Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Дмитрий Петрович Тарасов «Большая игра»




страница11/17
Дата15.01.2017
Размер2.95 Mb.
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   17

Три радиоточки в Польше
14 февраля 1945 года в районе города Нове-Место (Польша) Управление контрразведки фронта включило в радиоигру агента-радиста Кожунова, оставленного про­тивником в указанном пункте с напарником Орловым для сбора разведывательных данных о Красной Армии. Радиоигра получила условное название "Странники". В связи с быстрым продвижением наших войск на запад Управление передислоцировалось в район Познани. Это создавало большие трудности в проведении игры. Поэтому было решено перевести радиостанцию ближе к линии фронта. Немцам была направлена радиограмма следую­щего содержания:

"Орлов похитил все деньги и ушел; думаю закопать рацию, пристроиться к частям Красной Армии, попасть на фронт и вернуться к вам. Сейчас направляюсь к линии фронта, нахожусь недалеко от Познани, жду указания".

Однако в ответной радиограмме радисту приказали возвратиться обратно и указали маршрут следования.

Зная маршрут, советская контрразведка решила ис­пользовать это обстоятельство и попытаться еще раз принудить неприятеля оставить агента в нужном для нее пункте, то есть в районе Познани. Для этого была раз­работана легенда об якобы имевшей место встрече агента в лесу около Познани с немецкими диверсантами, кото­рые, по легенде, вышли из окружения советских войск. И 13 марта в разведцентр была направлена следующая радиограмма:

"Недалеко от Познани встретил в лесу людей спец­группы капитана Фолькерзама. В группе 5 человек, ушедших из Хонзальца 19 января 1945 года, с ними Малинин, с которым я вместе учился. Он намерен работать, под­ыскивает место для лагеря, приглашает остаться с ними. Прошу указания".

Агент германской разведки Малинин в то время содержался под стражей, поэтому его можно было ис­пользовать в радиоигре. На радиограмму противник от­ветил:

"Приказываю составить крупный партизанский от­ряд, командование возьмите на себя, ведите энергичную разведку, разрушайте телефонную и телеграфную сеть, железные дороги и по возможности мосты. Сообщайте о вашем местонахождении. Насчет оружия и боеприпасов мы уже отдали ко­манду, документы возьмите у убитых и раненных. Ука­зания последуют".

Таким образом, цель была достигнута, радиоигра при­обрела большой интерес и приблизила советских контрразведчиков к осуществлению основного замысла — за­ставить противника прислать людей и материальную по­мощь. Вскоре на зажженные костры в обусловленном месте противник сбросил 12 тюков с грузом, в которых находилось оружие, взрывчатка, различное снаряжение, продукты питания.

|Радиоигра продолжалась до капитуляции Германии...

Аналогичная радиоигра, условно названная "Тури­сты", были начата чуть раньше, 19 января 1945 года, от имени разведывательно-диверсионной группы в составе 8 агентов. Они были оставлены гитлеровцами при от­ступлении в 12 километрах северо-западнее Макус (Поль­ша) с заданием пропустить наступающие части Красной Армии и, оказавшись в тылу, приступить к диверсионной работе на шоссейных и железных дорогах, вести наблю­дение за движением воинских частей к фронту, совершать вооруженные нападения на мелкие группы военнослу­жащих, особенно на офицерский состав.

На следствии четверо арестованных участников груп­пы; в том числе старший из них Алексеев, вели себя недостаточно откровенно, в связи с чем в одной из первых радиограмм было сообщено:

"Ночью 19 января, во время наступления советских войск, в результате артиллерийского обстрела погибли 3 человека. Алексеев тяжело ранен в живот, находится при смерти. Остальные живут в лесу, около той же деревни. Склад цел. Движение по дорогам большое. Жду указаний".

В последующих радиограммах сообщалось об актив­ной работе оставшихся агентов, о смерти Алексеева и ранении одного из участников группы при "выполнении" боевого задания.

Положительно оценивая работу агентов, противник в одной из радиограмм указал:

"Генерал благодарит за верность. Желаем дальней­ших успехов".

В связи с капитуляцией Германии радиоигра была прекращена...

Третья радиоигра, условно названная "Костры" пер­воначально была начата на территории Белоруссии в октябре 1944 года в районе города Мира Барановичской области. Работа велась от имени пяти германских агентов, которые пользовались у немцев большим доверием. По требованию советской контрразведки неприятель неодно­кратно сбрасывал для них с самолета грузы с продоволь­ствием, обмундированием и другим снаряжением.

В декабре 1944 года немецкая разведка дала агентам задание проводить активную разведывательную работу по сбору сведений о передвижении наших войск и пе­реброске военной техники к линии фронта. Конечно, никакой сколько-нибудь важной дезинформации переда­вать тогда было нельзя, так как готовилось крупное наступление войск на Центральном фронте. Исходя из этого, советская контрразведка решила изменить направ­ление радиоигры:

"Столкнулись с разведкой белорусских партизан из отряда, действующего в районах Бреста, Кобрина, Пружан; решили встретиться с командиром отряда. Сейчас нахожусь в пути к лагерю партизан".

В ответ вражеский разведывательный орган радировал:

"Советую с большими группами не связываться и действовать самостоятельно. Положение требует вашего передвижения на запад. В лесу западнее узловой станции Черемха, расположенной в 60 км южнее Белостока, подберите место для сброски багажа, тогда же получите и новое задание".

Чтобы вызвать интерес к работе агентов, было решено сообщить о соединении группы "Костры" с "партизанским" отрядом Борисика, известного агента герман­ской разведки. Борисик входил в состав группы дивер­сантов, возглавляемой бывшим майором Красной Армии

Витушко, заброшенной в ноябре 1944 года на территорию Белоруссии. Через несколько дней после неудачного при­земления Борисик и несколько других диверсантов были арестованы.

Для закрепления легенды через радиостанцию "Ко­стры" от имени Борисика в разведывательный орган, готовивший его для работы, направили следующую ра­диограмму:

"Господин майор, очень рад, что с помощью новых друзей могу установить с вами связь и сообщить о положении. Сбросили нашу группу не в том месте, где было намечено, людей разбросало. Три дня искали майора Витушко и остальных, собрали только 5 человек. С места выброски двинулись на юг. В Медском районе к нам присоединились 17 дезертиров, несколько человек из раз­битой группы "Завея", организовали свой отряд и дей­ствуем самостоятельно".

Одновременно сообщили о результатах активных дей­ствий отряда и затребовали для Борисика радиста, радиостанцию и материальную помощь. Как и предпола­галось, разведка противника заинтересовалась работой агентов и доставила на самолете радиста и нужные ма­териалы. В дальнейшем работа проводилась из района Белостока вплоть до капитуляции Германии.




"Братья" в Болгарии
3 января 1945 года на территории Болгарии была начата радиоигра от имени агентов Неро и Дио, заброшенных германской разведкой воздушным путем. Агенты получили задание установить связь с действовавшими в Болгарии подпольными фашистскими и повстанческими организациями и, оказывая им помощь средствами и вооружением, привлечь их к диверсионной работе и сбору шпионских сведений военного и экономического харак­тера.

Перед советской контрразведкой ставилась задача использовать радиоигру для передачи дезинформации и вызова на территорию Болгарии германских агентов.

Чтобы заинтересовать противника сообщили, что аген­ты установили связь с двумя нелегальными националистическими группами под номерами 2 и 6, способными вести активную борьбу против Красной Армии, но нуждающи­мися в вооружении и боеприпасах.

23 февраля 1945 года в условленном месте противник сбросил с самолета 15 тюков груза. В них оказалось 10 ручных пулеметов и 230 дисков к ним, 22 автомата, 30 винтовок, 30 пистолетов, 60 гранат, 70 кг взрывчатки, более 5 тысяч патронов, 30 метров бикфордова шнура, 2 барометра, радиостанция с двумя комплектами батарей, 200 тысяч болгарских левов, 400 американских долларов и 15 комплектов обмундирования. В записке начальника разведывательного органа Бауэра, найденной в упаковке №7, сообщалось:

"Мы рады, что у вас все благополучно. Продолжайте в том же духе, но будьте осторожны. Я много думаю о вас и вашем здоровье. Привет от Грокмана, Вилли, Хорна и Хильденбранда. Всего доброго. Ваш Боби".

В день получения посылки противнику передали следующее:

"Груз подбираем. Упаковку № 7 получили. Вашу заботу о нас оправдаем. Три дня будем заниматься организацией группы, вооружением и перемещением".

В дальнейшем советская контрразведка передавала радиограммы с военной и экономической дезинформацией, легендировала успешную работу агентов по уста­новлению связи с мнимыми повстанческими группами, а также их активную диверсионную деятельность в тылу Красной Армии. В частности, 19 марта 1945 года сооб­щили об установлении связи с якобы существующей организацией "Отец Паисий", насчитывавшей в своих рядах 37 участников. Разведывательный центр ответил, что работой агентов доволен и в ближайшее время при­шлет помощь, вскоре после этого с самолета был сброшен груз с оружием и снаряжением.

Считая, что работа радиостанции не вызвала подо­зрений, наши контрразведчики передали радиограмму с просьбой прислать подготовленных людей, хорошо зна­ющих Болгарию и способных возглавить диверсионные группы. В ответной радиограмме обещали прислать по­полнение после соответствующего отбора и подготовки.

В ночь на 24 марта 1945 года немецкий самолет сбросил трех диверсантов (Гугучкова, Крачева и Дойнинова), имевших задание установить связь с агентами-ра­дистами Неро и Дио.

Стремясь пресечь подрывную деятельность враже­ских агентов в тылах Красной Армии, а также отвлечь внимание противника от подготовки новых агентурных групп для заброски на территории Болгарии, органы советской контрразведки своими сообщениями внушали немцам мысль об усилении работы группы "Братья", расширении района ее деятельности. С этой целью вклю­чили в радиоигру рацию вновь прибывших агентов. Обе радиостанции действовали вплоть до капитуляции гит­леровской Германии.


Операция экстракласса
Большой интерес представляла радиоигра "Прияте­ли", проводившаяся на территории Румынии. Она велась от имени резидента германской военной разведки радиста Твена. Он работал на германскую разведку с 1940 года, а перед отступлением фашистских войск из Румынии был оставлен в Бухаресте.

Как выяснилось на следствии, основной причиной, побудившей Твена к сотрудничеству с гитлеровцами, была материальная заинтересованность. Убедившись в бесперспективности дальнейшей борьбы за идеалы фа­шизма, Твен по заданию советской контрразведки воз­обновил радиосвязь с германской стороной, связался со своими агентами, принял от них доклады и в соответствии с нашими указаниями проинструктировал их относитель­но направления дальнейшей деятельности. По ответным радиограммам можно было судить о том, что немцы об аресте Твена ничего не знали и потому некоторый пе­рерыв в радиосвязи подозрений у них не вызвал. Это не замедлило сказаться и на результатах работы. 22 ноября 1944 года на квартиру к Твену явился нелегально прибывший из Германии сотрудник службы безопасности (СД) Поп. Из беседы с Попом Твен выяснил, что тот хорошо знаком с разведывательной службой Германии и прислан для того, чтобы попытаться возобновить работу шпионских и диверсионных групп, приостановленную по­сле выхода Румынии из войны. Поп имел также задание установить непосредственную связь с центральным ле­гионерским руководством.

Из последующих бесед с Попом Твену стало изве­стно, что в Румынии нелегально прибыли крупный гер­манский разведчик Шмидт и эмиссары лидера "железной гвардии" Хориа Сима — легионеры Петрашкану и Стойканеску. Поп рассказал Твену о подготовке крупного наступления гитлеровских войск на Трансильванию вес­ной 1945 года и указал на необходимость развернуть к этому времени диверсионную работу в тылу Красной Армии. Поп условился с Твеном, что все сотрудники германской разведки, прибывающие в Бухарест, будут останавливаться у него. В аресте Попа до выяснения его связей не было необходимости и поэтому за ним было установлено наблюдение.

Через пять дней после встречи Попа с Твеном квар­тиру последнего посетил прибывший из Вены парашютист-легионер. Он сообщил, что с группой в 10 человек был сброшен в районе города Алъба-Июлия. 3 декабря 1944 года к Твену явился Поп с военнослужащим ру­мынской армии, которого назвал Бологой и представил как своего начальника. Из беседы выяснилось, что Болога работает в Румынии по специальному заданию СД. Он поручил Твену усилить шпионскую деятельность, обратив особое внимание на получение информации о деятель­ности румынского правительства, политических партий и иных организаций. Болога объявил Твену, что каждый месяц Твен будет получать 100 тысяч лей, и здесь же вручил ему деньги за один месяц.

Вскоре удалось выяснить, что Болога, он же Гунер Ральф, является майором войск СС и состоит на службе в Главном управлении имперской безопасности гитле­ровской Германии, где числится под псевдонимами "62" и "Боб". В 1939 году Гунер был редактором немецкой газеты в городе Брашове. Окончив разведывательную школу в Берлине, он прибыл в Бухарест для работы по линии СД, До капитуляции Румынии Гунер служил помощником резидента СД, прикрываясь официальной дол­жностью адъютанта германского авиационного атташе в Бухаресте генерала Герстенберга. За Бологой также было установлено наблюдение.

Таким образом, Твен сумел войти в деловой контакт с официальными сотрудниками германской разведки, на­ходившимися на нелегальном положении в Румынии.

Германская разведка в Румынии направляла все усилия на то, чтобы восстановить свои старые связи, создать новую сеть, активизировать деятельность диверсионно-террористических групп, а также использовать возможности легионерского подполья в интересах фаши­стской Германии. Наряду с проведением этих меропри­ятий противник забрасывал в Румынию группы воору­женных легионеров, получивших специальную подготов­ку в разведывательно-диверсионных школах фашистской Германии. По замыслу германской разведки вооруженные десантные группы должны были составить ядро подполь­ной легионерской организации.

Однако осуществить свои замыслы им не удалось. 3 результате операций, проведенных в ходе радиоигры "Приятели", органы советской контрразведки выявили и арестовали 179 активных участников организации (шпи­онов, террористов и диверсантов), в том числе 43 человека из руководящего состава, а также захватили самолет с находившимися на борту руководителями легионерского подполья.

Положительные результаты дали и другие радиоиг­ры, проводившиеся на территории освобожденных от фа­шизма стран, например, "Бега" и "Связисты" в Венгрии.

Подводя итог нашему обзору о работе советской контрразведке в радиоигре с фашистской стороной, можно утверждать, что эта "большая игра", действительно, "сто­ила свеч"...


Завершив на этом документальный обзор, приступим к рассмотрению вопроса о том, как практически осуществлялись радиоиг­ры, с тем, чтобы читатель смог убе­диться, насколько многообразна, сложна и вместе с тем увлекательна эта работа. Ответ на поставленный вопрос дает публикуемый ниже художественно-доку­ментальный очерк, где автор выступает под именем Дмитрия Корбова.

Памятная дуэль

Шел тридцать третий мирный год после победонос­ного завершения Великой Отечественной войны. На под­московной даче Сергея Николаевича Костина все было готово к торжеству по случаю шестидесятилетия со дня его рождения.

На зеленой лужайке, обрамленной со всех сторон зарослями кустарников и фруктовых деревьев, стояли накрытые столы с белоснежными скатертями, уставлен­ные всевозможными яствами и напитками.

Хозяйка дома Ольга Павловна, со своей незамужней дочкой Верочкой, унаследовавшей внешность матери, про­должали хлопотать около стола, стараясь придать ему более впечатляющий вид. Им помогали две подруги Ольги Павловны. Сын Сергея Николаевича в паре со своей молоденькой супругой расставляли вокруг столов стулья, скамейки, табуретки. Их трехлетний малыш, единствен­ный внук Сергея Николаевича, названный в честь деда также Сергеем, возился в песочнице с соседской девочкой такого же возраста.

Гости, одетые по-летнему в легкую, светлых тонов одежду, небольшими группками прохаживались по дорожкам сада, стояли у клумб, любуясь яркостью цветов или в уютных уголках отдыха играли в карты, шахматы, домино.

Сергей Николаевич, стараясь развлечь и занять их, заглядывал во все закоулки усадьбы, появляясь то в одной, то в другой компании и находя нужные слова для беседы с каждым из гостей.

Погода была словно по заказу: безоблачное голубое небо, щедрое солнце, теплынь, легкий освежающий ветерок. Все это в сочетании с пышной зеленью сада, птичьим гомоном, обилием разнообразных цветов, наполнявших воздух ароматами нежнейших духов, красотой местности, ведущей к большому пруду, создавало обста­новку непринужденности и настоящего большого празд­ника.

В три часа дня хозяйка пригласила гостей к столу. Не спеша, все заняли свои места, и наступила та праздничная минута, когда гости, соблюдая такт и приличие, смиренно и тихо ждут начала торжества. Слышны были лишь негромкое перешептывание сидевших радом пар, предлагавших друг другу ту или иную закуску, шипение напитков при наполнении бокалов, легкое позвякивание приборов. Но вот справа от Сергея Николаевича поднялся его сослуживец, высокий, стройный, с пышной седоватой шевелюрой, шатен, и, окинув взглядом притихших гос­тей, торжественно и четко густым баритоном произнес первый тост.

И застолье мгновенно пришло в движение: после­довали поздравительные возгласы, чоканье бокалами, поцелуи и новые, новые тосты.

Поздравляя юбиляра, все подчеркивали его талант инженера-конструктора, добившегося получения степени доктора технических наук и лауреата государственной премии, большое трудолюбие, душевность, доброту, уважительное отношение к товарищам по работе, активное участие в общественно-политической жизни коллектива, счастливое супружество с Ольгой Павловной, благополу­чие и процветание крепкой и дружной семьи.

Часа через два, когда гости насытились, и порыв поздравлений утих, Сергей Николаевич объявил перерыв. Все стали расходиться небольшими группками по разным уголкам сада, предаваясь отдыху и излюбленным играм. Костин, взяв под руку одного из гостей, мужчину чуть выше среднего роста, с редкими седыми волосами, зачесанными назад, с правильными, тонкими, но уже заметно увядавшими чертами лица, предупредительно спросил:

— Как самочувствие, Дмитрий Петрович? Не уста­ли?

— Спасибо, все нормально.

Они пошли по тенистой аллее вглубь усадьбы, где в укромном уголке под кронами трех разросшихся густых лип висел гамак. Устраиваясь в гамаке, бросив в рот таблетку валидола, гость заметил:

— Вот здесь, пожалуй, самое приятное место для отдыха, особенно для нашего брата-сердечника, когда требуется полное спокойствие.

— Что, плохо себя почувствовали? Может быть, при­гласить врача?— встревожился Костин.

— Нет, нет. Не беспокойтесь, Сергей Николаевич. Валидольчик — это просто так, для профилактики.

— Ну, смотрите, только, пожалуйста, не стесняй­тесь. Врача вызвать не трудно, да и среди гостей есть

медики, могут посмотреть сейчас же.

— Благодарю вас, Сергей Николаевич, Самый луч­ший врач — это общение с природой. Полюбуешься на эту красоту, отдохнешь, подышишь кислородом, и все напряжение как рукой снимет. Так что вы, пожалуйста, не беспокойтесь, и идите к гостям, займите их, возвра­щайтесь, так сказать, к исполнению своих обязанностей.

— Хорошо, тогда отдыхайте. А когда закончится перерыв, я зайду за вами. Приемлемо?

— Вполне, спасибо.

Гостем, о здоровье которого так беспокоился Костин, был я. Глядя на удаляющегося Сергея Николаевича, уверенно шагавшего, степенного, спокойного, довольно еще стройного и крепкого, я невольно мысленно обратился к прошлому, и передо мной, как наяву, предстала картина первой встречи с ним и весь ход последующего развития наших отношений. Я был на пять лет старше Костина. Когда встретились с ним, я являлся младшим лейтенантом госбезопасности, носил три кубика в петлицах, работал оперативным уполномоченным Центрального аппарата советской контрразведки. Теперь в звании полковника в отставке находился уже на заслуженном отдыхе.

Воспоминания настолько захватили меня, что, воз­вратившись домой, я тут же сел за письменный стол, сгорая от нетерпения изложить их на бумаге. Вот, как это было.

Закончив, как обычно, трудовой день в третьем часу ночи, я расстелил на диване в служебном кабинете постельные принадлежности и лег спать. По давней при­вычке взял в руки томик стихов Сергея Есенина, чтобы быстрее отвлечься от дневных забот.

Изумительная лирика поэта действовала успокаи­вающе, она мысленно уносила меня в родную карельскую деревушку на берегу живописного озера почти у самой границы с Архангельской областью. Здесь прошло мое детство и первые годы отрочества. Они были тяжелыми из-за постоянной нужды и трудно добываемых средств к существованию, но вместе с тем, незабываемо пре­красными на лоне на редкость чистой, девственной при­роды, окружавшей деревню. Затерявшаяся в глухом лес­ном краю, по существу ничем не примечательная, она представлялась мне до боли в сердце близкой и дорогой, покорявшей своей самобытностью, натуральностью, не­притязательностью населявших ее простых, скромных тружеников с их радостями и печалями.

Мои воспоминания прервал телефонный звонок.
— Ты еще бодрствуешь?— услышал я несколько хрипловатый, усталый голос своего начальника отделения Барникова.

— Пока да, но уже в горизонтальном положении.

— Ну, коль не спишь, зайди, есть дело.

Я встал, быстро оделся, привел себя в порядок и направился к Барникову, кабинет которого находился на том же шестом этаже дома два но улице Дзержинского.

Барников сидел в привычной для него позе: несколь­ко ссутулясь и низко опустив над письменным столом, освещенном настольной лампой с зеленым абажуром, свою большую голову с солидными залысинами выше висков. На столе у него, как всегда, находилась большая стопка оперативных документов, которые он должен был рассмотреть к утру для раздачи работникам.

При моем появлении он оторвался на несколько секунд от бумаг, и, кивнув в сторону стула, промолвил:

— Садись, я сейчас.

Закончив чтение, он встал, подошел к висевшей на стене карте Московской области и, подозвав меня, сказал:

— Мне только что сообщили из областного управ­ления, что в этом квадрате, видишь, где я поставил черный флажок, оперативная группа, направленная для прочески местности в связи с замеченным здесь прошлой ночью кружением немецкого самолета, обнаружила за­прятанные под корягой два парашюта. Так что наверняка была выброска вражеских агентов. Для первичного рас­следования туда выехал начальник местного райотдела НКВД. Он опросит очевидцев, уточнит место обнаруже­ния парашюта, проведет тщательное обследование уча­стка и продумает мероприятия по организации розыска преступников с привлечением местного населения, не предпринимая до приезда оперативной группы центра никаких активных действий. Руководство операцией по­ручается тебе и оперработнику областного управления, специалисту по розыскной работе Смирнову, которого ты хорошо знаешь. С собой возьмете трех бойцов из внутренних войск и двух пограничников с собакой. Транс­портом и всем необходимым обеспечивает областное уп­равление, договоренность с руководством есть. Ваша за­дача — разобраться на месте в обстановке, расставить и проинструктировать привлекаемых к операции людей и принять меры к захвату преступников живыми с веще­ственными доказательствами, стараясь по возможности сохранить факт их задержания от широкой огласки. О ходе операции докладывайте по телефону, как всегда кратко, используя условности. Выезд назначен на 5 часов утра с Малой Лубянки. О деталях договоритесь со Смир­новым. Задача понятна?

— Все ясно, Владимир Яковлевич.

— Тогда, ни пуха, ни пера! Действуйте! Барников проводил меня до выхода из кабинета, крепко пожал мне руку и на прощание сказал:

—Только, пожалуйста, будь осмотрителен, не про­являй торопливости и нервозности, не подвергай неоп­равданному риску ни себя, ни людей.


Каталог: library
library -> Программа дисциплины история литературы стран изучаемых языков (ВеликобританиЯ и сша) Направление 620100 (031202. 65) «Лингвистика и межкультурная коммуникация»
library -> Карелы российско-финского пограничья в XIX-XX вв
library -> Издается с 2005 года выпуск 17 Санкт-Петербург 2011 ббк 71. 0 П 18 Главный редактор
library -> Программа курса история отечественной литературы
library -> Программа курса История русской литературной критики
library -> Программа курса история отечественной литературы
library -> Рідкісні книги (1763-1926) з фонду бібліотеки Сумського обласного
library -> Книга известного французского писателя, философа и искусствоведа Жоржа Батая (1897-1962) включает два произведения «Теория религии»
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   17

  • "Братья" в Болгарии
  • Операция экстракласса
  • Памятная дуэль