Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Занятие 2 9 Диалогический метод в психотерапии 9 Самопознание в диалоге 16 Диалогическое выслушивание 17 Занятие 3 19




страница2/13
Дата03.07.2017
Размер2.06 Mb.
ТипЗанятие
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13
Занятие 1 В душевный и духовный мир человека нельзя вторгаться с мерками рассудка, к нему надо относиться благоговейно – не пытаться вычислить его, препарировать, анализировать и тем более манипулировать им. ...Не понимая и не учитывая духовное, мы не можем правильно понимать ни душевное, ни телесное в человеке. Введение Дело психотерапевта, как и любого врача, – помочь больному исцелиться, т.е. обрести цельность. Материалистическая психология и медицина эту цельность разрушали, отвергая наличие в человеке высшего духовного уровня. Поэтому психология (как и медицина) должны переосмысливаться с точки зрения духовности человека. Врачевание, исцеление не могут быть полноценными, если мы игнорируем ту цельность личности, которая представлена в классической иерархии как дух, душа, тело. И об этом должна пойти речь. Первая задача – ликвидация психологической безграмотности врача. Но одновременно это и попытка переосмыслить психологию с духовной точки зрения. Это творческая задача, потому что таких учебников, таких руководств у нас пока нет. В западной психологии содержится много научных данных, но она крайне рационалистична. В душевный и духовный мир человека нельзя вторгаться с мерками рассудка, к нему надо относиться благоговейно – не пытаться вычислить его, препарировать, анализировать и тем более манипулировать им. Как сказал Господь, мы не можем прибавить себе роста ни на волос своими силами. Значит, когда мы говорим о духовном, мы должны понимать, что это – не предмет рациональной науки. Духовное мы должны понимать, как оно есть – как тайну. Но, не понимая и не учитывая духовное, мы не можем правильно понимать ни душевное, ни телесное в человеке. Предметом науки о человеке, собственно, является телесное и душевное, то, что связано с волей, с устремлением души. Человек соприкасается с высшим, духовным миром в меру своего волевого усилия, устремления. Медицина – это наука о жизни, о полноте жизни. Эта полнота жизни приходит к человеку только тогда, когда он вмещает в себя те духовные дарования, которые может вместить в меру своего усилия и усердия. Вот это и есть здоровая жизнь. Это – норма жизни, а не что-то исключительное. Человек так должен жить, ибо это и есть здоровье как цельность. С точки зрения христианской антропологии всякая болезнь есть следствие греха. А что такое грех Павел Флоренский очень хорошо расшифровал это слово как «огрех». Блуд – это заблуждение от правильного пути, когда человек выбирает ложные ценности, руководствуется ошибочными, неверными взглядами. Скажем, вместо полноты духовной жизни он начинает в первую очередь печься о своем телесном здоровье. Культ здоровья в наше время часто превращается в идолопоклонство: здоровье – любыми путями, всеми средствами. И тогда переворачивается иерархия ценностей: не духовное ставится во главу, а телесное или душевное благополучие. И тогда люди идут ради этого благополучия на все, часто обращаются к экстрасенсам, гипнотизерам, астрологам и т.п. Но, излечив таким образом тело, не погубит ли человек души своей В Евангелии говорится, что нужно бояться не того, кто убивает тело, но того, кто может и душу ввергнуть в геенну огненную. Поэтому основной принцип целостной медицины – это принцип соблюдения иерархии духовного, душевного и телесного. Духовные искания, духовная жизнь должны быть во главе угла. Только духом человек жив. Отнимается дух – и остается труп. Духовная жизнь – это залог полноты, цельности и жизнеспособности человека, правильности его жизненного пути, залог того, что он после этой временной жизни естественно перейдет в вечную жизнь. Но люди, укрепляя свою физическую плоть и добиваясь путем каких-то психотерапевтических методов душевного комфорта и благополучия, вредят своей Жизни с большой буквы. Мы должны понимать, что жизнь имеет свое продолжение в вечности и что слово «человек» по своему этимологическому составу означает: «чело» – сознание, разум и «век» – вечность, т.е. ум, сознание, разум, устремленные к вечности. А если это устремление к вечности отсутствует у человека и он живет только временным, то он и не человечен. Поэтому все современные «гуманистические» направления, которые заботятся о человеке, его здоровье, его благополучии, душевном комфорте, но забывают о вечности, по сути своей античеловечны. Гуманизм в этом смысле античеловечен, потому что он не о вечном человеке думает. Его принцип «все для человека, все в человеке» обесчеловечивает человека, потому что лишает его корня – вечности, того корня, в котором человек только и живет. И эта забота о здоровье как самоцель по сути дела лишает человека жизни, оборачивается нездоровьем душевным и телесным. Это помогает временно облегчить какие-то симптомы, ослабить боль душевную, телесную, но в конечном итоге «лечение» может обернуться еще худшими последствиями. Игры в экстрасенсорику, телепатию, гипноз и даже аутотренинг, эта жажда управлять собой и другими могут серьезно обжечь человека и повредить его душевной и духовной жизни. Главное, что нарушается в этом подходе, – гип-пократовский принцип «не навреди». И многие методы медицины, психологии, психотерапии действуют против этого принципа. Гипноз – распространенное явление в медицине. В гипнозе люди вступают в такой тесный контакт, в такое слияние друг с другом, при котором воздействие одного человека на другого может обернуться передачей каких-то нечистых мыслей, дурных привычек. Два человека сливаются, и один может овладеть другим, налагая на него свой тяжкий груз. А что потом будет с тем, кто отдался гипнотизеру, неизвестно. Как потом изменятся его судьба и его душевное состояние И это относится не только к гипнозу, но и ко многим методам психотерапии, о которых мы еще будем говорить. Всякое манипулирование, управленчество в медицине, воспитании, формировании личности очень опасны, вредны для судьбы, для души человека. Осознав все это за долгие годы работы в психологии, я старалась найти такие принципы психотерапии, а также воспитания и общения, которые следовали бы принципу Всякий эксперимент, экспериментальная психология так или иначе относятся к человеку как к объекту исследования. Передо мной сидит объект, я его изучаю, исследую. Он для меня – средство для получения научных выводов и заключений. Однажды я поняла всю неприемлемость для меня этого метода. Еще в аспирантские годы я пошла во дворец пионеров, придумав методику, которая должна была вызывать у детей «аффект неадекватности»: дети должны были бурно реагировать, когда у них не получается какая-то деятельность. И вот приходят ко мне детишки, я им даю задачку, которая невыполнима, и они должны прийти в состояние аффекта. У моей предшественницы все получалось прекрасно. Но когда по аналогичной методике работала я, не случилось ни одного аффекта. Я ушла очень расстроенная, и стала думать, в чем же дело. И поняла, что не могла я к этим детям относиться как к объектам исследования. Каждая девочка и каждый мальчик для меня были милыми собеседниками, и в душе я им очень сочувствовала, когда они выполняли эту невыполнимую работу. Это мое сочувствие и привело к тому, что дети не волновались. У них не возникло ни стресса, ни внутреннего конфликта. Они оставались спокойными. Значит, все дело в том, что мне ради получения правильного результата надо было к ним относиться как к средству и этим нарушить глубокий нравственный принцип: «Не относиться к человеку как к средству для достижения собственных целей». Это был мой последний эксперимент. Затем я занялась «глубинной » психологией. В студенческие годы, когда нас учили материалистической философии, психологии и очень скучным вещам – объективным методам, психофизиологии, я просиживала в библиотеке, читая книжки по психоанализу. Это было интересно тем, что там все-таки чувствовались поиск глубины и относительно целостный подход к человеку. Обстоятельства заставили меня писать диссертацию о психоанализе и неофрейдизме. Я перешла к теоретической работе и наткнулась на проблему катарсиса. Вы знаете, что слово «катарсис» означает «очищение». В греческой трагедии – это очищение страданиями; еще Аристотель писал об этом. А в психоанализе катарсис понимается очень просто: надо довести свои переживания до максимума, чтобы разрядить накопившийся энергетический потенциал. Мне это показалось очень поверхностным, и я начала заниматься проблемой катарсиса как духовного преображения. А дальше сложилось так, что меня попросили заняться консультированием разводящихся супругов, потом и индивидуальным консультированием. И тут я поняла, что тесты, методики мало помогают. Их можно использовать как вспомогательное средство для работы, но они не являются тем путем, с помощью которого можно понять конкретного человека. Я встретилась с трудами А.А.Ухтомского, его письмами о доминанте на собеседнике. Затем стала внимательно изучать работы Бахтина о диалоге. И тогда удалось найти путь к консультированию. Принципы диалогического общения действительно соответствуют заповеди «не навреди!»: человек не навязывает себя собеседнику, а исходит из собеседника благодаря доминанте на другом. И это единственный путь, который помогает понять данного человека как он есть, не исходя при этом из своих – научных, теоретических – схем и установок. Добиться реализации этого диалогического подхода на практике очень непросто. Тут недостаточно быть сочувствующим и доброжелательным человеком. Требуется работа над собой. И одной из наших тем будет духовное становление личности врача. Наконец, о методах, методиках, тестах. Они могут быть использованы как средства, занимающие свое скромное место. Работая над диалогом, я использовала какие-то техники и методики. Они мне помогали чисто внешним образом. Мне, скажем, не надо было использовать тест на темперамент, чтобы видеть, какого человек темперамента – флегматик или холерик. Это было видно из динамики речи, из его поведения, рассказов о себе. Но я предлагала им эти тесты, чтобы показать мужу и жене, что у них разные темпераменты. Муж не потому медлит откликнуться на просьбу жены, что он такой «вредный», нечуткий и не хочет ей помогать, а просто у него такая замедленная реакция. Жене кажется, что он нарочно так делает: пока она его дождется, то сама может успеть десять раз все сделать. Она холерик по темпераменту. Надо просто учитывать различие, а для этого им можно показать результаты тестирования. Далее мы обсудим некоторые из методик и тестов с точки зрения того, какое они занимают место при целостном духовно ориентированном подходе, в чем их недостатки; мы будем обсуждать их возможности и ограничения. Очень важно врачу и педагогу разбираться в индивидуальных особенностях человека. Для этого нам предстоит обсудить вопросы типологии личности, темперамента. И, наконец, грамотному психотерапевту надо знать об основных направлениях в зарубежной психологии и психотерапии. Это может быть тоже одной из тем нашей с вами работы. Это то, что касается просветительской стороны нашей деятельности. Но мне бы хотелось, чтобы наш семинар был еще и творческим кружком, в котором мы бы коллективно обсуждали свои проблемы, трудности. Может быть, в итоге мы с вами вместе сделаем что-то полезное. Это творческая сторона работы нашего семинара. Знакомство с участниками семинара и ответы на вопросы А. (автор, Тамара Александровна Флоренская). В. (врач-аллопат, работает с больными СПИДом): один из мотивов моего прихода сюда – то, что я стою сейчас на распутье. Мне всегда казалось, что духовность, внутренний мир человека я могу почувствовать или не почувствовать. У человека или есть какой-то дух внутри, или его нет. Мне всегда было легко это почувствовать. И я стоял на позиции, что если у человека нет какого-то инфекционного заболевания или острой сердечной патологии, то лекарство или таблетка – это мелочь... Если ты с ним найдешь душевный контакт, сможешь все, что в нем накопилось, что в нем бурлит, как-то облегчить, то, безусловно, многие патологии у него пройдут и даже – инфекционные. Меня всегда притягивали к себе психиатрия, психология. Психология с религией, с одной стороны, для меня понятны, с другой – отпугивают, а с третьей стороны, интересны, потому что соединение между ними, безусловно, есть. И еще мне хочется узнать о неизвестном для меня источнике духа. Что есть Бог С. (священник): Иногда приходится слышать, как священника называют психологом. Я не согласен с этим. Каждый занимается своим делом. Священник больше выполняет жреческое служение. В подходе к данной проблеме Тамары Александровны мне близок врачебный принцип «не навреди!». Я знаю, что это очень древний принцип, данный Богом через Моисея в десяти заповедях. Первоначально было: «не навреди!». Те вопросы, которые Вы затрагиваете, было бы интересно обсудить. А.: Это, конечно, подарок для нас, что Вы к нам пришли. Вы многое сможете нам объяснить. Соединение психологии и религии я считаю естественным и неизбежным. Для меня корнем психологии является святоотеческое наследие. Святитель Феофан Затворник переводил «Невидимую брань» на современный ему язык. В своих письмах духовной дочери он говорил с нею на языке научных понятий. Я однажды тоже пыталась перевести «Невидимую брань» на современный психологический язык и поняла, насколько современная психология беднее и, напротив, насколько психология древняя значительнее и богаче по тонкости и глубине внутреннего духовного опыта. В современных психологических понятиях часто нет тех аспектов изучения внутреннего мира, которые мы видим у Святых Отцов. Если психология игнорирует духовную сферу жизни человека, она сама себя отрицает, становится «наукой без души ». О. (врач-гомеопат): Я хочу рассказать, что случилось со мной недавно. Мне не хватало общения, я не находила себя в чем-то, и мне предложили пойти на мероприятие, которое называется «лайф спринг», в переводе – «жизненный прыжок». Это американский психологический тренинг. Там говорили о том, что человек – сам хозяин своей судьбы, и предлагали помощь в совершении «жизненного прыжка». При этом чувствовалось сильное психологическое давление. Скажем, тренер спрашивает человека, что тот думает по такому-то поводу, и если он говорит не то, что хочется услышать тренеру, человеку сразу закрывают рот, его «задвигают». Но затем произошло такое, что нас с моими знакомыми вывело из себя, и мы просто оттуда ушли. Н. (врач-терапевт): Это был групповой гипноз. Выключили свет, и людям стали давать команды, которые они должны были выполнять. О.: Во время сеанса одна девушка под действием гипноза стала непроизвольно раздвигать руки. Я не знала, что тренинг подразумевает под собой массовый гипноз, и почувствовала себя обманутой, – ведь нас об этом не предупредили. Н.: Причем не предупредили сознательно. После сеанса в первый день у одного человека случился эпилептический припадок. Нам предлагались, в общем-то, простые упражнения, но они настолько вывели из себя, что я сама каждый день ждала истерического или эпилептического припадка, постоянно была в напряжении. Потом мы решили: зачем нам эти американизированные, терзающие душу совершенно бездуховные системы, когда рядом есть наше родное христианство. С: Скорее там была очень сильная «духовность», только с другой стороны. Удар, подобный эпилептическому, – может говорить о внедрении темных сил, овладении, одержимости. А.: Это типичная иллюстрация того, о чем мы говорили. Главное здесь – нарушение принципа «не навреди!», т. е. нарушение свободы. Это давление на человека, овладение им. Главный дар Бога человеку – свобода. В работе педагога, врача, психотерапевта очень важно научиться не «давить», потому что в нас есть эта властность, стремление навязать что-то свое, сознание, что «я могу» кого-то чему-то научить. Душевную и духовную свободу человека надо бдительно хранить. И себя хранить от всяких таких насильственных влияний и воздействий, и по отношению к другим этого не допускать. Т. (психолог): А как вы относитесь к дианетике Хаббарда Как я поняла, это способ подвести человека к пониманию причин его поведения с помощью концентрации мысли. А. Кто через эту концентрацию будет действовать на вас – это еще большой вопрос. Я вспомнила один рассказ. Пришли к старцу за советом. Побеседовали. Старец и говорит: «А теперь давайте помолимся ». Встал и начал читать такую молитву: «Господи, ты о нас не беспокойся, мы сами за себя постоим». Пришедшие сначала были в недоумении, а потом поняли, что такова их позиция. Такова же позиция современной психологии и психотерапии: «Мы сами за себя постоим, мы сами сконцентрируемся. Ты, Господи, не беспокойся о нас ». Нам надо понять, что без Божией помощи мы ничего не можем. Человек сам не может себя исправить. Исправляет человека Господь. А если он сам, на своем душевном уровне старается что-то изменить, то все будет вкривь и вкось, и все – не туда. Н.: Я врач-терапевт, гомеопат. Считаю, что без знания психологии нельзя работать. Тут я согласна с В. – в восьмидесяти процентах случаев таблетки не нужны. Тебе достаточно понять человека, понять, что его тревожит, и снять этот груз тревоги. Пытаясь читать самостоятельно литературу по психологии советского периода, я испытывала только тоску. Пыталась читать зарубежные источники – это тоже не принесло удовлетворения. С: Меня привлекает то, что проблемы психологии рассматриваются у нас с позиции веры. Я убежден, что болезнь – это следствие неблагополучия душевного, поэтому лечить нужно прежде всего душу. И еще мне хотелось бы услышать разговор о силе слова. А.: Слово обладает колоссальной силой воздействия, и принцип «не навреди!» тоже к нему относится. Врач прежде всего воздействует словом. Какова природа слова Это серьезный духовный, психологический и практический вопрос. Ему будет посвящено особое занятие. М.: Я психолог и работаю с женщинами, которые отказываются от своих детей. И мне было бы интересно обсуждать наши попытки работать в диалогическом направлении. Л.: Я занимаюсь альтернативным акушерством, мои занятия называются «Сознательное родительство». После родов возникает много проблем психологического характера, особенно, когда ребенок не в радость, а в тягость. Я пришла, чтобы понять, как помогать родителям в таких случаях. А.: Теперь кратко резюмируем сказанное. Человек устроен иерархически, причем духовный уровень является ведущим по отношению к душевному и телесному. Врач должен учитывать реальность духовного плана и исходить из того, что человек целостен. Если иерархия нарушается – страдают и душа, и тело. Мы рассмотрим принципы психотерапевтической работы и особенности работы врача как психотерапевта. Первое, чем помогает врач, – это общение, общение с больными. Наши занятия будут посвящены психотерапевтическим методам общения. В диалоге мы одновременно и видим, и познаем человека, и помогаем ему, и даже совершаем профилактику психических отклонений. К этой стороне своей деятельности мы и должны быть готовы прежде всего.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13

  • Введение
  • Знакомство с участниками семинара и ответы на вопросы А.