Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Зарубежного мира в лицах




Скачать 302.49 Kb.
Дата24.05.2017
Размер302.49 Kb.

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


САМАРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
Кафедра зарубежной истории


ИСТОРИЯ И ИСТОРИОГРАФИЯ

ЗАРУБЕЖНОГО МИРА В ЛИЦАХ

Межвузовский сборник научных статей



Выпуск VI

Издательство "Самарский университет"

2003

Содержание
I. ИСТОРИЯ

Кузьмин Ю.Н. ЦАРЬ ДЕМЕТРИЙ II МАКЕДОНСКИЙ:

ШТРИХИ К БИОГРАФИИ…………….................... 3



Никулина Т.С. ИМПЕРАТОР И ИМПЕРСКИЙ ЛЮБЕК

(XII – XVI вв.)…......................................................... 15



Фишер И.Р. МАРТИН ЛЮТЕР. "95 ТЕЗИСОВ"

(НОВОЕ РОССИЙСКОЕ ИЗДАНИЕ)…………….. 29



Шутько М.Ю. БЕНДЖАМИН ФРАНКЛИН ГЛАЗАМИ

РУССКИХ ПИСАТЕЛЕЙ XVIII – XIX вв………... 36



Фоменко Р.В. ПАНЧО ВИЛЬЯ ГЛАЗАМИ АМЕРИКАНСКИХ

СОВРЕМЕННИКОВ……………………………….. 43



Нестерова С.А. АЙСЕДОРА ДУНКАН – "НОВАЯ ЖЕНЩИНА"... 61

Терехина О.В. Н. ТУРГЕНЕВ И Т. МАСАРИК:

ДВА ВЗГЛЯДА НА РОССИЮ…………………….. 70



Семенов В.В. РЕЙХСКАНЦЛЕР Й. ВИРТ И

ГЕРМАНО-СОВЕТСКИЕ ОТНОШЕНИЯ………... 76



Садовая Г.М. К ИСТОРИИ ЗИМНИХ ПЕРЕГОВОРОВ (1922 г.)

РСФСР И ГЕРМАНИИ

ПО НОВЫМ ДОКУМЕНТАМ.................................. 85

Гниденко Н.А. ФРАНКЛИН ДЕЛАНО РУЗВЕЛЬТ –

ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИЙ……………………... 97



Иванчук Д.В. ВЗГЛЯДЫ Л. ЭРХАРДА НА СОЦИАЛЬНОЕ

РЫНОЧНОЕ ХОЗЯЙСТВО И

ОСОБЕННОСТИ ЕГО РЕАЛИЗАЦИИ В ФРГ....... 104

Пасынкова В.В. ЖЕНСКИЙ ОБРАЗ ПОЛЬСКОЙ

"СОЛИДАРНОСТИ": АННА ВАЛЕНТИНОВИЧ.. 111



Гулаков Ю.Г. БЮЛЕНТ ЭДЖЕВИТ – ЭТАПЫ

ПОЛИТИЧЕСКОЙ КАРЬЕРЫ……………………. 119


II. ИСТОРИОГРАФИЯ

Макарова О.М. А.Е. ПАРШИКОВ – ИССЛЕДОВАТЕЛЬ

АФИНСКОГО МОРСКОГО СОЮЗА……………. 127



Сидорова Т.А. ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ БИОГРАФИЯ

Ф.У. МЕЙТЛЕНДА.................................................. 140



Мартышкин С.А. "ЖЕЛТАЯ ОПАСНОСТЬ": "ТРАДИЦИЯ

У. МАКАРТУРА" В АМЕРИКАНСКОЙ

ИСТОРИЧЕСКОЙ НАУКЕ……………………..... 161

Лопатина О.В. СТАНИСЛАВ КУТШЕБА – ИСТОРИК

И ОБЩЕСТВЕННЫЙ ДЕЯТЕЛЬ………………… 165



Окунь А.Б. У.Э. УИЛЬЯМС И ЕГО РОЛЬ В РАЗВИТИИ

АМЕРИКАНСКОЙ ИСТОРИЧЕСКОЙ НАУКИ… 174



Николаева С.М. ЖУРНАЛ "AMERICAN LITERARY HISTORY"

И НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ АМЕРИКАНСКОЙ ОБЩЕСТВЕННОЙ ЖИЗНИ

МЕЖВОЕННОГО ПЕРИОДА................................... 178
III. ПУБЛИКАЦИИ

Стемповский Е. О ШИМОНЕ АСКЕНАЗИ

(из "Эссе для Кассандры"). Перевод, предисл.

и прим. В.В. Кутявина……………………………... 183

Уильямс У.Э. ИСТОРИЯ КАК СПОСОБ УЧИТЬСЯ

Перевод, предисл. и прим. А. Б. Окуня………….. 188



Т.С. Никулина1

Самарский государственный университет
ИМПЕРАТОР И ИМПЕРСКИЙ ЛЮБЕК (XII-XVI вв.)
Историческая судьба Любека и тесно связанной с ним Ганзы во многом определялась политическим развитием Германии в эпоху развитого феодализма, которое характеризовалось значительным своеобразием. Если большинство западноевропейских стран в XII-XIV вв. шло по пути централизации и территориального сплочения, то в Германии наблюдался обратный вариант политического развития, с сохранением и углублением децентрализации, страна теряла даже то государственное единство, которое существовало в более раннюю эпоху. Именно в XIII-XIV вв. общеевропейские процессы консолидации политической власти и ее оформления в определенные структуры в Германии перемещались на региональный уровень, реализуясь здесь в рамках отдельных княжеств.

Главными фигурами в политической жизни Германии на протяжении всего средневековья являлись император (король), князья и города, взаимоотношения между которыми определяли всю политическую жизнь страны и повлияли на создание особой модели государственности в Германии. Поэтому одна из самых существенных проблем средневековой германской истории – отношения центральной власти и городов. Но традиционно она рассматривалась на материале городов Южной и Юго-Западной Германии. Города Северной Германии, область ганзейского влияния, в этом аспекте почти не исследовались. Данная статья является попыткой рассмотреть указанную проблему на материале политической истории главного города Ганзейского союза – Любека - с момента получения им первых императорских грамот вплоть до эпохи Реформации.

Во взаимоотношениях между городами и королевской властью в Германии можно выделить два этапа: I – XI-XIII вв., характеризующийся интенсивным ростом городов и их борьбой за привилегии. На этом этапе королевская власть помогала новому социальному слою. Отношения между сторонами строились по схеме, близкой к французской. Немецкие короли-императоры Генрих IV, Генрих V, Фридрих I, особенно Генрих VII до начала XIV в. даровали городам новые привилегии, создавали города в имперских владениях, стремились к установлению "земского мира" в стране. II этап - XIV-XV вв., союз между городами и королевской властью стал нарушаться. (Особый период составляет эпоха Реформации.)

В эту схему вписываются, с определенными модификациями, отношения между императорской властью и Ганзейским Любеком. В орбиту имперского внимания и политики Любек попал в XII в., когда в 1181 г. сеньором Любека стал император Фридрих Барбаросса после получения вакантного лена в результате изгнания из Германии Генриха Льва Саксонского12, давшего в 1164 г. Любеку права города.

19 сентября 1188 г. император Фридрих Барбаросса пожаловал Любеку грамоту, основу которой составила привилегия Генриха Льва, не сохранившаяся, но дошедшая до нас именно в документе 1188 г. Фридрих I подтвердил прежние привилегии Любека и расширил его права. Грамота содержала следующие наиболее важные пункты: торговую и пошлинную привилегии; привилегию любекского права, а также порядок формирования городского совета; постановление о разделе штрафов при нарушениях со стороны пекарей, мясников, трактирщиков, а именно между бюргерством и судьей в отношении 2:1; защита мира при отчуждении недвижимости; регулирование безнаследного (выморочного) имущества; привилегия размена денег и обмена чужеземной валюты, а главное – право беспошлинной торговли: "Русские, готы, норманны и прочие восточные народы пусть являются в неоднократно названный город и свободно уходят из него без пошлины и торговых поборов"3. Это право способствовало привлечению иностранных купцов в Любек и утверждению его как торгового центра Северной Германии и Европы.

Наиболее важный шаг в оформлении правового статуса Любека в Германской империи был сделан в начале XIII в. при Фридрихе II. Все историки (В.В. Стоклицкая-Терешкович, Е.В. Гутнова, М.А. Бойцов и др.) отмечают сложность и противоречивость отношений между императором и городами в правление последних Штауфенов при Фридрихе II (1215-1280) и Генрихе VII (1220-1237). С одной стороны, немецкие короли стремились заручиться поддержкой городов в борьбе с территориальными князьями, даровали им хартии с широкими привилегиями, пытались обеспечить установление и соблюдение "земского мира" в масштабах всей империи при участии городских представителей. С другой стороны, когда немецким королям приходилось выбирать, они неизменно приносили интересы бюргерства в жертву интересам князей, поддержка которых всегда оставалась для них более важной4 (об этом свидетельствуют два закона, принятых Фридрихом II и Генрихом VII: "Закон Фридриха II в пользу духовных князей 1220 г." и "Закон в пользу светских князей 1231 г.", дополненные "Отменой городских и ремесленных вольностей 1231-1232")5.

Но именно Фридрих II пожаловал любекцам в июне 1226 г. знаменитую "Reichsfreiheitprivileg", давшую статус вольного имперского города. Это, очевидно, можно объяснить специфической политической обстановкой на Севере Европы (А.И. Неусыхин считает, что таким образом Фридрих II пытался влиять на агрессию на славянском Востоке6) и тем, что основные интересы Фридриха II были сосредоточены в Южной Германии и Италии.

Любек рано оказался включенным в экономическую и политическую систему Северной Европы, особенно в отношения с лидирующим скандинавским государством Данией. Датский король Вольдемар II Победитель (1202-1241) в результате активной политики захватов в Прибалтике овладел Приэльбской Германией и в 1214 г. стал господином Любека. В 1225 г. город изгнал датский гарнизон, а в 1227 г. произошло решающее сражение при Бернхёведе, закончившееся поражением датчан7.

После изгнания датчан любекский совет весной 1226 г. послал посольство в Италию ко двору императора Фридриха II. Любекская делегация состояла из двух бюргеров Вильгельма и Иоганна фон Бременов и члена соборного капитула Иоганна и должна была выразить желание города впредь подчиняться самому императору непосредственно, а не через соседних графов и феодалов. В грамоте 1226 г. сказано: "Пусть вышеназванный город Любек будет всегда свободным, а именно особенным городом и имперским местом, зависящим непосредственно от императорской власти, никогда и ни в какие времена не отторжимым от сей власти"8. Таким образом, Любек получил статус имперского города (первоначально имперскими городами назывались города, лежавшие на домениальных землях Штауфенов, прежде всего в герцогстве Швабском. После исчезновения династии в середине XII в. и распада Швабского герцогства оставшиеся без сеньора города (около 100) стали провозглашать себя имперскими, а в качестве сеньора признавали только императора9. На севере страны в качестве имперских наиболее известны Любек, Дортмунд, Гослар).

Любекские посланцы привезли с собой грамоту Фридриха Барбароссы 1188 г. (правда, исследование Германа Блоха показало: то, что представляли любекцы, было отнюдь не собственно грамотой Фридриха Барбароссы, а документом, составленным в 1225 г. членом соборного капитула Любека Марольдом, который только расширил текст грамоты 1188 г.)10. Грамота 1188 г. имела особое значение для любекской делегации 1226 г. Политической целью совета Любека было подтверждение Фридрихом II привилегий, дарованных его дедом любекским бюргерам.

Цель была достигнута. Фридрих II дал любекцам в июне 1226 г. знаменитую "Reichsfreiheitprivileg". Вот основное содержание грамоты: Фридрих II, римский император и король Иерусалима и Сицилии, дарует Любеку статус свободного города, непосредственно принадлежащего империи. Император освобождает бюргеров от пошлин в Ольдесло; даёт городу монетное право за 60 марок в год; обеспечивает безопасность купцов на воде и на суше; освобождает любекцев, едущих в Англию, от налога; дарит любекцам остров Привал; разрешает строительство укреплений на 2 мили вдоль Травы от истоков до впадения (но в то же время из числа соседей Любека ставится ректор в Травемюнде11); запрещает, чтобы в Саксонии от любекцев требовали пошлину; чтобы каждый бюргер Любека, бедный он или богатый, занимался торговлей в Гамбурге, Ратцебурге, Виттенберге, Шверине; чтобы каждому иностранцу свободный проезд в Любек был обеспечен; чтобы любекцам повсюду в империи и в любое время при кораблекрушении было возвращено их тело и имущество (Hab und Gut); дарует любекцам кусок земли у Травемюнде для основания гавани; подтверждает все права, которые дал любекцам император Барбаросса12.

За императором остались некоторые регалии – пошлинная, мельничная, судебная. Но за 750 марок они были выкуплены и перешли к совету Любека, эти платежи императору шли вплоть до 1805 г.13 Грамота 1226 г. определила государственно-правовое положение Любека на 700 лет, вплоть до ХХ века.

И еще: из привилегий, полученных в 1164 г. от Генриха Льва, в 1188 г. от Фридриха I, в 1226 г. от Фридриха II, сложилось любекское городское право, получившее широкое распространение в городах Северной Германии.

Интересно заметить, что символом самоуправляющегося свободного бюргерства в имперском вольном Любеке стала не столько ратуша, сколько церковь св. Марии (Мариенкирхе), которая была местом собрания всей общины и особенно совета. Основание готического здания Св. Марии последовало спустя несколько месяцев после смерти Фридриха II, в 1251 г. В Мариенкирхе находилась так называемая Tresekammer, в которой хранились важнейшие документы города, в том числе грамота 1226 г. Фридриха II14.

Если оценить политику германских императоров в XII-XIII вв. по отношению к Любеку, то в целом ее можно характеризовать как способствующую формированию города в качестве торгово-экономического центра Северной Германии.

XIV в. принес много изменений, прежде всего в политическое развитие Германии, где в результате принятия "Золотой Буллы" в 1356 г. утвердился принцип территориализации и в общегосударственном масштабе была утверждена по отношению к городам политика, отдающая их в руки крупных территориальных князей.

Изменилось и положение Любека, который из имперского города Северной Германии превратился в политического главу Ганзы. Это произошло в ходе войны с Данией, которая закончилась победоносным Штральзундским миром в 1370 г. Ганза теперь выступала как важная политическая сила на севере Европы, с которой должны были бы считаться и германские власти. Но, как отмечают исследователи, связи Ганзы с имперскими властями не были постоянными, носили спорадический характер15. Император использовал Ганзу в своих интересах; чаще всего он втягивал ее в политику установления земского мира (Landfriedens) и возлагал на нее функции посредника при дипломатических спорах, а также стремился заручиться ее поддержкой при решении своих узкодинастических проблем.

В этом плане очень показательны взаимоотношения Карла IV и Любека, которые были отмечены беспрецедентными явлениями.

Чешский король из династии Люксембургов Карл IV, став в 1347 г. германским императором, стремился создать обширную наследственную монархию в Центральной Европе. Различными путями (скупка, брачные союзы и т.д.) он приобрел часть Верхнего Пфальца, ряд земель в Тюрингии и Саксонии, нижние Лужицы, а в 1373 г. – Бранденбург (приобретенный у сыновей Людовика Баварского, предшественника Карла IV на императорском престоле)16. Приобретение Бранденбурга придвинуло владения люксембургского дома к Северной Германии, где большим влиянием пользовался Любек. Именно возросшим политическим могуществом города и интересами люксембургского дома можно объяснить беспрецедентные акции со стороны короля по отношению к Любеку. 23 марта 1374 г. император Карл IV пожаловал городу грамоту17, в которой он называл бургомистров Любека своими полномочными представителями во всех делах защиты и сохранения мира в стране и по которой любекские бургомистры имели право и уполномочивались во всей области империи всех нарушителей мира преследовать, хватать, судить. По содержанию эта грамота единственная в немецкой истории18. Она не только оправдывала все полицейские, военные и правовые акции Любека по сохранению мира на суше и на море, но также противоречила XI статье "Золотой Буллы", которая предоставляла и гарантировала исключительное право юрисдикции немецким территориальным князьям19.

Более того, спустя полтора года, в октябре 1375 г. Карл IV посещает Любек. Со времен Фридриха I, т.е. 200 лет, ни один германский император не бывал в Любеке. Император преследовал политические цели: хотел заручиться поддержкой северонемецких балтийских городов во главе с Любеком при выборе на датский престол угодного ему кандидата, используя их право по Штральзундскому договору на участие в выборах наследника (король Вольдемар был при смерти).

Десятидневное пребывание императора в городе превратилось в блестящее празднование, оставившее большой след в памяти у современников и работах историков20. Въезд императора в город напоминает Ахенские коронационные въезды, описанные М.А. Бойцовым21. Любекские патриции приготовили ему и его свите сердечный прием. Два бургомистра вели лошадь императора, два члена совета – лошадь императрицы, восемь патрициев несли балдахин, остальные патриции следовали в блестящем шествии наряду со свитой императора, которую образовывали архиепископ Кельнский, герцог Мекленбургский, маркграф Бранденбургский и др. Дни пребывания императора были наполнены зваными обедами и рыцарскими играми.

Этот визит имел и реальные последствия для города: император пожаловал ратманам Любека титул "Herren" и советы четырех городов получили право заседать в совете императора и иметь в нем голос. Но дальше этого дело не пошло. Карл даже не использовал возможности Ганзы для продвижения на Север. Отношения с Любеком остались без дальнейшего развития.

Вновь встретились император и имперский Любек в нач. XV в. в результате событий, связанных с внутриполитической борьбой в городе, с восстанием 1408-1416 гг.22 Волна антипатрицианских выступлений прокатилась по городам Франции, Фландрии, Германии. Поводом для совместного выступления не патрицианского купечества и ремесленников в Любеке в 1405 г. стало новое налогообложение. Организационным выражением оппозиции совету стало избрание "комитета 60" и передача им совету "100 статей" - жалобы на его правление. К началу 1408 г. обстановка сложилась столь напряженная, что 27-28 января в городе разразилось восстание, и 14 членов совета во главе с четырьмя бургомистрами вместе с семьями покинули город. В мае 1408 г. было избрано 24 члена совета из купцов и ремесленников. И, что интересно, новый совет как глава имперского города хотел узаконить свое положение прежде всего императорским признанием и обратился к Рупрехту Пфальцскому, использовав в качестве предлога 8-летнюю неуплату городом имперского налога.

Рупрехт Виттельсбах стал королем в результате низложения в 1400 г. бездеятельного сына Карла IV Вацлава, который по-прежнему считал себя Римским королем и не отдал Рупрехту германские королевские инсигнии (корона, держава, скипетр, имперский меч, священное копье, мантия), хранящиеся в замке Карлштайн. Отсутствие у Рупрехта "подлинных" регалий не помешало ему стать правителем Германии. Король Рупрехт "отличался деятельностью и рыцарственностью", был к тому же благочестив, богобоязнен, добродетелен, добр со всеми людьми, милосерден по отношению к беднякам, благожелателен к духовенству…"23 (по утверждению хронистов). Но его 10-летнее правление считается неудачным, главным образом из-за отсутствия денег. Именно этим и можно объяснить первоначальную позицию императора по отношению к новому совету в Любеке. Вначале Рупрехт отнесся благосклонно к любекцам, подтвердил их привилегии и разрешил горожанам избирать совет. Но члены старого совета обратились к главе империи с жалобой. И Рупрехт, передав дело придворному суду, назначил судебное разбирательство на лето 1409 г.

Так любекский конфликт был вынесен на общегерманскую арену. Возникшую паузу ратманы-эмигранты использовали для установления контактов с императором и с советами других городов. Возглавлял их деятельность прежний бургомистр Иоганн Плесков. В социальной и хозяйственной иерархии любекской ведущей группы патрицианских семей Плесковы занимали высший ранг и относились к десяти самым знатным фамилиям города. Они заседали в совете с 1299 по 1451 гг., т.е. в течение 152 лет, и дали 8 ратманов и 3 бургомистров24. Трое Плесковых – Хинрих I, Хинрих II и Якоб – стали выдающимися любекцами и общеганзейскими руководителями. Очевидно, это обстоятельство сыграло не последнюю роль в последующих событиях. Суд состоялся 28 июня в присутствии короля. Решение его - в пользу старого совета. Несмотря на это, в городе была проведена конфискация имущества ратманов-эмигрантов, что дало основание Плескову от имени остальных опять пожаловаться придворному суду. Трижды назначался срок суда, однако уполномоченные от нового совета так и не явились. В январе 1410 г. Рупрехт подверг новый совет опале, обвинив его в непослушании. В письме в Любек он запретил "всем князьям, духовным и светским, графам, рыцарям и слугам, фогтам, ремесленникам, бургомистрам, советам и общинам и всем другим поданным и верным нашего государства» предоставлять бургомистрам, членам нового совета и "комитету 60" "дома и дворы, еду и питье", общаться с ними, покупать у них и продавать им товары, "тайно или явно"25.

В мае 1410 г. Рупрехт умер, и борьба между старым и новым советами Любека разгорелась с новой силой при императоре Сигизмунде Люксембургском, вступившем на престол в 1410 г. при довольно странных обстоятельствах26.

Сигизмунд (1410-1437) – другой сын Карла IV, которым заканчивается Люксембургская династия в Германии, объединил в своих руках Германию, Венгрию27 и Чехию. В его правление произошли значительные события: гуситские войны в Чехии, борьба с турецкой опасностью, соборное движение за реформу католической церкви, сыгравшее определенную роль в истории Германии. Именно на территории Германской империи состоялись знаменитые Констанцский собор (1414-1418) и Базельский (1431-1449), на которых председательствовал Сигизмунд. При последнем императоре Люксембургской династии наметилась новая политика, объединявшая интересы империи и папства, которая резко противоречила враждебности этих двух сил в X-XIII вв.

К новому императору не замедлил обратиться Плесков с жалобой и просьбой подтвердить опалу и запретить князьям и ганзейским городам иметь связи с Любеком. Для решения вопроса Сигизмунд пригласил к своему двору 25 июля 1412 г. старый совет, уполномоченных нового совета и других городов. Но Любек никого не прислал, и император 29 августа признал правомочным старый совет28. Этим спор не разрешился. Он был продолжен на Констанцском соборе 1414-1415 гг., особенностью которого было участие не только представителей церкви, но большого количества светских лиц, в силу чего Сигизмунд пригласил на него и ганзейские города. Депутатам нового совета удалось за 24 тыс. гульденов получить от Сигизмунда грамоты, в которых тот подтвердил "ранее полученные от римских императоров и королей права и свободы" Любека, снял опалу с нового совета и города, решил спор между советами в пользу последнего (нового) с выплатой компенсации членам старого совета и рекомендовал королю Эриху Датскому и герцогу Иоганну Мекленбургскому оказывать Любеку содействие. Правда, грамоты были выданы не городу, а приближенным короля с условием, что если новый совет не заплатит до 23 апреля 1416 г. 24 тыс. рейнских гульденов, то они будут уничтожены29.

Вскоре дела приняли, однако, иной оборот. В конфликт вмешался король - Эрих Датский, стремясь отделить Любек от империи, подчинить его Дании и ликвидировать последствия Штральзундского мира 1370 г., поставившего Данию в политическую зависимость от Ганзы. Осенью 1415 г. он арестовал прибывших на лов сельди к Шонену (южная оконечность Скандинавского полуострова) любекских купцов и конфисковал их имущество. Посредниками при переговорах с Эрихом Датским выступили другие вендские города.

Тут и Сигизмунд изменил отношение к новому совету. 24 марта 1416 г. рыцарь Я. фон Цедлиц, секретарь И. Рот и придворный писарь П. Вакер были уполномочены королем отозвать новый совет, а старый восстановить. В апреле королевские послы прибыли в город, запретили всякие собрания и объявили, что по приказу императора должен быть возвращен старый совет. Сложился единый лагерь в лице Ганзы, императора, князей и датского короля, поставивший целью восстановление патрицианского режима в Любеке. Были поставлены под угрозу основы материального существования любекского купечества – возможность торговать и пользоваться ганзейскими привилегиями.

24 мая 1416 г. события вступили в последнюю стадию: в Любек прибыли посланцы императора Сигизмунда и послы ганзейских городов, участвовавших в переговорах в Копенгагене, и повели переговоры с новым советом. 28 мая совет заявил, что подчиняется решению. Но, когда послы ганзейских городов уже радовались успеху, а посланцы короля обещали мир в городе, вспыхнуло восстание цехов – широкое движение ремесленников. Цехи попытались отстоять завоеванное и воспрепятствовать реставрации патрицианского режима. Подавили восстание сами купцы: 18 ремесленников были заключены, двое обезглавлены у городских ворот, остальные изгнаны из города.

В июне шли окончательные переговоры между новым советом, купцами Любека, ганзейскими послами и депутатами короля. 16 июня состоялось торжественное возвращение старого совета. Так закончилось восстание 1408-1416 гг. в Любеке, в результатах которого не последнюю роль сыграла позиция императора.

Первая треть XVI в. явилась важнейшим периодом в истории Любека, который оказался в центре германских и северо-европейских событий. В городе происходит длительное реформационное движение (1518-1530), которое относится к типу "городской реформации", для которой характерна неразрывная связь церковной реформы с социально-политическими преобразованиями. Решающие успехи в развитии любекской Реформации были сделаны в 1528-1530 гг., когда произошло соединение религиозной борьбы с социальной в силу обострения основного внутригородского конфликта между патрицианским советом и городской общиной. Реформация осуществлялась под руководством избранных бюргерских комитетов "48" (1529 г.) и "64" (1530 г.) через решения общины, которая формулировала требования, предъявляемые совету. Решениями общины от 30 июня 1530 г. вводилось лютеранское вероисповедание и обряды, прекращался любой вид католической службы, секуляризировалось церковное движимое имущество30.

Особый драматизм событиям придало переплетение реформационного движения с внутриполитическими и ганзейскими проблемами, вызванными упадком Ганзы и обострением международных отношений на Балтике в конце XV-начале XVI века. Обращают на себя внимание и хронологические рамки Реформации в Любеке и вообще в Северной Германии, основные события которой приходятся на начало 30-х гг. XVI в., т.е. период после подавления Крестьянской войны, когда основным вопросом стал вопрос о признании лютеранства, сложились католический и протестантский лагеря, готовился рейхстаг в Аугсбурге, произошло конфессионально-политическое размежевание в Германии.

Император Карл V (1519-1556) был ревностным католиком: "Во время богослужений Карл молился с таким усердием и так часто прикладывался к иконам, что… король королей превращался если не в ангела, то в смиренного праведника из народа"31. Он подчинил свою внутреннюю и внешнюю политику реализации программы создания "всемирной христианской монархии", сделав знаменем своей борьбы за "всемирную монархию" воинствующий католицизм. Карл V выступил ожесточенным противником Реформации, что проявлялось не только по отношению к Лютеру, протестантским князьям Германии, но и по отношению к пролютеранским городам, в частности, к Любеку.

Позиция императора определилась к осени 1530 г. 10 октября в Любек прибыл страстно желаемый советом и капитулом императорский мандат, датированный 16 августа 1530 г.

Насколько важно было императору уладить споры о вере в Любеке, можно судить по тому, что одновременно несколько мандатов прибыло в город: к совету, к комитету "64", к общине, к купеческим коллегиям Бергенфарер, Новгородфарер, Шоненфарер (т.е. торгующим с Бергеном, Новгородом и южной оконечностью Скандинавского полуострова – областью Сконе) и к четырем большим цехам32. К сожалению, сохранился только мандат к совету. Когда совет получил мандат, он пригласил членов комитета к себе, чтобы мандат к комитету "64" и к четырем большим цехам прочитать, так как опасался при публичном объявлении этих мандатов мятежа общины. Такой образ действий комитет "64" отклонил и потребовал созыва всего бюргерства. После долгих споров совет вынужден был согласиться на созыв общины для чтения мандата.

12 октября собралось бюргерство и был, наконец, зачитан императорский мандат к совету. В письме требовалось, "чтобы избранные бюргеры были отстранены, а лютеранское учение отменено". Особенное возмущение общины вызвало предложение, чтобы бюргеры-католики были взяты под защиту соседних имперских князей – герцогов Георга и Барнима Померанских, герцогов Хинлика и Альберта Мекленбургских, герцога Магнуса Лауэнбургского, маркграфа Иоахима Бранденбургского, архиепископа Кристофора Бременского и епископа Любекского. Дальше стояло требование к общине, чтобы комитет "64" и все другие заговорщики в течение трех дней после получения мандата отменили свой союз, а совету "подстрекателей и непослушных бюргеров арестовать и наказать"; также все статуты церковного порядка через избранных "64" отменить и уничтожить, лютеранское учение запретить и не принимать никакого другого без разрешения высшей власти, бургомистра и совета33.

13 октября 1530 г. бюргерская община собралась еще раз, чтобы послушать мандат императора к купеческим товариществам и цехам, и сформулировала новые требования в виде решений из 26 статей34. Несмотря на угрожающе звучащий императорский мандат, бюргерство заняло лояльную позицию по отношению к императору: "община будет послушна императорскому величеству во всех делах, если это не будет идти против бога и будет на пользу городу" (ст. 4). Одновременно бюргерство протестовало против угрозы, звучащей в мандате, которая ставила город под защиту соседних князей и этим самым уничтожала имперскую свободу; "община не хочет признавать господином никого другого, кроме императора, и не иметь никого, назначенного императором, и хочет, чтобы за общиной остались все привилегии, данные императором" (ст. 5). (В остальных статьях регулировались отношения между городским советом и бюргерским комитетом "64", а также существовал ряд статей, углубляющих и обеспечивающих успех церковной реформации в Любеке.) Известный немецкий исследователь реформации в Любеке В. Яннаш оценил отношение любекцев к императору, высказанное в решениях от 13 октября 1530 г., следующим образом: "Это не была революция против императора…", "это не отказ от императора и империи, а только показывание границ, в которых заканчивается политическое послушание и выступает послушание относительно бога в его праве"35.

В последующие месяцы завершилось церковное преобразование в Любеке, совет согласился сохранить новое учение и церемонии. Произошедшие изменения оказали значительное влияние на внешнеполитическое положение Любека. Проведенная церковная реформация потребовала от города более тесных связей с протестантскими слоями империи, которые объединились в Шмалькальденский союз, политическое объединение немецких протестантов, возникшее в ответ на отказ Карла V и католиков признать Аугсбургское исповедание 1530 г. Союз был заключен 27 февраля 1531 г. между лютеранскими князьями (курфюрст Иоганн Фридрих Саксонский, ландграф Филипп Гессенский, князья Люнебурга, Анхальта и Мансфельда) и городами (Магдебург, Бремен, Страсбург, Ульм и др.). В марте 1531 г. были посланы представители Любека к шмалькальденцам, и Любек занял свое место в протестантском союзе36. Это заставило католическую партию искать союзников вне города. Два старейших бургомистра города Н. Бремзе и Х. Пленнье 8 апреля 1531 г. тайно покинули город и направились к императору в Брюссель. Очевидно, результатом этого явился новый императорский мандат от 13 сентября 1531 г., направленный непосредственно комитету "64". Мандат в строгой форме требовал восстановления старого состояния в церковных и политических отношениях в городе в течение 15 дней37.

20 сентября 1531 г. на собрании бюргерства обсуждался императорский мандат, и патрициат, и католическое духовенство не смогли скрыть своей радости по этому поводу. В ответ произошел открытый антипатриацианский мятеж. Народ двинулся по улицам, разрушил и разграбил дома патрицианских товариществ юнкер- и кауфлейтекомпаний.

Сентябрьские события позволили завершить политические преобразования в Любеке: был выбран новый совет и два новых бургомистра, среди которых Юрген Вулленвевер, с именем которого связана дальнейшая судьба Любека и Ганзы.

Общепринятой в советской историографии считалась точка зрения, что императорская власть в Германии в XII-XV вв. была настолько слаба, что не могла ни противостоять князьям, ни ограничить их притязания, а городская политика была непоследовательна, не имела самостоятельной ценности и диктовалась прежде всего интересами взаимоотношений королевской власти с князьями (А.И. Неусыхин, Н.Ф. Колесницкий). Этот взгляд в последнее время был пересмотрен М.А. Бойцовым38, который считал, что в XIV в. наметилась тенденция к усилению королевской власти. Более того, немецкие короли XIV в. даже при отсутствии эффективных институтов государственной власти (армия, чиновничество, налоговая система) располагали другими средствами воздействия на подданных, "внеинституциональными" путями политического влияния.

Рассмотренные взаимоотношения германского императора и Любека дают возможность дополнить картину отношений центральной власти и городов в Германии северо-немецкими штрихами. Пример Любека показывает, что ведущие города Германии составляли серьезную военно-политическую силу уже в XII-XIII вв., с которой вынуждены были считаться и император, и знать. Три ключевые фигуры (император, князья, города) политической истории Германии на практике оказались гораздо теснее и своеобразнее связаны: императоры Фридрих I и Фридрих II иногда воздействовали на князей через города.

Императорская власть в Германии была не так бессильна, как считалось. Почему такой мощный экономически и политически город, как Любек, так боролся за сохранение статуса имперского города? Этот статус, очевидно, помогал сохранить стабильность и независимое от северо-немецких князей положение. Для Любека, главного ганзейского города, это было крайне важно, т.к. одним из условий членства в Ганзе была политико-правовая автономия от княжеского влияния39.

Взаимоотношения между императорами и Любеком показывают наличие "внеинституциональных" (термин М.А. Бойцова) механизмов реализации политической воли императоров. Это особенно характерно для 1370-1375 гг., которые А. фон Брандт называет "эпохальными" для политической истории Любека40. Знаменитая грамота 1374 г. красноречиво свидетельствует об этом. Любек не мог на практике осуществить те права (защита и сохранение мира в стране), которые давала ему грамота. Эта берлинская привилегия41 была скорее демонстративным знаком хорошего отношения императора к городу. Символическое значение документа было важнее, чем практическое.

А блестящий визит Карла IV в 1375 г. в Любек! Ведь только в 1373 г. император приобрел Бранденбург. Ему важно было закрепиться на севере Германии, и он посещает Любек, опять-таки демонстрируя свое отношение к городу, который во многом определял политику в Северной Европе. Император оказался в нужном месте и в нужное время.

Действенной оказалась и система императорских наказаний. Это показали события, связанные с восстанием 1408-1416 гг. в Любеке. Судебное разбирательство дела нового совета в 1409 г. в придворном суде, опала 1410 г., которой император Рупрехт подверг новый совет города, сыграли свою роль в судьбе восстания.

Эпоха Реформации принесла с собой другие акценты в отношениях императорской власти с имперским Любеком. Новая эпоха вызвала новое разделение интересов. Император – глава католического лагеря, а город вступил в ряды сторонников протестантизма. Мандаты Карла V 1530-1531 гг. фактически означали уничтожение всех завоеваний в Любеке: и конфессиональных, и социально-политических. Поэтому они служили ускорителями социально-политических событий, размежевывали городскую общину. Во многом благодаря вмешательству императора (наряду с другими факторами) и его давлению в Любеке произошла реставрация патрицианского режима. И этого нельзя не учитывать при оценке причин поражения движения Вулленвевера.



Примечания

Гутнова Е.В. Роль бюргерства в формировании сословных монархий в Западной Европе // Социальная природа средневекового бюргерства XIII-XVII вв. М., 1979. С. 71.



2 Генрих Лев Саксонский (1142-1195) – крупнейший феодал Германии, соединивший в своих руках Саксонию и Баварию. Он был кузеном императора Фридриха I Барбароссы (1152-1190) и связан с ним вассальным договором 1154 г., по которому Фридрих I признавал за ним право не только на обладание Саксонией и Баварией, но и право бесконтрольного распоряжения заэльбскими территориями в Мекленбурге и Померании. В 1175 г. Фридрих I в борьбе с ламбардскими городами обратился за помощью к Генриху Льву. Однако Генрих Лев потребовал за свою помощь (как вассал) передачу ему саксонского Гослара с серебряными рудниками. Фридрих I изгнал Генриха Льва, который провел годы изгнания в Англии у своего тестя Генриха II Плантагенета. Сын Фридриха I Генрих VI вернул Генриха Льва из изгнания.

3 Urkundenbuch der Stadt Lübeck. Bd . I-XI. Lübeck, 1843-1905. Bd. I. № 4, 7 (далее LUB).

4 Гутнова Е.В. Город, бюргерство и феодальная монархия // Город в средневековой цивилизации Западной Европы. М., 2000. Т. 4. С. 20.

5 Стоклицкая-Терешкович В.В. Основные проблемы средневекового города. М., 1960. С. 164-165.

6 Неусыхин А.И. Проблемы европейского феодализма. М., 1974. С. 328.

7 Fink G. Lübecks Stadtgebiet // Städtewesen und Bürgertum als geschichtliche Dollinger Ph. Die Hanse. Stuttgart, 1966. S. 39. Kräfte. Lübeck, 1953. S. 251.

8 LUB. Bd. I. № 35.

9 Бойцов М.А. Города Германии до конца XV в. // Город в средневековой цивилизации Западной Европы: В 4 т. / Под. ред. А.А. Сванидзе. М., 1999. Т. 1. С. 86.

10 Walter H.I. Keiser Friedrich Barbarossas Urkunde für Lübeck von 19. September 1188 // Zeitschrift des Vereins für Lübeckische Geschichte und Altertumskunde. Lübeck, 1989. Bd. 69. S. 11 (далее ZVLGA).

11 Любек был расположен на реке Траве, вернее, в 15 км выше места впадения Травы в Балтийское море. Трава – свободная дорога к Балтийскому морю, поэтому с раннего времени город приложил много сил для неограниченного распоряжения ее течением и особенно местом впадения (Травемюнде), которым распоряжалась Голштиния. И только в 1329 г. Любек получил права на Травемюнде.

12 LUB. Bd. I. № 35.

13 Wehrmann C. Die obrigkeitliche Stellung des Rats in Lübeck // Hansische Geschichtsblatter. Jg. 1884. Leipzig, 1885. S. 53 (далее HGBll).

14 Grassmann A. Von der Trese, Schatzkammer des Lübeckismen Rat // ZVLGA. 1974. Bd. 54. S. 88-89.

15 Schildhauer J., Fritze K., Stark W. Die Hanse. Berlin. 5 Aufl., 1982. S. 182-183.

16 Колесницкий И.Ф. "Священная римская империя": притязания и действительность. М., 1977. С. 185.

17 Urkundenbuch der Stadt Lübeck. Lübeck, 1843. Abt. 1. Th. 4. № 222.

18 Brandt A. von Lübeck und Lübecker vor 600 Jahren. Studien zur politischen und Sozialgeschichte // ZVLGA. 1978. Bd. 58. S. 12.

19 Die Goldene Bulle. Weimar, 1978. S. 63-64.

20 Petersen J.F. Das Lübeckische Patriziat. Ein Beitrag zur Geschichte unserer Verfassung // Lübeckische Blätter, 1827, № 15. S. 95; Deecke S. Historische Nachrichten von dem Lübeckischen Patriziat // Jahrbücher des Vereins für meklenburgische Geschichte und Alterthumskunde. 10 jg, Schwerin, 1845. S. 58.

21 Бойцов М.А. Накануне. Ахенские коронационные въезды под разными углами зрения // Одиссей. М., 1997.

22 См. подробнее: Никулина Т.С. Любекское восстание 1408-1416 гг. // ВИ. 1982. № 5.

23 Бойцов М.А. "Ребенок и глупец избрали короля…" // Казус. М., 1997. С. 113.

24 Wegemann G. Die führenden Geschlechter Lübecks und ihre Verschwägerung // ZVLGA. Bd. 31. H. 1. 1941. Tabl. 1. S. 19.

25 Regkmann H. Lübeckische Chronik. Aschаffenburg, 16-19. S. 48.

26 Бойцов М.А. "Ребенок и глупец избрали короля…" С. 124-126.

27 Сигизмунд (в венгерской традиции Жигмонт) стал королем Венгрии (1387-1437) в результате брака с дочерью венгерского короля Лайоша I.

28 Hanserecesse 1, Bd. VI. Leipzig, 1889. S. 59-60; 94-98; 534.

29 Ibid. S. 153-156; 184-186.

30 Regkmann H. Lübeckische Chronik. S. 149-150.

31 Бецольд Ф. История Реформации в Германии. СПб., 1900. Т. 1. С. 331.

32 К ним относились цехи портных, кузнецов, пекарей и сапожников.

33 Ausführliche Geschichte der Lübeckischen Kirchenreformation in den Jahren 1529-1531 aus dem Tagebuch eines Augenzeugen und Beförderers der Reformation. Hrsg. F.Petersen. Lübeck, 1864. S. 90-94.

34 Waitz G. Lübeck unter Jürgen Wullenwever und die europäische Politik. 3 Bd. Berlin, 1855-1856. Bd. I. № 22. S. 289ff.

35 Jannasch W. Reformationsgeschichte Lübecks vom Peterablaβ bis zum Augsburger Reichstag 1515-1530. Lübeck, 1958. S. 337.

36 Официально Любек был принят в союз 3 мая 1531 г.

37 Ausführliche Geschichte… S. 137-138.

38 Бойцов М.А. Золотая Булла 1356 года и королевская власть в Германии во II половине XIV в. // СВ. М., 1989. Вып. 52; Он же. Центральная власть и региональные политические собрания в Германии во II половине XIV в. // Проблемы германской истории. Эпоха феодализма. Ижевск, 1989; Он же. Германский император XIV в.: инструменты реализации власти (к постановке проблемы) // Власть и политическая культура в средневековой Европе. М., 1992. Ч. I.

39 Wernicke H. Die Stadt in der Städtehanse – Zwischen Städtischer Autonomie und bündischer Pflichterfüllung // Autonomie, Wirtschaft und Kultur der Hansestädte. Weimar, 1984. S. 36.

40 Brandt A. von. Lübeck und die Lübecker… S. 10.

41 Грамота была подготовлена в Берлине.

1 © Никулина Т.С., 2003

  • ЗАРУБЕЖНОГО МИРА В ЛИЦАХ
  • Примечания