ее исследуемыми, когда они умирали. Это была совершенно новая информация – статистический анализ переживаний во время смерти в различные исторические периоды.

С этими данными Хелен Уомбэч проделала то же, что и с остальными, – она разбила причины смерти по категориям и составила график соответствий различным историческим периодам. Среди общего числа смертей 62 процента составляли смерти от естественных причин – таких, как старость и болезни. 18 процентов смертей были насильственными – убийства, самоубийства, нападение диких животных. Смерти от неизвестных причин составляли 20 процентов. Многие исследуемые говорили о смерти, постигшей их до тридцатилетнего возраста, что соответствовало средней продолжительности жизни на протяжении всей истории человечества.

Но еще более интересной была статистика переживаний во время смерти:



  • Для 90 процентов испытуемых смерть была лучшей частью регрессии. Вновь и вновь они говорили о том, как приятно умирать.

  • Семьдесят девять процентов испытывали глубокий покой и умиротворенность после смерти. Многие переживали столь сильную радость при освобождении от тела, что плакали во время регрессии.

  • Около двадцати процентов описывали парение над собственными телами после смерти и наблюдение за суетой, воцаряющейся вокруг тела, которое они оставили.

  • Две трети воспаряли по направлению к яркому свету, оставив свои тела, а двадцать пять процентов говорили, что вначале оказывались в темноте, а уж затем поднимались к свету.

  • Большинство заявили, что утратили страх смерти в своей нынешней жизни [3].

Но не все принимали смерть столь спокойно и мирно. 10 процентов исследуемых говорили о крайне отрицательных эмоциях, связанных со смертью. Каждый из этих людей умер внезапно от насилия, несчастного случая или на войне, переживая огромный страх. Вот пример, демонстрирующий, как совершенно внезапная смерть вызывает смятение и дезориентацию: «Меня сбила машина, когда я перебегал улицу. Мне казалось, что я продолжаю бежать, я даже не осознавал собственной гибели. Затем я ощутил растерянность и панику, так как не мог понять, что со мной произошло» [4].

Если душа умершего и чувствовала печаль, то это чувство относилось к тем, кого она оставляла в этом мире. Самыми печальными были смерти тех родителей, которые оставляли после себя маленьких детей, о которых следовало заботиться, в особенности – смерти женщин во время родов.


Намеки на исцеление


Со временем доктор Хелен Уомбэч обнаружила невероятный побочный эффект эксперимента. Через несколько недель после окончания эксперимента некоторые исследуемые заявили ей, что смогли наконец исцелиться от фобий, преследовавших их всю жизнь. Эти фобии всегда были связаны с той формой смерти, которая случилась с ними в прошлом. Они прошли после того, как люди вспомнили свою смерть: у одного человека прошел страх перед водой, когда он вспомнил, как тонул в прошлой жизни, другой стал спокойно относиться к лошадям только после того, как вспомнил, что был убит лошадью в прошлом, а женщина, страдавшая от приступов головокружения и внезапных позывов к паническому бегству, исцелилась от всего этого, вспомнив как в прошлой жизни упала с утеса, когда спасалась от преследующей ее толпы горожан. Хелен Уомбэч пришла к выводу, что травматические смерти, сопровождавшиеся сильными негативными эмоциями, возможно, порождают фобии в последующих жизнях. Делать более далеко идущие выводы Хелен Уомбэч не стала.

Очень большое значение имеет тот факт, что многие люди, регрессируемые Хелен Уомбэч, избавились от своих фобий без всякого предварительного убеждения в том, что эти воспоминания способны исцелять, а также без вмешательства психотерапевтов. Ни Хелен Уомбэч, ни ее подопечные не могли даже подозревать, что подобные опыты смогут исцелить их от фобий. Это просто произошло, и доктор Хелен Уомбэч была столь же удивлена, как и ее исследуемые.

Эти отрывочные сведения показались мне чуть ли не самой важной частью информации во всей книге. Если исцеление произошло столь неожиданно и без всякого намерения со стороны как исследователя, так и исследуемых, то целительный эффект при воспоминаниях прошлых жизней является необычайно сильным универсальным. Люди смогли исцелиться от фобий, просто вспоминая свои прошлые жизни. Они даже не подозревали, что такое возможно.

Но доктор Хелен Уомбэч лишь вскользь прокомментировала это открытие в своей книге. В своей целенаправленной попытке найти эмпирическое подтверждение возможности воспоминаний прошлых жизней она оставила без ответа много необычайно интригующих вопросов. Например, она не сделала попытки объяснить, как и почему воспоминания о прошлых жизнях связаны с нашей нынешней жизнью. В своем стремлении найти статистические закономерности Хелен Уомбэч пренебрегла сильными эмоциями, которые, с моей точки зрения, лежат в сердце этого явления. Она также ничего не упоминала о детях.


Открытия доктора Файор и доктора Бэкварда


Книга Эдит Файор «Ты был здесь раньше» была для меня поистине прекрасной находкой. Это была первая книга из всех прочитанных мной, в которой во главу угла ставились целительные эффекты регрессий в прошлые жизни.

Подобно Хелен Уомбэч, доктор Эдит Файор прежде никогда не верила в прошлые жизни. Она даже никогда не задумывалась над этим вопросом, пока не столкнулась с ним совершенно неожиданно для себя. Она прошла курс обучения как психолог-клиницист в колледже Мэрилендского университета, а также училась в Университете Майями. На протяжении всех этих девяти лет обучения ее преподаватели делали упор на объективность научных методов исследования. Но, несмотря на всю науку, Файор, на основании прочтения Фрейда, пришла к выводу, что помочь людям по-настоящему можно, лишь пролив свет на их скрытые мотивации. Итак, начав практиковать в Калифорнии как психотерапевт, доктор Файор увлеклась гипнозом, так как считала это кратчайшим путем к мотивациям, покоящимся в глубине подсознания.

Доктор Файор следовала фрейдистскому методу возрастной регрессии. Когда ее пациенты пребывали в гипнотическом трансе, она предлагала им возвратиться сквозь годы к причине их нынешних проблем. Как правило, такой причиной могла быть эмоциональная травма. Когда травма попадала в сферу сознания и прорабатывалась, симптомы, приведшие пациента к психотерапевту, прояснялись. Применяя эту технику, доктор Файор обнаружила, что сложные проблемы, ранее требующие годы лечения, при гипнозе разрешались за несколько месяцев [5].

К собственному удивлению, она обнаружила, что проблемы, преследовавшие человека всю жизнь, могут быть прослежены до его первых месяцев жизни и даже до переживаний плода, находящегося в матке. По тем временам это была поистине радикальная концепция, подвергшаяся насмешкам со стороны психотерапевтов-традиционалистов, считавших, что мозг младенца недостаточно развит, чтобы запоминать происходящее. Однако когда пациенты доктора Файор вспоминали свои очень ранние переживания, их хронические эмоциональные проблемы, такие, как чувство вины или физические недуги, подобные астме и мигрени, исчезали.

Но в один прекрасный день доктор Файор наткнулась на кое-что совершенно необычайное. При гипнотической возрастной регрессии, исследуя нарастающие сексуальные проблемы пациента, она предложила ему отправиться к причине своих проблем. Доктор Файор была совершенно не подготовлена к тому, что ей довелось услышать.

Пациент сказал: «Две или три жизни тому назад я был католическим священником». Затем он живо и ярко описал картину жизни и отношение к сексу итальянского католического священника семнадцатого века. Поскольку доктор Файор знала, что ее пациент верит в перевоплощения, она рассудила, что эта «жизнь» – не более чем яркая фантазия. Но, встретившись с ним в следующий раз, она была удивлена тем, что, по его словам, пациент не только избавился от проблем, связанных с сексом, но и стал чувствовать себя гораздо лучше во всем остальном.

После этого сеанса аналогичные случаи стали повторяться. Другая клиентка во время регрессии внезапно перескочила в прошлую жизнь и вспомнила смерть, которая прекрасно объясняла причину проблемы, приведшей ее к психотерапевту. Но и в этом случае доктор Файор не была убеждена, что воспоминания были реальными и что пациентка не просто фантазирует. Но через шесть недель женщина, прошедшая сквозь регрессию, заявила, что проблема полностью исчезла из ее жизни.

Воспитание не подготовило Файор к принятию этой истины. С детства ее учили, что мы живем на Земле лишь раз, а ее научная методология подсказывала ей проявлять скептицизм ко всему, чего нельзя доказать. Но она была также и целителем, глубоко преданным своему делу, и потому не могла просто отмахнуться от того факта, что воспоминания из «кажущихся» прошлых жизней помогают людям избавиться от проблем. Несмотря на ее убеждения или убеждения ее пациентов, истории их прошлых жизней исцеляли. С этого момента она стала применять регрессии в прошлые жизни в обязательном порядке.

Люди обращались за помощью к Файор по разнообразнейшим поводам. Она всегда начинала с поисков причины в нынешней жизни пациента. Когда она не могла обнаружить таковой, то обращалась к прошлой жизни. Оказывалось, что причины проблем часто лежат именно в прошлой жизни, а точнее, связаны с обстоятельствами смерти в ней. Доктор Файор обнаружила, что переживание смерти является самой главной причиной симптомов и проблем человека. Ее пациенты неоднократно испытывали невероятное облегчение именно после переживания под гипнозом смерти из прошлого [6].

Один из случаев, приведенных Файор, демонстрирует механизм такого воздействия. Удачливый бизнесмен и юрист настолько боялся высоты, что всячески избегал путешествовать самолетом и даже вести машину через горы. Этот страх ограничивал его способность к передвижениям и наносил вред карьере. Пройдя традиционный курс терапии, не принесший ему успеха, он обратился за помощью к доктору Файор. При драматической, высоко эмоциональной регрессии этот человек вспомнил себя в качестве рабочего, ремонтирующего крышу европейской церкви. Он поскользнулся на одной из плит и стал падать с крыши. Пытаясь задержать падение, он ухватился за желоб. Он заново пережил каждую исполненную ужаса секунду, вспоминая, как его пальцы медленно разжимались, и наконец он свалился вниз, на острый кол, торчащий из строительных лесов. Пережив заново и проработав свою трагическую смерть, он избавился от страха перед высотой[7].

Доктор Файор обнаружила, что, наряду с фобиями, причины физических симптомов также могут быть прослежены до страшных смертей в прошлых жизнях. Например, причины мигреней, болей в шее и в позвоночнике и расстройств желудка могут корениться в характере прошлых смертей, таких, как аутодафе, гильотина, отравление или смертельное ранение из огнестрельного или от холодного оружия в соответствующую часть тела. Физические недуги могут являться последствием того, что человек переживал в момент гибели сильные эмоции, такие, как злость, чувство вины или ужас. Эти чувства, не нашедшие полного выражения, поддерживаются в памяти и проявляются в виде болезней в последующих жизнях. После того как травматические обстоятельства повторно переживались под гипнозом, а эмоции прорабатывались под руководством доктора Файор, физическое напоминание о переживаниях в прошлой жизни прояснялось, а симптомы исчезали.

Пересмотрев открывшиеся мне истины, я вновь возвратилась мыслями к Чейзу. Чувство вины, зародившись в прошлой жизни, продолжало проявляться в этой жизни, но уже в качестве физического симптома – экземы, возникшей в том месте, где неприятельская пуля пробила его руку. Когда он получил возможность возвратиться в прошлую жизнь и вспомнить обстоятельства своей гибели, болезнь исчезла. Поначалу это казалось мне невероятным, но вот передо мной лежало подтверждение моих догадок – книга доктора Файор.

Случаи из этой книги служили также подтверждением моих собственных воспоминаний о прошлых жизнях. Я легко могла представить, как моя собственная история соседствовала с другими примерами в ее книге «Ты был здесь раньше». Эти истории обладали теми же качествами, что и моя. В них было множество бытовых, незначительных деталей и неожиданных поворотов, которые придавали рассказам правдивое звучание. Они были пронизаны глубокими эмоциями – любовью, грустью, страхом и радостью. Меня не покидало ощущение, что я подглядываю сквозь замочную скважину, когда я читала их, – такими они были личными. Я помню, что была так же тронута, когда слушала на кухне рассказ Сары и Чейза о своих прошлых жизнях. Это были истории о реальных людях, проживших реальные жизни и заглянувших в глаза собственной реальной смерти.

Вспомнить о переживании смерти


«В своем кабинете я помогла умереть более чем тысяче человек», – это заявление доктора Файор кажется слишком легкомысленным. Но это правда. Почти каждый пациент, помнящий прошлую жизнь, может также вспомнить переживания, связанные с ее концом. Рассказы о воспоминаниях смерти удивительно соответствуют друг другу. Это касается как историй людей, прошедших сквозь регрессию у Хелен Уомбэч, так и рассказов о переживаниях на пороге смерти, изложенных в книге Раймонда Моуди «Жизнь после жизни». Каждый, кто помнил то, как умирал, описывал продолжение сознания после смерти. Они не перестали осознавать себя после остановки сердца и дыхания. Их восприятие оставалось живым – они были в состоянии видеть, слышать и чувствовать все, что происходило вокруг их тела. Всякая физическая и эмоциональная боль, мучившая их при жизни, исчезала, чувство голода проходило, жажда удовлетворялась. Они снова чувствовали единство с миром.

В момент смерти они обычно ощущали, как покидают свои тела, воспаряя все выше, ощущая все большую легкость и глядя вниз на сцену своей собственной кончины. Пациенты рассказывали о том, что находились выше верхушек деревьев и наблюдали за собственными похоронами – совсем как я после своей смерти в девятнадцатом веке. Многие из них вошли в небесную сферу яркого света и окунулись в его теплую любящую суть. Появлялись ангелы и небесные существа. Некоторые люди слышали звуки – гул, жужжание, а иные даже различали небесную мелодию. Были такие, которых приветствовали умершие родственники и друзья в виде духов. Для большинства это были мгновения чистого блаженства. Все как один говорили о чувстве покоя, сопровождающем этот переходный период, исполненный невероятной красоты и прелести. Эти воспоминания заставляли плакать людей, находящихся в трансе.

Вспомнив собственную смерть, многие пациенты доктора Файор обрели уверенность в жизни. Они больше не страшились смерти. Они поняли, что смерть еще не конец, это новое начало. Для всех воспоминание о смерти являлось источником вдохновения, дающего возможность переменить ход всей жизни.

Хелен Уомбэч обнаружила, что около 90 процентов ее добровольцев испытывали одинаковые приятные переживания, описание которых совпадало почти слово в слово. Возможно ли проникнуть сквозь покровы одной из величайших тайн жизни благодаря регрессии? Я думаю, что возможно. Мои воспоминания о смерти были почти идентичны переживаниям, описываемым в трудах Хелен Уомбэч и доктора Файор. Сара говорила почти теми же словами о своих ощущениях после смерти: «Я чувствую, как парю высоко над верхушками деревьев. Я чувствую себя легкой, как воздух. Я догадываюсь, что мертва. Я не ощущаю никакой боли. Мне хорошо от того, что все уже позади». Чейз вспоминает свой полет над полем битвы и чувствует при этом себя хорошо, так как с этой жизнью покончено и он может устремиться вперед, к лучшей жизни.

Закончив читать книгу доктора Файор, я осознала, что это было то подтверждение, которого я так долго искала. Передо мной был труд психолога-клинициста, прошедшего многолетнюю подготовку в изучении эмпирических наук, описывающий те же типы историй из прошлых жизней, те же переживания, связанные со смертью, и, что самое главное, те же целительные эффекты воспоминаний о прошлых жизнях, что были обнаружены мною на примере собственной семьи. Это придало мне уверенности в поисках. Ответы пришли. Мое исследование оказалось плодотворным.

Но у меня до сих пор оставались невыясненные вопросы о том, каков механизм исцеления. Вряд ли я могла подозревать, что смогу найти ответы на эти вопросы на кухне у моей подруги Кэти.


Доктор Роджер Вулгер: поиски души и духа


Однажды утром Кэти пригласила меня к себе домой на чашку кофе экспрессо для «разговора между нами, девочками». После второй чашки мы «взлетели». Наши голоса становились все громче, и муж Кэти, Патрик, тщетно пытавшийся сосредоточиться в соседней комнате, не мог не услышать наш оживленный разговор о прошлых жизнях. Он приоткрыл дверь и, заглянув к нам, сказал, что давно уже бросил все попытки заниматься своим делом и потому просит разрешения присоединиться к нам.

«Какое совпадение, – провозгласил он, растягивая слова, как всякий настоящий уроженец штата Джорджия. – Мой большой друг Роджер как раз опубликовал книгу о прошлых жизнях, А это напоминает мне историю...»

И тут Патрик, прирожденный рассказчик, никогда не упускающий возможности развлечь публику, пустился рассказывать раблезианские байки о «старых добрых деньках в Вермонте», когда он и Роджер были совершенно неразлучны. Его рассказ становился все более фривольным и смешным, пока мы не взмолились и попросили его перестать, так как уже совершенно изнемогали от хохота. Затем он подошел к книжному шкафу, достал с полки книгу своего друга и с циничной улыбкой заявил: «Тебе она может понравиться. Лично я считаю, что все это разглагольствование о прошлых жизнях – полнейшая чушь. Я не могу поверить, что ты веришь в это!» Кэти и я переглянулись и снова залились смехом. По иронии судьбы, Патрик, блестящий рассказчик невероятно лихих историй, был окружен чокнутыми людьми, которые действительно верили в эту «чушь».

Этим же вечером после того, как дети легли спать, я открыла; книгу доктора философии Роджера Вулгера «Иные жизни, иные "я" открытие прошлых жизней последователем Юнга». Наслушавшись россказней Патрика об авторе, я и не знала, чего ожидать от книги. Но меня тут же унесло потоком повествования. Здесь было все, что интриговало меня на протяжении многих лет, – прошлые жизни, Элиот, регрессии под гипнозом, Уильям Блейк, исцеления. Но самым приятным для меня было упоминание о моей давней любви – «Тибетской Книге Мертвых». Доктор Вулгер придал новый смысл этим идеям и сделал мое понимание прошлых жизней более глубоким. Прочтя книгу, я тут же позвонила Кэти и, не скрывая своего изумления, заявила: «Неужели друг Патрика мог написать такую книгу? Это действительно потрясающе и так здорово написано!» Я была потрясена тем, что у Патрика есть столь эрудированный друг. «Да, – согласилась Кэти, – у Патрика есть замечательные друзья».

Как и доктор Файор, доктор Вулгер является психотерапевтом, интересующимся, в первую очередь, целительными свойствами воспоминаний о прошлых жизнях. К тому же доктор Вулгер ученый, обладающий широким кругозором, чьи знания отнюдь не исчерпываются психологией. Его книга повествует не только о реинкарнационной терапии как об уникальной клинической технике. Он вводит эту методику в контекст нестареющего изучения разума и, демонстрируя влияние воспоминаний о прошлых жизнях на психику человека, подрывает сами основы современной психологии. Комбинируя идеи западной психологии и восточного мистицизма, опыт своих собственных регрессий и прямых наблюдений над тысячами пациентов, он строит завершенную модель механизма воспоминаний о прошлых жизнях.

Я перечитала книгу доктора Вулгера. В ней ни слова не говорится о детях, но я решила, что, поняв динамику воспоминаний о прошлых жизнях у взрослых, смогу распространить это и на детей.

Книга доктора Вулгера начинается личной историей. Он рос в Англии, буквально в нескольких милях от Стрэдфорда-на-Эйвоне, где витал дух Шекспира. Юный Роджер попал под чары драматургии и вначале задумал сделать карьеру актера. Вместо этого он оказался в Оксфордском университете, в мире экспериментальных наук и стерильной статистики. Он получил диплом как по психологии поведения, так и по аналитической философии. Но эти занятия оставили выпускника неудовлетворенным и разочарованным. Он задавал себе вопрос: «Что общего может иметь статистика с душой и сердцем? С высшими духовными достижениями человечества?» Пытаясь найти ответ на волнующие его вопросы «помимо прокрустова ложа западной мысли», он погрузился в индуизм и христианский мистицизм. В этом процессе он получил степень доктора философии за сравнительную историю религии от Лондонского университета. Однако изучение религии привело лишь к созданию сухих философских конструкций, где дух и душа были лишь названиями. Ученый же стремился к практическому применению своих идей, к их использованию в своей профессиональной и личной жизни.

Доктор Вулгер продолжил свои научные изыскания в Цюрихе, в Институте Юнга. Карл Юнг знаменит тем, что расширил представления Фрейда о подсознании. Он создал теорию психологии, допускающую таинства духа и души. Именно у Юнга Вулгер нашел ту философию, которая импонировала как его интеллектуальному, так и духовному аспектам.

После Цюриха он прибыл в Америку, чтобы прочесть курс лекций в Вермонтском университете, и остался здесь, открыв практику по психотерапии. Однажды сотрудник спросил его, не хочет ли тот поэкспериментировать с регрессиями в прошлые жизни. Несмотря на определенный скептицизм, доктор Вулгер, подогреваемый жаждой к приключениям, дал свое согласие.

К своему великому изумлению, доктор Вулгер на первой же регрессии живо вспомнил свою жизнь во Франции тринадцатого века в роли наемного солдата папской армии. Он пережил невероятный ужас, став свидетелем того, как жители целой французской деревни были истреблены и сожжены во имя Святой Церкви. Почувствовав отвращение к подобной жестокости, солдат изменил свои взгляды и решил дезертировать, но был пойман и сожжен на колу как еретик.

Это изменило всю его жизнь. Благодаря этой регрессии доктор Вулгер понял, почему его столь часто преследовали кошмары о пытках и казни, от которых его не смогли избавить все многочисленные сеансы психотерапии. И тут же он смог разрешить другую загадку своей жизни – теперь стали понятны причины того панического страха, который он испытывал перед огнем с самого детства. Этот сеанс оказался настолько впечатляющим и принес столь очевидные результаты, что доктор Вулгер и его коллеги начали всерьез заниматься регрессиями в прошлые жизни, меняясь по очереди местами друг с другом. Они собрали всю доступную информацию по регрессиям в прошлые жизни под гипнозом и, делясь друг с другом своими прозрениями, стали усовершенствовать методы. Обретя достаточную уверенность в применении техники, доктор Вулгер перешел от своей традиционной практики к психотерапии прошлых жизней.

Исцеление всерьез


Как доктор Вулгер, так и доктор Файор обучались традиционной психотерапии, но явились с различных сторон Атлантического океана. Оба пришли к одному заключению: регрессии в прошлые жизни помогают исцелению. Их пациенты реально выздоравливали.

Как и в книге доктора Файор, истории, звучавшие на сеансах доктора Вулгера, казались совершенно правдивыми, ни одна из них не производила впечатления бессвязной фантазии. Большинство пациентов рассказывали о своих прошлых жизнях в роли неизвестных людей – крестьян, солдат, охотников, рабов, собирателей плодов. Все истории всегда рассказывались с точки зрения, присущей данному лицу, и никогда не подавались в широкой исторической перспективе, характерной для представителей нашего времени. Сюжеты этих рассказов правдоподобны и естественны, как в реальной жизни, несмотря на странные повороты судьбы. Они густо приправлены бытовыми деталями, которые, как я убеждена, являются надежным показателем истинности воспоминаний о прошлой жизни.

Но больше всего интересовала доктора Вулгера психологическая правда рассказов. Он говорил своим пациентам, что не имеет никакого значения, верят ли они в прошлые жизни и перевоплощения. Регрессии в прошлые жизни помогают независимо от убеждений. Вот почему он не утруждал себя подтверждением исторических фактов. Он редко проверял точность названий или описываемых событий. Он даже предупреждал своих пациентов не заниматься проверкой достоверности деталей, так как считал это отвлечением, способным понизить жизненную энергию и целительную силу истории. «Воспоминания о прошлой жизни не являются самоцелью, – подчеркивал он, – но это путь к эмоциональному катарсису, пониманию самого себя и исцелению, что является прямыми целями психотерапии» [8].

Подобно доктору Файор, доктор Вулгер помогал своим пациентам проследить истоки болезни до прошлых жизней. Но если случаи, приведенные доктором Файор, демонстрируют простую причинно-следственную зависимость между случаями из прошлой жизни и сегодняшними проблемами ее пациентов, то доктор Вулгер показывает нам, сколь сложными могут быть причины и следствия. Источник проблем может проецироваться на серии прошлых жизней, причем каждая последующая жизнь способна придавать проблеме дополнительную усложненность. Он убедительно доказывает, как серии прошлых жизней сплетаются в запутанный клубок психических, эмоциональных и физических проблем, с которым приходится иметь дело в настоящем. Например, фобия может сопровождаться физическим симптомом; человек, которого повесили за то, что он говорил правду, неугодную начальникам, в настоящей жизни испытывает страх перед публичными выступлениями и вдобавок страдает от хронических болей в шее. Страх Чейза перед громкими звуками, как и его экзема, проистекали от травматических переживаний на поле битвы. Доктор Вулгер является мастером по распутыванию подобных узлов, и он объясняет в своей книге, как это делать.

Люди приходят к психотерапевту из-за того, что страдают от определенной проблемы и пытаются избавиться от нее. Доктор Вулгер демонстрирует нам, что, раскрыв прошлые жизни пациентов, можно справиться с разнообразными проблемами.

Например, доктор Вулгер столкнулся в своей практике с рядом фобий – необъяснимых страхов, – которые удалось вылечить благодаря возвратам в прошлые жизни. Как правило, причиной каждой фобии была специфическая травма, полученная в прошлой жизни, – чаще всего, смерть. Но попутно он обнаружил, что регрессионная терапия способна помочь избавиться от ряда других страхов – таких, как невротические страхи, депрессии, идеи ущербности и одержимость деньгами.

Ряд физических жалоб удается проследить непосредственно до травмы в прошлой жизни: боли в шее или в плече часто объясняются смертью через повешение, аллергии и болезни легких могут быть объяснены отравлением газом в прошлой жизни. Физические симптомы не всегда вызваны чисто физическими причинами. Так, например, головные боли не обязательно связаны с ранениями головы, причиной их может быть неразрешимый вопрос. Боли же в спине могут возникнуть оттого, что человек не в силах нести чувство вины.

Идеи и мысли могут пережить смерть. Последняя мысль, занимавшая человека перед смертью, способна настолько запечатлеться в его душе, что станет доминировать в его следующей жизни. Доктор Вулгер называет это «историей жизни»2 (так же, как другие психологи назвали это «доминирующим мифом личной темы»). История жизни формирует личные наклонности, представления и мотивации, придавая характерную окраску восприятию мира и человеческих поступков.

Например, история жизни: «Выходить из дому небезопасно» – может возникнуть в результате смерти при неожиданном нападении. «Я ни на что не способен» – говорит о том, что в прошлой жизни человек испытал серьезную неудачу. «Я во всем виноват» может появиться от фатальной ошибки в прошлой жизни. Смерть в детском возрасте, когда рядом находились родители, может привести к истории жизни: «Вы не смогли меня защитить».

Но не только травмы, связанные со смертью, оказывают воздействие на настоящее. Второй по силе влияния травмой (после насильственной смерти) является изоляция, разлука и отверженность. Эта грустная тема преследует людей сквозь всю историю: изоляция ребенка от родителей во время войны, разлука возлюбленных, попавших в рабство. Разлука ребенка с родителями навсегда может настолько травмировать психику, что останется доминирующей темой в последующей жизни, даже если смерть наступит гораздо позже. Подобная травма может манифестировать себя в будущем как беззащитность, неспособность доверять окружающим, невероятная ревность, боязнь разлуки у младенца [9].

Трудные личные отношения и семейные конфликты также могут корениться в сценариях прошлых жизней. Все те же люди, знакомые по прошлым жизням, вновь появляются в нашей судьбе, незавершенные дела прошлого требуют разрешения в настоящем. Мы возвращаемся, чтобы проиграть все те же темы, меняясь ролями и полами из жизни в жизнь. Взаимоотношения варьируют от любовных до враждебных. Общие проблемы могут возникать и разрешаться в группах из двух, трех и нескольких человек.

Я уверена, что положительные взаимоотношения встречаются чаще, чем все остальные: заботливый отец может стать вашей нежной дочерью, а преданный друг – вашей матерью. Обычно хорошие отношения в прошлом продолжают быть положительными и в настоящем. Это правда, что любовь выживает, даже если роли меняются. Встреча двух «половинок» не просто романтическое понятие – это реальность.

Но в книге доктора Вулгера речь идет об исцелении всерьез, и его пациенты являлись к нему с серьезными проблемами взаимоотношений. При регрессии они часто описывали родовую вражду и кровную месть, переходившую из жизни в жизнь. Старые счеты между отцом и сыном, господином и слугой, сводными братьями или сестрами, обидчиком и жертвой (список можно продолжить до бесконечности) получают новое звучание и заново проигрываются в последующих жизнях. Доктор Вулгер приводит пример, когда отец и дочь кувыркались вместе через шесть жизней, а другое несчастное трио – мать, дочь и внучка не переставали сводить счеты на протяжении девяти прошлых жизней [10].

Почему все так трагично?


Что-то беспокоило меня в случаях из книги доктора Вулгера. Все они казались мне исключительно кровавыми и жестокими. В центре травматических воспоминаний о прошлых жизнях, кажется, стоят нескончаемые изнасилования, убийства, пытки, несчастные случаи, самоубийства и катастрофы. Почему все так трагично? Возможно, подобные жестокости были более обычным явлением в прошлых столетиях, чем мы себе представляем? А регрессии в прошлые жизни являются окном, позволяющим взглянуть на темные уголки истории в новой перспективе? Эти рассказы о прошлых жизнях никак не назовешь подслащенными пилюлями.

Но я осознала, что есть еще одна причина, по которой истории, сообщенные во время регрессий, были столь кровавыми. Пациенты доктора Вулгера обращались к нему с серьезными проблемами, увечащими их жизни, – с теми проблемами, которые не поддавались традиционному лечению. Причина этих тяжелых страданий, как правило, крылась в насильственной смерти или страшной психической травме, пережитой в далеком прошлом и оставившей неизгладимый шрам. Чем страшнее смерть, чем тягостнее травма, тем дольше будет переходить из жизни в жизнь оставленный ими шрам.

Это озарение помогло мне осознать, что вся боль и трагедия, которыми исполнены случаи из практики доктора Вулгера, не являются отражением типичных жизней. По наблюдениям Хелен Уомбэч, 62 процента исследуемых вспоминали смерть при мирных обстоятельствах. Случаи, описанные доктором Вулгером, являются экстремальными и относятся к остальным 38 процентам.

Доктор Хелен Уомбэч продемонстрировала, что счастливые жизни встречаются не так и редко, и они оставляют свой положительный след в форме таланта, добродетели, мудрости, любовных отношений и процветания в последующих жизнях. Доктор Файор также нашла подобные свидетельства. Но счастливая жизнь не приводит людей к психотерапевту. «Для пациента, переживающего тяжелый стресс, столь же ценно сосредоточиться на счастливой прошлой жизни, – говорит доктор Вулгер, – как и для врача, собирающегося лечить больную ногу, внимательно изучить здоровую».

Я уверена, что этот принцип применим и для детских воспоминаний о прошлых жизнях. Большинство из них вполне безобидно и не причиняет проблем в будущем. Но случай с Сарой и Чейзом научил меня тому, что дети способны носить на себе шрамы травматических воспоминаний так же, как и взрослые. Их смерти были не менее ужасны, а последние воспоминания не менее болезненны, чем смерти тех взрослых, с которыми имели дело доктор Хелен Уомбэч, доктор Файор и доктор Вулгер. Чейз погиб во время бойни Гражданской войны, а Сара сгорела заживо во время пожара. Память о таких трагедиях жива не только у взрослых.

Расширение рамок психологии


Доктор Вулгер сделал нечто большее, чем просто продемонстрировал ряд проблем, которые можно исцелять при помощи реинкарнационной терапии. В его книге речь идет о механизме работы регрессий в прошлые жизни. Обычно он объясняет это, говоря, что реинкарнационная терапия не является изолированной техникой, а скорее продолжением рутинной психотерапии. Он демонстрирует шаг за шагом, как принципы западной психологии можно применять к прошлым жизням.

Например, он любит одну цитату из Юнга: «Комплекс возникает тогда, когда мы терпим поражение в жизни». Вулгер спрашивает: «В которой из жизней?» Он осовременил фразу Юнга: «Комплекс возникает тогда, когда мы терпим поражение в любой из жизней» [11].

Начиная с Фрейда, в традиционной западной психологии считается, что все, что мы переживаем в этой жизни, запечатлевается в подсознании – то есть вся сила нашей психики неподвластна нашему осознанию. Эти подсознательные силы направляют, придают форму и окраску всему, что мы чувствуем, думаем и делаем. Доктор Вулгер просто утверждает, что переживания наших прошлых жизней также плавают в этом подсознательном супе. Травмы, эмоции и мысли сброшены в этот суп вместе с тем, что мы пережили в нынешней жизни. Оказавшись в подсознании, все эти воспоминания подчиняются одним и тем же законам и ведут себя одинаково. Любая серьезная травма, произошла ли она несколько лет или несколько жизней назад, будучи забытой и подавленной, может вызвать проблемы. Это также означает, что все забытые и подавленные травмы могут быть исцелены подобным образом – выведены в сознание. Психотерапия – это процесс охоты на изначальные травмы, с тем чтобы раскрыть их перед сознанием.

С точки зрения доктора Вулгера, поле поиска, допустимое в рутинной психологии, слишком сужено. Такое исследование ограничено нынешней жизнью и не уходит глубже момента рождения.

Психотерапевты прошлых жизней доказали, что стоит расширить рамки традиционной психологии и пересмотреть различные прошлые жизни. При расширении рамок, рождение перестает быть абсолютным началом, исходным пунктом отсчета времени. Скорее, это переходный период, та дверь, сквозь которую многоопытная душа протаскивает багаж знаний, накопленных ею в прошлом. В этой новой парадигме идея о tabula rasa –представление о том, что человеческий разум при рождении совершенно чист и на нем записывается новый жизненный опыт, – разрушается. Смерть также не является конечной точкой отсчета – это не абсолютный конец всех последствий. Она тоже переходный период – та дверь, через которую отлетает душа для путешествия в новые жизни.

Но смерть – нечто большее, чем просто дверь. Это также психологическое событие, травма с психологическими последствиями. Психотерапевты прошлых жизней приобрели определенный опыт, но даже им следует узнать гораздо больше, так как идея совершенно нова. Вот почему доктор Вулгер решил учиться у восточных философов – индуистских и буддийских мудрецов, в частности у авторов «Тибетской Книги Мертвых», которые изучали и исследовали момент смерти в течение столетий.

Буддисты пишут о разуме – так же, как и западные философы. Но они начинают с совершенно новой посылки – концепции о том, что сознание существует отдельно от тела и продолжается после смерти. Эту идею о продолжении трудно понять людям Запада, так как нас учили, что сознание рождается вместе с телом и угасает с физической смертью. Но рассказы западных людей, переживших клиническую смерть, вкупе с воспоминаниями о прошлых жизнях, людей, пришедших сквозь регрессию, являются подтверждением восточных мифов, существовавших тысячелетия назад.

Буддисты проследили стадии разума, который проходит полный цикл из жизни в жизнь, в том числе и интервал между жизнями. Согласно священному буддийскому учению, момент смерти является пиковым психологическим моментом – высшим бардо всего цикла жизни, смерти и возрождения.


Момент смерти


В момент смерти мы отбрасываем свои физические тела и все ментальные барьеры. Иллюзии физического мира исчезают, и мы встречаемся лицом к лицу с тем, что буддисты зовут «Чистым Светом Реальности» или «подлинной природой Разума». Здесь квинтэссенция Вселенной и наша внутренняя природа являются одним и тем же. «Осознание природы разума равносильно осознанию природы всех вещей» [12]. Это вневременная, не имеющая возраста сущность, неподвластная самой смерти.

Такое возвышение сознания делает момент смерти прекрасной возможностью добиться прогресса душе в ее космическом путешествии. В этот момент становится возможным открыть сердца и объять истину о нашей собственной божественной природе, в то же время избавляясь от всякого негативизма и травматических переживаний последней жизни и предшествующих ей жизней. Таким образом мы приближаемся к более благоприятной жизни.

Но это и опасный момент, так как именно в это время «смерть может непропорционально увеличиться и заполнить наше восприятие полностью» [13]. Таким образом, если наш разум в этот момент был занят мелочными и негативными мыслями, они усилятся и будут доминировать в нашем сознании, влияя на особенности следующего воплощения.

Это же обнаружил и доктор Вулгер, исследуя своих пациентов. В своих поисках причин проблем нынешней жизни он пришел к выводу, что смерть является тем психологическим событием, которое оказывает наибольшее влияние на благополучие последующей жизни. Многие проблемы, мешающие людям в этой жизни, можно проследить непосредственно до мыслей и чувств (обычно отрицательных), сопровождающих момент смерти. Эти мысли и чувства не умирают вместе с физическим телом. Они вплетаются в память души и составляют сложный узор образов, мыслей и чувств, отпечатанный в высоком переживании. Как объясняет это доктор Вулгер: «Возвышенное сознание, характерное для момента смерти, с огромной силой отпечатывает умирающие мысли, чувства или ощущения на то (не важно, как мы это называем), что переносит нашу сущность из одной жизни в другую» [14].

При травматических смертях – в особенности, внезапных или ужасных смертях – у нас нет времени, чтобы переосмыслить свою жизнь или осмыслить смерть. У нас также нет времени, чтобы загладить обиды, нанесенные другим, попрощаться со своими близкими и возлюбленными или завершить земные дела. Мы не умираем с миром. Мы умираем незавершенно. Если нас захлестнули в этот момент отрицательные эмоции – страх, ненависть, осуждение, чувство вины, гнев, – они усиливают все другие чувства, в том числе и телесные ощущения и сообщения, проносящиеся сквозь разум. Именно эти эмоции склеивают все отпечатки души и переносят их нетронутыми в другие жизни.

Если наша смерть является незавершенной, мы покидаем этот мир, по выражению доктора Вулгера, с «незаконченными делами души». Мы проходим сквозь двери смерти с неразрешенными проблемами и потребностью закончить то, что мы не сделали. Эти проблемы, требуя своего разрешения, манифестируют себя в следующей жизни. Незавершенные дела приводят в движение воспоминания.

Благодаря регрессивной терапии и целительным свойствам подсознания мы получаем возможность отправиться к моменту смерти и изменить его эффекты в положительную сторону. Точный механизм работы остается загадкой, но положительные результаты тысяч успешных регрессий в прошлые жизни являются надежным свидетельством.

Момент смерти в терапии


Главный пункт в терапии доктора Вулгера – проигрывание момента смерти. Вот когда происходит настоящее исцеление.

Обычно он работает с клиентом в течение нескольких дней, чтобы разобраться во всех деталях проблемы. Он снимает слой за слоем напластования этой и прошлой жизни, чтобы дойти до центра проблемы. Высшая точка наступает тогда, когда пациент шаг за шагом подходит к собственной смерти и состоянию озаренного всеведения, сопутствующего моменту смерти. Он направляет своих пациентов на пересмотр каждой заряженной мысли, эмоции, всякого телесного ощущения.

В момент смерти доктор Вулгер задает вопросы, помогающие сфокусироваться на деталях переживания: «Что происходит? О чем вы думаете? Какова ваша последняя мысль? Что вы чувствуете?» Он определяет связи: «Как травма ощущается вашим телом? Что вам говорит ваше тело?» Здесь может наступить катарсис – сильные эмоции, вмерзшие в прошлом в момент смерти, сейчас выходят на поверхность и отпускают человека. После этого энергия, удерживавшая эти воспоминания, рассеивается, и негативные чувства, эмоции и мысли «отклеиваются» от души.

В этом состоянии пациент обретает возможность полностью осознать и освободиться от проблем прошлых жизней. «Осталось ли что-то незавершенное в той жизни? Что нужно сделать, чтобы освободиться от этого?» – всегда спрашивает доктор Вулгер. Пользуясь техниками интеграционной терапии, доктор Вулгер приглашает своих пациентов поговорить с персонажами из иных жизней. Таким образом можно попросить прощения, загладить вину, завершить незавершенное. Прежде чем вывести пациента из транса, он удостоверяется в том, что все проблемы разрешены, на все вопросы получены ответы, а процесс смерти завершен. Пациент должен понять сознательно, что все это осталось в прошлом и не должно больше быть проиграно. Такое завершение и является целью регрессии.

Доктор Вулгер заканчивает сеанс обсуждением того, что произошло с пациентом. Они пересматривают историю прошлой жизни, проводя параллели с настоящим. Он объясняет пациенту, каким образом следует интегрировать это прозрение в обыденную жизнь и то, каким образом можно изменить старые стереотипы посредством нового знания. Он может предложить пациенту ежедневно использовать такие аффирмации, как: «Сейчас мне ничего не угрожает» или: «Я могу доверять людям», «Я достоин любви». Это необходимо для подкрепления нового понимания.

Драматический случай с Эдит – пациенткой доктора Вулгера – ярко демонстрирует то, как возврат к моменту смерти может изменить рисунок прошлой жизни, приведший к возникновению хронической болезни.

Эдит, танцовщица, которой было под тридцать, страдала от тяжелой болезни – красной волчанки, причиняющей боли и скованность в суставах. На сеансе у доктора Вулгера она живо вспомнила себя молодым мужчиной в России, анархистом, который принимал участие в восстании против правительства, подавлявшего силой голодные бунты. Отец этого молодого человека был убит несколькими днями ранее. Желая отомстить за смерть отца, молодой человек с группой друзей составил план атаки одной из дворцовых казарм, где размещались гвардейцы. Вечером с бомбой, спрятанной под пальто, он осторожно приблизился к казарме. Но прежде чем у него появилась возможность запустить самодельную бомбу, та взорвалась в его руках.

В этот момент регрессии Эдит полностью отождествила себя с молодым человеком и испытала его чувства. Когда доктор Вулгер настоял на том, чтобы Эдит рассказала подробнее о своих переживаниях, та разрыдалась и, почти крича, заявила, что не может выдержать это зрелище. Голосом, исполненным ужаса, она рассказала, что видит свое тело с оторванными руками и ногами. Мужчина умирал медленно, осознавая, что навсегда утратил конечности. Тогда доктор Вулгер предложил Эдит: «Осознайте свои последние слова, произнесенные перед смертью, и дойдите до того момента, когда ваше сердце наконец перестает биться». Эдит ответила: «Мои ноги и руки никогда не будут больше работать, никогда, никогда!»

Внезапно Эдит осознала связь между этим переживанием из прошлой жизни и своим страхом перед прогрессирующей волчанкой.

Доктор Вулгер умело направлял Эдит: «Были ли иные мысли о ваших руках и ногах, прежде чем вам их оторвало взрывом?» Эдит описала свой гнев по отношению к людям, убившим ее отца, и как она хотела причинить им страдания. Эдит снова начала плакать, поняв, что ее мстительность обернулась против нее самой и молодой человек умер в муках. С этим осознанием она согласилась отказаться от своей мести. Молодая женщина сделала глубокий вдох, и ее тело, до этого заново переживавшее всю боль, наконец расслабилось и обмякло. Когда ока села и открыла глаза, то почувствовала, что боль ушла из ее суставов.

Когда доктор Вулгер встретился с Эдит через шесть месяцев, ее болезнь находилась в стадии ремиссии и женщина снова обрела способность танцевать[15].

Типичные дети, типичные смерти


Книга доктора Вулгера убедила меня в том, что случай с Чейзом и Сарой вовсе не был каким-то из ряда вон выходящим, а скорее типичным. Хотя в ней не говорилось ничего специфического о детских воспоминаниях, модель исцеления доктора Вулгера, и особенно случай с Эдит, прекрасно объясняли мне, что произошло с моими детьми. Их смерти в прошлых жизнях были незавершенными..

Когда Сара воскресила свою смерть во время пожара в доме, она снова испытала все свои сильные эмоции последних мгновений жизни. У нее не было времени поплакать, попрощаться со своей семьей и завершить свою жизнь. Ее смерть оказалась незавершенной. Она умирала, злясь на своих родителей, уверенная, что те бросили ее в беде, и она испытывала ужас перед пламенем, охватывающим ее. После того как она позволила этим болезненным эмоциям пробиться наружу, выплакалась и выразила всю обиду по отношению к родителям, эти эмоции исчезли. В момент прозрения она увидела, что родители пытались спасти ее и их нельзя винить. Она избавилась от обиды и гнева.

Я помню тот момент, как мы с Сарой сидели на кухне: мы почти могли ощутить тот поток энергии, который излился из нее, казалось, что гнев и страх с силой вырвались наружу. И когда ее оставил гнев, прошла и фобия.

В случае с Чейзом катарсис не оказался необходимым, чтобы его страх перед громкими звуками и экзема прошли. Осознание и понимание – вот все, что ему было нужно на первом сеансе с Норманом Инджем. Процесс был мягким и не столь высокоэмоциональным. Очевидно, в тот раз Чейзу не нужно было видеть момент той смерти. Он прошел очень долгий путь, и воспоминания поблекли.

Но как выяснилось впоследствии, процесс остался незавершенным. Неразрешенные эмоции той жизни укоренились глубоко в его душе, и через три года они были пробуждены сообщениями о войне в Персидском заливе. Его грусть расставания с семьей пробилась наружу с оставшейся частью истории, вместе с воспоминаниями о смерти на поле битвы. В конечном счете он закрыл ту свою жизнь, когда заново пережил момент смерти и состояние после смерти. Он обрел нужную отрешенность для того, чтобы проработать свои чувства и оставить ту жизнь за собой, там, где ей и следовало находиться. Его смерть наконец завершилась.

Модель исцеления доктора Вулгера помогла мне понять то, что случилось с моими детьми. Но кое-что ставило меня в тупик. Воспоминания моих детей качественно отличались от тех мрачных и кровавых историй, которые приводил доктор Вулгер в своей книге. Смерти из прошлых жизней Сары и Чейза были столь же трагичны и ужасны, как и их, но травмы моих детей, казалось, лежали ближе к поверхности, требовали лишь внимания и нежного прикосновения, чтобы проявиться и разрешиться. Их травмы напоминали поверхностные порезы, которые нуждались в доступе солнечных лучей и свежего воздуха для того, чтобы затянуться. С пациентами же доктора Вулгера дело обстояло иначе – их глубокие раны требовали психологической хирургии. Чем объяснялись эти качественные различия? Я прокручивала в своем уме этот вопрос снова и снова.

Я поняла, что забывала об очевидном: детские воспоминания действительно находятся ближе к поверхности. Дети не прожили столько лет и не приобрели тот опыт, чтобы подобные проблемы глубоко внедрились в их личность. Очень маленькие дети не имеют вообще того слоя убеждений и культурных условностей, который мешает их самоосознанию и внушает им мысль о том, что прошлых жизней не существует. Поскольку доступ к памяти у детей прегражден меньшим количеством барьеров, им легче вспомнить свои прошлые жизни и разрешить связанные с ними проблемы, чем взрослым. Они могут справиться за несколько минут с тем, что требует во взрослом возрасте много усилий как от пациента, так и от психотерапевта.


Каталог: upload -> iblock -> 37d
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18

  • Доктор Уомбэч и история вилки с четырьмя зубцами
  • Смерть и история
  • Намеки на исцеление
  • Открытия доктора Файор и доктора Бэкварда
  • Вспомнить о переживании смерти
  • Доктор Роджер Вулгер: поиски души и духа
  • Исцеление всерьез
  • Почему все так трагично
  • Расширение рамок психологии
  • Момент смерти в терапии
  • Типичные дети, типичные смерти