Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Заблуждения и безумства




страница9/25
Дата13.02.2018
Размер3.91 Mb.
ТипКнига
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   25
106 ИСТОРИЯ ФИНАНСОВЫХ ПИРАМИД И ДЕНЕЖНЫХ МАНИИ ценных бумаг или их покупка., совершенная любым директо- ром или агентом Компании южных морей, для любого члена администрации или члена парламента до вынесения последним решения по законопроекту о Компании южных морей, являет- ся разновидностью взяточничества и коррупции. Несколько дней спустя была утверждена еще одна резолюция, согласно которой несколько директоров и других руководителей ком- пании, тайно продавшие свои собственные ценные бумаги, признавались виновными в мошенничестве и злоупотреблении доверием, в силу чего считались главными виновниками того, что дела приняли дурной оборот, столь сильно пошатнув на- циональную кредитную систему. Г-н Айлэби отказался от дол- жности канцлера казначейства и отсутствовал на заседаниях парламента, пока законодательная власть вела формальное рас- следование на предмет установления его личной вины. Тем временем Найт, казначей компании, посвященный во все опасные секреты бесчестных директоров, упаковал бухгалтерские книги и документацию и сбежал из страны. Замаскировавшись, он уплыл по реке в маленькой лодке, и, поднявшись на корабль, на- нятый для побега, был благополучно переправлен в Кале. Тайный комитет поставил Палату общин в известность о случившемся, и было единогласно решено представить на рассмотрение короля два обращения: в первом короля просили издать прокламацию, объяв- ляющую награду за поимку Найта, а во втором -немедленно при- казать закрыть порты и принять на побережьях эффективные меры по предотвращению побега из королевства вышеупомяну- того Найта или любых других чиновников Компании южных мо- рей. Едва на этих обращениях высохли чернила, как они были доставлены королю г-ном Мэтьюэном, делегированным для это- го палатой, и была издана королевская прокламация, объявляю- щая награду в две тысячи фунтов за поимку Найта. В тот же вечер началось закрытое заседание парламента. Палата общин приказа- ла закрыть свои двери и положить ключи на стол. Генерал Росс, один из членов тайного комитета, сообщил присутствующим, что комитет уже обнаружил ряд самых изощренных злодейств и об- манов, какие только мог придумать мошенник для разорения на- ции, о которых палата узнает в должное время. Пока же, для проведения дальнейшего расследования, комитет считал в высшей «МЫЛЬНЫЙ ПУЗЫРЬ» ЮЖНЫХ МОРЕЙ 107 степени необходимым взять под стражу некоторых директоров и главных чиновников компании, а также наложить арест на их документацию. Поступившее на сей счет предложение было при- нято единогласно. Сэра Роберта Чаплина, сэра Теодора Янсена, г-на Собриджа и г-на Ф. Эйлза, членов Палаты общин и дирек- торов Компании южных морей, призвали откликнуться со сво- их мест и ответить за свою продажность. Сэр Теодор Янсен и г-н Собридж отозвались на свои имена и постарались себя реабили- тировать. Палата терпеливо их выслушала и затем приказала им удалиться. После этого было внесено и единогласно принято предложение признать их виновными в злоупотреблении дове- рием, повлекшим за собой значительные убытки большого чис- ла подданных его величества и нанесшим большой ущерб национальной кредитной системе. Далее было предписано ис- ключить их за преступления из состава палаты и передать парла- ментскому приставу. Сэр Роберт Чаплин и г-н Эйлз, присутствовавшие в палате четыре дня спустя, были также ис- ключены из ее состава. Одновременно было решено обратиться к королю с тем, чтобы он отдал директивы своим посланникам в других странах объявить розыск Найта для передачи его анг- лийским властям на тот случай, если он нашел убежище в одной из них. Король незамедлительно согласился, и той же ночью во все части континента были отправлены гонцы. Среди директоров, заключенных в тюрьму, был сэр Джон Блант, которого считали вдохновителем и отцом пресловутого предприятия. Этот человек, как сообщает нам Поп в своем «По- слании Аллану, лорду Батерсту», был самым благочестивым рас- кольником, изображавшим из себя правоверного. Он постоянно выступал против роскоши и коррупции того времени, пристра- стности членов парламента и бедности партийного духа. Осо- бенно красноречиво он клеймил алчность высокопоставленных и титулованных персон. Блант начинал как ростовщик и впос- ледствии стал не просто директором, а самым активным руко- водителем Компании южных морей. Начал ли он выступать против жадности сильных мира сего именно на данном этапе своей карьеры, нам неизвестно. Он определенно был свидете- см. следующую страницу 108 ИСТОРИЯ ФИНАНСОВЫХ ПИРАМИД И ДЕНЕЖНЫХ МАНИИ лем ее проявлений в количестве, оправдывающем его самую су- ровую анафему, но если бы сей проповедник был сам свободен от осуждаемого им порока, его декламации возымели бы боль- ший эффект. Бланта под конвоем привели к барьеру Палаты «God cannot love, says Blunt, with tearless eyes, The wretch he starves, and piously denies Much-injurd Blunt! Why bears he Britains hate A wizard told him in these words our fate: At length corruption, like a general flood, So long by watchful ministers withstood, Shall deluge all; and avarice, creeping on, Spread like low-born mist, and blot the sun Statesman and patriot ply alike the stocks..., Peeress and butler share alike the box, And judges job, and bishops bite the town, And mighty dukes pack cards for half-a-crown: See Britain sunk in Lucres sordid charms And France revenged on Annes and Edwards arms! Twas no court-badge, great Scrivener! fird thy brain, Nor lordly luxury, not city gain: No, twas thy righteous end, ashamd to see Senates degenrate, patriots disagree, And nobly wishing party-rage to cease, To buy both sides, and give thy country peace.» Popes Epistle to Allen Lord Bathurst. («Бог не способен любить несчастных, которых он морит голодом», - изрекает бесчувственный Блант и благочестиво отрекается... Блант оскорблен! Почему Британия его ненавидит Колдун предсказал ему нашу судьбу так: «В конце кон- цов продажность, как наводнение, так долго сдерживаемое бдительными ми- нистрами, затопит все, и алчность расползется повсюду, растечется, как отвра- тительный туман, и закроет солнце. Государственные деятели и патриоты бу- дут спекулировать на бирже, леди и дворецкий - делить доходы, судьи - ба- рышничать, епископы - воровать, могущественные герцоги — карты в колоду за полкроны собирать. Я вижу, как Британию захлестывает презренная жажда наживы, а Франция мстит за войны Анны и Эдуарда! Великий ростовщик, не будет никаких королевских регалий, которых ты так жаждешь, ни присущей лорду роскоши, ни доходов от горожан. Нет, тебя ждет справедливый финал, и ты со стыдом увидишь вырождающихся парламентариев и ссорящихся патри- отов, и тех, кто в своем благородстве стремится погасить пламя раздора, чтобы искупить грехи антагонистов и принести мир твоей стране.» Поп, «Послание Аллану, лорду Батерсту».) Прим. автора. .МЫЛЬНЫЙ ПУЗЫРЬ» ЮЖНЫХ МОРЕЙ 109 лордов и подвергли длительному допросу. Он отказался отве- чать на некоторые важные вопросы, сказав, что его уже допра- шивал комитет Палаты общин, и, поскольку он не помнит своих ответов и может противоречить сам себе, он отказывается отве- чать перед другим трибуналом. Это заявление, само по себе яв- ляющееся косвенным доказательством вины, вызвало в палате некоторое смятение. Бланта вновь безапелляционно спросили, продавал ли он когда-нибудь какое бы то ни было количество ценных бумаг кому-либо из членов администрации или кому- либо из членов любой из палат парламента для облегчения при- нятия законопроекта. Он опять отказался отвечать, заявив, что очень хочет относиться к палате со всем возможным уважени- ем, но считает несправедливым, что его принуждают свидетель- ствовать против самого себя. После нескольких безуспешных попыток освежить память, ему было приказано удалиться. Пос- ледовала яростная дискуссия между сторонниками и оппонен- тами кабинета министров. Утверждали, что .администрации удобна неразговорчивость сэра Джона Бланта. Герцог Уортонс- кий бросил тень на графа Стэнхоупа, что привело последнего в негодование. Он выступал, будучи в сильном возбуждении, и эта горячность вызвала у него внезапный прилив крови к голове. Он почувствовал себя так плохо, что был вынужден покинуть палату и удалиться в свои апартаменты. Ему немедленно поста- вили банки, а на следующее утро пустили кровь, но это не при- несло особого облегчения. Никто не ожидал летального исхода. Ближе к вечеру он впал в забытье и изменившись в лице скон- чался. Внезапная смерть этого государственного деятеля вызва- ла в стране великую скорбь. Георг I был безмерно потрясен и на несколько часов заперся в кабинете, безутешный в своей утрате. Найт, казначей компании, был арестован в местечке Тирль- монт, неподалеку от Льежа, одним из секретарей г-на Ледеса, английского дипломатического представителя в Брюсселе, и по- мещен в Антверпенскую крепость. Австрийскому эрц-герцог- скому двору неоднократно посылались прошения о его выдаче, но тщетно. Найт отдался на милость правосудия Брабанта и тре- бовал, чтобы его судили в этой провинции. Существовала при- Барьер, отделяющий места членов палаты. Прим. перев. 110 ИСТОРИЯ ФИНАНСОВЫХ ПИРАМИД И ДЕНЕЖНЫХ МАНИЙ вилегия, дарованная провинции Брабант одной из статей Joyeuse Entree, согласно которой все преступники, задержанные в Бра- банте, подлежали суду в этой провинции. Провинция настаи- вала на своей привилегии и отказывалась выдать Найта английским властям. Последние не переставали слать ходатай- ства, но тем временем Найт сбежал из крепости. 16 февраля тайный комитет представил свой первый отчет Палате общин. В нем говорилось, что расследование сопровож- далось многочисленными трудностями и помехами: все, кого допрашивали члены комитета, пытались по мере возможнос- ти пустить правосудие по ложному следу. В некоторых предъяв- ленных комитету бухгалтерских книгах были сделаны фиктивные записи, в другие были вписаны суммы денег, а имена держателей акций отсутствовали. В книгах были многочисленные подчистки и изменения, из некоторых были вырваны листы. Также было об- наружено, что некоторые книги особой важности были вооб- ще уничтожены, а некоторые изъяты или спрятаны. В самом начале расследования члены комитета заметили, что передан- ные на их рассмотрение материалы были самого разного со- держания и объема. Многим лицам было поручено исполнение различных частей закона, и под видом этого они действовали непростительным образом, распоряжаясь имуществом тысяч людей стоимостью в миллионы фунтов. Члены комитета обна- ружили, что еще до того, как было принято Постановление о Компании южных морей, в ее бухгалтерских книгах была сде- лана запись о сумме в 1 259 325 фунтов на счете по ценным бумагам, которые значились проданными за сумму в 574 500 фунтов. Эти акции были абсолютно фиктивными и были про- даны с целью содействия принятию законопроекта. Они зна- чились проданными в разные дни и по разным ценам, от 150 до 325 фунтов. Пораженный тем, что акции на такую большую сумму были проданы в то время, когда компания еще не имела права их продавать, комитет принял решение провести самое тщательное расследование всех ее деловых операций. Перед ним предстали и были строго допрошены управляющий, помощ- ник управляющего и несколько директоров компании. Было выяснено, что в то время, когда были сделаны эти записи, ком- пания не являлась владельцем ценных бумаг на такую большую «МЫЛЬНЫЙ ПУЗЫРЬ» ЮЖНЫХ МОРЕЙ 111 сумму, имея в пределах своих полномочий их количество на сумму не более тридцати тысяч фунтов. Продолжив расследо- вание, комитет обнаружил, что эти акции принимались в рас- чет или удерживались компанией в пользу мнимых покупателей, хотя не было заключено никаких договоров на их передачу или оплату в какое-либо определенное время. Не было никаких выплат наличными, предполагаемые покупатели не вносили на счета компании абсолютно никаких задатков или залогов; таким образом, если бы курс акций упал, чего можно было ожидать, не будь постановление принято, покупатели не понесли бы никаких убытков. И наоборот, если бы котировка ценных бумаг поднялась (что фактически и произошло, так как план удался), разница за счет роста котировки принесла бы вла- дельцу акций прибыль. Соответственно, после принятия поста- новления г-н Найт подправил учет по ценным бумагам, а компания выплатила мнимым покупателям курсовую разницу на- личными. Эти фиктивные акции, находившиеся главным обра- зом в распоряжении сэра Джона Бланта, г-на Гиббона и г-на Найта, были распределены среди нескольких членов правитель- ства и близких им людей путем взяток для содействия приня- тию законопроекта. Графу Сандерлендскому были переданы акции на сумму в 50 000, герцогине Кендалской - 10 000, гра- фине Плейтенской - 10 000, двум ее племянницам - 10 000, г- ну секретарю Крэггзу — 30 000, г-ну Чарльзу Стэнхоупу (одному из секретарей казначейства) - 10 000, Компании-изготовителю клинков - 50 000 фунтов. Выяснилось также, что г-н Стэнхоуп получил гигантскую сумму в 250 000 фунтов как разницу цены акций при посредничестве «Тернер, Кэсуолл энд Ко.»; при этом его фамилия была частично подчищена в бухгалтерских кни- гах фирмы и изменена на Стэнгейп. Айлэби, канцлер казна- чейства, извлек доходы еще более отвратительные. У него был счет на сумму в 794 415 фунтов в фирме, владельцами которой являлись директора Компании южных морей. Кроме того, он посоветовал компании увеличить совокупную цену акций вто- рой подписки до полутора миллионов фунтов вместо одного без всякого на то предписания свыше, руководствуясь исклю- чительно собственной инициативой. Третья подписка была проведена столь же бесчестным образом. Г-н Айлэби подпи- 112 ИСТОРИЯ ФИНАНСОВЫХ ПИРАМИД И ДЕНЕЖНЫХ МАНИЙ сался на 70 000, г-н Крэггз, как старший по положению, — на 659 000, граф Сандерлендский - на 160 000 и г-н Стэнхоуп - на 47 000 фунтов. В отчете упоминалось еще шесть человек, менее высокопоставленных. В конце концов комитет объявил, что из- за отсутствия Найта, являвшегося своего рода ключевым зве- ном аферы, расследование было решено приостановить. Первый отчет было приказано напечатать и принять к рас- смотрению через день. После весьма гневных и оживленных дебатов было согласовано несколько резолюций, осуждающих действия директоров и связанных с ними членов парламента и администрации и объявляющих, что те должны, все без разбо- ра, своим собственным имуществом возместить ущерб, нане- сенный ими народу. Их деятельность была названа продажной, позорной и опасной, и было приказано внести законопроект, призванный помочь несчастным пострадавшим. Г-н Чарльз Стэнхоуп был первым, кого призвали отчитаться о своем участии в данной афере. Защищая себя, он настаивал на том, что в течение нескольких лет он отдавал все свои деньги на хранение г-ну Нашу и что, какие бы ценные бумаги не приобре- тал для него г-н Найт, он расплатился за них сполна. Что же каса- ется ценных бумаг, купленных для него фирмой «Тернер, Кэсуолл энд Ко.», то он сказал, что ничего об этом не знает. Все, что было сделано по данному вопросу, было сделано без его санкции, и он не может нести за это ответственность. «Тернер, Кэсуолл энд Ко.» взяли ответственность на себя, но для всякого беспристрастного и непредубежденного человека было очевидно, что г-н Стэнхо- уп стал богаче на 250 000 фунтов, находившихся в руках этой фирмы и предназначенных ему. Тем не менее его оправдали с перевесом всего в три голоса. Для защиты были приложены боль- шие усилия. Лорд Стэнхоуп, сын графа Честерфилдского, по очереди обходил колеблющихся парламентариев, используя все свое красноречие, чтобы убедить их либо проголосовать за оп- равдание, либо отлучиться из палаты. Многих недалеких депу- татов его увещевания сбили с толку, что и привело к известному результату. Оправдание вызвало величайшее недовольство во всей стране. В разных районах Лондона собирались озлоблен- ные толпы; повсюду опасались, что начнутся беспорядки, осо- бенно потому, что многие ожидали подобного исхода от допросов «МЫЛЬНЫЙ ПУЗЫРЬ» ЮЖНЫХ МОРЕЙ 113 более виновных. Г-н Айлэби, высокая должность и большая от- ветственность которого подразумевали априорную честность, будь он даже недостаточно честен с рождения, в данной ситуа- ции весьма справедливо считался наиболее вероятным преступ- ником номер один. Его дело было принято к рассмотрению на следующий день после оправдания г-на Стэнхоупа. Царило силь- ное возбуждение, кулуары и коридоры палаты заполонили тол- пы людей, с нетерпением ожидающих результата. Дебаты продолжались весь день. Г-ну Айлэби мало кто сочувствовал: его вина была настолько бесспорной и ужасной, что никто не отва- жился выступить в его защиту. В конце концов было единоглас- но решено, что г-н Айлэби, поощрявший и содействовавший претворению в жизнь губительного плана «южных морей» с це- лью собственного непомерного обогащения, наравне с дирек- торами компании участвовавший в их пагубной деятельности, приведшей к краху национальной торговли и кредитной систе- мы королевства, в наказание за свои преступления подлежит из- гнанию с позором из Палаты общин и тюремному заключению в лондонском Тауэре под особой охраной; кроме того, ему было запрещено покидать королевство в течение года или до оконча- ния следующей парламентской сессии и приказано составить правдивый отчет о всем его имуществе, чтобы оно могло быть передано в пользу тех, кто пострадал от его противозаконных действий. Этот вердикт вызвал величайшую радость. Несмотря на то, что он был вынесен в половине первого ночи, известие о нем скоро облетело весь город. Некоторые люди в знак радости устроили иллюминацию. На следующий день, когда г-на Ай- лэби везли в Тауэр, на Тауэрском холме собралась толпа лю- дей, намеревавшихся освистать осужденного и забросать его камнями. Не преуспев в этом, они развели большой костер и танцевали вокруг него, переполняемые весельем. Несколько костров было разведено и в других местах; в Лондоне царила праздничная атмосфера, и люди поздравляли друг друга, слов- но они только что избежали великого бедствия. Ярость, выз- ванная оправданием г-на Стэнхоупа, разрослась до таких масштабов, что никто не знал, чем бы все кончилось, удос- тойся г-н Айлэби подобной же милости. 114 ИСТОРИЯ ФИНАНСОВЫХ ПИРАМИД И ДЕНЕЖНЫХ МАНИИ Радости людям прибавило то, что сэр Джордж Кэсуолл, один из совладельцев фирмы «Тернер, Кэсуолл энд Ко.», на следую- щий день был исключен из состава Палаты общин, пригово- рен к заключению в Тауэр и штрафу в 250 000 фунтов. Следующей была рассмотрена та часть отчета тайного ко- митета, что касалась графа Сандерлендского. Предпринимались все усилия, чтобы снять обвинения с его светлости. В силу того, что заведенное против него дело основывалось главным обра- зом на свидетельских показаниях, полученных от сэра Джона Бланта, были приложены все старания, чтобы поставить под сомнение слова сэра Джона, особенно в свете ущерба, наноси- мого ими чести пэра и члена тайного совета. Графа защищали все без исключения сторонники кабинета министров; выска- зывалось мнение, что обвинительный приговор приведет к власти кабинет министров партии тори. В конце концов граф был оправдан 233 голосами против 172, но страна была убеж- дена в его виновности. Повсеместно выражалось сильнейшее негодование, а в Лондоне собирались озлобленные толпы. К счастью, никаких беспорядков не произошло. Вскоре после вышеуказанного события умер г-н Крэггз-стар- ший. Следующий день был посвящен обсуждению этого со- бытия. Все считали, что он отравился. Однако на самом деле он просто не смог пережить потерю сына, одного из секретарей казначейства, который умер от оспы несколькими неделями ра- нее. Ради этого сына, которого он очень любил, он копил ог- ромное богатство: копил деньги, но бесчестным путем; теперь же человека, ради которого он поступился своей честью и за- пятнал свою репутацию, больше не было в живых. Страх перед дальнейшими разоблачениями еще больше помутил его рассу- док и в конце концов вызвал апоплексический удар, от которо- го он скончался. Он оставил после себя состояние в полтора миллиона фунтов, которое впоследствии было конфисковано в пользу пострадавших от плачевной аферы, в осуществлении которой он принял столь деятельное участие. Дела, заведенные на всех директоров компании, одно за дру- гим принимались к рассмотрению. Для возмещения причинен- ного ими ущерба было конфисковано имущество на сумму в два миллиона четырнадцать тысяч фунтов; каждому из них про- «МЫЛЬНЫЙ ПУЗЫРЬ» ЮЖНЫХ МОРЕЙ 115 порционально степени их участия в афере и в соответствии с обстоятельствами была оставлена определенная его часть, по- зволяющая начать новую жизнь. Сэру Джону Бланту досталось всего 5000 фунтов от его состояния более чем в 183 000 фунтов, сэру Джону Феллоузу - 10 000 от 243 000 фунтов, сэру Теодору Янсену - 50 000 от 243 000 фунтов, г-ну Эдварду Гиббону - 10 000 от 106 000 фунтов, сэру Джону Ламберту - 5000 от 72 000 фунтов. С другими, менее вовлеченными в аферу, обошлись гораздо либеральнее. Историк Гиббон, чьим дедом был столь сурово оштрафованный г-н Эдвард Гиббон, в своих «Мемуарах и писаниях» интересно рассказал о парламентских процессах того времени. Он признает, что не является беспристрастным сви- детелем, но в силу того, что все писатели, из книг которых мож- но получить хоть какую-то информацию о судебных процессах тех бедственных лет, были пристрастны с другой стороны, вер- сия изложения событий знаменитого историка приобретает до- полнительную ценность, если, конечно, рассматривать ее, руководствуясь принципом audi alteram partem. «В 1716 году, - пишет он, - моего деда выбрали одним из директоров Компа- нии южных морей. Из его конторских книг достоверно явству- ет, что еще до того, как принять это фатальное назначение, он нажил независимое состояние в 60 000 фунтов. Но его богат- ство было сметено катастрофой 1720 года, и труды тридцати лет пошли насмарку в один день. Оценить отсутствие или нали- чие злоупотреблений в деятельности компании, виновность или невиновность моего деда и его коллег-директоров, я не могу, так как не являюсь ни полноправным, ни беспристрастным су- дьей. Но непредвзятость дней сегодняшних должна осудить на- думанные и деспотические судебные процессы, позорящие правосудие и делающие несправедливость еще более одиозной.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   25