Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


В. И. Успенская Женская история и развитие феминистского сознания




Скачать 85.35 Kb.
Дата29.05.2018
Размер85.35 Kb.
В.И. Успенская Женская история и развитие феминистского сознания “К лючом к пониманию женской истории является принятие того факта – хотя и болезненное принятие, – что это история большинства человечества”, – утверждает одна из самых авторитетных современных историков в США Герда Лернер в своей книге “Большинство находит свое прошлое: Помещая женщин в историю”i. Но традиционная история, почти вся о политике с позиции силы, войнах и революциях, посвятила женщинам мало страниц, потому что немного женщин прославились в данных видах мужского доминирования. Те же немногие, кого упоминали, удостоены были этой чести за “проявленное мужество” (т.е. демонстрировали мужское поведение): женщины, ведущие войска “с мужской храбростью”; правительницы, которые правили так, как если бы они были мужчинами. “Женщины оставались незамеченными, – пишет известный немецкий историк Гизела Бок в своем исследовании “История, история женщин, история полов”, – главным образом потому, что казалось, будто они, их опыт, их деятельность, их сфера жизни не представляют исторического интереса”ii. На восприятие женщин самих себя как второстепенных оказывает влияние традиционная система образования. Например, мы с самого детства усваиваем этические стандарты, которые предполагают маскулинные ценности; изучаем биологию, которая больше фокусируется на человеческих различиях, чем на человеческих возможностях; изучаем историю, в которой основные достижения связаны с мужчинами и их активностью, чаще всего военно-политической, революционной и т.п. Так ли много изменилось в преподавании с 1861 года, когда рекомендовалось преподавать мальчикам всемирную и политическую историю, а девочкам давать жизнеописания великих людей, но лучше не женщин: “гораздо важнее биографии мужчин, потому что примеры мужской доблести действуют на чувства и воображение девицы более сильно, чем образцы из ее собственного пола”iii Отсутствие женского начала в историческом мышлении и женщин в научных исследованиях серьезно обеднило их личностное развитие, ибо лишило их женского коллективного самосознания, основными составляющими которого являются: осознание и признание того, что подчиненное и неравноправное положение женщин в обществе не естественно, не природно, а социально и культурно обусловлено; развитое чувство сестринства и женской солидарности на основе признания различий; самостоятельное определение женщинами своих целей и стратегии для изменения своего положения в обществе; способность к альтернативному видению будущего, исходя из ценности семьи, детей, равноправных партнерских отношенийiv. Современная история, акцентируясь на экономических, социальных и культурных процессах, начинает уделять больше внимания женщинам, но очень много нужно сделать, чтобы проявилась картина прошлого как совместной деятельности обоих полов. “Вернуть женщин в историю, а историю – женщинам” призывала американская историк Джоан Келли, одна из пионеров феминистских исследований второй половины XX в.v В 1970 г. в Раскин Колледж (Оксфорд) прошла первая конференция, специально посвященная женской истории. Формированию “женской истории” как особой субдисциплины, отмечает российская исследовательница Н.Л.Пушкарева, “способствовал, с одной стороны, интерес к ней тех, кто изучал проблемы массовых движений и увидел в исследовании создания первых женских организаций, в истории феминизма и суфражизма ключ к пониманию острых вопросов современности: что следует понимать под пресловутым “угнетением”, всегда ли оно существовало, как и когда возникло, каковы были причины его появления и каковы формы, методы и пути преодоления неравенства”vi. За последние три десятилетия процесс “возвращения женщин в историю” стимулирован огромным количеством научных работ, конференций, учебными курсами о женском активизме и творчестве, о личной и общественной жизни женщин в различные исторические эпохи. В исследованиях Герды Лернер, которая еще в самом начале 60-х гг. легитимизировала понятие “женская история” и читала курсы в университетах США, история женщин предстает как история становления и развития женского коллективного сознания. В своих книгах о патриархате и феминистском сознании (“The Creation of Patriarchy”, “The Creation of Feminist Consciousness”) она пишет, что история предстает перед нами в двух ипостасях: как незаписанное прошлое (“все события прошлого в жизни людей”) и как история с большой буквы – “прокомментированное прошлое”vii. Лернер подчеркивает, что: “как и мужчины, женщины всегда были и остаются деятелями и агентами в истории. Так как они составляют половину и даже больше человечества, они всегда делили мир и труд в нем с мужчинами. Женщины были и есть централами, а не маргиналами в процессе создания общества и цивилизации. Вместе с мужчинами сохраняли коллективную память, которая превращала прошлое в культурные традиции, обеспечивали связь поколений, прошлого с будущим. Эта устная традиция жива, ее сохраняли женщины и мужчины в фольклоре, живописи, ритуалах. С другой стороны, делание истории – творчество, которое датируется появлением письменности в древней Месопотамии и списка правителей Шумер. Ученые производили отбор событий, и до недавнего времени это были мужчины. Они записывали то, что делали мужчины, что находили важным в опыте мужчин. Они назвали это ИСТОРИЕЙ. Опыт женщин оставался незаписанным, недооцененным. То есть, проинтерпретированная запись прошлого есть только частичная запись”viii. Под женской историей Г.Лернер, A.Ф.Скотт, Дж.Келли, Г.Бок и другие феминистские историки понимают исследование реальной, а не мистифицированной патриархальной идеологией роли женщин в различных сферах жизни обществ, а также исследование истории половix. Открытия в области женской истории, курсы в рамках женских и гендерных исследований становятся необходимым средством, содействующим эмансипации женского сознания от устаревших гендерных стереотипов превосходства и подчинения. Означает ли женская история, что мы просто изменяем “удельный вес” ролей двух полов в истории человечества Героев-мужчин заменяем героинями-женщинами, изучаем их славные дела, менявшие мир к лучшему Нет. Хотя формула “добавить женщин и перемешать” имела место и смысл в ранних феминистских исследованиях истории, культуры и общества. Речь идет о способности и готовности людей взглянуть на сюжеты истории глазами женщин, оценить их, исходя из ценностей, которые дороги женщинам. Посмотрев на прошлое другими – женскими – глазами, мы увидим картину, далеко не всегда похожую на ту, к которой привыкли, благодаря учебникам. Об этом хорошо пишет М.Альбистюр: “...ткань истории женщин, по всей видимости, соткана не менее плотно, чем ткань истории мужчин. Но отныне позволительно задаться вопросом: течет ли время для женской половины человечества в том же ритме (курсив мой. – В.У.), как для мужчин, и воспринимается ли оно таким же образом”x Женская история разрушает многие проявления мужского мифотворчества в социальной истории. Так, феминистские историки поставили под сомнение “прогрессивность” многих исторических процессов, например “прогрессивность” античной цивилизации, эпохи Ренессанса, великих буржуазных революций. Потому что для женщин демократический “прогресс” в Афинах означал содержание жен афинских граждан в женских половинах древнегреческого дома – гинекеях. Европейский Ренессанс (бурные социально-экономические преобразования, способствовавшие формированию новых социальных отношений) означал “одомашнивание” жены буржуа, вытеснение женщин с рынка труда и еще “погоню за ведьмами”xi. В своем исследовании “Существовал ли Ренессанс для женщин” Д.Келли отмечает, что государство, ранний капитализм и социальные отношения, созданные ими, ограничивали свободу женщин, подавляли развитие личности разными способами, в зависимости от социального положения женщин. Анализируя изменение положения женщин в ренессансной Италии в период с середины XIV до середины XVI в., Келли делает вывод о том, что женщина подвергалась жесткому экономическому и социальному контролю, ее личность подавлялась в эмоциональной и культурной жизниxii. Славные буржуазно-демократические революции в США и Франции не распространяли на женщин лозунг “Свобода, равенство, братство”. Историк Розалин Майлс, используя археологические источники, показала несостоятельность мифа о мужчинах как основных добытчиках пищи в эпоху первобытнообщинного строя. Опираясь также на данные антропологов, она собрала материал, свидетельствующий об огромной роли и “занятости” женщин на заре становления человеческих обществ, привлекла внимание к изучению обществ собирателей, а не только охотников. Охота как мужское занятие не более чем на 10-15 могла удовлетворить потребность племени в пище. Остальные 85-90 обеспечивались женскими занятиями – собирательством и зачаточным земледелиемxiii. Что касается российской (записанной) истории, то в немалой степени ее обогатили и сделали более “живой” научные исследования историка Натальи Пушкаревой, посвященные женщинам Древней Руси и Руси Московскойxiv. История России на рубеже XIX-XX вв., заполненная бурными политическими событиями и поисками путей обновления, “заговорила” иным голосом, благодаря книге профессора истории Принстонского университета Лоры Энгельштейн об отношениях между полами в этот периодxv. Что же нового, какие новые ценности приносит женская история в наше понимание прошлого Прежде всего интерес к субъекту, отказ от официальной истории правителей в пользу каждодневной, живой истории людей. Отсюда новый круг источников, в которых важное место занимают устные свидетельства, фольклор. Авторы солидного исследования “Их собственная история” Бонни Андерсон и Юдит Зинсер считают, что изучение истории женщин необратимо изменяет наш взгляд на прошлое: “История как таковая уже никогда не сможет быть прежней. Традиционные подходы должны быть проверены и подкреплены включением не только мужского, но и женского начала. В результате мы получим по-новому прочитанную историю, обогащенную и уточненную, и, что самое важное, впервые мы получим подлинную историю человечества” . Для набирающего силу женского движения в современной России женская история имеет стимулирующее и вдохновляющее значение. Анализ стратегий и тактик женщин, действовавших до нас, их идеи и ошибки – все это и многое другое из богатого исторического опыта женщин может способствовать эмансипации женского коллективного самосознания. ПРИМЕЧАНИЯ i Цит. по: Tuttle L. Encyclopedia of Feminism. Longman, 1986. P.147. ii Бок Г. История, история женщин, история полов THESIS. 1994. №6. P.172. iii См.: Воспитание. 1861. №4. С.174. iv См.: Lerner G. The Creation of Feminist Consciousness. Oxford Univ. Press, 1993. P.14. v См.: Kelly J. Women, History, and Theory. The Univ. of Chicago Press, 1986. P.1. vi Пушкарева Н. Гендерные исследования: рождение, становление, методы и перспективы Общественные науки и современность. 1998. №5. С.77. vii Lerner G. The Creation of Patriarchy. Oxford Univ. Press, 1986. P. 4. viii Ibid. ix9 См.: Lerner G. The Creation of Feminist Consciousness; Scott A.F. Women’s Place is in the History Books Scott A.F. Making the Invisible Woman Visible. Urbana, 1984. P.361-370; Kelly J. Op. cit. x Цит. по: Бок Г. Указ. соч. С.173. xi См: Kelly J. Op. cit. P.19-50; Tuttle L. Encyclopedia of Feminism. Longman, 1986. P.146-147. xii См.: Kelly J. Op. cit. xiii См.: Miles R. The Women’s History of the World. Paladin Grafton Books, 1989. P.19-35. xiv См.: Пушкарева Н. Женщины Древней Руси. М., 1989; Она же. Частная жизнь русской женщины: невеста, жена, любовница (X – начало XIX в.). М., 1997. xv См.: Энгельштейн Л. Ключи счастья: Секс и поиски путей обновления России на рубеже XIX-XX веков. М., 1996. Anderson B., Zinsser J. A History of Their Own. Harper Perennial, 1988. V.2. P.XIX.