Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


В. Т. Пономарёв Тайны знаменитых фокусников




страница5/16
Дата08.01.2017
Размер3.7 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16

Фокусные увеселения Пинетти
Мастер иллюзионизма Пинетти (1750–1803) — превосходный фокусник, умелый артист-манипулятор, отличный мнемотехник, остроумный изобретатель автоматов и ряда интересных фокусов. Сын итальянского трактирщика, он выступал в согласии со вкусами эпохи под псевдонимом Жан Жозеф де Вильдаль, кавалер Пинетти, маркиз де Мерси.

Блестящий психолог, Пинетти писал на своей афише: «Профессор и демонстратор физики, член многих академий, приближенный прусского двора, рекомендованный многими королями и суверенными князьями Европы, кавалер ордена св. Филиппа, инженер, географ и финансовый советник его светлости князя Лимбург-Гольштейнского и т. д. и т. д.». Это все было правдой, за исключением одного — Пинетти не был ученым в современном понятии этого слова.

Блестящие актерские данные и изобретательность позволяли ему с невероятным успехом играть роль аристократа. Это помогало Пинетти получать легкий доступ ко дворам европейских монархов.

Прусский король Фридрих II пожаловал Пинетти титул придворного физика и отдал ему роскошное здание театра в Берлине. Это первый в истории случай, когда иллюзионизм получил ранг полноправного искусства наряду с оперой, балетом и драмой. Конечно, в театре и речи не могло быть о показе традиционных фокусов ярмарочных балаганов. Аристократия желала видеть номера и трюки, отвечающие ее привычным салонным вкусам.

Пинетти появлялся на сцене под звуки клавесина, флейт и мандолины. Одет иллюзионист был, как настоящий кавалер — бархатный камзол с кружевным жабо, на голове парик. Пинетти манипулировал предметами, которые были хорошо знакомы титулованным зрителям — кольца, табакерки, шкатулки. Из-под батистовых и шелковых платков вылетали голуби и канарейки. Показ трюков иллюзионист перемежал непринужденной беседой. В общем-то, Пинетти пропагандировал модный для того времени стиль рококо.

Вот один из изящных номеров его программы.

Иллюзионист показывает два куриных яйца. По выбору дамы, приглашенной из публики, Пинетти разбивает одно из них, чтобы все могли убедиться, что яйца настоящие. Но из второго яйца показывается не цыпленок, а голова мыши. «Ах, мышка!» — с удивлением говорит исполнитель. Дама в испуге вскакивает со стула. Пинетти успокаивает ее и обещает совершить волшебное превращение. И сразу вынимает из скорлупы того же яйца живую канарейку и сажает птичку на ладонь дамы. Затем ударяет ногой об пол. Канарейка мгновенно умирает. У дамы на глазах появляются слезы. Чтобы утешить страдающую зрительницу, Пинетти предлагает оживить канарейку. По знаку Пинетти начинает играть музыка. Он кладет канарейку на стол под стеклянный колпак. Вскоре птичка начинает двигаться. Исполнитель приподнимает колпак, птичка вспархивает и, сделав поклон зрителям, улетает.

Появление птички и мышиной головки из яичной скорлупы — манипуляционные трюки. Когда Пинетти отдавал птичку даме, он незаметно нажимал на сонные артерии канарейки. Через несколько мгновений она падала на ладонь, будто мертвая. Для «оживления» канарейку клали под стеклянный колпак, куда ассистент накачивал кислород.

Удивительным был автомат «Турок», сконструированный Пинетти. «Турок» звонил в колокольчик. Пинетти требовал, чтобы «турок» поклонился ему. «Турок» отказывался, отрицательно качая головой. Однако в ответ на предложение поклониться зрителям «турок» отвешивал поклоны направо и налево. Потом автомат угадывал карты, вынимаемые из колоды зрителями, называл число очков на брошенных ими костях. Отвечал на вопросы публики, кивая или отрицательно качая головой.

Непомерное удивление вызывал механический фазан, который насвистывал любые мелодии по заказу зрителей.



Рис. 25. Пинетти выстрелом прибивает карту к стене. Гравюра 1789 г.

Чрезвычайно эффектен был следующий трюк. Пинетти предлагал одному из зрителей вынуть из колоды любую карту и оторвать уголок, сохранив его у себя. Из горсти гвоздей предлагал выбрать один и сделать на нем отметку. Карту с оторванным уголком иллюзионист разрывал на мелкие кусочки и сжигал, пепел смешивал с порохом и заряжал им пистолет. Закладывал вместо пули помеченный зрителем гвоздь и целился в стену. Раздавался выстрел, и на стене оказывалась невредимой только что сожженная карта без уголка. Она была прибита гвоздем, который был помечен зрителем. Оторванный уголок точно подходил к карте.

Этот сложный фокус проделывался следующим способом. На карту с оторванным уголком Пинетти накладывал другую и точно так же отрывал уголок. Эту-то вторую карту он и сжигал. Благодаря особому устройству пистолета заложенный в него гвоздь тут же падал на ладонь, где уже была спрятана выбранная зрителем карта. Помощник приносил Пинетти порох, и иллюзионист незаметно передавал ему карту и гвоздь. Перед тем как выстрелить, Пинетти отвлекал на себя внимание зрителей. В это время помощник за специальным экраном прибивал карту гвоздем к стене и прикрывал матерчатым клапаном под цвет фона. Потом экран отодвигали. Пинетти стрелял в стену, а помощник, дергая за длинную нитку, одновременно срывал клапан. И на стене появлялась карта с гвоздем.

Неизменным успехом сопровождалась демонстрация автомата «Лимонное дерево». Этот старинный индийский трюк Пинетти проделывал таким образом. На стол ставился ящик с землей. Когда музыка начинала играть, Пинетти опрыскивал землю водой из стакана — из-под земли появлялся зеленый росток, который быстро рос. Пинетти смачивал его водой. На стебле показывались ветки, на них распускались листья, появлялись цветы и, наконец, желтели лимоны.

Внутри ящика находился металлический шар, в него при помощи поршневого насоса с клапаном накачивали воздух. Росток представлял собой медную трубку, одним концом припаянную к шару. В нее была плотно вставлена другая трубка, запаянная сверху. Под давлением воздуха эта трубка, окрашенная в зеленый цвет, поднималась кверху и, пробивая тонкий слой земли, быстро «прорастала». Внутри полого стебля помещались три-четыре веточки, тоже из медных трубочек. Делая вид, что смачивает росток, Пинетти незаметно открывал воздушный кран. Воздух выталкивал ветки через отверстия в стебле. На концах веток были маленькие металлические воронки, издали похожие на набухшие почки. В воронках помещались листья, цветы и плоды из тончайшего плотного шелка, склеенные наподобие мешочков. Наполняясь изнутри воздухом, они вылезали из воронок, расправлялись. Перед зрителями оказывалось распустившееся деревцо.

Пинетти очень ревностно относился к сохранению своих профессиональных секретов. Тем не менее в 1784 г. во Франции вышла книга Декрана с объяснением профессиональных секретов Пинетти.

Знаменитому фокуснику ничего не оставалось, как выпустить собственную книгу с «разоблачениями» своих фокусов.

В своей книге, изданной в Гааге в 1789 г., Пинетти приводит подробный перечень одной из своих программ, с которой он выступал в Берлине, в бывшем Дебеллинском театре:

«1. Автомат — три льва и катающийся шарик из слоновой кости.

2. Самострельное ружье.

3. Чернильница, не дающая чернил для писания векселя на имя Пинетти.

4. Два хрустальных стаканчика наполняются вещами, взятыми у зрителей, и закрываются под музыку; по желанию зрителей вещи танцуют разные танцы внутри стакана.

5. Куколка выходит из запертого ящика и танцует; при этом делается то больше, то меньше. По окончании танца опять уходит в ящик.

6. Лимонное дерево, на котором появляются сначала цветы, а потом плоды лимонов.

7. Сжигается перо, и зола от пера под стеклянным колпаком, наполненным дымом, принимает вид только что сожженного пера.

8. Каменная статуэтка движется, отвечает на вопросы наклоном головы, звонит в колокольчик. С правой стороны стоит собачка, которая своим лаем пугает сидящую канарейку, и та машет крыльями, как бы желая улететь.

9. Зритель кладет маленькую фигурку в одно из нескольких отделений коробочки, и Пинетти, не видя этого, тотчас же называет номер отделения, в которое положена фигурка.

10. Пинетти стреляет из пистолета, заряженного взятым у публики перстнем; тотчас же появляется голубь, который приносит в клюве перстень и отдает его владельцу.

11. Автомат-атлант, держащий на плечах земной шар, и движущиеся вокруг него фигуры звездочета с женой и дочерью, которые представляют движение Земли вокруг Солнца.

12. Часы, показывающие восходящее и заходящее солнце. Часы показывают столько времени, сколько желающие из зрителей поставят на своих часах.

13. Куриное яйцо, катающееся по полу вокруг палки.

14. Три колокольчика, сами отвечающие звоном на вопросы публики.

15. Выстреленный из пистолета перстень обнаруживается в коробочке.

16. Маленькая золотая головка отвечает на предлагаемые вопросы.

17. Пистолетный выстрел гасит три зажженные свечи и в то же время зажигает три другие.

18. Выстреленные из ружья карманные часы оказываются на столе под шандалом или на тесьме трости.

19. Золотые часы, которые никакая гирька не перетягивает, но только магическое слово Пинетти.

20. Снимание колец с двух лент, кои крепко держат в руках два человека.

21. Шарик по приказанию выкатывается в любую из трех назначенных дверей.

22. Ларчик, по приказанию сам собой отпирающийся.

23. Фазан, поющий под голос музыки разные арии, какие будут приказаны.

24. Положенная в табакерку монета из оной исчезает.

25. Бюст, который головою вправо и влево повертывает, глазами и бровями движет и улыбается; открывает глаза и зажмуривается по приказанию зрителей.

26. Золотая табакерка, наполненная табаком. Несколько человек задумывают час, и табакерка, подобно часам с репетицией, исправно отбивает счет часов, каждым задуманный, хотя бы держал оную в руках человек посторонний.

27. Стреляет в нарисованного на бумаге голубя, на стене прикрепленного; между тем как живой голубь сидит близ стены против положенной, но выстрел сбивает с него голову.

28. Часовая доска с указателем показывает час, кем-нибудь задуманный; задумавший берет сию доску и на указателе находит запечатанную цедулечку с написанным внутри ее задуманным числом.

29. Из мешочка, содержащего в себе шашки лото с написанными на них 90 номерами, Пинетти, надев на руку перчатку, вынимает шашки с тем счетом, который пять человек порознь задумали.

30. Двое или трое часов по приказанию Пинетти или зрителей останавливаются или опять начинают идти».

Благодаря изобретательности Пинетти иллюзионное искусство обогатилось мнемотехникой — «угадыванием мыслей на расстоянии». Именно он впервые разработал условный код, с помощью которого артист может передавать ассистенту все необходимые сведения.

Комментарии Олега Степанова.

Анри Декран выпустил книгу о самых популярных фокусах того времени, которые можно было купить у дилеров. Пинетти написал маленькую брошюрку с бытовыми фокусами. После этого он стал использовать фокусы из книги Декрана. Декран выпустил вторую книгу, где вывел Пинетти под именем Пильферер (Воришка).

Книга 1789 года принадлежала не Пинетти, а немцу Косману.

Мнемотехнику показывал до Пинетти еще Бреслав.
«Божественный» Калиостро
«Натуральная магия» была благодатной почвой для всякого рода проходимцев-шарлатанов, стремящихся нагреть руки за счет легковерия простаков.

Среди них наиболее колоритная фигура — Джузеппе Бальзамо, более известный под именем графа Калиостро. Этот выдающийся иллюзионист был недюжинным артистом, но использовал свой талант в самых низменных, корыстных целях.

7 августа 1786 г. обитатели одной из улиц в предместье Сент-Оноре, одном из самых аристократических в Париже, не могли не заметить оживления у подъезда герцогини де Брассак. К дому одна за другой подъезжали раззолоченные кареты, на дверцах которых красовались фамильные гербы знатнейших родов Франции. Из экипажей появлялись разодетые дамы и мимо вышколенных лакеев направлялись в особняк.



Немногим из наблюдавших удалось заметить, что только из одной кареты вышел мужчина, который быстро проскользнул в дом герцогини.

В зале, затянутом темно-голубым бархатом, на возвышении, напоминающем трон, появилась женщина. Она, как и тридцать пять остальных присутствующих дам, одета в бело-голубое платье, ниспадающее широкими складками вдоль тела. «Сестры! — звучит ее торжественный низкий голос. — Вы с честью преодолели труднейшие испытания и устояли перед соблазнами, столь привлекательными для нас, слабых женщин. Теперь вы достойны быть посвященными в сокровенные тайны древнеегипетской магии!»



Она поднимает руки вверх. С потолка льется голубоватый свет. Где-то за стеной звучит мелодичный и грустный мотив, кажется, что своими протяжными звуками он зовет унестись ввысь и растаять в этом холодном свете.

Вдруг, как при ударе молнии, вспышка ослепительного света. В этом демоническом сверкании сверху на огромном золотом шаре спустился человек в одеянии египетского жреца. Едва шар коснулся пола, человек соскользнул с него и поднялся на возвышение, которое ему с почтительным поклоном уступила председательница ложи.

«Калиостро, божественный Калиостро, Великий Копт!» — вырвался из уст вздох восторга и почтения.

О жизни Калиостро и его «магических сеансах» нельзя рассказать в двух словах. Иллюзионисты Запада и по сей день считают его патриархом своей профессии. Его именем называют театры, журналы и клубы фокусников. Некоторые приборы, изобретенные им, например «хрустальный шар Калиостро», и теперь, двести с лишним лет спустя, выпускаются фирмами иллюзионной аппаратуры. Исключительная сила убеждения, с которой он заставлял зрителей безоговорочно верить ему, безукоризненные манипуляции и приемы отвлечения внимания публики — все это производило огромное впечатление на современников.

Порой с помощью этих трюков Бальзамо удавалось выманивать у одураченных простаков довольно крупные суммы. Но бывали и неудачи. Его несколько раз арестовывали за мошенничество, ему не раз приходилось сидеть в долговой тюрьме.

Судьба Бальзамо резко изменилась после того, как он вторично приехал в Лондон в 1776 г. под именем графа Калиостро с супругой, называвшей себя теперь Серафиной. Мнимая знатность и обладание крупными деньгами, добытыми у очередной жертвы, помогли Бальзамо проникнуть в среду английского мелкого дворянства и быть принятым в масонскую ложу.

Масоны в то время считали, что посредством мистических процедур и формул особо одаренные люди могут управлять духами, вызывать тени умерших и превращать ртуть в серебро и золото. Алхимические трюки Калиостро пришлись здесь очень кстати. Все, что он делал до сих пор, представилось в новом свете.

Спешно изучив мистические обряды масонства и порядок беспрекословного подчинения рядовых «братьев» масонам высших степеней, Калиостро сам себя посвящает в круг «старших» и отправляется в Голландию. В Гаагу он прибыл как инспектор масонов и учредитель нового «египетского ритуала», придуманного им самим. На «магических сеансах» он показывал чудеса своего «сверхъестественного могущества». В его честь устраивались празднества и приемы. Все это, а также продажа чудодейственного «эликсира молодости», сделанного якобы из «философского камня», принесло ему крупные деньги. Чтобы доказать действенность эликсира, Калиостро уверял, что он живет не одно столетие. Он говорил о своем бессмертии, о присущей ему вечной молодости. Он любил в непринужденной беседе огорошить незадачливого доверчивого собеседника брошенными вскользь фразами примерно такого содержания:

— Кто же мне подобное говорил? Совершенно забыл! Ах, позвольте, позвольте… Ну, конечно, вспомнил: Антоний на пиру у Клеопатры. Я тогда сидел справа от него, а он, уже солидно захмелевший, вдруг в порыве дружеского чувства обнял меня, наклонился к моему уху и сказал, на удивление, те же слова, что вы сейчас произнесли, маркиз. Ах, как все новое старо на этом свете! Тому, кто, подобно мне, проходит через века и страны, воистину не дано уже ничему удивляться, даже самому диковинному и умному для людей. Все ведь это уже было — было придумано, было сделано, было сказано. Ах, маркиз, если бы вы могли понять, какое тяжкое бремя это бессмертие! Я уверен, вашим чутким и сострадательным сердцем вы бы искренне меня пожалели.



Шокированный и польщенный маркиз выказывал сострадание очевидцу возведения египетских пирамид и участнику Саламинской битвы, современнику Христа и Магомета, графу Фениксу, широко открывал «волшебнику» свой туго набитый кошелек, устраивал для него необходимые знакомства. Так, продвигаясь по ступеням общественной лестницы, Калиостро добрался до ее вершины. Он стал вхож в замки высшей аристократии, был принят в королевском дворце.

Из мелкого мошенника он сразу превратился в величайшего шарлатана.

У восточных дервишей и факиров Калиостро перенял приемы профессионального фокусничества и искусство массового гипноза. Мистический багаж, вывезенный с Востока, помог Калиостро взволновать доверчивую и жадную до чудес Европу.



Рис. 26. Калиостро проводит сеанс ясновидения

15 сентября 1780 г. Калиостро торжественно въехал в Страсбург, предварительно оповестив жителей об оказываемой городу чести. На Кельнском мосту собралась большая толпа: больные, жаждущие исцеления, разорившиеся аристократы, мечтающие поправить дела, богачи, стремящиеся приумножить свое состояние, городские власти…

Многоликая и стоустая толпа разнесла славу чародея повсюду. Все говорили о Калиостро. Хотели его слышать и видеть. Наперебой приглашаемый аристократами, он начал совершать в их особняках «чудеса» с помощью так называемых голубей. Для этой цели избирались наиболее красивые мальчики и девочки. Их одевали в белоснежные одежды, давали выпить специальный эликсир, от которого они впадали в полусонное состояние. Калиостро, возлагая им на головы свои руки, беседовал с ними, и они якобы обретали дар пророчества и ясновидения.



Медицинский факультет Страсбургского университета обследовал клиентов фокусника и, установив, что «Калиостро легкомысленно рискует жизнью многих людей», потребовал немедленно его выслать. Страсбургский архиепископ кардинал де Роан и военный комендант города заявили, что граф Калиостро использует свои знания и таланты с такой пользой, что это дает ему право на поддержку и защиту властей. Мнения газет и авторов брошюр разделились. Супруги Бальзамо сочли за благо покинуть Страсбург.

В начале января 1785 г. на шестерке лошадей, запряженных в раззолоченную карету, с лакеями на запятках, предшествуемый курьерами и скороходами, сопровождаемый челядью, одетой в красочные ливреи, граф Калиостро снова въехал в Париж. Представители семидесяти масонских лож встречали «светлейшего» гостя.



Зал для своих выступлений Калиостро обставлял с мрачной торжественностью: темные драпировки, большое металлическое зеркало сверкало на стене… В виде магических фигур были расставлены горящие свечи в массивных серебряных канделябрах. Стол покрыт длинной, до пола, черной скатертью с вышитыми золотом загадочными эмблемами. На столе — египетские статуэтки, человеческие черепа, сосуды с таинственными жидкостями. В центре — большой хрустальный шар, наполненный кристально чистой водой.

После заклинаний на непонятном языке, который Калиостро выдавал за арабский, духи «входили» в шар, и вода мутнела… Прорицательница Лоренца пристально вглядывалась в шар. Изображая высшую степень нервного напряжения, она сбивчиво и туманно говорила о том, что ей видится внутри. Рассказывала о событиях, якобы происходивших в это мгновение в Риме, Петербурге, Пекине.

Шар стоял на подставке — толстой трубе, вдоль которой внутри, подобно пленке в киноаппарате, двигалась на роликах лента с подсвеченными изображениями. Лента передвигалась с помощью незаметного нажатия на педаль.

При вспышках молнии и ударах грома сами собой гасли свечи, потом стеклянный шар начинал светиться изнутри. Зрители видели появлявшиеся в нем человеческие фигуры и «пророческие» надписи.

— Все возьмитесь за руки! — повелительно говорил Калиостро. — Сейчас вы узнаете величайшие тайны. Молитесь!





Рис. 27. Аппарат для демонстрации «привидений». Гравюра XVIII в.

Чтобы оградить присутствующих от бесовских наваждений, Калиостро приказывал двум зрителям, сидевшим по краям, коснуться распятия, не выпуская из другой руки руку соседа. В то же мгновение все чувствовали внутренний толчок и какое-то странное содрогание. Металлическое распятие было соединено с лейденскими банками. Слабый электрический ток проходил по живой цепи через всех присутствующих, державшихся за руки.

Внезапно освещалось зеркало позади стола, будто окно в потусторонний мир. В зеркале были видны туманные отражения человеческих фигур. Присутствующим казалось, что они узнавали тех или иных людей, которых называл Калиостро. Наконец, над столом поднималось облако дыма. Явственно обозначался движущийся абрис человека. Под столом был спрятан проекционный фонарь, освещавший сначала шар, потом экран, отражавшийся в зеркале.

«Магический сеанс» продолжался иногда более двух часов. Кроме аппаратурных иллюзий Калиостро показывал и манипуляционные трюки. В числе их: восстановление разорванного и сожженного письма, карточные фокусы, «прочтение» запечатанных в плотные конверты записок с просьбой зрителей к неземным силам и т. п. Все трюки были также густо окрашены мистикой.

Из-за крупной аферы с бриллиантовым ожерельем и драгоценной брошью Калиостро был заключен в Бастилию. Ему грозило повешение, хотя, как показывают материалы того времени, Калиостро был невиновен. Магия оказалась бессильной. Лишь благодаря заступничеству титулованных друзей через девять месяцев ему удалось выйти из тюрьмы. Указ Людовика XVI предписывал ему в двадцать четыре часа покинуть Париж и в три недели — Францию. Сопровождаемый толпой поклонников, Калиостро выехал в Булонь, чтобы отправиться в Англию. Возле пристани на берегу собралось несколько тысяч человек.

Из Лондона Калиостро начал судебное дело против коменданта Бастилии, требуя возвратить ему конфискованное имущество. Суд потребовал личной явки истца, но указ короля запрещал ему въезд во Францию. Разъяренный Калиостро 20 июня 1786 г. пишет «Послание французской нации», предсказывая крушение политического режима и разрушение Бастилии, «на месте которой будет площадь для общественных прогулок». Кстати, это предсказание сбылось. Калиостро не проявил большой политической прозорливости. Просто он был не глупее своих современников, для которых была ясна неизбежность падения монархии Людовика XVI.

О Калиостро написано невероятно много. Гете написал о нем целый роман «Великий Кофта». В числе других произведений, где фигурирует этот иллюзионист-авантюрист, — «Калиостро» Карлейля, «Жозеф Бальзамо» Дюма-отца, «Граф Калиостро» А. Н. Толстого, оперетта Иоганна Штрауса «Калиостро». Американский режиссер и актер Орсон Уэллес поставил фильм «Калиостро», в котором исполнял главную роль. Он с большим мастерством демонстрировал иллюзионные трюки.

Бальзамо родился в 1743 г. в Палермо, на острове Сицилия, в семье старьевщика. Образование получил в соседнем монастыре, где его увлекли занятия химией. Еще сильнее его привлекали легкие способы добывания денег. За этим последовала торговля театральными билетами, подлог завещания, а потом — ограбление золотых дел мастера Мурано, которому начинающий авантюрист обещал помочь вырыть богатейший клад.

Найдя подходящего партнера, шулера по профессии, грека Алтотаса, Бальзамо бежал с Сицилии. Скрываясь под различными именами, добывал средства к существованию мошенничеством. Таким образом он научился манипуляциям. Попутно изучил профессиональные секреты иллюзионистов, магические формулы и мнимофилософские объяснения чудес. В Неаполе он женился на семнадцатилетней дочери шорника, красавице Лоренце Феличчиани. Вместе с ней разъезжал по странам Европы, используя иллюзионные трюки для шулерских проделок.

Бальзамо очерчивал на полу «магический круг» — и круг начинал светиться таинственным желтоватым светом. Для выполнения этого трюка жрецы Гекаты использовали примитивные средства, а Бальзамо применил фосфор. На глазах у пораженных зрителей он во много раз «увеличивал» бриллианты, путем манипуляций подменял их мастерски изготовленными стразами. Женщины не могли оставаться равнодушными, видя, с какой легкостью он превращал пеньковую мешковину в драгоценный шелк.

Он показывал сосуд с магической жидкостью и опускал в него до половины гвоздь. Это был обыкновенный большой железный гвоздь, выбранный одним из зрителей из груды точно таких же. Несколько таинственных заклинаний — и та часть гвоздя, которая была погружена в жидкость, становилась золотой. Зрители могли взять гвоздь и убедиться: железо превратилось в настоящее золото. На самом деле к гвоздю заранее аккуратно приделывали золотой колпак-наконечник. Сверху весь гвоздь покрывали слоем краски, так чтобы обе части выглядели одинаково. Когда же его окунали в жидкость, растворенная в ней кислота быстро разъедала краску, и золото начинало ярко блестеть. Заставить зрителя выбрать гвоздь, нужный для фокуса, — иллюзионный прием, подобный «форсированию» карты. Все исполнители карточных фокусов издавна пользуются им.

В Англии Калиостро не слишком повезло. Нападки в прессе вынудили его покинуть Англию и направиться в Базель, а оттуда в Рим.

Калиостро попытался снова превратиться в великого египетского масона. В Риме масонство было запрещено. 27 декабря 1789 г. инквизиция арестовала Калиостро. После пятнадцатидневного следствия ему, как еретику, был вынесен смертный приговор.

Папа Римский Пий VI заменил казнь пожизненным заключением в крепости св. Льва, где Калиостро умер в 1795 г.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16

  • Комментарии Олега Степанова.
  • «Божественный» Калиостро