Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Сто великих писателей москва "вече" 2004




страница52/57
Дата06.07.2018
Размер7.95 Mb.
1   ...   49   50   51   52   53   54   55   56   57
ноябре 1917 года (Апокалипсис нашего времени). Андрей Платонов никак не мог быть диссидентом, он был летописцем новейшей истории - времени строительства коммунизма в одной отдельно взятой стране. Подчинив себя языку эпохи, он художественно закрепил языковую стихию новой реальности: лексику лозунгов, митингов, декретов, канцелярий - авангардную лексику. Когда авангард (а авангард - это то, что в первый раз) проникает во все сферы жизни и становится нормой - это ад. И Платонов нам это светопреставление убедительно показал. Андрей Платонович Платонов (настоящая фамилия Климентов) родился в Ямской Слободе на окраине Воронежа 20 августа (1 сентября) 1899 года. Его отец, машинист паровоза, был довольно известным в городе лицом, о нем как о талантливом изобретателе-самоучке не раз писали местные газеты. Мать, простая, глубоко верующая женщина, сумела передать сыну христианское мироощущение. Андрей был старшим из одиннадцати детей. Учился в церковно-приходской школе и городском училище. С 14 лет начал работать - рассыльным, литейщиком на трубном заводе, помощником машиниста. Литературные наклонности обнаружились у него довольно рано - с 12 лет сочинял стихи. После революции, в 1918 году, поступил в железнодорожный политехникум на электротехническое отделение. Воодушевленный новыми идеями времени, участвовал в дискуссиях Коммунистического 536 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕ! АНДРЕЙ ПЛАТОНОВИЧ ПЛАТОНОВ 537 союза журналистов, публиковал статьи, рассказы, стихи в Воронеже газетах и журналах (Воронежская коммуна, Красная деревня, Железный путь и др.). В 1919 году как рядовой стрелок железнодорожного отряда, а также как журналист советской прессы и литератор, участвовал в Гражданской войне, получив боевое крещение в стычках с белыми частям Мамонтова и Шкуро. В 1920 году в Москве состоялся Первый Всероссийский съезд пролетарских писателей, где Платонов представлял Воронежскую писа^ тельскую организацию. На съезде проводилось анкетирование. Ответы Платонова дают представление о нем, как о честном (не сочиняющем себе революционное прошлое, как другие) и довольно уверенном в своих силах молодом писателе: Участвовали ли в революционном движении, где и когда - Нет; Подвергались ли репрессиян до Октябрьской революции.. - Нет; Какие препятствия мешал> или мешают вашему литературному развитию - Низшее образование, неимение свободного времени; Какие писатели оказали на вас наибольшее влияние - Никакие; Каким литературным нан правлениям сочувствуете или принадлежите - Никаким, имен свое. Андрей Платонов короткое время был кандидатом в члены РКП(б),| но за критику официальных революционеров в фельетоне Душа ловека - неприличное животное в 1921 году был исключен как шаткий и неустойчивый элемент. В этом же году вышла его первая книга^ (брошюра) Электрификация, а в следующем году в Краснодаре сборник стихов Голубая глубина. На какое-то время Платонов оставляет литературный труд и полис стью отдается практической работе по специальности (пролетарски писатель, по его мнению, обязан был иметь профессию, а творить в свободные выходные часы). В 1921-1922 годах он состоит предсе- j дателем Чрезвычайной комиссии по борьбе с засухой в Воронежской губернии, а с 1923 по 1926 год в Воронежском губземуправлении работает губернским мелиоратором, заведующим работами по электрификации сельского хозяйства. Из сохранившегося удостоверения, выданного Платонову, известно, что под его непосредственным административно-техническим руководством... построено 763 пруда... 315 шахтных колодцев... 16 трубчатых колодцев, осушено 7600 десятин... построены 3 сельские электрические силовые установки. Это были не насильственные трудовые подвиги, а последовательная материализация взглядов Платонова, которые он изложил еще в Российской колымаге: Борьба с голодом, борьба за жизнь революции сводится к борьбе с засухой. Средство победить ее есть. И это средство единственно: гидро- фикация, то есть сооружение систем искусственного орошения полей с культурными растениями. Революция превращается в борьбу с природой. Позже как человек технически образованный и одаренный (имеющий десятки патентов на свои изобретения) он увидит экологическую опасность такой борьбы. В 1926 году Андрей Платонов на Всероссийском съезде мелиораторов был избран в состав ЦК Союза сельского хозяйства и лесных работ и переехал с семьей в Москву. К тому времени он был женат на Маше Кашинцевой. С ней он познакомился в 1920 году в Воронежском отделении пролетписателей, где она служила. Вечная Мария, она стала музой писателя, ей посвящены Епифанские шлюзы и многие стихи, которые слагал Платонов на протяжении всей жизни Работа в ЦК Союза сельского хозяйства не заладилась. Отчасти в этом повинна страсть к размышлению и писательству, - признавался в письме Платонов. Около трех месяцев он работал в Тамбове заведующим подотделом мелиорации. За это время написаны цикл повестей на русские исторические темы, фантастическая повесть Эфирный тракт (1927), повесть Епифанские шлюзы (о петровских преобразованиях в России) и первая редакция Города Градова (сатирическое осмысление новой государственной философии). С 1927 года Платонов окончательно поселяется в Москве, и следующие два года, пожалуй, можно назвать самыми благополучными в его писательской судьбе, чему немало посодействовал Григорий Захарович Литвин-Молотов. Член Воронежского губкома и редколлегии воронежских Известий (он и привлек молодого Платонова к работе в местных газетах), Литвин-Молотов затем возглавил издательство Буревестник в Краснодаре (где вышел платоновский сборник стихов), а с середины 1920-х годов стал главным редактором издательства Молодая гвардия в Москве. Именно там были изданы два первых сборника рассказов и повестей Платонова. Сохранилось несколько писем, в которых Литвин-Молотов разбирает произведения Платонова (в рукописях) и обнаруживает хороший литературный вкус, хотя и пытается удержать писателя в берегах здравого смысла (учитывать цензуру). В это время Андрей Платонов создает новую редакцию Города Градова, цикл повестей: Сокровенный человек (попытка осмысления Гражданской войны и новых социальных отношений глазами природного дурака Фомы Пухова), Ямская слобода, Строители страны (из которой вырастет роман Чевенгур). Сотрудничает в журналах Красная новь, Новый мир, Октябрь, Молодая гвардия, выпускает сборники: Епифанские шлюзы (1927), Луговые мастера (1928), Сокровенный человек (1928), Происхождение мастера (1929). 538 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ Московская литературная жизнь воодушевила сатирическое перо Платонова на несколько пародий: Фабрика литературы (написанная для журнала Октябрь, но опубликованная там лишь в 1991-м), Московское общество потребителей литературы. МОПЛ, Антисексус (диалог с ЛЕФом, Маяковским, Шкловским и др.). 1929 год был назван годом великого перелома - шло раскулачивание деревни. Перелом произошел и в литературной судьбе писателя - критики РАППа разгромили его рассказы Че-Че-О, Государственный житель, Усомнившийся Макар (статьи В. Стрельниковой Разоблачители социализма и Л. Авербаха О целостных масштабах и частных Макарах). Усомнившийся Макар был прочитан и самим Сталиным, который, в отличие от следующих вождей, читал все мало-мальски заметное, - он не одобрил идеологическую двусмысленность и анархичность рассказа. В глазах литературных функционеров это приравнивалось к приговору. Немедленно был рассыпан набор доведенного до верстки романа Чевенгур. Платонов искал заступничества у Горького. Алексей Максимович, высоко ценивший его как художника, но понимавший ситуационную неуместность провидческого Чевенгура, осторожно писал ему, прочтя рукопись: Человек Вы - талантливый, это бесспорно... Но, при неоспоримых достоинствах работы Вашей, я не думаю, что ее напечатают, издадут. Этому помешает анархическое Ваше умонастроение, видимо, свойственное природе Вашего духа. Хотели Вы этого или нет, - но Вы придали освещению действительности характер лирико-сатирический, что, разумеется, неприемлемо для нашей цензуры. Осенью этого же года Андрей Платонов, по заданию Наркомата земледелия, много ездит по совхозам и колхозам Средней России. Впечатления от увиденного складываются в сюжет повести Котлован, над которой он начинает работать. Сюжет не нов, повторено страданье - эпиграф, сохранившийся в черновиках повести, подтверждает, что от первого впечатления писатель не отступил, рассказав об апокалипсисе коллективизации на апокалиптическом языке. Котлован и пьеса Шарманка, завершенные в 1930 году, при жизни Платонова опубликованы не были. Вышедшая в 1931 году в журнале Красная новь повесть- хроника Впрок только поддала жару в критическую топку, которая переплавила немало писателей и то же попыталась сделать с Платоновым. Повесть назвали клеветой на нового человека и генеральную линию партии. Андрей Платонович вынужден был направить письма в центральные газеты с признанием своих ошибок, но ответов не получил, как не получил ответа и на свое письмо к Горькому, в котором писал: Это письмо я Вам пишу не для того, чтобы жаловаться, - мне жаловаться АНДРЕЙ ПЛАТОНОВИЧ ПЛАТОНОВ 539 не на что... я хочу сказать Вам, что я не классовый враг, и сколько бы я ни выстрадал в результате своих ошибок, вроде Впрока, я классовым врагом стать не могу и довести меня до этого состояния нельзя, потому что рабочий класс - это моя родина, и мое будущее связано с пролетариатом... быть отвергнутым своим классом и быть внутренне все же с ним - это гораздо более мучительно, чем сознать себя чуждым... и отойти в сторону. Наступившая изоляция не заставила Андрея Платонова бросить перо. Он пишет народную трагедию 14 Красных Избушек - о голоде в русской провинции, к которому привел великий перелом. Командировки от Наркомата земледелия по колхозам и совхозам Поволжья и Северного Кавказа дали писателю материал для повести Ювенильное море (1932). С 1931 по 1935 год Платонов работал старшим инженером-конструктором в Республиканском тресте по производству мер и весов. В 1934 году вместе с группой писателей побывал в Туркмении. По следам этой поездки написаны повесть Джан, рассказ Такыр, статьи О первой социалистической трагедии и др. При жизни писателя опубликован лишь Такыр. Следующая книга рассказов (после 1929-го) вышла в тревожном 1937 году - Река Потудань, куда вошли такие классические произведения, как Фро, Июльская гроза, В прекрасном и яростном мире. Парадоксально, но именно это время тщательного отслеживания неблагонадежных спровоцировало появление первого и единственного при жизни писателя монографического исследования его творчества. Им стала большая обличительная статья А. Гурвича Андрей Платонов в журнале Красная новь (1937, № 10). Прослеживая творческую эволюцию писателя, Гурвич определил, что основой художественной системы Платонова является религиозное душеустройство. По сути верно, но на фоне безбожной пятилетки это было политическим доносом. Платонов ответил Гурвичу в Литературной газете 20 декабря 1937 года статьей Возражение без самозащиты. Задуманная Платоновым книга, вослед Радищеву, Путешествие из Ленинграда в Москву в 1937 году значилась в планах издательства Советский писатель на 1938 год. Писатель проехал по маршрутам Радищева и Пушкина, собрал материал, но книга не вышла. В 1938-м его пятнадцатилетний сын Тоша (Платон) по навету был арестован и осужден по статье 5810 - за антисоветскую агитацию. Освободили его лишь в 1941 году благодаря хлопотам Михаила Шолохова (в то время депутата Верховного Совета СССР), который дружил с Платоновыми. Из заключения Тоша вернулся со злой чахоткой и через два года умер. Это горе Платонов не изжил до конца своих дней. 540 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ ЭРНЕСТ ХЕМИНГУЭЙ 541 До начала Великой Отечественной войны Андрей Платонов сотрудничает с журналами Литературный критик и Литературное обозрение, пишет книги Размышления читателя и Николай Островский. Набор Размышлений под ударами критики был рассыпан, а рукопись Островского затребовал ЦК ВКП(б), где она и сгинула. Платонов вынужден был зарабатывать на жизнь книгами для детей. В издательстве детской литературы вышла книга Июльская гроза, пьесы же, написанные для Центрального детского театра - Избушка бабушки, Добрый Тит, Неродная дочь - при жизни писателя так и не увидели сцены. Война застала Платонова в Москве. Юрий Нагибин вспоминает: ...к нам зашел Андрей Платонович. Он был совершенно спокоен. Испуганная мама бросилась к нему со словами: Андрей Платонович, что же будет Он посмотрел так удивленно: А что.. Россия победит. - Но как - воскликнула мама. - Немцы уже в предместьях Москвы! Платонов пожал плечами. Как Я не знаю, как. Пузом1 С 1942-го и до конца войны Андрей Платонов был фронтовым корреспондентом газеты Красная Звезда, выпустил четыре книги военной прозы: Одухотворенные люди (1942), Рассказы о Родине, Броня (обе - 1943), В сторону заката солнца (1945). Вернувшись в мирную жизнь, он снова оказался в положении литературного изгоя: цензура зарубила книгу Вся жизнь, опубликованный рассказ Семья Ивановых (Возвращение) - о том, что война калечит человека не только физически, но и нравственно - критика объявила клеветой на солдата-героя, Центральный детский театр не принял пьесу о Пушкине Ученик Лицея... В последние годы жизни, тяжелд больной (прогрессирующий туберкулез), Платонов зарабатывал на хлеб переложением народных сказок. Материально его поддерживали Шолохов и Фадеев, который когда-то по должности обрушивался на Усомнившегося Макара. Шолохов помог и с изданием книг сказок Финист - Ясный Сокол, Башкирские народные сказки (обе - 1947), Волшебное кольцо (1949). Жил Платонов во флигеле Литературного института имени А.М Горького. Кто-то из литераторов, увидев, как он метет двор под своими окнами, запустил легенду, будто он работал дворником. Андрей Платонов уходил из жизни непризнанным. Один из самых значительных писателей XX века, главные свои произведения - роман Чевенгур, повести Котлован, Ювенлльное море, Джан - он не увидел опубликованными. Когда в хрущовские шестидесятые робко стали появляться первые платоновские книги (еще не главные), в каждом интеллигентском доме красный угол занимал портрет Хе- мингуэя, который в своей Нобелевской речи называл Платонова среди своих учителей. В 1951 году Андрей Платонов ушел из жизни. Похоронен он на Ваганьковском кладбище рядом с сыном. Любовь Калюжная ЭРНЕСТ ХЕМИНГУЭЙ (1899-1961) Уильям Фолкнер называл своего соотечественника и ровесника Эрнеста Хемингуэя великим, потому что ...он всегда писал о том, что знал. Делал он это превосходнейшим образом, но никогда не пытался достичь невозможного. Действительно, Хемингуэя можно считать родоначальником литературы осознанных возможностей, когда писателю не мешает писать Лев Толстой. Он научил не бояться недоступной высоты и покорил весь мир волевым стилем своей мужской прозы, свободной в выборе тем, наконец иллюзией, которую давали его книги, - что так, при условии самодисциплины, сможет писать каждый. Хемингуэй раскрепостил творческое начало человека. Ровесник века Эрнест Миллер Хемингуэй., так повлиял на советскую литературу шестидесятых, что без преувеличения можно сказать: роддом советских писателей- шестидесятников - западная литература, и в первую очередь он сам. Надо ли, думаю, рассказывать то, что мои сверстники знают наизусть О, мы прошли эпоху Хэма. Был ли интеллигентский дом без его портрета: трубка, борода, свитер. Ходили под Хэма, писали под Хэма. То, что он сам учился у Платонова, Тургенева, 542 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ Чехова, - тогда как-то не воспринималось, - писал в год столетия со дня рождения Эрнеста Хемингуэя Владимир Крупин в статье с символическим названием Игра с жизнью. В самом деле, творческое поведение Хемингуэя воспринимается как игра с жизнью. Когда читаешь его знаменитую книгу Праздник, который всегда с тобой, - блистательное руководство для начинающего литератора - представляется, что сначала Хемингуэй увлекся образом писателя, его ролью, а потом научился его мастерству. Вполне осознанно, с жесточайшей дисциплиной, Хемингуэй принялся за изучение искусства и техники письма, поселившись в Париже, среди представителей многонациональной художественной богемы, которые обосновались в этой артистической Мекке, чтобы пополнить ряды писателей, художников, скульпторов, танцовщиков... Вырвавшись из необъятных прерий, - писал Форд Мэдокс Форд, - молодая Америка затабунила Париж. Она обезумевала, словно стадо жеребят, перед которым сняли барьер, отделявший сухое пастбище от зеленого лужка. Среди этого художественного карнавала Хемингуэй, ежедневно сидящий в кафе за чашкой остывшего кофе, осваивал мастерство писателя, записывая карандашом в блокнот: Не волнуйся. Ты писал прежде, напишешь и теперь. Тебе надо написать только одну настоящую фразу. Самую настоящую, какую ты знаешь. И в конце концов я писал настоящую фразу, а за ней уже шло все остальное... я решил, что напишу по рассказу обо всем, что знаю. Я старался придерживаться этого всегда, когда писал, и это дисциплинировало. И ему удалось написать обо всем, что он успел узнать. Эрнест Миллер Хемингуэй родился 21 июля 1899 года в пригороде Чикаго Оук-Парке, в тех местах, которые Синклер Льюис в свое время критиковал за отсутствие романтики и откуда, тем не менее, вышел миф об успехе среднего американца. Отец Хемингуэя был доктором. В 1928 году, когда его сын писал роман Прощай, оружие!, он застрелился в своем кабинете из старого смит-вессона. Но до этого было далеко, а пока семья, состоящая из четверых детей, вела ничем не выделявшуюся жизнь в Оук-Парке, а лето проводила в северной части штата Мичиган, где еще жили индейцы и природа давала простор для героических фантазий будущего писателя. Родители надеялись, что после окончания школы Эрнест, по семейной традиции, поступит в университет. Однако в 1917 году, за месяц до его выпускных экзаменов, Соединенные Штаты вступили в Первую мировую войну, которая шла в Европе. Американские газеты ЭРНЕСТ ХЕМИНГУЭЙ 543 призывали молодежь надеть военную форму и идти защищать цивилизацию от варварства гуннов. Военная романтика не обошла стороной и Хемингуэя - он собрался немедленно ехать за океан, но его энтузиазм натолкнулся на жесткое сопротивление родителей. Хемингуэя отправили к дядюшке в Канзас-Сити, где он устроился репортером в газету Стар. Я отвечал за небольшой район... - вспоминал писатель то время. - Здесь я познакомился с темными личностями, брал интервью у знаменитостей... Несмотря на вполне нескучную жизнь, первое же объявление о том, что Американский Красный Крест вербует добровольцев для отправки в Италию, побудило его подать заявление на призывной пункт. Весной 1918 года Хемингуэй отплыл в Европу и попал на итало-австрийский фронт. В Италии он служил шофером санитарного автомобиля, получил тяжелое ранение в ноги, был награжден, провел три месяца в миланском госпитале. После войны некоторое время служил зарубежным корреспондентом газеты Торонто стар на Ближнем Востоке. Годы писательского ученичества Эрнеста Хемингуэя прошли в основном Париже, где он жил до 1928 года. Первую, собственно хемигу-эевскую книгу - В наше время (1924) предваряли несколько публикаций: в американском журнале Поэтри вышло шесть его стихотворений (1923), в марте того же года журнал Литл ревью опубликовал шесть прозаических миниатюр, а чуть позже в парижском издательстве Р. Мак-Элмона вышла первая книга Хемингуэя Три рассказа и десять стихотворений. И только сборник В наше время заставил заговорить об Эрнесте Хемингуэе как о писателе. В рассказах, составивших эту книгу, уже зрели семена будущих его знаменитых романов. Сцены провинциальной американской жизни, увиденные глазами мальчика, противопоставлены ярким и жестоким картинам хаоса военной и послевоенной Европы, которые предстоит когда-нибудь увидеть каждому мальчику. В Париже маститая Гертруда Стайн сказала однажды начинающему Хемингуэю как представителю молодежи, побывавшей на войне: Вы - потерянное поколение. - Вы так думаете - спросил я. - Да, да, - настаивала она. - У вас ни к чему нет уважения. Вы все сопьетесь... Весной 1925 года там же, в Париже, Хемингуэй познакомился со ставшим уже знаменитостью Скоттом Фицджеральдом, его сверстником по поколению (в Празднике, который... он уделил до назойливости много места алкоголизму этого замечательного писателя, будто доказывая на нем правоту Гертруды Стайн), вместе они побывали в Испании, где Хемингуэй посетил фиесту. В этом же году он начал 544 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ! работать над первым своим романом И восходит солнце (1926), который принес ему известность Этот роман определил и направление, в котором будет развиваться дарование писателя Однако настоящим успехом Хемингуэй был обязан следующему своему роману - Прощай, оружие1 (1928) Он сделал ему имя и отвел роль пророка своего поколения, хотя сюжетно это история успеха американского юноши со Среднего Запада, который играл в футбол, охотился, работал газетным репортером, побывал на войне, был ранен и награжден, жил в Латинском квартале Парижа и к тридцати годам написал блестящий бестселлер Однако мир жестокости на войне, с такой беспощадностью описанный в романе, уже намекал на будущих героев Хемингуэя, которые почти всегда будут поставлены перед гибе-. лью или катастрофой, но именно перед лицом поражения умеющие принимать бойцовскую стойку Интересно проследить, к каким ситуациям и персонажам обращается в своих произведениях Хемингуэй Обычно к тем, которые затра-1 гивают тему жестокости, - пишет Роберт Пен Уоррен, точно и лако-. нично охарактеризовавший мир хемингуэевских героев - Это - утопающий в алкоголе и безнравственности мир
Каталог: Blacklady3 -> file
file -> Игорь Анатольевич Мусский 100 великих отечественных кинофильмов 100 великих – 0
file -> Спят буддийские монастыри и развалины зороастрийских башен
file -> Наше благо и согласие общества
file -> Сто великих узников москва "вече" 2003
file -> Сочинение Она насыщена такими неожиданными подробностями, которых не найти ни у
file -> Сто великих скульпторов москва "вече" 2002
file -> Сто великих наград москва
file -> Сто великих казней москва "вече" 2004
1   ...   49   50   51   52   53   54   55   56   57