Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Э. Г. Эйдемиллер в. В. Юстицкий семейная психотерапия




страница11/27
Дата15.05.2017
Размер3.97 Mb.
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   27

Столь резкая реакция на психи­ческие травмы, обусловленная нару­шением половой функции, не случай­на и тесно связана с характером семейных взаимоотношений, Можно утверждать, и это подтверждают результаты психологического изуче­ния семьи, что если бы отношения в семье были более многосторонними, в частности были бы дети, если бы

72

брак был зарегистрирован, имелся бы значительный круг общих знако­мых, совместные заботы, касающиеся бытового устройства семьи, реакция Анатолия Ж. на психотравмирующее обстоятельство оказалась бы несрав­ненно более мягкой. Он понял бы, что, несмотря на нарушение столь важной связующей нити, какой в данной семье были сексуальные вза­имоотношения, у него и Виолетты Э. «есть ради чего жить», например ради детей, общих планов.



Семейная психотерапия в данном случае была облегчена тем, что по­ступок Анатолия Ж., доказав Виолет­те Э. степень его эмоциональной при­вязанности и даже зависимости от нее, сам по себе содействовал снятию ее страха перед семейной взаимо­зависимостью. Вскоре после выхода из больницы Анатолия Ж. они офор­мили свои отношения, было принято решение относительно детей: «или обзавестись своим, или усыновить»; семья резко изменила стиль взаимо­отношений в направлении «общей судьбы».

Социально-психологический Меха­низм «эмоциональной идентификации с семьей». Ведущую роль в функцио­нировании данного механизма семей­ной интеграции играют эмоциональ­ные отношения симпатии между чле­нами семьи. В понимании этих отно­шений мы будем опираться на опре­деление, данное А. В. Петровским (1982): «Итак, сочувствие как соуча-ствование — это коллективистиче­ская идентификация, для которой некоторое неблагоприятное происше­ствие, а также связанные с ним пере­живания одного из членов группы, даны другим как мотивы поведения, организующие их собственную дея­тельность, направленную одновре­менно на осуществление групповой цели и на блокирование действия данного происшествия (фрустрато-ра)». Классический пример такого отношения — это взаимоотношения матери и ребенка. Голод ребенка для матери не менее, а возможно и более, тяжелое переживание, чем ее

собственный. В то же время симпатия шире, чем сочувствие. Наряду с ха­рактерным для сочувствия пережива­нием того плохого, что происходит с другим, симпатия включает и со­переживание хорошего («сора-дость»). ■

Отношения симпатии играют мно­гообразную роль в жизнедеятель­ности семьи. Во-первых, эти отноше­ния удовлетворяют чрезвычайно важную потребность членов семьи в эмоциональном общении, симпатии. Значительная роль данной потреб­ности в развитии человека, в сохране­нии его психического здоровья хоро­шо известна [Obuchowski К., 1972]. Особенно губительно отсутствие от­ношений симпатии в раннем возрасте [Langmeier J., Matejcek Z., 19841 -Фрустрация данной потребности ока­зывается немаловажным источником личных и поведенческих расстройств [Bandura A., Walter R., 1968]. Во-вторых, эти отношения оказывают многообразное воздействие на раз­личные стороны жизни семьи. Они как раз и играют основную роль в том, что происходит усиление про-семейных мотивов и ослабление анти­семейных. Рассмотрим некоторые проявления такого воздействия отно­шений симпатии:

1. Отношения симпатии в опреде­ленной мере нейтрализуют состояния фрустрации, возникающие в межлич­ностных отношениях, в том числе и в семье. Человеку, который симпати­чен, а особенно которого любят, мно­гое прощается. Легче возникает ада­птация к фрустрирующим особен­ностям его личности и характера. Эту сторону семейных взаимоотноше­ний ярко охарактеризовал А. В. Пет­ровский (1983) на примере родитель­ской любви. Говоря о различных и многочисленных проступках ребен­ка, А. В. Петровский замечает: «При этом любой проступок отнюдь не вы­зывает к себе бесстрастного отноше­ния родителей. Напротив, порожда­ет гнев, причем сплошь и рядом в весьма бурной и яростной форме. И так может продолжаться недели,

месяцы. Но вот что интересно. Куму­ляции зачастую не происходило. .Складывается впечатление, что по­токи возмущения, поступающие че­рез пробоины корабля доверия, от­качивают и откачивают мощные пом­пы родительской любви».

Во многом сходным по психологи­ческой сути является действие симпа­тии в супружеских отношениях. И в этом отношении возникает эффект «растворения фрустрации».

Это свойство симпатии особенно Бажно, когда семьи нуждаются в се­мейной психотерапии, имеют различ­ные нарушения и как следствие их — состояния фрустрации,агрессии, тре­воги, напряжения.

2. Отношения симпатии вызывают нарастание интереса к объекту сим­патии (например, к человеку, кото­рого любят). Чрезвычайно при этом важно, что это — интерес благо­желательный, связанный со стремле­нием помочь, совместно радоваться или огорчаться, в свою очередь, обус­ловливающий большую взаимную откровенность и, соответственно, на­растание эмпатии. Одно из важных следствий отношений симпатии — это подробно описанный Q. Homans (1972) механизм сближения предста­влений лиц, испытывающих поло­жительные чувства друг к другу. Отсюда и значение отношений симпа­тии в профилактике и смягчении меж­личностных конфликтов в семье.

3. Важную роль в снятии и смягче­нии 'межличностных и внутрилично-стных конфликтов играет и характер­ная при симпатии склонность отно­ситься к радостям и неудачам друго­го индивида как к своим собствен­ным («сочувствие и сорадость»). В частности, усиливается стремление к тому, чтобы найти удовлетворя­ющий обоих выход, повышается готовность уступить.

4. По верному замечанию А. В. Пе­тровского (1983): «...явление соуча-ствования выступает как собственно групповой феномен, преобразующий индивидуально-типические черты личности, к примеру, эмоциональную

73

холодность, агрессивность и т. д.». Даже агрессивный, эгоистичный человек под влиянием чувства симпа­тии во многом изменяется, действует в определенной мере вопреки своему характеру.



Функционирование и развитие отношений симпатии зависят от ряда моментов. Это, с одной стороны, лич­ностные особенности членов семьи. Способность испытывать симпатию имеется не у каждого человека, и уро­вень развития ее у разных людей также различен. С другой стороны, немаловажную роль играет и то, как сложились семейные отношения, в какой степени они пробуждают (или, наоборот, подавляют) взаимную сим­патию членов семьи.

Таким образом, отношения симпа­тии выполняют многообразную инте­грирующую функцию в семье: снима­ют и смягчают фрустрационные со­стояния; снижают взаимную агрес­сивность членов семьи; создают более благоприятные условия для разреше­ния межличностных конфликтов и формирования взаимопонимания в семье. В силу этих обстоятельств развитие отношений симпатии озна­чает и усиление сплоченности семьи, ее способность противостоять широ­кому кругу отрицательных и разру­шающих ее факторов.

Структура отношений симпатии как механизма семейной интеграции. В состав данного механизма входят:

1. Эмоции симпатии. Способность сочувствовать, реагировать на чужие как отрицательные, так и положи­тельные эмоции — свойство, весьма распространенное, присущее подав­ляющему большинству людей [Rey-kowski J., 1979].

2. Совокупность стимулов (особен­ностей ситуации, личностные каче­ства других людей), способных выз­вать чувство симпатии у членов семьи. Психологические исследования над стимулами, вызывающими чувство симпатии, выявили значительное многообразие обстоятельств, которые могут пробудить данное чувство. Это определенное личностное сходст-

во между индивидом, вызывающим чувство симпатии, и тем, у кого оно возникает; наличие у объекта симпа­тии различных социально одобряемых качеств; наличие качеств, облегча­ющих межличностный контакт, и др. [Berkowitz L., 1970; Potocka-Ho-ser A., 1970].

Симпатия возникает также как ответное чувство, реакция на соот­ветствующее («альтруистическое») поведение. Совокупность стиму­лов, вызывающих у каждого отдель­ного человека чувство симпатии к другому, высоко индивидуальна и значительно различается у разных людей. Особенно это касается не по­верхностной, а так называемой «глу­бокой симпатии», т. е. симпатии меж­ду людьми, связанными многосто­ронней связью (например, между членами семьи). Здесь большую роль играет не наличие отдельных личностных особенностей у объекта симпатии, а весь«личностный облик», т. е. их определенное сочетание, со­ставляющее целостный образ [Soro-kin P., 1950]. Особенность этого личностного облика зависит от слож­ной совокупности условий воспита­ния, психологических характеристик людей, с которыми он был связан (особенно в детстве), характера вза­имоотношений с этими людьми.

3. Соответствие (несоответствие) реальных семейных отношений, в ко­торые включен индивид, вышеука­занной совокупности стимулов; в какой мере другие члены семьи обла­дают способностью (в силу их лично­стных особенностей и характера вза­имоотношений с индивидом) пробу­дить чувство симпатии.

Как уже говорилось, совокупность стимулов, вызывающих чувство сим­патии, у каждого отдельного челове­ка весьма индивидуальна. Поэтому мы можем столкнуться в семье с си­туацией, когда член семьи в высокой степени способен испытывать чувство симпатии по отношению к другим людям. Однако именно в собственной семье его окружают люди, в силу личностных особенностей и отноше-

74

нии с индивидом не вызывающие такого чувства. Индивид, симпатизи­рующий людям, которым он может покровительствовать, опекать их, может не испытывать этого чувства, если с членами семьи его связывают совершенно иные отношения, на­пример он сам является опекаемым.



4. Семейно-интегрирующее воздей­ствие отношений симпатии. Речь идет о проявлениях симпатии и ее воздей­ствии на различные стороны жизни семьи, в частности уменьшение со­стояний фрустрации, агрессии, трево­ги; нервно-психического напряжения; создание предпосылок для разреше­ния межличностных противоречий. Очевидно, что все перечисленные виды семейно-интегрирующего воз­действия отношений симпатии по-разному проявляются в разных семь­ях. Поэтому при анализе конкретной семьи необходимо уточнить характер и степень этого воздействия.

Изучение механизмов эмоциональ­ной идентификации в семье пресле­дует две цели: во-первых, установить, в какой мере эти механизмы действу­ют; во-вторых (и это особенно важ­но), каковы «резервы» взаимной идентификации, т. е. возможности усиления действия данных механиз­мов. О так,их «резервах» взаимной идентификации мы говорим в первую очередь в случаях, когда тот или иной член семьи способен (склонен) испы­тывать потребность в отношениях симпатии, однако отношения в семье, особенности личного облика других членов семьи «блокируют» проявле­ние этого чувства и, соответственно, формирование взаимоотношений, ос­нованных на симпатии.

Перед психологом или врачом, работающим с семьей, стоит нелегкая задача — в отношении каждого чле­на семьи выявить «образ человека» и «тип взаимоотношений с ним», которые • активизируют у данного члена семьи чувство симпатии. При решении этой задачи может ока­заться полезной разработанная нами методика «Предпочитаемый тип симпатии» (ПТС). Подробное описа-

ние методики и рисуночный тест даны в приложении 5.

Охарактеризуем принципы постро­ения методики и некоторые особенно­сти ее использования при изучении эмоциональной идентификации в се­мье. Методика включает в себя сти-мульный материал (рисуночный тест), систему тестовых заданий и план интервью. Стимульный мате­риал — это 36 пронумерованных рисуночных портретов лиц разного пола и возраста. Рисунки подобраны так, чтобы различные половозраст­ные группы были одинаково пред­ставлены. В тесте одинаковое число (по 6) мужчин и женщин старшего возраста, средних лет и младшего возраста. Рисунки отбирались из значительного числа (96) рисуноч­ных портретов так, чтобы обеспечить возможно большее характерологиче­ское различие нарисованных людей. Для этого 96 рисунков были предъ­явлены нескольким группам населе­ния (учащиеся высшего военного учебного заведения, учащиеся техни­кума культуры, слушатели курсов повышения семейно-бытовой куль­туры; общее количество опрошен­ных— 140 человек). Давалось за­дание, во-первых, представить себе характер каждого из изображенных людей и, во-вторых, указать портре­ты лиц с очень сходным характером. Таким образом, были выделены груп­пы «сходных характеров»; один из представителей группы отбирался для методики, другие же исключа­лись. Отбор из группы лиц с одина­ковым характером производился так, чтобы обеспечить описанный выше принцип равной представленности различных половозрастных групп.

Кроме самих рисунков, которые при исследовании раскладываются перед испытуемым, имеются еще «пустые» карточки того же формата.

Система тестов включает, во-первых, стандартные задания и, во-вторых, задания специфические. Стандартные изложены в методике. Специфические же обычно разраба­тываются в ходе обследования.

75

Первое стандартное задание: вни­мательно рассмотреть все рисунки, представить себе характеры нари­сованных людей и выбрать среди них человека, который нравится (привлекает, вызывает наибольшую симпатию). После того, как выбор сделан, предлагается выбрать вто­рого, третьего и т. д., проранжировав все рисунки — от наиболее симпа­тичного до самого антипатичного. Порядок каждого рисунка фиксиру­ется обследующим письменно. За­тем испытуемому предъявляются стандартные задания на установле­ние функций произведенного выбо­ра. Примеры заданий: «Укажите, кто Вам больше всего нравится внеш­не»; «Укажите, кому из них Вы бы охотнее всего сделали подарок на Новый год»; «С кем Вам было бы веселее всего?»; «За кем бы Вы охот­нее всего ухаживали, если бы он был тяжело болен?»; «Кого более всего ценили бы за жизненную мудрость?»; «В кого охотнее всего влюбились бы?».



Вслед за этим устанавливается, во-первых, носители каких «желаемых отношений» занимают ведущие места в проранжированном наборе рисун­ков. Например, если наиболее нра­вящийся (т. е. занимающий первое место в проранжированном наборе рисунков) является тем, за кем об­следуемый охотнее всего ухаживал бы в случае, если бы тот был тяжело болен, то делается предположение, что ведущим стимулом в развитии симпатии является тяжелое, зависи­мое положение объекта симпатии и возможность помогать ему. Если у наиболее нравящегося несколько функций, делается вывод, что веду­щих стимулов в развитии симпатии тоже несколько.

Далее выдвинутое предположение о ведущем стимуле в развитии симпа­тии проверяется. Для этого задание, касающееся ведущего стимула, по­вторяется. Например, если больше всего нравится индивид, за которым бы ухаживал в случае тяжелой бо­лезни, то в этом случае дается сле-

дующее задание: «А за кем еще из этих людей Вы бы охотно ухажива­ли, если бы они были тяжело боль­ны?» Если второй выбранный входит в первую шестерку наиболее нравя­щихся людей, тем самым подтверж­дается предположение на 10 % уров­не (т. е. вероятность того, что вхож­дение сразу двух лиц, за которыми обследуемый хотел бы ухаживать в случае тяжелой болезни, в первую шестерку наиболее привлекатель­ных — чистая случайность и состав­ляет не более 10%) [Muller P. et a!., 1982].

В случае подтверждения предпо­ложения предлагается всех лиц, изображенных на рисунках, проран-жировать в соответствии с ведущим стимулом. Так, если ведущим оказа­лись беспомощность объекта симпа­тии и возможность помогать ему, то предлагается проранжировать всех: от того, за кем охотнее всего ухаживал бы, до того, за кем наиме­нее охотно. Когда задание выполне­но, обследуемому вручаются пустые карточки. Предлагается на каждой из них обозначить, как индивиду удобно, каждого члена своей семьи, подумать, как бы он его изобразил в виде рисунка. Затем дается зада­ние «вставить» эти карточки в про-ранжированный ряд рисунков. Поме­щение члена семьи в начало ряда (например, первую шестерку) интер­претируется как показатель того, что он стимулирует чувство симпатии, а именно вызывает ведущий стимул. Помещение его в конце ряда (напри­мер, в последнюю шестерку) дает основание для обратного вывода (индивид фрустрирует ведущий сти­мул — вызывает в, данном отноше­нии антипатию). Для количественной оценки степени обоснованности по­лученного вывода (для опроверже­ния противоположной гипотезы, в соответствии с которой помещение «белой карточки» в начало или конец ранжированного ряда — случайное событие) используется таблица ве­роятностей биноминального распре­деления.

76

Завершающая часть исследова­ния — интервью, план которого вхо­дит в методику. Врач или психолог, проводящий обследование, обраща­ется к портрету человека, наиболее привлекательного с точки зрения исследуемого стимула симпатии, и говорит обследуемому члену семьи: «Расскажите об этом человеке все, что приходит в голову. Попробуйте хотя бы примерно указать, что он ду­мает, что чувствует, что его заботит и что радует. Кем бы этот человек мог быть для Вас (сыном, мужем, хорошим знакомым)? Как бы он с Вами разговаривал, как бы обра­щался? Как бы Вы вели себя по от­ношению к нему?»



Задача исследователя на этом эта­пе — добиться максимально возмож­ной конкретизации важнейшего сти­мула симпатии. Так, если на про­шлом этапе было установлено, что член семьи склонен испытывать чув­ство симпатии к людям, находящим­ся в беспомощном положении, то на этом этапе нужно выяснить, как кон­кретно он представляет себе это бес­помощное положение, какие чувства, высказывания, поведение объекта симпатии в его представлении свиде­тельствует о беспомощности и свя­занных с ней переживаниях.

Обратимся к примерам проявления данного механизма семейной инте­грации в семьях, оказывающих пси-хотравмирующее воздействие на своих членов.

Серафима 3., 36 лет. Замужем. Муж — Сергей 3., 33 лет. Живут в браке 14 лет. Имеют дочь 13 лет.

Серафима 3. обратилась к врачу в связи с нарушениями в поведении ребенка. Однако оказалось, что действительная причина обра­щения — конфликт с мужем, продолжаю­щийся, по ее словам, уже несколько лет. С конфликтом она связывает имеющиеся у нее соматические заболевания: хрониче­ский гастрит и транзиторную гипертонию. Эти заболевания связаны, по ее словам, с эгоизмом мужа. Она выполняет самостоя­тельно, без малейшей помощи с его стороны, все весьма многочисленные работы по до­машнему хозяйству. «Я прихожу с рабо­ты, не отдохнув ни минуты, отправляюсь на кухню и нахожусь там уже до позднего ве­чера». О поведении мужа в семье Сера­фима 3. рассказывает с неподдельным воз-

мущением: «Он приходит домой и сразу на диван. У меня, видите, все руки в мозолях. У него руки нежные, как у женщины. У него имеется масса всяких средств для ухода за руками: напильничков, щипчиков и т. п.». Несмотря на отнюдь не благополучное в материальном отношении положение семьи, он одни за другими приобретал несколько пар домашних туфель, пока не купил такие, какие его устраивают. С особенным возму­щением она рассказывала о его «разврат­ной» привычке залезть в ванну с сигарой и рюмкой коньяка и не выходить по не­скольку часов. Характерным для семей­ных взаимоотношений был эпизод приобрете­ния семьей ковра. Началось с того, что она несколько раз говорила мужу о необходи­мости вместе с ней отправиться за покуп­кой ковра. В конце концов, ничего не до­бившись, она сама пошла в магазин и, не­смотря на все болезни, самостоятельно принесла ковер домой. Не удалось добиться помощи и в размещении ковра. Когда она, наконец, сама, сдвинув тяжелую мебель, разложила ковер, муж, вернувшись с рабо­ты, только сделал мелкие замечания по поводу небольших изменений в расстановке мебели. Основное, чего Серафима 3. ожи­дала от психотерапии,— это помощи «в прео­долении эгоизма мужа». Вопреки ожида­ниям, муж охотно согласился встретиться с психотерапевтом.

Психологическое обследование по­казало, что истинная проблема на­много глубже, чем это непосредствен­но вытекало из рассказа Серафи­мы 3. У нее была обнаружена пси­хологическая проблема, связанная с борьбой за признание и чувство благодарности со стороны окружаю­щих. Проблема эта в значительной мере была связана со взаимоотно­шением Серафимы 3. в детском и подростковом возрасте с ее матерью. Последняя обращала внимание на дочь лишь в случае каких-то боль­ших достижений или, напротив, достаточно серьезной болезни. Уста­новку борьбы за признание «чрез­вычайными мерами» Серафима 3. перенесла и в нынешнюю семью.-

Игнорирование мужем ее усилий было связано с двумя обстоятель­ствами. Во-первых, личная установ­ка. По словам мужа, ему «всегда было трудно и неприятно вслух выражать благодарность, даже если в душе ее чувствовал». Во-вторых, он был уверен, что в случае, если он будет выражать ей благодар-

77

ность и признательность за все, что она делает для семьи, «претензи­ям не будет конца». «Она почув­ствует власть в семье, и получится, что раз она так много делает, и я это признаю, то и мне надо или с утра до вечера выбивать ковры и стирать пылинки, или с утра до вечера ее благодарить». Конфликт наклады­вал влияние на широкий круг взаи­моотношений в семье. В частности, жена старалась преодолеть его «эго­изм и неблагодарность» и пробудить у него чувство вины, критикуя его чрезмерный гедонизм и совершая «подвиги ради семьи» типа приобре­тения ковра. В ответ на моральное давление с ее стороны он усиливал сопротивление в виде полного игно­рирования ее заслуг перед семьей.



Связанные с этим конфликтом нервно-психическое напряжение, неудовлетворенность, отчаяние, оже­сточенность действительно играли немалую роль в возникновении и хро-нификации ее психосоматических по своей природе заболеваний. Опреде­ленную роль играло и место этих за­болеваний в решении ее главной за­дачи — оказании морального давле­ния на мужа.

Как было показано выше, немалую роль в разрешении семейного кон­фликта и его неблагоприятных по­следствий могут играть механизмы семейной интеграции и, в частности, эмоциональной идентификации. По­этому при изучении любого семейного нарушения необходимо также обсле­дование механизмов семейной инте­грации. Если такое исследование показывает, что эти механизмы нару­шены и поэтому не участвуют в смяг­чении и коррекции нарушений, то необходимы меры по усилению их действия. Такое обследование было проведено и в описываемом случае (семейная психотерапия семьи Се­рафимы 3.).

Потребности каждого члена семьи в симпатии и возможность их удовле­творения изучались клинически и с помощью описанной выше методики ПТС. В полном соответствии с ожи-

даниями у Серафимы 3. выявлена ведущая потребность в похвале и признании со стороны авторитетной личности. Люди, с чьей стороны ей необходимо признание, в соответ­ствии с данными исследования, стар­ше ее, благожелательно наблюдают за ее усилиями, советуют «поберечь себя». Весьма любопытно, что в опи­сании взаимоотношений с такими людьми не фигурируют похвалы вслух (которые, как мы помним, создают проблемы для ее мужа). Ей важно, что на нее смотрят и ду­мают о ней одобрительно. Содержа­ние этих мыслей: похвала и призна­ние ее самопожертвования. Неожи­данностью при исследовании было содержание второго ведущего стиму­ла. Оказалось, что ей нравятся люди, которые радуются, испыты­вают удовольствие, причем именно в случае, если она сама может им доставить его. Лица, которым она хотела бы сделать подарок (два человека), оба оказались среди первых шести, наиболее нравящихся. В обоих случаях это были молодые люди: мальчик и юноша. Во многом соответствовали исходным предпо­ложениям и результаты обследова­ния Сергея 3. Ему более всего нра­вятся люди, которые стремятся ему помочь, доставить ему радость, удо­вольствие.

Оба супруга поместили «белые карточки» с воображаемыми портре­тами друг друга в конец проранжи-рованного по ведущему стимулу ряда портретов. Так, Серафима 3. поло­жила его в конце ряда рисунков, проранжированных по признаку «благожелательно наблюдают за мной, понимают и ценят мои усилия». Точно так же на шестом месте от кон­ца оказалась «белая карточка» жены в проранжированном Сергеем 3. ряду по признаку «стремятся мне помочь, доставить мне радость, удоволь­ствие».

Таким образом, существующие в данной семье отношения «блоки­ровали» имеющиеся потребности в симпатии и весь связанный с ними

78

механизм эмоциональной идентифи­кации. Эти отношения побуждали мужа не признавать ее усилий, не давать нужной ей похвалы, призна­ния. Ее же существующие отношения побуждали, во-первых, критиковать и всячески подавлять нужный ему тип симпатических отношений; во-вторых, отрицательно относиться к личностным особенностям, которые в действительности могли быть ей и симпатичны (речь идет о ее симпа­тии к людям, которым она может доставить радость и его — к людям, которые ее доставляют). В резуль­тате всего этого механизм эмоцио­нальной идентификации в семье фак­тически не действовал, что не давало ей возможность использовать этот очень важный механизм смягчения фрустраций и снятия конфликтов. Результат обследования показал и направление психотерапевтической работы с семьей. Стало ясно, что нужна не только работа по выявле­нию и коррекции конфликтного от­ношения, но и психотерапевтические мероприятия по активизации отно­шений ' взаимной симпатии между супругами. Такая работа была про­ведена и, действительно, дала по­ложительный результат. Некоторые ее аспекты будут освещены ниже — при обсуждении путей коррекции нарушенного отношения симпатии.


1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   27