Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Ахнаф харисов




страница21/35
Дата12.01.2017
Размер6.76 Mb.
ТипСборник
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   35

Литература и источники

1. Гарипов Т.М. Кыпчакские языки Урало-Поволжья: Опыт синхронической и диахронической характеристики. М.: Наука, 1979.

2. Мудрак О.А. Развитие пратюркской системы фонем. [Электронный ресурс] http://altaica.ru/texts/prototurk.ru.

3. Мудрак О.А. Развитие сочетаний с в праалтайском языке. [Электронный ресурс] http://starling.rinet.ru/Texts/Altaic_l.pdf.

4. Сравнительно-историческая грамматика тюркских языков. Фонетика / отв. ред. Э.Р. Тенишев. М.: Наука, 1984.

5. Сравнительно-историческая грамматика тюркских языков. Пратюркский язык-основа. Картина мира пратюркского этноса по данным языка / отв. ред. Э.Р. Тенишев, А.В.Дыбо. М.: Наука, 2006.

6. Michelena L. Fonetica historica vasca. – San Sebastian: Diputación Foral de Gipuzkoa, 1990.

7. Проект «Вавилонская башня» (этимологические базы данных, СУБД «STARLING») [Электронный ресурс] http://starling.rinet.ru/cgi-bin/response.

8. Trask R.L. Etymological Dictionary of Basque R. L. Trask edited for web publication by Max W. Wheeler University of Sussex 2008. [Электронный ресурс] http://www.sussex.ac.uk/ linguistics/1-4-1-2.html.

Р.А. Сулейманова

ИИЯЛ УНЦ РАН, Уфа



БАШКИРСКИЙ ЖЕНСКИЙ ИМЕННИК В XIX ВЕКЕ

(на основе сборника документов «Формулярные списки о службе чиновников

Башкирско-мещерякского войска за 1836 – 1842 годы»)

Объектом нашего исследования являются женские башкирские имена, зафиксированные в первой части сборника документов «Формулярные списки о службе чиновников Башкирско-мещерякского войска за 1836-1842 годы» [1], вышедшего в 2012 г. под редакцией Ф.Г. Хисамитдиновой и А.Я. Ильясовой, в котором опубликованы документы второй четверти XIX в., в первую очередь, формулярные списки чиновников Башкирско-мещерякского войска. Формулярные (послужные) списки – это форма систематического и регулярного учета российского военного и гражданского чиновничества, существовавшая с середины XVIII в. до 1917 г. [1, с.5].

Перед нами поставлено несколько задач. Во-первых, на основе фактического материала уточнить и упорядочить написание некоторых башкирских женских имен в русской транскрипции. Во-вторых, проследить и проанализировать женские антропонимы, которые не включены в именник башкир. В-третьих, провести анализ сложных по составу имен, которые состоят из двух и более компонентов, использовавшихся в XIX веке.

В предисловии данного сборника документов говорится, что имена собственные, за редким исключением, даны в соответствии с первоисточником [1, с.5]. В связи с этим некоторые антропонимы нуждаются в дополнительных пояснениях, так как внешняя форма имени искажалась при русском звучании. Это наблюдается, в основном, в сложных (двухсоставных) именах арабского и персидского происхождения. Фактические материалы показывают, что многие варианты башкирских женских имен образованы путем чередования звуков:



з~я: БадризималБадриямал;

у: ГафифунисаГафифаниса, Хабибунавал – Хабибанавал, Хабибунавила – Хабибанавила;

д~т: Дуйшан – Туйшан от слова туй 'свадьба', 'родившаяся во время свадьбы, праздника'; образована фамилия Туйшанов;

з~с: ДильнафизаДильнафиса;

а, и~о: ЛатфикамалЛотфикамал. Встречается также фонетический вариант этого имени Литфикамал;

з~д: МарзанбикаМарданбика;

п~б-ф: СапураСабура – Сафура, Батима – Фатима.

Это явление можно объяснить тем, что древнетюркскому, а также башкирскому языку фонема [ф] несвойственна, поэтому в заимствованных антропонимах эти звуки заменяются на п и б.



у~о~ы: Сурур – Сорур – Сырур.

Анализируя подобные женские имена, следует отметить, что в башкирском языке употребляется много имен арабского происхождения, в которых сохранились арабские прообразы.



в~б: СарвивафаСарбивафа (обычно имя Вафа употребляется как мужское); СахибзавираСахибзабира;

о~у: Тойбика.

Вероятно, искаженный вариант слова туй 'свадьба' + бика 'девочка'; 'родившаяся во время свадьбы, праздника'; Токбика (Тоҡбикә) - искаженный вариант слова туҡ 'сытая; наполненная' + бикә 'девочка';



у~и: ХуснунавилаХуснинаиля; Хуснуруй – Хуснурий, ШамсуруйШамсурий.

Подводя итоги по данному вопросу, можно утверждать, что появление фонетических вариантов личных имен связано с заимствованием в разные исторические периоды арабских и персидских антропонимов, которые в некоторых случаях не полностью соответствуют орфографическим и орфоэпическим нормам башкирского языка. Также на сложившуюся в XIX в. ситуацию повлиял низкий уровень грамотности при оформлении документов.

Вместе с тем, благодаря данному исследованию, нами обнаружены и такие женские имена, которые до сегодняшнего дня не были зафиксированы в башкирском женском именнике и могли бы войти в активный состав женских антропонимов, т.к. весьма благозвучны и имеют красивое содержание. Например: Албика (первый ребенок в семье); Анифа (усеченная форма имени Ханифа 'справедливая, правдивая'); Гуль (Гөл) (78) [перс.] «цветок». В современном башкирском антропонимиконе имя Гуль (Гөл) употребляется как антрополексема. Например, в «Башкирско-русском словаре-справочнике личных имен и фамилий» зафиксированы 101 женских имен с компонентом гуль [3, с. 302 – 308]; Нурбану (нур 'сияние, блеск' + баныу 'госпожа, дама'); Рауханиса (раух (а) 'милосердие' + ниса 'девочка'); Суймакай (любимая, дорогая). Тан (утро, заря; родившаяся на рассвете) употребляется, в основном, как имяобразующий компонент. Например, в «Башкирско-русский словарь-справочник личных имен и фамилий» включены следующие женские имена: Танбика, Тангуль, Танзифа, Тансулпан, Тансылыу [3, с. 346].

В XIX веке формируется новая традиция именования, заключающаяся в использовании сложных по составу имен двумя и более компонентами. Об этом свидетельствуют и наши материалы. Например, Бадигулкамал, Бибимагида, Бадрисурура, Бибисурур, Замалиннур, Зулхамида, Кунбагида, Магибадира, Сахибустан, Фахрибанат, Фахринавал и др.

В конце XX века о сложных по составу именах высказал свое мнение Маржани: “... употребление нескольких самостоятельных имен... в качестве одного имени не только неправильно, но и бессмысленно. Такое имянаречение приводит к исчезновению благозвучности, правильной структуры, в результате имя становится пустым словом” [2, с. 172].

В какой-то мере мы согласны с мнением Маржани, т.к. анализ женских имен показал, что имясложение происходило не совсем осознанно, а имяобразующие компоненты гайни, зада, шариф, хатим, ян указывают на мужской род. В данном случае нами зафиксированы женские имена Асылжан, Бибихатим, Гайнизифа, Гулшариф, Куншукор, Кушбанда, Махтумзад, Шагимадина, Шарифъямал, Шарифжемал и др.

Такой способ имянаречения для башкир усложнило практическую сторону функционирования антропонимов. Башкиры продолжали употреблять сложные имена в более короткой форме, например, в наших материалах встречались такие имена, как: Газзаниса, Гайнул, ГизунисаГизелниса, Хубиса, Шагризада, Шарбану, Шагриниса. Имянаречение в усеченной форме наблюдалось у башкир с незапамятных времен и данное явление было для тюрко-башкирского народа характерным.

В башкирском языке, как и во всех тюркских языках, отсутствует грамматический род. Поэтому нет формальной дифференциации личных имен на мужские и женские. Следствием неразличения мужских и женских имен является то, что, например, в наших материалах имена Булякай, Дамин, Каныш, Рахат, Хуррама встречаются как женское имя.

Нами зафиксировано трехсоставное имя Гульназивасифа (гуль + назифа + сифа (зифа)).

Также нами зафиксированы такие имена, которые очень трудно расшифровать, а некоторые даже невозможно, так как непонятно первоначальное значение слов, от которых они произошли. Например, Гамания, Гулбихор, Даурдана, Динаваз, Духтирхаят, Калзай, Каназа, Кламазан, Корзы, Шархолавред.

Таким образом, в данной статье нами рассмотрены и проанализированы некоторые женские имена, которые до настоящего времени не были зафиксированы в женском именнике. На основе фактического материала доказано, что в XIX веке непродолжительное время существовала традиция имянаречения, которая заключалась в использовании сложных по составу имен из двух и более компонентов.
Литература

1. Документы и материалы по истории башкирского народа (1836 – 1842): Формулярные списки о службе чиновников Башкирско-мещерякского войска за 1836 – 1842 годы: В 2 кн. / Сост.: А. Я. Ильясова, З. Г. Гатиятуллин. Уфа, 2012. Кн.1:1 –5, 8–11 башкирские кантоны.

2. Мәржәни Ш. Мөстәфадел-әбар фи әхвали Казан вә Болгар. Казан, 1989.

3. Сулейманова Р.А. Башкирско-русский словарь-справочник личных имен и фамилий. Уфа, 2013. 364 с.

4. Сулейманова Р.А. Антропонимы современного башкирского языка и тенденции их развития. Уфа, 2006. 148 с.
М.Ғ.Усманова, М.Ф.Төлкөбаева

М.Аҡмулла ис. БашДПУ, Өфө



ӘБЙӘЛИЛ РАЙОНЫ ХАЛҠЫ ТЕЛЕНЕҢ МОРФОЛОГИК ҮҘЕНСӘЛЕКТӘРЕ

Статья выполнена при финансовой поддержке гранта РГНФ РБ: “Урал, история, культура” в рамках научно-исследовательского проекта “Идеографический толковый башкирско-русско-латинский словарь народных названий растений в башкирском языке. Синонимы”. Номер проекта 14-14-02014

Ғалимдар билдәләүенсә, Әбйәлил районы халҡының теле көнсығыш диалекттың ҡыҙыл һөйләшенә ҡарай һәм бында элек бөрйән, күбәләк, тамъян, ҡарағай ҡыпсаҡ ырыу һәм ҡәбиләләренең быуыны йәшәй (1, 167-се б.; 2, 251-се б.; 3, 60-сы б.).

Әйтергә кәрәк, ҡыҙыл һөйләше, шул иҫәптән, уға ҡараған Әбйәлил районы халҡының теле, бик үҙенсәлекле һәм бик бай. Бында лексик-семантик төркөмдәргә ҡараған бик боронғо һүҙҙәр һәм морфологик формалар һаҡланған. Был мәҡәләлә беҙ Әбйәлил районы халҡы теленең морфологик үҙенсәлектәренең ҡайһы берҙәрен ҡарап китмәксебеҙ.

Һөйләштең төп үҙенсәлектәренең береһе — туғанлыҡ терминдарын әйтеп өндәшеү һәм шул терминдарҙағы -ай/-әй аффикстарының үҙенсәлекле ҡулланынылыуы. Был яҡтарҙа туғанлыҡты белдергән һүҙҙәр менән өндәшеү хөрмәт итеүҙең бер билдәһе. Өндәшкән кеше үҙенең мөрәжәғәт иткән кешеһенең уға ҡарата ҡайһылай туған икәнен күрһәткән терминды әйтеп өндәшә. Бына ошонда һөйләш үҙенсәлеге сағыла ла инде, йәғни термин аҙағында килгән әҙәби тел формаһы — -ай/-әй бөтөмө тарая һәм -ый, -ей -гә күсә. Мәҫәлән, атый — атай, әсей — әсәй, олатый — олатай, өләсей — өләсәй, апый — апай, ағый — ағай. Ә уҡытыусыға өндәшкәндә апай формаһы һаҡлана. Әйтергә кәрәк, -ай һәм -әй бөтөмдәрендәге һуҙынҡыларҙың тарайыуы тик ҡара-ҡаршы һөйләшкәндә генә күҙәтелә: Апый, мине лә алыпар. Әңгәмәлә ҡатнашмаған кеше тураһында һүҙ барғанда, шулай уҡ термин алдынан кешеңдең исеме килһә, -ай/-әй бөтөмө тараймай: Апайым магазинға китте. Сәлимә апай, концертҡа бергә барайыҡ әле һ.б.

Һөйләшсәлә бер үк һүҙҙә эйәлек һәм хәбәрлек зат ялғауҙарының килеүен күрергә була. Миҫал: Һеңдемһең әле һин миңә! Туғанымһың әле һин.

Туғандарҙың кемеһелер тураһында һорашҡанда ҡайһы бер туғанлыҡ терминдарындағы эйәлек аффикстарының ҡыҫҡарыуы бар. Мәҫәлән: Атаң ҡайҙа? — әҙ. Атайың ҡайҙа? Әсәң өйҙәме? — әҙ. Әсәйең өйҙәме?

Әҙәби телгә ҡарағанда был һөйләшсәлә парлы һүҙҙәр йышы­раҡ осрай: кәртә-ҡура, көс-хәл, туған-тумаса, зат-бот; ағас-таш, өҫ-баш, эс-бауыр, баш-тояҡ, эре-торо, тана-торпо, ҡый-ғыпыр, ҡый-ғыламта һ.б. Парлы һүҙҙең икенсеһе беренсеһенә оҡшатып яһалған осраҡтары ла байтаҡ. Мәҫәлән, һыйыр-мыйыр, һый-мый, тап-топ һ. б.

Парлы һүҙҙәрҙең икенсеһе күп ваҡыт -фәлән, -маҙар, -ғәләмәт кеүек ярҙамсы һүҙҙәренән килә: Яңғыҙ үҙеңә бүре-маҙар осрамаһын.

-ҡай/-кәй ялғаулы һүҙ алдынан килгән бер һүҙе менән төҙөлгән конструкция билдәһеҙлекте белдерелә: Бер малаҡай кигән. Бер гешекәй күренде.

-ҡай ялғауы төрлө модель төшөнсәләрҙә (кәмһетеү, шаяртыу һ.б.) ҡулланыла ала. Мәҫәлән: Ҡыҙыҡай сүптектәге ҡыйҙыҡай; малаҡай, малаҡай, башы уның ҡалаҡтай (үсекләү һүҙҙәре).

Һүҙҙең аҙағындағы ҡ, к тартынҡылары төшөп ҡалыуы шулай уҡ үҙенсәлектәрҙең береһе: Ирәндек-әй тауы, йөрәк-әйем минең.

-ҡай ялғауы алдынан ҡәрҙәшлек терминдарының аҙағындлағы й ялғауы төшөп ҡала: атай атаҡай, әсәй әсәкәй.

-сай/-сәй ялғауы иркәләү төшөнсәһендә малдың төҫөн белдергән сифаттарға ҡушыла. Миҫалдар: турысай, ерәнсәй.

-саҡ -сәк, -сыҡ (-соҡ, -сөк) ялғауы күберәк һүҙ яһай торған ялғау булып ҡулланыла. Миҫалдар: ҡолонсаҡ, туғысәк, ыңғырсаҡ, кимерсәк, аласыҡ, төпсөк һ.б.

-лыҡты (-тыҡты, -дыҡты, -ҙыҡты) ялғауы исемдән ыңғай төшөнсәле сифат яһай: булдыҡты булдыҡлы, эштекте — эшһөйәр, кешелекте — кеше күңелле. Был форманың антонимы — лыҡһыҙ (диалект варианттары менән): эштекһеҙ, булдыҡһыыҙ, туҡтыҡты. Тик был форма кире мәғәнәле сифат яһауҙа киң ҡулланылмай.

Сифат яһай торған ялғауҙарға –ҙы(-ҙе, -ҙо, -ҙө варианттары менән) ҡарай: һөттө сәй — әҙ. т. һөтлө сәй, тыңдауҙы малай — әҙ. т. тыңлаулы малай, килеште күлдәк — әҙ. т. килешле күлдәк,

Әбйәлил халҡы телендә үтә кесерәйтеүҙе белдергән -дис ялғауы бар: энә күҙәүендис кенә — энә күҙәүендәй генә, ошондис ҡына – ошондай ғына, мынауындис ҡына — бынауындай ғына һ.б.

Сама һандарының үҙҙәренә хас -лаған (-таған, -даған, -ҙаған) ялғауҙары бар: ундаған һарыҡ, утыҙҙаған кәзә. Һөйләшсәлә сама төшөнсәһе бер үк ваҡытта бер нисә ялғау һәм һүҙ менән дә сағылдырыла: бер алтмыштары самаһы булыр һ.б.

Берлектәге зат алмаштарының һәм күрһәтеү алмаштарының төбәү килештә — -ныға (-негә) формаһы менән килеүе ҡыҙыҡлы күренеш: минегә, һинегө, аныға, мыныға, ошоноға, тегенегә — әҙ. т. миңә, һиңә, уға, быға, ошоға, тегегә.

-а (-ә), -й ялғауҙарына бөткән ҡылымдар төп эш-хәрәкәттең үтәлеү маҡсатын һәм сиген белдереп килә. Миҫалдар: Әсәйем бесән саба гитте, апай-инәйҙәр һарыҡ ҡырҡа гитте.

Һөйләш ҡушма ҡылымдарҙың төрлө формалары булыуы менән дә үҙенсәлекле. Мәҫәлән, китеп бара, китеп ултыра, килә ята, ултырып тора, бара ята, китергә йөрөй һ.б. Был формалар хәҙерге заманды белдерә.



Ала бәйләүесе сығанаҡ килештәге исемдәр менән килеп, сик­те белдерә: ҡуңысынан ала ҡарға батҡан. Һөйләшсәлә тағы ла, урай, тарта, етә, ише бәйләүестәре бар. Миҫалдар: Бейеш тауына Сусаҡ тауы урай барып була. — әҙ. Бейеш тауына Сусаҡ тауы аша урап барып була.

Шулай итеп, диалект һәм һөйләш һүҙҙәрен йыйыу һәм өйрәнеүҙең бик ҙур әһәмиәте бар. Сөнки уларҙың составында әле телдә ҡулланылмаған һүҙҙәрҙең, ялғауҙарҙың булыуы мөмкин. Мәҫәлән, зат-бот тигән парлы һүҙҙәге “бот” һүҙе боронғо төрки телендәге “бод”ҡа барып тоташа һәм ул ырыу, ил халҡы тигәнде аңлата. Тимәк, һөйләш материалдарын артабан йыйыу һәм өйрәнеү көнүҙәк мәсьәләләрҙең береһе булып ҡала килә.


Әҙәбиәт

1. Ишбулатов Н.Х. Башҡорт теле һәм уның диалекттары. Өфө; Китап, 2000.

2. Максютова Н.Х. Восточный диалект башкирского языка. М.: Изд-во “Наука”, 1976.

3. Рәшит Шәкүр. Башҡорт диалектологияһы. Өфө: З.Биишева исемендәге “Китап” нәшриәте, 2012.


К.В. Яданова

НИИ алтаистики им. С.С. Суразакова, г. Горно-Алтайск



СЕМАНТИКА ЛЕКСЕМЫ АЛЧА (АЛЧА-) В ОБРЯДОВЫХ ТЕКСТАХ

В ЗАПИСИ А.В.АНОХИНА

Лексема алча (алча-) в алтайском языке имеет несколько значений: I 1. нареч. навзничь; 2. открыто; 3. падение ритуальной чашки при гадании благоприятной стороной – вниз дном, навзничь (антоним – кӧҥкӧрӧ – «вверх дном», падение чашки неблагоприятной стороной). II гл. алча- (алчай-) 1. раскинуть, раскидывать; 2. раздвинуть, расставить широко (ноги); 3. падать навзничь, вниз дном (о ритуальной чашке).

В «Словаре алтайского и аладагского наречий тюркского языка», составленного В.И. Вербицким, указывается и другое значение слова алча: в верхне-кондомском наречии – «невеста»; алчай- в кумандинском диалекте – «цвести» [5, с. 21].

В обрядовых текстах алтайских шаманов, записанных А.В. Анохиным в 1910-1912 гг. в Горном Алтае, в бассейне нижнего течения р. Катунь, и опубликованных в 1924 г. в его научном труде «Материалы по шаманству у алтайцев» [1], лексема алча употребляется в сочетании со словами: айак (айагым) алча тӱшсӱн – «пусть чашка (моя чашка) упадет навзничь» – 3 раза; (агаш айак) ак алчаза – «(деревянная чашка) если правильной [стороной] упадет навзничь (вниз дном)» – 1 раз; (чӧӧчӧй айак) чек алчаза – «(чашка для угощения – чӧӧчӧй) если ровно [безошибочно] упадет» – 1 раз.

В этих поэтических текстах речь идет о ритуальной чашке, с помощью которого шаман устраивал обряд выбора жертвенного животного, угодного духам и божествам: перед жертвоприношением приводили животное, предназначенное для жертвы; кам со словами благопожелания – алкыш бросал деревянную пиалу. Если чашка падала навзничь, вниз дном, то считалось, что животное угодно духам или божеству, которому предназначалась жертва. Если чашка падала вверх дном, то предполагалось, что животное не угодно в жертву духам (божеству) и отпускалась. Это было своего рода гадание по ритуальной чашке.

Албаты эзен, јакшы јадатан ползо, Если народ будет жить в здравии, хорошо,

Пу айак алча тӱшсӱн, То пусть эта чашка упадет навзничь,

Ак јӱкели шиделзин, Белый жертвенный шест – јӱкели

пусть упирает,

Алтын чолбу теҥдеп бер! Кусочки жертвенного мяса –

золотое чолбу – уравняй!

Пу мал јарабас ползо, Если этот скот [для жертвы] не годится,

Кӧмкӧрӧ тӱшсӱн. То пусть [чашка] упадет вверх дном

‹…› [1, с. 93].

Мистерия Алтаю Чапты-Хану

Айгыр јалду каан Чапты-Каан! Имеющий гриву жеребца, каан

Чапты-Каан!

Оҥ кулакка угар ползо, Если правым ухом услышит,

Оҥ кӧзӱҥе кӧрӧр ползо, Если правым своим глазом увидит,

Пу малыҥнаҥ акка пӱткен [То] из этого твоего скота [одно]

животное, созданное для жертвы,

Малымды айгыр јалду Имеющему гриву жеребца

Чапты-Каан теп перип јадым. Чапты-Каану называя, отдаю.

Пу малымды айгыр јалду Если этот мой скот имеющий

гриву жеребца

Чапты-Каан алар ползо, Чапты-Каан примет,

Пу айагым алча тӱшсӱн! То эта моя пиала пусть упадет навзничь!

Муны албас, керек јок ползо, Если эту [жертву] не примет, если

[она] не угодна [ему],

Кӧмкӧрӧ тӱшсӱн. То пусть [чашка] упадет вверх дном.

‹…› [1, с. 91-92].

Деревянная ритуальная чашка, с помощью которого проводили обряд выбора животного, предназначенного для жертвы, называлась алчаяк (алча-айак) [3, с. 17]. В слове алчаяк произошло слияние двух лексем: алча (алча-) (1. нареч. «навзничь»; 2. гл. «падать, упасть навзничь») + айаксущ. «пиала, чашка». Таким образом, алчаяк – букв. «пиала, падающая навзничь». Лексема алчаяк (алча-айак) встречается в обрядовом тексте, записанном А.В. Анохиным от шамана Мампыя в местности Апшыйакту:

Jе, бу амадаган барылгазы, Вот это желаемая [его] жертва – барылга,

Теҥерее јараган болзо, Если небу – теҥере оказалась угодной,

Пажы эзен бе? Голова [будет ли] в здравии?

Пала амыр ба? Дитя [будет ли жить] в благополучии?

Амыр-энчӱ, Кудай jакшы Если [будет всё] в мире-согласии, [если]

кӧргӧн болзо, Богу – Кудаю приглянулась [жертва],

Пу алча-айак jакшы тӱшсӱн! То эта чашка – алча-айак пусть упадёт

благоприятной [стороной]!

Пу табышпаган, кӧрбӧгӧн болзо, Если эта [жертва] не принята, не угодна,

Кӧмкӧрӧ тӱшсӱн! То пусть [чашка] упадёт вверх дном!

[1, с. 106].

Сочетания ак алчаза и чек алчаза в шаманских обрядовых текстах в записи А.В. Анохина употреблены один раз в тексте благопожелания, записанного от шамана Полштопа, «32 лет, I-ой алтайской дючины, рода маймалар-кижи, кости (сӧӧк) очы», который жил на речке Арӓмӧс, на правом берегу реки Катунь [1, с. 65]. Ак алчаза (ак – букв. прил. «белый», алча-гл. «падать навзничь»), в шаманской лексике выступает со значением: падать правильной, благоприятной стороной (угодно божествам и духам) вниз дном, навзничь (о жертвенной чашке). В этом контексте лексема ак (букв. «белый») имеет значение: (о падении ритуальной чашки) правильной, благоприятной стороной, угодно духам и божествам. В обрядовом тексте сочетание агаш айак ак алчаза («если деревянная чашка упадет правильной [стороной] вниз дном») рифмуется с сочетанием чӧӧчӧй айак чек алчаза («если пиала (чашка) для угощения упадет ровно / безошибочно», т.е. вниз дном) и по смыслу являются синонимичными. Кам произносил благопожелание во время бросания ритуальной чашки:



Агаш айак албатыныҥ Деревянная чашка народа

Ак алчаза – Айас-Каан[н]ыҥ, Если правильной [стороной] упадет

навзничь (вниз дном) – [то угодно] Айас-Хану,



Чӧ[ӧ]чӧй айак албатыныҥ, Пиала для угощения – чӧ[ӧ]чӧй народа,

Чек алчаза – Кӱҥӱртчиниҥ. Если ровно [безошибочно] упадет –

[то угодно] Громовержцу – Кӱҥӱртчи.

Оп Куруй! Оп Куруй!

[1, с. 78].

А.В. Анохин перевел текст благопожелания несколько иначе:

Агаш айак албатыныҥ Деревянная чашка данников

Ак алчаза – Айас-Каан[н]ыҥ, Если упадет правой (к низу дном)

– Айас-Хана,

Чӧ[ӧ]чӧй айак албатыныҥ, Стеклянная чашка данников,

Чек алчаза – Кӱҥӱртчиниҥ. Если упадет безошибочно,

то будет принадлежать Кӱҥӱртчи.

Оп Куруй! Оп Куруй!

[1, с. 78].

Исследователь слово албаты, встречающееся в обрядовых текстах не раз, перевел как «данники». В современном алтайском языке лексема албаты выступает в значении «народ». Очевидно, А.В. Анохин предполагал, что слово албаты образовано от албан – «подать». Возможно, лексема албаты раньше, в какое-то историческое время, и содержала в себе такую смысловую нагрузку, но в настоящее время это значение в слове не сохранилось.

При помощи ритуальной чашки выбирали животное и во время обряда посвящения бескровной жертвы духам и божествам – мал ыйыктаганы. В алтайском языке лексема ыйык имеет основное значение: «священный, святой; посвященный божествам, духам». Животное, посвященное божествам / духам, называют ыйык мал – священный, посвященный скот. Алтайцы из домашних животных посвящают духам коня и овцу. Животное ыйык становился защитником и оберегом стада / табуна. К гривам таких священных лошадей привязывали белые ленточки – дьалама (jалама) / кыйра, совершали обряд посвящения. Посвященная лошадь не использовалась в хозяйственных работах, за ним велся особый уход [6, с. 30-34].

Н.П. Дыренкова описывает, как определялось угодность посвящаемого животного духу: «Определение угодности животного духу является одним из существеннейших моментов обряда посвящения. Производится это определение таким путем: на спину животного ставят чашку, и по тому, как эта чашка упадет, определяется угодность животного» [2, с. 191].

В обрядовом тексте в записи А.В. Анохина от шамана Мампыя также говорится об этом способе выбора жертвенного животного:

Ас ӱрдеҥ талдап алдым, Из малого стада я выбрал,

Айдар малдаҥ шӱӱдӱм. Из перегоняемого скота я определил

[в жертву].

Теҥереде Кудай кӧрӧр болзо, Если на небе Кудаю будет угодно

[это животное],

Ӱстӱҥе айак салып јадым То на спину ставлю чашку,


Каталог: files
files -> Урок литературы в 7 классе «Калейдоскоп произведений А. С. Пушкина»
files -> Краткая биография Пушкина
files -> Рабочая программа педагога куликовой Ларисы Анатольевны, учитель по литературе в 7 классе Рассмотрено на заседании
files -> Планы семинарских занятий для студентов исторических специальностей Челябинск 2015 ббк т3(2)41. я7 В676
files -> Коровина В. Я., Збарский И. С., Коровин В. И.: Литература: 9кл. Метод советы
files -> Обзор электронных образовательных ресурсов
files -> Внеклассное мероприятие Иван Константинович Айвазовский – выдающийся художник – маринист Цель
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   35

  • Р.А. Сулейманова
  • М.Ғ.Усманова, М.Ф.Төлкөбаева
  • К.В. Яданова
  • Агаш айак
  • Чӧ[ӧ]чӧй айак