Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Заблуждения и безумства




страница22/25
Дата13.02.2018
Размер3.91 Mb.
ТипКнига
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   25
часть территории современных Франции и Италии. Прим. перев.

262 АЛХИМИКИ И ПРЕДСКАЗАТЕЛИ

по фамилии Таксис. Все ювелиры говорят, что никогда преж-
де не видели золота столь высокой пробы. Железные гвозди
он с одного конца делает золотыми, а с другого - серебряны-
ми, оставляя железной среднюю часть. Во время длительной
беседы, которую я имел с ним на днях по поручению еписко-
па Сенеского, видевшего его опыты собственными глазами и
посвятившего меня во все детали, он пообещал дать мне один
из таких гвоздей.

Барон и баронесса де Рейнвальд показали мне слиток золота,


который месье Делиль сделал из сплава олова со свинцом у них
на глазах. Мой зять Совёр, бесплодно потративший на поиски
великого секрета пятьдесят лет жизни, на днях принес мне гвоздь,
который Делиль в его присутствии превратил в золото, и полно-
стью убедил меня в том, что все его предыдущие эксперименты
базировались на ложном принципе. Недавно сей замечательный
мастер своего дела получил весьма любезное письмо от управля-
ющего королевским двором, которое я читал. Он предлагал ис-
пользовать все его влияние на министров, дабы предотвратить
любые покушения на его (Делиля) свободу, дважды имевшие
место со стороны правительственных агентов. Есть мнение, что
масло, которым он пользуется, является золотом или серебром,
приведенным в жидкое состояние. Его он подолгу держит на сол-
нце. Делиль сообщил мне, что на все подготовительные опера-
ции у него уходит полгода. Я сказал, что с ним желает встретиться
король. Он ответил, что не может демонстрировать свое искус-
ство повсеместно, так как для успешных трансмутаций абсолют-
но необходимы определенные климат и температура. По правде
сказать, этот человек, похоже, напрочь лишен честолюбия. У него
всего две лошади и двое слуг. Кроме того, он свободолюбив и
абсолютно невежлив, а речь его безграмотна, но его суждения
кажутся убедительными. Раньше он был всего лишь кузнецом,
но преуспел в этом ремесле, будучи самоучкой. Его посещают
все сиятельные пэры и синьоры страны, обращающиеся с ним
настолько обходительно, что более всего это походит на идоло-
поклонство. Франция была бы счастлива, если бы этот человек
открыл свою тайну королю, которому управляющий двором уже
послал несколько слитков! Но счастье сие слишком иллюзорно,
ибо у меня есть опасение, что этот мастер унесет свой секрет с

АЛХИМИКИ 263

собой в могилу. Несомненно, данное открытие наделает в коро-
левстве много шума, если характер человека, которого я вам толь-
ко что описал, не будет тому препятствием. Во всяком случае,
последующие поколения узнают о нем.»

В другом письме тому же адресату, датированном 27 янва-


ря 1707 г., месье де Серизи пишет: «Мой дорогой кузен, в пос-
леднем письме я рассказал вам о прославленном прованском
алхимике месье Делиле. Значительная часть рассказанного была
основана лишь на слухах, но теперь я могу свидетельствовать
на основании собственного опыта. У меня есть наполовину же-
лезный, наполовину серебряный гвоздь, который я сделал сам.
Сей великий и восхитительный мастер даровал мне еще более
великую привилегию - он позволил мне превратить кусок свин-
ца, который я принес с собой, в чистое золото с помощью его
удивительных масла и порошка. К этому джентльмену прико-
ваны взоры всей страны: одни громогласно называют его са-
мозванцем, другие скептически выжидают, но те, кто видел его
деяния лично, признают обоснованность его претензий. Я ви-
дел пропуск, присланный ему от королевского двора, с прика-
зом быть в Париже в начале весны. Он сказал мне, что охотно
туда отправится и что весну в качестве срока его прибытия ко
двору он определил самолично, так как ему требуется время
на подготовку всех необходимых материалов, дабы по пред-
ставлении королю он мог немедленно провести эксперимент,
достойный внимания его величества, путем превращения боль-
шого количества свинца в золото высшей пробы. Искренне
надеюсь, что он не даст своему секрету умереть вместе с ним, а
сообщит его королю. Когда я имел честь обедать с ним в про-
шлый четверг, 20 числа сего месяца, то, сидя рядом с ним, ска-
зал шепотом, что ему под силу, будь у него такое желание,
посрамить всех врагов Франции. Он не стал этого отрицать,
но заулыбался. Воистину, этот человек - чудо-мастер. В одних
случаях он использует смесь масла с порошком, в других - толь-
ко порошок, но в столь малом количестве, что когда делаемый
мною слиток был полностью им натерт, это было практичес-
ки незаметно.»

Этот придурковатый священник был отнюдь не единствен-


ным человеком в округе, потерявшим голову, уповая на несмет-

264 АЛХИМИКИ И ПРЕДСКАЗАТЕЛИ

ное богатство, сулимое ловким обманщиком. Еще один свя-
щеннослужитель, де Лион, регент хора гренобльского кафед-
рального собора, 30 января 1707 г. писал: «Месье Менар,
викарий прихода Монтье, написал мне, что есть один человек,
примерно тридцати пяти лет, по фамилии Делиль, который пре-
вращает свинец и железо в золото и серебро, и что сие превра-
щение истинно и несомненно, так как ювелиры утверждают,
что его золото и серебро - самые чистые и высокопробные из
тех, что им приходилось видеть. Пять лет этого человека счи-
тали безумцем или плутом, но сегодня люди знают о нем прав-
ду. В настоящее время он живет у месье де ла Палю в
одноименном замке. Материальное положение месье де ла
Палю оставляет желать лучшего, и он нуждается в деньгах, что-
бы дать приданое своим дочерям, дожившим незамужними до
средних лет из-за того, что бесприданницы никому не нужны.
Месье Делиль пообещал сделать их самыми богатыми девуш-
ками данной провинции до того, как он отправится в Париж
по приказу короля. Он попросил о небольшой отсрочке своего
отъезда, чтобы накопить достаточно порошка для изготовле-
ния нескольких квинталов* золота в присутствии его величе-
ства, которому он собирается их подарить. Основное
составляющее его замечательного порошка - лекарственные ра-
стения, главным образом травы Lunaria major и minor. Боль-
шую плантацию первой он посадил в парке Ла-Палю, а вторую
собирает в горах, примерно в двух лье от Монтье. Рассказывае-
мая мною история отнюдь не небылица, придуманная ради за-
бавы: месье Менар может пригласить для подтверждения ее
правдивости множество свидетелей, среди которых — епископ
Сенеский, наблюдавший за проведением сих удивительных
опытов, и месье де Серизи, которого вы хорошо знаете. Де-
лиль превращает металлы публично. Он натирает свинец или
железо своим порошком и кладет металл на горящий древес-
ный уголь. Вскоре металл меняет цвет: свинец желтеет, превра-
щаясь в превосходное золото, а железо белеет, становясь чистым
серебром. Делиль - совершенно неграмотный человек. Месье

* Квинтал - здесь: единица массы в системе английских мер, равная 50,8 кг.


Прим. перев.

АЛХИМИКИ 265

де Сент-Обан пытался научить его читать и писать, но он мало
что усвоил из этих уроков. Он невежливый и капризный меч-
татель, действующий урывками.»

Делиль, видимо, боялся разоблачения в Париже. Он знал,


что в присутствии короля за его манипуляциями будут наблю-
дать особенно тщательно, и под тем или иным предлогом от-
кладывал поездку более двух лет. Демаре, министр финансов
Людовика XIV, думая, что «философ» боится предательства и
насилия, дважды посылал ему охранное свидетельство за печа-
тью короля, но Делиль по-прежнему отказывался ехать. Тогда
Демаре написал письмо епископу Сенескому, в коем поинте-
ресовался, что тот действительно думает об этих знаменитых
трансмутациях. Ответ сего прелата был следующим:

«Копия отчета, датированного мартом 1709 г.,

адресованного месье Демаре,

генеральному ревизору финансов

его величества Людовика XIV, епископом Сенеским.

СУДАРЬ, год назад или немногим больше я выразил Вам


мою радость в связи с Вашим назначением на пост министра.
Теперь я имею честь сообщить Вам свое мнение о господине
Делиле, который занимается превращением металлов в моей
епархии. За последние два года я несколько раз говорил о нем
с графом де Поншартреном, который спрашивал меня о нем,
но я не писал Вам, сударь, или месье де Шамиллару, потому
что ни Вы, ни он не интересовались моим мнением на сей
счет. Однако сейчас, когда Вы дали мне понять, что хотите
знать мои соображения по данному вопросу, я поделюсь ими
с Вами со всей искренностью, в интересах короля и во славу
Вашего министерства.

По моему мнению, есть два момента в отношении госпо-


дина Делиля, подлежащие беспристрастной проверке: первый
связан с его секретом, а второй - с его персоной, то есть необ-
ходимо выяснить, подлинны ли его превращения и всегда ли
он был законопослушным гражданином. Что касается секре-
та философского камня, то я долгое время считал его вздо-
ром и свыше трех лет относился с наибольшим недоверием к

266 АЛХИМИКИ И ПРЕДСКАЗАТЕЛИ

претензиям именно сего господина Делиля. В то время я ни-
как его не поощрял, более того, я помогал человеку, рекомен-
дованному мне одним влиятельным семейством данной
провинции, преследовать Делиля за те или иные преступле-
ния, в совершении коих он подозревался. Но после того, как
этот человек, разгневанный на Делиля, однажды рассказал мне,
что он сам несколько раз отвозил золото и серебро, сделанное
тем из свинца и железа, ювелирам Ниццы, Экс-ан-Прованса и
Авиньона, мое отношение к Делилю мало-помалу стало ме-
няться. Позднее я познакомился с Делилем в доме одного из
моих друзей. Чтобы доставить мне удовольствие, эта семья
попросила Делиля поставить опыт в моем присутствии, на что
он немедленно согласился. Я дал ему несколько железных гвоз-
дей, которые он превратил в серебряные в камине перед шес-
тью или семью заслуживающими доверия свидетелями. Я
забрал сии превращенные гвозди с собой и отправил их вме-
сте с моим раздающим милостыню Имберу, ювелиру из Экс-
ан-Прованса, который, подвергнув их необходимым тестам,
вернул их мне со словами, что они сделаны из очень хороше-
го серебра. Этого, однако, мне показалось мало. Помня, как
двумя годами ранее месье де Поншартрен намекнул мне, что
если я проведу расследование деятельности Делиля, то окажу
тем самым услугу его величеству, так я и решил сделать. Для
этого я направил алхимику предписание приехать ко мне в
Кастеллан. Он приехал, и я приставил к нему восемь-десять
человек, которым велел пристально наблюдать за его руками.
В присутствии всех нас он превратил два куска свинца в золо-
то и серебро. Я отправил оба куска месье де Поншартрену, и
он впоследствии сообщил мне в письме, лежащем сейчас пе-
редо мной, что показал их опытнейшим ювелирам Парижа,
которые единодушно идентифицировали их как чистейшее
золото и серебро. После этого мое прежнее скверное мнение
о Делиле было всерьез поколеблено. Еще больше оно пошат-
нулось, когда он у меня на глазах выполнил пять или шесть
трансмутаций в Сене и заставил меня выполнить превраще-
ние собственноручно, а сам при этом ни к чему не прикасал-
ся. Вы, сударь, читали письмо моего племянника Пьера Берара,

АЛХИМИКИ 267

члена Парижской оратории*, об эксперименте, проделанном
им в Кастеллане, правдивость которого я удостоверяю насто-
ящим письмом. Еще один мой племянник, господин Бурже,
который был здесь три недели тому назад, проделал тот же
самый эксперимент в моем присутствии, и о всех его обстоя-
тельствах он подробно сообщит Вам в Париже при личной
встрече. В моей епархии свидетелями означенных превраще-
ний были около ста человек. Признаюсь, сударь, что после по-
казаний стольких наблюдателей и заверений стольких
ювелиров, равно как и неоднократных успешных эксперимен-
тов, свидетелем коих был я сам, все мои предубеждения ис-
чезли. Мои глаза убедили мой рассудок, а деяние моих рук
развеяло иллюзии неосуществимости трансмутаций, прежде
управлявшие моими помыслами.

Мне остается поделиться с Вами своими соображениями от-


носительно его законопослушности. Он подозревается в трех
вещах: во-первых, в том, что был замешан в одной криминаль-
ной истории в Систроне и подделывал монеты королевства, во-
вторых, в том, что он проигнорировал два охранных
свидетельства, посланные ему королем, и в-третьих, в том, что
он по-прежнему откладывает поездку ко двору для демонстра-
ции своих способностей в присутствии короля. Вы можете убе-
диться, сударь, что я ничего не утаиваю и не упускаю. Что
касается дела в Систроне, то господин Делиль не раз уверял
меня, что там он не совершил ничего противозаконного, да и
вообще никогда не занимался ничем таким, что оскорбляло бы
честь королевского подданного. Действительно, шесть или семь
лет назад он был в Систроне с целью сбора трав, необходимых
для изготовления его порошка, и жил в доме некоего Пелуза,
которого считал честным человеком. Пелуза обвинили в под-
делке луидоров, а поскольку Делиль был его постояльцем, его
сочли вероятным сообщником хозяина. По этому абсолютно
бездоказательному подозрению он был осужден за неявку в суд,
что достаточно типично для судей, которые всегда очень суро-
вы к отсутствующим на процессе. Во время моего пребывания

* Оратория — здесь: религиозное общество; члены оратории — ораторианцы.


Прим. перев.

268 АЛХИМИКИ И ПРЕДСКАЗАТЕЛИ

в Экс-ан-Провансе я узнал, что человек по имени Андре Алюи
распространял порочащие Делиля сведения, надеясь избежать
таким образом уплаты ему сорока луидоров, которые он задол-
жал. Но позвольте мне, сударь, продолжить и добавить, что,
даже если подозрения в отношении Делиля обоснованны, нам
следует с некоторым снисхождением отнестись к прегрешени-
ям человека, владеющего секретом, столь полезным государ-
ству. Что же до двух охранных свидетельств, отправленных ему
королем, то я считаю, что его столь малое внимание к ним ни-
коим образом нельзя вменять ему в вину. Период времени, не-
обходимый ему для подготовки к трансмутациям, состоит,
строго говоря, только из четырех летних месяцев, и если в силу
каких бы то ни было причин он не может использовать их дол-
жным образом, он теряет целый год. Таким образом, первое
охранное свидетельство стало бесполезным из-за внезапного
вторжения герцога Савойского в 1707 г., а второе едва ли дос-
тигло адресата в конце июня 1708 г., когда означенный Делиль
подвергся нападению группы вооруженных людей, назвавших-
ся исполнителями воли графа де Гриньяна. Делиль написал гра-
фу несколько жалоб, но не получил от него никаких гарантий
собственной безопасности. То, о чем я Вам, сударь, только что
рассказал, не заставит Вас гневаться в третий раз и объяснит,
почему в настоящее время Делиль не может отправиться в Па-
риж к королю для исполнения своего обещания двухлетней
давности. Он потерял два или даже три лета из-за постоянного
беспокойства, которое ему причиняли. Вследствие этого он не
мог работать и не накопил достаточное количество масла и по-
рошка или не довел имеющиеся у него запасы до необходимой
степени совершенства. По той же причине он не смог дать гос-
подину де Бурже обещанную ему порцию данных веществ для
вашей экспертизы. Если он недавно и превратил какое-то ко-
личество свинца в золото с помощью нескольких крупинок его
порошка, то они, несомненно, были последними, ибо он гово-
рил мне, что порошок у него на исходе, задолго до получения
известия о грядущем визите моего племянника. Если бы он даже
сохранил это малое количество для эксперимента в присутствии
короля, я уверен, что при зрелом размышлении он ни за что не
рискнул бы отправиться с ним в Париж, потому что, если бы

АЛХИМИКИ 269

из-за малейших отклонений твердости металлов в ту или дру-
гую сторону, обнаруживаемых только в процессе эксперимен-
та, первая попытка закончилась неудачно, и у него не осталось
порошка для повторной попытки и преодоления сего препят-
ствия, его таким образом могли бы счесть мошенником.

Позвольте мне, сударь, в заключение повторить, что такого


мастера своего дела не следует доводить до крайности и при-
нуждать искать убежище в других странах, на что он смотрит с
презрением как в силу своих воззрений, так и благодаря совету,
который я ему дал. Вы ничем не рискуете, если дадите ему еще
немного времени, и можете многое потерять, если будете его
торопить. Подлинность его золота после ее подтверждения
столь большим числом ювелиров Экс-ан-Прованса, Лиона и
Парижа не вызывает сомнений. А поскольку он не виноват в
том, что посланные ему ранее охранные свидетельства остались
бесполезными, необходимо отправить ему еще одно, за успеш-
ное использование которого я буду нести ответственность, если
Вы поручите это мне и доверитесь моему страстному желанию
оказать услугу его величеству. Прошу Вас ознакомить его с моим
письмом во избежание возможных справедливых упреков в мой
адрес в случае его незнания вышеизложенных фактов. Заверь-
те его, если сочтете необходимым, в том, что, если Вы отпра-
вите мне такое охранное свидетельство, я заставлю господина
Делиля засвидетельствовать свою преданность интересам ко-
роны в той мере, в какой она будет соответствовать степени
моей личной ответственности перед королем. Таковы мои со-
ображения, кои я представляю на Ваше высочайшее рассмот-
рение. Имею честь оставаться вашим покорным слугой.

ИОАНН, ЕПИСКОП СЕНЕСКИЙ.»


«Адресовано месье Демаре,
министру и генеральному ревизору финансов, Париж.»

Данное письмо является наглядным подтверждением того,


что Делиль был не заурядным самозванцем, а человеком ис-
ключительной хитрости и ловкости. Епископа явно обманула
ловкость рук Делиля, и когда однажды его первоначальное не-
доверие было сломлено, он проявил такую склонность к са-
мообману, какой, вероятно, не ожидал от него даже Делиль.

270 АЛХИМИКИ И ПРЕДСКАЗАТЕЛИ

Его вера была столь сильной, что он сделал заботы своего про-
теже своими заботами и старался отвести от него подозрения.
Однако Людовика и его министра, похоже, настолько ослепи-
ли радужные прогнозы епископа, что алхимику был тотчас
же выслан третий пропуск, или охранное свидетельство, в ко-
тором король приказывал ему незамедлительно прибыть в
Версаль и провести публичный эксперимент с использовани-
ем его масла и порошка. Но это не входило в планы Делиля. В
провинциях он был важной персоной и настолько привык к
повсеместной раболепной лести, что не испытывал желания
променять ее на точную идентификацию своего статуса при
дворе монарха. Под тем или иным предлогом он откладывал
путешествие в Париж, несмотря на настоятельные просьбы
своего доброго друга епископа. Последний, давший слово
министру и поклявшийся честью, что убедит Делиля поехать,
начал испытывать тревогу, поняв, что не может сломить уп-
рямство сей персоны. Епископ увещевал его более двух лет и
каждый раз слышал в ответ, что имеющегося порошка недо-
статочно для поездки, или что тот недостаточно долго под-
вергался воздействию солнечных лучей. В конце концов его
терпению пришел конец, и он, опасаясь падения собственно-
го авторитета в глазах короля из-за дальнейших проволочек,
попросил его в своем письме издать lettre de cachet*, на осно-
вании которого в июне 1711 г. алхимик был арестован в замке
Ла-Палю и уведен для заключения в Бастилию.

Жандармы знали, что арестованный предположительно яв-


ляется счастливым обладателем философского камня, и в пути
сговорились убить и ограбить его. Один из них сделал вид,
что соболезнует злоключениям философа, и предложил ему
совершить побег, пока он (жандарм) будет отвлекать внима-
ние сослуживцев. Делиль не скупился на благодарности, не до-
гадываясь о подстроенной ему западне. Его вероломный
«друг» сообщил другим жандармам, что жертва попалась на
удочку, и было решено позволить Делилю побороться с од-
ним из них и побороть его, пока остальные будут находиться
на некотором расстоянии. Затем они должны будут погнать-

* Королевский указ об изгнании, о заточении без суда и следствия (фр.). Прим.


перев.

АЛХИМИКИ 270

ся за ним и выстрелить в сердце, а после изъятия у трупа фи-
лософского камня - отвезти его в Париж на телеге и сообщить
месье Демаре, что арестант пытался бежать и сумел бы это сде-
лать, если бы они не открыли по нему огонь и не застрелили
его. В удобном месте план был осуществлен. По сигналу «дру-
жественного» жандарма Делиль побежал, а другой жандарм
прицелился и прострелил ему бедро. На звук выстрела тут же
сбежались крестьяне, помешав жандармам таким образом до-
бить его согласно их плану, и Делиля, тяжело раненного и ис-
текающего кровью, привезли в Париж. Он был брошен в
Бастилию и упорно срывал с себя бинты, накладываемые хи-
рургами на его рану. Он больше никогда не вставал с постели.
Епископ Сенеский навещал его в тюрьме и обещал ему сво-
боду в обмен на превращение определенного количества свин-
ца в золото в присутствии короля. У несчастного больше не
было подручных средств для обмана: у него не было ни золо-
та, ни тигля с двойным дном или полой палочки, в которые
это золото можно было бы спрятать. Он, однако, не захотел
признаться в мошенничестве, а просто сказал, что не знает
секрета изготовления порошка для нанесения на поверхность
металлов, некоторое количество которого он получил от од-
ного итальянского философа и истратил без остатка на раз-
личные трансмутации в Провансе. Он влачил жалкое
существование в Бастилии семь-восемь месяцев и умер от
последствий ранения на сорок первом году жизни.

АЛЬБЕР АЛЮИ


(ALBERT ALUYS)

Сей претендент на владение философским камнем был сы-


ном от первого брака женщины по фамилии Алюи, с которой
Делиль познакомился в начале своей карьеры на придорожном
постоялом дворе и на которой он впоследствии женился. Делиль
заменил ему отца и наилучшим доказательством своей заботы о
пасынке счел обучение его мошенническим приемам, вырвав-
шим его самого из мрака безвестности. Юный Алюи был спо-
собным учеником и быстро освоил весь алхимический жаргон.
Он со знанием дела рассуждал о поверхностных контактах, осаж-

272 АЛХИМИКИ И ПРЕДСКАЗАТЕЛИ

дениях металла из раствора, возгонках, эликсире жизни и уни-
версальном растворителе, а после смерти Делили провозгласил,
что этот великий адепт передал свой секрет ему и только ему.
Мать помогала ему обманывать людей, надеясь, что им обоим
удастся, согласно истинно алхимической моде, прицепиться к
какому-нибудь богатому простофиле, который содержал бы их
в роскоши, уповая на золотые и серебряные горы. Судьба Дели-
ля никак не стимулировала их дальнейшее пребывание во Фран-
ции. Да, французы по-прежнему верили, что он был великим
мастером, и были весьма склонны поверить сказкам о юном адеп-

1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   25