Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


«велика сердцу скорбь лишиться чтения книг…»




Скачать 100.53 Kb.
Дата05.07.2017
Размер100.53 Kb.
«ВЕЛИКА СЕРДЦУ СКОРБЬ ЛИШИТЬСЯ ЧТЕНИЯ КНИГ…»

(М.В. Ломоносов как читатель)


Лукьянчикова Нина Дмитриевна,

преподаватель Обоянского филиала

ОБОУ СПО «Курский колледж культуры»

Ты был умом востер, хотя и мал,

И дни и ночи ты работой полнил,

За книгой ел, за книгой спал.

И умудряя ум наукой книжной,

И паче жизни правду возлюбя, –

Не лишний ты среди людей, а ближний!

Борись, Михайло! Люди – за тебя!

(Н. Леонтьев)
Интерес к личности великого русского гения XVIII века М.В.Ломоносова не угасает и спустя 300 лет со дня его рождения. Казалось бы, в его биографии не должно быть белых пятен. Но, обратив пристальное внимание на жизнеописание учёного и писателя в научно-популярной и художественной литературе, выяснили, что сведения о его отношении к книге и чтению незначительны и рассеяны по многочисленным источникам.

Во многих изданиях биографического характера сообщается, что грамоте Ломоносов научился сравнительно рано, в возрасте 11-12 лет. Существует предположение, что мальчик усвоил первые навыки книжного чтения от своей матери Елены Ивановны Сивковой, которая была из семьи дьякона соседнего Николаевского Матигорского прихода. В дальнейшем обучался у своего соседа Семена Шубного [6, с.8] (по другим источникам – Ивана Шубина, отца скульптора Федота Ивановича Шубина [5, с.9]) и местного дьячка Семена Никитича Сабельникова, закончившего школу Холмогорского архирейского дома лучшим учеником. Михаил очень скоро превзошел в искусстве чтения не только сверстников, но и своего наставника. В академической биографии Ломоносова, опубликованной в 1784 году, говорится, что читал он в детстве «внятно… с особливой приятностью и ломкостью голоса». И, будучи лучшим чтецом деревни Денисовки, пристрастился читать псалмы и каноны в местной церкви во время богослужения. Он читал так хорошо, что товарищи, испытывая зависть, нередко поколачивали Мишу, дабы слишком «не заносился» в своем бесспорном первенстве. Читая в церкви жития святых, написанные старославянским, трудным для восприятия, языком, Ломоносов после чтения пересказывал наиболее интересные эпизоды местным прихожанам. Пересказывал сокращенно и с комментариями. Способность Ломоносова-подростка растолковывать непростой смыл церковных писаний, как бы предвосхищает страсть будущего гениального ученого к объяснениям сложных явлений природы и человеческой жизни в яркой и вместе с тем доступной форме.



Михаил пользовался книгами соседа Христофора Дудина, наследовавшего библиотеку, собранную холмогорским священником П.В. Дудиным [5, с.13]. В круг его чтения на первых порах входила духовная литература, распространенные на Севере летописи (вероятно, «Двинский летописец»), печатные издания петровского времени: указы, военные донесения, летучие листки, лубки. Государственные чиновники следили за тем, чтобы они доходили до всех слоев населения. Большим событием в жизни юного Ломоносова стало знакомство с «Грамматикой» Мелентия Смотрицкого и «Арифметикой» Леонтия Магницкого. Без посторонней помощи и в очень короткое время он освоил эти два учебника, которые впоследствии называл «вратами» своей учености. То были действительно самые лучшие учебники, к которым обращались русские люди конца XVII-начала XVIII века, желая получить светское образование. На тот момент число школ, где получали образование светского характера, было невелико. В основном были распространены церковно-приходские школы, куда принимали детей священников. Простому народу доступ был затруднен. Современный читатель может задаться вопросом: «Почему юный Михаил читал книги из библиотеки соседа, а не обращался в школьную библиотеку?» Только в конце 17 века жители Москвы и Боровска, где открылись «гимнасионы» ходатайствовали об открытии библиотек при них. Постепенно библиотеки создавались при гимназиях, кадетских корпусах, реальных училищах, средних и низших учебных заведениях, церковно-приходских школах и других учебных заведениях. Процесс распространения школьной библиотеки как особого типа учебной библиотеки шёл достаточно медленно. До недавнего времени считалось, что первая учебная библиотека возникла только в 1630-е гг. при Киево-Могилянской духовной академии, в которой впоследствии непродолжительное время учился и Ломоносов (осень 1734 г.-начало 1735 г). В Киеве юноша пополнил свои знания чтением старинных книг, которых не было в Москве, ещё больше проникся мыслью о необходимости продолжения образования.

Поблизости не было учебного заведения, где можно было бы выучить латинский, греческий и другие иностранные языки. В то время без них нельзя было овладеть более широкими познаниями. Рядом с Денисовкой, в Холмогорах, действовала при архирейском доме «словесная» (духовная) школа для детей священнослужителей. Там учащиеся получали основы «приходских» знаний, которые у Ломоносова уже были. Это стало причиной похода в Москву, чтобы «вдаваться там в науки». Была еще одна причина ухода Михаила из дома отца. Её он изложил в письме к И.И. Шувалову 31 мая 1753 г.: «Имеючи отца, хотя по натуре доброго человека, однако, в крайнем невежестве воспитанного, и злую и завистливую мачеху, которая всячески старалась произвести гнев в отце моем, представлял, что я всегда сижу по-пустому за книгами. Для того многократно принужден был я читать и учиться, чему возможно было, в уединенных и пустых местах, и терпеть стужу и голод, пока ушёл в «Спасские школы» [1, с.4]. Ушёл с обозом в Москву и был принят в «Спасские школы» (Славяно-греко-латинскую академию, которая предназначалась преимущественно для подготовки духовенства) Михаил Ломоносов в 1731г. Много горя и нужды претерпел он здесь: укоры отца, “несказанная бедность”, насмешки школьников. За годы учебы Ломоносов получил хорошую подготовку в словесности, многое он мог почерпнуть, пользуясь книгами академической библиотеки. Имена античных мыслителей, историков, ученых звучали на лекциях по философии, а курсы риторики и поэтики давали довольно полное представление обо всех жанрах античной поэзии. Любил он в свободные от учебы часы рыться в монастырской библиотеке. В год его поступления в академию библиотека пополнилась за счет ценных изданий той поры, переданных ей префектом, т.е. профессором философии Г. Бужинским [5, с.19]. В большой библиотеке академии Ломоносов нашёл сочинения античных писателей, которые читал в оригинале, а также книги по естествознанию, в том числе труды Галилея и Декарта. Ему удалось познакомиться с русскими летописями, богословскими трудами, книгами по политическим и юридическим вопросам, по истории и географии, вышедшими в петровское время, картами и изданиями Петербургской Академии наук. Издания последних лет Ломоносов мог видеть не только в академической библиотеке; на Спасском мосту (на Красной площади) располагался книжный торг, здесь же была книжная лавка Василия Киприянова. Она носила название «Библиотека», и в ней можно было читать книги бесплатно. В «Библиотеке» он жадно читал популярные издания Петербургской Академии наук: ученые записи – «Комментарии», выходившие на латинском языке, «Краткое описание Комментариев» на русском языке, экземпляры журнала «Исторические, генеалогические и географические примечания к «Ведомостям» – приложение к первой русской печатной газете «Санкт-Петербургские ведомости» [1, с.7]. Способности, примерное прилежание и быстрые успехи Ломоносова были замечены. В 1736 г. в числе 12-ти лучших учеников Славяно-греко-латинской академии он был вызван в Петербург в Академию наук. Здесь он изучает немецкий язык и много читает в академической библиотеке. Для специализации в области химии, металлургии и горнорудного дела Михаил Васильевич был отправлен в Германию. Увлекается французским языком, интересуется итальянским. По-прежнему много читает и покупает книг, о чем свидетельствуют его отчеты, посылаемые в Петербург. Из отчёта от 26 сентября 1737 года, например, видно, что расходы на книги были немалые. Так за пять месяцев за уроки танцев и фехтования было уплачено 13, а на книги израсходовано 60 талеров [5, с. 25]. Заслуживают внимания и авторы приобретённых книг: полное собрание древнеримского поэта Овидия, «Речи» Цицерона, «Путешествия Гулливера» Д. Свифта, «Похвала глупости» Эразма Роттердамского и др. Французский классицизм ему знаком по произведениям Мольера, Расина, Вольтера. Предпочтение отдавал яркой, выразительной поэзии И.Х. Гюнтера. В большом количестве приобретались и тщательно изучались работы по физике, химии, математике, горному делу, гидравлике, металлургии, архитектуре и инженерному делу, анатомии, географии и даже по медицине – науке, к которой, казалось бы, не должен обращаться Ломоносов, не имея специальной подготовки. Итоговый список чтения он занес в «Реестр купленным доселе книгам». М.В. Ломоносов привёз из-за границы связки книг, которые впоследствии стали основой обширной личной библиотеки.

Список книг, имеющихся в его в библиотеке, Ломоносов вёл на протяжении многих лет. В этом списке встречаются и примечания. Как отмечает автор книги «Библиотека Ломоносова» Г.М. Коровин, в примечании о трёх томах «Естественной истории» Ж. Бюффона Михаил Васильевич написал: «Весьма надобная книга». Список книг, находящихся в библиотеке, постоянно пополнялся, так как для работы над статьями и книгами требовалось много источников. С этой целью составлялись библиографические списки книг, которые необходимо заказать. Известно о двух составленных им и сохранившихся библиографических списках. Благодаря им, мы знаем, что итальянская поэзия занимала одно из первых мест в заказе необходимых Ломоносову книг.



О читательских предпочтениях, читательской биографии подростка, учащегося, студента Ломоносова не так много зафиксированных сведений, и разбросаны они по различным источникам. О Ломоносове-читателе зрелой поры – периода возвращения в Академию и подвижнической работы во славу отечественной науки – можно узнать больше, изучая его труды, в которых автор делает многочисленные ссылки на источники. Как ученый и просветитель, он опирался на солидную литературную основу. Он знал много древнерусских памятников – летописи, степенные книги, хронографы, разрядные и родословные книги, жития святых, прологи, церковно-учительские и церковно-богослужебные книги. С особенным вниманием относился к русским летописям, считая их незаменимым источником изучения истории страны. Часто в своих работах он ссылается на летописца Нестора. О необходимости широкого привлечения источников Михаил Васильевич не раз писал в своих сочинениях. Отмечается это в исследовании Б.Д. Грекова: «…каждое положение свое Ломоносов доказывает ссылками на источники. Тут у него и Прокопий Кесарийский, и Иордан, и Птоломей, и Плиний, и Тациат …». В работе над поэмой «Петр Великий» им использовались «Подённые записки, или Журнал Петра Великого», «История Свейской войны» П.П. Шафирова, «История Петра Великого» Феофана Прокоповича, «История стрелецкого бунта» С.А. Матвеева…, а также повесть о Московском восстании 1682 г., помещённая в Соловецком сборнике, с которым Ломоносов познакомился, возможно, в пору своей юности в библиотеке Соловецкого монастыря, куда он приплывал на отцовском гукоре (паруснике).

Узнать о круге его чтения как писателя, поэта, историка, его взглядах на роль книг, можно, проанализировав его послания, статьи, прозаические произведения. В «Предисловии о пользе книг церковных в российском языке» ссылаясь на собственный опыт, Ломоносов надеется, что и его современники с прилежанием будут читать «к общей и собственной пользе» церковные книги [2, с.151]. «Красота, великолепие, сила и богатство российского языка явствует довольно из книг, в прошлые веки писанных, когда ещё не токмо никаких правил для сочинений наши предки не знали, но и о том едва ли думали, что оные есть или могут быть», – читаем в статье «О нынешнем состоянии словесных наук в России» [2, с.147]. Трагедия «Тамира и Селим» написана под влиянием восточных повестей. В основу исторических сцен трагедии положены «Повесть о Мамаевом побоище» из «Синопсиса», «Сказания о побоище» из Никоновской летописи, рассказ о Куликовской битве из «Истории российской» В.Н. Татищева. В «Риторику» включались переведённые автором выдержки из сочинений классической древности, раннего средневековья, Возрождения и Нового времени. Ломоносов отмечал: «Сильное красноречие Цицероново, великолепная Вергилиева важность, Овидиево приятное витийство не теряют своего достоинства на российском языке». Раскрывает круг его интересов также А.Н. Радищев в последней главе «Слово о Ломоносове» повести «Путешествие из Петербурга в Москву»: «Беседуя с Горацием, Виргилием и другими древними писателями, он давно уже удостоверился, что стихотворение российское весьма было несродно благогласию и важности нашего языка. Читая немецких стихотворцев, он находил, что слог их был плавнее российского, что стопы в стихах были расположены по свойству языка их» [4, с.178]. Ломоносов, как никто, понимал ценность книги в получении образования и воспитании, стремился приблизить её к учащемуся и студенту. В качестве примера можно остановиться на его деятельности по управлению академической гимназией, университетом и географическим департаментом в Петербурге. До Михаила Васильевича университет и гимназия существовали больше на бумаге, чем в действительности. Никакой заботы о них академия не проявляла и не несла ответственности, т.к. они не имели даже своего статуса, а, значит, официально не были открыты. Студенты содержались по договоренности с профессорами и канцелярией. Примерно то же наблюдалось и в гимназии. Став попечителем, Ломоносов добился увеличения денежной суммы на содержание университета и гимназии, повысил требовательность к учащимся и преподавателям. Он настоял на предоставлении студентам и учащимся общежития при академии, что сразу же улучшило успеваемость. Занятия стали проводиться регулярно, к тому же учащиеся получили «каталоги» (программы) [5, с.48]. М.В. Ломоносов большое значение придавал обеспечению учебной литературой каждого ученика, и тем самым способствовал организации в университете и гимназии пунктов выдачи книг, то есть библиотек. «Я сам и не совершу, однако, начну, то будет другим после меня легче сделать», – утверждал М.В. Ломоносов. Его идеи были претворены в жизнь последующими поколениями. Появилась сеть школьных библиотек, которая соответствовала структуре образования и образовательных учреждений России. К началу тридцатых годов XIX века в России было уже 62 гимназические библиотеки и несколько десятков библиотек при уездных училищах. Это были преимущественно небольшие учебные ученические библиотеки закрытого типа. Решающую роль в развитии школьных библиотек сыграла реформа 1860 годов, проведенная сразу после отмены крепостного права. Тогда был заложен прочный фундамент начальной народной школы, что повлекло за собой создание сети ученических библиотек. В 1880-х годах вопрос о роли и месте школьных библиотек в системе народного образования в России стал актуальным. Так, на съезде земских учителей 1883 года отмечалось: «...народная школа только тогда будет организованной, когда она будет опираться на народные библиотеки»; указывалось, что «... библиотека при школе должна укрепить и расширить охоту к чтению». В XIX веке школьные библиотеки находились в ведении Министерства народного просвещения, Министерства государственного имущества и Синода. В 1899 году в ведении Синода уже было 26683 библиотеки при церковно-приходских школах. Сейчас в России более 60 тысяч школьных библиотек. Именем М.В. Ломоносова названы школы, лицеи, гимназии, университеты, библиотеки, заводы, города, поселки, улицы.

Литература

1. Жизнь и творчество М.В. Ломоносова [Текст] : материалы для выставки в школе и дет. б-ке / Дом детской книги «Детгиза». – Москва : Дет. лит., 1961. – 44 с.: ил.

2. Ломоносов, М.В. Для пользы общества… [Текст] / М.В. Ломоносов. – Москва : Сов. Россия, 1990. – 381, [1] с. – (Библиотека русской художественной публицистики).

3. Ломоносов, М.В. Сочинения [Текст] / М.В. Ломоносов. – Москва : Современник, 1987. – 442, [2] с. – (Классическая библиотека «Современника»).

4. Радищев, А.Н. Слово о Ломоносове [Текст] / А.Н. Радищев // Радищев, А.Н. Путешествие из Петербурга в Москву; Ода «Вольность» / А.Н. Радищев. – Москва: Правда, 1979. – С.172-186.

5. Уткина, Н.Ф. Михаил Васильевич Ломоносов [Текст]: к 275-летию со дня рождения / Н.Ф. Уткина. – Москва: Мысль, 1986. – 223, [1] с. – (Мыслители прошлого).



6. Щеблыкин, И.П. Михаил Васильевич Ломоносов [Текст]: кн. для учащихся ст. классов / И.П. Щеблыкин. – Москва : Просвещение, 1993. – 127, [2] с.: ил. – (Биография писателя).