Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Учебное пособие для вузов. М.: Юнити-дана, Единство, 2002. 519с




страница1/8
Дата23.06.2017
Размер1.9 Mb.
ТипУчебное пособие
  1   2   3   4   5   6   7   8
Шендрик А.И. Теория культуры: Учебное пособие для вузов. - М.:ЮНИТИ-ДАНА, Единство, 2002.-519с.

В соответствии с Государственным образовательным стандартом курс «Теория культуры» читается для студентов, получающих профессиональную подготовку по специальности «Культурология». В пособии дается анализ культурологических концепций, содержащихся в работах крупнейших представителей западной и отечественной философской, этической, эстетической, исторической и социологической мысли с античности до конца XX века.

Для студентов вузов, обучающихся на философских, исторических, социологических и культурологических факультетах, аспирантов, учителей старших классов общеобразовательных школ. Может быть полезна всем, кто интересуется историей становления и развития культурологических идей, кто стремится расширить и углубить свои познания в области гуманитарных наук.


Предлагаемая вниманию читателя книга написана на основе курса лекций по теории культуры, который автор на протяжении ряда лет читает для студентов факультета культурологии и межкультурных коммуникаций Московской гуманитарно-социальной академии.

Создавая его, автор ставил перед собой две основные задачи: во-первых, восполнить хоть в какой-то мере тот дефицит учебной литературы по данной дисциплине, который существует сегодня и, во-вторых, полнее раскрыть содержание культурологической мысли в ее историческом развитии, осмыслить актуальные проблемы культурологического знания в контексте современности.

При написании учебного пособия автор стремился в максимальной степени учесть те требования, которые предъявляются сегодня к литературе подобного плана. Отбор персоналий и концепций культуры для анализа осуществляется им не по принципу их принадлежности к тому или иному идеологическому течению, а только в соответствии с реальным вкладом того или иного ученого в теоретическую культурологию. Исторический подход в учебном пособии дополняется проблемным, что позволяет не только раскрыть внутреннюю взаимосвязь, существующую между различными концепциями культуры, рожденными культурологической мыслью за несколько веков ее развития, но и показать, как происходила кристаллизация проблемного поля теории культуры, как она обретала свой научный статус, какие с достижения и просчеты были у тех, кто стоял у ее истоков. Для подтверждения тех или иных тезисов широко используются примеры, взятые непосредственно из практики, приводятся интересные факты, осмысление которых способствует разрушению усвоенных стереотипов и клише. Материал в книге систематизирован по смысловым блокам, которые выделены соответственно дидактическим единицам, представленным в Государственном образовательном стандарте. Каждая глава заканчивается кратким резюме, где излагается квинтэссенция рассуждений, содержащихся в ней. После выводов следует набор контрольных вопросов, на которые студент должен получить ответы в ходе подготовки к семинарским и практическим занятиям и перечень обязательной и дополнительной литературы, которая должна быть прочитана студентами в ходе проработки той или иной темы. Приложения к учебнику включают: список первоисточников, научных монографий и статей, с которыми студенты должны ознакомиться в обязательном порядке в процессе изучения дисциплины «Теория культуры», а также тематику курсовых и дипломных работ.

В соответствии с устоявшимися канонами написания учебной литературы, материал в книге излагается преимущественно в позитивном ключе, однако, в ряде мест приводятся различные точки зрения по той или иной проблеме и дается их критический анализ. Это связано прежде всего с тем, что теория культуры как наука сегодня находится в стадии бурного развития, в силу чего в ней много неустоявшегося, непроясненного, требующего вдумчивого, взвешенного подхода. В этой ситуации излагать только одну точку зрения и настаивать на ней как наиболее верной, значит идти на нарушение принципа объективности, что совершенно неприемлемо с позиций научной этики. Кроме всего прочего, автором учитывалось и то обстоятельство, что полемика является необходимой предпосылкой развития любой науки, условием формирования такого личностного качества, как критичность мышления, без которого невозможна эффективная деятельность человека в той сложной системе связей и отношений, что существует в демократическом обществе.

Отличительной чертой книги является и то, что в ней каждая глава начинается с краткой характеристики того исторического периода, в рамках которого происходило становление тех или иных культурологических теорий. Это связано с тем фактом, что каждый раз, когда мы стремимся постичь смысл той или иной культурологической концепции, мы обнаруживаем, что она своими корнями уходит в общественное сознание эпохи. Даже тогда, когда мысль конкретного автора высоко поднимается над горизонтом своего века, она неизбежно несет на себе отпечаток той среды, из которой вышел тот или иной мыслитель, тех материальных, духовных и политических условий, в которых эта мысль была рождена.

В данном учебном пособии рассмотрение взглядов того или иного мыслителя на культуру предваряется изложением его жизненного пути. Это также далеко не случайно. Преподавательская практика показывает: учебный материал лучше запоминается, если студент за тем или иным комплексом идей видит живого человека, представляет мотивы его творчества, ощущает дух той исторической эпохи, когда творил тот или иной ученый. Тогда высказанные им мысли перестают быть набором «ума досужих размышлений», которые необходимо запомнить в силу необходимости сдать экзамен или зачет, а начинают восприниматься как продукт времени, как итог напряженных раздумий, острой идейной борьбы, поисков и обретений конкретной личности.

Предлагаемая читательскому вниманию работа является, насколько известно автору, первой в постсоветское время попыткой систематического изложения комплекса теоретических проблем, находящихся сегодня в центре внимания как отечественных, так и зарубежных культурологов. Этим определяются ее достоинства и недостатки. Она ни в коей мере не претендует на исчерпывающую полноту и всеохватность, но, тем не менее, думается, даже в таком виде она может быть полезна не только студентам, аспирантам и научным работникам, но и всем тем, кто интересуется проблемами культуры, кто стремится более глубоко проникнуть в суть тех кардинальных перемен, которые происходят сегодня не только в мире, но и в душе каждого человека.

Предполагая в дальнейшем продолжить работу над учебным пособием, автор с благодарностью примет все те пожелания и замечания, которые будут способствовать улучшению книги.


Что такое теория культуры ?

Знакомство с любой наукой начинается обычно с выяснения ее предмета, метода, категориального ряда. Последовательно ставя вопросы: «Что изучает данная наука? Где проходят границы ее проблемного поля? В чем ее специфика? Чем ее метод отличается от методов других наук? Какой смысл вкладывается в ее базовые понятия? Как происходило ее становление?» и получая ответы на них, мы осуществляем процесс «вхождения в науку», формируем представление о ее сути и месте в структуре научного знания.

Подобный алгоритм знакомства с той или иной наукой, выработанный много веков назад, обусловлен не только требованиями дидактики, но спецификой научного поиска. Как показывает практика, работа на научном поприще может быть успешной только тогда, когда ученый достаточно хорошо осознает, кем он является по профессиональной принадлежности, каковы особенности применяемого им подхода, где пролегают границы проблемного поля той науки, представителем которой он себя считает. Если представление обо всех этих моментах у исследователя отсутствует, то рассчитывать на успех ему просто не приходится, ибо очевидно, что применение для решения тех или иных научных задач неадекватных методических приемов, выбор для исследования проблем, находящихся вне проблемного поля данной науки, воздвигают перед исследователем препятствия, которые в принципе не могут быть преодолены. Не будет преувеличением утверждать, что многочисленные неудачи, которые терпели (и сегодня терпят) многие из ученых, работающих в самых различных отраслях знания, были связаны с нечетким представлением о сути той науки, которой они занимались, с превратными представлениями об эвристических возможностях тех методов, которые они использовали.

Сделав эти предварительные замечания, попытаемся ответить на вопрос: «Что же такое теория культуры?» На первый взгляд дать на него ответ не составляет большого труда. Действительно, в самом названии данной науки как будто явно содержится указание на то, что она изучает. Кроме всего прочего, практически у всех, имеющих определенный уровень образования, существуют представления о том, чем теоретические размышления отличаются от обыденных рассуждений. Пусть эти представления недостаточны четки, но нет сомнения в том, что отличие процесса теоретизирования от досужего разговора на обыденную тему улавливается практически всеми, кто когда-либо брал в руки любой научный труд. Для того чтобы составить представление об этих отличиях, нет необходимости слушать курс теории познания в полном объеме, ибо отличие теоретического знания от всех других видов знания схватывается интуитивно любым образованным человеком.

Отталкиваясь от их соображений теорию культуры можно определить как науку, которая изучает феномен культуры на теоретическом уровне, в отличие от других наук о культуре, которые имеют дело с ее эмпирическими образами.

На этом процедура определения предмета теории могла бы быть завершена, если бы не ряд вопросов, которые возникают сразу же, как только мы начинаем более углубленно анализировать точку зрения на предмет теории культуры, изложенную выше. К их числу относятся следующие: «Чем теория культуры по своему подходу принципиально отличается от философии культуры? Какие проблемы изучают теоретики культуры, а что является прерогативой философов культуры? Как соотносятся между собой культурология и теория культуры? Есть ли основания считать теоретизирующего социолога, историка или, предположим, филолога, как, например, М.Ю. Лотмана, теоретиком культуры или все, что делалось и делается ими, относится к другому ведомству? Можно ли вести речь о единой теории культуры

На эти и многочисленные другие вопросы ответить, оставаясь в рамках изложенного концептуального подхода, не представляется возможным, ибо он базируется не на научном, а на обыденном понимании проблемы.

Если же посмотреть на проблему определения предмета теории культуры с научной точки зрения, то становится очевидным, что она не относится к числу простых. Есть, по меньшей мере, три обстоятельства, которые обуславливают ее сложность. Прежде всего следует сказать о том, что теоретическое знание о культуре накапливалось, как показывает изучение вопроса, в основном в лоне философии. Именно философы были теми, кто сформулировал идею культуры, кто начал выделять культуру как особую социальную реальность, развивающуюся по собственным законам, кто разработал большинство концепций культуры, которые присутствуют сегодня в мировой культурологической литературе, кто сформулировал набор проблем, подлежащих разработке в рамках теории культуры.

В силу этого обстоятельства основной пласт теоретического знания о культуре существует сегодня в виде некого симбиоза научного и философского знания, провести между которыми пограничную линию архитрудно.

Второе обстоятельство, осложняющее поиски ответа на вопрос: «Что изучает теория культуры?» может быть описано следующим образом. Как хорошо известно, в осмысление феномена культуры большой вклад внесли представители западной культурантрополо-гической мысли Хотя в своей массе культурные антропологи не претендовали (да и не претендуют, кроме Л. Уайта, А. Кребера и А. Рэдклифф-Брауна, К. Гирца и некоторых других) на статус теоретиков культуры (западная антропология в основном занималась изучением локальных культур преимущественно патриархальных обществ, находящихся на низших ступенях цивилизационного развития и традиционно всегда рассматривалась как наука феноменологическая), тем не менее они накопили значительный пласт теоретического знания. Культурным антропологам мы обязаны представлениями об эволюционных механизмах развития культуры (существенный вклад в решение этой проблемы внес прежде всего Э. Тайлор), «культурных кругах» (сам термин и идея принадлежит Л. Фробениусу, в дальнейшем данные идеи разрабатывалась Ф. Гребнером), «диффузии культур» (наиболее значительный вклад в обоснование и проработку этой идеи внесли К. Уисслер, Р. Диксон, У. Риверс, Г. Эллиот-Смит и У. Дж. Пери) и т.д. Однако теоретическое знание, накопленное культурными и социальными антропологами, трудно совмещается с теоретическим знанием, продуцированным философской мыслью.

Наконец, нельзя не сказать и о том, что среди тех, кто причисляет себя к сообществу культурологов, нет единодушия не только относительно сущности культуры, но и относительно подходов к ее научному осмыслению. Сегодня существует множество разнородных теорий, концепций культуры, большинство из которых не могут рассматриваться как комплементарные в силу того обстоятельства, что опираются на различные теоретико-методологические основания. Объединить их в рамках одной науки представляется весьма трудноразрешимой задачей. На это обстоятельство обращают внимание многие исследователи, в том числе и польский культуролог К. Жигульский, который в одной из своих последних работ вообще ставит под сомнение наличие принципиальной возможности создания единой науки о культуре, осмысливающей данный феномен на теоретическом уровне.

Можно назвать и другие причины, обусловливающие сложность решения задачи о предмете теории культуры, однако и приведенных выше достаточно для того, чтобы понять — она не относится к числу простых. Тем не менее ее нельзя считать и неразрешимой, ибо явно существует пласт теоретического научного знаний о культуре, сформулирован ряд законов о развитии культуры, разработаны методы исследования культуры как объективной реальности, возникающей в процессе предметно-преобразующей деятельности людей.

У истоков теории культуры. Для того чтобы получить более четкое представление о теории культуры как науке, рассмотрим, как она складывалась.

Многие из авторов, плодотворно работающие на поприще теоретической культурологии, считают, что как наука теория культуры родилась во второй трети XVIII в., когда мыслителями Просвещения был поставлен вопрос о культуре как особом социальном феномене, а понятие «культура» из термина обыденного языка превратилось в одно из базовых понятий «философии истории», понимаемой как «история духа», или, говоря другими словами, как история духовного развития человечества

В этой постановке вопроса есть рациональное зерно. Действительно, первые культурологические теории появились приблизительно в это время. Тогда же был сформулирован практически и весь тот комплекс проблем, которые находятся в поле пристального внимания культурологов и до сегодняшнего дня, в частности проблема соотношения культуры и цивилизации", кризиса культуры, диалога и преемственности культур, структуры и функций культуры и другие, которые активно обсуждаются культурологическим сообществом вот уже на протяжении нескольких десятилетий.

Однако знакомство с литературными источниками значительно более раннего периода, в том числе и принадлежащими перу античных авторов, говорит о том, что временную границу зарождения теории культуры необходимо отодвинуть значительно дальше вглубь истории. Как свидетельствуют изыскания отечественных и зарубежных авторов, выполненные в последние годы, теоретическое осмысление феномена культуры началось в те времена, когда обозначились первые признаки кризиса полисной демократии и древнегреческое общество, досшгнув высшей точки своего развития в период правления Перикла, вступило на нисходящую ступень своего развития. Именно тогда софистами была сформулирована идея о существовании рядом с миром природы коренным образом отличающегося от него мира, созданного человеком. Хотя софисты и не пользовались термином «культура» и не считали выяснение сущности культуры главной проблемой философского познания, тем не менее именно они определили вектор развития культурологической мысли, сформулировав тот круг вопросов, которые и сегодня находятся в центре внимания как отечественных, так и зарубежных культурологов.

Следующий шаг на пути теоретического осмысления феномена культуры был сделан мыслителями Древнего Рима, которые не только ввели в оборот сам термин «культура», но и сформулировали ряд ценных идей о взаимосвязи между процессом культурного развития человека и воспитанием, о философии как средстве «возделывания души», о различиях культурных миров, находящихся в различных точках пространственно-временного континуума.

В дальнейшем эстафета теоретического осмысления феномена культуры была подхвачена мыслителями Возрождения, которые дали описание идеала культурного человека, обосновали идею преемственности культуры, «восстановили в правах» наследие классической древности, забытое во времена Средневековья, мыслителями.

Их восприемниками стали философы Нового времени, которые не только способствовали превращению термина «культура» в самостоятельную лексическую единицу, но и поставили вопросы о критериях культурного процесса, о связи между наукой, техникой, религией и искусством, о сходстве культур, созданных народами, населяющими Европу.

Однако ни в период античности, ни в Средние века, ни в эпоху Возрождения, ни в Новое время, сыгравшее огромную роль в становлении западноевропейской цивилизации как специфической социо-культурной суперсистемы, проблема культуры никогда не рассматривалась как научная, обладающая особой значимостью и занимающая особое место среди комплекса тех вопросов, которые традиционно разрабатывались представителями философской мысли. Это было связано: 1) с господством религиозного сознания, для которого истинным творцом, создателем всего существующего выступает не человек, а верховное существо; 2) с недостаточной развитостью, фрагментарностью научного знания о мире и человеке; 3) с существованием определенного стиля научного мышления, которое ограничивалось исключительно операциями механического, чисто «суммативного» характера. Только тогда, когда в результате критики европейскими просветителями догматов христианства начался ускоренный процесс секуляризации общественной жизни, когда в результате Великих географических открытий был накоплен достаточно большой объем фактов о других культурных мирах, когда механицизм мышления, свойственный большинству представителей научного сообщества, благодаря широкому распространению идей Декарта, Френсиса Бэкона, Лейбница, был преодолен, произошло осознание проблемы культуры как одной из важнейших теоретических проблем, настоятельно требующей своего решения.

Это свершилось приблизительно во второй половине XVIII в., когда в культуре начали усматривать некую целостность, объединяющую разнородные составные части и характеризующую общественную систему с точки развитости духовного потенциала.

Первым, кто поставил вопрос о культуре в такой плоскости, был Иоганн Готфрид Гердер, которому принадлежит честь создания первой культурологической теории. В своей широко известной работе «Идеи к философии истории человечества» он не только дал определение культуры, но и сформулировал ряд идей о генезисе культуре, о механизмах ее движения и развития, о взаимосвязи различных культурных форм, о роли языка и религии в системе культуры, о значении географического фактора как одной из ведущих детерминант, обуславливающих культурное многообразие.

В дальнейшем движение теоретической культурологической мысли шло от Гердера к Канту, от Канта — к Шеллингу, Гегелю, Конту.

В полный же рост проблема культуры как проблема научного знания была поставлена в работах неокантианцев, которые предприняли попытку обосновать ее центральное место среди комплекса проблем, исследуемых представителями гуманитарных наук. Разрабатывая свое учение, они пришли к выводу, что подлинной философией является философия культуры, которую они мыслили как отрасль научного знания, содержащего сведения о природе и закономерностях развития мира ценностей и символических форм.

Собственно говоря, появление работ Виндельбанда, Риккерта, Кассирера ознаменовало начало второго этапа в развитии теоретической культурологии, который продолжался вплоть до конца 40-х годов XX в. Наиболее существенный вклад в осмысление феномена культуры на данном этапе развития теории культуры внесли наряду с неокантианцами, представители таких направлений философской мысли как марксизм, «философия жизни», «понимающая социология». Именно благодаря работам Маркса, Энгельса, Ницше, Шопенгауэра, Макса Вебера сформировалось представление о культуре как феномене оказывающем непосредственное влияние на все стороны жизни общества, развивающемся по собственным законам, далеко не совпадающими с законами развития общества, противоположном по своей сути цивилизации. На этом этапе был выработан целый ряд концепций культуры, в том числе и так называемая «деятельностная» концепция, ставшая базовой для целого ряда как западных, так и отечественных исследователей, занимавшихся разработкой культурологической проблематики в советский период российской истории.

Итогом развития культурологической мысли на втором этапе стало признание того факта, что наряду с пластом философского знания о культуре существует пласт научного знания, включающий в себя сведения о природе, генезисе, функциях, законах развития культуры, об особенностях различных культурных форм, о взаимосвязи между различными элементами культуры и т.д., который получен не с помощью философской рефлексии, а с помощью научных методов познания, широко используемых естествоиспытателями и обществоведами.



Третий этап развития теории культуры начался с того момента, когда ряд ведущих американских культурантропологов, а также социальных антропологов Великобритании и Франции, испытывающих глубокую неудовлетворенность от отсутствия в антропологической науке целостной и непротиворечивой концепции культуры, поставили во главу угла своих научных поисков создание стройной теории, позволяющей осмыслить и проинтерпретировать тот Монблан эмпирических фактов, отрывочных сведений, которые были накоплены многими поколениями их предшественников. Именно тогда — на рубеже 40-х—50-х годов в свет вышел целый ряд работ Л. Уайта, Дж. Стюарда, М. Салинса, А. Кребера, Р. Бенедикт, К. Клахкона и других западных исследователей, посвященных теоретическим вопросам современной культурологии. Особую роль на данном этапе развития теоретической культурологии сыграл первый из них, который вошел в историю культурологической науки не только как человек, обосновавший правомочность существования культурологии как отдельной отрасли научного знания, но и автор книги «Наука о культуре: исследование человека и цивилизации», ставшей первым фундаментальным трудом по теории культуры.

Весомый вклад развитие теоретической культурологии на этом этапе внесли также А. Кребер и К. Клахкон, осуществившие критический анализ 157 дефиниций культуры, существовавших в то время в западной культурологической литературе, а также Д. Катан и Р.А. Меннерс — авторы книги «Теория культуры», где, по сути, подводились итоги тех исканий в области теоретической культурологии, которые осуществлялись западными исследователями почти на протяжении последней четверти XX в.

Характеризуя развитие теоретической культурологической мысли на этом этапе, следует отметить прежде всего два обстоятельства: во-первых, появление многочисленных моделей культуры, которые позволяли решать определенный круг задач, однако никоим образом не учитывали тот опыт осмысления культуры, что был накоплен как западной, так и русской философской мыслью, а, во-вторых, изменение соотношения между теоретическим знанием о культуре, накопленным философской мыслью и теоретическим знанием представителей культурной и социальной антропологии. Если ранее в массиве теоретического знания о культуре безоговорочно преобладало знание, полученное в процессе философской рефлексии, то в третьей четверти XX в. стало очевидно, что оно по объему явно уступает место теоретическому знанию, продуцированному представителями частных наук.

Наконец, нельзя не сказать еще об одной особенности, отличающей третий этап развития теоретического знания о культуре от всех остальных. Рубеж 60-х—70-х годов стал тем временем, когда широко развернулись исследования культуры с помощью художественно-образных средств, которые традиционно использовались для решения творческих задач деятелями искусства и литературы. В результате применения для осмысления культуры подобных средств возникло множество образов культуры, которые были своеобразными гибридами обыденных, художественных и теоретических представлений о данном феномене. В качестве примера можно привести понимание культуры как опредмеченной памяти, которое появилось как раз в эти годы.



Каталог: data -> 2011
2011 -> Книга объясняет тайны удивительных явлений, связанных с языком, таких как «мозговитые»
2011 -> Программа дисциплины «История и теория литературы»
2011 -> Г. В. Гриненко история философии
2011 -> Дэвид Ванн, Томас X. Нэйлор, Джон Де Грааф Потреблятство. Болезнь, угрожающая миру
2011 -> Жильсон Этьен Философия в средние века
2011 -> Выражаем глубокую признательность Международному фонду «Культурная инициатива» и лично Джорджу Соросу за финансовую поддержку серии Лики культуры
2011 -> Фуко М. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы
  1   2   3   4   5   6   7   8