Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Центр независимых социальных исследований Узбекские мигранты в России: информационная среда и социальные коммуникации




страница1/4
Дата27.06.2017
Размер0.81 Mb.
ТипРеферат
  1   2   3   4
Центр независимых социальных исследований

Узбекские мигранты в России:

информационная среда и социальные

коммуникации

Санкт-Петербург - 2012



Содержание

Введение 3

Методология исследования 3

Миграция из Узбекистана в Россию: социально-политический контекст 4

Сравнение информационных рынков Узбекистана и России 7

Что значит мобильная связь для мигрантов 8

Пользуются ли мигранты Интернетом 11

Виртуальные социальные сети 19

2. Доверие к источникам информации 23

Структура и иерархия используемых источников информации 23

Модели потребления информации 25

Тематические виды информации 25

Общественно-политическая информация 26

Практическая информация 28

Развлекательная информация 29



Доминирующие языки 30

Сравнение средств массовой информации России и Узбекистана 30

Избегание политического 32

3. Представления о мире и о себе 33

Основные выводы 44


Введение

Методология исследования


Данный доклад подготовлен на основе данных социологического исследования, проведенного с августа 2011 по февраль 2012 гг. Центром независимых социологических исследований по проекту «Мигранты из Узбекистана в Россию: коммуникативные стратегии и практики потребления (масс-медиа) информации». Исследование было проведено в трех российских городах: Санкт-Петербурге, Пскове и Казани, а также в г. Самарканд (Узбекистан).

Целью исследования было изучение коммуникативных стратегий и практик потребления информации, используемых узбекскими мигрантами. В фокусе исследования были источники получения информации и опыт использования новых информационных технологий (мобильная связь, интернет и пр.). В качестве базовой методологии был выбран так называемый качественный подход в социологии, в частности использовались методы лейтмотивного и экспертного интервью. В ходе проекта было проведено 46 лейтмотивных интервью с мигрантами (из них 13 в Казани, 12 в Пскове, 9 в Петербурге, 12 в Самарканде) и 3 экспертных интервью с редакторами СМИ, ориентированных прежде всего на мигрантов из Средней Азии. Выбор Петербурга и Казани был обусловлен их принципиальным различием в восприятии «принимающего общества» самими мигрантами и восприятии мигрантов из Центральной Азии населением этих городов. Санкт-Петербург – город центральный, «славянский», исключительно русскоговорящий, Напротив, Казань, – столица Татарстана, т.е. крупный провинциальный город, «татарский», говорящий на одном из тюркских языков, «мусульманский», мультикультуральный. Псков – это малый российский провинциальный город, лишенный информационных преимуществ больших городов.

В силу того, что исследователи рекрутировали информантов через свои сети методом снежного кома, исследование в каждом из городов получило свою определенную специфику. Так, в выборке Санкт-Петербурга преобладают информанты из образованной среды, которые уже достаточно хорошо интегрированы в принимающее сообщество. В Казани, где исследователь начал поиск информантов через узбекскую общину, преобладают преуспевающие мигранты, уже имеющие собственный бизнес. В Пскове преобладают мигранты из сельской местности. И только Самарканд представлен гетерогенно, информантами из разных социальных сред.

Основная проблема, с которой столкнулись исследователи во время полевого этапа реализации проекта – это страхи мигрантов. Люди зачастую отказывались давать интервью. Подобные отказы были вызваны двумя причинами. С одной стороны, многие ощущают свой низкий социальный статус и неустойчивое положение гастарбайтера в современной России и стараются избегать рисков потери работы; с другой (и этот страх был более ощутим) - опасались возможных репрессий в Узбекистане. И даже в ходе интервью, когда мигранты уже соглашались на разговоры с исследователем, они часто избегали тем, связанных с оценкой политической ситуации в Узбекистане, и вопросов, связанных с диссидентскими и оппозиционными вебсайтами. Как написал в своем отчете один из местных исследователей: «Ощущение полной закрытости группы. У людей возникают подозрения, что это политический проект, и они этого почему-то очень боятся и не хотят давать контакты или знакомить с кем бы то ни было. Ждут подвоха».

Из-за трудностей подобного рода в ходе проекта была несколько скорректирована выборка. Так, было решено расширить объект исследования и включить в него не только граждан Узбекистана, но и мигрантов, которые уже получили российское гражданство или ходатайствуют о его получении. Представители этой группы разговаривали на предложенные темы более открыто.

Изначально планировалось исследование исключительно трудовых мигрантов, но позднее в выборку были включены узбекские студенты. Интерес к данной социальной группе вызван прежде всего тем, что они являются наиболее «продвинутыми» пользователями Интернета. Включение в исследование граждан России и студентов из Узбекистана помогло не только получить больше материала для анализа, но также оттенить специфические особенности основной целевой группы – трудовых мигрантов.


Миграция из Узбекистана в Россию: социально-политический контекст


Политический режим современного Узбекистана можно охарактеризовать как авторитарный с высокой степенью коррупции государственных структур. Хотя Узбекистан является одной из самых богатых стран по наличию природных ресурсов и имеет развитый рынок хлопка, его экономика до сих пор не реформирована и сочетает элементы рыночной системы с командной экономикой. Большинство промышленных предприятий советского периода закрыто или пришло в упадок, новых крупных предприятий открылось мало. В стране имеются значительные трудности с конвертацией национальной валюты, здесь сильно развит черный рынок обмена валют. Как результат провального курса развития экономики, Узбекистан не способен создать достаточно рабочих мест для своего избыточного трудоспособного населения.

Как заметил неофициальный источник, «безработица – постоянный спутник экономического неблагополучия. В Узбекистане она приобрела массовый характер. По официальным данным, число зарегистрированных безработных в республике не превышает 100 тысяч, то есть 0,6% от уровня экономически активного населения – самый низкий показатель безработицы на душу населения в мире! Однако по заключению авторитетных немецких экспертов, безработица в Узбекистане достигает 35%. В Интернете сообщалось, что общая численность безработных в республике превышает 6 млн при численности населения 27 млн человек. Если учесть, что формально занятые жители села не имеют реально оплачиваемую работу, то показатель безработицы не ниже указанной цифры».1 По индексу уровня жизни Узбекистан занимает 107 место в списке из 175 стран мира.2

Как результат, сотни тысяч его жителей покидают ежегодно страну в поисках работы. Как и в других странах, экспортирующих рабочую силу, в Узбекистане основными факторами внешней трудовой миграции являются напряженность рынка труда и относительно низкий уровень цены рабочей силы.

В Узбекистане сложились три основных потока трудовой эмиграции: в Россию, в Казахстан и в дальнее зарубежье. На Россию приходится более половины общего объема трудовой миграции из Узбекистана, не менее 400-450 тыс. человек. Это обусловлено огромной емкостью российских рынков труда, возможностями получения там относительно высоких заработков, а также происходящей в последнее время либерализацией миграционного законодательства в России3.

Трудовая миграция в Россию за последние полтора десятилетия стала масштабным и значимым социально-экономическим явлением. Согласно оценкам различных экспертов, масштабы миграции оцениваются от 1,5 до 15 миллионов человек4. Между официальными данными и реальным положением имеется значительное расхождение. По оценкам экспертов, количество незарегистрированных трудовых мигрантов отличается от количества зарегистрированных в разы. Например, представители Министерства внутренних дел России оценивают количество нелегальных мигрантов в 10 миллионов, в то время как некоторые политики озвучивают цифру в 15 миллионов. Репрезентативные социологические исследования показывают, что в России на данный момент находится около 5 миллионов нелегальных мигрантов5.

Основным источником трудовой миграции в РФ являются страны СНГ. За 2010 год в России всего было выдано 940676 разрешений на работу иностранным гражданам, прибывшим по безвизовому режиму из государств-участников СНГ. Среди них на первое место и по количеству мигрантов, и по объемам денежных переводов из России вышел Узбекистан6.Трудовые мигранты из Узбекистана работают практически во всех российских регионах. Основными сферами их занятости являются строительство (23%), торговля (18%), услуги (19%), а также сельское хозяйство, промышленные предприятия, транспорт7. Среди прибывающих в Россию из Узбекистана немало высококвалифицированных специалистов, не сумевших реализовать свой потенциал у себя на родине. Однако только одной трети из них удается трудоустроиться по специальности в частных компаниях и даже госучреждениях8. Большинство узбекских мигрантов занято малоквалифицированным физическим трудом.

Из Узбекистана в Россию для трудовой деятельности выезжают люди разных возрастов, однако в большинстве преобладает молодежь. Миграция из Узбекистана – преимущественно мужской феномен, то есть на заработки в Россию в основном приезжают мужчины, оставляя семьи на родине. Однако в последнее время исследователи фиксируют тенденцию роста семейной и женской миграции9.

Несмотря на существующую в России потребность в трудовой ресурсах, миграция как источник пополнения этих ресурсов сопряжена с целым рядом проблем. Так, с экономической точки зрения, с трудовой миграцией связываются демпинговые тенденции в сфере оплаты наемного труда. С точки зрения правительства, основной проблемой является невозможность эффективно контролировать ее потоки. С точки зрения международного права, проблема состоит в том, что мигранты часто не могут реализовать гражданские права и свободы, оказываются в положении бесправного и дискриминируемого меньшинства. Проблема усугубляется тем, что трудовые мигранты, как правило, отличаются высокой конкурентоспособностью в определенных сферах деятельности (например, в строительстве, в мелкой розничной торговле, мелком бизнесе), что нередко вызывает недовольство местного населения. Особенность миграции из многих стран СНГ состоит также в том, что мигранты отличаются от местного населения внешностью, культурными и бытовыми практиками. Зачастую в публикациях СМИ мигрантам приписываются негативные качества, в отношении них возникает враждебность со стороны определенных слоев местного населения. Как следствие, в обществе наблюдается напряженность и ксенофобские настроения, нередко оборачивающиеся серьезными конфликтами и жертвами. Это, а также «охота» полиции за нелегальными мигрантами, порой переходящая за рамки закона, часто в целях вымогательства, вынуждают многих мигрантов, особенно занятых на малоквалифицированной работе и с плохим знанием русского языка, замыкаться в кругу своей бригады или землячества по месту работы или жительства и ограничивать взаимодействие с местным обществом. Это накладывает отпечаток на потребление мигрантами информации и каналы и способы социальных коммуникаций. Данный доклад обращает внимание именно на эту, информационную сторону, жизни узбекских мигрантов в России.



1. Новые информационные технологии: сценарии освоения и потребления

Сравнение информационных рынков Узбекистана и России


Рынок информационно-коммуникационных технологий достаточно молод и в России и в Узбекистане, но в России он развивается интенсивнее и с относительным опережением. Так, например, в Петербурге первый оператор сотовой связи (Мегафон) создал коммерческую сеть услуг в 1994 году. Последним на этом участке рынка появился Теле2 – в 2003 г. В Узбекистане коммерческая сеть первых национальных операторов была запущена только в 2001-2002 годах. Во второй половине 2000-х годов на рынок мобильной связи Узбекистана пришли крупные российские операторы, что создало конкуренцию и дало толчок к дальнейшему развитию и снижению цен.

Что касается Интернета, то, по данным Узтелекома, в стране в марте 2012 насчитывалось 9.1 миллиона пользователей. При этом число пользователей, выходящих в сеть через линии связи, составило на 1 апреля 2012 г. 3,85 миллиона, количество пользователей мобильного интернета - 5,2 миллиона. Число хозяйствующих субъектов, предоставляющих услуги по передаче данных, в том числе подключение к сети интернет, на конец первого квартала 2012 г. достигло 936, общее количество пунктов коллективного пользования (интернет-кафе и классы) - 1050. Общая скорость (пропускная способность) доступа к международным сетям передачи данных на конец марта достигла 5,145 тысячи Мбит/с.10. В 2011 году число пользователей широкополосного доступа в Интернет (broadband) достигло 147,7 тыс.11

Среди основных проблем, тормозящих развитие Интернет-рынка, называется большая разница уровня проникновения Интернета в столицах и регионах. Одна точка выхода в международные сети передачи данных и чрезмерная централизация контроля над доступом в глобальную сеть также сдерживают развитие рынка.

Ситуация по России: по данным сomScore в сентябре 2011 Россия вышла на первое место в Европе по совокупному количеству интернет-пользователей, 54.5 млн - — это около 47% всего совершеннолетнего населения страны12. Аудитория Интернета росла главным образом за счёт регионов: более 93% новых пользователей живут за пределами Москвы и Санкт-Петербурга. Для сравнения: в столицах рост составил всего около 6%. Вместе с тем по проникновению Интернета (отношение аудитории к населению) Москва и Санкт-Петербург по-прежнему лидируют с большим отрывом, а села и города с населением до 100 тыс. человек отстают от среднего по России уровня.

По данным исследовательской группы TNS, на начало 2012 года возможность выходить в сеть из дома есть уже у 92% пользователей Интернета, проживающих в городах с населением свыше 100 тыс. человек. Причем более 70% из них используют широкополосный (высокоскоростной) доступ.

С каждым годом скорость Интернета растет, а стоимость снижается. В регионах самая распространенная скорость доступа в сеть выросла до 6,4 Мбит/с (стоимость, как правило, 500-600 рублей), а в столицах до 16,5 Мбит/с.

За последние три года месячная аудитория мобильного интернета выросла почти в два раза, тогда как аудитория Интернета в целом – только на 50%13. В процентном отношении по количеству пользователей мобильным Интернетом Узбекистан обогнал Россию: в республике «количество абонентов мобильной связи превысило 25 миллионов. Сложившаяся конкурентная среда позволила значительно увеличить количество операторов и провайдеров услуг интернета, а также пунктов коллективного доступа к всемирной паутине»14.

Таким образом, число пользователей мобильным Интернетом в Узбекистане составляет более половины (55,5% ) от общего числа пользователей Интернета, тогда как в России этот же показатель на настоящее время - около трети от общего числа пользователей.



С одной стороны, это свидетельство опережающего развития Узбекистана, которое стало возможно благодаря приходу на рынок республики российских операторов мобильной связи. Сеть четвертого поколения мобильной связи (4G) была запущена в Узбекистане компанией МТС раньше, чем то же самое сделала компания Мегафон в России.

Однако имеется отставание Узбекистана от России в доступности и скорости стационарного Интернета (оптоволоконное или цифровое соединение). Как мы увидим в дальнейшем, многие наши информанты говорили о том, что скорость и доступность Интернета в Узбекистане, особенно в регионах, оставляют желать лучшего, и основным средством выхода в Интернет служит мобильный телефон.

Таким же образом значительно большее число Интернет-кафе и клубов в Узбекистане, нежели в России, свидетельствует о том, что в республике гораздо меньшее число пользователей имеют возможность выходить в Интернет из дома.

Что значит мобильная связь для мигрантов


Все наши информанты на момент интервью имели мобильные телефоны, однако история их «телефонизации» складывалась по-разному. С одной стороны, она отражает различия в развитии мобильной телефонии в России и Узбекистане, о которых говорилось выше, с другой – обусловлена их личными социальными характеристиками (возраст, «стаж» миграции, образование, род занятий, уровень доходов, социальная среда, из которой они вышли и в какую попали, место жительства в Узбекистане и т.д.).

У большинства наших информантов, особенно у тех, кто давно выезжает на заработки, появление первых телефонов связано с Россией, поскольку в России мобильные телефоны продавали в салонах уже в 90-х годах, а в Узбекистане еще в середине первого десятилетия 21-го века их можно было купить только на рынках.

Соответственно в России был (и остается) шире выбор, ниже стоимость и, по мнению наших информантов, лучше качество мобильных телефонов, поэтому большинство информантов, которые начали приезжать на заработки в Россию в первой половине – середине 2000-х годов приобретали свои первые мобильные телефоны в миграции. Большинство же тех, кто работает в России не так давно, приезжали уже со своими телефонами. А если нет, то покупка телефона становилась приоритетной задачей, поскольку мобильный телефон для них – единственное (или основное) средство связи как с родными, оставшимися в Узбекистане, так и со знакомыми и родственниками внутри России.

Еще одно обстоятельство, стимулирующее покупку телефона (и для себя, и для близких) в России – наличие (заработанных) денежных средств, недостаток которых в Узбекистане и вынуждает приезжать их на заработки:



Там [в России] купить телефон не проблема. Там можно заработать деньги, и потом покупательная способность денег высокая. Вот, например, в месяц я заработал 25000 рублей, и за 25000 рублей [$817]можно купить один очень крутой телефон, например, «Нокия 8800», у нас он стоит 1000 долларов. А за 2000-3000 [$65-100] рублей можно купить нормальный телефон. Поэтому там [в России] купить телефон вполне реально (муж., 21 год, обр. средне-специальное, Самарканд).

Иногда по этой же причине свой телефон оставляют родным, а в России покупают новый:



Я свой личный телефон отдал дома, не забрал <...> [Здесь] купили этот телефон (муж., 27 лет, обр. средне-специальное, Казань).

Некоторые мигранты довольно часто меняют телефоны. Это не только те, кто с ними работает (как, например, информант в СПб., занимающийся ремонтом мобильных телефонов) или кого к этому вынуждает необходимость (так, например, информант из Пскова вынужден менять телефон чуть ли не каждые три месяца, поскольку из-за интенсивности его делового общения они быстро выходят из строя), и не только молодежь, для которой естественно интересоваться техническими новинками и новыми гаджетами. Среди тех, кто часто меняет телефоны на новые «навороченные» модели немало тех, для кого значимо престижное потребление. По мнению одного из наших информантов, престижное потребление – одна из характерных черт молодежной культуры Узбекистана:



У нас сейчас в Узбекистане увлекаются: у кого самый дорогой телефон, у кого много функций. Я вот удивляюсь разнице нашей культуры с европейской культурой, даже включая русскую. У русских нету… так себя вести пафосно или как сказать… Русские, ну, европейцы, они не будут свои вещи там показывать… демонстрировать, да, вот мобильный у меня, машину новую купил, вот. А в нашей культуре это совсем по-другому. Вот у меня новый телефон, который стоит там тысячу долларов или что-то такое, или вот новую машину купил, посмотрите, тюнинг сделал, что-то такое. Народ немножко, как вам сказать, еще недостаточно заходят такие вещи к нам, с телефонами, все дорого, получать эти вещи, там машину, новую машину, которая иномарка, или тюнинговая машина красивая, это получать очень трудно, то есть очень долго деньги надо зарабатывать или копить, чтобы эту машину купить. … А здесь у всех есть возможности – поработай там год или два, можешь себе такое позволить. У нас очень сложно за год, два года иномарку такую сложно, поэтому приезжает, хвалится, показывает свою машину, телефоны, у нас вот так, молодежь такая (муж., 23 года, студент, СПб.).

Однако наши материалы дают нам основание оспорить наблюдение информанта: престижное потребление характерно в Узбекистане не только для молодежи «с 15 до 25», но и для успешных представителей более старших возрастных групп:



Вопрос (далее – В): Да, ну смотрите, вы говорите, что меняете каждый год, но телефона же хватает надолго, и на 3-4, на 5 лет?

Ответ (далее – О): Я не люблю.

В: То есть просто вам нравится менять?

О: Да.

В: Чтобы новая была, современная марка?

О: Да, современная, например. Как в Узбекистан пойдешь, у меня друзья все крутые, все богатые… А то скажут: «О, в Казани живет, туда-сюда!» Из-за этого я каждый раз, как домой поеду, новый куплю, современный. Ну, или дома кому-то подарю (муж., 47 лет, бизнесмен, Казань).

Как мы видим из приведенной цитаты, продемонстрировать свою успешность информанту важно в первую очередь перед своими земляками на родине. При этом большинство из тех информантов старшего поколения (после 40), кто регулярно приобретает новые модели телефонов, как правило, используют только одну, основную, его функцию – телефонию. Случаи использования старшим поколением других функций, в том числе мобильный Интернет, крайне редки:



Не, я в основном разговариваю и этот, интернет это удобно, смотреть погода, еще другие всякие новости это (муж., 40, обр. средне-специальное, бизнесмен, Казань).

Те из информантов старших возрастов, у кого невелик стаж миграции (не более трех лет), образование не выше среднего, не очень хорошее знание русского языка, кто приехал из сельской местности или глубинки Узбекистана, занят в России на неквалифицированной работе (в основном, это стройка), пользуются телефоном исключительно по прямому его назначению – для разговоров, не используя даже функцию смс-сообщений ( в лучшем случае – могут их читать). Разнообразие используемых функций телефона характерно в большей степени для молодежи и отчасти среднего поколения.

Молодые информанты – часть из них имела мобильные телефоны уже на родине, а некоторые – еще в старших классах школы (что зависит, прежде всего, от состоятельности их родителей) – как правило, помимо телефонии и смс-сообщений, чаще всего используют свои мобильные телефоны для выхода в Интернет, фотографирования и слушания музыки. Причем использование мобильного Интернета довольно разнообразно (чему способствует значительное снижение тарифов): по нему не только «интересуются погодой», но и заходят в социальные сети, смотрят видео, скачивают музыку. Мобильный Интернет постепенно (и все более) становится неотъемлемой частью повседневной жизни молодых граждан Узбекистана:

В: Скажите мне, пожалуйста, в каких случаях вы пользуетесь Интернетом в телефоне?

О: Знаете, сейчас уже становится без Интернета скучно. Вот еду я домой, допустим, в маршрутке. Вот я сижу, ну не знаю, музыку уже наслушась, взяла Интернет страничку, почитаю, <...>просто развеять свое время. Вот, иногда, конечно, бывает <...> я очень много времени провожу на работе, бывает, что не могу связаться с родителями, <...> бывает и неделями, ну когда как. А так мы часто связываемся. Соответственно мне приходится с работы. То есть я <...> захожу в Интернет [с телефона], в агент [социальная сеть], пишу «у вас все хорошо?»   «у меня все хорошо», все. Успокоюсь и все (жен., 23, обр. высшее, СПб.).

Этому способствует и ситуация в самом Узбекистане, где в настоящее время Интернет с мобильного телефона оказывается гораздо доступнее для молодежи:



Сейчас стало лучше, конечно, лучше, ну вот как вам сказать, лучше у тех, у кого есть хорошие мобильники, телефоны, которые… сотовые телефоны, вот у них вся молодежь в Интернет заходят только с мобильника, потому что у нас 3G очень развивается, все операторы – МТС, Билайн, все операторы у них даже очень хорошая конкуренция сейчас идет по этой теме, по 3G. У всей молодежи сейчас, у тех, у которых нет дома – у некоторых же нету, не могут купить компьютер, или есть возможность, нету необходимости, да – они все только по телефону общаются, в Интернет выходят (муж., 23, студент, СПб.).

Выбор оператора связи определяется прежде всего стоимостью их тарифов: мигранты в России предпочитают более дешевые, во-первых, и более доступные для связи с родиной, во-вторых. В Петербурге это преимущественно Теле2, в Пскове – Билайн, а затем Теле2, в Казани – Билайн, затем Мегафон. Надо отметить, что если раньше мигранты часто связывались с домом при помощи карт для междугородной/международной связи, то теперь в этом отпала необходимость, поскольку почти каждый российский оператор связи предлагает специальные тарифы для звонков в «ближнее» зарубежье, в том числе в Узбекистан. Инициаторами звонков на родину всегда являются мигранты: для них это доступнее и дешевле. Расходы на мобильную связь зависят от интенсивности звонков на родину и в среднем составляют около 500 рублей [$16.35] в месяц.


Пользуются ли мигранты Интернетом


Освоение компьютера и Интернета нашими информантами, как и в случае с мобильной телефонией, отражает и общие тенденции развития этих технологий в России и Узбекистане, и связано с социальными характеристиками самих информантов.

Прежде всего, обращают на себя внимание возрастные различия. В старшем поколении информантов (после 40 лет) наибольшее количество тех, кто вообще никогда не пользовался компьютером (и соответственно Интернетом) – их шесть человек (из 14). В основном это мужчины с образованием не выше среднего, живущие в Узбекистане в сельской местности, работающие в России на неквалифицированной работе, с не очень хорошим знанием русского языка (у нас такие оказались в основном в Пскове). Но и среди них есть те, кто, прибегая к помощи, как правило, своих детей, общаются с родными в Узбекистане по скайпу:



О: Я интернет тоже не люблю. У меня сын любит [тоже живет в миграции], просто они молодые, поэтому. … Компьютер третий год уже.

В: Вы купили сыну или себе?

О: Сыну. Я сам не могу пользовать[ся], а сын хорошо умеет.

В: Ага. Так, и хорошо, но вы пользуетесь сами, он Вам помогает, вот Вам интересно, что происходит?

О: <...> Я все равно не умею, сыну отдал, короче вот, он молодой. … Он [со] своими по интернету вот так связ[ывается], все, разговаривает вот так, как будто близко вот так показывает.

В: По скайпу?

О: Да, да, да, как раз по скайпу.

В: И с кем вы разговариваете?

О: Своими родителям, с дедушками даже. ... Просто вот когда вот сыну говорю, да, вот, давай, включай <...>Сын вот сразу все <...> для меня и включает, вот папа, вот это так близко, вот так разговариваем, побудем вот…

В: А там [на родине] у кого компьютер?

О: Компьютер у меня второй братишка <...>и еще третий» (муж., 44 года, обр. среднее, торгует на рынке, Казань).

Именно дети (или младшее поколение15) обычно приобщают информантов этой возрастной группы к компьютеру и Интернету; компьютеры и приобретаются в первую очередь для детей:



Первый раз я узнал об Интернете, будучи в Москве, в 2006 году. Тогда на квартире у ребят был компьютер, и они работали, я наблюдал. Я тогда ещё не мог работать на компьютере. Потом дома меня научили дети. И сейчас я на компьютере плохо работаю, но в Интернете копаться умею. Ещё на компьютере игры играю. Мне это очень нравится. Этому тоже дети научили (муж., 44 года, обр. высшее, Самарканд).

О: Интернет, у меня дома компьютер есть.

В: А вот интересно, когда вы, давно начали пользоваться?

О: Да, уже 3-4 года …

В: И что, вот очень интересно, как вы используете интернет?

О: … Ну, дома зайду, например, вот, Татарстан какой-то новости, вот, например, спорт, <...> другой город какой, каждый день посмотрю.

В: А что вы смотрите, какие вот сайты?

О: Сайты я вот посмотрю, вот, как бы вам сказать… здесь одна дочка есть у меня, сейчас я вам скажу … Дочка помогает, она мне все покажет, я проверяю потом. … Она хорошо учится в школе (в 7-и классе), в русской школе учится, очень хорошо знает она, сто процентов.

В: И в чем она вам помогает в интернете?

О: <...>Например, я скажу Узбекистан, она зайдет Ташкент, посмотрит, какая погода, новости, потом Казань посмотрит, потом она свою учебу делает (муж., 47 лет, обр. средне-специальное, бизнесмен, в Казани 16 лет).

Активных пользователей Интернета среди этой, старшей, возрастной группы почти нет (об исключениях чуть ниже). Как правило, они ограничиваются просмотром информации по интересным для них темам (обычно это прогноз погоды, здоровье и спорт), могут смотреть фильмы (если живут в России), иногда играют в компьютерные игры, и лишь один информант сказал, что входит в социальную сеть «Одноклассники». Иногда (это встречается и в других возрастных группах) информантам кто-то из близких открывает почту или заводит страницу в социальных сетях, но они ими не пользуются или пользуются так редко, что забывают свой логин.



В: Что вы смотрите в Интернете?

О: Много чего, в принципе все, что захочу. Ну, например, я читаю про болезни. У меня грыжа позвоночника и я по Интернету все про это прочитал. Про футбол очень люблю читать. Вообще, Интернет   это очень удобно, не надо иметь книги, в интернете можно найти любую информацию.

В: У вас есть электронная почта?

О: Да, есть, на яндексе я имею почту.

В: С кем вы переписываетесь?

О: Ни с кем. Эту почту мне открыл мой старший сын, чтобы я мог с ним переписываться. Но мне некому писать.

В: Состоите ли вы в каких-либо социальных сетях?

О: Нет (муж., 44 года, обр. высшее, Самарканд);

О: Я узбекский хороший посмотрю, там музыку хорошую [послушаю], кино хорошее.

В: На узбекском?

О: Да. Русский тоже есть. Потом, знаете, что там? Сейчас интернет переводы хорошие есть, … вот фильм все переводят же сейчас … По интернету я спорт посмотрю. Вот, например, другой город сюда придет, бизнес смотреть, что, зачем они пришли, какое развитие у этого бизнеса будет? Вот это смотрю. Вот все (муж., 47 лет, обр. средне-специальное, бизнесмен, в Казани 16 лет).

В этой (старшей) возрастной группе нам встретились только два активных пользователя, оба информанта – в Петербурге. Один из них (пользователей) – «русская» женщина, которая еще в Узбекистане стала владелицей фирмы по ремонту компьютеров. Ее сотрудники и научили ее пользоваться компьютером и Интернетом и сейчас она активно использует Интернет как для работы, так и в личных целях, в том числе и для общения, однако в социальные сети не входит, считая, что они инициированы и контролируются спецслужбами (жен., 45 лет, обр. средне-специальное, СПб., получено гражданство РФ). Второй информант, напротив, преимущественно использует Интернет для широкого общения, поскольку работал несколько лет в Португалии, где и стал активным пользователем (муж., 42 года, два высших обр., СПб.).

Из 15 человек, отнесенных нами к средней возрастной группе (от 30 до 40 лет), только четверо информантов совсем не владеют компьютером и соответственно не пользуются Интернетом, из них две женщины. Еще четверо являются активными пользователями, остальные же или пользуются возможностями Интернета ограниченно или от случая к случаю, по мере необходимости, подчас прибегая к помощи друзей или родственников.

Но работать в Интернете я училась ещё в 2001 году, я ходила на курсы компьютерной грамотности в … институте …16, три месяца проучилась, и сертификат я не получила, он там остался. Ещё тогда мы с подругой переписывались с её родственниками из Москвы. Т.е. с 2001 года я пользовалась Интернетом. … У меня есть сайт в «Одноклассниках». Я открывала в Питере. Я как-то приехала к тёте и мы открыли. Открыть открыла, но не пользуюсь, логин не помню (жен., 30 лет, обр. средне-специальное, Самарканд).

Часто наши информанты именно в России осваивают Интернет или новые его возможности: чтобы связаться с домом или друзьями, начинают пользоваться скайпом, регистрируются в социальных сетях, но, вернувшись домой, редко прибегают к приобретенным навыкам. Так, например, информант из Самарканда (муж., 32 года, обр. среднее), находясь в России, научился при помощи своих соседей пользоваться Интернетом для связи с домом, затем купил компьютер детям. Теперь, когда он вернулся, компьютером и Интернетом пользуются дети, он же иногда выходит в мобильный Интернет, чтобы связаться с друзьями на сайте «Одноклассники». Электронной почты у него нет.

Следует отметить, что возможность связываться с домом по Интернету далеко не всегда стимулирует его использование, поскольку у родных в Узбекистане часто нет ни возможности, ни навыков работы на компьютере и в Интернете:

В: А твои родственники в Узбекистане, там, жена, не сидит «в контакте» [социальная сеть], например?

О: Да она в телефоне с трудом разбирается! Ей еще Интернет? (муж., 34 года, обр. высшее, Псков).

Поэтому, несмотря на то что общение по Интернету гораздо дешевле, более предпочтительным средством связи для большинства по-прежнему остается мобильный телефон. Интернет – скайп и Mail.ru агент (социальная сеть) – скорее для развлечения, порадовать изредка себя и близких:



В: А как вы общались с детьми?

О: По телефону или по скайпу.

В: У вас был компьютер?

О: Да.

В: А у ваших детей тоже был компьютер?

О: Нет, они ходили в Интернет-кафе.

В: Как часто вы общались?

О: По телефону каждый день или один раз в два дня по одной или две минуты. А по скайпу в месяц или в два месяца один раз (жен., 30 лет, обр. среднее, Самарканд).

Чаще всего пользователи Интернета в этой возрастной группе используют его для скачивания музыки, фотографий, просмотра прогноза погоды, новостей. Судя по их рассказам, новости они не ищут специально, а просто просматривают новостную ленту на одном из почтовых серверов:



В: Новости смотришь? А на каких сайтах?

О: Обычно-то этот… Отношения-то [во всех республиках]… Как его там… Проверяю, как там. Где да чего.

В: Ага, понятно. А какой это сайт ты смотришь?

О: Да обычно там новости. Вот так открыл интернет, там новости.

В: Ну страничка-то какая? Какой адрес в адресную строку ты пишешь?

В: Ну вообще-то я туда зайду, и там сразу новости.

О: Ну на яндексе, на гугле, узбекские сайты – что?

В: Нет-нет. Я просто зайду туда, посмотрю новости. Ничего не включаю. Просто новости включаю и все.

О: Ну я все равно не понимаю.

В: Ну я не замечаю как-то. Просто зайду туда. … Только вот эти новости. Погоду посмотреть (муж., 37 лет, обр. средне-специальное, Псков).

Взаимное непонимание интервьюера и информанта объясняется, на наш взгляд, просто. Интервьюер задает свои вопросы как «продвинутый» пользователь, информант же, который пользуется Интернетом на офисном компьютере, даже не подозревает о наличии какой-то адресной сроки. Он включает Интернет и попадает на ту страницу, которая является стартовой на данном компьютере, и перед ним открывается все, что ему нужно: погода, новости, музыка и т.п.

Среди четырех активных и грамотных пользователей Интернета в этой возрастной группе есть один «продвинутый», который говорит, что интернет для него – «это почти все после моей семьи, потому что Интернет   это дополнительная возможность заработать деньги, а их очень много, особенно в социальных сетях. Помочь кому-то с рекламой, помочь кому-то с вопросом, с ответом…» (муж., 31 год, обр. высшее, СПб, получено гражданство РФ). Он тратит ежедневно не меньше часа на «личные» интересы в Интернете, «чтобы узнать всю информацию в “фейсбуке”   что творится за границей, “в контакте”   что творится в России и ближнем зарубежье». Плюс к этому он активно использует Интернет и по работе, так что интернет «съедает в среднем минимум шесть часов в день … Иногда бывает по 12-14 часов в сутки Интернет, это когда рекламные кампании у нас проходят, нужно отслеживать все». И этот информант единственный, кто сказал о том, что и радио регулярно слушает именно в интернете: «…радио Вести FM, Эхо Москвы … За компьютером, только за компьютером, я включаю работу, параллельно она идет…».

Его карьера пользователя Интернета складывалась постепенно и обусловлена его жизненной стратегией: столичный житель, он, получил образование сначала на родине, потом в Германии. После возвращения работал в официальной европейской организации, а затем совершенно осознанно эмигрировал в Россию в 2003 году с тем, чтобы здесь обосноваться, что и ему удалось сделать очень успешно (он работает в иностранной гуманитарной организации). Свой первый компьютер он смог купить еще в Ташкенте, так что в Россию приехал уже будучи «компьютерно грамотным».

Из трех остальных активных пользователей двое – «русскоговорящие» (муж., 37 лет, обр. средне-специальное, Псков и муж., 32 года, обр. высшее, СПб.), третий со знанием русского языка «выше среднего» (муж., 33 года, обр. высшее, Самарканд); двое – с высшим образованием, третий – со средне-специальным, но занимается сейчас ремонтом мобильных телефонов. Оба «русскоговорящих» приехали в Россию довольно давно (в 2003 и в 2006 гг.) с намерением здесь интегрироваться и строить свою жизнь; один уже получил российское гражданство, второй – вид на жительство. У третьего информанта был опыт учебы в Германии. Все они активно используют Интернет и как средство общения, и как информационный ресурс, прежде всего для работы:

О: У меня любимые сайты это… я вот разные программы скачивал для работы… там есть одна программа для предприятия. Вот там я учился работать на таких программах. Там всякие книжки с Интернета скачивал и программы разные, антивирус обновлял постоянно. Там была сеть…

В: … информационные сайты просматривали?

О: У меня есть почта mail.ru, там есть и новости, вот там я просматривал, а вот определенного информационного я не знаю.

В: А вот через почту вы общались с кем-то?

О: Да, я с женой переписывался. Мы даже разговаривали через Интернет.

В: Через Skype?

О: Нет, через Mail.ru Agent, вот там тоже можно общаться через вебкамеру.

В: А вот вы зарегистрированы в каких-либо социальных сетях? Ну вот как «Одноклассники», например?

О: У меня вот есть аккаунт на Facebook, там я общаюсь в основном с друзьями из Германии. Я был в Германии на летнем курсе и вот туда приезжали студенты из разных стран и мы с ними вместе учились в одной группе. … С ними я общаюсь, только через Facebook (муж., 33 года, Самарканд).

Характерна история информанта из Петербурга (муж., 33 года, обр. высшее): какие-то минимальные навыки работы на компьютере он получил еще в Узбекистане, во время учебы в Академии МВД, а затем на службе в милиции, где ему приходилось заполнять на компьютере различные формы отчетности. Полноценное приобщение к компьютеру и знакомство с Интернетом произошло уже в России.

От среды, в которую попадают мигранты в России, во многом зависит их приобщение к современным технологиям и интернету в частности. Неслучайно в рассказах наших информантов часто звучит, что компьютер, которым они пользовались в России, был «у соседей», «у хозяина», «у родственника», и с их помощью они и научились пользоваться компьютером/Интернетом. Эта зависимость прослеживается и среди информантов более молодого поколения, до 30 лет, хотя большинство из них овладели Интернет-технологиями еще на родине. Таких у нас 18 человек и все они пользуются Интернетом. 13 из них можно отнести к активным пользователям, и только пятеро слабо владеют и/или редко пользуются Интернетом. Последние все без исключения – со средним (средне-специальным) образованием, с разной степенью владения русским языком – от отличного до ниже среднего.

Исключая самого младшего из этой группы «неактивных пользователей», 19-летнего юноши в Казани, все научились пользоваться Интернетом в России (немаловажно, что возраст троих из них приближается к верхней границе группы – им 28-29 лет). Но вот насколько практика использования Интернета, освоенная в миграции, войдет в их жизнь на родине, зависит во многом от условий их жизни там, прежде всего материальных. Возможно, это потребует затрат, несоизмеримых с необходимостью, как, например, и произошло с одним из информантов:



В: Чем вы занимались в выходные дни?

О: Ну, когда как. Иногда выходили на улицу, т.е. в город. А чаще сидели дома и работали в Интернете.

В: Вы можете работать в Интернете? У вас есть компьютер?

О: Нет, это был компьютер хозяина.

В: А где вы научились?

О: Там.

В: А через телефон [выходите] в Интернет?

О: Нет. Домой приехал, и все закончилось, теперь не работаю в Интернете.

В: Потому что нет возможности, а там были?

О: Да (муж., 28 лет, обр. средне-специальное, Самарканд).

Или же, как другой информант, они будут изредка пользоваться Интернетом в интернет-кафе:



О: Да, я совсем недавно узнал, что это такое. С прошлого года я знаком с Интернетом. … я имею почту в mail и открыл свою страничку в блоге «Мой мир». Я бываю в Интернете в свободное время, т.е. в выходные дни. Это один или два раз в месяц.

В: Как вы используете Интернет?

О: В основном почту использую, пишу письмо братьям. Могу пользоваться скайпом. Через скайп говорим с братьями. Когда мама сильно скучает по братьям, я её вожу в Интернет-кафе и по скайпу разговариваем с братьями, она увидит их лица.

В: Как часто это происходит?

О: Это один раз в два-три месяца (муж., 29 лет, обр. неполное ср., Самарканд).

Из 13 активных пользователей этой возрастной группы шестеро   студенты российских вузов и двое   уже получившие высшее образование (одна девушка в Узбекистане, и один молодой человек – в России). У остальных среднее или средне-специальное образование. Все, за исключением одного информанта, овладели компьютером и интернетом в Узбекистане. Подавляющее большинство – еще со школьных лет, причем у многих знакомство с компьютером, а затем и Интернетом происходило по распространенному в Узбекистане сценарию: они с детства играли в компьютерных клубах17: «С Интернетом я как бы познакомился в колледже, а с компьютером, когда я был маленький. У нас был там компьютерный игровой клуб, мы с ребятами там почти каждый день там играли, играли. А Интернет уже в колледже нас учили» (муж., 23 года, обр. ср.-спец., СПб).

Иногда эта практика выливается в серьезное увлечение компьютером и программированием. Так было, например, с информантом в СПб. (муж., 22 года, обр. среднее), который самостоятельно, с помощью более знающего товарища и информации из Интернета, стал сначала системным администратором, а потом, уже в Петербурге, начал ремонтировать ноутбуки и сотовые телефоны:

Ну там /на родине / был компьютерный клуб, в котором был один кореец, … как вам объяснить… мой друг, можно считать. Мы с ним начали, он более соображал, он учился, институт закончил по информатике. … он работал там администратором … Ну, ночами там даже не спали, там учились, что такое, ну, компьютер, ну, все равно, все-таки программа… … Когда информатика уже у нас была, у нас в школе не было компьютеров. Мы сами как-то соображали, на улице там научились.

Причем он был очень целеустремлен в своих интересах: приехав первый раз в Россию (Новосибирск) на заработки, он устроился работать именно в Интернет-кафе системным администратором, и позже, в Петербурге занимался только тем, что было ему интересно.

Один из наших информантов-студентов тоже начал с компьютерных игр:

О: У нас столько <…> было компьютерных клубов. Я вот посещал их, <...> почасовые там, столько-то платишь и играешь там или че делаешь. Ну так, со временем научился пользоваться. <...>

В: А с какого класса вы начали ходить?

О: Рано, по-моему, в пятом или четвертом классе.

В: А Вам деньги давали родители?

О: Давали, ну, давали на еду, конечно. <...> когда кушал, когда играл (муж., 22 года, студент, Казань).

Причем он настолько серьезно увлекся игрой, что в 16 лет летал на соревнования в Сан-Франциско. Однако перед поступлением в университет компьютерные игры отошли на задний план и сейчас они – лишь редкое развлечение в свободное от учебы время.

Лишь один информант приобщился к Интернету уже в России, хотя в Узбекистане он ходил на курсы, где обучали работе с бухгалтерскими и другими программами, но поскольку эти знания ему применить не пришлось, то они остались скорее теоретическими («особо ничем таким не обучали»). Его история освоения интернета схожа с историей уже упоминавшегося информанта из Петербурга. Он устроился на работу в ресторан, где среди его коллег были в основном местные молодые люди, которые «там пользовались постоянно Интернетом». С их помощью он и сам овладел Интернетом, став в конце концов активным пользователем (муж., 24 года, обр. среднее, СПб.).

Среди мигрантов, которые живут где-либо группой (в съемной квартире/комнате или в служебном помещении – общежитии или временном жилье) распространена практика покупать что-либо вскладчину для совместного пользования. Раньше таким предметом обычно был телевизор, но похоже, что наряду с ним, обязательным предметом домашнего пользования становится компьютер, и миграция ускоряет этот процесс изменения потребительких ориентаций в сфере информации. Одна характерная история зафиксирована в массиве наших интервью. Трое молодых людей уже несколько лет живут вместе в квартире, сдаваемой мигрантам. Двое из них только в России стали пользоваться Интернетом, а теперь, «уже где-то год» в коридоре их квартиры стоит приобретенный (отчасти) вскладчину компьютер:



Этот компьютер мы взяли у моей знакомой, у Оли. Она купила новый компьютер для дочки своей, ну и старый мы у нее взяли … Мы три человека этим пользуемся (муж, 24 года, обр. среднее, СПб.).

Как именно молодежь использует Интернет, зависит прежде всего от их образования и рода занятий. «Работа в Интернете»   поиск информации, скачивание программ, использование текстового редактора – это удел студентов (или уже получивших высшее образование) и тех, чья работа связана с новыми технологиями. Среди них же есть и те немногие, кто целенаправленно читает новостные сайты, в том числе и закрытые в Узбекистане. Остальные или вовсе не интересуются новостями в Интернете, или просматривают их, не различая сайтов: в новостных лентах почтовых серверов, или через поисковую строку.

Почти все информанты из этой возрастной группы входят в различные социальные сети и общаются в Интернете с друзьями и родственниками. Исключение составляет молодой человек из Пскова, который совсем недавно начал осваивать компьютер и Интернет, и, открыв при помощи знакомой аккаунт «в Контакте», смотрит там фильмы и играет. Несколько человек рассказали о достаточно распространенной среди молодежи практике, связанной с общением в Интернете: о знакомстве с девушками через интернет. Отношение к этой практике разное. Кто-то считает, что легче «чем общаться в лицо» (муж., 22 года, обр. средн., СПб.), а кто-то приходит к выводу, что «лучше, конечно, знакомиться вживую», <...> «потому что в Контакте, ну, в Интернете смотришь, вроде нормальный человек, а когда встречаешься, уже осознаешь то, что не подходит тебе. Лучше сразу вживую, чем потом… и ее как бы расстраивать, и себя» (муж., 22 года, студент, Казань).

Практически среди всех молодых информантов распространено использование развлекательных возможностей Интернета: скачивание музыки и фильмов, просмотр фильмов online, игры. Но вместе с тем многими осваивается и информационно-поисковые функции Интернета: через него находят нужную информацию, ищут работу (эта практика редко, но встречается и в средней возрастной группе).

Один из информантов рассказал о том, что наличие электронного адреса позволило ему участвовать в бонусных программах различных клубов: «…куда-нибудь если схожу и скажут если: оставляйте свою почту, там бывает, что в ресторанах всякие сайты, в клубах <...> ну, программы такие, если оставляешь свою почту, тебе на почту приходит сообщение и с этим сообщением в клуб <...> вход бесплатный будет…» (муж., 24 года, обр. средн., СПб).

Если говорить о гендерных различиях, то мы полагаем, что таковых – по крайней мере, существенных – не наблюдается. В этой возрастной группе у нас было три женщины: студентка казанского вуза (22 года), 23-х летняя девушка с высшим образованием, полученным в Узбекистане (СПб), и 29-летняя женщина со средне-специальным образованием (Самарканд). Только последняя относится к неактивным пользователям, тогда как более молодые и образованные активно и грамотно работают в Интернете. Различия можно усмотреть разве что в содержании информации, потребляемой в Интернете: опрошенные нами женщины практически не интересуются общественно-политическими проблемами и спортом.

Между тем на примере этих трех информанток видна общая для всех тенденция: обе девушки, являющиеся активными пользователями, - из обеспеченных семей (одна из них, правда, живет в России с 11 лет, но другая приехала в Россию не для того, чтобы зарабатывать на жизнь, ее отец - бизнесмен). Третья же, «неактивная», поехала в Россию в первый раз еще в 2005 году именно на заработки, в помощь матери, которая к тому времени уже несколько лет работала в России. Многие информанты говорят о том, что доступ к качественному Интернету в Узбекистане требует немало средств. Далеко не многие могут себе это позволить, поэтому молодежь (и не только она) в основном пользуется мобильным Интернетом. Другими словами, чем выше достаток в семье, тем доступнее современные технологии.

Таким образом, степень и характер вовлеченности мигрантов в Интернет-технологии зависит во многом от нескольких факторов:

- их возраста (чем моложе, тем активнее);

- образования - уровень образования влияет скорее на широту использования Интернета, нежели на активность, особенно у молодежи;

- материальных ресурсов, позволяющих обеспечить доступ к должному уровню Интернет-технологий, прежде всего на родине;

- характера занятости в миграции и среды, в которую попадает мигрант;

- степени знания русского языка (это фактор, который может ограничивать как общение с местными и, следовательно, степень их влияния на мигранта, так и саму возможность использования Интернета в России).

Виртуальные социальные сети


Самая распространенная социальная сеть Интернета среди граждан Узбекистана   «Одноклассники». Об этом говорят наши информанты и это подтверждают материалы исследования. По мнению нашего исследователя из Узбекистана, это объясняется тем, что на сайте можно писать по-узбекски. Мы не можем утверждать, что причина популярности сети именно в этом, ибо она не менее активно используется и теми нашими информантами и их друзьями, для которых узбекский язык не является родным. Более того, мы и на сайте «ВКонтакте» встречали и комментарии на личных страницах, написанные кириллицей на узбекском языке, и группы, которые ведутся на узбекском латиницей. Возможно, его популярность связана с тем, что этот сетевой ресурс расположен также на доменной зоне uz, и отчасти с тем, что он более прост в употреблении.

Из 45 наших информантов 27 пользуются сетевыми ресурсами. 19 из них зарегистрированы в «Одноклассниках», 13 – «ВКонтакте», восемь человек – в Фейсбуке и один – на сетевом ресурсе сервера Яндекс «В кругу друзей» (т.е. некоторые информанты входят в несколько сетей). У нас была возможность сравнить страницы отдельных наших информантов в «Одноклассниках» и в «ВКонтакте». На сайте «Одноклассники» друзей у них больше, иногда значительно, чем «ВКонтакте» (например, 133 и 120, в другом случае 111 и 43 соответственно). Отличается и «география» друзей: на «Одноклассниках»   это родственники и друзья в Узбекистане, «ВКонтакте» это преимущественно, те кто в России – как россияне, так и соотечественники. Причем в одном случае среди друзей «ВКонтакте» преобладают «русские» фамилии (информант работает среди русских), во втором – студенты различных петербургских вузов из Узбекистана (информант сам является студентом).

Фейсбук гораздо менее популярен (восемь человек). Однако установить, насколько активно он используется, нам не удалось. Очевидно, более других вовлечены в эту сеть те, кто работал или учился за границей, как, например, двое наших информантов – один в Самарканде (муж., 33 года, обр. высш.), другой в Петербурге (муж., 32 года, обр. высш.). У остальных же он, возможно, популярен примерно так же, как у одного информанта, зарегистрированного в трех сетях – «Одноклассники», «ВКонтакте» и «Фейсбук». Число его друзей в этих сетях составляет соответственно 111, 43 и 4(!), причем из этих четырех одна – его российская девушка, остальные – ее родственницы или подруги.

Поиск групп на сетевых ресурсах (в поисковой строке закладывалось слово «узбек») дал следующие результаты. На сайте «Одноклассники» 980 групп,18 объединяющих граждан и выходцев из Узбекистана. Из них самая крупная («Я люблю Узбекистан») насчитывает 29 662 участника. На сайте «ВКонтакте» таких групп 349 групп. Среди них 270 – в России, из них 113 – в Москве, 43 – в Петербурге, 6 в Казани (в Пскове – ни одной). 17 групп открыто в Узбекистане. Две самые крупные группы включают 2250 человек («УЗБЕКИ O'ZBEKLAR™» и 1339 («Я узбек(чка)», обе группы московские. Некоторое количество групп насчитывает по несколько сотен участников, но большинство – не более сотни, а часто и до десяти человек. Есть среди них группы, которые ведутся на узбекском языке. На Фейсбуке около 400 сообществ, самое крупное по численности «Uzbek TVNewYork» (1756 человек), но значительная часть насчитывает от одного (!) до десяти человек. Тематически здесь преобладают «диаспоральные» сообщества – «Узбеки в Канаде», … в Корее, … в Германии, …в Торонто, …в Чикаго и т.д.

Таким образом, мы видим, что и эти данные подтверждают наш рейтинг сетевых ресурсов среди граждан Узбекистана. Если говорить о содержании групп и сообществ, то прежде всего они созданы из чувства любви или ностальгии по Узбекистану (фотоальбомы в основном посвящены родным пенатам), нацелены на поиск соотечественников и друзей/подруг. На страницах групп (тех, которые открыты) можно увидеть предложения помощи в написании курсовых и диплома, реже   в трудоустройстве.

«ВКонтакте», а иногда и «Одноклассники»   сайты, про которые информанты узнавали и регистрировались в России, причем это касается и той молодежи, которая стала активно пользоваться Интернетом еще на родине:



В: Есть ли свои узбекские социальные сети?

О: Социальные сети у нас есть, <...> «Чайхана.уз». И еще «Дода.уз», ну и еще много чего, только-только же у нас в то время, с 98-го года же все развивалось, вот Интернет, социальные сети пооткрывались только-только. Поэтому я не так много их знал, обычно я сидел в российских порталах, <...> мейл.ру, яндекс.

В: Но эти порталы что? Там почта… А, в мейлру есть «Мой мир»… В яндексе тоже что-то есть… [«Мой круг»].

О: <...> В Узбекистане <...> «Мой мир» на втором месте уже считается, на первом месте «Одноклассники». <...> А «вконтакте», только когда я приехал, только здесь я узнал, даже представления не имел. Там почти никто не пользуется «контактом», этим доменом, вот только мейл.ру, агент и одноклассники (муж., 23 года, студент, СПб.).

Любопытно, что это единственное интервью, где прозвучали названия узбекских социальных сетей. Когда в другом интервью исследователь спросила о них информанта, то услышала в ответ, что они неинтересны, поскольку там существует много ограничений:



О: Когда поехал в Новосибирск первый раз, зарегистрировался уже «вконтакте», «одноклассники».

В: Это в Новосибирске уже?

О: Да. Потому что у нас <...> можно сказать, невозможно даже. Можно сказать, нету, сетей нету. <...>

В: Но там же есть какие-то форумы, я знаю, узбекские.

О: Ну форумы, конечно, сайты есть <...>

В: То есть на узбекские все эти форумы вы не выходили?

О: Нет. Мне не интересны узбекские сайты. Там очень ограничения, там все строго (муж., 22 года, обр. средн., СПб.).

Как видно из приведенных цитат, почти так же активно, как «Одноклассники», используются сети почтового сервера mail.ru   mail.ru Агент и «Мой мир». Mail.ru Агентом многие пользуются также для связи с домом, поскольку он дает возможность, как и скайп, видеообщения. Надо заметить, что исследователи не сразу поняли, о чем идет речь, когда информанты в ответ на вопрос о социальных сетях называли mail.ru, поскольку в России это все-таки прежде всего почтовый сервер и его сетевые службы гораздо менее популярны, чем «Одноклассники» и тем более «ВКонтакте». Среди наших информантов 14 человек (как минимум) включены в эти сети.

Наши информанты используют социальные сети в Интернете прежде всего для общения и обмена информацией. Так, студенты входят в группы «ВКонтакте», объединяющие сокурсников и созданные им в помощь, работающие в сфере услуг помещают рекламную информацию на своих страницах (например, о ремонте сотовых телефонов) и т.д. Социальные сети, в отличие от привычного и по-прежнему для многих более удобного телефона, дают возможность вывешивать и смотреть фотографии. Таким образом можно делиться информацией и новостями, почти не прибегая к электронной почте (которая многим дается не просто). Недаром некоторые наши информанты, вернувшись на родину, пользуются для связи с друзьями в той же России не электронной почтой, а именно «Одноклассниками», выходя в Интернет с мобильного телефона, как, например, информант из Самарканда (муж., 32 года, обр. ср.).

Иногда «ВКонтакте» используется преимущественно для просмотра фильмов и клипов. Нам приходилось видеть не одну страницу выходцев из Узбекистана «ВКонтакте», на которых активность пользователя минимальна, друзей – иногда меньше десятка, но при этом за три сотни видео.

Хотя пока еще не приходится говорить, что виртуальные социальные сети в Интернете становятся для наших информантов столь же значимыми, как и «телефонные» сети, однако очевидно, что они охватывают все большее количество людей и прежде всего молодежь. Но самое основное, что мы можем констатировать: социальные сети, общение в Интернете открывает перед молодыми людьми в Узбекистане широкий, «другой» мир, независимо от того, чем они там занимаются: знакомятся с девушками, общаются с родственниками за границей или находят новых друзей. Из интервью:

В: С кем вы общались в сетях?

О: В сетях с кем общался? Ну, там с братом обычно, когда он заграницей был. Там познакомился с некоторыми людьми, обычно те люди, которые живут в Америке или в Англии, я хотел узнавать, как они там живут, хотел себе представить, как они, в общем… Обычно на гугле <...> всякие программы [языкового перевода], в Лингву – переводили их сообщения, я тоже переводил, на русском еле-еле, на узбекском написал, переводил и отправлял ему сообщение – вот так и общались. Ну, чтоб мир узнавать, мне обычно Интернет очень помогал /хм/. С внешним миром. У нас СМИ не очень хорошо работают, вы уже давно в курсе, наверно» (муж., 23 года, студент, СПб.);

«В: Я так поняла, что вы уже в Узбекистане были включены вот в эти социальные сети?

О: Конечно.

В: В какие именно, будучи в Узбекистане?

О: В первую очередь мэйл, конечно. <...> Сначала, можно сказать, ну, интересно стало, типа возраст такой 16-17 лет, уже как-то общаться с девчонками, может быть, там общение Агент, майл Агент, как-то для меня уже начало… можно сказать… Ну, другой мир, можно сказать. И начал там всякие социальные сети, там уже /нрзб/ общение, там уже интересно становится уже, другие сайты, конечно… (муж., 22 года, обр. средн., СПб.).

В России социальные сети охватывают все большее и большее количество людей и принимают на себя функции рекламы, организации, мобилизации и пр. как в масштабах небольших групп и сред, так и в масштабах всей страны. Это подтверждают, например, события декабря 2011 и марта 2012, когда массовые протестные акции были организованы преимущественно с помощью социальных сетей. Наш «продвинутый» информант считает, что

социальные сети сейчас, я думаю, <…> по пиару они выйдут на первое место, то есть если нужно что-то продвинуть, будут люди делать только в социальных сетях. Мое мнение: на данный момент социальные сети это единственное место, где можно сделать рекламу бесплатно, и которая охватит ваших прямых потенциальных клиентов, не обязательно клиентов, <...> т.е. там ты можешь как искать работу, так и предложить работу, как предлагать курсы иностранного, например, либо учебу, так и найти это. И так как социальные сети можно фильтровать, по годам, по возрасту, по интересам, т.е. в течение минуты вы отберете себе с помощью такой исковой системы по вашему возрасту, по вашим интересам то, что вам нужно. <...> Почему вот упали цены на продвижение сайтов либо на изготовление сайтов? Если еще два-три года назад сайт стоил простой, я не говорю хороший, да, за полтора миллиона, простой средний сайт стоил сто тысяч рублей, сейчас вам его предложат за пять тысяч рублей, потому что люди уходят в социальные сети (муж., 32 года, обр. высш., гражданство РФ более пяти лет).

И хотя Узбекистан в развитии новых информационных технологий, особенно в плане использования социальных сетей в интернете, отстает от России, можно предположить, что тенденция развития социальных сетей, о которой говорит наш информант, характерна и для Узбекистана.



  1   2   3   4

  • Введение
  • Миграция из Узбекистана в Россию: социально-политический контекст
  • Сравнение информационных рынков Узбекистана и России
  • Что значит мобильная связь для мигрантов
  • Пользуются ли мигранты Интернетом
  • Виртуальные социальные сети