Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Творчество андрея платонова в оценках советской критики 1920 1940-х годов




Скачать 326.21 Kb.
Дата21.06.2017
Размер326.21 Kb.
ТипДиссертация
На правах рукописи Поддубцев Руслан Александрович ТВОРЧЕСТВО АНДРЕЯ ПЛАТОНОВА В ОЦЕНКАХ СОВЕТСКОЙ КРИТИКИ 1920 – 1940-Х ГОДОВ Специальность 10.01.10 – журналистика Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Москва-2013 Диссертация выполнена на кафедре литературно-художественной критики и публицистики факультета журналистики Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова. Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор, заведующая кафедрой истории русской литературы и журналистики факультета журналистики МГУ имени М. В. Ломоносова Орлова Екатерина Иосифовна Официальные оппоненты: доктор филологических наук, профессор кафедры русской новейшей литературы и читательских практик Института гуманитарных наук МГПУ Малыгина Нина Михайловна кандидат филологических наук, шеф-редактор программы «Новости культуры» телеканала «Культура» Будицкая Татьяна Георгиевна Ведущая организация – Российский государственный гуманитарный университет Защита состоится «____» __________ 2013 года в ____ часов на заседании диссертационного совета Д 501.001.07 по журналистике в Московском государственном университете имени М. В. Ломоносова по адресу: 125009, Москва, ул. Моховая, 9, ауд. 103. С диссертацией можно ознакомиться в Фундаментальной библиотеке МГУ по адресу: 119192, Москва, Ломоносовский проспект, 27. Автореферат разослан «____» __________ 2013 года Ученый секретарь диссертационного совета, кандидат филологических наук, доцент В. В. Славкин Общая характеристика работы Тема исследования В диссертации рассматриваются критические материалы, посвященные творчеству Андрея Платонова. Писатель на протяжении жизни неизменно сталкивался с трудностями при публикации своих сочинений. Эти трудности были обусловлены как его уникальной художественной манерой, так и влиянием государственной идеологии на деятельность периодических изданий в 1920 – 1940-е годы. Дойдя наконец до печати, платоновские тексты чаще всего вызывали отнюдь не апологетические отклики. Судьба писателя, не терявшего связи с рабочей средой, горячо приветствовавшего большевистскую революцию и в то же время занимавшего маргинальное место в литературном процессе, очень показательна. Актуальность исследования В филологическом сообществе давно сформировалось прочное представление о суммарной оценке, данной партийной критикой платоновским произведениям. Принято делать акцент на притеснении писателя и умалении глубины совершенного им эстетического переворота. Это представление нуждается если не в пересмотре, то в уточнении. Хотя на страницах газет и журналов действительно организовывались направленные против Платонова информационные кампании, нельзя не учитывать и вдумчивых критических материалов, место для которых находилось в центральной прессе даже в самые неблагоприятные годы. К тому же во многих неодобрительных статьях содержатся ценные замечания, касающиеся платоновской поэтики. Необходимо интерпретировать и систематизировать предвзятые отклики, продиктованные не только политическими (конъюнктурными), но и общекультурными (вневременными) нормами. Степень научной разработанности проблемы Специфика и основные направления советской литературной критики первой половины XX века на сегодняшний день изучены достаточно хорошо. Тема диссертации ранее волновала ученых, но не рассматривалась во всей полноте. Некоторым ее аспектам уделено внимание в статьях и монографиях. Еще в 1970 году в воронежском сборнике «Творчество Андрея Платонова» появилась работа Л. Ивановой «Творчество А. Платонова в оценке советской критики 20 – 30-х годов». Недостатки этой статьи отчасти объясняются идеологическими преградами, стоявшими тогда на пути филологической науки. Исследовательница, по ее собственному признанию, смотрит на обозначенную проблему глазами «людей 60-х годов». Вполне естественно, что за прошедшее время такой взгляд устарел. Во второй половине XX века вышли четыре русскоязычные монографии о жизни и творчестве Платонова (две в Москве, одна в Киеве, одна в Париже). Их авторы – В. Васильев, В. Чалмаев, О. Кузьменко и М. Геллер. К этим трудам нужно прибавить книгу Л. Шубина «Поиски смысла отдельного и общего существования. Об Андрее Платонове. Работы разных лет». Анализируя подробности платоновской биографии, перечисленные ученые не могли проигнорировать критические выступления, отсрочившие публикацию таких вещей, как «Чевенгур» и «Котлован». Однако последствия споров о писателе, очевидно, были для них важнее, чем сами споры. Вот почему исследования большинства биографов Платонова использованы в данной работе лишь в качестве отправной точки. Отдельно стоит сказать о книге «Андрей Платонов», написанной уже в постсоветское время А. Варламовым. Она издана в 2011 году в серии «Жизнь замечательных людей». Несмотря на наличие некоторых неточностей библиографического характера, это жизнеописание изобилует продуктивными догадками, развитие которых – преемственное или полемическое – должно принести богатые плоды. Особый интерес вызывают суждения А. Варламова о творческом поведении Платонова. Внушительный вклад в дело обработки и введения в научный оборот платоновского наследия внесла Н. Корниенко. В труде «История текста и биография А. П. Платонова (1926 – 1946)», опубликованном в начале 1990-х годов в журнале «Здесь и теперь», она показала, как деформировались при подготовке к печати или отклонялись ключевые прозаические сочинения писателя, а также убедительно истолковала отклики на них. Институт мировой литературы им. А. М. Горького с 1994 года выпускает сборник «“Страна философов” Андрея Платонова: проблемы творчества». В свою очередь Институт русской литературы (Пушкинский Дом) с 1995 года выпускает сборник «Творчество Андрея Платонова: исследования и материалы». На страницах этих продолжающихся изданий регулярно появляются информативные статьи Н. Корниенко. Исследовательница является главным редактором академического собрания сочинений Платонова. Еще одной опорой диссертации стала изданная в 2005 году монография Н. Малыгиной «Андрей Платонов: поэтика “возвращения”». Значительная ее часть посвящена литературному процессу 1920 – 1930-х годов. Н. Малыгина сравнивает платоновскую эстетику с эстетикой Пролеткульта, РАППа, ЛЕФа, объединения «Перевал», а также реконструирует пятилетнюю историю сотрудничества писателя с журналами «Литературный критик» и «Литературное обозрение». Совсем недавно издательство «Время» выпустило единственное на сегодняшний день полное собрание сочинений Платонова. Его первые три тома отредактированы и прокомментированы Н. Малыгиной, а остальные пять – Н. Корниенко. В сопроводительных текстах, созданных исследовательницами, можно найти много полезных сведений, имеющих отношение к теме настоящей работы. Воронежский период биографии писателя всесторонне рассмотрен в трудах О. Ласунского и Т. Лангерака. Книгу Т. Лангерака «Андрей Платонов. Материалы для биографии. 1899 – 1929 гг.», опубликованную в 1995 году, следует признать одной из лучших работ о Платонове. Многие мысли, высказанные голландским исследователем, актуальны до сих пор. Занимаясь изучением отзывов на платоновские тексты, нельзя пройти мимо статей Е. Антоновой, А. Галушкина, Л. Аннинского, Е. Яблокова. Среди исследований, написанных на английском языке, выделяется труд 1992 года «Andrei Platonov: uncertainties of spirit». Его автор Т. Сейфрид предпринял обзор творчества писателя, выявив важные закономерности. Научная новизна исследования В диссертации впервые детально проанализирован весь корпус журналистских текстов, в которых запечатлелись оценки, данные сочинениям Платонова. Осмыслены антиплатоновские информационные кампании 1931 и 1947 годов, а также дискуссия о рассказах писателя, возникшая в конце 1930-х годов между журналом «Красная новь», «Литературной газетой» и – с другой стороны – журналом «Литературный критик». Реплики рецензентов рассмотрены в культурном контексте. Объект исследования Объект исследования представляет собой посвященные творчеству Платонова критические материалы, появлявшиеся на страницах советских периодических изданий при жизни писателя. Отзывы на многочисленные платоновские рецензии и публицистические выступления сознательно не подвергаются разбору. Предмет исследования Предметом исследования является процесс постижения произведений Платонова литературными критиками. Цель исследования Цель данной работы – подробный анализ газетных и журнальных публикаций 1920 – 1940-х годов, в которых упоминается имя Платонова и комментируются его художественные тексты. Задачи исследования 1. Установить, из каких эстетических постулатов исходили советские критики при формировании своих суждений. 2. Выявить познавательное значение каждой рецензии. 3. Сопоставить несинхронные оценочные реплики. 4. Проследить изменение образа писателя, слагавшегося под пером журналистов. 5. Определить причины, по которым отдельные платоновские сочинения вызвали множество подчеркнуто отрицательных откликов. Эмпирическая база исследования Основную часть эмпирической базы исследования составляют критические статьи современников Платонова. Они печатались главным образом в центральных газетах и журналах. В то же время особое внимание в диссертации уделено личной и деловой корреспонденции, записным книжкам, стенограммам докладов и совещаний, донесениям осведомителей ОГПУ – НКВД – НКГБ, ремаркам читателей. Кроме того, проштудированы предисловия, послесловия и комментарии к различным изданиям платоновских художественных текстов. Обширностью эмпирического материала обеспечивается научная достоверность данной работы. Методология исследования Тема исследования подразумевает обращение к истории советской журналистики, а также анализ не только рецензий на произведения Платонова, но и самих произведений. В связи с этим при обработке эмпирического материала наряду с общенаучными методами применялись сравнительно-исторический, структурно-типологический и герменевтический методы. Теоретической базой диссертации послужили труды по истории русской литературы и литературной критики (Н. Корниенко, Н. Малыгиной, Г. Белой, М. Чудаковой, В. Перхина, М. Голубкова), культурологические исследования (С. Иванова, Е. Добренко), работы в области теории литературы (М. Бахтина, В. Шкловского, Ю. Лотмана). Хронологические рамки исследования В диссертации рассматривается период с 1921 года (появление первых критических статей) по 1951 год (смерть Платонова). Таким образом, хронологические рамки исследования охватывают ровно три десятилетия. Деление на главы осуществлено с учетом тенденций литературной жизни Советского Союза и поворотных моментов в судьбе писателя. В 1929 году, после публикации очерка «Че-Че-О» и рассказа «Усомнившийся Макар», Платонов был причислен к «попутчикам» и обвинен в антигосударственных настроениях. Его дальнейшее присутствие в литературе сопровождалось борьбой с критиками и чиновниками. Еще один важный рубеж – 1940 год. К тому времени споры о Платонове утратили свою остроту. Разрядка напряженности имела как минимум две причины: закрытие проплатоновского журнала «Литературный критик» и увлечение писателя менее идеологизированной детской тематикой. Положения, выносимые на защиту 1. При оценке произведений Платонова в 1920-е годы литературные критики пользовались методологией, разработанной Г. Плехановым и А. Богдановым, а в 1930 – 1940-е годы ориентировались на соцреалистическую эстетическую систему с ее своеобразно понятыми романтикой, героикой, народностью и установкой на буквальное правдоподобие. 2. Сторонниками писателя было сделано меньше полезных наблюдений, касающихся проблем поэтики, чем его оппонентами: первые шли на компромисс, пытаясь следовать правилам ведения окололитературных дискуссий, вторые, устанавливая эти правила, позволяли себе гораздо тщательнее анализировать художественные произведения. 3. В 1920 – 1940-е годы антиплатоновские информационные кампании осуществлялись дважды (в 1931 году – после выхода в свет повести «Впрок» и в 1947 году – после публикации рассказа «Возвращение»): в обоих случаях писателя обвиняли в искажении советской действительности и языка, на который эта действительность опиралась. 4. Изменения публичного образа Платонова, создававшегося журналистами, обуславливались скорее сиюминутными политическими требованиями, нежели эстетическими особенностями конкретных текстов: в разное время писателя причисляли к «попутчикам», «анархистам», «индивидуалистам», «подкулачникам», «космополитам». 5. Если в начале 1930-х годов Платонова подвергли жесткой критике по прямому указанию И. Сталина, то во второй половине 1940-х годов направленная против писателя кампания была организована без санкции партийного руководства (редактор «Литературной газеты» В. Ермилов провел ее при поддержке председателя ССП А. Фадеева). 6. Конфликт Платонова с советским государством имел причины как идеологического, так и эстетического характера: с одной стороны, чиновников и критиков возмущало желание писателя участвовать в политической жизни, с другой – платоновская модернистская поэтика не соответствовала требованиям социалистического реализма. Научная и практическая значимость исследования В диссертации рассмотрен и систематизирован большой массив газетных и журнальных материалов. Тем самым вписана недостающая страница в историю отечественной журналистики. Общие наблюдения, которые заключает в себе данная работа, пригодятся как при интерпретации текстов Платонова, так и при изучении творчества других авторов. Они могут лечь в основу спецкурсов и спецсеминаров по истории литературы и литературной критики. Апробация результатов исследования Промежуточные результаты исследования отражены в докладах, прочитанных в 2010 – 2013 годах на научных конференциях студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов», а также зафиксированы в статьях, напечатанных журналами «Вопросы литературы», «Вестник Московского университета», «Меди@льманах». Содержательная структура диссертации Работа состоит из введения, трех глав, заключения и списка литературы. Во введении определены объект, предмет, цель и задачи исследования, установлены хронологические рамки, обоснована актуальность выбранной темы, предпринят обзор соответствующей научной литературы, сформулированы положения, выносимые на защиту. В первой главе – «Платонов в литературном процессе 1920-х годов: роль критики в формировании репутации писателя» – проанализированы рецензии на ранние платоновские стихотворения и рассказы. Платонов начинал как поэт, вдохновленный идеями Пролеткульта. Его первые произведения, созданные в конце 1910-х годов, вызывали негативные отклики. Газеты и журналы отвергали платоновские стихи. Отчасти это было справедливо, поскольку писатель к тому времени еще не выработал собственной манеры. Благодаря помощи главного редактора газет «Красная деревня» и «Воронежская коммуна» Г. Литвина-Молотова он занял одно из центральных мест в журналистском сообществе Воронежа. Постепенно Платонов переходил от поэзии к прозе. Подчеркнутый натурализм платоновского рассказа «Чульдик и Епишка» возмутил сотрудников газеты «Трудовая армия». Платонов не оставил без внимания негативный отклик. Его «Ответ редакции “Трудовой армии”…» имеет принципиальное значение. Во-первых, важен сам факт появления этого текста в печати. В начале 1920-х годов формировалась стратегия творческого поведения писателя: он был склонен спорить со своими обвинителями. Во-вторых, о многом говорит интонация, которую выбрал ответчик. Самоуничижение у Платонова переплетается с дерзостью. «Ответ редакции “Трудовой армии”…» напоминает речь юродивого. В дальнейшем писатель продолжал следовать древней культурной традиции. В 1921 году Платонов заявил о себе в Москве. Журнал «Кузница» опубликовал его рассказ «Маркун». Этот текст вызвал противоречивую реакцию критиков. Положительный отклик появился в журнале «Политработник», отрицательный – в журнале «Творчество»1. В 1922 году В. Келлер написал статью о стихотворных опытах Платонова для воронежского альманаха «Зори»2. Его внимание привлекла органичность и народность платоновской поэзии. Между тем в краснодарском издательстве «Буревестник» вышел первый авторский сборник Платонова – книга стихов «Голубая глубина». Предисловие к ней написал Г. Литвин-Молотов3. Он, в отличие от В. Келлера, ставил во главу угла принадлежность Платонова к рабочему классу. Г. Литвин-Молотов объяснял тематическую разнородность книги, опираясь на традиции марксистской критики. В 1923 году книгу «Голубая глубина» заметил В. Брюсов4. Платонов наконец получил профессиональный отзыв. В рецензии, опубликованной в журнале «Печать и революция», В. Брюсов справедливо указал на подражательный характер многих стихотворений и выразил надежду на то, что самобытный дар писателя принесет вскоре зрелые плоды. В 1924 году Платонов принял участие в конкурсе, организованном журналом «Красная нива». За рассказ «Бучило» он получил премию. В 1925 году писатель не напечатал ни одного произведения. Работая губернским мелиоратором, он почти не посещал литературных вечеров. Именно в этот момент произошла встреча Платонова с В. Шкловским. В книге «Третья фабрика», изданной в 1926 году, столичный прозаик поделился своими воспоминаниями о знаменательной встрече5. В. Шкловский не открыл новых граней внутреннего мира Платонова. В феврале 1926 года писатель был избран в состав ЦК профсоюза сельскохозяйственных рабочих, а в июне переехал в Москву. Уже через месяц его уволили. Платонов устроился на работу в Наркомат земледелия, однако не задержался и там. Осенью 1926 года воронежца направили в Тамбовскую губернию. Платонов получил должность заведующего подотделом мелиорации. Перед отъездом писатель договорился о публикации сборника прозы с издательством «Молодая гвардия», которое возглавлял Г. Литвин-Молотов, тоже перебравшийся в Москву. В Тамбове Платонов прожил с начала декабря 1926 года по конец марта 1927 года. За короткое время писатель создал три новые повести: «Эфирный тракт», «Епифанские шлюзы» и «Город Градов». Первая была отвергнута редактором, а две других вместе с рассказами вошли в книгу, которая увидела свет в июле 1927 года. Название ей дала повесть «Епифанские шлюзы». Известны три рецензии на этот сборник1. К ним нужно прибавить один абзац в «Красной газете» – фрагмент обозрения2. Рецензенты в целом дали положительную оценку произведениям Платонова, выделив тексты, созданные недавно. Всесоюзный дебют состоялся: начало было скорее многообещающим, чем триумфальным. С одной стороны, талант писателя еще не раскрылся в полной мере, с другой – не хватало глубоких критических откликов. И все же сборник «Епифанские шлюзы» не затерялся в общей массе литературных новинок. Его прочел, в частности, М. Горький. В письмах он рекомендовал этот сборник своим знакомым. Тем самым М. Горький присвоил «Епифанским шлюзам» статус благонадежной книги. Творчество Платонова привлекло внимание и А. Воронского. Однако главный редактор журнала «Красная новь» не мог помочь автору «Епифанских шлюзов» с изданием новых текстов. Он уже утратил то влияние, которым обладал в начале 1920-х годов. В конце 1927 года в журнале «Молодая гвардия» появляется повесть «Ямская слобода». Сдержанную оценку дали этому произведению Д. Нивич из «Красной газеты» и Ф. Жиц из «Вечерней Москвы»3. Обстоятельного разговора не получилось. Изменений в платоновской поэтике не обнаружил никто, кроме Г. Литвина-Молотова, редактировавшего еще «Голубую глубину» и ранние рассказы писателя. В начале 1928 года издательство «Молодая гвардия» выпустило книгу «Сокровенный человек». Критика приняла ее лучше, чем «Епифанские шлюзы»1. Сотрудник «Вечерней Москвы» Ф. Жиц разглядел в Платонове крупного автора. М. Сокольников в журнале «Молодая гвардия» проанализировал заглавное произведение сборника, вооружившись социологической методологией. Неоднозначную рецензию написал критик из «Нового мира» Н. Замошкин. Каждое одобрительное суждение он сопроводил многочисленными оговорками. Судя по покровительственному тону, критик все-таки хотел поддержать Платонова. Тем временем писатель закончил работу над романом «Чевенгур». Весной и летом 1928 года в двух периодических изданиях появились отрывки из этого произведения. Если дебютным платоновским сборникам критики уделили мало внимания, фрагменты «Чевенгура» фактически проигнорировали. Им не было посвящено ни одного полновесного материала. М. Казанский в вечернем выпуске «Красной газеты» и А. Лежнев в «Правде» упомянули о повести «Происхождении мастера», а Д. Тальников в «Красной нови» – о рассказе «Приключение»2. Всеобщее молчание парадоксальным образом помогло Платонову. В высших партийных кругах не заметили, как писатель занял свое место в литературе. Большинство статей 1920-х годов, в которых речь шла о платоновских произведениях, было написано с оглядкой на Г. Плеханова. Рецензенты, как правило, ограничивались поисками социологического эквивалента того или иного образа. Но иногда им все же удавалось сделать ценные замечания, касающиеся поэтики. Во второй главе – «Приемы газетно-журнальной критики 1930-х годов и культурные стратегии Платонова» – рассмотрены рецензии на скандальные платоновские произведения («Че-Че-О», «Усомнившийся Макар», «Впрок»), а также полемика вокруг имени писателя, не утихавшая на протяжении второй половины 1930-х годов. 1929 год стал переломным не только для Платонова, но и для всей страны. Партийные чиновники начали предъявлять к сочинителям более строгие идеологические требования. В соавторстве с Б. Пильняком Платонов написал пьесу «Дураки на периферии» и очерк «Че-Че-О». Обе вещи были осуждены критикой. Журнал «На литературном посту» назвал очерк «Че-Че-О» памфлетом на социалистическое строительство1. Творчеству воронежского писателя ранее никто не давал таких оценок. Если отзывы 1918 – 1928 годов, посвященные его сочинениям, можно отнести к плехановско-богдановской критической традиции, то напостовские отзывы 1929 года представляют собой сугубо советское явление. После публикации в Берлине повести «Красное дерево» создавший ее Б. Пильняк попал под всесторонний идеологический обстрел, а Платонова причислили к последователям «буржуазного» прозаика. Не стоит, однако, переоценивать взаимосвязь двух писательских судеб. 28 сентября в газете «Вечерняя Москва» появилась запоздалая рецензия В. Стрельниковой на сборник «Епифанские шлюзы»2. Она носит название «“Разоблачители” социализма: о подпильнячниках». Платонов ответил журналистке «Вечерней Москвы». 14 октября «Литературная газета» напечатала его статью «Против халтурных судей»3. Писатель действовал в соответствии с однажды найденной моделью поведения. В статье «Против халтурных судей», как и в юродском «Ответе редакции “Трудовой армии”…», самокритика сочетается с резкими обвинениями, раскаяние – с гордостью. Писатель грамотно выстроил защиту. Его тезисы подкреплены цитатами из Ф. Энгельса и В. Ленина, в тексте есть ссылки на постановления партии. Однако за пределами газетной полосы Платонов нарушил правила. Бюрократическая схема (критика – самокритика – исправление) не сработала. В журнале «Октябрь» примерно в то же время появились платоновские рассказы «Государственный житель» и «Усомнившийся Макар». Второй текст возмутил И. Сталина. Критики постарались максимально точно донести до читателей оценку рассказа «Усомнившийся Макар», данную генсеком. Главную роль в создании отрицательного публичного образа Платонова сыграл Л. Авербах, один из руководителей РАППа. Его статья «О целостных масштабах и частных Макарах» была напечатана в журналах «Октябрь», «На литературном посту» и газете «Правда»1. Критик позволил себе говорить от имени рабочего класса. Его послание – не рекомендация, а ультиматум. Л. Авербах явно пытался настроить издателей и журналистов против Платонова. Он достиг поставленной цели. Скандал, вызванный рассказом «Усомнившийся Макар», поставил точку в истории публикации «Чевенгура». Роман надолго лег в ящик стола. В феврале 1930 года в журнале «Октябрь» был напечатан платоновский очерк «Первый Иван». Это не значит, что автору «Усомнившегося Макара» быстро простили его сомнения. Критика с новой силой взялась за перевоспитание Платонова. Журнал «Звезда» поместил на своих страницах статью М. Майзеля «Ошибки мастера» и обзорный материал Р. Мессер «Попутчики второго призыва»2. Оба текста представляют собой отзывы на сборник «Происхождение мастера», изданный в 1929 году. Они содержат ценные замечания, касающиеся особенностей платоновской прозы. Еще один отзыв на ту же книгу появился в 1930 году в ленинградском двухнедельнике «Резец»3. Видно, что его автор Л. Левин был знаком со статьей «О целостных масштабах и частных Макарах». Он смотрит на произведения Платонова глазами Л. Авербаха. У журналиста «Резца» в ходу тот же набор шаблонов: нейтральность, мелкобуржуазность, анархизм. Не успел утихнуть шум вокруг «Усомнившегося Макара» и «Происхождения мастера», как журнал «Красная новь» опубликовал повесть Платонова «Впрок». Это событие, произошедшее в марте 1931 года, решило судьбу писателя. За отклонение от «генеральной линии» он заплатил собственной репутацией. Повесть «Впрок» произвела на И. Сталина более сильное отрицательное впечатление, чем рассказ «Усомнившийся Макар». Генсек направил в редакцию «Красной нови» полную сарказма записку. Партийные критики отреагировали мгновенно – была организована разгромная кампания. Сталинский «приговор» привели в исполнение И. Макарьев, А. Селивановский, Д. Ханин, В. Дятлов и А. Фадеев1. Их разгромные статьи сконструированы похожим образом: цитаты из повести «Впрок» обрамляются предвзятыми умозаключениями. Почти во всех статьях, посвященных «бедняцкой хронике», встречается одно слово из дореволюционного лексикона – «юродивый». Вероятно, оно было выбрано критиками не произвольно. Есть основания говорить об особой позиции писателя. В повести «Впрок» Платонов обыгрывал не столько реальные события, сколько сталинский новояз. Он как бы выворачивал наизнанку мифологемы эпохи. Поскольку язык служил опорой тоталитарной власти, предпринятую писателем деформацию «сакрального» дискурса критики приравняли к кощунству. Платонов написал два покаянных письма. Одно письмо он послал лично И. Сталину, а другое передал в редакции «Правды» и «Литературной газеты». Писатель отрекся от всех созданных им произведений и пообещал возместить ущерб, причиненный повестью «Впрок». Ответа от генсека Платонов не получил. Ведущие периодические издания не предоставили ему возможности объясниться. Во второй половине 1931 года он оказался в информационном вакууме. Голоса рапповцев быстро породили многократное эхо. В журнале «Земля советская» была напечатана статья Д. Амурского «Заметки по существу»2. Дурная слава «бедняцкой хроники» добралась и до родного города Платонова. На страницах журнала «Подъем» повесть «Впрок» раскритиковали М. Подобедов и Л. Плоткин. Оба воронежца не сообщили ничего нового, поскольку они ориентировались на столичную прессу. К концу 1931 года спорный текст уже перестал вызывать у критиков фанатичную злобу. В феврале 1932 года во Всероссийском союзе советских писателей прошел персональный вечер Платонова. Это собрание ускорило процесс примирения сторон. 23 апреля 1932 года политбюро ЦК ВКП(б) вынесло постановление «О перестройке литературно-художественных организаций». Верховенству РАППа пришел конец. Расстановка сил изменилась: центральное место занял М. Горький. Правда, на отношение критиков и редакторов к Платонову этот факт не повлиял. В течение следующих двух лет писателю не удалось напечатать ни одного произведения. В 1934 году положение Платонова заметно улучшилось. Ежемесячник «30 дней» поместил на своих страницах его рассказ «Любовь к дальнему» (фрагмент романа «Счастливая Москва»). Кроме того, писателю разрешили поехать в Туркменистан в составе творческой бригады. Итогом восточной командировки стал рассказ «Такыр», опубликованный в журнале «Красная новь» и альманахе «Айдинг-гюнлер». Платонов снова получил ограниченный доступ к влиятельным газетам и журналам. В январе 1935 года в газете «Правда» появился комментарий Н. Никитина к рассказу «Такыр»1. Судя по всему, писатель, выступивший в роли критика, стремился поддержать М. Горького, который враждебно относился к журналу «Красная новь», напечатавшему рассказ Платонова. Из второй поездки в Туркменистан Платонов привез повесть «Джан». Пока он отсутствовал, в Москве состоялся очередной пленум Союза писателей. Выступавший на нем А. Щербаков осудил «Такыр», а также платоновские рассказы «Скрипка», «Семья» и статью «О первой социалистической трагедии»2. Речь секретаря ССП явно не соответствовала политической ситуации. А. Щербаков выражал мнение М. Горького, между тем некоторые лидеры смотрели на вещи иначе. В 1935 году платоновские тексты не появлялись в периодике. Тем не менее выступление А. Щербакова не привело к катастрофическим последствиям. В тяжелый момент Платонова поддержал журнал «Литературный критик». Костяк редколлегии этого издания, основанного в 1933 году, составляли философы-марксисты Г. Лукач, М. Лифшиц, М. Розенталь, а также публицисты Е. Усиевич, И. Сац. «Литературный критик» соперничал с продолжателями рапповской линии в словесности. И. Сац, обозревая журнал «Красная новь» за 1934 год, одобрил рассказ «Такыр»3. Критик создал прецедент. Он показал, что произведениям Платонова можно публично давать высокую оценку. В начале 1936 года «Красная новь», рискуя навлечь на себя гнев партийных чиновников, напечатала сразу два рассказа писателя: «Нужная родина» («Глиняный дом в уездном саду») и «Третий сын». Вновь И. Сац дружественно отозвался о новинках1. Вскоре Платонов написал рассказы «Бессмертие» и «Среди животных и растений» для сборника «Люди железнодорожной державы», создававшегося по инициативе Л. Кагановича. Рассказ «Бессмертие», в котором изображена фигура наркома путей сообщения, признали чуть ли не образцовым. 10 марта 1936 года на общемосковском собрании писателей его похвалил секретарь ССП В. Ставский2. Несмотря на благоприятные отзывы, «Бессмертие» не сразу удалось опубликовать в солидном журнале. Рассказ «Среди животных и растений» тоже шел к читателю сложным путем. Журнал «Литературный критик» не ограничился словесной поддержкой Платонова. Он предоставил свои страницы для рецензий писателя и напечатал два его художественных произведения. Рассказы «Фро» и «Бессмертие», появившиеся в восьмом номере журнала за 1936 год, пришлось сопроводить пояснительной статьей3. Эта публикация стала катализатором длительной полемики о творчестве Платонова. Фамилия писателя все чаще мелькала в прессе. На передний план в дискуссиях 1937 года вышла проблема положительного героя. Многие рецензенты противопоставляли созданный Платоновым образ Левина картонным образам, принадлежащим перу других авторов. О рассказах «Бессмертие» и «Фро» доброжелательно отозвался И. Гринберг в журнале «Звезда»4. Журналы «Литературный критик» и «Литературное обозрение» тоже печатали статьи, в которых речь шла о произведениях Платонова5. Конечно, далеко не все отзывы на новые платоновские рассказы были хвалебными. Б. Илюшин напал на Платонова в «Комсомольской правде»6. «Литературный критик» ответил Б. Илюшину редакционной статьей под названием «Порочная критика»1. С «Литературным критиком» вступил в спор Б. Костелянец из журнала «Звезда»2. Напряжение росло. В 1937 году в «Литературном критике» довольно часто появлялись журналистские опыты Платонова. Кроме того, журнал «Знамя» напечатал рассказ «Старик и старуха». А несколько позже издательство «Советский писатель» выпустило сборник платоновской прозы «Река Потудань», состоящий из семи рассказов. А. Гурвич прочел вышеперечисленные тексты и разобрал их в статье под названием «Андрей Платонов»3. Достоинство предпринятого А. Гурвичем обзора заключается в основательности и взвешенности, а недостаток – в пристрастности. Все важные наблюдения критика перечеркиваются его ошибочной установкой – продемонстрировать однобокость таланта Платонова. Писатель ответил А. Гурвичу на страницах «Литературной газеты»4. Статья под названием «Возражение без самозащиты» продолжила серию его полемических материалов («Ответ редакции “Трудовой армии”…», «Против халтурных судей»). В 1938 году увидели свет три рассказа Платонова: «На заре туманной юности», «Возвращение на родину» (фрагмент повести «Джан») и «Июльская гроза». Осенью Платонова попросили выбрать одно произведение для англоязычной антологии советской прозы, которая готовилась к открытию нью-йоркской Всемирной выставки 1939 – 1940 годов. Он выбрал рассказ «Третий сын». Благодаря этой публикации о писателе узнали на Западе. В 1939 году в печати появились еще три текста: «Родина электричества», «По небу полуночи» и «Вся жизнь». Кажется, писатель уже и сам не был рад тому, что за него заступился «Литературный критик». Излишний шум усложнял процесс издания платоновских произведений. В 1940 году начался новый этап полемики. В «Красной нови» и «Литературной газете» журналу «Литературный критик» и его авторам были предъявлены обвинения в «групповщине». А. Фадеев, В. Ермилов и В. Кирпотин обратились в ЦК с докладными записками. В апреле Платонов отправляет письма в редакции враждующих изданий («Литературной газеты» и «Литературного критика»). Он просит не употреблять его имя в целях доказательства тех или иных тезисов. 2 декабря 1940 года было принято постановление «О литературной критике и библиографии». Журнал «Литературный критик» прекратил свое существование. «Литературное обозрение» закрыли с началом Великой Отечественной войны. В сущности, дружественная критика обедняла платоновские тексты. Культивировавшийся «Литературным критиком» миф о перестройке Платонова так и остался лишь мифом. Некорректно говорить о приспособлении писателя к требованиям социалистичекого реализма. Существенные изменения платоновской поэтики (сведение к минимуму сатиры и гротеска, укрепление сюжетных линий) были продиктованы скорее художественными задачами, чем политической модой. Третья глава – «Литературная критика 1940-х годов и творческая эволюция Платонова» – представляет собой анализ журналистских оценок, данных военным и детским рассказам Платонова (самостоятельным и включенным в сборники), а также его фольклорным опытам (обработкам башкирских и русских народных сказок). К началу 1940-х годов критики и редакторы смирились с платоновской неординарностью. Писателя печатали, однако он в любой момент мог получить отказ. В 1940 году увидели свет три его рассказа: «Алтеркэ», «Среди животных и растений», «Старый механик». В 1941 году пять рассказов дошли до читателя: «Железная старуха», «В прекрасном и яростном мире», «От хорошего средца», «Великий человек», «Дед-солдат». Платонов все чаще писал о детях и юношестве. Его рассказ «Июльская гроза» получил высокие оценки в профессиональном кругу. В 1940 году он вышел в Детгизе отдельной книгой – в 1941 году книга была переиздана. Известны две рецензии на нее. Сотрудник «Литературного обозрения» А. Ивич любовался гармоничностью платоновской прозы1. С. Решетин из журнала «Детская литература» в свою очередь призывал писателя не переносить взрослые проблемы в мир детей2. Однако Платонов намеренно говорил с юными читателями о самых важных вещах. В июне 1941 года началась Великая Отечественная война, а в октябре Платонов вместе с женой и сыном отправился в эвакуацию – в Уфу. Там он создал первые военные рассказы. В июле 1942 года писатель вернулся в Москву. 22 апреля 1943 года его официально мобилизовали и утвердили специальным корреспондентом газеты «Красная звезда». Платонов получил звание капитана административной службы, позже – майора. В «Красной звезде» он прослужил до 18 декабря 1945 года. В 1942 – 1946 годах произведения писателя часто появлялись на страницах газет и журналов. Кроме того, Платонов издал пять сборников военных рассказов. В 1942 году – «Под небесами родины», в 1943 году – «Броня» и «Рассказы о родине», в 1945 году – «В сторону заката солнца», в 1946 году – «Солдатское сердце». Находясь далеко от Москвы, писатель не имел возможности непрерывно спорить с редакторами. Ему, как правило, приходилось соглашаться на грубую правку текстов. Во второй половине 1942 года были напечатаны четыре новых платоновских текста. В ноябре В. Александров (В. Келлер) в газете «Литература и искусство» прокомментировал рассказ «Старик» («Рассказ о мертвом старике»)1. Давний друг Платонова подчеркнул, что вымысел может принимать легендарные формы. В том же номере газеты «Литература и искусство» В. Перцов развил мысль В. Александрова2. Он заявил, что подвиг на глазах превращается в миф. Данная формула применима почти ко всем произведениям писателя о войне. Вышедшую в 1942 году книгу «Одухотворенные люди» хорошо проанализировал Э. Подаревский3. Рецензент особо отметил, что в ней действуют титанические люди. Три вышеупомянутых мнения перекликаются. Е. Добин, В. Перцов и Э. Подаревский выявили основные изменения платоновской поэтики. В военных рассказах писатель приблизился к таким жанрам, как миф, легенда, былина. Для модернистской литературы первой половины XX века это распространенное явление. Но у Платонова свой почерк. Его солдаты, приобретая титанические черты, не теряют связи с современной народной культурой. Они и былинные богатыри – и обыкновенные русские крестьяне. В 1943 году Платонов опубликовал сразу десять новых рассказов. Критика относилась к писателю достаточно благосклонно. Рассказ «Одухотворенные люди» породил еще несколько доброжелательных откликов4. Высокая оценка этого текста в течение некоторого времени была общепринятой. Чем успешнее сражалась Красная Армия, тем строже редакторы подходили к отбору материалов. Пережив кризис, институт критики восстанавливался. В июле 1943 года Ю. Лукин в «Правде» осудил платоновский рассказ «Оборона Семидворья»1. Год спустя его поддержал сотрудник журнала «Большевик» А. Еголин2. Примечательно, что со страниц двух печатных органов ЦК ВКП(б) звучали в основном обвинения в адрес Платонова, а менее авторитетные издания превозносили писателя или, по крайней мере, свидетельствовали о его таланте. В 1944 году Платонов почти повторил успех предыдущего года. Девять его новых произведений попали в печать. Вокруг книги «Рассказы о родине» завязалась дискуссия3. Писателя обвинили в искажении советской действительности. Количество публикаций сократилось. Начиная с осени 1945 года Платонов боролся за выход в свет сборника детских рассказов «Вся жизнь». Книга не преодолела цензурных барьеров. После окончания войны критики получили возможность основательнее вчитаться в платоновские тексты4. В середине 1945 года изменилось общее отношение к рассказу «Одухотворенные люди». Если раньше писателя ставили в пример, то теперь его обвиняли в непонимании сущности патриотизма. В журнале «Советская книга» появился негативный отклик5. Эта реплика была дурным предзнаменованием. Критики высказывали свои соображения по поводу книги «В сторону заката солнца»1. Начинался очередной период ужесточения контроля над литературой. Если в конце 1930-х годов велись споры о гуманизме и народности, то в послевоенное время – о патриотизме и интернационализме. 14 августа 1946 года вышло постановление «О журналах “Звезда” и “Ленинград”». Вскоре писатель напечатал два рассказа: «Житель родного города» и «Возвращение» (под названием «Семья Иванова»). Последний текст стал предлогом для крупномасштабной антиплатоновской кампании. 4 января 1947 года в «Литературной газете» В. Ермилов поместил статью «Клеветнический рассказ А. Платонова»2. В ней критик припомнил повесть «Впрок». Он, по сути, подвел черту под всем творчеством писателя. Формулировка «клеветнический рассказ» была закреплена в редакционной статье «Литературной газеты»3. 2 февраля 1947 года в «Правде» В. Ермилова поддержал его давний соратник А. Фадеев4. Последовала длинная череда разгромных публикаций. В 1947 году попал в печать только один текст Платонова. В 1948 году – еще один. Начиналась кампания по борьбе с «безродными космополитами» – и вполне безобидная миниатюра «Две крошки» была приравнена к пацифистскому манифесту. В «Правде» ее раскритиковал И. Рябов5. Большую часть времени Платонов теперь посвящал обработке башкирских и русских сказок. В 1947 году сказка «Финист – Ясный Сокол» в его редакции появилась в журнале «Мурзилка» и вышла в Детгизе отдельной книгой (переиздана в 1948 году). В том же 1947 году увидел свет платоновский сборник «Башкирские народные сказки» (переиздан в 1949 году). В конце 1950 года – сборник «Волшебное кольцо» (последняя прижизненная книга Платонова). Критики уже не успели их оценить. В заключении отражены основные выводы, сделанные в ходе работы. Творческую судьбу Платонова можно назвать одновременно трагической и совершенной. Трагичность ее заключается в том, что литературные чиновники препятствовали публикации многих сочинений писателя, а совершенство – в завершенности и цельности. Платонов на протяжении всей жизни последовательно придерживался однажды найденной художественной манеры и не изменял собственным мировоззренческим принципам. Более того, он, судя по всему, пытался реализовать конкретную культурную стратегию. Речь идет о юродстве как типе поведения. Писатель сознательно шел на обострение конфликта, порицая советскую систему не снаружи, как это делали «попутчики» или эмигранты, а изнутри. Критики разбирали платоновские произведения, опираясь на соцреалистическую эстетическую систему. Это не позволило им по достоинству оценить новаторство поэтики писателя. Во многих отзывах, конечно, содержатся продуктивные трактовки сюжетов, а также анализ приемов. Другое дело, что Платонову часто ставили в упрек явные достижения. Инструментарий для адекватного восприятия его текстов не был подобран. Список литературы содержит перечень книг, газетных и журнальных статей и прочих материалов, которые потребовались во время работы над диссертацией. Основные положения диссертации изложены в следующих публикациях: 1. Экфрасис у Андрея Платонова: поэтика визуальности Вопросы литературы. – 2011. – № 5. (0,9 п. л.) 2. Наука, религия, искусство: эволюция взглядов Андрея Платонова «Ломоносов–2011»: материалы Международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых. – М., 2011. (0,2 п. л.) 3. Платонов – писатель и публицист: ранние годы Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. – 2012. – № 2. (0,8 п. л.) 4. Модель поведения Андрея Платонова «Ломоносов–2013»: материалы Международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых. – М., 2013. (0,2 п. л.) 5. Дебютные сборники А. Платонова «Епифанские шлюзы» и «Сокровенный человек» в оценках критики Меди@льманах. – 2013. – № 5. (0,6 п. л.) Общий объем публикаций – 2,7 п. л. 1 См.: Касьян Бездомный. «Кузница». Сборник пролетарских писателей… [1921, № 7] Политработник. – 1921. – № 11–12. – С. 37; [Б. п.] Кузница. Орган пролет. писателей… [1921, № 7] Творчество. – 1922. – № 1–4. – С. 78. 2 См.: Келлер В. Андрей Платонов Зори. – 1922. – № 1. – С. 34–36. 3 См.: Платонов А. Голубая глубина. – Краснодар: Буревестник, 1922. – С. V–IX. 4 См.: Брюсов В. Среди стихов Печать и революция. – 1923. – № 6. – С. 69–70. 5 См.: Шкловский В. Третья фабрика. – М.: Круг, 1926. – С. 125–131. 1 См.: Дашков Л. Рец. на кн.: А. Платонов. Епифанские шлюзы. Рассказы. – М.: Мол. гвардия, 1927 Книга и профсоюзы. – 1927. – № 7–8. – С. 48; В. Я. Рец. на кн.: А. Платонов. Епифанские шлюзы. Рассказы. – М.: Мол. гвардия, 1927 Смена. – 1927, 17 сент.; П. Р. Рец. на кн.: А. Платонов. Епифанские шлюзы. Рассказы. – М.: Мол. гвардия, 1927 Красная газ. (Вечерний выпуск). – 1927, 12 окт. 2 См.: М. Г. Новые книги Красная газ. (Вечерний выпуск). – 1927, 15 июля. 3 См.: Нивич Д. Новые книги Красная газ. (Вечерний выпуск). – 1928, 3 янв.; Жиц Ф. Среди книг Вечерняя Москва. – 1928, 20 янв. 1 См.: Жиц Ф. Среди книг Вечерняя Москва. – 1928, 10 февр.; Сокольников М. Рец. на кн.: А. Платонов. Сокровенный человек. – М.: Мол. гвардия, 1928 Мол. гвардия. – 1928. – № 3. – С. 205; Замошкин Н. Рец. на кн.: А. Платонов. Сокровенный человек. – М.: Мол. гвардия, 1928 Новый мир. – 1928. – № 3. – С. 269–270. 2 См.: Казанский М. Новые журналы Красная газ. (Вечерний выпуск). – 1928, 18 мая; Лежнев А. Литературные заметки. О «толстых» журналах Правда. – 1928, 10 июня; Тальников Д. Литературные заметки Красная новь. – 1929. – № 1. – С. 247–250. 1 См.: [Б. п.] Классовая борьба обостряется На литературном посту. – 1929. – № 1. – С. 4; Н. Н. По журналам Там же. – С. 68–69. 2 См.: Стрельникова В. «Разоблачители» социализма: о подпильнячниках Вечерняя Москва. – 1929, 28 сент. 3 См.: Платонов А. Против халтурных судей (ответ В. Стрельниковой) Литературная газ. – 1929, 14 окт. 1 См.: Авербах Л. О целостных масштабах и частных Макарах Октябрь. – 1929. – № 11. – С. 164–171. 2 См.: Майзель М. Ошибки мастера Звезда. – 1930. – № 4. – С. 195–202; Мессер Р. Попутчики второго призыва Там же. – С. 208–211. 3 См.: Левин Л. Рец. на кн.: А. Платонов. Происхождение мастера. – М.: Федерация, 1930 Резец. – 1930. – № 7. – 2-я с. обл. 1 См.: Селивановский А. В чем «сомневается» Андрей Платонов Литературная газ. – 1931, 10 июня; Ханин Д. Пасквиль на колхозную деревню За коммунистическое просвещение. – 1931, 12 июня; Макарьев И. Клевета На литературном посту. – 1931. – № 18. – С. 22–27; Фадеев А. Об одной кулацкой хронике Известия. – 1931, 3 июля; Дятлов В. Больше внимания тактике классового врага Правда. – 1931, 18 июня. 2 См.: Амурский Д. Заметки по существу Земля советская. – 1931. – № 9. – С. 124. 1 См.: Никитин Н. Дремать и видеть наполовину Правда. – 1935, 18 янв. 2 См.: Щербаков А. [Речь на втором пленуме Правления ССП СССР] Литературная газ. – 1935, 10 марта; Щербаков А. Итоги второго пленума Правления ССП Литературный критик. – 1935. – № 3. – С. 7–9. 3 См.: Сац И. Художественная проза в «Красной нови» (№№ 1–12 за 1934 г.) Литературный критик. – 1935. – № 6. – С. 200–203. 1 См.: Сац И. «Красная новь» № 1 Литературное обозрение. – 1936. – № 4. – С. 40–41. 2 См.: Ставский В. [Вступительное слово на общемосковском собрании писателей] Литературная газ. – 1936, 15 марта. 3 См.: О хороших рассказах и редакторской рутине [Ред. статья] Литературный критик. – 1936. – № 8. – С. 106–113. 4 См.: Гринберг И. Мечта и счастье Звезда. – 1937. – № 5. – С. 179–180. 5 См.: Александров В. Частная жизнь Литературный критик. – 1937. – № 3. – С. 66–81; Лукач Г. Эммануил Левин Литературное обозрение. – 1937. – № 19–20. – С. 55–62. 6 См.: Илюшин Б. Порочная философия Комсомольская правда. – 1937, 17 сент. 1 См.: Порочная критика [Ред. статья] Литературный критик. – 1937. – № 9. – С. 222–224. 2 См.: Костелянец Б. Фальшивый гуманизм Звезда. – 1938. – № 1. – С. 255–260. 3 См.: Гурвич А. Андрей Платонов Красная новь. – 1937. – № 10. – С. 195–233. 4 См.: Платонов А. Возражение без самозащиты Литературная газ. – 1937, 20 дек. 1 См.: Ивич А. Рец. на кн.: А. Платонов. Июльская гроза. – М., Л.: Детиздат, 1940 Литературное обозрение. – 1941. – № 4. – С. 21–23. 2 См.: Решетин С. Рец. на кн.: А. Платонов. Июльская гроза. – М., Л.: Детиздат, 1940 Детская литература. – 1941. – № 4. – С. 44–46. 1 См.: Александров В. Без риторики Литература и искусство. – 1942, 14 нояб. 2 См.: Перцов В. Рассказы о наших героях Там же. 3 См.: Подаревский Э. Одухотворение Литература и искусство. – 1943, 10 апр. 4 См.: Добин Е. Голос родины Красный флот. – 1943, 19 июня; Перцов В. Писатель и его герой в дни войны Октябрь. – 1943. – № 6–7. – С. 187–188; [Б. п.] Рец. на кн.: А. Платонов. Бессмертный подвиг моряков. – М.: Военмориздат, 1943 Новый мир. – 1943. – № 9. – С. 127; Сергеев Б. «Сталинское племя» Новый мир. – 1943. – № 10–11. – С. 182; Лаврецкий А. Социалистический человек в Отечественной войне Знамя. – 1943. – № 11–12. – С. 271–273; Мацкин А. Об украшательстве и украшателях Там же. – С. 283. 1 См.: Лукин Ю. «Неясная мысль» Правда. – 1943, 8 июля. 2 См.: Еголин А. За высокую идейность советской литературы Большевик. – 1944. – № 10–11. – С. 46. 3 См.: [Б. п.] Рец. на кн.: А. Платонов. Рассказы о родине. – М.: Худож. лит., 1943 Новый мир. – 1944. – № 3. – С. 160; Лозинская Л. Сила советского патриотизма Огонек. – 1944. – № 11. – С. 13; Лебедев Вл. Литературные выкрутасы Правда. – 1944, 27 дек. 4 См.: Гор Г. Опасность обыденного Литературная газ. – 1945, 2 июня; Грудцова О. Рассказы Андрея Платонова Новый мир. – 1945. – № 8. – С. 110–113; Добин Е. Заметки на полях Звезда. – 1945. – № 8. – С. 137–139; Перцов В. Подвиг и герой Знамя. – 1945. – № 9. – С. 124. 5 См.: Четунова Н., Бобровская Е. Советский патриотизм и советская литература Советская книга. – 1946. – № 2. – С. 48–50. 1 См.: [Б. п.] Рец. на кн.: А. Платонов. В сторону заката солнца. Рассказы. – М.: Сов. писатель, 1945 Октябрь. – 1945. – № 10. – С. 186; Бровман Г. Заметки о художественной прозе 1945 г. Новый мир. – 1946. – № 3. – С. 176; Рашковская А. Рец. на кн.: А. Платонов. В сторону заката солнца. Рассказы. – М.: Сов. писатель, 1945 Ленинград. – 1946. – № 3–4. – С. 47; Астахов И. Обеднение героя Орловская правда. – 1946, 3 дек. 2 См.: Ермилов В. Клеветнический рассказ А. Платонова Литературная газ. – 1947, 4 янв. 3 См.: Высокая ответственность советского литератора [Ред. статья] Литературная газ. – 1947, 25 янв. 4 См.: Фадеев А. О литературно-художественных журналах Правда. – 1947, 2 февр. 5 См.: Рябов И. К вопросу о порошинке Правда. – 1948, 9 янв.
Каталог: files
files -> Урок литературы в 7 классе «Калейдоскоп произведений А. С. Пушкина»
files -> Краткая биография Пушкина
files -> Рабочая программа педагога куликовой Ларисы Анатольевны, учитель по литературе в 7 классе Рассмотрено на заседании
files -> Планы семинарских занятий для студентов исторических специальностей Челябинск 2015 ббк т3(2)41. я7 В676
files -> Коровина В. Я., Збарский И. С., Коровин В. И.: Литература: 9кл. Метод советы
files -> Обзор электронных образовательных ресурсов
files -> Внеклассное мероприятие Иван Константинович Айвазовский – выдающийся художник – маринист Цель

  • Орлова Екатерина Иосифовна
  • Малыгина Нина Михайловна кандидат филологических наук, шеф-редактор программы «Новости культуры» телеканала «Культура» Будицкая Татьяна Георгиевна
  • Общая характеристика работы Тема исследования
  • Актуальность исследования
  • Степень научной разработанности проблемы
  • Научная новизна исследования
  • Предмет исследования
  • Эмпирическая база исследования
  • Методология исследования
  • Хронологические рамки исследования
  • Положения, выносимые на защиту
  • Научная и практическая значимость исследования
  • Апробация результатов исследования
  • Содержательная структура диссертации Работа состоит из введения, трех глав, заключения и списка литературы. Во введении
  • Третья глава – «Литературная критика 1940-х годов и творческая эволюция Платонова»
  • Основные положения диссертации изложены в следующих публикациях: 1. Экфрасис у Андрея Платонова: поэтика визуальности // Вопросы литературы. – 2011. – № 5. (0,9 п. л.)
  • 3. Платонов – писатель и публицист: ранние годы // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. – 2012. – № 2. (0,8 п. л.)
  • 5. Дебютные сборники А. Платонова «Епифанские шлюзы» и «Сокровенный человек» в оценках критики // Меди@льманах. – 2013. – № 5. (0,6 п. л.) Общий объем публикаций – 2,7 п. л.