Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Вот лишь самые невинные вопросы о Томе Крузе, на которые отвечает в своей сенсационной книге знаменитый биограф голливудских звезд Йен Джонстоун!




страница9/22
Дата08.01.2017
Размер2.92 Mb.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   22

Глава 8

Бильярд с Полом


После фильма «Бешеный бык», вышедшего на экраны в 1980 году, режиссер Мартин Скорсезе получил письмо с восторженным отзывом от Пола Ньюмена, который признавался, что фильм ему очень понравился. Письмо начиналось следующими словами: «Дорогой Майкл, у меня нет слов, чтобы выразить, как много значит для меня ваш фильм «Охотник на оленей»». Скорсезе поспешил ответить актеру, что вообще-то фильм «Охотник на оленей» не имеет к нему никакого отношения, его режиссер — Майкл Чимино.

Скорсезе снова столкнулся с Ньюменом спустя четыре года. Актер хотел снять сиквел к «Королю бильярда» — истории бильярдного мошенника Эдди Фелсона. Был ли заинтересован Скорсезе в том, чтобы снимать этот фильм? Вероятно, да, потому что он не отказался просмотреть сценарий, который Ньюмен написал вместе с Уолтером Тевисом, автором романа «Цвет денег».

Но Скорсезе не хотел снимать фильм в соответствии с замыслом Ньюмена и Тевиса. «Если бы я мог сам продумать идею фильма, я бы все сделал иначе. Я совершенно не чувствую характер Эдди, он недостаточно плох и недостаточно драматичен для меня как герой». В это же время к нему обратился Ричард Прайс, написавший сценарий «Ночь и город» (основанный на фильме 1950 года, режиссер Жюль Дассен), в котором жулик становится спортивным агентом. «Я не хотел снимать ремейки, — заметил Скорсезе, объясняя, почему он предложил заняться этим фильмом режиссеру Ирвину Уинклеру, — однако мне понравился Ричард. В его сценарии было много живого и настоящего чувства и чудесные диалоги».

Скорсезе счел возможным привлечь Прайса к работе на новым вариантом «Мошенника». Прайс хорошо запомнил свою первую встречу с Ньюменом. «Мы были в Малибу, я и Мартин Скорсезе. По-моему, нас было там только двое ньюйоркцев. Марти сидел на пляже в пиджаке и все время прыскал спреем в нос, а я курил сигарету и периодически сгибался пополам от кашля. Тут появился загорелый и довольный жизнью Ньюмен, эдакий мистер Море и Солнце. Рядом с ним мы оба выглядели жалко и комично».

«Честно говоря, сиквелы и ремейки снимать не в моих правилах, — открыто признался Скорсезе, — но Пол Ньюмен мне нравится как актер, особенно в «Мошеннике», и еще мне нравится антураж фильма. Я хочу предложить Ньюмену обновить характер Фелсона и вообще написать новую историю, как будто бы произошедшую спустя двадцать пять лет. Только вот проблема — я ничего не понимаю в бильярде. То, что происходит на столе, меня не волнует, гораздо интереснее то, что творится вокруг стола, — сами манипуляции и маневры игроков».

Хотя они втроем пришли к некоему компромиссу в отношении сюжета, тем не менее «Пришлось пересмотреть сюжет полностью», — вспоминал Ньюмен. Ньюмен интуитивно понимал, что пристрастия и вкусы зрителей немного не совпадают с мрачноватым сценарием Прайса. «Ньюмен любит играть антигероев, — сказал как-то Прайс, — людей с позитивными и негативными чертами характера одновременно, таких трудно любить, но еще труднее возненавидеть. Но в отличие от более ранней версии в фильме должно было многое измениться, даже сам герой из молодого авантюриста превращается в зрелого человека. Нам с Марти хотелось сделать характер более драматичным, высветить его проблемные стороны, но мы боялись, что Ньюмен откажется от такой роли, сочтя, что его герой — слишком уж сложный тип».

Проще всего было изобразить особенности характера Эдди в процессе его отношений с его учеником и последователем Винсентом Лорией. Пол Ньюмен видел в этой роли только одного молодого актера — Тома Круза. Сценарий был немедленно отправлен Крузу, который в это время еще находился на одном из военных кораблей на съемках «Лучшего стрелка».

Том хотел сделать перерыв после десяти месяцев тяжелой работы. Но теперь ему предстояло выбирать — либо отдых, либо редкий шанс сыграть в одном фильме с кумиром его детства. Но теперь уже Скорсезе и Ньюмен гораздо больше нуждались в участии Круза, чем он в них. Ньюмен был расстроен неудачей, постигшей его в работе над фильмом «Гарри и сын», в котором он выступил как сценарист, продюсер и режиссер одновременно. «Я чувствовал себя как человек, который потратил кучу усилий напрасно, и меня это угнетало. Мне казалось, что я больше никогда не захочу реализовывать свои замыслы, после того как фильм подвергся таким нападкам». Проблема «Гарри и сына» заключалась в плохом кастинге — не следовало брать на роль сына ничем не примечательного телеактера Робби Бенсона! Не прибавило энтузиазма Ньюмену и то, что пришлось лететь из Флориды в Лос-Анджелес только для того, чтобы на церемонии вручения «Оскар» убедиться, что награду в номинации «Лучший актер» он на этот раз не получит. Фильм в прокате не собрал и пяти миллионов долларов.

Но у Скорсезе случались провалы и похуже, например с «Королем комедии» в 1982 году. На него было затрачено двадцать пять миллионов долларов, а вернуть в прокате удалось только десять. Несмотря на участие Роберта Де Ниро, фильм получился откровенно плохим, — неудавшаяся попытка соединить трагедию и комедию. «Когда его показали на Каннском фестивале, я стоял за сценой с Серджио Леоне. Он посмотрел на меня и сказал: «Мартин, это твой самый зрелый фильм», — рассказывал Скорсезе. — Возможно, он хотел дать мне понять, что фильм ему не понравился. Возможно, эта двусмысленность намекала на шутки, которые мы периодически отпускали по поводу киносъемок, когда камера мало двигается. Такие фильмы мы называли «застывшими», или «зрелыми»».

Невзирая на то что съемки «Лучшего стрелка» еще не завершились, Круз уже считался звездой. Когда работа над фильмом была закончена, с предстоящим проектом Скорсезе все еще оставалась какая-то неопределенность. Хотя «Двадцатый век Фокс» и снимала «Мошенника», новый сценарий у них доверия не вызвал. «Коламбия» тоже вела себя осторожно. Джеффри Катценберг и Майкл Эйснер, советовавшие «Парамаунт» отказаться от «Лучшего стрелка», все-таки потом уступили, но, соглашаясь на новый фильм Скорсезе, они выдвинули условие: Пол Ньюмен получит минимальный гонорар, а кроме того, вместе со Скорсезе они должны поручиться, что из своего жалованья возместят убытки, если фильм окажется провальным. Ньюмен попытался было пригласить Джеки Глисона, обещая ему роль одного из главных героев, но тот отказался — его отпугнул слишком низкий гонорар, а через два года он умер.

«В бильярде есть удачливые игроки, но всякая удача — это прежде всего искусство» — эти слова решено было сделать эпиграфом к фильму «Цвет денег». Стареющий Фелсон — преуспевающий продавец спиртного, а Винсент Лориа олицетворяет идеал его молодости — юношу, в котором он словно видел самого себя. Фелсон берется обучить молодого человека игре в бильярд — научить его использовать знание психологии противника, открыть ему тончайшие секреты мастерства. Он берет Винсента под свое покровительство вместе с его подружкой Кармен (Мэри Элизабет Мастрантонио), и втроем они пускаются на поиски приключений в Атлантик-Сити. В качестве символического подарка он вручает Винсенту кий, который стоит десять тысяч долларов.

Для Фелсона Бог — это деньги, и «выиграть их ничуть не менее почетно, чем заработать». Но он обманывает себя. Вот почему, пока он учит Винсента, все идет нормально, но когда обнаруживается, что молодой человек готов преступить правила игры, мир Фелсона рушится. Он вдруг понимает, что победа может быть куда важнее, чем деньги, и что сам он тоже стремится не столько к заработку, сколько к наслаждению процессом игры. Ученик же превращается в превосходного профессионала, но вместе с тем в циничного и настоящего мошенника в отличие от своего порядочного наставника.

Том сосредоточился на технической стороне роли, которая предполагала определенный уровень овладения игрой. Он стоял за бильярдным столом по двенадцать часов в сутки в нью-йоркских клубах, а потом еще брал частные уроки у чемпиона по бильярду Майка Сигеля, ставшего его консультантом на съемках. Сигель поражался тому, как в отличие от других актеров Том быстро схватывал все, что он ему говорил и показывал. «Он очень быстро научился все делать правильно. Том наблюдателен и может повторить даже весьма сложные приемы. И таков он во всем: что ни берется — вождение автомобиля, управление вертолетом, очень быстро учится».

Съемки проходили в Чикаго, где у Тома было две квартиры. В одной из них устроили бильярдную. Сигель рассказывал, что до четырех утра они обычно пили, а потом шли вниз играть. Сейчас и представить себе невозможно пьющего Круза. «За шесть недель он научился играть лучше, чем когда-то я за шесть месяцев». Ньюмен обычно только наблюдал. Скорсезе тоже бывал там и вспоминал: «Том во всех эпизодах снимался сам, за исключением одного, где была замедленная съемка: шар ударяет два других шара. Этому он не успел научиться, но мог бы, только я не хотел терять время».

Большую часть фильма снимали в полутемных комнатах и барах Чикаго. Перед съемками сцены репетировались две недели. Никогда раньше ни Круз, ни Скорсезе этого не делали — на такой системе работы настоял Ньюмен. Круз признался, что для него этот опыт был «откровением»: «Когда я снимался в «Отбое», то по пять раз в неделю смотрел «Бешеного быка», и вот теперь я работал со Скорсезе и, черт его подери, с Полом Ньюменом. Я был счастлив. Мне нравились и герои, и то, как они себя вели. Мне нравилось, что Скорсезе такое внимание уделял характерам и вообще очень тщательно подходил к режиссерской работе — он выверял все до мельчайших деталей».

Успех фильма во многом зависел от обаяния героя Круза, и нельзя не признать, что ему удалось заинтриговать зрителя с самых первых кадров, когда Винсент появляется на экране, играя в электронный бильярд. Каждое его движение выдает энергию и напористость, которые свидетельствуют о том, что у него есть нечто большее, чем привлекательность молодости, — азарт. В эпизодах с Мэри Элизабет Круз сыграл такого страстного любовника, каким зрители его еще не видели. Он демонстрирует необычайную легкость в обращении с кием и превращает игру в своего рода цирковое шоу, завораживающее зрителя.

Ньюмен рассказывал, что Скорсезе то и дело напоминал Крузу, чтобы тот был посерьезнее: «Ты не должен быть смешным». Во время репетиций Круз особенно сдружился с Ньюменом. «С ним было необычайно комфортно работать — он считал меня равноправным партнером, никакого превосходства. Беседа начиналась в непринужденном тоне, мы просто сидели и разговаривали, и вдруг из этого получалась сцена».

До того как по сюжету герои достигли Атлантик-Сити, фильм производил тяжелое впечатление: в кадре появлялись в основном грязные и мрачные улицы Чикаго. Зато Скорсезе нашел уйму разных способов снимать игру: камера скользила над столами вслед за шарами то под одним наклоном, то под другим, выхватывая быстрые движения игроков, кружа над их головами и останавливаясь на их напряженных лицах. К Ньюмену режиссер проявлял больше внимания, чем к его темноволосому молодому ученику. Во время съемок фильма Ньюмен узнал, что он номинирован на почетную премию «Оскар» — «За вклад в кинематограф» — в качестве компенсации за то, что в прошлый раз он не получил ни одной награды. Он отказался лететь в Лос-Анджелес, но из Чикаго согласился выразить благодарность Академии, скрывая свое глубокое разочарование — ведь награда была скорее условной, чем присвоенной за конкретную заслугу. «Я, конечно, очень признателен, что обо мне вспомнили, пусть даже из вежливости, но надеюсь, что этот благородный жест не сродни надгробной плите, — пошутил он. — Хочется верить, что мои достижения все-таки еще впереди, а не только в прошлом».

Для Тома Круза это было прекрасное время: он работал с человеком, к которому испытывал глубочайшее уважение и у которого когда-то мечтал учиться. «Я мог обратиться к нему за советом, но он никогда не диктовал: «Это надо делать вот так и вот так». Он всегда тактично говорил: «Я не знаю, как правильно, есть разные точки зрения, я считаю, что лучше будет так. Хотя нужно искать свой собственный путь». Пол не отказывался протянуть руку помощи человеку, который был моложе его почти на сорок лет. И это через шесть лет после того, как сын Ньюмена покончил с собой, приняв огромную дозу наркотика и спиртного. Скотту — единственному сыну Ньюмена исполнилось двадцать восемь лет. У Ньюмена было пять дочерей — две от Жаклин Уитт, его первой жены, и три от второй жены — Джоан Вудворд. Скотт не мог простить отцу развода. В юности он пытался сниматься в кино, но не смог достичь успеха как актер, и это восстановило его против отца. Ньюмен чувствовал себя виноватым в смерти сына.

И вот теперь он работал с молодым человеком, у которого когда-то тоже были проблемы с отцом, который жаждал научиться всему, что знал его наставник. В ожидании начала съемок они порой часами играли вдвоем в бильярд. Зная, что Круз любит гонки, Ньюмен взял его с собой на соревнования. Он и сам обожал этот вид спорта, после того как в первый раз сел за руль карта в фильме «Побеждая» (1969). Три года спустя, в сорок семь лет, он на полгода отказался от съемок, чтобы целиком посвятить себя гонкам. Ньюмен весьма преуспел в этом увлечении, стал победителем в соревнованиях Национального клуба Америки по автогонкам класса D. В 1977 году, невзирая на протесты жены, он принял участие в двадцатичетырехчасовом автопробеге «Ле-Ман» вместе со своими товарищами Диком Барбором и Рольфом Стоммеленом, в свои пятьдесят четыре он был самым старшим из участников и пришел вторым. «Гонки — самый верный способ оказаться как можно дальше от голливудской суеты», — признался он Тому.

Круз обратился к нему с просьбой: «Если по окончании съемок фильма мы останемся друзьями, пожалуйста, научите меня управлять гоночным автомобилем». Ньюмен ответил согласием и пригласил его на одну из учебных трасс, а после съемок предложил Тому и Дону Симпсону в течение пяти дней потренироваться с его собственным наставником Джимом Фитцджералдом.

Сорокачетырехлетний Скорсезе тоже с удовольствием заботился о Крузе, но общение с ним носило менее экстремальный характер, чем с Ньюменом. Вместе с женой Барбарой де Фина они нередко приглашали Тома отобедать с ними. «Я довольно близко познакомился с итальянской кухней в те дни», — вспоминал Круз.

Том тогда крайне нуждался во внимании более опытных и знающих друзей. «Лучший стрелок» показал, что настала пора подумать об установлении постоянных контактов с прессой и телевидением, которые уже проявляли повышенный интерес к восходящей звезде. Эта перспектива пугала его: «Я чувствовал себя одиноким, находящимся в какой-то изоляции. Я не знал, что мне делать». Начиная с 12 мая 1986 года, то есть с даты выхода на экраны «Лучшего стрелка», Круз фактически потерял право на частную жизнь — ему больше не суждено было находиться вне поля зрения публики, поскольку число его поклонников очень быстро росло. Пришлось отнестись к этому с пониманием — отныне Том Круз будет играть роль не только в кино, но и при общении со зрителями. Мир превратился для него в сцену. Конечно же, его преследовали страх и сомнение — выдержит ли он бремя славы. Эм-ти-ви тогда набирало силу становилось все более востребованным, а оно навязывал публике культ звезд. Том «был совершенно не в состоянии понять, как справляться со всем этим».

Человек, которому только-только исполнилось двадцать четыре, должен был самостоятельно принимать решения. Он мог бы отстраниться от этих проблем, плыть по течению, сниматься в «Лучшем стрелке-2», но пошел по пути наибольшего сопротивления. Он выбрал сложную задачу — съемки с Дастином Хоффманом в «Человеке дождя».

Премьера «Цвета денег» сопровождалась бешеным успехом и вызвала массу откликов в прессе. Фильм собрал пятьдесят два миллиона долларов — невероятная удача для Скорсезе. Фактически это был один из лучших его фильмов и в немалой степени благодаря подбору актеров. Винсент Кэнби писал в «Нью-Йорк таймс»: «Ньюмен снова появился перед нами в образе Ловкого Эдди. Это потрясающий фильм — веселый, увлекательный, с прекрасно подобранным актерским составом. Круз восхитителен в роли молодого ученика-сорвиголовы, неотразим и в меру комичен. Настоящим открытием стала и мисс Мастрантонио».

Надо сказать, что своим блистательным дебютом мисс Мастрантонио была обязана Крузу — его таланту, привлекшему внимание и к ее героине, никогда больше ей не удавалось достичь такого успеха, как в «Цвете денег». За этот фильм она была номинирована на «Оскар» за женскую роль второго плана. Позже она снималась в куда более скромных проектах. Возможно, здесь сыграло свою роль ее длинное имя — это могло случиться и с Томом, не откажись он от Мапотера-четвертого.

Ньюмен наконец получил «Оскар» как «Лучший актер», произошло это только на седьмой его номинации. Он не присутствовал на церемонии, вероятно, опасаясь, что к нему отнесутся со снисходительной жалостью из-за его предшествующих неудач, и даже своего пресс-агента туда не пустил. Однако, когда семидесятивосьмилетняя Бетт Дэвис под аплодисменты собиралась объявить победителя, оказалось, что микрофон отключен. Это сделал режиссер Марти Пазетта, разозлившись, что его фильм не прошел. Неполадки быстро устранили, и Ньюмен был объявлен победителем под всеобщее ликование. Друг Пола Роберт Уайз, который режиссировал фильм «Кто-то там наверху любит меня», поднялся на сцену за своим «Оскаром», но его начатую было речь прервала Дэвис, решив представить его публике как следует. Она заняла так много времени, что на речь самого Уайза времени не осталось, и микрофон был отключен второй раз за вечер. Ньюмен смотрел церемонию в Коннектикуте. «Я потрясен случившимся, — сказал он на следующий день в интервью, — но могу гордиться своей работой». Том Круз сам двумя годами позже объявлял о присуждении награды Джоди Фостер в номинации «Лучшая актриса» за фильм «Обвиняемые».

Стратегия Тома — работать только с лучшими — приобрела черты целенаправленной политики. В Голливуде был только один актер, который сумел за краткий промежуток времени сделать невероятно успешную карьеру благодаря своим прекрасно сыгранным ролям, — Дастин Хоффман. Он дал согласие сыграть героя-идиота в фильме, продюсировать который собирались Питер Губер и Джон Питерс. Карьера Дастина, которая являла собой пример очень редкого в Голливуде случая стремительного восхождения к вершинам славы, теперь была под угрозой краха из-за очень неудачного фильма «Иштар» (1987) режиссера Элейн Мэй. Фильм условно можно было отнести к приключенческому жанру: два весьма посредственных певца (Дастин Хоффман и Уоррен Битти) случайно во время путешествия по Северной Африке ввязываются в государственную аферу. По идее «Иштар» задумывался как комедия, но превратился для его создателей в форменную трагедию, когда при затратах в сорок миллионов долларов он принес в прокате только четыре миллиона. Репутация Хоффмана как актера была подпорчена и держалась лишь благодаря прежним работам, например «Полуночному ковбою» или «Тутси», так что теперь ему пришлось просить своего агента Майкла Овитца срочно подыскать ему картину, в которой он смог бы реабилитироваться.

Ему очень повезло, так как в это время его агент занимался проектом Питера Губера и Джона Питерса, планировавших снимать фильм о больном аутизмом гении. Том Круз на эту роль не годился — по возрасту. Зато он вполне мог подойти на роль более молодого героя, так что Овитц уже практически скомплектовал актерский состав. Однако сценарий был еще недоработан, это случится только через год, и за это время в составе создателей фильма многое переменится.

Том в промежуток между съемками обратился к религии. Хотя он был католиком и даже учился в колледже Святого Франциска, теперь Круз почувствовал, что ему требуется какая-то другая вера. В Америке существует множество религиозных направлений. Ежегодно эти новообразующиеся объединения и секты пополняют сотни людей, находящихся в религиозном поиске. В 1827 году доктор Джозеф Смит-младший, фермер, объявил, что ему явился ангел Мороний, который вручил ему некие золотые таблички. При помощи специальных очков из волшебного камня он смог их расшифровать и создал «Книгу мормонов». Так возникло новое религиозное течение в Америке, у которого появились последователи. Сейчас эта церковь насчитывает около пяти миллионов членов. В 1952 году Сан Мен Мун, корейский иммигрант, тоже основал свою церковь, мотивируя это тем, что сам Господь возложил на него миссию по спасению человечества. Одним из его тезисов стало заявление, что холокост был местью Всевышнего евреям за то, что они убили Христа. Преподобный Мун собирал целые стадионы на своих церемониях бракосочетания, как было, например, 12 февраля 2000 года, когда с его благословения поженились 450 тысяч человек. В настоящее время его паства насчитывает около четырех с половиной миллионов человек. Чуть менее популярно было учение преподобного Джонса, выступившего в качестве проповедника в 1950 году. По его указу 914 его последователей совершили самоубийство 18 ноября 1978 года, чтобы после смерти отправиться на некую Благословенную Планету.

Однако Тома привлекло менее экстремальное направление — сайентологическая церковь. Официальным основателем сайентологии в Америке в 1954 году стал Лафайет Рон Хаббард, офицер Военно-морского флота и популярный писатель-фантаст. В 1950 году Рон Хаббард в одном из научных журналов объявил о создании новой науки — дианетики. У Хаббарда мгновенно появилось немало поклонников, поскольку он обещал сделать людей «здоровее, счастливее и свободнее». В общих чертах смысл дианетики сводился к психотерапевтическим сеансам, во время которых, отвечая на вопросы, пациент должен был избавить свое подсознание от неприятных воспоминаний о прошлом («эн-грамм»), что улучшило бы его отношение к жизни и повысило бы его шансы на успех. Процесс этот сам по себе достаточно долгий, и проходит немало времени, прежде чем человек может считать, что он избавился от всех «инграмм», и назвать себя «просветленным», вошедшим в состояние «клира».

Книга «Дианетика» пользовалась бешеным успехом. «Ньюс уик» сообщала, что за два месяца было продано около тридцати пяти тысяч экземпляров, а в США появилось около пятисот групп дианетиков. Хаббард позднее признался, что очень много времени посвятил изучению психологии, прежде чем создал сайентологию. Он искал такую форму религиозной философии, которая стала бы действенным орудием в руках людей, желающих улучшить свою жизнь и избавиться от проблем, то есть достичь такого духовного состояния, которое называется «тетан», это состояние выше клира. Людей же, получающих «одитинг» (дианетическую терапию), именуют «преклирами».

Разумеется, эта теория выглядит очень соблазнительно именно для молодых людей, мечтающих сделать карьеру. Они охотно проходят сайентологический стресс-тест и последующую терапию, осуществляемые при помощи прибора, который называется «Е-метр». Во время сеанса человек держит два электрода (две пустые консервные банки), и движение стрелки по шкале на коробке «Е-метра» при этом показывает, как меняется электромагнитное сопротивление организма человека. По реакции этого «прибора» можно судить об изменении душевного настроения или ментального состояния пациента. Рон утверждал, что его изобретение действует примерно так же, как детектор лжи, возможно, оно реагирует на вибрацию или тепло пальцев человека. Хаббард демонстрировал свое изобретение в Канзасе в 1952 году, разрешив желающим испытать его действие на себе. По колебаниям стрелки он определял степень значимости обсуждаемой проблемы для тестируемого. Нужно было вообразить или вспомнить какую-либо неприятную ситуацию. Если стрелка резко отклонялась, то можно было говорить об актуальности ситуации. Если она только колебалась, то это означало, что человек либо уже избавился от негатива, либо очень близок к этому.

К заслугам сайентологии сразу же было отнесено то, что она помогала людям «обнажить больные места» и психологически справиться с ними. Пожалуй, именно поэтому она так активно рекламировалась некоторыми известными людьми, которым довелось пережить стрессы, — например, Джоном Траволтой после фильмов «Остаться в живых» и «Совершенство», подвергавшихся острой критике. «После прохождения курса дианетики, если даже люди говорили мне что-то плохое или говорили обо мне что-то неприятное, я относился к этому легко, без переживаний, — говорил Траволта. — Некоторые, наверное, просто сказали бы: «Молодой человек слишком чувствителен», но для меня эти нападки подчас превращались в настоящую проблему. Я все время ощущал себя так, словно ступал по минному полю». В задачи «психотерапии» входит освобождение сознания человека от «инграмм» его прошлых жизней, но для этого ему предстоит пройти несколько уровней самосовершенствования. Самый краткий курс «очищения» занимает около двух лет. За это время человек может «вспомнить» многое из своих прошлых жизней. Кто-то, например, вспоминал, что был свидетелем извержения Везувия и разрушения Помпеи. Другие утверждали, что в прошлом они были моржами или рыбами. Несколько человек видели себя Иисусом Христом. Встречались и такие, которые были убеждены, что они не кто иные, как Уолтер Рейли, Елизавета I или даже Беда Достопочтенный.

Но самое парадоксальное заявление исходило от самого Рона Хаббарда, считавшего, что в прошлом он побывал на небесах. Позднее он немного скорректировал это откровение, пояснив, что это была лишь аллегория. По мере укоренения культа сайентологии в общественном сознании и возрастания негативного к нему отношения в Америке Хаббард перебазировался на Канары.

Причина, побудившая его обосноваться на островах, была очень проста — правительства многих стран преследовали сайентологическую церковь, усматривая в ее деятельности деструктивные тенденции и считая ее лженаукой, посредством которой у людей вымогались значительные суммы денег. Первой из стран, наложивших запрет на распространение сайентологических идей, стала Австралия. В результате судебного расследования по поводу скандалов, связанных с сайентологами, был составлен отчет об их деятельности, занявший около семидесяти трех страниц. Смысл его сводился к следующему: «Сайентология — это зло, и методы, которыми пользуются последователи этого культа, небезопасны. Сайентологическая практика представляет существенную угрозу для психического и физического здоровья человека, активно пропагандируя лженаучные тенденции». Вскоре сайентология попадает под запрет и в штате Виргиния. Однако в 1983 году Верховный суд Австралии все же вынужден был признать, что сайентология является религиозным учением и не должна подвергаться преследованию.

В 1968 году в Британии был наложен запрет на распространение учения сайентологов. Запрет исходил от министерства здравоохранения. Как и в Австралии, британские медики полагали, что сайентология — вредное антинаучное заблуждение, способы вовлечения в сайентологическую церковь новых членов были признаны неправомерными. Сайентологическая практика была объявлена опасной для психики человека, а организация церкви — авторитарной: «Всякому, кто доверяет свое здоровье и жизнь сайентологии, угрожает опасность». Все эти гонения сам основатель сайентологии объявил «происками врагов, которые намерены пресечь его попытки сделать людей счастливыми».

В июле 1977 года 134-й отдел ФБР арестовал офисы сайентологов в Вашингтоне и Лос-Анджелесе и устроил в них обыск, изъяв все хранившиеся там документы. По факту государственного шпионажа, в котором обвинялись девять членов сайентологической организации, было возбуждено уголовное дело. Жена Хаббарда получила пять лет тюремного заключения, остальным обвиняемым вынесли чуть менее жесткие приговоры. Сайентологическая церковь отреагировала немедленно — закрыла свои представительства, засекретив многие документы и тексты и установив систему охраны в помещениях.

Хотя Круз и говорит, что идеями сайентологии он проникся после того, как прочитал книги Рона Хаббарда, некоторые полагают, что гораздо большую роль в его обращении к этому учению сыграла его первая жена Мими, которая не только сама была сайентологом, но и выросла в семье сайентологов и была замужем за известным в сайонтологическом мире Джимом Роджерсом. Примерно в это же время последовательницей сайентологии становится подруга Мими Роджерс Кирсти Элли. Для Круза сайентология была подходящей идеей. «В сайентологии есть много средств, помогающих вам лучше понять себя, понять, что происходит в мире, и научиться поддерживать других людей и делать их счастливыми. То, что я поверил в технологию Рона Хаббарда и изучил ее, принесло множество позитивных результатов в моей жизни». По утверждению Круза, сайентология также помогла ему преодолеть дислексию.

Несмотря на все заверения Дастина Хоффмана, что задуманный фильм принесет огромный успех и будет очень популярен, не приходилось рассчитывать на то, что работа над ним начнется в ближайшие три месяца. Том не хотел бездельничать все это время в ожидании начала съемок, поэтому дал согласие на свое участие в другом фильме — «Коктейль» — и с увлечением принялся изучать ремесло бармена. «Это здорово, когда вы всегда окружены красивыми девушками, которые заходят в бар выпить, поскольку в баре проще всего познакомиться с парнем. Если девушка приходит в бар на свидание, можете быть уверены, что ее бойфренд чувствует себя как бог, потому что выпивка — это то, в чем он отлично разбирается. Но бармен тоже не последнее лицо, ведь от него зависит, понравится ли ей заказ. И деньги тут не главное, главное в этой работе — увлеченность, страсть». Сценарий фильма был написан Хейвудом Гулдом, который уже зарекомендовал себя как человек успешный благодаря таким фильмам, как «Мальчики из Бразилии» и «ФортАпач, Бронкс», к тому же среди книг Гулда была и биография архитектора сэра Кристофера Уорена. Сам по себе роман, по которому был написан сценарий, повествовал о нелегкой и трагической судьбе героя, который говорит, что, работая в баре, он ужасно устал от всего, хотя и стал очень наблюдательным циником. Он понял, что ему надо что-то сделать со своей жизнью раньше, чем это занятие добьет его.

Продюсерами стали Роберт Корт и Тед Филд. Они прочитали рукопись и сразу же попросили Гулда написать сценарий. Но никто их энтузиазма не разделял, и сценарий долго оставался в подвешенном состоянии, попав к Фрэнку Прайсу, главе студии «Юниверсал», и фактически на нем уже был поставлен крест. И тут Корту и Филду необычайно повезло: Джеффри Катценберг, управлявший частью диснеевской империи, разглядел в сценарии нечто общее с «Выпускником». Надо заметить, что в Голливуде многие мечтали снять фильм столь же высокого качества. Кроме того, Джеффри тут же решил, что сыграть в новой картине сможет молодой актер, блеснувший в недавно победоносно прошедшем на экранах «Цвете денег».

Несмотря на то что съемки были не столь уж долгими, создателям и продюсерам фильма пришлось выплатить Крузу гонорар в три миллиона долларов. Поэтому экономить им пришлось на остальных актерах — Брайане Брауне (хорошо известном по фильму «Поющие в терновнике», где он снимался с Ричардом Чемберленом и Рэйчел Уорд) и Элизабет Шу, подруге Ральфа Маккио.

Том Круз должен был сыграть бывшего военнослужащего, который мечтал стать в Нью-Йорке миллионером, что вполне в духе идеологии поздних восьмидесятых. Но, несмотря на прилагаемые усилия, ему так и не удалось добиться цели. В результате он вынужден наняться к бармену (Брайану Брауну), посвятившему его в тайны своего искусства. Однако, поссорившись с новым приятелем из-за девушки, герой уезжает на Ямайку, где он работает барменом, по совместительству оказывающим сексуальные услуги. Его подружкой становится девица, которую сыграла Элизабет Шу. Вскоре на Ямайке появляется тот самый бармен, но уже с богатой женой, к которой неравнодушен главный герой. После всех перипетий и катастроф новоявленный богач, разорившись, кончает с собой, а персонаж Тома оставляет надежды стать миллионером, придя к выводу, что этот путь не для него, и возвращается к своей подружке, которая собирается родить ему близнецов.

Этот довольно банальный, но увлекательный фильм с прекрасным музыкальным сопровождением (от Элвиса до Роберта Палмера) оказался весьма популярным благодаря Тому, который играл в баскетбол, забрасывая мяч по семь раз подряд, скакал на лошади по пляжу, готовил «цыпленка по-королевски», ловко подбрасывая его выше головы, и столь же успешно флиртовал с мисс Шу. Любопытно в картине показана и трансформация, произошедшая с героем Брайана после его женитьбы, — например, он начинает изъясняться на языке аристократической вежливости вместо привычного барменского жаргона.

По словам Полы Вагнер, агента Круза, критики буквально «выпотрошили» этот фильм. Но нет худа без добра, и «Коктейль», так или иначе, привлек к себе внимание зрителей. В конце концов сценарий утвердили, и Джеффри Катценберг с восторгом сообщил продюсерам, что фильм обещает стать одним из самых значительных открытий студии «Дисней». Президент компании дал согласие на съемки. «Все это было очень неожиданно, — вспоминал Том, — меня захватило происходящее. Финансовые вопросы вдруг разрешились, и к работе надо было приступить немедленно, так что я даже не понимал тогда, насколько это было удачное стечение обстоятельств». Нечто подобное потом случилось и с «Рожденным четвертого июля». «Коктейль» заработал в прокате семьдесят восемь миллионов долларов и стал одним из самых популярных фильмов 1988 года, заняв место между «Крепким орешком» и «Голым пистолетом». Перед съемками фильма между барменами разразилась настоящая война — каждый из них претендовал на роль учителя Тома. Том и правда посетил не менее тридцати восьми баров на Манхэттене, пытаясь найти самого лучшего «учителя». Так что когда в интервью одному из журналов Майк Джорески сказал, что это он научил Тома всем барменским фокусам, то другой бармен, Джон Бэнди, написал в редакцию возмущенное письмо и заявил, что без его уроков этого фильма вообще не было бы. Бэнди действительно обучал и Круза, и Брауна ряду приемов барменов-профессионалов, но вскоре обнаружился еще один «наставник» — на этот раз из Нового Орлеана. Были и многие другие претенденты из известных и престижных заведений, заявлявшие свои права на долю славы. На студии должны были решить, кого указать в качестве консультанта. В результате, несмотря на недовольство остальных, именно Бэнди был признан наставником Тома Круза в мастерстве приготовления коктейлей.

1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   22