Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Учебное пособие. М.: Аспект Пресс, 2000




страница2/29
Дата06.04.2017
Размер4.28 Mb.
ТипУчебное пособие
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29

ВВЕДЕНИЕ


 

ЖАНРЫ В АРСЕНАЛЕ СОВРЕМЕННОЙ ЖУРНАЛИСТИКИ


 

Нередко приходится слышать мнение о том, что для журнали­ста главное — создать интересный материал, а какого он жанра, не имеет абсолютно никакого значения. Существует и другое суж­дение: разговор о жанрах журналистики не заслуживает внима­ния, так как содержание понятия «жанр» непрерывно изменяется и усложняется, а сама теория жанров в целом разработана недо­статочно. Это якобы подтверждается тем, что разные исследовате­ли предлагают свой «набор» жанров. Согласиться с подобными утверждениями нельзя, как минимум, по двум причинам.

Во-первых, тот тип произведений, который складывается ис­торически и определяется как «жанр», существует объективно, независимо от мнений как теоретиков, так и практиков. Вся масса созданных в журналистике произведений распределяется на жан­ры на основе целого ряда принципов деления. Дело в том, что у каждого конкретного произведения есть состав определенных ха­рактеристик. Такие характеристики возникают то ли относительно произвольно (когда автор не задумывается над тем, каким должен быть его текст), то ли в результате специальных творческих усилий автора (когда он заранее определяет, что должно быть отображено в тексте, как именно и с какой целью). Но в любом случае те тексты, которые обладают схожими качествами, можно объеди­нить в отдельные группы.

Объединение это может быть произведено разными исследовате­лями (или практиками) на самых разных основаниях, в зависимос­ти от того, что каждый из них считает наиболее важным объединя­ющим началом (именно это порождает разные представления о жан­ровой палитре журналистики). Но, разумеется, более верным будет то объединение, которое основывается на сходстве сущностных (но не второстепенных) признаков публикаций, включаемых в какую-то устойчивую группу. Уже после того как определен объединяющий признак (или признаки), его называют «жанровым признаком», а группу объединенных им публикаций — «жанром».

А во-вторых, точное представление о жанре помогает профес­сиональному общению журналистов. Одно дело, когда редактор издания просит журналиста: «Напишите, пожалуйста, хороший материал об авиации». Совсем другое, если он ему предлагает: «Напишите очерк о летчике-испытателе». В последнем случае жур­налист, наверное, лучше поймет, какой именно материал хотел бы получить от него редактор.

Чем же предопределен набор сущностных характеристик, по­зволяющих относить текст к тому или иному жанру? Прежде всего — своеобразием предмета журналистики и способа отображения ав­тором действительности, порождающих этот набор. (Это традицион­но признается большим числом исследователей журналистики.)

В журналистике предмет выступлений составляют актуальные общественные и природные события, явления, процессы, ситуа­ции во всем богатстве их проявления, в многообразии взаимосвя­зей, прежде всего порождающих важные для общества в теорети­ческом и практическом отношении проблемы и конфликты, а также личность человека.

Роль способа отображения действительности в формировании набора характеристик журналистских текстов, предопределяющих их жанровую принадлежность, намного значительнее (в интересу­ющем нас плане) роли предмета журналистских выступлений.

В журналистике существует три главных способа отображения — фактографический, аналитический и наглядно-образный. Они опосредуют определенные уровни «проникновения» познающего субъек­та в объект: от первоначального чувственного созерцания к абст­рагированию, теоретическому освоению его и далее — к созданию обогащенного, более полного конкретного образа предмета (в том числе — его художественного образа).

Первый и второй способы отличаются один от другого прежде всего степенью глубины проникновения в суть предмета отобра­жения. Первый способ нацелен на фиксацию неких внешних, оче­видных характеристик явления, на получение кратких сведений о предмете (в этом случае журналист прежде всего отвечает на воп­росы: где, что и когда произошло?). Быстрота получения таких све­дений позволяет современной журналистике оперативно инфор­мировать аудиторию о многочисленных актуальных событиях, что очень важно для нее. Второй способ нацелен на проникновение в суть явлений, на выяснение скрытых взаимосвязей предмета отобра­жения (в этом случае набор вопросов, на которые отвечает журна­лист, значительно расширяется). В данном случае главным становит­ся обращение его к различным проблемам выбора эффективных пу­тей развития общества, а также выявление причин, условий, тенденций развития событий и ситуаций, изучение оснований, мотивов, интересов, намерений, действий различных социальных сил, выяснение возникающих между ними противоречий, оценка значимости различных феноменов, определение обоснованности тех или иных точек зрения, концепций, идей.

Способ наглядно-образного отображения действительности нацелен не только и не столько на фиксацию внешних черт явления или рациональное проникновение в суть предмета, сколько на эмо­ционально-художественное обобщение познанного. Нередко это обоб­щение достигает такого уровня, который называется публицисти­ческой (или даже — художественной) типизацией, что сближает журналистику с художественной литературой. Подобного рода жур­налистика поставляет аудитории «материал», способствующий как рациональному познанию действительности, так и эмоциональ­ному сопереживанию отображаемых событий.

Своеобразие того или иного способа отображения действитель­ности заключается прежде всего в том, что он выступает как осо­бый путь реализации иерархически взаимосвязанных целей, реше­ния определенных задач.

Важнейшие из них носят предопределяющий характер и выс­тупают как функции конкретного издания. Такие функции могут быть разными. Одни издания (например, «желтая пресса») пресле­дуют коммерческие цели, поэтому в публикуемых материалах они стремятся прежде всего освещать такие темы, использовать такие методы создания текстов, которые позволяют в максимальной мере удовлетворять самые распространенные в соответствующей ауди­тории субъективно доминирующие информационные интересы в развлечении. Причем подобные издания мало волнует вопрос о том, насколько такие интересы совпадают с объективно более важ­ными, коренными потребностями аудитории.

Другие издания могут преследовать цель пропагандистского воздействия на аудиторию (например, политического, религиоз­ного и т.д.). Третьи могут ставить перед собой цель максимально полно, объективно информировать аудиторию, исходя из того, что журналистика призвана быть важнейшим средством именно массового информирования, связанного прежде всего с коренны­ми, базовыми потребностями аудитории, средством повышения социальной компетентности населения, его социальной ориенти­рованности и т.д.

Конечно же, в реальности одно и то же издание может пресле­довать самые разные цели. Но и в этом случае они окажут свое воздействие на характер публикаций, которые будут появляться на его страницах.

Названным предопределяющим функциям (целям) журналис­тики подчинены свойственные ей определенные задачи (цели) «второго ряда» (или собственно творческие функции), связанные с познанием действительности журналистом. К таким функциям относятся:

— создание определенной (той или иной степени полноты) информационной «модели» отображаемого явления (его описание);

— установление причинно-следственных отношений;

— выявление значимости явления (его оценка);

— определение будущего состояния исследуемого явления (про­гноз);

— формулирование программ, планов действия, связанных с анализируемым явлением.

Эти творческие цели (цели «второго ряда») необходимо осу­ществлять (в каждом конкретном случае — в своем объеме) при создании любых журналистских текстов и в любых изданиях, по­скольку именно это их осуществление открывает путь к реализа­ции журналистикой названных выше общественных функций.

Творческие функции выступают как необходимость для жур­налиста исследовать различные общественные феномены, выяв­лять и описывать их суть, определять их причины, прогнозировать развитие этих феноменов, выяснять их значимость; исследовать передовой опыт решения всевозможных задач и формулировать программы их решения, предостерегать от вредных или неэффек­тивных путей, способов достижения тех или иных целей, обосно­вывать спорные точки зрения; вырабатывать свое отношение к миру посредством эмоционально-образной типизации, обобщения ото­бражаемых явлений. Нередко журналистам приходится (в силу пред­назначенности издания) создавать «мир Зазеркалья», т.е. создавать тексты развлекательного плана, тексты, способствующие рекреа­ции (отдыху) аудитории.

Решая эти задачи, журналист и производит оперативную, ана­литическую, эмоционально-образную информацию о разных (существующих и возможных) сторонах жизни общества, инфор­мацию, необходимую аудитории для осуществления всесторонне­го социального ориентирования и регулирования ею (аудитори­ей) своей деятельности, повышения своей социальной компетент­ности, восстановления духовного равновесия, развлечения. Осуществляя творческие функции, журналист применяет различ­ные методы познания действительности. Они составляют три боль­шие группы — эмпирические (документальные), теоретические и художественные методы.

В первую группу входят прежде всего методы сбора материала (наблюдение, беседа, интервью, проработка документов и пр.).

Вторую группу представляют общетеоретические методы по­знания (анализ, синтез, индукция, дедукция, аналогия, истори­ческий, логический, гипотетический методы и т.д.) и специали­зированные (комплексные) методы осмысления собранного мате­риала, опирающиеся на различные общетеоретические методы (описание, причинно-следственный анализ, оценка, прогнозиро­вание, программирование). Использование теоретических методов исследования в какой-то мере приближает аналитическую журна­листику к научному познанию, но, разумеется, ни в коей мере не делает их равными.

Третью группу составляют методы наглядно-образного обоб­щения, опирающегося на приемы ассоциации, творческой фанта­зии, метафоризации, метонимии, одушевления, оксюморона (внут­реннего противопоставления), литоты (преуменьшения), гипер­болизации (преувеличения), генерализации (подмены частного вывода общим), индивидуализации (подмены общего вывода част­ным) и т.д.

Из данных выше определений предмета, функций, методов современной журналистики вытекают многое проясняющие в при­роде существующих в настоящее время жанров периодической печати следующие выводы.



Во-первых, если речь идет об оперативном информирова­нии журналистом своей аудитории, то оно должно быть в первую очередь нацелено на наиболее важные для нее события, явления, связанные с базовыми, наиболее актуальными ее потребностями, а также должно способствовать формированию у читателя макси­мально точной картины окружающей его реальности.

Если же речь идет о более глубоком исследовании (анализе) действительности, о разъяснении, истолковании, интерпретации актуальных проблем, сути и значения современных событий, процессов, ситуаций, то эти исследуемые проблемы, события, про­цессы, ситуации должны рассматриваться журналистом во взаи­мосвязи с другими феноменами, соотноситься с более фундамен­тальными, более значимыми явлениями, закономерностями, тен­денциями развития различных сторон общественной жизни.

Если же журналист «опосредует» действительность в эмоцио­нально-образной форме, передает аудитории свое представление об актуальной реальности с помощью художественной типиза­ции, то он должен осуществлять ее таким образом, чтобы не ис­казить реальное положение дел, которого касается эта типизация. Именно это и отличает ее от типизации, основанной на вымыс­ле, на безграничной фантазии автора, свойственной собственно художественному творчеству (но не публицистическому!) как та­ковому.

Во-вторых, для понимания общественных проблем, если они обсуждаются в журналистских текстах, прежде всего важно видеть действенную связь между описываемыми событиями, явлениями и следствиями практического плана, изменениями в реальной жизни. Поэтому журналист часто ориентируется на «цепочку» от­ношений: «тип основания—результат» (причинная зависимость), «средство—цель» (финальная зависимость), «переменные взаимо­действия и объективные противоречия» (определенный вид пере­менного взаимодействия). Таким образом, можно сказать, что суж­дения о взаимосвязях исследуемых явлений и образуют главную субстанцию многих публикаций, относящихся к аналитическим и художественно-публицистическим жанрам журналистики.

В-третьих, содержанию и форме конкретных журналистских материалов присущ свой характер. Если в информационных пуб­ликациях излагается какой-то определенный факт, то в аналити­ческих на первый план выходит мысль автора, опирающаяся на совокупность фактов, а также его эмоции, порожденные этой мыслью. А в материалах художественно-публицистических жанров ведущим качеством становится эмоционально-образное обобще­ние, художественно-типизированная форма описываемых явлений действительности.

В-четвертых, при создании текстов разных жанров исполь­зуются различные операции, способы, методы эмпирического по­знания действительности (наблюдение, проработка документов, опрос, интервью и др.), а также теоретические методы: сравне­ние, аналогия, оценка (сравнение действительности с обществен­ными целями, нормами, идеалами), детализация (выявление и подчеркивание важных подробностей явления, процесса, ситуа­ции), разъяснение (обнаружение связи с причинами, закономерностями или проверенными, доказанными суждениями), предска­зание (выход на будущие процессы, следующие из закономернос­тей, причин, факторов или познанных тенденций) и обобщение (объединение инвариантных признаков отдельных фактов, уста­новление общего в процессах).

Часто они дополняются отчетливо ориентированной на парт­нера по коммуникативной ситуации демонстрацией соотнесенно­сти размышлений автора с мыслями, мотивами, позицией парт­нера. Это не в последнюю очередь выражается в том, что журна­лист часто не только предлагает готовый результат познания, интерпретации явлений, но и показывает, делает зримым для ауди­тории ход самого познания. Он исследует жизнь как бы вместе с аудиторией.

Таким образом, журналистские материалы в подавляющем боль­шинстве случаев имеют диалогическое начало, независимо от того, имеют ли они диалогическую форму изложения (как в интервью, беседе) или не имеют. Автор журналистского текста часто или прямо обращается к читателю, или аргументирует для него нечто в своем сознании как для партнера по разговору. Поэтому в журналистских текстах многих жанров ставятся вопросы, даются ответы на них, приводятся доводы в пользу какой-то точки зрения и выдвигаются контрдоводы и т.д., что создает иллюзию обмена мнениями, про­исходящего между партнерами по «живому» общению.

Формирование представлений о жанровых особенностях жур­налистики имеет весомую практическую значимость, так как оно дает возможность (прежде всего начинающему журналисту) осоз­нанно ориентировать себя в той или иной познавательной ситуа­ции на создание вполне конкретного типа текста, в наибольшей мере «приспособленного» для адекватного освещения заинтересо­вавшего аудиторию и издание явления.



Глава 1. ЖАНРООБРАЗУЮЩИЕ ФАКТОРЫ В ЖУРНАЛИСТИКЕ


 

Предмет отображения

Цели журналистского творчества

Методы исследования предмета

Роль различных жанрообразующих факторов в формировании жанров

Образование жанров и «жанровые имена»

 

Как уже отмечалось выше, под журна­листскими жанрами подразумеваются устой­чивые типы публикаций, объединенных сходными содержательно-формальными признаками. Подобного рода признаки на­зываются жанрообразующими факторами. Знание этих факторов помогает более чет­ко представить себе истоки и особенности возникновения тех или иных жанров перио­дической печати. В современной теории журналистики выделяются в качестве основ­ных, как правило, следующие жанрообразующие факторы: предмет отображения, це­левая установка (функция) отображения, метод отображения. Значимость этих фак­торов в жанрообразовании не равновелика. Поочередному рассмотрению особенностей и роли каждого из них в образовании того или иного жанра и посвящена данная глава.


 

ПРЕДМЕТ ОТОБРАЖЕНИЯ


 

Предмет отображения в журналистике изучен достаточно пол­но. Он включает в себя феномены из разных сфер деятельности, например из экономики, политики, права, религии, морали и т.д. Эти же сферы нередко называют объектом журналистики. Проводя различие между предметом и объектом журналистики, следует иметь в виду, что «предмет не есть вещь, существующая рядом с объек­том». Содержание предмета говорит не о нем самом, а об опреде­ленном «аспекте внешнего объекта»1[1]. Таковым «аспектом объекта» (т.е. предметом) журналистики в целом признается «современность в совокупности множества составляющих ее социальных ситуаций»2[2]. С этим определением нельзя не согласиться в том плане, что жур­налистика действительно имеет дело именно с актуальной сторо­ной современной жизни. Однако данное определение не следует понимать так, что журналистика занимается только ситуациями, если в понятие «ситуация» вкладывать более узкий, более конк­ретный смысл. В частности, например, что касается аналитической журналистики как определенного типа массовой информации, то ее предметом могут быть и отдельное событие, и процесс, содержа­щий в себе ряд событий, и ситуация, включающая как различные события, так и объединяющие их процессы во всем многообразии их взаимодействий.

При этом события, процессы, ситуации могут меняться места­ми в причинно-следственной связи. Так, событие может вызвать процессы (например, смерть И. Сталина обернулась процессом раз­венчания культа личности и определенной демократизацией жиз­ни в стране). Процесс может породить ситуации (процесс крими­нальной приватизации, развала экономики стал причиной ряда трудных ситуаций в стране, например, ситуации с невыплатой зарплаты). Ситуация может вылиться в определенные процессы (на­пример, ситуация с невыплатой зарплаты в стране спровоцировала процесс забастовочного движения шахтеров, учителей и др.). И т.д.

При этом в ходе исследования предмета отображения в центре журналистского внимания оказывается та сторона действительно­сти, на которую «указывают» функции журналистики. Такой сто­роной является то богатство взаимосвязей, в которые включены отображаемые в текстах актуальные феномены реальности. Имен­но их и «отбирает» в исследуемых явлениях журналист. То, какие именно взаимосвязи окажутся в центре его внимания, зависит от того, что автор посчитает наиболее важным для своей аудитории, от масштабности, актуальности, основательности задачи, кото­рую он решает в своем выступлении в прессе.


 

СОБЫТИЕ КАК ПРЕДМЕТ ОТОБРАЖЕНИЯ


Освещению событий посвящено подавляющее число инфор­мационных публикаций. Важнейшая задача журналиста-информа­тора оперативно сообщать аудитории о наиболее важных событи­ях, их месте, времени. Без сообщений о текущих делах, свершени­ях, происшествиях нет информационной журналистики. Они ее основной «каждодневный хлеб».

Но это не значит, что события не отображаются в материалах аналитических и художественно-публицистических жанров. В пуб­ликациях этого плана они выступают как объект углубленного ис­следования или художественного осмысления. Это производится прежде всего с целью выявления их значимости, актуальности, причин и возможных следствий.

Что же такое «событие», из каких «составных частей» оно скла­дывается? Событие можно определить как точно фиксированный в пространстве и во времени (т.е. с ясным началом и концом) шаг в общественном процессе. Событиями называются и природные яв­ления, катаклизмы. В отличие от таких естественных событий для журналистики значимы прежде всего события, представляющие собой действия людей с определенными целями и результатами, влияющие на тот или иной общественный процесс и включенные в него. События, как известно, порождаются определенными об­щественно-политическими ситуациями, экономическим, нрав­ственным и иными состояниями общества.

Уже в ходе выбора из множества событий одного, которое ста­нет предметом разговора в публикации, журналист начинает его в какой-то мере исследовать. Стараясь выбрать событие, которое имеет общественную значимость, событие, достойное освещения в сред­ствах массовой информации (СМИ), он ищет прежде всего такое из них, которое в максимальной мере связано с удовлетворением интересов в первую очередь всего общества в целом, а также зас­луживает внимания со стороны отдельных социальных групп, лич­ностей, в том числе и задействованных каким-либо образом в этом событии. Чем большее число людей затрагивает то или иное собы­тие, чем актуальнее их потребности, связанные с ним, тем более оно значимо и тем большего внимания заслуживает со стороны журналиста.

Рассмотрим следующие примеры:


 

Событие 1

Двадцать миллионов человек участвуют в забастовках трудящихся, проходя­щих в стране в эти дни под лозунгами: «Зарплату вовремя!», «Нет безработице!»

Событие 2

Правительство обсуждает на очередном заседании вопрос о повышении платы за проезд в городском транспорте.

Событие 3

Коллектив завода освоил выпуск новых детских велосипедов.

Событие 4

Известный путешественник и альпинист Ф. Конюхов покорил новую гор­ную вершину в Южной Америке.

При первом взгляде на эту информацию становится ясно, что в ней речь идет о вполне реальных лицах, действующих в опреде­ленной области деятельности, в конкретном месте и времени. При этом причины их действий, а также результаты имеют разное зна­чение для общества.

Событие 1 относится к разряду тех, которые совершают боль­шие массы людей, независимо от их партийной, групповой принад­лежности. Единство цели объединило в одно время и в одном месте разных людей. Эта цель — улучшение условий жизни. Это очень ши­рокая по общественным интересам масс цель, предполагающая эко­номико-политические перемены в стране. Такого рода событие мо­жет иметь далеко идущие последствия для населения целой страны.

Событие 2 предопределено деятельностью относительно неболь­шой группы людей — правительства. Принятые им решения могут задеть интересы определенного числа людей, живущих в городах и пользующихся городским транспортом.

Событие 3 — следствие деятельности заводского коллектива. Оно затрагивает прежде всего интересы детей, увлекающихся ве­лосипедом, и некоторых родителей, любящих дарить детям самые модные, самые новые игрушки.

Событие 4 информирует о действии одного человека. При этом достигнутый им результат важен прежде всего для него самого и некоторых его поклонников и последователей.

Очевидно, что наибольшей общественной значимостью обла­дает событие 1. Оно и должно привлечь внимание журналиста об­щеполитической прессы в первую очередь. К составным частям каждого из четырех событий, анализируемых журналистом, в дан­ном случае относятся: определенное число людей конкретных со­циальных групп; их действия в указанном месте и времени, осу­ществленные особым образом; их стремление решить определен­ную задачу и добиться неких результатов. Очевидно, что составные части каждого события соотносятся с тремя основными вопроса­ми: что произошло? когда произошло? где произошло?

Очевидно, что указанные вопросы еще не позволяют устано­вить значимость события, его пользу или вред, смысл и цель. Во всяком случае редко можно узнать это, ответив на два первых воп­роса: что произошло? когда произошло? Для журналиста важно в первую очередь знать мысли и отношение людей к делу, пути, ведущие к успеху. Только в этом случае можно говорить, важны или нет полученные результаты, соответствуют ли они определен­ным действиям, мыслям и поступкам участников действия. Не­сомненно, эти два вопроса, как и третий: где произошло? — зон­дируют почву реальности. Однако только потом журналист выяс­няет главное. Часто это выяснение начинается с изучения (особенно если речь идет об экономических событиях) выступлений, сооб­щений, заявлений руководителей коллективов, программ, акций. При этом необходимо усвоить, что выписки, выжимки из выступ­лений, статистических отчетов и других источников не могут быть взяты журналистом без серьезного их изучения, критического ос­мысления (особенно всевозможных цифр) и перенесены в свою систему координат. Проценты выполнения заданий, другие числа, которые обычно содержатся в справках о результатах какой-то де­ятельности, конечно, не следует отбрасывать в сторону, но они должны быть приближены к человеку, плодом усилий которого в конце концов являются. Только тогда журналист обнаружит нечто живое, способное задеть внимание читателя.

Анализ события требует конкретной информации о таких его составных частях, как участники события, их действия, мысли, мотивы. Эта информация может быть получена с помощью более развернутой системы вопросов, например, сформулированных так: что произошло и с каким результатом? С решением какой задачи и в какой области связано действие? Кто участвовал в событии и к каким социальным группам принадлежат участники? Какие права, обязанности они имеют в связи с решаемой задачей? Какие связи между ними были или должны быть задействованы? Где со­вершилось действие, событие и где достигнут результат? Какие особенности связаны с местом действия? Какое влияние оказыва­ет это место на способ и вид действия? Какими средствами ре­зультат достигнут: какими мерами, путями, усилиями? Какие пред­посылки способствовали успеху и кем они были созданы, и как? Когда произошло событие? Какие особенности связаны с данным моментом времени? Насколько оно благоприятно (неблагоприят­но) для выполнения задания? Почему это действие, это событие, этот результат оказались возможными? Почему им способствовали (препятствовали) те или иные предпосылки?

Узнав, какие усилия, какое время затрачены на совершение действия, какие шаги, меры были предприняты, что способство­вало выполнению задания, какой результат достигнут, какова его польза (вред) для общества, для определенных социальных групп, для участников действий и т.п., журналист может установить взаимосвязи, закономерности события, его значение.

 

ПРОЦЕСС КАК ПРЕДМЕТ ОТОБРАЖЕНИЯ


Процесс можно рассматривать как последовательность взаи­мосвязанных действий, событий. Причем результат предыдущих действий, событий выступает предпосылкой, основой, причиной для осуществления последующих действий, событий. Процесс можно определить и как динамичное следование различных состояний, на­ходящихся в причинно-следственной связи «если... то» («если на­ступит это, то должно наступить то-то...»). Если перевести это об­щее представление о сути процесса на язык обычного журналист­ского понимания «движения вещей», то можно сказать, что речь идет о динамичном порядке следования результатов действий, кото­рые выражают различные степень и состояние выполнения задач.

Анализ событий является исходным моментом в анализе про­цессов. Это происходит прежде всего тогда, когда начинают ин­тенсивно разворачивать вопросы: как? почему? Имея в виду изло­женное выше толкование процесса, журналист должен прежде всего определить исходное звено цепочки взаимосвязанных событий. На практике он должен понять и зафиксировать вполне реальное дей­ствие конкретного человека (конкретных людей), получившего точный, вещественный результат, чтобы, исходя из этого, вы­явить, что предопределило совершение действия, что стало его причиной, что сделало его предпосылкой других событий и т.д.

Вероятно, что, исследуя далее эту цепочку, журналист может выяснить, какие события, причиной которых являются сегодняш­ние действия, должны вследствие закономерной связи произойти в будущем. Выбирая конкретное исходное событие, включенное в про­цесс развития, исследуемый в публикации, автор ее не должен за­бывать о том, что все происходящее находится в универсальной свя­зи с миром в целом, поэтому найти среди множества событий важ­нейшее оказывается порой нелегко.

Квалифицируя событие как исходное в цепи других, журна­лист должен быть уверен (должен найти доказательства) в том, что именно это событие есть первая и важнейшая предпосылка возникшего процесса. Чтобы иметь четкое представление о направ­лении сбора соответствующей информации об исходном событии (действии, его результатах), необходимы предварительные размыш­ления, связанные с материальными и идеальными условиями, ресурсами, обеспечивающими возможность процессов, подобных изучаемому. А это в свою очередь требует достаточных знаний о существенных условиях, при которых может совершиться разви­тие. И журналист должен обладать соответствующими знаниями. Их он может получить, изучая научно обоснованные планы, кото­рые следует осуществить, чтобы достичь целей, крайне важных для общества в целом и для отдельных социальных групп; анали­зируя законы и закономерности, которые лежат в основе обще­ственных процессов и предопределяют их ход; постигая логику вещей; накапливая опыт (собственный, научный, социальный); лично исследуя и выявляя существенные условия, предпосылки успешного протекания рассматриваемого процесса.



В ходе такого исследования журналисту удается нередко схва­тить те звенья цепи, которые выражают суть процесса развития. Анализ процесса больше или меньше связан с анализом ситуа­ции, в которой он развивается. Эта связь устанавливается через целенаправленную информацию о состоянии процесса в ходе из­менения предопределяющей его ситуации.

 

СИТУАЦИЯ КАК ПРЕДМЕТ ОТОБРАЖЕНИЯ


Ситуация, как и процесс, является одним из наиболее важных предметов отображения прежде всего в аналитической журналис­тике. Ситуацией можно назвать определенное, повторяющееся на протяжении достаточно большого отрезка времени состояние отно­шений, сложившихся между членами какого-либо коллектива, меж­ду коллективами, между социальными группами, слоями, между стра­нами и т.п., соотношение сил, взаимных требований и ожиданий. Внешне, на поверхности ситуация выглядит как состояние, уровень удовлетворения интересов людей, участников ситуации, на­ходящихся в определенном взаимодействии. Ситуации бывают бла­гоприятными, неблагоприятными, бесконфликтными, конфликт­ными и т.д. Проанализировать ситуацию значит, как минимум: установить, что она собой представляет, зафиксировать это пред­ставление в тексте; выявить основную общественную задачу, воз­никшую в данной ситуации, и дополнительные задачи; выяснить главные причины возникновения данной ситуации и соответству­ющих задач, соотносящихся с ней; сформулировать важнейшую проблему, с которой связано решение основной задачи в данной ситуации; выявить наиболее существенные предпосылки решения главной проблемы, связанной с данной ситуацией, и наметить пути создания этих предпосылок; выяснить роль интересов основ­ных участников ситуации в создании данных предпосылок благо­приятного развития ситуации и решения проблем. Если журналист имеет дело с серьезной общественной ситуацией (например, си­туацией невыплаты заработной платы работникам бюджетной сфе­ры в России в 1995—1999 гг.), то он должен иметь в виду прежде всего то, что общество не гомогенно, а состоит из разных соци­альных классов, групп. Они имеют свои цели, задачи, конкретные способы их решения. Между ними складываются определенные связи, отношения, которые могут быть противоречивыми, непро­дуктивными. Поэтому первым шагом при анализе ситуации долж­но стать изучение интересов всех ее участников, их дифференциа­ция, сравнение. Интересы — это заявляющие о себе, направляю­щие поведение людей, потребности. Потребности проявляют себя в разных противоречиях, которые преодолеваются в деятельности. Цели и задачи, которые ставят перед собой люди, объединяются в форме плана деятельности. Интересы, присущие обществу в целом как самостоятельному феномену, как известно, называются об­щественными. Они выражаются в общественных целях, в поста­новке тех или иных задач, которые закрепляются в соответствую­щих документах. Общественные интересы могут и должны прояв­ляться и в действиях, целях, задачах отдельных коллективов людей, стать коллективными интересами. Коллективные интересы могут быть «атрибутом» самых разных групп людей, относящихся к раз­личным производственным сферам (интересы представителей оп­ределенных профессий — учителей, врачей, программистов, шах­теров, пожарников и др.); политическим партиям, общественным организациям; определенным возрастным категориям или объе­динениям по половой принадлежности. Коллективные интересы проявляются в целях, устремлениях, задачах социальных групп (манифестируются в определенных правах, обязанностях их членов). Коллективные интересы должны так соотноситься с обще­ственными, чтобы не мешать развитию общества как целостного феномена. В отличие от общественных, коллективных интересов личные интересы не фиксируются какими-либо документами, поэтому определить их не всегда легко.

Поскольку личность включена в социальные группы и в обще­ство в целом, то ее интересы также могут быть включены в груп­повые или общественные интересы, но личные интересы не все­гда идентичны групповым, общественным. Между ними могут быть и противоречия. Индикатором личных интересов, потребностей могут быть желания и намерения, мысли, мнения, суждения, ко­торые личность выражает в связи с общественными целями, зада­чами. Выявленные возражения, упреки со стороны отдельных лиц являются для журналиста знаком, сигналом расхождения интере­сов. Они часто указывают на наличие проблемной ситуации, в ко­торой находятся ее участники.

Следовательно, если журналист хочет познать при анализе об­щественной ситуации соотношение интересов, то он должен по­нять диалектику взаимодействия общественных, групповых и лич­ных интересов, чтобы найти ту точку, в которой эти интересы пере­секаются. Должен увидеть, в чем заключается их противоречие, чтобы найти пути его устранения. Противоречия эти могут быть самыми разными. Например, они могут быть внутри одного целого и прояв­ляться, предположим, как расхождение между разными обществен­ными интересами. Скажем, у России существует острая потребность в создании в настоящее время мощных профессиональных воору­женных сил. Но в то же время страна не должна «потерять» образо­вание, культуру, сельское хозяйство и т.д. Однако в данное время финансовые ресурсы ограничены, поэтому какое-то из направле­ний развития общества обязательно будет ущемлено. В результате пострадает общество в целом.

Подобным образом могут возникать и противоречия между раз­ными коллективными интересами. Предположим, что коммерчес­кий банк имеет свободные на данный момент денежные средства и способен предоставить их кому-либо в долг. Он может, к примеру, направить их на кредитование торгового предприятия, которое че­рез достаточно короткое время обязуется вернуть кредит и относи­тельно невысокий процент за его использование. Однако кредит мож­но выдать и промышленному предприятию, но на более длитель­ный срок и под более высокий процент. В первом случае банк выигрывает время, что несомненно важно для него, во втором — деньги, что не менее важно. То, какой интерес победит, зависит от конкретной финансовой ситуации в стране и целей самого банка.

Расхождение между разными личными интересами возникает прежде всего в силу того, что человек часто включен во многие группы — в семью, в студенческую группу, в спортивную команду и т.д. Поэтому ему часто приходится выбирать, в интересах какой группы ему в данный момент действовать, какое дело считать наи­более важным (как студент он должен посещать лекции, а как спортсмен пропускать их ради тренировок).

Интересы могут расходиться в горизонтальной и вертикальной плоскостях. Расхождение интересов в горизонтальной плоскости — это противоречия интересов разных коллективов, ведомств, пред­приятий, находящихся в относительно равном положении.

 

На предприятии, выпускающем электрические утюги, существует два цеха: первый цех выпускает корпуса утюгов, второй — электрическую начинку. Чтобы снизить себестоимость утюгов, необходимо во втором цехе установить новое обо­рудование. Работники первого цеха заинтересованы в этом, так как снижение се­бестоимости продукции позволит за счет увеличения ее конкурентоспособности повысить заработную плату. Работники второго цеха против обновления оборудо­вания, поскольку это повлечет за собой резкое сокращение их количества, уволь­нение с работы.

В горизонтальной плоскости существуют и противоречия отдельных личностей.

При воспитании ребенка бабушки проявляют меньше принципиальности, чем папы и мамы, чтобы эмоционально сильнее привязать к себе внуков.

В вертикальной плоскости существуют противоречия между общественными, коллективными и личными интересами. Так, интересы общества требуют стопро­центного поступления налогов в бюджет. Отдельному же предприятию выгодно платить налоги поменьше. Таким образом, возникает противоречие между интере­сами общества и отдельного коллектива. Если один из членов трудового коллекти­ва часто болеет, то это невыгодно коллективу в целом, так как он выпускает по этой причине меньше продукции и должен оплачивать из своих средств больнич­ный лист своего члена. В данном случае возникают противоречия интересов кол­лектива и отдельной личности.

 

Чтобы определить состав интересов, их соотношение, журна­лист должен четко ограничить область, которую будет исследо­вать, направление, в котором будет двигаться, а также те соци­альные группы (классы, слои), с которыми собирается иметь дело. Наблюдая их действия как участников ситуации, он может судить о ней самой. Если общественные, коллективные, личные интере­сы выражаются в дифференцированных целях, задачах, намере­ниях, желаниях, устремлениях участников ситуаций, то сущность сложившегося соотношения интересов можно постичь посредством Детализирующих размышлений в направлениях. А именно:



— Какие силы, социальные группы, личности должны в дан­ном случае действовать и какие задачи перед ними стоят?

— С какими условиями, предпосылками материального и иде­ального плана это решение связано?

— Какие предпосылки уже есть и каких пока не хватает? Что мешает решению задачи? Какие способы следует применить в дан­ной ситуации, чтобы не просто решить задачу, а решить ее эффек­тивно?

Журналисту, анализирующему ситуацию, важно не только уви­деть противоречия интересов, определить их формы, но и найти пути их разрешения. Эти пути связаны с выяснением тех проблем, которые вырастают из этих противоречий и разрешение которых ведет к прогрессу в данной сфере.

Знание о путях решения проблем существует в форме передо­вого опыта, распространение его повышает общую возможность решать подобные проблемы в других местах. Установить, выявить этот опыт помогают ответы на такие вопросы: какая обществен­ная, групповая, личная задача реализуется, несмотря на отсут­ствие ряда предпосылок для этой реализации? Как недостающие предпосылки могут быть созданы или как они могут быть уточне­ны, изменены в лучшую сторону? Такие ответы можно получить, изучая мысли, высказывания причастных к делу людей по поводу решаемых проблем и сравнивая их с практическими шагами, пред­принимаемыми в этом направлении.

Журналистику интересуют не столько фундаментальные зако­номерности происходящего в мире (это задача науки), сколько сегодняшнее состояние явлений, событий; их взаимосвязи на дан­ный день, их влияние на сегодняшнюю жизнь людей. Реальный предмет отображения во всем богатстве его взаимосвязей остается «за кадром». Тот же «кадр», т.е. образ действительности, который мы находим в тексте, создаваемом журналистом, есть лишь то, что удалось ему познать в этом реальном предмете с помощью тех или иных методов познания. Чем точнее рассматриваются разно­образные связи отображаемого предмета, тем ближе результат этого рассмотрения, а вместе с этим и образ предмета, зафиксирован­ный в тексте, — к реально существующему предмету.


 

ЛИЧНОСТЬ КАК ПРЕДМЕТ ОТОБРАЖЕНИЯ


Аудиторию интересует не только то, что происходит в окружа­ющем мире (события, происшествия, процессы, ситуации), но и люди как основные действующие лица происходящего, прежде всего со стороны их личностных особенностей. Что такое личность? Социальная психология определяет личность как «человеческий ин­дивид, как субъект отношений и сознательной деятельности»3[3]. Каж­дая личность обладает собственной историей, своим характером, только ей свойственными мировоззрением, миросозерцанием, мироощущением, индивидуальными привычками, склонностями, способностями и пр.

В конкретном выступлении журналист может сосредоточиться на какой-то одной стороне личности. Например, он может иссле­довать:

пристрастия какого-либо человека. Вокруг достаточное чис­ло людей увлекающихся, скажем, рыбалкой, автомобилями, сбором грибов, коллекционированием марок, картин, этике­ток и пр.;

необычные возможности личности. В таком случае в центре его внимания оказываются выходящие за пределы обычного воз­можности людей, как экстрасенсорика, магнетизм, феноменаль­ная память, необычная физическая сила и т.п.;

высокие профессиональные качества. Внимание журналиста занимают люди, в совершенстве овладевшие той или иной специ­альностью, безукоризненно выполняющие свои обязанности;

физиологические особенности. В этом случае люди, обладаю­щие необычной внешностью, ростом, цветом кожи и пр., привле­кают журналистский интерес. И не только журналистский. Как из­вестно, в разных странах мира устраиваются соревнования, в ре­зультате которых выявляются самые маленькие и самые большие люди. Сейчас повсеместно происходят так называемые конкурсы красоты среди женщин и мужчин. Журналисты охотно описывают как прелести, так и уродства людей. Так, в дореволюционной Рос­сии многие газеты рассказывали о всевозможных «уродцах», сиам­ских близнецах и пр. И, соответственно, находились читатели, которые приветствовали такие публикации;

нравственные примеры и пороки. В качестве возможного пред­мета освещения в прессе выступают примеры служения человека определенным нравственным ценностям, преданности идеалам. Неординарных примеров такого рода может быть достаточно мно­го, и в каждом конкретном случае тот или иной из них может представлять для журналиста определенный интерес.

В то же время существует немало порочных с точки зрения существующей морали людей. Как ни странно, но и наличие чело­веческих пороков также интересует аудиторию, не случайно жур­налисты их охотно описывают.

Личность может быть отображена в публикациях, относящихся к разным жанровым группам. В результате возникает предметная «цепочка», объединяющая разные публикации о личности в раз­ных жанрах.

в начало

 

ЦЕЛИ ЖУРНАЛИСТСКОГО ТВОРЧЕСТВА


 

Значительными жанрообразующими свойствами обладают це­левые установки журналистского творчества. При этом необходи­мо обратить внимание прежде всего на те из них, которые во введении отнесены к целям «второго ряда», — это творческие цели, возникающие в процессе создания аналитического текста. Что же касается целей публикации текстов (целей издания), то они мо­гут быть:

1) не предусматривающими определенного идеологического или иного воздействия на аудиторию (имеется в виду нацелен­ность на удовлетворение коммерческих интересов издания);

2) предусматривающими определенное воздействие. Оно мо­жет быть результатом: а) объективного информирования; б) манипулятивного воздействия (или дезинформации).

Такие цели оказывают на формирование жанров опосредован­ное влияние, и поэтому в данной работе речь о них не идет.

Известно, что, рассказывая о каком-то событии, журналист может поставить своей целью, например, в нескольких словах по­знакомить читателя с этим событием, коротко обозначить его при­чину, лаконично выразить свою оценку. В результате будет напи­сана информационная заметка. Если же автор поставит своей це­лью детальное, подробное описание события, его причин, прогноза его развития и пр., то он сочинит текст, который может быть назван аналитическим. Если развернутый анализ будет «со­провождаться» наглядно-образным изложением материала, то возникает художественно-публицистическое выступление. Иначе говоря, в первом случае (в простой информационной заметке) автор реализует целевую установку на показ определенных харак­теристик предмета отображения в их «свернутом» виде. Во втором случае он «развертывает» такие характеристики и создает произ­ведение другого жанрового измерения, а в третьем — еще и до­полняет анализ определенным художественным изображением действительности. Таким образом, целевая установка журналист­ского творчества проявляется прежде всего в том или ином уров­не детализации, глубины постижения связей отображаемого пред­мета и пр., приводящих к созданию своеобразных текстов, со­ставляющих определенный жанр. Далее более подробно рассмотрим различные творческие целевые установки, наиболее часто реали­зуемые журналистами в разных ситуациях и в максимальной мере влияющие на характер текстов.



 

ОПИСАНИЕ ПРЕДМЕТА

(СОЗДАНИЕ ЕГО НАГЛЯДНОЙ МОДЕЛИ)


Создание наглядной модели исследуемого явления — цель, которая наиболее часто встает перед журналистом. Такая модель называется описанием предмета отображения — проблемы, како­го-то события, явления, процесса, заинтересовавших журналиста. Иногда понятие «описание» употребляется в качестве синонима понятия «наблюдение». Это неправомерное отождествление, по­скольку наблюдение представляет собой метод эмпирического изу­чения действительности, метод добывания фактов. Описание же есть содержательно-структурный элемент в осмыслении журна­листом явления, его истолкования. Существуют разные виды опи­сания: полное и неполное, количественное (статистическое) и качественное, структурное и генетическое и т.п. Осуществляя опи­сание того или иного вида, автор опирается как на эмпирические методы (наблюдение, эксперимент и пр.), так и на логико-теоре­тические методы (анализ, синтез, сравнение, аналогию, обобще­ние, ограничение и пр.), использует разнообразные категории познания (форма и содержание, возможность и действительность, место и время, движение и пр.). Описание производится в рамках той задачи, которую автор выдвигает перед собой в конкретной ситуации познания действительности. Описание не ставит своей целью определение каких-либо закономерностей, выявление сущ­ности изучаемого явления. Оно служит лишь эмпирическому по­знанию, наглядному показу различных сторон предмета отобра­жения, что облегчает переход от опытного к теоретическому по­знанию реальности. С помощью описания данные (скажем, результаты непосредственного, «живого» наблюдения) приводятся к такому виду, который позволяет использовать их в качестве ма­териала для теоретических операций и прежде всего для объясне­ния явления. Описание фактов — важный этап в познании журна­листом действительности. Факты важны для автора в данном слу­чае в силу того, что, опираясь на них, он может сделать первые выводы о предмете интереса. Описание является ответственной операцией, поскольку в ходе ее может проявляться большой субъективизм. Факт сам по себе, т.е. как явление, о котором ведет речь журналист, и описание этого явления (факта) — разные вещи. Считать описание явления равнозначным самому явлению — зна­чит совершать грубую ошибку. Описание есть лишь некая модель описываемого предмета, т.е. оригинала. И эта модель всегда есть «квазифакт», хотя в журналистском обиходе он существует имен­но под именем «факт». Таким образом, понятия «факт» (оригинал) и «описание» (модель) его для журналиста-практика суще­ствуют обычно под одним именем — «факт». Описывать факт — значит отвечать на вопросы о его качественных и количественных сторонах. Эти вопросы формулируются так: какой? какое? какая? сколько? и т.д. Поэтому описание отличается от простой конста­тации фактов, которая есть ответ на вопросы: что? где? когда? При констатации фактов журналист показывает, существуют они или не существуют. А при описании он выявляет их свойства. Хотя надо иметь в виду, что ответ на вопрос: что? — часто заключает в себе и ответ на вопрос и о качествах этого явления.

 

Журналист пишет: «Высокий урожай богатой клейковиной твердой пшени­цы вырастили в этом году фермеры Кубани...», он отвечает не только на вопросы о том, что, когда, кто вырастил, но и на вопрос о том, какой этот урожай (высо­кий, богатый клейковиной твердой пшеницы).

 

Главное при описании предмета заключается в его характерис­тике, т.е. в выяснении не столько его общих, сколько особенных качеств.



 

Журналист дает описание верблюда: «У верблюда один или два горба, длин­ные ноги и шея, он превосходно передвигается по пустыне, может питаться ко­лючками саксаула, до двух недель обходиться без воды, переносит до двухсот килограммов груза...» и т.д. Конечно, описывая свойства явления, журналист не может указать все из них. Однако он обычно и не ставит перед собой такую задачу, в силу того, что некая часть их (большая или меньшая) может быть неинтересна ни для аудитории, ни для самого автора. То, какие качества автор будет описы­вать, зависит от цели, которую он ставит перед собой.

При подготовке публикации о проблемах шахтеров, если для журналиста важно знать, как на шахтах соблюдаются требования техники безопасности, то он будет описывать труд шахтеров именно с этой стороны. Естественно, что он дол­жен при этом иметь в виду то, что существуют и другие стороны, характеризую­щие шахтерскую работу.

 

Описание предмета журналистского интереса не может быть све­дено к случайному списку, реестру каких-то свойств этого предмета (фактографии). Автор прежде всего должен выявить те особенные качества явления, которые дают наиболее полное представление об исследуемой стороне этого явления. Чем детальнее, правильнее в этом смысле описание, тем больше сведений дает оно о предмете описания. Без описания не обходится практически ни одно анали­тическое выступление, если автор знает, что аудитории ничего неизвестно о том предмете, который рассматривается в его про­изведении.

 

ВЫЯВЛЕНИЕ ПРИЧИННО-СЛЕДСТВЕННЫХ СВЯЗЕЙ


Установление причинно-следственных связей тех или иных со­бытий, процессов, действий является центральной задачей объяс­нения, которую часто ставят перед собой журналисты «качествен­ной» (общеполитической, деловой, педагогической и т.п.) прес­сы. Зная причину какого-то явления, можно воздействовать на него в том или ином направлении, можно ориентировать аудиторию, социальные институты на ту или иную полезную деятельность, соотносящуюся с этим явлением. Что же представляет собой при­чина, причинная зависимость?

Четкое эмоционально-образное представление о ней дал С. Мар­шак в стихотворении «Гвоздь и подкова»:

Не было гвоздя —

Подкова


Пропала.

Не было подковы —

Лошадь

Захромала.



Лошадь захромала —

Командир


Убит.

Конница разбита —

Армия

Бежит.


Враг вступает в город,

Пленных не щадя,

Оттого, что в кузнице

Не было гвоздя.

 

В этом стихотворении точно подмечено то, что по определе­нию науки логики называется парной генетической связью явле­ний, одно из которых порождает другое. Первое явление (напри­мер, отсутствие гвоздя) называется причиной, а второе (потеря лошадью подковы и все остальное) — следствием. Во временном плане причина всегда предшествует следствию. Но, разумеется, причинно-следственную связь нельзя сводить к обычной последо­вательности тех или иных событий во времени. Из того, например, что поезд в метро начинает движение после того, как мы в него входим, не следует, что факт нашего появления есть причина дви­жения поезда. Для того чтобы предшествующее событие могло быть определено как причина последующего, необходимо, чтобы меж­ду этими двумя событиями существовала активная материализо­ванная связь. Таким образом, причиной следует называть такое явление, которое предшествует другому во времени и связано с ним внутренней материализованной связью. Причем наличие первого явления всегда приводит к возникновению второго, а устранение первого ведет к устранению второго. Характерной чертой причин­но-следственных связей является то, что они обладают определен­ностью и однозначностью, т.е. в одних и тех же условиях одни и те же причины вызывают одни и те же следствия.



Пожалуй, каждый человек, пытающийся выяснить главную причину того или иного события, замечает, что она часто входит в совокупность других причин, породивших данное событие и на­ложивших на него свой отпечаток. Чтобы установить причинно-следственную связь, журналисту необходимо прежде всего выде­лить интересующую его совокупность явлений из общего ряда дру­гих явлений. Далее следует обратить внимание на те обстоятельства, которые предшествовали возникновению связи. Затем из этих об­стоятельств необходимо выделить определяющие, способные быть причиной данного явления. Во многих случаях, как показывает жур­налистская практика, само по себе установление фактов, способ­ных стать причиной последующих событий, еще не устраняет труд­ностей, связанных с определением непосредственной его причи­ны. Эти трудности связаны с тем, что:

— одно и то же следствие может быть вызвано несколькими однотипными причинами, которые могут действовать либо сово­купно, либо порознь;

— совокупно действующие причины могут либо усиливать одна другую, либо ослаблять или же нейтрализовать друг друга;

— причина начинает действовать только при определенных ус­ловиях;

— на причину может оказывать обратное воздействие ее след­ствие.

Причинно-следственный анализ осуществляется (в той или иной мере) в публикациях большинства аналитических, а также и мно­гих художественно-публицистических жанров журналистики.

 

ОЦЕНКА ПРЕДМЕТА ОТОБРАЖЕНИЯ


Одной из важнейших задач, которую журналист решает в ходе анализа действительности, является ее оценка. Оценка в журнали­стике предстает как установление соответствия или несоответствия тех или иных явлений потребностям, интересам, представлениям (критериям оценки) тех или иных людей. Оценочная деятельность имеет смысл лишь в том случае, если предполагается, что аудито­рия примет высказанные автором оценки во внимание. В против­ном случае оказалось бы, что печать работает сама на себя, но не на аудиторию. Успех выступления журналиста в данном отноше­нии будет в решающей мере зависеть от того, сумеет ли автор убедительно, достоверно оценить явление не только для себя, но и для читателя.

Как бы человек ни стремился к тому, чтобы объективно вос­принимать мир, полученная им «истина» всегда будет относитель­ной, т.е. его знание всегда будет бесконечно приближаться к сути оцениваемого предмета. Относительно истинной будет и оценка, выносимая явлениям реальности на основании такого знания. Все это, однако, не означает, что человек не должен стремиться к истине, к достоверным знаниям.



К таким знаниям, естественно, должен вести своего читателя журналист. Это значит, что он обязан заботиться и о том, чтобы помочь, если необходимо, читателю правильно оценить суть того или иного события, явления. Это важно потому, что он так или иначе оказывает влияние на выработку того или иного отношения людей к миру. И важно, чтобы это влияние было положительным для аудитории. Сказанное важно иметь в виду прежде всего пото­му, что иногда журналисты полагают, что они могут избежать от­ветственности за влияние на сознание людей, если будут, скажем, сообщать только «чистые факты». Это можно было бы принять во внимание и считать реальной возможностью избежания манипу­лирования сознанием читателя, но лишь в том случае, если бы пресса, журналисты сообщали аудитории абсолютно все факты, имеющие место в жизни. Журналист так или иначе осуществляет выбор: описывает одни факты и оставляет без внимания другие. Таким образом, аудитории всегда преподносится уже оцененная с той или иной позиции информация. Журналист берет то «самое важное», то «самое интересное», то «самое необычное», то «самое показательное». Главное, что аудитории всегда преподносятся от­дельные факты, и по этим отдельным фактам она должна судить о мире в целом. Естественно, что такое суждение будет меняться в зависимости от того, какие именно факты становятся известны человеку (в том числе и с подачи журналиста). Избирательное ото­бражение реальности происходит не только на уровне выбора темы, предмета отображения, но и на уровне отображения его сторон, о которых собирается рассказать читателям журналист. И поскольку в каждом явлении, событии есть полезные, нужные человеку ка­чества, а наряду с этим — ненужные или вредные, то, показывая одни из них и умалчивая о других, можно формировать у аудитории положительную или отрицательную оценку этих явлений, со­бытий. Избирательный показ качеств оцениваемого предмета, мо­жет, разумеется, давать адекватное представление об этом пред­мете, если его автор сумеет выявить именно существенные каче­ства его. В этом случае следует полагать, читатель может правильно оценить значимость для себя описываемого явления. Необходимо отметить, что в случае оценки объектов, представляющих собой разного рода информационные сообщения, аналогом описанного выше фрагментарного отображения реальности «предметного» ха­рактера выступает цитирование. Предъявив читателю ряд цитат из какого-то текста, автор публикации может предоставить ему воз­можность самому оценить такой текст. Ясно, что от того, какие будут подобраны цитаты, во многом зависит и оценка самого тек­ста. Очень часто о тех или иных качествах оцениваемого предмета аудитория узнает, знакомясь не с наглядным описанием фрагмен­тов, а воспринимая «свернутые» сведения о предмете, которые могут быть преподнесены в форме пересказа того, что узнал автор. Пересказ, как и показ фрагментов, помогает аудитории обратить внимание на определенные стороны явления и вынести, исходя из этого, определенную оценку. Пересказом журналист обычно пользуется в том случае, когда хочет сэкономить газетную, жур­нальную площадь или эфирное время, или же тогда, когда у него нет возможности лично наблюдать описываемое явление и полу­чить наглядные детали его. Наряду с показом наглядных фрагмен­тов явления в журналистике активно сочетается пересказ и показ фрагментов. Этот путь позволяет не только познакомить аудито­рию с отдельными сторонами описываемого явления, но и дать ей относительно полное представление о нем. Далее необходимо об­ратить внимание на следующее обстоятельство. Оценку какого-либо события, явления можно сделать не только с помощью показа качеств, сторон, проявляющихся именно в момент его сверше­ния, но и путем показа тех следствий, которые оно породило. Знакомясь с этими следствиями, читатель оценит описанное жур­налистом явление, причину его вполне однозначно. Если автор ставит своей целью повлиять на оценку, выносимую аудиторией, описываемого предмета, он должен иметь в виду особенности этой аудитории, знать ее актуальные потребности, их характер. Как из­вестно, разные люди в различное время по-разному понимают важность удовлетворения общезначимых потребностей, норм, тра­диций. Одни из них считают для себя наиболее важным удовлет­ворение именно этих потребностей, норм, традиций, другие пред­почитают прежде всего удовлетворить индивидуальные потребно­сти, запросы. Первые относятся к просоциально настроенной аудитории, вторые — к индивидуально настроенной. Чтобы ауди­тория вынесла адекватную ожиданиям автора оценку описывае­мому им в тексте явлению, автор должен найти соответствующий путь «проявления» значимости такого явления именно для дан­ной аудитории. Например, если журналист предполагает оказать соответствующее влияние на характер оценки просоциальной ауди­тории, он стремится показать, каким образом то или иное явле­ние, которому он посвящает публикацию, скажется на удовлет­ворении прежде всего общественных потребностей, норм, тради­ций и т.д.

Нередко оценка явлениям, событиям выносится прежде всего при помощи так называемых оценочных слов: «добро», «зло», «хо­рошо», «плохо», «положительно», «отрицательно», «прекрасно», «безобразно», «великолепно», «серьезно», «несерьезно» и др. Без такого рода оценок практически не обходится ни одно аналити­ческое выступление. Прямая авторская оценка не исчерпывается только оценочными словами, которые обычно олицетворяют со­бой в обыденном сознании понятие оценки. Оценочные суждения сами по себе ничего не говорят о предмете оценки. Они становятся таковыми лишь в силу того, что как бы замещают определенные вполне реальные качества предметов. Так, когда мы говорим, что данное яблоко хорошее, то мы можем иметь в виду, что оно слад­кое или что оно имеет яркую окраску, или что оно хорошо сохра­няется в зимний период, или что-то другое.

Выступать «заместителями», «представителями» определенных качеств предмета могут не только оценочные слова, о которых говорилось выше, но и некие «имена» предметов. Такие «имена» имеют определенную историю своего становления и называются в журналистике и литературе «образами» или «образными сравне­ниями». Образное сравнение есть не что иное, как прикладывание образа к оцениваемому предмету, приписывание этому предмету качеств и свойств, которые стоят за самим образом. Примером могут быть такие выражения: «хлестаковщина», «маниловщина», «чрезвычайщина», «медный лоб», «фараон» (о полицейском), «солда­фон», «чернорубашечник» (о политическом деятеле) и пр. Как видим, такие слова и выражения, ставшие образами в силу зак­репления за ними определенного отношения, способны как бы придавать явлениям, людям, которых ими обозначают, опреде­ленные качества, т.е. приписывать их. Прямая авторская оценка может быть вынесена в тексте и без применения оценочных слов и образных выражений.

Свое отношение к описываемым событиям, явлениям автор может выразить и через обозначение — показ своего поведения (поведенческой реакции) или поведения других людей или жи­вотных:

 

С человеком, который предложил бы такие условия совместной деятельно­сти, я просто перестал бы здороваться...

 

Качество поставленной этой фирмой колбасы оказалось таким, что мой кот Мурзик, понюхав один кусочек ее, брезгливо отвернулся...

 

Когда стало ясно, что в повестку дня вопрос о налоговом кодексе не будет включен, группа парламентариев в левой части зала поднялась и направилась к выходу.



 

Авторы приведенных выше фраз старались не применять оценочных слов и выражений, но тем не менее хорошо понятно, что они хотели сказать, описывая свое поведение или действия, намерения действовать тех или иных людей. Оценка явлений, которым адресовано то или иное действие, вполне ясна читателю.

 

Что касается уместности использования метода прямой оцен­ки автором того или иного феномена, то надо иметь в виду следу­ющее: автор, как и любой другой человек, имеет полное право высказываться по любому поводу, оценивать любое явление. Од­нако его прямое определение своего отношения к предмету оцен­ки важно прежде всего тогда, когда он хорошо знает предмет или когда ситуация не позволяет обратиться к мнению более компе­тентных людей.



Оценка присутствует в публикациях всех аналитических жан­ров. Однако степень ее «развернутости» и форма представления в текстах бывает очень разной.

 

ПРОГНОЗ РАЗВИТИЯ ПРЕДМЕТА ОТОБРАЖЕНИЯ


В ходе изучения действительности журналист очень часто ста­вит перед собой задачу, связанную с определением будущего состо­яния заинтересовавшего его явления. Такая исследовательская зада­ча называется прогнозированием. Назначение его заключается в том, чтобы способствовать выбору решения проблем обществен­ной жизни, обоснованию планов с учетом определенных перспек­тив. Прогнозирование есть определение тенденций и перспектив развития тех или иных процессов на основе анализа данных об их прошлом и нынешнем состоянии. Обращение к прогнозированию дает журналисту возможность показать не только желательные сто­роны развития явления, но и нежелательные, и способствовать таким образом поиску путей избежания негативных последствий.

Успешному прогнозированию способствует опора, с одной стороны, на реальные современные или исторические факты, а с другой — на тенденции развития изучаемых явлений. Только ис­тинные основания могут привести к точным прогнозам (естествен­но, при соблюдении всех правил логического вывода). Нередко, прогнозируя развитие события, журналист опирается не только на вполне достоверные, но и на гипотетические положения, рассуж­дая примерно так: «Если наше предположение о причине события верно, то оно далее будет развиваться следующим образом...»

Конечным логическим результатом прогноза является опреде­ленная модель будущего состояния изучаемого феномена. Прогно­зирование — это сложный познавательный процесс, опирающий­ся на использование определенных методов.

 

ФОРМУЛИРОВАНИЕ ПРОГРАММЫ ДЕЙСТВИЙ


Генерирование возможных вариантов (программ) деятельнос­ти, способных привести к удовлетворению общественной потреб­ности, связанной с отображаемым в тексте явлением, представля­ет немалую трудность для журналиста. Программирование в журна­листском тексте предстает как совокупность определенных мер, действий, средств, условий, предлагаемых для решения тех или иных проблем.

Объединение желательных событий с производящими их дей­ствиями в программе достигается двумя различными путями: либо посредством движения назад по оси времени от последующих собы­тий к предшествующим, либо вперед — от предшествующих к пос­ледующим.

В первом случае фиксируется определенный желаемый резуль­тат с начальными условиями программируемого периода време­ни, т.е. с потенциальными ресурсами. Так поступает, например, человек, который желает приобрести дорогую вещь. Он прикиды­вает: могли бы члены его семьи и он сам за несколько лет нако­пить требуемую сумму?

Во втором случае журналист, наоборот, отталкивается от не­которых событий и «разворачивает» их вперед до тех пор, пока цепочка событий не дотянется до того или иного желаемого ре­зультата. Так, зная о своей завтрашней поездке в центр города, человек думает о том, как ее использовать, какие, например, по­сетить магазины и учреждения.

В первом случае в качестве независимой переменной (или точ­ки отсчета) в развертывании вариантов деятельности (программ) выступает какое-либо уже известное человеку благо, а во втором случае те или иные потенциальные ресурсы для приобретения благ. В первом случае журналист стремится найти ресурсы (реальные возможности) для достижения желаемого результата. Их качество и объем диктуются качеством желаемого результата (цели). Во вто­ром же случае он сразу располагает информацией об их возможно­стях, качественно-количественных характеристиках, которые дик­туют содержание и объем будущей цели.

Первый вариант конструирования программы деятельности обычно выглядит как настойчивый, активный, преобразующий, а второй — как пассивный, приспосабливающийся, применяющийся к обстоятельствам, «оппортунистический». Эффективное констру­ирование вариантов предполагает сочетание в процессе програм­мирования встречных ходов, идущих от старта к финишу. Имеется по крайней мере три обстоятельства, повышающих сложность про­граммирования.

Первое из них — это длительность и многоэтапность цепочки последовательных событий. Второе условие — это наличие несколь­ких альтернативных следствий у одного и того же возможного со­бытия. Одномерная цепочка лишь простейший частный случай программируемой деятельности. Более сложный вариант — это вет­вящиеся возможности, где от одного и того же события отходят несколько взаимоисключающих друг друга продолжений (ветвей). Графические представления таких событий обычно называют «деревьями», в том числе «деревьями возможностей». Когда такие ветвящиеся возможности преобразуются в окончательную програм­му деятельности, то ее часто называют программой с условием (этот термин часто используется при программировании для ЭВМ). Третье условие, повышающее сложность программирования, — это одновременное формирование нескольких цепочек деятельно­сти разных видов, связанных общими ресурсами. При этом, изучая возможности использования ресурса в цепочке одной деятельнос­ти, журналист одновременно конструирует возможности исполь­зования этого же ресурса в иной деятельности. Иначе говоря, ис­следуются не отдельные возможные виды затрат, а их совокупно­сти, бюджеты, например денежные бюджеты, бюджеты времени, бюджеты используемой чужой помощи.

В этом случае перед взором журналиста стоит не одна, а не­сколько цепочек целей и средств их достижения, что позволяет рассмотреть возможности более полного удовлетворения опреде­ленных потребностей, связанных с отображаемым в аналитичес­ком тексте феноменом.

Часто журналист не занимается сколько-нибудь углубленной разработкой вариантов деятельности, а исходит из уже готовых альтернатив, созданных специалистами в соответствующей сфере деятельности. В таком случае на долю программирующей деятель­ности автора журналистского выступления остается лишь изложе­ние соответствующей программы.

в начало

 

МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ПРЕДМЕТА


 

По мнению ряда исследователей, в журналистике существует две основные группы методов «преобразования» объективной дей­ствительности в ее информационный аналог4[4]. А именно: рацио­нально-познавательные и художественные методы. К каким жанро­вым «последствиям» ведет применение рационально-познаватель­ных методов действительности? Понять это в полной мере можно, вспомнив, что эти методы включают в себя два уровня позна­ния — эмпирический и теоретический5[5].

Результат эмпирического исследования предстает в журналис­тике как поток информационных публикаций. Применение теоре­тического уровня познания приводит к созданию текстов, состав­ляющих основной поток аналитических публикаций. Такие публи­кации отличаются прежде всего глубокой, детальной проработкой причинно-следственных связей, оценочных отношений предмета, основательностью аргументации и т.д.

Применение художественных методов в журналистике обычно идет параллельно с применением рационально-познавательных, что приводит к созданию не собственно художественных, а худо­жественно-публицистических произведений.

 

ЭМПИРИЧЕСКИЕ МЕТОДЫ


Метод наблюдения. Этот метод основан на личном наблюде­нии, личном познании действительности путем чувственного ее вос­приятия. В отличие от обыденного наблюдения, которое часто но­сит непреднамеренный, случайный характер, журналистское на­блюдение целенаправленно. Оно базируется на общих, значимых для других сфер деятельности основаниях. Систематичностью, це­ленаправленностью, последовательностью обладает, например, метод наблюдения в науке, во многих отраслях практической дея­тельности.

Объектом журналистского наблюдения могут быть и относи­тельно простые, и исключительно сложные общественно-полити­ческие, культурные, религиозные, нравственные процессы, со­бытия, ситуации. Наблюдение представляет собой довольно сложное действие, предопределяемое как особенностями наблюдаемо­го объекта, так и личными качествами, профессиональными на­выками, опытом наблюдающего6[6]. Существует несколько видов жур­налистского наблюдения. Их можно классифицировать по разным основаниям, например, способам организации, предмету, харак­теру интересующих наблюдающего сведений. По первому основа­нию наблюдение подразделяется на открытое и скрытое. Особен­ностью открытого наблюдения является то, что журналист, при­быв для выполнения задания, скажем, на строительную площадку, заявляет о своей цели, о редакционном задании, может сообщить и о том, как он его будет выполнять, какая ему может потребо­ваться помощь со стороны участников строительства. Из этого сле­дует, что люди, с которыми он будет общаться, знают о том, что среди них находится журналист, собирающий материал для пуб­ликации, и даже могут представить себе характер этого выступле­ния (положительный или отрицательный).

В отличие от открытого скрытое наблюдение характеризуется тем, что журналист в течение определенного времени (или никог­да) не сообщает окружающим его людям, за действиями которых он наблюдает, что он является журналистом и собирает необходи­мую ему информацию, а также о том, какого рода сведения его интересуют. Скрытое наблюдение может применяться при изуче­нии, например, конфликтной ситуации в каком-то коллективе или при проведении журналистского расследования.

Особенности журналистского наблюдения могут быть предоп­ределены и таким фактором, как степень его участия в том собы­тии, за которым он ведет наблюдение. По этому основанию на­блюдения могут быть разделены на «включенные» и «невключен­ные». В первом случае журналист становится, например, членом экипажа рыболовного траулера и работает на борту вместе с дру­гими рыбаками. «Невключенное» наблюдение представляет собой изучение какой-то деятельности со стороны, при подготовке, на­пример, репортажа об извержении вулкана, о спортивных состя­заниях и т.д.

В зависимости от условий изучения предмета, на который на­правлено внимание журналиста, наблюдение может оказаться пря­мым и косвенным. Имеется в виду, что одни предметы автор может наблюдать непосредственно, другие же — в силу их удаленности, скрытости и других условий — лишь опосредованно, используя косвенные данные.

По временному признаку наблюдения подразделяются на крат­ковременные и длительные. Кратковременные наблюдения исполь­зуются при подготовке оперативных публикаций, в случае же, когда надо изучить предмет подробно, основательно, применяется дли­тельное наблюдение. Длительное наблюдение не следует понимать как обязательно одноразовое. Так, журналист может неоднократно возвращаться к жизни какого-то коллектива, наблюдать происхо­дящие перемены несколько лет.

Получить необходимые данные с помощью метода наблюде­ния журналисту помогает ориентировочный план его проведения. Такой план должен правильно определить аспект наблюдения, его порядок, условия.

Метод проработки документов. Этот метод — один из наибо­лее распространенных в деятельности журналиста. Понятие доку­мент происходит от латинского «documentum» («доказательство», «поучительный пример»). В настоящее время под документом по­нимается прежде всего письменное свидетельство о чем-либо. Но есть и другие толкования документа. Выделяется несколько типов документов по разным основаниям. Так, по типу фиксации ин­формации они могут быть объединены в группы: рукописные; пе­чатные; фото- и кинопленки; магнитные пленки, грампластинки, лазерные диски и т.д. По типу авторства — официальные и личные. По степени близости к объекту отображения — первоначальные и производные. По степени предназначенности для печати — пред­намеренно созданные и непреднамеренно. По сфере деятельнос­ти, породившей документ, — бытовые, производственные, госу­дарственно-административные, общественно-политические, науч­ные, справочно-информационные.

Существуют разные методы анализа документов, в зависимос­ти от того, какие сведения в данный момент более всего необхо­димы журналисту. Основные методы, описываемые специалиста­ми, представляют так называемые традиционные, формализован­ные методы. Традиционные методы (их еще называют качественные) составляют основу журналистского исследования документов. Эти методы преломляются в понимании исследуемого документа. В его интерпретации, в фиксировании полученных таким образом све­дений. Интерпретация осуществляется как сравнение содержания документа с определенными критериями, соотносящимися с этим содержанием.



Что касается формализованного метода, основу которого со­ставляет контент-анализ, то он требует изучения большого масси­ва однотипных документов (например, подшивки газет) по опре­деленным параметрам этих документов. Контент-анализ — это тру­доемкий научный метод, и применяется в журналистике он довольно редко, поскольку требует особых навыков и отнимает много времени.

Методы интервью, беседы, опроса, анкетирования. Они предусматривают получение необходимых сведений от свидетелей тех или иных событий, специалистов по определенному вопросу, а также тех людей, чье мнение может оказаться интересным для читателей, радиослушателей и телезрителей. Осуществляются эти методы путем постановки вопросов в устной или письменной форме и получения на них ответов. Интервью — наиболее часто употреб­ляемый в журналистской практике метод получения информации при подготовке публикаций практически всех газетных жанров. Характерная черта метода интервью заключается в том, что автор будущей публикации предъявляет интервьюируемому некий пере­чень вопросов в устной форме, затрагивающих наиболее важные, по мнению журналиста, стороны интересующей его проблемы, и выслушивает ответы, которые и составят основное содержание его будущего выступления. Беседа, как и интервью, является непос­редственным речевым общением автора с собеседником. Но это уже общение, в ходе которого вопросы могут задавать друг другу оба собеседника — журналист и обладатель информации. Именно последний момент резко отделяет интервью от беседы как метода получения информации. Будучи равноправными собеседниками, журналист и тот, с кем он беседует, выступают равноправными участниками речевого действия и могут в одинаковой мере влиять на ход и содержание беседы. Естественно, в силу этого журналист-собеседник в отличие от журналиста-интервьюера может получить гораздо более непредвиденный результат своей беседы. Опрос — это такой метод получения информации, когда журналист пыта­ется выяснить у многих людей их мнения по одному и тому же (одним и тем же) вопросу (вопросам). Имея перед собой совокуп­ность ответов, он может составить полную картину мнений, уви­деть их разброс по шкале с полюсами «полное одобрение» — «пол­ное неодобрение» или получить набор программ, планов действий в связи с обсуждаемым явлением. Обобщив данные опроса, он может использовать их в виде цифр, процентов и других знаков, подтверждающих его собственные выводы относительно предмета опроса. Анкетирование — метод, близкий к опросу, однако обла­дающий своими особенностями. Анкетирование проводится с по­мощью специально разработанных анкет и требует навыков соци­ологической работы. Данные, полученные путем анкетирования, позволяют получить довольно обоснованный ответ на те или иные вопросы. Однако в силу определенной громоздкости и трудоемко­сти он применяется в журналистике относительно редко по срав­нению с иными методами получения информации.

Метод эксперимента. «Прародителями» этого метода журна­листики являются научный и следственный эксперименты. В науке и юриспруденции этот метод применяется очень широко. В последние годы он стал активнее, чем ранее, осваиваться и журналистами. Су­ществует две основные разновидности эксперимента. В первом слу­чае журналист «меняет профессию» (становится на время водителем такси или продавцом, или дворником и т.д.), «включается» в какую-то сферу деятельности в качестве исполнителя определенной роли, должности, становится членом какого-то коллектива и осуществля­ет наблюдение и за коллективом, и за тем, как он реагирует на его (журналиста) действия. Во втором случае он специально организует какую-то ситуацию и наблюдает за тем, как она протекает, оставаясь при этом в роли журналиста (например, организует письменное об­ращение к себе из разных районов города ста адресатов и ждет, ког­да и как каждое из них к нему поступит).

Получение информации с помощью эксперимента часто при­меняется в ходе журналистского расследования, но и в других слу­чаях этот метод также бывает иногда незаменим.

 

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ МЕТОДЫ


Эти методы можно разделить на две основные подгруппы: фор­мально-логические, или методы выводного знания, и содержа­тельно-логические (диалектические).

Формально-логические методы. Как известно, выводное зна­ние — это знание, полученное по законам логики путем соответ­ствующих умозаключений из старого знания, из уже известных фактов. Рассмотрим основные виды умозаключений.

Индуктивное умозаключение. Любое познание мира начинается с эмпирического опыта, исследования свойств отдельных предме­тов, явлений, с наблюдения окружающего мира. Исследуя такие предметы, явления, люди составляют представление о тех или иных общих их свойствах путем индуктивного умозаключения. Это умо­заключение есть переход от знания о единичном к знанию об об­щем. Логика определяет индукцию как умозаключение (и метод исследования), в котором вывод представляет собой знание обо всем классе предметов, полученное в результате исследования от­дельных представителей этого класса. В индуктивных умозаключе­ниях даже из истинных посылок может следовать только вероятно­стный вывод, поскольку достоверность частного знания (посыл­ки) не может однозначно определить истинность общего знания. И все же индуктивное умозаключение имеет огромное познавательное значение, оно активно используется в журналистике. Су­ществует два основных вида индукции — полная и неполная. При полной индукции умозаключение обо всем классе предметов (яв­лений) делается на основании изучения каждого из предметов этого класса, при неполной — только отдельных. Журналисты чаще де­лают обобщения на основе знания отдельных явлений, а не всех, т.е. пользуются неполной индукцией.

Дедуктивное умозаключение. Оно представляет собой развитие мысли от большей общности знания к меньшей (иногда — от еди­ничного к частному). Наше рассуждение протекает в дедуктивной форме, если частное явление мы подводим под общее правило или делаем вывод из общего положения по поводу свойств отдель­ного предмета.

Дедуктивный метод играет большую роль в процессе мышле­ния человека, в процессе его практической деятельности. Это пред­определено тем, что люди не могут не опираться при решении конкретных задач на предшествующий, обобщенный опыт чело­вечества, закрепленный в общезначимых положениях.



Традуктивное умозаключение. Такой метод применяется в двух основных формах: сравнения и аналогии. Сущность традуктивного метода заключается в том, что, исходя из сходства нескольких признаков двух или более явлений, делается вывод о сходстве всех других признаков этих явлений. Метод аналогии оправдывает себя лишь в том случае, если учитывает необходимое условие, а имен­но: аналогия проводится по главным, существенным, качествен­но единым признакам исследуемых явлений, а не по случайным, второстепенным. Опасность принять второстепенные признаки яв­лений за главные возникает в первую очередь в силу сложности, разносторонности социальных фактов, с которыми автор имеет дело.

В журналистике широко используется и метод сравнения. С его помощью устанавливаются различие и сходство разных предме­тов, явлений, попадающих в поле зрения автора будущего выступ­ления. Как и другие методы, сравнение имеет свои границы при­менения. Его необходимо проводить только по существенным, ве­дущим признакам. Так же как и знание, полученное в результате индукции, умозаключение по аналогии и сравнительное умозак­лючение дают знание в форме догадки, предположения, и поэто­му неполное знание.



Содержательно-логические методы исследования. В отли­чие от формально-логических методов, предполагающих неизмен­ность явлений, по отношению к которым выносятся те или иные суждения, методы содержательной логики принимают во внима­ние изменчивость, развитие мира. Значимость содержательной ло­гики (диалектики) в том, что она способна соединить объектив­ность содержания понятий и теорий с их текучестью, изменчиво­стью, отражающей текучесть и изменчивость реального мира. Содержательная логика предлагает следующие методы выявления связей предмета.

Методы анализа и синтеза. Они исходят из необходимости при изучении предмета разделения его на составляющие, а затем со­единения этих составляющих. Расчленяя реально существующий в единстве предмет, т.е. анализируя его, автор добирается до глу­бинных содержательных связей, причин изучаемого явления. По­скольку исследуемое явление реально не существует в виде состав­ляющих его элементов в отдельности, то понять его только на уровне анализа нельзя. Анализ — лишь начало выявления взаимодейству­ющих элементов, взаимосвязи причин и следствий, а окончание его — соединение исследуемых отдельных элементов в единое це­лое, т.е. синтез. Именно поэтому анализ в большинстве случаев сам по себе еще доказательства не составляет. Синтез же, опираясь на данные, полученные анализом, завершает доказательство (см.: Философский энциклопедический словарь. М., 1985. С. 609).

Гипотетический метод. Он исходит из необходимости выхода за пределы непосредственного, сегодняшнего состояния развития явления. С помощью этого метода исследователь (в том числе жур­налист), опираясь на совокупность известных ему фактов, пред­принимает попытку предсказать развитие изучаемого явления в будущем. Без выдвижения гипотез невозможно развитие челове­ческого знания, движение к истине. Этот метод в современной журналистике проявляется чаще всего в формах догадки, предпо­ложения, основанных не на теоретическом анализе закономерно­стей общественного развития (что характерно для творчества уче­ных-аналитиков), а на прежнем опыте, эмпирических наблюде­ниях. Гипотетическое умозаключение, основанное на достоверных фактах, способно дать истинное знание о будущем. Но поскольку круг таких явлений ограничен, то знание, полученное гипотети­ческим методом, носит вероятностный характер.

Метод историзма. Метод логический. Первый из них вытекает из необходимости при изучении предмета выявлять индивидуаль­ные черты его развития, а второй — сущностные, «спрямленные» его связи. Исторический метод требует смотреть на каждый пред­мет с точки зрения того, как он возник, какие главные этапы в его развитии существовали, что он представляет собой в настоя­щий момент. Этот метод позволяет реконструировать конкретные индивидуальные грани явления, позволяет увидеть ступени его развития, показать обусловленность его нынешнего состояния его прошлым состоянием.

Историческое исследование дополняется теоретическим ана­лизом, который основан на логическом методе, позволяющем выделить из всего многообразия связей действительности наибо­лее существенные связи.



Частные, конкретные методы. Они применяются журналис­том для реализации целей истолкования предмета отображения (описания, причинно-следственного анализа, оценки, прогноза, формулирования программ действия) и базируются на теорети­ческих методах исследования.

 

ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ МЕТОД


Чтобы представить себе границы использования в журналис­тике этого метода, упомянутого в начале этого раздела, необходи­мо иметь в виду следующее обстоятельство. А именно то, что суть метода самого по себе заключается в безграничном применении авторской фантазии, вымысла, которые дают необходимую для творца свободу создания художественного образа и выявления че­рез него «правды жизни в целом». Но при этом отнюдь не ставится цель отобразить сиюминутные актуальные достоверные факты, чем, как известно, и «озабочена» в основном журналистика.

В журналистике элементы вымысла могут быть применены лишь для того, чтобы «оттенить» такие факты. Причем хороший журна­лист всегда дает понять читателю, где достоверные факты, а где вымысел, фантазия, и в чем смысл их «сосуществования». Таким образом, говорить о применении в журналистике художественно­го метода можно лишь с определенными оговорками, понимая под этим прежде всего использование элементов типизации, об­разно-экспрессивного языка, определенного уровня детализации отображения предмета, применения условности при реконструк­ции событий.

Результатом правильного применения художественного метода в журналистике является создание текстов, содержащих не художе­ственные образы (что присуще художественной литературе), а публицистические, т.е. образы, ограниченные «правдой факта», но не «правдой жизни в целом». Тем самым публицистика выступает переходной ступенью, «пограничной зоной», отделяющей (и соеди­няющей) журналистику и художественную литературу. Использова­ние такого метода предопределяется, как и в любом ином случае, предметом и целью проводимого публицистом исследования.

в начало


 

РОЛЬ РАЗЛИЧНЫХ ЖАНРООБРАЗУЮЩПХ ФАКТОРОВ В ФОРМИРОВАНИИ ЖАНРОВ


 

Познакомившись с жанрообразующими факторами, определим далее роль их в жанрообразовании (т.е. в отнесении публикаций к тем или иным устойчивым группам по схожим признакам). С этой целью прокомментируем некоторые известные жанры журналис­тики. Традиционно отечественная наука причисляла, например, к информационной журналистике следующие жанры: информаци­онную заметку, хронику, отчет, интервью, репортаж; к аналити­ческой журналистике — корреспонденцию, статью, обозрение, обзор выступлений СМИ, рецензию, комментарий, литературно-критическую статью; к художественной публицистике — жанры: очерк, фельетон, памфлет, эпиграмму. Взглянем на эти и другие жанры с точки зрения представленности в них жанрообразующих факторов, о которых шла речь выше.



Предмет отображения и жанрообразование. Всегда ли жанр публикации предопределен предметом отображения? Несмотря на довольно устоявшийся утвердительный ответ на этот вопрос, все-таки не стоит соглашаться с ним во всех случаях жанрообразования. Почему? Да потому, что «решающую» роль в указанном про­цессе предмет отображения играет отнюдь не всегда. Можно уве­ренно утверждать, например, что, если публикации отображают предмет, находящийся во внешнем по отношению к автору выс­тупления мире, то они будут включены в одну жанровую группу (или их совокупность — предположим, это будут аналитические тексты). Если же предмет отображения относится к внутреннему миру автора, то созданная им публикация будет включаться в со­вершенно иную жанровую группу (в этом случае автор, рассказы­вающий о своем внутреннем мире, занимается самоотображени­ем, самоанализом). Данная предметная «развилка», как видим, будет постоянным жанрообразующим фактором. Это дает возможность говорить о соответствующем разделении жанров, исходя из свое­образия указанных предметов отображения, на две (неравные по объему их представленности в журналистике) группы внутри как информационных, так и аналитических, а также и художествен­но-публицистических публикаций.

Вполне определенные жанровые качества текстов могут возни­кать и тогда, когда одни из них будут освещать, так сказать, «пер­вичную реальность» (различные предметные, онтологические си­туации, практические действия, процессы), а другие — «вторич­ную реальность» (информационные явления: книги, фильмы, телепередачи и т.п.), третьи — и то и другое.

Только первую группу явлений освещают, например, «аналити­ческие» (в узком смысле этого слова) статьи и корреспонденции, только вторую группу явлений освещают обзоры печати, рецензии, литературно-критические статьи. И первую и вторую группу явле­ний освещают «постановочные» корреспонденции и статьи, обозре­ния, комментарии, а также публикации информационных жанров.

Поэтому, когда сравниваются, например, такие жанры, как очерк и рецензия, видно, что они действительно имеют разные предметы отображения. Но этого нельзя наблюдать, сравнивая, например, очерк и информационную заметку. Ведь предмет ото­бражения у них может быть один и тог же. И такие «предметные совпадения» могут быть обнаружены у многих иных жанров. В то же время публикации, принадлежащие к одному и тому же жанру, могут иметь самые разные предметы отображения (например, ком­ментарии могут быть созданы по поводу любых феноменов, собы­тий, процессов, ситуаций).

Поэтому предмет отображения как жанрообразующий фактор имеет особое значение лишь для некоторых жанровых образова­ний, но отнюдь не для всех. Таким образом, говорить о жанровом разнообразии журналистики, имея в виду лишь предмет отображе­ния, можно только в определенных пределах. Но это, тем не менее, не уменьшает роли предмета отображения как важного жанрообразующего фактора.

Целевая установка и жанрообразование. Рассматривая роль целевой установки в жанрообразовании, можно заметить, что, на­пример, аналитическая корреспонденция нацелена на выявление причин какого-либо одиночного феномена и возможной тенден­ции его развития, определение его ценности. Аналитическая ста­тья — на объяснение ряда взаимосвязанных явлений, определение тенденций, закономерностей их взаимодействия, установление их ценности, формирование прогноза развития ситуации, процесса, явления. «Постановочная» корреспонденция и статья имеют про­ективный характер, дают программы деятельности по отношению либо к одиночным феноменам, либо к их совокупности. Обозре­ние преследует цель сообщить читателю о важнейших событиях, происшедших, например, за определенный период времени, вы­явить их причину, значимость (оценку) для аудитории, устано­вить их взаимосвязь. Обзор печати, радио- и телевыступлений зна­комит аудиторию с «продукцией» СМИ, выносит им оценку. Ре­цензии выявляют ценность для аудитории тех или иных книг, кинофильмов, спектаклей и т.п. Литературно-критические статьи рассматривают особенности творчества писателя, выносят оценку тому или иному произведению, что же касается комментария, то под ним обычно подразумевают материалы, выносящие главным образом оценку каким-то уже известным аудитории событиям, явлениям, указывающие на их причины и пр., в форме мнения компетентных в данных вопросах лиц.

Целевая установка является важным жанрообразующим фак­тором. Разнообразие целей, которые журналисты ставят перед со­бой при создании конкретных публикаций, предопределяет боль­шое разнообразие качеств этих публикаций, а значит — создает ос­нову для отнесения их в разные жанровые группы. В то же время совпадение некоторых целей разных публикаций при наличии ка­честв, «рожденных» в них другими жанрообразующими факторами, может придавать этим публикациям некие «родственные» черты, объе­диняющие тексты, относящиеся к разным жанровым группам.

Методы отображения и жанрообразование. На формирова­ние качеств текстов, позволяющих относить их к тем или иным жанровым группам, в определенной мере влияют использованные при подготовке публикаций методы постижения реальности7[7]. На­пример, фактографический метод, представляющий собой фик­сацию наиболее зримых («опознавательных») черт предмета ото­бражения, неизбежен при подготовке текстов информационных жанров. Методы рационально-теоретического отображения пред­мета необходимы при выявлении взаимосвязей предмета, причин, следствий, их оценке, прогнозе их развития, что является задачей публикаций аналитических жанров. Методы художественного обоб­щения необходимы для создания публикаций, которые относят к художественно-публицистическим.

В ходе отображения действительности журналист может дости­гать разной глубины постижения избранного предмета. Степень достижения такой глубины в том или ином конкретном журнали­стском тексте также, в известной мере, предопределяет его тип. При этом очень часто, когда основные характеристики текста воз­никают как неизбежный результат применения какого-то метода по­знания предмета, его жанровая принадлежность во многом «коррек­тируется» степенью «развернутости» и последовательности исполь­зования такого метода, глубиной проникновения с его помощью в предмет отображения. Именно от этого часто в значительной мере зависит степень достижения той глубины познания избранного предмета, которая позволяет включать текст в определенную жан­ровую группу. Причем степень глубины журналистского исследо­вания будет тем большей, чем более «развернуто» будут примене­ны журналистом описанные нами в начале раздела методы ото­бражения действительности. Так, можно наблюдать, например, что при минимальной «развернутости» метода описания достигается фиксация лишь наиболее характерных внешних черт предмета ото­бражения (его грубая и лаконичная «картинка»), что присуще, скажем, информационным заметкам.

Если же описание «разворачивается» относительно полно, тогда внешняя «картинка» отображаемого предмета детализируется, ста­новится более «объемной», возникает то, что иногда называют «эффектом присутствия», что типично для публикаций в жанре репортажа. В случае же, когда описание приближается по степени своей «развернутости», точности, последовательности к научному (т.е. в ходе его применяются группировка данных, типологическая характеристика отображаемого явления и т.д.), мы наблюдаем ана­литический журналистский текст (например, статью).

«Развертка» метода оценки в зависимости от ее глубины и «при­сутствия» в тексте других методов познания (скажем, причинно-след­ственного анализа и пр.) последовательно приводит к возникнове­нию ряда «оценочных» жанров, например комментария, рецензии, реплики, литературно-критической статьи и пр. «Развертка» метода причинно-следственного анализа в совокупности, например, с на­глядным описанием или статистическим описанием приводит к воз­никновению аналитической корреспонденции, статьи, обозре­ния и пр. Доминирование в тексте методов прогноза приводит к воз­никновению типа текста, который может быть назван жанром прогноза. Такая закономерность просматривается и при воздействии на характер публикаций и иных методов журналистики.

Особо следует сказать о роли художественного метода, поскольку авторская фантазия может присутствовать в публикации любого жанра8[8]. То есть различная по степени глубины «развертка» того или иного метода, диктуемая целью публикации, при наличии одного и того же предмета отображения может приводить к возникнове­нию того или иного типа текста, претендующего на жанровую самостоятельность.

В настоящее время традиционные полнокровные жанры рос­сийской журналистики, наиболее полно представляющие исполь­зование художественного метода (очерк, фельетон, памфлет), зна­чительно потеснены или где-то в полной мере вытеснены из ком­муникационного «оборота» информационными и аналитическими жанрами. Однако это не означает, что художественный метод ото­бражения действительности (отображения ее своеобразными сред­ствами) исчез из арсенала современного журналиста. Художествен­ный анализ по-прежнему существует.

С одной стороны, он — основа претерпевших «мутацию» упро­стившихся, схематизировавшихся публикаций группы художествен­но-публицистических жанров, а с другой — воздействие художественного метода все чаще наблюдается в других жанровых группах – прежде всего в публикациях аналитических жанров. Психо­логизмом, изобразительностью нередко насыщаются корреспон­денция, статья, комментарий, обзор и т.д. И в этом плане они в какой-то мере как бы замещают очерк, фельетон, памфлет. Эти публикации компенсируют в определенной мере дефицит красок и образов, имеющийся в современной журналистике, привносят на страницы прессы выразительные характеры, удачно разверну­тые детали, живописные сценки, дополняя тем самым «черно-белую» журналистику.

В подобном случае художественный метод, можно сказать, выполняет главным образом «фоновые» функции. При этом «чув­ственная» реальность предстает в публикации в виде случайных художественных фрагментов, без творческой переработки, без груп­пировки характеров, а художественный анализ основывается чаще всего лишь на образных словах и выражениях. Однако тропы, меж­дометия сами по себе не могут передать более-менее сложные чув­ства. Образы в тексте несовершенны, случайны, они появляются и исчезают без должного развития. Автор как бы и сам не замечает их, не останавливает на них своего внимания. Он не придает зна­чения художественным элементам, работе над словом. Описания природы, различные ассоциации если и существуют в таких тек­стах, то как бы непреднамеренно, бессознательно.

Основным же для автора может быть, скажем, экономичес­кий, политический или другой вид анализа действительности. Ху­дожественная же сторона таких текстов предстает лишь «фоном», на котором разворачиваются различные познавательные операции, логический анализ, фактологическая аргументация, а взгляд авто­ра направлен на экономические, политические, производствен­ные и прочие статусно-ролевые функции, но не на индивидуаль­ные психологические особенности людей. Люди предстают в тек­сте «покупателями», «пассажирами», «промышленниками», «дилерами», «предпринимателями», но не личностями, обладаю­щими неповторимыми психологическими, творческими, нрав­ственными характеристиками. Соответственно подобные тексты, несмотря на присутствие в них «следов» художественного метода, будут представлять все те же информационные или аналитические жанры.

В более полной мере художественный метод проявляется, разу­меется, в публикациях, относимых к художественно-публицисти­ческим. В этом случае журналистика сближается с художественным творчеством, поскольку полнота создаваемых образов, яркость конкретных деталей сюжета и композиции часто демонстрируют стремление автора к художественной типизации. Образы в художе­ственно-публицистических текстах проявляют нередко не просто индивидуальные особенности человека, но скорее характерные черты наших современников9[9]. Художественный анализ данного вида существует в неразрывном единстве с проблемным (например, с экономическим, политическим) анализом и нацелен на решение тех же задач, тех же конфликтов, но исследует их своими соб­ственными средствами и приемами.

Журналист в таком случае часто обосновывает свои образные построения хорошо известными ему из жизни, из собственного творческого опыта примерами, демонстрирующими типические черты современника. Уровень новизны, оригинальность построе­ний автора могу быть разными, в том числе и невысокими, несо­вершенными. Однако читатель заметит в любом случае стремление автора использовать образное мышление, применять образные, экспрессивные средства отображения действительности, его же­лание не пропустить интересные детали, колоритные фигуры, об­ратить на них внимание аудитории. При этом художественный ана­лиз может порой затенять проблемный. Однако такая «потеря» ком­пенсируется за счет более яркого нравственно-эстетического самоопределения автора и четкой позиции по отношению к об­суждаемым в тексте проблемам.

«Языковой фактор» и жанрообразование. Знание названных выше трех групп основных жанрообразующих факторов помогает объяснить многие основные моменты в «рождении» тех или иных жанров. Тем не менее остаются и некоторые неясности в этом вопросе. Они могут быть в известной мере устранены в результате учета так называемых дополнительных жанрообразующих факторов. Прежде всего при этом имеются в виду языковые формы изложения материала.

 

Два журналиста из разных газет решили написать о проблемах одной и той же футбольной команды. Они вместе наблюдали игру, беседовали со спортсме­нами, вместе были на пресс-конференции ее капитана. Но один написал анали­тическое интервью, а другой — аналитическую корреспонденцию. Нет различия в предмете отображения, в методах исследования, в установке, но были подго­товлены публикации разных жанров.



 

Подобного рода примеров очень много. Как объяснить этот мо­мент жанрообразования? На наш взгляд, необходимо извлечь из тени исследовательского внимания очередной и достаточно важный жанрообразующий фактор, которым являются формы изложения мате­риала. Они отнюдь не равнозначны методам сбора материала (на­блюдению, интервью, анализу документов и пр.), а поэтому долж­ны рассматриваться как самостоятельный фактор, что имеет большое значение в разговоре о жанрах журналистики. Значительную роль в становлении характера изложения материала играет язык10[10].

«Представление» информации в журналистике осуществляется в хорошо известных языковых формах — сообщения, повествова­ния и изложения. Когда (при наличии всех прочих необходимых жанрообразующих факторов) журналист использует метод сооб­щения (в специальном, языковом смысле этого понятия), то это способствует появлению жанра хроники, заметки, информации. Когда, кроме сообщения, применяется еще и метод повествова­ния, то это помогает возникновению жанра информационной кор­респонденции. Если же наряду с этими двумя методами применя­ется еще и изложение, то появляются жанры «наглядного отобра­жения» — репортажи, очерки, фельетоны.

Важную жанрообразующую роль играет и такой фактор, как формы персонификации информации. Этих форм две — монологи­ческая и диалогическая. Применение первой формы — обязатель­ное условие появления монологических жанров: корреспонденции, статьи, рецензии и пр. Применение второй формы неизбежно по­рождает материалы диалогических жанров: интервью, беседу и т.п. Исходные формы, разумеется, могут применяться и в сочетании. Поэтому возникают гибридные формы типа «корреспонденция-интервью», «беседа-отчет» и др.



______________

 

Общеизвестно утверждение о том, что в журналистике идет по­стоянное обновление «жанровой палитры», причем предполагается, что наиболее активно оно идет в такие переломные моменты разви­тия общества, какой наблюдается в настоящее время. Это утвержде­ние не стоит понимать так, что журналист навсегда исключает из круга своих задач, например, применявшиеся им доселе методы причинно-следственного анализа или прогноза, оценки и пр. Про­сто меняются характер, форма представленности результатов при­менения этих методов, показа пути их применения и т.д. в тексте, что приводит к некой «мутации» привычных, устоявшихся текстовых форм (жанров), но не к исчезновению их как таковых. Подобные измене­ния вызваны необходимостью «адаптации» жанров к новым комму­никативным ситуациям, порождаемым, в частности, изменением роли журналиста в обществе в конкретный период его развития.



Так, скажем, в аналитической статье может быть изменено соот­ношение «чисто информативного» материала (дополнительного) и «делового анализа» в пользу первого, с тем чтобы привлечь внима­ние широкой аудитории к данной публикации. Но это не изменит сущности аналитической статьи как жанра. Она так или иначе будет выполнять свою задачу, даже если будет представлять аудитории при­чинно-следственный анализ в «нетрадиционно» кратком его составе. Это значит лишь то, что «проявленность» определенного метода исследования будет в данном тексте просто редуцирована.

Возможность существования огромного разнообразия конкрет­ных форм изложения материала в журналистике предостерегает от жесткого разделения публикаций периодической печати непоко­лебимыми жанровыми границами. Речь можно вести лишь о неких относительно устойчивых объединениях публикаций под той или иной «жанровой крышей», что отнюдь не должно мешать видеть множество переходных, гибридных жанровых форм, факт суще­ствования которых никак нельзя игнорировать.



в начало

 

 

ОБРАЗОВАНИЕ ЖАНРОВ И «ЖАНРОВЫЕ ИМЕНА»


Далее необходимо заметить следующее: процесс жанрообразования, т.е. обретения будущими публикациями характеристик, по­зволяющих относить эти публикации, например, к уже известным жанрам, надо отличать от процесса возникновения «имен» жанров.

Этот второй — процесс «номинации» (обозначения), заявившей о себе новой группы публикаций, еще не получившей жанрового определения, не имеет строгих принципиальных оснований, не опирается на какую-то закономерность.

Иногда название возникает как результат акцентирования вни­мания субъекта, дающего жанру «имя», на каком-то жанрообразующем факторе. Но какой из них именно «проявится» в названии жанра, точно сказать нельзя.

Так, скажем, называя определенного рода публикации име­нем «интервью», его родоначальники закрепили за жанром на­звание определенного познавательного метода, который приме­няется в журналистике при сборе информации и в какой-то мере фиксируется в публикациях, относимых к этой группе (как воп­росно-ответная форма изложения материала).

По такому же «алгоритму» образованы имена других жанров — версии, беседы, рецензии и пр. Но нередко название жанра никак не связано с факторами, определяющими ход создания публика­ции и ее содержательно-формальные характеристики. Показатель­ным в этом отношении, например, является название жанра кор­респонденции, связанное с понятием «корреспондирование», т.е. сообщение сведений в редакцию. А название «статья» вообще оз­начает «сустав», «часть чего-либо» (в частности, часть газетной полосы). И т.д.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29

  • Глава 1. ЖАНРООБРАЗУЮЩИЕ ФАКТОРЫ В ЖУРНАЛИСТИКЕ
  • СОБЫТИЕ КАК ПРЕДМЕТ ОТОБРАЖЕНИЯ
  • ПРОЦЕСС КАК ПРЕДМЕТ ОТОБРАЖЕНИЯ
  • СИТУАЦИЯ КАК ПРЕДМЕТ ОТОБРАЖЕНИЯ
  • ЛИЧНОСТЬ КАК ПРЕДМЕТ ОТОБРАЖЕНИЯ
  • ЦЕЛИ ЖУРНАЛИСТСКОГО ТВОРЧЕСТВА
  • ОПИСАНИЕ ПРЕДМЕТА (СОЗДАНИЕ ЕГО НАГЛЯДНОЙ МОДЕЛИ)
  • ВЫЯВЛЕНИЕ ПРИЧИННО-СЛЕДСТВЕННЫХ СВЯЗЕЙ
  • ОЦЕНКА ПРЕДМЕТА ОТОБРАЖЕНИЯ
  • ПРОГНОЗ РАЗВИТИЯ ПРЕДМЕТА ОТОБРАЖЕНИЯ
  • ФОРМУЛИРОВАНИЕ ПРОГРАММЫ ДЕЙСТВИЙ
  • МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ПРЕДМЕТА
  • ОБРАЗОВАНИЕ ЖАНРОВ И «ЖАНРОВЫЕ ИМЕНА»