Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Учебное пособие для 2 студентов класса Сергиев Посад




страница14/15
Дата11.01.2017
Размер2.52 Mb.
ТипУчебное пособие
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15
Гефсиманская молитва Иисуса Христа Гефсиманский сад был любимым местом уединения Иисуса Христа. Он прошел вглубь сада, взяв с собой лишь Петра, Иакова и Иоанна. Скорбь и тоска пронзили Его душу. «Побудьте здесь и бодрствуйте со Мною»,  сказал Он ближайшим Своим ученикам,  душа Моя скорбит смертельно». Человеческое естество Иисуса Христа страшилось предстоящего крестного страдания. Он был «истинный человек, ибо человеческой природе свойственно бояться смерти»,  замечает блаженный Феодорит. Отойдя от учеников на небольшое расстояние, Он пал на землю и стал молиться: «Отче Мой, если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты». Образ чаши, наполненной вином, очень часто употребляется в Священном Писании для обозначения бедствий и страданий. Два чувства в это время боролись в душе Богочеловека  Спасителя нашего: это страх и любовь. Страх предстоящих ужасных мук побуждает Его просить у Бога: «Отче, да минует Меня чаша сия». Любовь же, напротив, жаждет этой чаши страданий, простирает к ней руку свою и говорит: «Отче Мой... да будет воля Твоя!» Молитвенный подвиг Спасителя вызывал такое напряжение всех Его душевных сил, что капли пота падали на землю. В самую тяжёлую минуту этой предсмертной молитвы Ему явился ангел, чтобы укрепить Его в соблюдении воли Бога Отца. В состоянии душевной скорби Иисус Христос по окончании молитвы идет к ученикам, но вместо того, чтобы утешиться их обществом и молитвой, находит их спящими. Обращаясь к Петру, Господь сказал: «Так ли не могли вы один час бодрствовать со Мною Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна». Человеческая природа немощна, без духовного бодрствования и молитвы может быть увлечена к великому падению. Оставив учеников, Спаситель еще раз удалился для молитвы, и, возвратившись через некоторое время, вновь нашел учеников погруженными в глубокий сон. Он не стал «обличать их, и, отойдя на прежнее место, пре-дался молитве». Когда молитвенный подвиг Спасителя совершился, Он идет к ученикам, которые продолжали спать. Разбудив их, Спаситель сказал: «Вы все еще спите и почиваете Встаньте, вот приблизился предающий Меня». 2) Предательство Иуды Господь вместе с учениками возвратились к тому месту, где они оставили других учеников. В это время в сад вошел Иуда-предатель с воинами и слугами синедриона, которые шли, освещая путь фонарями и светильниками, так как было еще темно. Предупредив учеников о приближении опасности, Спаситель пошел навстречу толпе. Первосвященники приказали воинам и слугам привести Того, на Кого укажет Иуда. Знаком должен был служить поцелуй. Подойдя к Спасителю, Иуда сказал: «Радуйся, Равви!» и поцеловал Его. Господь же, призывая Своего предателя к покаянию, сказал: «Иуда! Целованием ли предашь Сына Человеческого» Между тем, стража приблизилась к Господу. Он спросил их: «Кого ищете» Воины не могли ответить, так как не знали, кого они должны взять, вместо них ответили старейшины, следовавшие за ними: «Иисуса Назорея». «Это Я!»  сказал Спаситель, добровольно предавая Себя в руки Своих врагов. 3) Взятие Иисуса Христа под стражу Неожиданность такого ответа и сила Духа Спасителя поразили воинов, они отступили и пали на землю. В это время к толпе приблизились ученики и хотели защитить своего Учителя. Кто-то даже спросил: «Господи, не ударить ли нам мечом» А Петр, не дождавшись ответа, выхватил меч, ударил слугу первосвященника именем Малх и отсек ему ухо. Другие ученики также приготовились защитить Спасителя, но Он повелел отойти. Затем, подойдя к Малху, Господь прикоснулся к уху и исцелил его, Петру же сказал: «Возврати меч твой в его место: ибо все, взявшие меч, мечём погибнут». «Неужели Мне не пить чаши, которую дал Мне Отец  вразумляет его Христос,  … или думаешь, что Я не могу теперь умолить Отца Моего, и Он представит Мне более, нежели двенадцать легионов Ангелов» После этого воины подошли к Иисусу и связали Его, а ученики бежали, оставив своего Учителя. Так сбылось предсказание: «Поражу Пастыря, и рассеются овцы». Когда связанного Спасителя вели в Иерусалим, воины увидели, что какой-то юноша, завернувшись в покрывало, следовал за ними. Находя такое выслеживание подозрительным, они схватили его за покрывало, но он вырвался, и оставив покрывало в их руках, нагой убежал. Очевидно, этот юноша жил в селении Гефсимании. Проснувшись и не одеваясь, но, прикрывшись одеялом, он вышел на шум толпы. Об этом юноше упоминает один только евангелист Марк, но не называет его по имени; предание же говорит, что это был сам Марк. Иисус Христос перед судом синедриона (Мф. 26, 59-75; Мк. 14, 53-72; Лк. 22, 54-71; Ин. 18, 13-27) Под стражей Иисуса повели в Иерусалим к отставному первосвященнику Анне, тестю Каиафы. Издали за Ним следовали Петр и Иоанн. Первым во двор вошел Иоанн, который бывал в доме первосвященника, затем он провел с собой и Петра. При виде связанного Иисуса Анна, злорадствуя, стал расспрашивать Его об учениках и учении. Господь, не желая удовлетворить праздное любопытство первосвященника, сказал ему: «Я всегда учил в синагоге и в храме, где всегда иудеи сходятся, и тайно не говорил ничего. Что спраши-ваешь Меня Спроси слышавших». Несмотря на то, что в таком ответе Господа не было ничего оскорбительного для первосвященника, один из слуг, желая, видимо, угодить первосвященнику, ударил Иисуса рукой в ланиту, сказав: «Так отвечаешь Ты первосвященнику» Если бы Иисус молча перенес это оскорбление, могли бы подумать, что Он признает этот удар, нанесенный Ему, справедливым, и не в меру ревностный слуга еще возгордился бы таким молчаливым одобрением его поступка. Поэтому, чтобы пресечь зло в самом начале и вразумить слугу, Господь возразил: «Если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьешь Меня», то есть если ты можешь доказать, что Я народ учил чему-нибудь худому, то докажи это, а не бей без всяких оснований. Признав бесполезным продолжать допрос, Анна отправил Иисуса к своему зятю Каиафе, который на тот год был первосвященником. К тому времени у Каиафы собрались все первосвященники, старейшины и книжники  словом, почти весь синедрион. Несмотря на глубокую ночь, все они поскорее спешили оклеветать Иисуса, чтобы подготовить все необходимое для официального заседания синедриона, который должен был вынести Ему смертный приговор. Лжесвидетели обвиняли Его во многом: одни указывали на нарушение Им покоя субботы, другие  на несоблюдение фарисейских преданий и т.д. Но все эти преступления не содержали в себе причины к осуждению на смерть. Наконец, пришли два лжесвидетеля, которые привели слова, произнесенные Господом в Иерусалиме при первом изгнании торгующих из храма, причем злонамеренно исказили эти слова, вложив в них другой смысл. Господь говорил тогда: «Разрушьте храм сей, и Я в три дня воздвигну его» (Ин. 2, 19), но не говорил: «Я разрушу храм сей рукотворенный и через три дня воздвигну другой, нерукотворенный» (Мк. 14, 58). В искаженном виде эти слова показывали, будто Иисус Христос не только имеет самое низкое понятие о храме Иерусалимском (так как слово «рукотворенный» в Священном Писании употребляется для означения идола и храма идольского), но и намерен разрушить его, чтобы создать другой, неизвестно какой храм. Лжесвидетели пытались перетолковать слова Христа как хулу на храм, что было равно хуле на Бога, что по закону наказывалось смертью. Однако и этого было недостаточно. Господь не отвечал на все эти обвинения и это раздражало Каиафу. Он решит принудить Иисуса к такому признанию, которое дало бы повод осудить Его на смерть как богохульника. «Заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос, Сын Божий»  обратился он к Господу. «Заклинаю тебя»  это означало, что суд требует от обвиняемого, чтобы он непременно отвечал на вопрос обвиняющих и отвечал правду, призывая Бога во свидетели. На такой прямо поставленный, да еще под заклинанием вопрос Господь не мог не ответить. И Он отвечает: «Ты сказал» и к этому еще прибавляет: «Отныне узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных». Господь таким образом предсказывал, что все нечестивые судьи Его скоро увидят во многих знамениях и чудесах проявление Его Божественной силы, как Сына Божия. «Тогда первосвященник разодрал одежды свои и сказал: Он богохульствует». Первосвященнику запрещалось раздирать свои одежды (Лев. 10, 6; 21, 10), но лицемерный Каиафа сделал это для того, чтобы показать свою лживую ревнивость о славе Божией, ради которой он забыл даже, что он первосвященник и что ему нельзя раздирать свои одежды. «Как вам кажется»  спрашивает Каиафа у присутствующих и получает желанный ответ: «Повинен смерти». Это обвинение послужило поводом к издевательствам над Христом как над уже осужденным преступником. Решение было принято, но обычай требовал, чтобы окончательный приговор был вынесен на второй день после начала суда. Поэтому все члены синедриона разошлись по домам, чтобы на рассвете следующего дня собраться и вынести окончательный приговор. Когда происходил суд над Иисусом, Петр находился во дворе Каиафы. Одна из служанок, заметив Петра, сказала: «И ты был с Иисусом Галилеянином». Петр еще не успел ответить, как родственник Малха, всмотревшись в него, сказал: «Не я ли видел тебя с Ним в саду» Петр смутился и ответил: «Не знаю и не понимаю, что ты говоришь». С этими словами он направился к выходу и, когда подходил к воротам, запел петух. В это время к Петру подошла вторая служанка и, указывая на Петра, заявила, что и он был с Иисусом Назореем. Тогда Петр стал с клятвой уверять, что не знает этого Человека. Обвинители отступили от ученика Господня, а он, успокоившись, приблизился к костру. Сидевшие у костра вели разговор об Иисусе и называли Его Галилеянином. По разговору Петра некоторые узнали в нем галилеянина и сказали ему, что он ученик Его, потому что наречие его сходно с галилейским. Страх нашел на Петра, и он начал клясться, говоря: «Не знаю Человека сего, о Котором говорите». К этому времени суд над Иисусом закончился. Его вывели во двор, но Петр не заметил своего Учителя и при Нем отрекся от Него в третий раз. В это время петух пропел второй раз. Господь взглянул на Петра. Тогда Петр вспомнил сказанное ему: «Прежде, нежели петух пропоет дважды, трижды отречешься от Меня». Он горько заплакал и вышел со двора. Пока члены синедриона отдыхали по своим домам, Спаситель находился во дворе Каиафы. Сторожившие Его закрывали лицо Его покрывалом, били его по лицу и спрашивали: «Прореки, кто ударил Тебя». Некоторые плевали в Него. На рассвете члены синедриона собрались на суд, но не в доме Каиафы, а в помещении синедриона, куда привели Иисуса и после нового допроса окончательно постановили убить Его. Приговор синедриона, однако, не мог быть приведен в исполнение без утверждения римского правителя. Иисус Христос на суде у Пилата и у Ирода (Мф. 27, 1-2; 11-30; Мк. 15, 1-19; Лк. 23, 1-25; Ин. 18, 28-19, 16) 1) Первый суд у Пилата Со времени подчинения Иудеи римлянам у синедриона было отнято право наказывать преступников смертью. По закону обвиненных в богохульстве побивали камнями, но иудеи, бессознательно исполняя волю Божию, желали предать Иисуса Христа более поносной смерти  распятию на кресте и с этой целью после вынесения смертного приговора синедрионом отвели Его к Понтийскому Пилату. Понтий, по прозванию Пилат, был пятым прокуратором Иудеи. Он получил назначение на эту должность в 26 году по Р.Х. от римского императора Тиверия. Это был человек гордый, жестокий, но вместе с тем малодушный и трусливый. Он ненавидел иудеев и, в свою очередь, был ненавидим ими. Вскоре после распятия Христова он был вызван в Рим на суд, заточен в Виенне и там кончил жизнь самоубийством. Прокураторы обычно жили в Кесарии, но на праздник Пасхи для наблюдения за порядком переселялись в Иерусалим. Придя к Пилату, иудеи не вошли в претор (судебную палату), чтобы не оскверниться (прикосновение к чему-либо языческому считалось осквернением), так как в тот день им надлежало есть пасху. Они остановились на лифостротоне, то есть на выстланной плитами площадке перед дворцом, где по римскому обычаю на глазах у всех совершалось судебное разбирательство. Тут было и судебное кресло прокуратора. Пилат сам вышел к иудеям и спросил их: «В чем вы обвиняете Человека Сего» Иудеи не ожидали такого вопроса  они надеялись, что Пилат без всякого разбирательства утвердит произнесенный ими приговор. «Если бы Он не был злодей, мы не предали бы Его тебе»,  последовал ответ. Это оскорбило Пилата, и он с иронией сказал иудеям, что если так,  «возьмите Его вы, и по закону вашему судите Его», так как синедрион имел право суда, наложения наказания и мог приводить их в исполнение, (за исключением наказания смертью). Иудеи отвечали на это: «Нам не позволено предавать смерти никого», а между тем, говорили они, по суду нашему Он достоин смерти, так как развращает народ, запрещая давать подать кесарю и называя Себя Христом  Царем. Тогда Пилат отводит Иисуса Христа внутрь судебной палаты и задает Ему вопрос: «Ты Царь Иудейский» В ответ на это Иисус Христос сначала спрашивает Пилата: «От себя ли ты говоришь это (на основании донесений и, следовательно; говоришь о царе и царстве в политическом смысле) или другие сказали тебе о Мне (то есть иудеи и, следовательно, говоришь о царстве в иудейско-религиозном смысле)» Пилат с презрением отверг возможность того, чтобы он был причастен несбыточным мечтаниям иудеев о Мессии  Царе. «Разве я иудей»,  говорит он,  и могу говорить о царе в их смысле «Твой народ и первосвященники предал Тебя мне, что Ты сделал» Тогда Христос разъясняет, что Царство Его не от мира сего, что Он Царь истины, посредством которой и царствует над людьми. Пилат же усомнился и не поверил сказанному, ибо растление нравов и умов было в те времена столь велико в языческом мире, что люди разуверились в том, что на земле есть истина. Поэтому Пилат спрашивает Господа: «Что есть истина» По мнению прокуратора, перед ним стоял мечтатель, а не политический преступник. По выходе из претории он объявил народу, что не признает Его виновным. Озлобленные этим заявлением иудеи стали клеветать на Христа, будто Он призывает народ к восстанию, уча его во всей Иудее, начиная от Галилеи. При этом они, может быть, намеренно упомянули о Галилее, зная вражду Пилата с правителем Галилеи. Ради мести своему недругу, думали они, Пилат с большей жестокостью отнесется к его подданному. Однако они ошиблись. Пилат в тот момент желал примириться с Иродом и с этой целью, а, может быть, и с целью получить разъяснение по этому темному для него делу послал к нему Иисуса. 2) Суд у Ирода Ирод, наслышанный о чудесах Иисуса, желал видеть Его, чтобы удовлетворить своё любопытство. Но Господь ничего не отвечал ему, ни на его вопросы, ни на выдвинутые против Него обвинения. Тогда Ирод, надругавшись над Ним, отослал Его обратно к Пилату, одев в светлую, царскую одежду, выражая тем самым своё презрение к Нему, как искателю царского престола. 3) Второй суд у Пилата Ссылаясь на то, что и Ирод не нашел в Иисусе ничего достойного смерти, Пилат предлагает первосвященникам, книжникам и народу после наказания отпустить Его. Таким образом, он рассчитывал удовлетворить ярость иудеев и вызвать в них сострадание к невинно страждущему. Он вспомнил, что у иудеев был обычай перед Пасхой приходить к правителю с просьбой отпустить на свободу одного из осужденных на казнь преступников, и сам предложил им: «Кого хотите, чтобы я отпустил вам: Варавву (разбойника) или Иисуса, называемого Христом  ибо знал, прибавляет Евангелист,  что предали Его из зависти». Пилат, очевидно, надеялся, что в простом народе он найдет сочувствие к Иисусу, и народ будет просить освобождения Иисуса. В это время к нему явился посланный от жены, чтобы передать ее слова: «Не делай ничего Праведнику Тому, потому что я ныне во сне много пострадала за Него». У некоторых древних писателей христианских называется её имя: Клавдия Прокула. Предполагают, что она исповедовала иудейскую религию и впоследствии стала христианкой. Неизвестно, какой сон она видела, но можно полагать, что Иисус Галилеянин предстал ей во сне, как невинно терзаемый Праведник, и она мучилась во сне мыслью, что ее муж станет Eго палачом. Но в то время, когда посланный передавал Пилату слова его жены, иудейские начальники стали наущать народ, чтобы он просил у Пилата отпустить Варавву, и народ поддался их нечестивым внушениям. Когда Пилат вторично задал вопрос: «Кого из двух хотите, чтобы я отпустил вам»  Они отвечали: «Варавву». «Что же я сделаю Иисусу, называемому Христом»  спросил тогда Пилат. Они отвечали: «Да будет распят». Тогда Пилат, желая все же отпустить Христа, возвысил голос, говоря: «Какое же зло сделал Oн» Они еще сильнее стали кричать: «Да будет распят». Так должны были исполниться пророчества о самом роде смерти Христовой. Развращенный своими духовными вождями, народ предпочел Господу Иисусу Варавву, убийцу и разбойника. Пилат, слыша неистовый крик толпы, растерялся. Он испугался, что народ взбунтуется и тогда придется прибегнуть к военной силе. Кроме того, он боялся, что озлобленные первосвященники могли донести на него кесарю, обвиняя его в том, что он сам вызвал это волнение, защищая государственного преступника, каким они старались выставить Иисуса. Поэтому Пилат, отдав Невинного на бичевание, пытался удовлетворить жестокость толпы. Он еще надеялся добиться освободить Иисуса от крестной смерти. Раздев Иисуса, воины начали бичевать Его; такое бичевание назначалось у римлян за тяжелые преступления и притом большей частью для рабов. Бичи делались из веревок и ремней, в концы их вделывались острые костяные и металлические палочки. Истязание это было столь мучительно, что многие под бичами умирали. Окончив бичевание, воины стали издеваться над Страдальцем: надели на Него военный плащ красного цвета, подобный тем плащам, какие надевали цари и высшие военачальники (эта хламида должна была изображать царскую порфиру для Царя Иудейского). На голову Господа надели терновый венец, а в руки дали трость, которая должна была изображать царский скипетр. Сделав всё это в насмешку над Божественным Страдальцем, воины стали преклонять перед Ним колени и, ругаясь над Ним, как будто приветствуя, стали говорить: «Радуйся, Царь Иудейский», и при этом били Его по ланитам, плевали на Него, брали из рук Его трость и били Его по голове, чтобы колючки тернового венца входили глубже и ранили сильнее. Измученного и истерзанного Господа Пилат повел вывести наружу, чтобы вызвать жалость к Нему иудеев. Он рассчитывал, что их сердца дрогнут от такого ужасного зрелища, и они уже не будут настаивать на предании Господа смерти. «Вот я вывожу Его к вам,  сказал Пилат,  чтобы вы знали, что я не нахожу в Нем никакой вины». Когда Господь был выведен на лифостротон, Пилат, указывая на Него, сказал: «Се Человек!» Господь в унижении Своем проявил все духовное величие и нравственную красоту истинного Человека, каким он должен быть по замыслу Творца. Но первосвященники и слуги их, как только увидели истерзанного Христа, снова возопили: «Распни, распни Его!» Такая настойчивость обвинителей вызвала у Пилата досаду и заставила его с резкостью сказать: «Возьмите Его вы, и распните, ибо я не нахожу в Нем вины»: если вы так настойчивы, то распинайте Его сами на свою ответственность, а я не могу принимать участия в казни неповинного Человека. Но враги Христа продолжали добиваться согласия Пилата на смертный приговор, выставив новое обвинение: «Мы имеем закон, и по закону нашему он должен умереть, потому что сделал Себя Сыном Божиим». Услышав это, Пилат «больше убоялся». Конечно, выражение «Сын Божий» Пилат мог понимать только в языческом смысле, в смысле богов, которыми полна языческая мифология, но и этого было достаточно, чтобы его смутить. И вот Пилат снова отводит Иисуса в преторию и наедине спрашивает Его: «Откуда Ты» Молчание Иисуса в ответ на этот вопрос раздражило гордого правителя, и он с гневом указывает на силу свою и власть распять и отпустить. Но Господь с полным спокойствием и достоинством отвечает, что Пилат не имел бы над Ним никакой власти, если бы Богу не угодно было совершающееся с Ним, «посему более греха на том, кто предал Меня тебе». Ради такого ответа Иисуса Пилат еще более желал отпустить Его. Чтобы заставить Пилата произнести смертный приговор над Иисусом, иудеи прибегают к решительному средству: они дали понять Пилату, что если он отпустит Обвиняемого в присвоении Себе царского достоинства, то они донесут на него в Рим. Надломленный Пилат делает еще одну попытку: обращаясь к национальному самолюбию иудеев, к их мечтам о самостоятельности, о своем царе, он выводит Иисуса на каменный помост перед судилищем и говорит народу: «Се, Царь ваш!.. Царя ли вашего распну» Но иудеи так озлобились против Иисуса и так желали погубить Его, что отказались от своей независимости и закричали: «Нет у нас царя, кроме кесаря». Тогда, наконец, Пилат предал им Иисуса на распятие. Отдавая Его на распятие, он умыл руки перед иудеями, сказав: «Неповинен я в крови Праведника Сего, смотрите вы». А они, произнося над собой горький приговор, отвечали: «Кровь Его на нас и на детях наших». Погибель Иуды (Мф. 27, 3-10) Евангелист Матфей рассказывает о дальнейшей участи Иуды предателя. «Иуда, предавши Его, увидев, что Он осужден, и, раскаявшись возвратил тридцать сребреников первосвященникам и старейшинам». Возможно, конечно, что Иуда не ожидал смертного приговора Иисуса или, ослепленный сребролюбием, не думал о последствиях, к которым приведет его предательство. Когда Иисус был осужден, в нем вдруг проснулась совесть. Иуда раскаялся, но, к несчастью для него, это раскаяние было соединено с отчаянием, а не с надеждой на всепрощающее милосердие Божие. Возвращая сребреники первосвященникам, он сказал: «Согрешил я, предав кровь невинную». «Что нам до того,  холодно и насмешливо возразили те,  смотри сам». Они отказались брать деньги, и тогда он бросил их в храме, думая, что этим успокоит мучения совести, но напрасно: душевные муки довели его до такого отчаяния, что он пошел и повесился. Спустя некоторое время, веревка оборвалась, и тело его упало. Об этом свидетельствует апостол Петр в книге Деяний (1, 18) говоря: «Когда низринулся, расселось чрево его, и выпали все внутренности его». Первосвященники же, взяв брошенные сребреники, сказали: «Непозволительно положить их в сокровищницу церковную, потому что это цена крови» (Втор. 23, 18). После совещания они купили землю, принадлежавшую горшечнику (малоценную, так как она была пригодна лишь для выделки кирпича или горшков), и назначили ее для погребения странников; таким образом, на цену смерти они нашли более приличным купить жилище мертвых. С тех пор эта земля стала называться уже не землею горшечника, а землею крови. Таким образом исполнилось пророчество Захарии (11, 12-13). Пророк говорит о неблагодарности народа израильского к нему. По повелению Божию он спрашивает сынов Израилевых: если они готовы заплатить ему за его пастырские труды, то какую же плату они дадут ему Они дали 30 сребреников. Тогда Бог повелел пророку бросить эту издевательскую, унизительную цену в «горнило».1 Здесь Евангелист усматривает прообразовательное указание на обстоятельства предания Господа. Судьбы пророка и Сына Божия имеют общие черты: пророк в своих пастырских отношениях к народу Божию прообразует Мессию; как в древности этот народ относился с презрением к пророку, точно также и теперь он относится к Христу. Как пророка сыны Израилевы оценили ценою раба в 30 сребреников, так и Господа Иисуса Христа. В том и в другом случае деньги находят низкое употребление  поступают в руки горшечника, в первом случае для расплавления, в последнем  через покупку на нее земли горшечника. Крестные страдания и смерть Иисуса Христа (Мф. 27, 31-56; Мк. 15, 20-41; Лк. 23, 26-49; Ин. 19, 16-37) «И когда насмеялись над ним, сняли с Него багряницу и одели Его в одежды Его, и повели Его на распятие». По обычаю, осужденный на смерть через распятие сам должен был нести крест свой на место казни. Но Господь был настолько измучен предшествующими страданиями (гефсиманским внутренним борением, тяжкими истязаниями во дворе Каиафы, Ирода, Пилата), что не в силах был донести крест до места назначения. Поэтому враги Христа, чтобы скорее завершить своё злое дело, заставили нести Его крест некоего Симона Киринеянина, возвращавшегося с поля в город. Евангелист Марк добавляет, что Симон был отцом Александра и Руфа, известных потом в первенствующей христианской Церкви (Рим. 16, 13). За Иисусом следовали многие верующие жены, которые плакали и рыдали о Нем. Господь обращается к ним и предсказывает суд Божий над Иерусалимом, жители которого будут претерпевать такие бедствия, что пожелают хотя бы мучительной, но быстрой смерти, лишь бы не испытывать всех ужасов, которые им предстоит перенести. Их мучения будут несравненно более тяжкими, чем те, какие претерпевает теперь Христос. Когда шествие с осужденными на смерть достигло Голгофы, Иисусу Христу, по иудейскому обычаю, дали пить «уксуса, смешанного с желчью», «вина, смешанного с смирною». Этот напиток готовится из кислого вина с примесью горьких и пахучих веществ с тем, чтобы затемнить сознание страждущего и тем облегчить его страдания. Но Христос, желая с полным сознанием перенести всю горечь страданий, на которые Он добровольно Себя предал, отведав данного Ему напитка, отказался пить его. Иисус Христос был распят на кресте, который стоял посередине между другими двумя крестами на Голгофе, на которых были распяты два разбойника. Исполнилось еще одно пророчество (Пс. 21, 17-19; Зax. 13, 6; Ис. 53, 5-12). Над Его крестом была надпись, возвещающая на трех языках (еврейском, латинском, греческом): «Иисус Назорей, Царь Иудейский». Тем самым Пилат, не ведая того, исполнил высшую промыслительную цель: в минуты крайнего Своего уничижения Господь Иисус Христос на весь мир бил объявлен Царем. Обвинители Господа восприняли это как злую насмешку и требовали, чтобы Пилат изменил надпись, но гордый римлянин резко отказал им в этом, дав почувствовать им свою власть. Снятые с Господа одежды, во исполнение пророчеств, были разделены между воинами, стоявшими на страже у креста, а собственный хитон Его достался одному из них по жребию. Здесь, замечает Евангелист, исполнилось пророческое слово: «Разделили ризы Мои между собою и об одежде Моей бросали жребий» (Пс. 21, 19). Когда Его распинали, Он молился за Своих врагов, говоря: «Отче, прости им: ибо не знают, что делают». Ослепляемые злобою против Иисуса, они не знают, что распинают Своего Мессию и Господа. И, вися на Кресте, Господь претерпевал поношение от мимоходящих, первосвященников и книжников, старейшин и фарисеев, даже от разбойника, который был распят вместе с Ним. Над Христом ругались еще и воины, желая угодить народу и начальникам. Они подходили к Нему, подносили уксус и говорили: «Если Ты Царь Иудейский, спаси Себя Самого». Слыша все это, один из разбойников, осеняемый благодатию Божией, попытался вразумить распятого по левую от Христа сторону злодея, который не прекращал поносить Господа. А затем обратился к Нему, как Мессии и Господу, веруя, что Он может спасти его. Господь ответил ему: «Ныне же будешь со Мною в раю», то есть сегодня же войдешь в рай, который вновь откроется для людей через искупительную смерть Христову. Когда враги насытили свою злобу и стали понемногу отходить от креста, к Распятому приблизились стоявшие в стороне Пресвятая Богородица, Мария Клеопова, Мария Магдалина и апостол Иоанн. Отходя к Отцу Своему, Иисус Христос не хотел оставить Свою Пречистую Матерь одну. Поэтому Он поручает заботу о Ней Своему возлюбленному ученику. «И с того времени ученик сей взял Её к себе». Матерь Божия до самой Своей смерти, как свидетельствует и церковное предание, жила у святого Иоанна, который заботился о Ней, как любящий сын. После распятия Господа, которое совершилось между третьим и шестым часами, по всей земле наступила тьма до часа девятого (от 12 до 15 часов дня). Смерть Господа сопровождалась чудесным небесным знамением, как это было и при Его рождении. Только тогда небесный мир был исполнен радости  в ночной тьме сияла необычная звезда, теперь же среди дня наступил мрак. Это было печальное предвестие будущего суда Божия над грешным миром, который предал на смерть безгрешного Искупителя человечества. Около девятого часа страдания Распятого достигли предела и Он возопил громким голосом: «Или, Или! лама савахфани, то есть Боже Мой, Боже Мой, для чего Ты Меня оставил» Этот вопль свидетельствовал не об отчаянии, а о величайшей душевной скорби Богочеловека. Он должен был испить до самого дна всю чашу человеческих страданий, чтобы совершилась искупительная жертва. Все последствия греха: богооставленность и проистекающий отсюда внутренний мрак и отчаяние человечества теперь сосредоточились на одном Христе. Это было исполнением Божественной правды. Среди самых тяжких, какие только можно представить, телесных и душевных мучений эта оставленность Богом была наиболее мучительной. Слышавшие восклицание Господа смеялись над Ним, намеренно искажая слова Страдальца. Они говорили, что вот, Он, Мессия, зовёт на помощь Илию, Своего предтечу (по верованию иудеев). Тогда один из воинов взял губку, напоил уксусом или кислым вином и, наложив на трость, поднес ее к устам Иисуса, другие же воины говорили: «Постой (не облегчай Его страданий), посмотрим, придет ли Илия снять и спасти Его». Последний вздох Иисус Христос испустил со словами: «Совершилось (дело искупительных страданий)! Отче! в руки Твои предаю дух Мой». Первым чудесным знамением, сопровождавшим смерть Иисуса Христа, было то, что завеса в храме Иерусалимском, разделявшая святилище от Святого Святых,1 разодралась надвое, от верхнего края до нижнего. До этого вход во Святое Святых был недоступен для обыкновенных людей, как недоступен для них, обремененных грехом, был и вход на небо, теперь же разрушилась преграда, разделявшая людей от Бога, и небо от земли. Вторым знамением было землетрясение, сопровождавшееся распадением камней или скал, в которых были устроены гробницы. По воскресении Христа многие тела усопших святых восстали и, выйдя из гробов, они явились многим в Иерусалиме, проповедуя воскресение Христа. Те, кто стерег Иисуса, видя землетрясение и все бывшее, сказали: «Истинно Человек Сей был Сын Божий». Согласно преданию, бывший среди них сотник по имени Лонгин стал впоследствии христианином и мучеником за Христа (память 16 октября). Евангелист Иоанн сообщает о чудесном истечении крови и воды из прободенного ребра уже мертвого Иисуса. При этом Евангелист указывает на исполнение двух пророчеств: в том, что воины не перебили голеней Христа, сбылось слово Писания: «кость (пасхального агнца) да не сокрушится» (Исх. 12, 46), а в прободении ребра Христова исполнились пророческие олова Захарии: «... воззрят на Того, Которого пронзили...» (12, 10). Чудесные события, сопровождавшие смерть Христа, поразили не только сотника, но и «весь народ, сшедшийся на сие зрелище», который, «видя происходившее, возвращался, бия себя в грудь». Погребение Иисуса Христа (Мф. 27, 57-61; Мк. 15, 42-47; Лк. 23, 50-56; Ин. 19, 38-42) Иисус Христос умер в девятом часу, то есть в третьем часу по полудне. Оставалось еще три часа до начала следующего дня — субботы, в которую начались на тот год опресночные пасхальные дни, Иудеи просили Пилата ускорить смерть распятых перебитием голеней с тем, чтобы поскорее снять их с креста, а те, которые желали с честью совершить погребение Иисуса, спешили исполнить свое желание, ибо по закону (Моисея) во всякую субботу, тем более в эту, нельзя было оставлять осужденных на кресте. Когда настал вечер, тайный ученик Христа Иосиф из Аримафеи, человек богатый, праведный, знаменитый член синедриона, явился к Пилату, чтобы испросить тело Иисуса. Пилат удивился, услышав, что Иисус уже умер, так как распятые на кресте оставались живы иногда по два, по три и более дня. Поэтому он только тогда отдал Иосифу тело Иисусово, когда от сотника удостоверился в смерти Его. Тогда Иосиф, купив плащаницу и сняв тело Иисуса, обвил Его ею. А Никодим, который также пришел принять участие в погребении Господа, принес с собой несколько десятков фунтов состава из смирны и алоэ, обильно помазав ими Его тело и пелены, которыми Он был обвит. Затем Иосиф и Никодим положили тело Иисуса в новом гробе, высеченном в скале и принадлежавшем Иосифу. Он находился в саду, недалеко от места распятия Господа. Именно этот гроб избрали потому, что с погребением медлить было некогда, ибо наступал субботний день. Положив тело во гробе, Иосиф с Никодимом привалили к двери гроба, по иудейскому обычаю, большой камень. Свидетелями погребения Иисуса били некоторые жены. Возвратившись в город, они купили благовония и масти, чтобы помахать тело Иисусово. Приставление стражи ко гробу (Мф. 27, 62-66) В пятницу, в день смерти Господа, враги Его не могли позаботиться о том, чтобы приставить к гробу стражу, ибо погребение было слишком поздно: начиналась священная ночь первого дня опресноков. Но в субботу они обращаются к Пилату с просьбой поставить стражу ко гробу Иисуса, ссылаясь на то, что Христос при жизни предсказывал о трехдневном Своем воскресении. «Мы вспомнили, что обманщик Тот, еще будучи в живых, сказал: после трех дней воскресну; итак прикажи охранять гроб до третьего дня, чтобы ученики Его, придя ночью, не украли Его и не сказали народу: воскрес из мертвых; и будет последний обман хуже первого». «Первым обманом», по их мнению, было то, что Иисус Христос учил о Себе как о Сыне Божием, Мессии, а «последним обманом» — проповедь о Нем, как о восставшем из гроба Победителе ада и смерти. Этой проповеди они боялись больше, и, как показала вся дальнейшая история распространения христианства, в этом они были правы. Выслушав их, Пилат предложил им воспользоваться той стражей, которая была им дана на время праздника для предупреждения беспорядков, происходивших в храме, от бесчисленного множества богомольцев. Они пошли и поставили у гроба стражу, приложив к камню печать. Таким образом злейшие враги Господа, сами того не ожидая, подготовили неоспоримые доказательства преславного Христова воскресения. Утро первого воскресного дня (Мф. 28, 1-15; Мк. 16, 1-11; Лк. 24, 1-12; Ин. 20, 1-18) По прошествии субботы, утром первого дня недели, Ангел Господень сошел с неба и отвалил камень от гроба, где лежало тело Спасителя. В этот момент произошло великое землетрясение, которое привело в страх и трепет стерегущих воинов. Это произошло уже после того, как Христос воскрес. Следовательно, Христос воскрес, не нарушив печатей гроба. «Подобно тому, как Он родился, сохранивши невредимыми ключи девства, так и воскрес, сохранивши невредимыми печати гроба» (Е. Зигабен). В это время жены-мироносицы направились ко гробу Господню, чтобы помазать благовонными мазями тело своего Учителя. В их числе евангелисты упоминают Марию Магдалину, Марию Иаковлеву (мать Иакова, брата Господня), Саломию и Иоанну. Мария Магдалина шла быстрее прочих жен, поэтому пришла ко гробу, когда было еще темно, т.е. до рассвета. Увидев, что камень отвален от гроба, она не вошла в него, решив, что тело Господа перенесли на другое место. В страхе и недоумении она побежала в Иерусалим сообщить о случившемся Петру и Иоанну. Прочие жены-мироносицы находились еще на пути ко гробу и размышляли, кто отвалит камень от гроба, ибо он был очень велик. Когда же они подошли к пещере, то нашли, что камень отвален, а на нем увидели сидящего Ангела, и испугались, Ангел же сказал им: «Не бойтесь, я знаю, что вы ищите Иисуса распятого; Его нет здесь; Он воскрес. Пойдите, посмотрите место, где Он лежал». Войдя в пещеру, жены увидели другого Ангела, который, указав место, где лежало тело Спасителя, сказал им: «Идите скорее и скажите ученикам Его, что Он воскрес и предварит их в Галилее». Апостолы, как и большинство последователей Иисуса Христа, были родом из Галилеи. В Иерусалиме они находились по случаю праздника, по окончании которого должны были возвратиться в Галилею. Воскресший Христос, по слову Ангела, предварит их возвращение в Галилею. Пребывая все еще в страхе, но с радостной вестью, жёны ушли в Иерусалим, а в это время ко гробу пришли Мария Магдалина, Петр и Иоанн. Евангелист замечает, что Иоанн бежал скорее Петра, поэтому пришел ко гробу первым, но не вошел в пещеру, а, наклонившись, увидел только пелены. Когда же подошел Петр, то с присущей ему стремительностью он вошел внутрь пещеры. За ним вошел и Иоанн. Здесь они увидели, что пелены, которыми было обвито тело Иисуса, и плат, который был на главе Его, лежат тщательно сложенные: их вид ясно указывал, что тело Иисусово не было похищено. Христос воскрес: Иоанн уверовал, а Петр же только удивился происшедшему. После того как апостолы ушли, а Мария Магдалина осталась у гроба, в глубокой скорби она стояла и плакала. Заглянув в пещеру, она увидела двух ангелов в белых одеждах, один из которых спросил, почему она плачет. Мария же со слезами ответила: «Унесли Господа моего и не знаю, где положили Его». Но вот, оглянувшись, она увидела стоящего Господа, но не узнала Его, ибо велика была ее скорбь. Даже необычное видение ангелов не удивляло её. Она подумала, что перед ней стоит садовник, и потому спросила: «Господин! Если ты вынес Его, скажи мне, где положил Его, и я возьму Его» Тогда Спаситель знакомым голосом сказал ей: «Мария!» Узнав своего любимого Учителя, она в восторге воскликнула: «Раввуни!» и бросилась к Его ногам, но Господь сказал ей: «Не прикасайся ко Мне, ибо Я еще не восшел к Отцу Моему». Блаженный Августин поясняет эти слова Господа: «Ты, видя Меня, почитаешь только Человеком, а еще не знаешь равенства Моего со Отцом: не прикасайся ко Мне, как к простому человеку, не принимай Меня такой верой, но уразумей во Мне слово, равное Отцу. Взойду ко Отцу, и тогда прикасайся. Для тебя Я взойду тогда, когда ты уразумеешь Меня, как равного Отцу». Мария Магдалина была еще у гроба, а прочие жены-мироносицы находились на пути в Иерусалим. И вот внезапно перед ними явился Господь и сказал: «Радуйтесь!» В благоговейном трепете они бросились к Нему, обнимая ноги Его. Успокоив смущение жен, Господь и их посылает возвестить о виденном и слышанном ученикам. Жены-мироносицы и Мария Магдалина пришла к апостолам и сообщили им радостную весть, что Иисус воскрес, но апостолы им не поверили. При виде блистающего ангела и от сильного землетрясения в страхе бежали стоявшие у гроба воины. Обо всем виденном они рассказали первосвященникам. Тогда убедившись, что гроб пуст, первосвященники подкупили воинов и учили распространять в народе ложный слух, будто в то время, когда они спали, пришли ученики Иисуса и украли тело Его. А чтобы воины не боялись ответственности перед правителем за сон во время стражи, они обещали подкупить и правителя Вечер первого воскресного дня (Лк. 24, 12-49; Мк. 16, 12-18; Ин. 20, 19-25) В тот же день вечером два ученика (один из которых был Клеопа), не входящие в число двенадцати, шли из Иерусалима в селение Эммаус. Евангелист Лука не называет спутника Клеопы по имени. Согласно преданию, это был сам евангелист Лука. Лука и Клеопа шли, разговаривая о событиях последних дней, и не заметили, как к ним приблизился Господь. Он явился им не в том облике, в каком они обычно Его видели, и поэтому они не узнали Его. Господь спросил, о чем они столь горячо беседуют. «Неужели Ты не знаешь о происшедшем в эти дни» — сказал удивленный Клеопа. Когда же Господь спросил: «О чем», Клеопа стал рассказывать то, о чем знали многие в Иерусалиме и далеко за его пределами: был Иисус Назарянин, Пророк сильный не только в слове, но и в делах, и что первосвященники осудили Его на смерть и распяли. Ученики Иисуса Христа были весьма опечалены смертью своего Учителя, и, не скрывая своего недоумения, говорили: «А мы надеялись, что Он действительно есть Тот, Который должен избавить народ Израиля!.. Некоторые женщины из наших изумили нас: они были рано у гроба Его и не нашли тела Его, и придя, сказывали, что они видели и явление ангелов, которые говорят, что Он жив. И пошли некоторые из наших ко гробу и нашли так, как и женщины говорили, но Его не видели». Тогда Господь, ссылаясь на Моисея и других пророков, стал разъяснять неверным ученикам, что Христу подобало пострадать и через страдания войти в Свою славу. Поэтому все, что произошло, непосредственно подтверждает пророчества. Между тем они приблизились к селению Эммаус. Ученики должны были здесь остановиться. Господь же сделал вид, что хочет идти дальше. Но, по просьбе учеников, Он вошел с ними в дом и, когда они возлежали за столом, Он взял хлеб, благословил его, преломил и подал им так, как подавал обычно. Только теперь ученики узнали в своем Спутнике воскресшего Господа, Он же стал невидим. Радость Луки и Клеопы была настолько велика, что они в тот же вечер возвратились в Иерусалим и рассказали о происшедшем апостолам и бывшим с ними, а от них узнали о том, что Господь воистину воскрес и явился также Марии Магдалине. Но рассказу Луки и Клеопы, как свидетельствует евангелист Марк (16, 12-13), прочие ученики не поверили. К вечеру этого полного неожиданных и радостных свидетельств о воскресении Иисуса Христа дня апостолы, за исключением Фомы, собрались в доме, куда неожиданно явился Господь, и, став посреди комнаты, произнес Свое обычное приветствие: «Мир вам!» В это время из опасения иудеев двери дома были затворены. Апостолы смутились явлением Господа и думали, что явившийся есть дух их Учителя, так как знали, что двери были хорошо закрыты, а человек, носящий плоть, не может пройти сквозь закрытые двери. Видя смущение учеников, Господь говорит: «Что смущаетесь, и для чего такие мысли входят в сердца ваши Посмотрите на руки Мои и на ноги Мои; это Я Сам; осяжите Меня и рассмотрите; ибо дух плоти и костей не имеет, как видите у Меня». Сказав это, Господь представил им для осязания руки и ноги. Но и после этого апостолы не могли осознать того, что произошло, а только радовались. Тогда Господь, желая окончательно развеять их сомнения, в доказательство Своего воскресения попросил у них какой-либо пищи. Они подали Ему печеной рыбы и сотового мёда. Господь взял это и ел перед ними. Затем Он начал объяснять им то, о чем прежде неоднократно говорил и чего они прежде не понимали. При этом Он отверз им ум разуметь Писание, которое содержит многие свидетельства того, что Христос должен был пострадать и в третий день воскреснуть. Только после того, как ученики вполне уверовали в действительность Его воскресения, Господь посылает их проповедовать Евангелие всей твари, обещая послать им Святого Духа и, даруя им власть вязать и решать грехи. Оставляя учеников, Господь вновь преподает им мир и становится невидимым. Второе явление воскресшего Христа апостолам и Фоме (Ин. 20, 24-29) Во время первого явления Господа ученикам среди них не было апостола Фомы, сильнее других апостолов переживавшего крестную смерть Учителя. Упадок его духа был столь велик, что он, видимо, решил, что уже незачем быть вместе,  все кончено, все распалось, и теперь каждый из учеников должен по-прежнему вести самостоятельную жизнь. И вот, встретив других учеников, он вдруг узнает от них: «Мы видели Господа». Порывистый и резкий, он решительно отказывается верить их словам, считая воскресение своего Учителя невозможным. В это он может уверовать только в том случае, если, как он заявил, увидел бы и своими руками осязал бы язвы от гвоздей на руках и ногах Господа и прободенное копнем ребро Его. Спустя восемь дней после первого явления воскресший Господь вновь предстал ученикам, «когда двери были заперты». На этот раз Фома был вместе с ними. Став, как и в первый раз, совершенно неожиданно среди Своих учеников и преподав им мир, Господь обратился к Фоме и, напоминая ему о его сомнении, сказал: «Подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; и не будь неверующим, но верующим». В Евангелии не сказано, осязал ли действительно Фома язвы Господа, можно думать, что осязал. Так или иначе, после этого вера возгорелась в нём ярким пламенем и он воскликнул: «Господь мой и Бог мой!» Этими словами Фома исповедал не только веру в Воскресение Христово, но и веру в Его Божество. Однако эта вера основывалась на чувственном свидетельстве, а потому Господь в назидание Фоме и другим апостолам, а также всем Его последователям открыл высший путь к вере, говоря: «Блаженны не видевшие и уверовавшие». Предпочтение Господь отдает не той вере, которая основывается на чуде, а той, которая зиждется на слове, ибо последняя содержит в себе больше смирения, благоразумия и покорности. Явление воскресшего Господа ученикам на море Тивериадском (Ин. 21, 1-15) По окончании праздника апостолы вместе со всеми возвратились в Галилею, где по-прежнему стали заниматься рыбной ловлей. Однажды у Тивериадского моря собрались Петр, Фома, Нафанаил, братья Иаков и Иоанн и два других ученика; всю ночь они трудились, но ничего не поймали. Уже утром, приближаясь к берегу, они увидели Человека, Который попросил у них какой-либо пиши, а поскольку ищи не оказалось, Человек Тот повелел им забросить сети по правую от лодки сторону. Они послушались и закинули сети. Когда же стали тянуть, то не могли вытащить её от множества рыбы. Посмотрев на Человека, стоявшего на берегу, Иоанн сказал Петру: «Это Господь!» Петр от радости схватил первую попавшую одежду, так как он был наг, и, препоясавшись ею, бросился в воду. Когда берега достигли остальные апостолы, то увидели разведенный огонь, на котором пеклась рыба, а рядом хлеб. Затем Человек разломил хлеб и стал раздавать его подходящим апостолам, а с ним вместе и рыбу. Никто не спрашивал Его: «Кто Ты» Все понимали, что это Господь. Во время обеда Господь обращается к Петру, но не называет его Петром, а Симоном Иониным, так как Петр во дворе Каиафы трижды отрекся от Господа. Господь трижды обращается к нему с вопросом: «Любишь ли Меня» напоминая ему троекратное отречение; в первый раз Он спрашивает его: «Любишь ли Меня больше, нежели они» напоминая тем Петру, как он с клятвой уверял, что если и все оставят Господа, то он никогда не оставит Его. Теперь Петр смиренно отвечал: «Господи, Ты знаешь, что я люблю Тебя». В ответ Господь повелевает Петру пасти агнцев и овец, то есть младенцев в вере и уже утвердившихся, а отнюдь не верующих и пастырей, как учат католики. Затем Господь предсказывает будущие страдания Петра, о которых говорил еще на Тайной вечери, когда тот спросил: «Куда Ты идёшь» Господь ответил: «Куда Я иду, ты не можешь теперь за Мною идти, а после пойдешь за Мною». Вот об этом «после» и говорит теперь Господь Петру: «Когда ты был молод, то препоясывался сам и ходил, куда хотел; а когда состаришься, то прострешь руки твои, и другой препояшет тебя и поведет, куда не хочешь». Господь предсказал Петру путь крестных страданий. Затем Спаситель встал, и, идя вдоль берега, сказал Петру: «Иди за Мною», то есть следуй за Мною не только в учении, но и в жизни и в смерти. Оглянувшись, Петр увидел идущего за ним Иоанна и спросил Господа: «А с ним что будет» «Если Я хочу, чтобы он пребыл, пока приду, что тебе до того Ты иди за Мною», — ответил Господь. Эти слова надо понимать так: «Если бы Я захотел, чтобы он вовсе не умер, а оставался живым до второго пришествия, то и в таком случае, что тебе до этого Ты иди за Мною». Но апостолы поняли эти слова буквально и поверили, что Иоанн не умрет. Это верование продолжалось до самой смерти Иоанна. Явление воскресшего Господа ученикам в Галилее (Мф. 28, 16-20; Мк. 16, 15-18; Лк. 24, 46-49) «Одиннадцать же учеников пошли в Галилею, на гору, куда повелел им Иисус, и, увидев Его, поклонились Ему, а иные усомнились». Поскольку ангелы сказали женам мироносицам, что Господь предваряет их в Галилее, то надо полагать, что не одни апостолы устремились в Галилею, чтобы видеть там Господа. Толкователи считают, что это было именно то явление Господа, о котором говорит апостол Павел (1 Кор. 15, 6), когда Господь явился «более нежели пятистам братии в одно время». Что это за гора, на которой явился Господь, неизвестно, но очень вероятно, что это была гора Преображения — Фавор, на которой ученики сподобились видеть прообраз того славного состояния Господа, в котором Он явился им теперь. И приблизившись, Иисус, чтобы рассеять всякие сомнения в том, что это действительно Он, «сказал им: дана Мне всякая власть на небе и на земле». Как Единородный Сын Божий, Он от начала мира имел всякую власть на небе и на земле; теперь же, как Победитель ада и смерти, Он приобрел эту власть над всем и по человечеству, как Искупитель мира. От Него теперь зависело завершить все дело спасения людей ниспосланием Духа Святого, учреждением Церкви Своей и посланием апостолов на проповедь Евангелия всему миру. «Идите, научите все народы», — говорит Господь, посылая апостолов не как прежде, к иудеям только, но ко всем народам земли, чтобы Своими страданиями искупить весь мир и все народы призвать в Царство Христово, «крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа». Таким образом человечеству был открыт путь к новой, благодатной и вечной жизни посредством таинства Крещения, которое служит образом смерти греха и рождения для жизни в Боге. Крещение должно сопровождаться просвещением крещаемых теми заповедями, которые дал Спаситель, «уча их соблюдать все, что Я повелел вам». «Именем Моим, — добавляет евангелист Марк о тех чудесных знамениях, которые будут совершаться в жизни верующих, — будут изгонять бесов; будут говорить новыми языками; будут брать змей; и если что смертоносное выпьют, не повредит им; возложат руки на больных, и они будут здоровы». От человеческого греха весь мир пришел в расстройство и в нем начало господствовать зло; уверовавшие во Христа Искупителя получат власть и силу побеждать это зло и восстанавливать утраченную миром гармонию. Эти чудеса, как свидетельствует вся дальнейшая история Церкви, действительно творили апостолы и все истинные христиане. «И се, Я с вами во все дни до скончания века», — говорит апостолам Господь, обещая таинственно и незримо сопребывать с ними до скончания века, как Глава основанной Им Церкви.
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15

  • 1) Первый суд у Пилата
  • Погибель Иуды