Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Суфийское послание о свободе духа




страница1/4
Дата12.01.2017
Размер0.55 Mb.
  1   2   3   4
ИНАЙЯТ ХАН

"СУФИЙСКОЕ ПОСЛАНИЕ О СВОБОДЕ ДУХА"

пер. Андрея Балакина

Москва 1914

ОТ ПЕРЕВОДЧИКА.

"Суфийское Послание о свободе духа"... Зная, как мало знакома широкая читающая публика с тем, что такое суфизм я считал бы необходимым предпослать книге Инайят-хана несколько строк. Суфизм, эт . - религиозная философия, наложившая яркий отпечаток на весь духовный уклад Востока. Профессор А. Е. Крымский говорит в своей "Истории Персии, ей литературы и дервишеской теософии": "Во всех об

ластях духовной жизни целого мусульманского Востока, - в религиозной догматике, философии, этике, литературе, поэзии, - везде суфизм произвел самое сильное влияние, а в Персии - он возобладал п адь веешь". Как странно и как жаль, что мы, ближайшие соседи, этого Востока, так мало знаем об его религиозных исканиях, об его духовной жизни. У нас многие образованные люди совершенно добросо "естно смешивают суфиев и софистов, а большинство читающей публики и никогда про них не слыхало. И вот к нам приезжает индусский философ, мистик и пантеист, член суфийского ордена - Инайят-хан и приезжает с целью проповедовать идеи суфийского пантеизма и богопочитания при помощи музыки. Он оставил родину и поехал на Запад, чтобы "об единить Восток и Запад, сея семена индусской мудр ости и проповедуя гармонию, мир и идеальную любовь при помощи звуков своей "вины". Чтобы хоть сколько-нибудь познакомить русское общество с основами своей пантеистической философии, он напис


ал это "Послание о свободе духа". Давая возможно точный, почти дословный, перевод его, я уклоняюсь от всякой критики этого учения и ограничиваюсь лишь указанием на то, что проф. Бародской Музык альной Академии Инайят-хан принадлежит к восточной ветви суфизма, ветви персидско-индийской, где заметно сильное влияние зороастризма, буддизма и браманизма и где Веданта сплетается с КораЕ

-ом, тогда как западная, арабская, ветвь суфизма более приближается к правоверному кораническому деизму. Главною основою суфизма, как основою и всякой позитивной религии, является любовь, по -имаемая и просто, я мистически. Она внесена в суфизм женщиной. Первым мистиком считается у суфиев Рабия-эль-Адавийэ (-j-753), по словам которой (приведенным в упомянутой книге проф. Крымского), "Л

nбовный пыл к Богу сжигает сердце". Про эту Рабию английский ученый Edw. Browne в своей "Litterary history of Persia" приводит такой рассказ, заимствованный им из "Житий суфийских святых " Ферид-эд-Дина Аттара. О $нажды Рабию спросили: Ненавидишь ли ты Диавола?

- Нет ответила она.

- Почему же спросили ее тогда.

- Потому что, сказала она: моя любовь к Богу не оставляет мне времени ненавидеть Диавола. И добавила: Я видела как-то во сне Пророка Божия (Мохаммеда) и он спросил меня: Рабий, любишь ли ты меня?

- О Посланник Божий, ответила я: кто же не любит тебя. Но любовь к Богу так завладела всем моим существом, что не остается уже места во мне для любви или ненависти к кому-либо другому". Это чрезвы


чайно характерно для раннего суфизма. А вот рассказы теперешних суфиев, Как-то, не очень давно, на берегу Ганга молился один великий подвижник, и мимо него прошла девушка из соседней деревни, aпеша на свидание к своему возлюбленному на другой берег. А надо сказать, что пройти мимо молящегося, считается в Индии большим грехом, ибо это значить стать между ним и Богом, закрыть его от л (ца Божия. Отшельник видел, что она прошла перед ним, но ничего не сказал ей и продолжал молиться. Окончив молитву, он сидел на берегу погрузившись в благочестивые размышления. Через некоторое

время он увидел ту же девушку, которая возвращалась домой со свидания, и сурово сказал ей: Знаешь ли ты, что совершила великий грех: ты прошла мимо меня, когда я молился. Девушка сказала ему: Ты



молился, думал о Боге, а ты не любил Бога. Я шла к человеку и думала только о человеке, слабом проявлении Божества, - и я не видела тебя. Ты же думал о Боге - но все-таки заметил меня, когда я прошл мимо тебя. Не любишь ты Бога и напрасно молился ты. Услышав эти слова, отшельник устыдился и смолк. Это характерно для суфизма вообще, ибо истинно-любящий тонет и умирает в Возлюбленном. Не им

ея возможности говорить здесь подробнее о суфизме, я рекомендую всем, кто интересуется этим вопросом серьезно, следующий книги.

На русском языке:

1) Очерк развития суфизма до конца III в. хиджры. Проф. А.Е. Крымского. (Москва, 1895 г. Из 2-то тома трудов Восточной Комиссии Имп. Московского Археологического Общества").


2) История Персии, ей литературы и дервишеской теософии. Часть II. Проф. А.Е. Крымского. (Москва, 1912 г. Выпуск XVI "Трудов по востоковедению издаваемых Лазаревским Институтом восточных языков) На французском языке:

1) La poesie philosophique et religiese chez les Persans d'apres "La langue des oiseaux" de Farid-Uddin Attar - par Garcin de Tassy. N 2) "Etude sur l'esoterisme musulman" - par E. Blochet

На английском языке:

1) A litterary history of Pеrsia-by Edw. Browne. Глава ХIII: The Sufi - Mysticism.

2) А treatise on Sufism or Mahomedan Mysticism - by James Graham (в "Transactions of the literary society of Bombay. London 1819)



3) The history of Persia from the most early period of the present time, containing an acount of the religion, government, usages and character of the inhabitans of that kingdom (London. 1815; 2-ее издание 1829; фр. перевод - Париж, 1821) Все эти заглавия взяты из книги проф. А. Е. Крымского: "История Персии, ей литературы и дервишеской теософии". Там же указаны и многие другие книги по суфизму. В заключение не могу не сказать нес

кольких слов об обаятельной личности автора этой книги, - проф. Инайят-хана. Даже на тех, кому совершенно чужды вопросы религии и философии, он производит чарующее впечатление. Будучи индусск (м философом, поэтом и музыкантом и всецело посвятив себя возрождению национального родного искусства, он является в тоже время европейски образованным человеком. И редко приходится слышатЕ

l такую красивую, образную английскую речь, как речь Инайят-хана. Не раз, когда я слушал его, мне вспоминались и казались особенно подходящими к нему слова древнего поэта:

Цитата на греческом.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Суфизм есть религиозная философия любви, гармонии и красоты. Философия эта так же стара, как и человечество. Слово: "Суфия" происходить от "Суфа", что значит: "чистый (т.-е. чистый от несогласий и противоречий)". На английском языке петь специального труда по суфизму, написанного авторитетным последователем этого учения, хотя недавно и появилось несколько переводов суфийских поэм - н


е вполне, впрочем, вращающих суфийские идеи. Вся прелесть суфийских поэм заключается в их изящной условности, которая, естественно, теряется при переводе. По просьбе многих друзей моих, интер есующихся вопросом о божественном знании, - друзей, которых я встретил в Европе и в Америке, я написал несколько этих страниц "Суфийского послания о свободе духа", как введение в суфизм". Я наде юсь, что оно поможет установлению добрых отношений между отдельными людьми и дружеского взаимопонимания между целыми народами, ибо суфии совмещает в себе веру и набожность Востока со здравЕ

kм смыслом и логикой, характерными для Запада.

БИОГРАФИЯ АВТОРА.

Профессор Инайят-хан родился в 1882 г. в Бароде, в Индии. Он происходить из одной пенджабской семьи, по имени Машийях, что значить: "святые". Один из его предков, Джумаша, был признан святым в Пендж абе. И теперь еще многие ходят на поклонение его гробнице. Дед Инайята, Мула-Бэхш, был святой человек и величайший музыкант своего времени. Он изобрел нотную систему для индусской музыки. Он п .ражал и вдохновлял Инайята своими удивительными знаниями, влияя непосредственно на его душу.

ДЕТСТВО.


Инайят был чрезвычайно любознателен и общителен для своего возраста и, отличаясь пытливым умом, часто ставил в тупик своих родителей, задавая им вопросы о природе вещей. Так, он спрашивал у нЕ(х: "Где живет Бог? Сколько лет Богу? Как должны мы молиться Ему и как мы должны бояться Его? Почему люди должны умирать и куда идут они после смерти? Если Бог создал все, то кто был Творцом Самог . Бога?" Отец его, мудрый человек, обыкновенно старался отвечать на эти вопросы возможно проще. Но Инайят продолжал их до тех пор, пока тот, наскучив его вопросами, не велел ему молчать. Тогда он

целыми часами хранил молчание, занятый все теми же мыслями.

ОТРОЧЕСТВО.


Так он сталь, наконец, очень впечатлительным и религиозным мальчиком. Он глубоко чтил своих родителей и с каждым днем все больше и больше ценил их родительскую любовь. Инайят еще очень юным оЕbдан был в училище и там предпочитал подвергаться наказаниям, чем посвящать свое внимание предметам, к которым у него не было интереса. Он хотел изучать только поэзию, религию, мораль, музыку ( логику. Музыкой он занимался специально в Бародской Музыкальной Академии, где постоянно получал первый награды. Он питал такой интерес к иностранцам, предсказателям судьбы, факирам, дервиш

ам, спиритуалистам и мистикам, что часто убегал из дома, ища их повсюду. Богатые способности его к поэзии, музыке и философии росли по дням, вместе с ним. Вместо того, чтобы играть со своими свеЕ`стниками, он проводил время в обществе своего деда. Юноша наблюдал все его движения, слушал его игру, речи и лекции по философии. Он углубился в изучение Расы Шастры (наука о природе и душевны e движениях человека) и просил однажды Мулу-Бэхша рассказать ему что-либо относительно этого. Но тот отказал, заметив: "Ты еще слишком молодь для этого серьезного предмета". У Инайята, однако, н е было терпения ждать, когда он вырастет. Он нашел как-то случайно дедовы рукописи на папирусе и так основательно изучил их, что сложил несколько песен, где - изобразил состояние мужчин и женщ (н яри различных степенях любви у них под влиянием различных переживаний. Затем он спел их перед Мулой-Бэхшем. И это поразило его, как и всех. С этого дня дед его решил, что всякие попытки контр .лировать его горячий стремления к знанию - бесполезны, и поместил его к великому индустанскому поэту, Кави Ратнакару, для изучения поэзии. Инайят запоминал все рассказы, песни и стихи, которы



е когда-либо слышал. Покровительство его высочества Гаэквара. Инайят спел однажды по-санскритски молитву Ганеше при дворе Гаэквара и ему дана была награда: ожерелье и стипендия, как оценка е #о гениальных способностей к музыке при девятилетнем его возрасте. Это поощрение ободрило его и толкнуло вперед по пути изучения поэзии и музыки. Он уже смело рассчитывал на большие награды .т Мулы-Бэхша, так же как и от других. Что бы ни заинтересовало его, он сразу поглощал предмет и всегда очень любил читать книги великих людей.

ВЕРА.


Родившись в мусульманской семье, Инайят относился с глубочайшим уважением к личности Мохаммеда и был верен Исламу. Он не любил пропускать хотя бы одну молитву из пяти, положенных по закону. О

днажды вечером он совершил свой намаз (молитвы) Всевеликому на крыше своего дома, при лунном свете. И вдруг у него явилась мысль, что вот давно уже возносить он свои молитвы Богу с глубочайшим благоговением и смирением, а Бог еще не обнаружил ему Себя. Поэтому едва ли разумно продолжать поклоняться тому, ноге не видишь и не знаешь Он пошил к деду, чтобы обратиться к нему за разрешен (ем этого вопроса, и сказал ему, что не будет больше молиться Богу, пока не увидит и не узнает Его. "Нет оснований, по которые надо было бы следовать правилам веры и поступать так, как поступали /редки, когда не знаешь истинной причины этого", сказал он. Мула-Бэхш быль доволен его любознательностью и, помолчав короткое время, ответил на его вопрос следующим стихом из Корана: "Мы покаже



м им наши знаки и в мире, и в них самих, что истина может быть обнаружена ими" - и сказал, что Бог виден в мире, а мир - в человеке. Это объяснение так глубоко запало в душу Инайята, что с тех пор каж дая минута его жизни занята была этой пантеистической мыслью, открывшей ему глаза на природу так как если бы вдруг брызнул на него сноп электрических лучей и сразу все стало ясно в их свете. С

тех пор он стал учиться все больше и больше, все глубже погружаясь в изучение истины.

ОТЪЕЗДЫ ИЗ ДОМА ВО ИМЯ НАРОДНОГО БЛАГА.

Инайят был в глубоком горе вследствие смерти своего деда, который являлся единственным непостоянна эта жизнь, и решил, что жить ему стоило бы только в том случае, если бы он мог принести какую -нибудь пользу миру. Он высоко ценил ту великую услугу, которую Мула-Бэхш оказал Индии систематизацией ее музыки, во думал, что надо сделать еще очень много, прежде чем можно будет вернуть муз kке ее прежнюю славу внесением в нее морали. Он питал глубокую нежность к своему искусству и своему народу. Некогда музыка Индии служила не только нравственному совершенствованию человечест

ва, но также и духовному его развитию. И часто говорил он: "Как грустно, что она так выродилась в той же самой стране". В крайнем отчаянии, Инайят сказал: "Увы! Если бы наш народ потерял только сво е богатство и власть, это было бы еще не так плохо: ведь они постоянно переходит из одних рук в другие, и мы могли бы вернуть их в один прекрасный день; но лучшее наследие нашей расы - божественн ая музыка - также уходит от нас вследствие нашей небрежности". Он произнес имя Шaрадхи, богини музыки, и воззвал к ней в это время отчаяния, моля о помощи и покровительстве. Эта мысль заставила %го покинуть дам с целью создать универсальную систему для индийской музыки и распространить ее. Он отправился в первое свое путешествие, имея 18 лет от роду, объехав север и юг Индии и проехав


ее с востока на запад, посещая наиболее важные места. Он встречал радушный прием при дворах раджей и магараджей, которые безмерно вознаграждали его. Он всегда встречал восхищение со стороны руководящих кругов повсюду в Индии, получая приветственные адреса и медали, и приобрел бесчисленное множество друзей и учеников. Особенно высокую оценку встретил он при дворе его высочеств

Низама Гайдерабадскаго, первого правителя Индии, который быль великим суфийским мистиком, будучи в то же время знаменитым музыкантом и поэтом. Инайят увлекал Низама своей музыкой, производ



я на него все новые и новые впечатления. Не раз он трогал его до слез своею возвышенной музыкой. Это заставило Низами подумать, что в Инайяте есть что-то таинственное, кроме музыки. Когда он сп `осил у него об этом, тот ответил: "Ваше Высочество, звук, будучи высшею силой проявления, таинственен сам по себе. Всякий, обладающий знанием звука, знает и мир. Моя музыка, это - моя мысль, а мыс ь моя, это - мое чувство. Чем глубже погружаюсь я в океан чувства, тем более красивые жемчужины и выношу и оттуда в виде нот. Моя музыка вызывает во мне чувство, прежде чем другие замечают его. В аше Высочество, моя музыка - моя религия. Мировой успех не может быть достойной платой за нее. Мой интерес к музыке заключается в том, чтобы довести человечество до совершенства". Это объясненЕ

(е его чувства в удивительная власть музыки так очаровали Низама, что он пожаловал ему кошелек, полный ашсарфиев (золотая монета) а на палец его надел драгоценный изумрудный перстень, сняв егЕ. со своей руки, и даль ему титул Тансена (синоним знаменитейшего мистического певца). С этого времени Инайят приобрел в своей стране первенство среди музыкантов. В северной части Индии он счи

тается "Утренней Звездой музыкального возрождения", а на юге его называют "Воплощением Мага-Вайдийянада Ийера".

ИНТЕРЕС ИНАЙЯТА К ФИЛОСОФИИ.

Он усвоил все учения Ислама и подробно ознакомился со всеми другими религиями. В продолжение всего пребывания своего в Индии он вступал в беседы со мудрецами, философами и мистиками и рассуж дал с няни о различных предметах, приобретая их расположение своей музыкой и личными качествами. В поисках мистиков он странствовал через джунгли и горы и по берегам рек. Во время пребывания своего в Непале он достиг Гималаев, где нашел безмолвного мистика Муни. Муни быль так доволен постоянными посещениями Инайята и игрою его на "вине", что в течение года посвящал его в мистицизм

звука, после чего Инайят оставил Муни и отправился домой, посещая на пути мистиков и священные места. Он был гостем Свами Валлабхачарийи в Джайпуре, у которого провел время с большим интерес .м, излагая мысли, относящиеся к музыке и философии.

ИНТЕРЕС ИНАЙЯТА К СУФИЗМУ.

Он посетил Гробницу Хаджи в Аджмире, величайшего суфийского святого Индии, где нашел самую религиозную атмосферу и встретился с несколькими суфиями, одаренными божественным познанием. В по ночь он, как обыкновенно, погрузился в "тагадджуд" (молитва) и через несколько часов услышал такой отчетливый призывающий голос, что обратил на него особенное внимание. Это быль голос факира,

будящего народ идя молитвы перед восходом солнца. Он пел: "Встань; человек, от глубокого сна твоего; ты не знаешь, что смерть стережет тебя каждую минуту; ты не думаешь, какое бремя ты взялся не aти и как длинен путь, назначенный тебе. Встань, человек, ибо скоро уже встанет солнце". Это так растрогало Инайята в том тихом и мирном месте и как раз после молитвы, что из глаз его потекли сле 'ы и долго еще он сидел на своем молитвенном коврике с четками в руке, считая все успехи ни и всю славу, достигнутую им в музыке, бесполезными для "наджата" (спасение). Он смотрел уже на мир не ка * на арену, где можно получать развлечение, но как на школу, где надо учиться. С тех пор од посвятил себя изотерической стороне познания и с каждым днем все больше и больше стремился достичь егЕ

., Это вызывало а нем грустное и серьезное настроение и на много время погружало в молчание. Он постоянно был занят изучением природы.

ПОСВЯЩЕНИЕ ИНАЙЯТА В СУФИИ.

Интерес его к суфизму очень сблизил его с суфиями во время пребывания его в Гайдерабаде. Он любил кротость их лиц и наслаждался благоуханием их знания. Так как Инайят был артист, то для него вЕ

%сьма естественно было полюбить практическое приложение музыки к суфизму, что является истинным талантом суфиев. Он начал с того, что стал подражать их манерам и отличительным чертам их хара ктера и много времени проводил в молчании, Однажды он увидел во сне музыкальное собрание суфиев, на котором присутствовало большинство великих святых. Они так погрузился в состояние ваджада


(экстаз), что и проснувшись от сна был еще сильно возбужден. С того дня он слышал во сне так же отчетливо как и наяву: "Аллаху-Акбар (Бог велик)"! Когда он хранил молчание, часто являлся ему какой­то святой с седой бородой и весьма привлекательным одухотворенным лицом, осиянным светом. Все это вызывало в нем страстное желание знать, что это значит. Но он никого не мог спросить об этом, /отому что над всем этим могли бы смеяться. Наконец, он рассказал об этом одному из своих друзей, выдающемуся суфию, который любил способности и характер Инайята. Тот сказал: "Этот сон - символ bвоего вступлении в орден Чишти; слова, которые ты слышал, - голос истины, а видение, которое являлось тебе, - дух твоего руководителя". Он сказал также, что Инайяту следовало бы вступить в число посвященных последователей суфизма. С этого времени Инайят хотел узнать больше об этом учении и стал посещать некоторых учителей суфизма с целью поучиться у них, но все они отказывались посЕ

"ятить его, чувствуя, что не Инайяту быть их учеником. Проведши шесть месяцев в этом ревностном стремлении, Инайят посетил как-то одного своего друга, который быль уже выдающимся суфием, я рас aказал ему о своем горячем желании изучить суфизм. Друг этот сталь усердно думать об этом вопросе. А когда он думал о нем, то неожиданно получил телепатическое извещение, что к нему собирается

зайти великий суфийский учитель. Он быстро привел в порядок почетное место, положив на него подушки, и пошел к двери навстречу учителю. Когда учитель вошел в гостиную, то показалось, будто за aиял какой-то свет. Все присутствующие ощутили в себе желание опуститься на колени из почтения к нему. У Инайята вдруг явилась мысль, что он давно уже видел его, но не мог он только вспомнить, г $е и когда. А через несколько минут размышления, ясно увидел, что это то самое лицо, которое так чисто являлось ему в видениях. Все присутствующие были представлены этому великому учителю. Ког $а наступила очередь Инайята, учитель пристально посмотрел на него и сказал, обращаясь с вопросом к хозяину: "Скажи мне, кто этот молодой человек. Он неотразимо влечет к себе мою душу". Тот отве тил: "Ваша святость! Этот молодой человек - гений в музыке. Он хочет поручить себя вашему вдохновенному руководству", Учитель был так заинтересован, что сразу согласился исполнить его просьбу


и немедленно посвятил Инайята.

ОБУЧЕНИЕ ИНАЙЯТА, КАК СУФИЯ.

Инайят обратился к своему муршиду с песней, когда в первый раз посетил "Ханках" (дом размышления). Песнь его была выражением глубокой преданности муршиду и произвела на того сильное впечатлен ие. Он положил свою руку на голову Инайята и благословил его со словами: "Да будешь ты просвещен божественным светом. Озаряй возлюбленных Господом". С этого времени была установлена духовная aвязь между Инайятом и Муршидом и все более укреплялась. Это открыло для Инайята путь ж получению света, который едва ли мог бы быть получен при помощи рассуждений, аргументов, чтении или даже

духовных упражнений. Инайят часто навещал своего Муршида и, когда получал от него телепатические извещения, то оставлял свое дело и прямо отправлялся к нему. Он никогда не приводил своих рас суждений, пока не получал на это приказания. Он всегда был почтителен. Он услаждал своего Муршида музыкой, которая приводила его в состояние, близкое к "ваджаду" (экстазу). Ежедневные упражнен (я я постоянное сосредоточение приготовили его к принятию света. Вот идеальный путь суфийского развития. Инайят прочел Коран и Хадисы и очень заинтересовался творениями Руми и литературой И ндии и Персии. Много времени посвятил он развитию внутреннего зрения. Ясновидение, яснослышание, интуиция, вдохновение, различные впечатления и сны широко захватили его. Он производил также опыты общения с душами живых и умерших. Он проник в оккультную и психическую сторону мистицизма. Он понял также благо морали из опыта собственной жизни, но все, что он изучал я что познавал на



опыте, он сближался с божественной мудростью, которую горячо стремился постичь и которую рассматривал, как сущность и корень всякого познания. После того как Инайят прошел пять стадий суфиз ,а - физическую, интеллектуальную, ментальную моральную и духовную, - он вел курс обучения последователей суфизма в школах: Чиштийской, Накшбандийской, Кадирийской и Сухравардийской. Муршид И найята - Сеид Мохаммед Мадани - принадлежал к знатной семье и был прямим потомком Мохаммеда. Период своего обучения Инайят считает самым счастливим временем своей жизни. По окончании его кур

aа по суфизму, муршид благословил его со словами: "Ступай, дитя мое, в мир, соедини Восток в Запад гармонией твоей музыки, распространяй мудрость суфизма, ибо ты одарен Богом Всемилостивым, Мил .сердным". Это повеление произвело глубокое впечатление на Инайята я дало ему большую надежду я смелость идти вперед, в мир и служить человечеству. Он начал свою работу с большим количеством cчеников по музыке, вдохновляя их своим божественным знанием. В 1910 году он начал свое путешествие по западному миру в сопровождении четырех музыкантов. Прежде всего он посетил Америку; читая лекция о суфизме и играя, он объехал ее с Востока до Запада. Он читал лекции в Колумбийском университете, в Нью-Йорке, в Берклийском университете в Калифорнии и в университете в Лос-Анжелосе, г де имел большой успех. У него было много последователей, и он основал орден суфиев в Америке, с центром в Сан-Франциско. Его профессия музыканта служила ему вспомогательным средством при выпо лнении его суфийской миссии. Объехав Америку, он прибыл в Европу и успешно продолжал свое дело.


  1   2   3   4