Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Уильям Адама Особые отметки




страница1/14
Дата24.06.2017
Размер1.52 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

Уильям Адама

 

Особые отметки

Имеет личное оружие (пистолет).

 

Колония

ТАУРОН
Таурон знаменит своей непокорностью и Ha'la'tha — мафией.
Тауронцы часто селятся на других планетах, бежав сначала от разрушений Тауронской Гражданской Войны, а затем — Первой Сайлонской. Местные жители негативно относились к тауронской иммиграции, считая их гражданами второго сорта. Например, на Каприке тауронцев называют «пожирателями грязи». Поэтому тауронцы всегда держатся друг друга, особенно если речь идет о конфликтах с другими народами.
СКРЫТОЕ ПРАВИЛО
Тауронец всегда выручит тауронца, если тот попал в неприятное или опасное положение. Тауронцы также никогда не обманывают друг друга.

 

Якоря

якорь1 - Флот. Персонаж - если забьет на флот и свою работу. Якорь - если почему-то флот отторгнет Адаму (большинство скажет ему "У-хо-ди!")
якорь2 - Старбак - безумная смесь чувств стареющего сильного мужчины. Это сразу и восхищение новым поколением, которое летает на современных судах, которые нам и не снились, и некоторое удивление перед молодежью, которая, оказывается, может рисковать сильнее, чем, мы, старики, рисковали в свое время, и понимание того, что опыта у них все равно не хватает - и, с другой стороны, иррациональные сильные чувства к просто красивой сильной девушке...
Это еще не любовь (по крайней мере, это чувство на сознательном уровне никак не может квалифицироваться как любовь) - но это уже любовь, как если бы ее понимали все окружающие.
персонаж - просто если предаст свое чувство.
якорь - если Старбак как-то очень сильно его разочарует.

 

Вводная

Ветеран Сайлонской войны, бывший пилот с позывным "Хаскер". Офицер самого высокого ранга в выжившем после нападения сайлонов Колониальном Флоте, коммандер боевого корабля "Галактика". Экипаж любит его, как отца, - и он относится к ним, как к детям.




Станция Рагнар – вот та точка, которой Властители Кобола поделили жизнь Уильяма Адамы. Именно там, на Рагнаре, случились те события и были приняты те первые решения, которые коммандер не пустил бы в свою жизнь до Падения Колоний.

Он дал приказ к высадке на Рагнар, чтобы пополнить запас боеприпасов «Галактики» - но нашел на старой военной базе нечто совсем удивительно и неожиданное: человека.


Человек сказал, что его зовут Джон Соувел. Он попал на Рагнар нелепо – он журналист, искал сенсацию, писал книгу или может цикл статей о военных… Но при посадке на Рагнар пилот его раптора допустил неосторожное движение, курс сбился… Посадка была аварийной. Пилот погиб: Соувел вытащил его, истекающего кровью после удара о приборную панель, но средствами аптечки и без нужного образования помочь уже не смог. И приготовился умирать: ведь Станция Рагнар была пустынна, никто не пользовался ей в мирное время
Сколько он здесь провел? День. Может быть, два. Или три. Приборная панель раптора была разрушена при аварии, так что Соувелу оставалось только гадать.
Соувел выглядел изможденным, но, кажется, немедля умирать не собирался – держался бодро. Он жадно напился и наелся, не переставая благодарить своих спасителей.
Хотя история и выглядела странной донельзя – но на Рагнаре действительно обнаружился и покореженный раптор, годный ныне только на металлолом: его «нос» был сплющен от столкновения со стенкой причального ангара. Соувел воистину любимец Властителей Кобола, раз спасся после такой аварии да еще и без царапины! Мертвый пилот лежал неподалеку, на кое-как подтолкнутой под голову куртке. При аварии что-то пробило ему череп – и вряд ли он выжил бы даже в лучшем госпитале Двенадцати Колоний.
Уильям Адама принял решение отправить Соувела в присоединившемуся гражданскому Флоту: несмотря на всю таинственность его истории явных нестыковок, вызывающих подозрения, в ней не было. А на военном корабле пронырливый журналист был бы очевидным балластом.

Второй поворотный пункт Рагнара – история Аарона Дорала, чиновника по связям с общественностью, приписанного к переводимому в музей крейсеру. Вроде как с тех пор, как «Галактика» вновь встала на боевое дежурство, он стал на ней бесполезен… Но всё продолжал крутиться то там, то тут. Особенно на мостике.


А потом к коммандеру подошел Гай Балтар и рассказал увлекательнейшую историю: вовремя работы с программами «Галактики» на мостике он там обнаружил… странный предмет. Он, Балтар, конечно не специалист в «железе» и прочем составляющем кораблей – но такую штуку он бы ожидал скорее увидеть на современном крейсере, да и то он не уверен, что оборонная промышленность Двенадцати Колоний делала что-то похожее… А установил его Аарон Дорал. Балтар так его и обнаружил: видел, что Дорал стоит на мостике, подолгу пялясь в потолок на определенную точку.
«Штуку» Балтара сняли. Это действительно оказался чужеродный для «Галактики» прибор – а Балтар утверждал, что он передавал какие-то коды и скорее всего служил «маркером» для сайлонов, позволявшим находить крейсер.
Как бы ни хотелось Адаме опровергнуть подозрения против одного из членов экипажа (пусть даже такого бестолкового чужака, каким был чиновник Дорал), но Балтар был настойчив. Оказывается, он еще и провел какие-то предварительные тесты, которые могут позволить выявлять сайлонов… и в Дорале не оказалось ничего естественного, какие-то чужеродные химические соединения.
Так было принято оставить Аарона Дорала на Рагнаре – с запасом еды и воды, но совершенно одного. Коммандеру же оставалось надеяться, что решения было правильным и он не зря взвалил на себя его груз.
В истинную причину пропажи чиновника оказались посвящены лишь двое, кроме самого коммандера Адамы и полковника Тая, - Джимбо, капитан Росицки, пилотировавший раптор, который доставил Дорала на Рагнар, и Эрин Матиас, конвоировавший его морпех.

Так уж сложилась воля Властителей Кобола, что именно с сержантом Фишером случился нечастный случай на Станции Рагнар. Он прошел в один из коридоров, отделенных от центральной части станции герметичной дверью… И тут взорвался один из снарядов, который видно был слишком стар и не выдержал малейшей встряски. Несколько минут царила паника – но, как оказалось, никто не пострадал. Только вот дверь и стены коридора, в который свернул Фишер, покорежило и завалила так, что о том, чтобы выбраться с этой стороны, можно было забыть.


Фишер хорошо понимал, что ребятам сейчас не до того, чтобы тащить сюда резак и тратить время на разбор завала. «Не переживайте! – крикнул он своим. – Я найду другой маршрут, это же фраковая станция – вряд ли это коридор не имеет других выходов!»
И больше Омара Фишера никто не видел. Разумеется, Терри Баррелл оттягивал отлет от Станции, как мог, пытался найти какие-то другие коридоры, которые могли бы привести к пропавшему его человеку... Но все попытки потерпели крах. Пришлось смириться. Это было военное решение - и, скрепя сердце, Старик отдал команду покинуть Рагнар.

Другая проблема, которая не имеет прямого отношения к военным действия, - это жена его старого друга Сола, Эллен Тай. Коммандер всегда знал о непростых (мягко говоря) отношениях полковника и его супруги – и то, что Эллен Тай внезапно нашлась среди беженцев, стало не то что бы приятным сюрпризом. Пока он не рассказал о своей неприятной находке никому – но стоит ли скрывать правду от своего друга и товарища дальше? Или просто привезти Эллен на «Галактику» и разрубить этот Гордиев узел разом?



И наконец, Уильям Адама как и многие другие спрашивает себя и богов – за что, за что Колониям выпало такое горе, почему сайлоны вернулись, чтобы уничтожить Человечество. Но в отличие от многих других у коммандера есть ответ или хотя бы версия. Шесть лет назад, когда он командовал звездным крейсером Валькирия, он получил приказ адмирала Кормана организовать наблюдение за сайлонами. Они надеялись послать малозаметный корабль-разведчик за Линию Перемирия, чтобы исследовать военный потенциал и намерения сайлонов. Во время миссии сайлонские рейдеры атаковали и повредили корабль-разведчик, которым управлял Дэниэл «Бульдог» Новачек. Если бы сайлоны захватили Новачека – они бы узнали о его миссии, узнали, что люди первыми нарушили Линию Перемирия, чтобы шпионить за сайлонами. И Адама отдал приказ добить истребитель Новачека. Каждый военный это в первую очередь ресурс, оловянный солдатик, которой приносит пользу там, где решит командование – поэтому хотя Адама помнит Новачека, душу ему рвет не это. Он думает, что возможно гибель Новачека была бесполезна и возвращение сайлонов было инициировано именно той миссией.

 

Подозрения

Подозревает, что гражданские власти уже знают, что Земли не существует и коммандер ведет Флот в никуда



Сол Тай

 

Особые отметки

Имеет личное оружие (пистолет).

 

Колония

АИРИЛОН
Аирилон знаменит зерном, отличными стейками и простыми парнями
Типичного аирилонца можно представить как простого работягу, фермера, который любит весь день трудиться, а к вечеру пойти пропустить пинту пива в кабаке с друзьями. Жителей Аирилона легко отличить по акценту, который другие Двенадцать Колоний считают ужасающим и смотрят на всех с таким акцентом как на людей второго сорта. Но аирилонцы гордятся своей простой жизнью и, пожалуй, легче всех приспосабливаются к суровым условиям военной жизни.
СКРЫТОЕ ПРАВИЛО
Если аирилонцу что-то не нравится - он всегда прямо об этом скажет. Также аирилонцы склонны видеть в поведении уроженцев других колоний желание их обидеть и оскорбить, если к тому есть хоть малейший повод.

 

Якоря

1 - Адама
2- Алкоголь
Якорь3 – «это все не зря»

 

Вводная

Старший помощник, придерживающейся простой истины: если команда не боится старпома - значит, это плохой старпом. А команда его не только боится, но и считает (обоснованно) запойным алкоголиком. Несмотря на то, что полковник Тай - второй по старшинству офицер на "Галактике", он не берет на себя тяжесть принятия решений.




В старом мире, уничтоженном сайлонами, для Сола Та остались две чертовски важные вещи.
Хороший виски. Отличный виски, сделанный из отличного аирилонского зерна.
Его жена. Его мертвая жена, которую он не видел так долго – и теперь не увидит уже никогда.
Но это всё неважно. Пока неважно. Важна война, «Галактика» и Старик.

На Станции Рагнар случилось два события, связанные с двумя людьми, - и пока Сол Тай остается сторожевым псом «Галактики», готовым – несмотря на мнение многих, что полковник просто «брехливый старый кобель» - вцепиться в глотку врага, про эти события забывать нельзя.


Первое: Джон Соувел.
Его просто НАШЛИ НА РАГНАРЕ. Нашли на законсервированной военной базе. Одного.
Утверждающего, что попал на Рагнар случайно – он журналист, искал сенсацию, писал книгу или может цикл статей о военных… Но при посадке на станцию пилот его раптора допустил неосторожное движение, курс сбился… Посадка была аварийной. Пилот погиб: Соувел вытащил его, истекающего кровью после удара о приборную панель, но средствами аптечки и без нужного образования помочь уже не смог. И приготовился умирать: ведь Станция Рагнар была пустынна, никто не пользовался ей в мирное время
Сколько он здесь провел? День. Может быть, два. Или три. Приборная панель раптора была разрушена при аварии, так что Соувелу оставалось только гадать.
Соувел выглядел изможденным, но, кажется, немедля умирать не собирался – держался бодро. Он жадно напился и наелся, не переставая благодарить своих спасителей.
Хотя история и выглядела странной донельзя – но на Рагнаре действительно обнаружился и покореженный раптор, годный ныне только на металлолом: его «нос» был сплющен от столкновения со стенкой причального ангара. Соувел воистину любимец Властителей Кобола, раз спасся после такой аварии да еще и без царапины! Мертвый пилот лежал неподалеку, на кое-как подтолкнутой под голову куртке. При аварии что-то пробило ему череп – и вряд ли он выжил бы даже в лучшем госпитале Двенадцати Колоний.
Старик принял решение отправить Соувела в присоединившемуся гражданскому Флоту: несмотря на всю таинственность его истории явных нестыковок, вызывающих подозрения, в ней не было. А на военном корабле пронырливый журналист был бы очевидным балластом.
Это было личное решение Старика, против которого Сол не сумел возразить.
Второе: Аарон Дорал.
С тех пор, как «Галактика» вновь встала на боевое дежурство, чиновник по связям с общественностью, приписанный к переводимому в музей крейсеру, стал на ней бесполезен… Но всё продолжал крутиться то там, то тут. Особенно на мостике.
А потом к коммандеру подошел Гай Балтар и рассказал увлекательнейшую историю: вовремя работы с программами «Галактики» на мостике он там обнаружил… странный предмет. Он, Балтар, конечно не специалист в «железе» и прочем составляющем кораблей – но такую штуку он бы ожидал скорее увидеть на современном крейсере, да и то он не уверен, что оборонная промышленность Двенадцати Колоний делала что-то похожее… А установил его Аарон Дорал. Балтар так его и обнаружил: видел, что Дорал стоит на мостике, подолгу пялясь в потолок на определенную точку.
«Штуку» Балтара сняли. Это действительно оказался чужеродный для «Галактики» прибор – а Балтар утверждал, что он передавал какие-то коды и скорее всего служил «маркером» для сайлонов, позволявшим находить крейсер.
Как бы ни хотелось Старику опровергнуть подозрения против одного из членов экипажа (пусть даже такого бестолкового чужака, каким был чиновник Дорал), но Балтар был настойчив. Оказывается, он еще и провел какие-то предварительные тесты, которые могут позволить выявлять сайлонов… и в Дорале не оказалось ничего естественного, какие-то чужеродные химические соединения.
Решение оставить Дорала на Рагнаре, одного, но с запасом еды и воды – его Тай поддержал. Маловероятно, что ученый ошибся (ведь он же гребаный гений!). Да, Дорала они знали недолго… Но какие еще сюрпризы готовится подкинуть выживший Флот, навроде человекообразных сайлонов и их фраковой техники, напиханной в самые неподходящие места?

Так уж сложилась воля Властителей Кобола, что именно с сержантом Фишером случился нечастный случай на Станции Рагнар. Он прошел в один из коридоров, отделенных от центральной части станции герметичной дверью… И тут взровался один из снарядов, который видно был слишком стар и не выдержал малейшей встряски. Несколько минут царила паника – но, как оказалось, никто не пострадал. Только вот дверь и стены коридора, в который свернул Фишер, покорежило и завалила так, что о том, чтобы выбраться с этой стороны, можно было забыть.


Фишер хорошо понимал, что ребятам сейчас не до того, чтобы тащить сюда резак и тратить время на разбор завала. «Не переживайте! – крикнул он своим. – Я найду другой маршрут, это же фраковая станция – вряд ли это коридор не имеет других выходов!»
И больше Омара Фишера никто не видел. Разумеется, Терри Баррелл оттягивал отлет от Станции, как мог, пытался найти какие-то другие коридоры, которые могли бы привести к пропавшему его человеку... Но все попытки потерпели крах. Пришлось смириться. Это было военное решение - и, скрепя сердце, Старик отдал команду покинуть Рагнар.

После долгих лет пьянства, крушения карьеры, плохих отношений со всеми (кроме виски) - Сол давно уже поставил на себе крест. Жалость к самому себе придавила его к земле. Но чертовы сайлоны не оставляют ему выбора, он не может предать Старика – придется идти самому и толкать всех этих идиотов вокруг вслед за Адамой столько, сколько потребуется. И либо избавиться от этого креста, перестать жалеть себя – либо тащить на себе еще и его, тщательно распределяя свободное время между сном и депрессией.



 

Подозрения

Подозревает, что Лора Розлин - неграмотный администратор и Кворум будет ей вертеть, как хочет




Феликс Гаэта

 

Особые отметки

Имеет личное оружие (пистолет).

 

Колония

ТАУРОН
Таурон знаменит своей непокорностью и Ha'la'tha — мафией.
Тауронцы часто селятся на других планетах, бежав сначала от разрушений Тауронской Гражданской Войны, а затем — Первой Сайлонской. Местные жители негативно относились к тауронской иммиграции, считая их гражданами второго сорта. Например, на Каприке тауронцев называют «пожирателями грязи». Поэтому тауронцы всегда держатся друг друга, особенно если речь идет о конфликтах с другими народами.
СКРЫТОЕ ПРАВИЛО
Тауронец всегда выручит тауронца, если тот попал в неприятное или опасное положение. Тауронцы также никогда не обманывают друг друга.

 

Якоря

Якорь 1 -Таурон и его законы
2. Наука. Она может все, дайте ей только время
3. Галактика

 

Вводная

Молодой офицер, старший вахтенный начальник. Служит на Галактике три года. Изучал генетику и планировал получить степень по военной программе продления срока службы, но сайлонский холокост разрушил все его планы. Сейчас он исполняет обязанности тактического офицера на мостике, следя за компьютерными системами корабля и операциями с FTL-навигацией.




Военная служба должна была открыть для Феликса Гаэты дорогу в науку. Его уже ждали на Тауроне, в Корпорации Вёрджис…
Да, война приблизила его к науке. Но каким-то странным, извращенным способом.
Как-то само собой оказалось, что младший лейтенант Гаэта назначен помощником к Гаю Балтару – ведь только у Гаэты из офицеров флота было хоть какое-то биологическое образование, совмещенное с его знаниями о техники и программировании.
Великий ученый при ближайшем рассмотрении оказался себялюбив и эгоцентричен. И в то же время его отличала какая-то удивительно дерганная манера общения – будто Гай Балтар ждал, что к нему вот-вот придут и приставят пушку к виску.
Сейчас у них (хотя говорить «мы» о работе с Балтаром довольно-таки странно) есть два основных направления.
Во-первых, та штука, которую обнаружили на мостике. Ее передающий сигнал был немедленно заблокирован – но на ней явно еще записаны какие-то коды, которые расшифровать пока не удалось. Именно поэтому он и поделился своей заботой с Шефом. Может быть, сайлонской штук нужен истинно технический подход, а не общенаучный?
Во-вторых, Гай Балтар работает над так называемым «детектором сайлонов». К этой работе он Феликса не подпускает вовсе. Хотя если сайлонские шпионы действительно среди нас, то это может быть куда важнее общетеоретических задач, которые подкидывает сайлонское устройство!
Или всё-таки наоборот? Вдруг, копаясь в начинке и кодах той странной штуке, Гаэта подойдет к пониманию сайлонской сути так плотно, как Балтар со своим лелеемым детектором ни в жизнь не приблизится?..

В его шкафчике в каюте сохранилось последнее письмо, которое пришло с Таурона за несколько дней до Падения Колоний. Его написал Антонин Арезе, двоюродный брат Феликса, уже давно работавший в Вёрджисе. Правда, Антонин был не столько ученым, сколько преданным сторожем Корпорации.


А Вёрджис обокрали.
Это была удивительная, шокирующая новость, не выплеснувшаяся на страницы газет лишь потому, что Вёрджис всегда чутко следил за лояльностью своих сотрудников – а шумиха в прессе была ему ни к чему. Речь шла об одной из новейших секретных разработок Вёрджиса, о которой Антонин упоминал лишь в общих чертах и вскользь. Насколько понял Гаэта, речь шла о каком-то виде искусственного интеллекта, а кража нанесла по разработкам фатальный урон.
Так как Вёрджис делал этот заказ для Министерства обороны, то Антонин предполагал, что концы могут всплыть где-нибудь в Колониальном Флоте: вряд ли кража была спланирована только с целью замедлить разработки Корпорации, речь скорее могла идти о промышленном шпионаже. В письмо был вложен снимок камер наблюдения – на тот случай, если Феликсу встретится этот человек (эта женщина, как было понятно и по не самого высокого качества снимку), то Антонин не сомневался: его кузен помнит, что предписывает в таком случае закон тауронского братства.

 

Подозрения

Кажется, гениальный доктор Балтар - не такой уж и гений. Всё больше кажется, что его репутация знаменитого ученого - не более чем раздутая слава, а на деле он только обманывает коммандера Адаму про детектор сайлонов и другие свои изобретения
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

  • Сол Тай Особые отметки
  • Феликс Гаэта Особые отметки