Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Владимир Майков Изначальная психотерапия: древние практики заботы о душе и современность




страница1/4
Дата23.05.2018
Размер0.51 Mb.
  1   2   3   4
Владимир Майков Изначальная психотерапия: древние практики заботы о душе и современность Аннотация. Предметом исследования являются общегуманитарные истоки психотерапии. Ставится вопрос о том, что в культуре играло роль психотерапии до появления психотерапии в XIX-м в. Рассматривается генезис современной психотерапии, истоки которой можно проследить в древних практиках «заботы о душе». Формулируется задача найти наиболее устойчивые и развитые такие практики и понять, как и почему они работают. Предварительной основой исследования был анализ работы всемирно известных психотерапевтов и их высказываний о сущности психотерапии. Метод и методология исследования основаны на генеалогическом подходе М. Фуко, идеях психотопологии М. К. Мамардашвили, и авторском развитии «компьютерной метафоры» и картографии «путешествия героя». Основными выводами проведенного исследования являются: предварительная типология исторических субъектов, с которой соотнесены базовые практики «заботы о душе». Полученные результаты дают новые возможности понимания истоков и сущности современной психотерапии с точки зрения современных гуманитарных наук, прежде всего, психологии, антропологии и философии. Введено и описано понятие «изначальной психотерапии» и 12 древних практик заботы о душе, показано, как эти практики присутствуют в современных популярных направлениях духовно-ориентированной психологии и психотерапии. Ключевые слова: психотерапия, забота о душе, духовно-ориентированная психология, холотропная терапия, интегральный подход, процессуальная работа, герменевтика субъекта, компьютерная метафора, путешествие героя, психотопология Мой собственный путь в психотерапии во многом был связан с поиском ответа на вопрос: «Чем была психотерапия до психотерапии, до пионерской работы 1895 года З. Фрейда и Й. Брейера по лечению истерии [1]. Как на протяжении всех предшествующих тысячелетий люди решали свои проблемы, заботились о душе, обретали равновесие и поддерживали психическое здоровье» В конце 1980-х гг. Большое впечатление на меня оказали семинары таких мастеров психотерапии, как Карла Роджерса [2], Вирджинии Сатир [3], Джейн Рейнуотер [4]. Более 30 лет назад была опубликована книжка профессора Чикагского университета Юджина Джендлина «Фокусирование: новый психотерапевтический метод работы с переживаниями» [5]. В этой книге были обобщены результаты исследований эффективности психотерапии, которые Джендлин провел вместе с коллегами и студентами. Оказалось, что в наибольшей степени успех психотерапии зависит от клиента. Есть клиенты успешные, талантливые в плане психотерапии и есть «неспособные» к эффективной психотерапии. Когда Джендлин стал исследовать, в чем особенность успешных клиентов, оказалось, что им свойственно быть в большем невербальном контакте с собой, т.е. хорошо чувствовать себя до оформления этого чувствования в какие-то слова. Большое влияние на формирования моего понимания «изначальной психотерапии» оказала встреча со Станиславом Грофом: с 1989-м я познакомился с ним лично, и с 1990-го по 1993 учился у него на программе Трансперсональный тренинг Грофа. Книги Грофа помогли мне понять, что существует исконное, связанное с самой человеческой ситуацией, стремление к большей целостности, стремление к тому, чтобы расти, преодолевая барьеры, который отделяют нас от большей целостности [6, 7]. Одним из очень важных поворотных пунктов в развитии психотерапии было дальнейшее расширение внутреннего мира до границ общечеловеческой культуры. Для З. Фрейда этот мир был сугубо биографическим миром, т. е. соответствовал тому, как понималось в его время в европейском просвещенном человечестве внутренняя жизнь. К. Г. Юнг был одним из первых психологов, который высказал мысль о том, что современная психотерапия происходит из древних практик заботы о душе и что современная психотерапия, как светская практика, возникла потому, что жизнь стала изменяться быстрее, чем смогли изменяться традиционные связанные с христианством практики заботы о душе [8]. Одна из древних историй о происхождении психотерапии связана с именем кентавра Хирона, который был учителем большинства греческих богов. Среди его учеников был бог медицины Асклепий. Терапия, которую производил Асклепий, проходила в специальных амфитеатрах – асклепионах или храмах-святилищах Асклепия. В этих храмах амфитеатре собирались больные и ночью во снах через целительные сны Асклепий даровал им исцеление. Самые большие асклепионы (например, в Пелопоннесе, Греция) были рассчитаны на несколько тысяч мест. Важным катализатором моих размышлений о сущности психотерапии стало существующее в холотропном подходе Грофа представление о «внутреннем целителе». Я прекрасно понимал, что «пути исцеления неисповедимы, как и пути Господне». Но меня, особенно с моим научно-техническим опытом (я закончил Московский физико-технический институт со специализацией в биофизике), интересовали механизмы и пути исцеления. Еще одним важным событием в этой поездке было знакомство с Арни и Эми Минделл и процессуальным подходом на их семинаре в институте Эсален. Важнейшим источником моего понимания древних практик заботы о душе явилась работы французского философа М. Фуко, который показал, насколько важно конкретное историческое развернутое представление о любом ключевом понятии. Применительно к психотерапии необходима максимально четкое представление о том, кто является клиентом, как устроен его внутренний мир и как в нем возникают проблемы. Далее необходимо знать, что такое норма и как она устанавливается, что такое исцеление и как оно происходит. Особенно важна в этом контексте книга – «Герменевтика субъекта» – курс, прочитанный автором в Сорбонне за три года до смерти [9]. В ней исследовались древнегреческие тексты поздней Греции, начиная с 3-го века н.э. и до начала христианства. Фуко приходит к мысли о том, что именно сложившаяся в Древней Греции практика заботы о душе и привела, в конечном счете, к выделению из медицины той области, которая через тысячелетия стала психотерапией [10]. А до этого почти два тысячелетия практика заботы о душе развивалась в русле христианства в европейской культуре, которая и стала христианской культурой в немалой степени благодаря тому, что в Древней Греции были посажены семена заботы о душе. Именно поэтому христианство, бывшее в момент возникновения одной из многих небольших религиозных сект в первые века н.э. стало мировой религией. Как устроен «человеческий биокомпьютер» Для понимания того, что такое древние практики заботы о душе и как они работают, полезно использовать компьютерную метафору, рассматривая устройство человеческого «интерфейса» с миром. Вспомним, как устроен компьютер Прежде всего в нем есть hardware, «железо»: есть железо Apple, Lenovo и т.д. В человеческом мире «железу» соответствует тело и гены. Тело человека отличается от тела собаки, птицы или коровы. Буддисты говорят, что только в человеческом рождении живые существа могут обрести просветление, окончательное освобождение. В животном рождении это невозможно. Hardware создает определенного рода предрасположенность и возможности. Следующим идет «firmware» или прошивка компьютера. Благодаря прошивке возникают новые возможности и новый диапазон действия. В нашем человеческом мире этому соответствует коммуникация и культура, т.е. виды, способы коммуникации, культура, в которой мы живем. Аналогом «software» или программ в человеческом мире является личный опыт, знания и навыки, то, чему мы научились, наше образование, наши привычки, наше мастерство в разных областях жизни. Следующим идет «операционная система» – это может быть Windows, Mac OS X или Linux или что-то еще. Этому в человеческом мире соответствует национальность. Есть национальность, которая связана с Россией, хотя в России живут больше сотни народов, все они являются русскими в плане национальности, все они используют русский язык, и Россия – их объединяющая «операционная система». В США тоже проживают сотни различных народов, но в графе национальность все они пишут «американец». Но у каждой «операционной системы» может быть множество пользователей, поэтому у «операционной системы Россия» около 146 млн. Пользователей, у «операционной системе США» 325 млн. Пользователей, у «операционной системы Индия» – около 1,3 млрд. пользователей и т.д. В марте 2016 я выступал на конференции Фрайбургского института сознания и психотерапии Сам Институт расположен под Фрейбургом в старинной «долине ведьм». Я обратил внимание на то, что ландшафты долины могут служить примером того, как устроены внутренние ландшафты души, наша психотопология (термин введен М.К. Мамардашвили в лекциях о М. Прусте [11]. В долине мы видим горные складки, которым миллионы лет, ручьи и потоки, которые существуют в нынешнем виде тысячелетия. Есть древние здания, которым под тысячу лет, есть новые здания, которым от ста лет и меньше, и есть совсем поверхностный слой, связанный с информационно-коммуникативной революцией, т.е. не только новые постройки, всевозможного рода провода, антенны мобильных устройств, тарелки и т.д. Ландшафты нашей души тоже формировались тысячелетия. Согласно современным гуманитарным исследованиям современный человек возник где-то 50 тысяч лет назад. Потому что 50 тысяч лет назад возник шаманизм, люди стали рисовать в пещерах и впервые стали хоронить своих покойников: появились представления о загробной жизни. Затем несколько тысячелетий того, что называется достаточно пренебрежительно язычеством, затем от тысячи до двух тысячелетий разнообразных мировых религий. Естественно, в нашем внутреннем пространстве, в том, как устроены внутренние долины, это должно было оставить какой-то след. Мы можем распространить исследовательскую стратегию Фуко (по образцу «Герменевтики субъекта», на всю известную историю человечества и попытаться понять, как все большие и большие пространства континуума переживания становились «внутренним миром» в противостоянии субъекта и объекта, образовывая различные консенсусные платформы «внутреннего мира» (типы исторического субъекта, коррелирующего с типами «цивилизаций» С. Хантингтона [12] или уровнями “спиральной динамики” [13]): архаичную (шаманскую, три мира), языческую (кельтскую, славянскую, балтийскую, древнегреческую и т. д.), даосскую, индуистскую, буддисткую, иудейскую (ране-монотеистическую), христианскую (ново-монотеистическую) и исламскую (поздне-монотеистическую) и т.д., постепенно понимая, как устроена «человеческая матрешка». Самый глубокий древний слой – это архаичный шаманский субъект: его характеризуют три изначальных мира – мир предков, мир людей и мир богов, а также пронизывающая все «вселенная духов». Следующий глубинный слой – языческий множественный субъект в каждом из нас. Затем субъекты, связанные с мировыми религиями, – даосский потоковый субъект. Далее индуистский политеистическийсубъект. В отличие от языческого субъекта, где тоже было много богов, в индуистском пантеоне эти боги были развиты до максимально возможного совершенства. Буддистский отсутствующий субъект, он есть и его нет. Отсутствие индивидуального я, абсолютная пустотность, доведенная до абсолютного совершенства идея об устранении любых препятствий для человеческой свободы. Если вернуться в Европу, греческий заботящийся субъект, я упоминал в контексте Мишеля Фуко. На основе греческого заботящегося субъекта стало возможно появление развитий и воцарений монологического подчиняющегося субъекта, связанного с тремя главными монотеистическими религиями: иудаизмом, христианством и исламом. Внутри христианства существует четкое различие между православным, католическим и протестантским субъектом. Именно протестантский субъект создал то, что известно как капитализм. Согласно Лютеру, Царство Божие возможно на земле, а не только на небе. Не нужно ждать смерти и страшного суда, на земле мы можем счастливо. Протестантская этика тесно связана с духом предпринимательства, развития и подчинения земли, с тем, что известно нам как капитализм. В исторической перспективе можно выделить субъект Возрождения, субъект Просвещения и субъект Модернизма. Мы живем в эру Постмодернизма, прежний европейский субъект монотеистических религий сегодня распадается. По сути, постмодернизм – это ни что иное как попытка изнутри взломать клетку монотеистического субъекта и выйти к большему разнообразию психотопологий. Зная, как устроена «внутренняя матрешка» в каждом из нас, мы можем лучше понимать смысл мировых религий: и даосизм, и христианство, и буддизм т.д. в каком-то смысле являлись лабораториями человечества, экспериментальными полигонами, на которых до предела исследовались различные способы противостояния миру, различные виды субъективности, различные способы позиционирования человека. Исходя из того, мы также можем понимать, как работает в современном мире феномен, названный Германом Гессе «паломничеством в страны Востока» – массовые путешествия европейцев и жителей США на восток, в Индию, Китай, Юго-Восточную Азию. Это паломничество не только расширяет европейский опыт и дает иные возможности восприятия, но и помогает вернуться далеко назад в дохристианскую эру, когда вся Европа была языческой, помогая воссобрать целостность истории, оборванной победой христианства и жестоким искоренением древней веры. В наше время мы наблюдаем феномен, который я называю «кельтским ренессансом»: это чрезвычайная популярность фильмов о Гарри Поттере или «Властелин колец» и жанра фэнтези вообще. Я считаю, что это связано с тем, что Голливуд как коллективная психотерапия помогает нам вернуть к языческим корни европейской культуры, и помочь постмодернизму в его разрушении клетки субъекта монотеистического мира, связанной с капитализмом. Вот что делает современное искусство, помогая нам вернуться к иным возможностям переживаний, которые все еще хранятся в нас, и используя древнее устройство «человеческой матрешки» в каждом из нас. Шаманская психотерапия: восстановление связей с природой, духами и племенем Из введенной выше психотопологии внутренних пространств выстраивается понимание, что исторически первая, самая древняя практика заботы о душе связана с шаманизмом. В нем есть то, что можно было бы сегодня назвать «шаманской психотерапией», действующей через восстановлению изначальной связи человека с природой, духами и племенем [14]. Живя в городах, будучи отрезанными от природного мира, по сравнению с человеком, который живет в естественном окружении, только в силу этого мы утрачиваем связь со своими собственными ресурсными состояниями и создаем предпосылки для напряжений и болезней. Я сам неоднократно участвовал в целительных ритуалах и церемониях шаманов разных стран и традиций и наблюдал, как в состоянии транса, где нет привычных ограничений, они работают над восстановлением этой важной связи. Устройство этого древнего шаманского субъекта в каждом из нас трехчастно и соответствует трем изначальным мирам, которые мы находим во всех известных шаманских традициях: миру предков, миру людей и миру богов. Этой первичной классификационной схемой пронизана вся наша жизнь. Китайский иероглиф «человек» – это три горизонтальных линии, соединенных вертикальной линией: человек – это то, что соединяет землю и небо. В каждом доме есть сам дом, подвал и чердак. Тело, речь и ум в буддизме, пред-рациональное, рациональное и пост-рациональное в современных гуманитарных науках и т.д.. Эта троичная структура проявляется как: причинность в материальном мире, смысл в человеческом мире и свобода (и другие абсолютные атрибуты высшего) в духовном мире. И можно сколько угодно говорить о неактуальности и «смерти» шаманизма, но при этом повсеместно использовать шаманскую схему фундаментальной троичной классификации. Три шаманских мира: нижний, средний и верхний есть ни что иное как переживание изначальной человеческой ситуации, которая состоит в том, что каждый из нас имеет тело (это также наш «интерфейс»с миром, через тело мы общаемся, и через него проявляется наша душа). У нас есть внутренний мир, но также есть и сущностный мир. Но все эти три мира даны нам в восприятии через наше переживание. В континууме этого переживания (переживаемой реальности) и расставлены разграничивающие границы между тем, что становится внутренним миром, внешним миром или духовным миром. Устранение этих границ в экстатическом (преодолевающем границы) шаманском камлании, выводящем шамана в недвойственное состояние, «в мир духов» и дает шаману возможность выходить за предел ограничений обычного восприятия и переживать единство с всем миром духов. Эхо этого древнего опыта можно найти в «Законе джунглей» Киплинга: «Мы с тобой одной крови, ты и я». Согласно В. Басилову, «…у знаменитых шаманов, по преданиям, рассечение тела происходит трижды. Что такое «кромсание тела или пересотворение шамана Это страшная, но необходимая операция, которую, как считалось, духи проделывали с шаманом. Духи отрезали ему голову, клали ее на полку и насаживали на длинный шест. Отделенная от туловища голова не теряла способности видеть и слышать, и шаман с интересом наблюдал за дальнейшим ходом событий. Он видел, что духи разрубали тело на мельчайшие кусочки, складывали их в три отдельные кучки. Затем брали кусочки в рот и выплевывали их по сторонам. Кусочки тела из первой кучи предназначались духам «верхнего» мира, из второй – духам земли, из третьей – духам «нижнего» мира. Каждому духу полагался свой кусок; чтобы не было ошибки, духа называли по имени. Считалось, что духи съедают доставшийся им кусочек шаманского мяса. Затем все кусочки каким-то образом снова оказывались в кучках, духи склеивали их слюной, тело принимало прежний вид, шаману приставляли голову, и он оживал. Для чего это делалось Для пользы шамана: дух, отведавший его плоти, давал шаману право излечивать насылаемые им болезни» [15, C. 55]. Языческая психотерапия: восстановление связей с культурой, обществом и богами Языческая (или в более узком смысле, славянская) психотерапия связана со вторым слоем нашей «внутренней матрешки», языческим субъектом. Коренным отличием между языческим субъектом и шаманским субъектом является более сложная общественная жизнь, более высокий уровень культуры и более развитое представления о высшем мире и его обитателях (богах). Сопоставим шаманизм с языческой Месопотамией и языческой Грецией. Олимпийский пантеон богов показывает, что здесь боги приобрели намного больший статус. Соответственно, связь человека с богами стала более многообразной и более проявленной, согласно слогану: «Скажи мне, кто твой бог, и я скажу, как устроен твой внутренний мир». Когда имеется много богов, существует много возможностей идентификации, много уникальных образцов жизни. Понимание идеи славянской психотерапии возникло у меня свыше 20 лет назад. Я тогда сотрудничал с Дмитрием Фокиным – солистом и архивариусом ансамбля Дмитрия Покровского – лучшим в то время ансамблем древней русской музыки. Покровский вместе с артистами ездил в экспедиции во все районы Советского Союза и бережно собирал сохранившиеся песни, ритуалы, стили и праздники славян. Когда мы стали практиковать на семинарах древнеславянские ритуалы, я заметил, что через несколько часов исполнения этих ритуалов наступает массовый катарсис, участники семинара говорили, что у них решаются жизненные проблемы, возникает обновленное видение мира. Я стал догадываться, что древнеславянские языческие пласты жизни могут быть проявлены и активированы, для выполнения, в том числе, и работы по снятию напряжений и гармонизации жизни. Тогда я и ввел предположение о языческой психотерапии, которая может работать с этим древним слоем души. Восстановление первичной связи человека с миром проводилось также и с помощью различных трансперсональных мистерий: мастер-класса по ритмам любви и смерти с российским импровизатором-перкуссионистом М. Жуковым, перфомансом «Дыхание Синестезия» (с музыкантами М. Жуковым, С. Летовым, С. Задним и В. Нелидовым). Тогда было обнаружено, что при подобной работе возникает и конкретно переживается группой пространство глубинной человеческой связи, которое было названо «мета-фольклором». Это слово было введено для того, чтобы обозначить поразительный факт, когда спонтанно рождающиеся в группе мелодии и ритмы напоминали одновременно славянский, цыганский, африканский, южноамериканский фольклор. Блестящая современная версия своего рода краткого сеанса славянской психотерапии дана в клипе кинорежиссера Константина Вихрева-Смирнова «Живая Земля» (https:www.youtube.comwatchv=Bqq0YNl2fqU), где поют Татьяна Калмыкова и Сергей Старостин – два известных исполнителя, которые в современной российской культуре являются проводниками славянской темы и смыслов. Вспоминается в этой связи знаковая сцена языческого праздника «Ивана Купала» из «Андрея Рублева» А. Тарковского, через которую режиссер показывает, как рождался талант и проникновенность великого иконописца в столкновении со всем, порой запретным (особенно для монаха) богатством народной жизнью. Психотерапия как благо: «все хорошо» Третий вид изначальной психотерапии я условно назвал «благо» или «все хорошо». Для меня первоначальное открытие этой древней практики заботы о душе, связано с лидером Московской трансперсональной группы «Контекст», членом которой я стал в ноябре 1980, Виталием Николаевичем Михейкиным. Он был мастером иронии и использовал этот инструмент, для того чтобы помочь нам стать более отрешёнными и не залипать в жизненных ситуациях. Отрешённость – это величайшее качество, и оно связано с наличием бесконечности в нашей жизни, взгляда на всё «с птичьего полёта». И в присутствии Виталия нам всем очень часто было хорошо, к нему мы стремились за советом и помощью, когда возникали напряжения и проблемы. В 1989-м г. я посетил «Финдхорн фаундэйшен» (Великобритания) - крупнейшую холистическую коммуну Европы, где принимал участие в трансперсональной конференции «Психика и душа». Там я познакомился с работой мастера гештальт-терапии Анной Симкин. И когда я в частной беседе спросил ее о сущности терапии, о и том, что такое настоящая психотерапия, она рассмеялась и сказала, что хороший психотерапевт – «это старая еврейская бабушка». Она и была сама «старой еврейской бабушкой» с копной седых волос и совиным носом. Только через годы до меня дошел смысл того, что она передавала этими словами: ты приходишь к психотерапевту, и он принимает тебя так же, как старая еврейская бабушка, бесконечно любящая своих внучат, общение с которой уже есть психотерапия до объявления какой бы то ни было психотерапии. Всё «уже хорошо». Не «было когда-то хорошо», не «будет когда-то хорошо», а хорошо прямо сейчас в настоящем моменте. В том же, 1989 г. в Москве я познакомился со С. Грофом, который также был ярким обладателем дара «все хорошо». Я понял, что некоторые психотерапевты живут в этом состоянии. Это «хорошо» излучается из них ко всем, кто вступает с ними в контакт, всем, к кому они направляют внимание. Как «старая еврейская бабушка», в образном выражении Анны Симкин заботится о своих внуках, так имеющий этот дар психотерапевт излучает добро, благо через все вербальные и невербальные каналы общения, создавая атмосферу пространства, где «все хорошо». Состояние «всё хорошо» является ключом к ряду высших духовных практик и духовных поисков. Кен Уилбер посвятил этому 12-ю главу в книге «Око духа» [16], где он говорит о том, что духовный поиск большинства людей – это попытка найти то состояние духовности и блага, которое представляется Христом, Буддой, великими учителями. Сама ситуация поиска целостности и состояния «все хорошо» создаётся изначальным расколом на «я» и «не-я», то есть нашей фундаментальной ситуацией, нашей ограниченностью и, соответственно, нашей жаждой расти, жаждой целостности, но она иллюзорна, потому что в ней присутствует только точка зрения, исходящая из этого ограниченного пространства «я», она не учитывает большую ситуацию, смысл всего. Поэтому, когда это маленькое «я» ищет большего, духовности, оно никогда не находит, никогда, потому что чем больше оно ищет, тем больше оно залипает в ситуации отсутствия духовности, отсутствия присоединения, отсутствия целостности. В тибетской традиции Дзогчен космический Будда на санскрите называется Ади Будда (изначальный Будда), переводится как Кунтузампо. Зампо – это Будда, а Кунту – по-тибетски означает «всё хорошо». Они дали такое название не случайно, а в силу глубокого знания природы и структуры духовного опыта, поскольку высшие пути (не только тибетские, а вообще духовных традиций) – это пути, где нет никакого пути, потому что путь, который к чему-то ведёт, никогда к этому не приведёт. И путь к благу как к чему-то внешнему по отношению к тебе тоже не приведёт к благу – тебе всегда будет его не хватать, ты всегда будешь жить в состоянии нехватки блага, ущербности, ты всегда будешь завидовать тем, к кому, по твоему мнению, ниспадает и струится космический дождь. А Кунтузампо живёт в состоянии всеблагости. Это и есть сокровенное послание не только психотерапевтов, но и духовных традиций, и это тоже большая тема взаимосвязи терапии, психотерапии и духовных традиций, как они друг с другом переплетаются, и какие тайны иногда подсматривает психотерапия в духовных практиках. Поэтому просто пребывать в этом – это уже терапия, и не только для нас, но и для наших клиентов. Это тайна замечательных земских врачей, которые были, прежде всего, очень добрыми и внимательными людьми. Через внимательность и доброту передаётся состояние блага, и оно, по сути и исцеляет. Я открыл для себя несколько личных психотерапевтов, которые даже не подозревают, что они играют эту роль для меня. Это 10-кратный лауреат премии Грэмми Бобби Макферрин (многие помнят его знаковую песню, «Don’t worry, be happy», не беспокойся, живи счастливо). Я не пропускал ни один концерт Макферрина (в Москве их было три) и каждый раз, когда я чувствую, что у меня возникает потребность в снятии напряжений, я включаю его записи, и очень быстро мне становится хорошо. Другой мой личный психотерапевт этого направления – это известный актер Болливуда Ритик Рошан. Главное, что содержится в древней практике заботы о душе, которая называется «хорошо» или «счастье», – это полное проживание настоящего момента. Кстати, одна из возможных русских этимологий слова «счастье» – это «сей-частье» - пребывание в настоящем моменте. Это практика составляет суть медитаций, суть подхода олицетворяемый именем одного из выдающихся духовных мастеров современности Э. Толле, главная книга которого называется «Сила настоящего» [17]. Суть здесь в том, что, будущего еще нет, а прошлого уже нет, прошлое и будущее существуют как проекции в настоящем моменте, который только и реален. Все было бы очень просто, если бы не наши сложные трактовки того, что такое настоящий момент. Большинство людей, которые занимаются медитацией и стремятся жить «здесь и сейчас», вместо пребывания в бесконечном моменте создают ограниченную пользовательскую версию «здесь и сейчас», незаметно попадая в клетку ограниченных представлений. Но, как напоминал Уильям, Блейк «здесь и сейчас» – это бесконечность: В одном мгновенье видеть вечность,  Огромный мир – в зерне песка,  В единой горсти – бесконечность  И небо – в чашечке цветка [18, С.635].
  1   2   3   4

  • Ключевые слова
  • Как устроен «человеческий биокомпьютер»
  • Шаманская психотерапия: восстановление связей с природой, духами и племенем
  • Языческая психотерапия: восстановление связей с культурой, обществом и богами
  • Психотерапия как благо: «все хорошо»