Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Сто великих писателей москва "вече" 2004




страница44/57
Дата06.07.2018
Размер7.95 Mb.
1   ...   40   41   42   43   44   45   46   47   ...   57
подводит итог всему тому, что говорит за и против моей женитьбы - целых семь пунктов. Против победило: Мне часто необходимо быть одному. Все, что я сделал, результат одиночества... Не будет ли это в ущерб писанию Только не это, только не это! Фелиция, почувствовав охлаждение, шлет залитые слезами письма. Кафка записывает в дневнике: Я люблю ее, насколько способен на это, но любовь душат страх и самобичевание. На следующий день продолжает тему: Единственным выходом кажется прыжок из окна. Отношения были разорваны. Помолвка с Юлией имела тот же финал. Несмотря на разрушенную отцом способность к волеизъявлению, Кафка сохранил маниакальное упорство в одном - в отстаивании творческой свободы. Это же сформировало и привычку к одиночеству. Кафке вполне могла принадлежать фраза: Ад - это другие, сказанная его литературным последователем Сартром. В 1920 году Франц Кафка познакомился с Миленой Есенской, талантливой журналисткой и первой переводчицей его произведений на чешский язык. Одна из немногих, она при жизни увидела в нем гениального писателя, а он, зная чешский, сумел оценить ее литературные способности. Милена стала самой большой любовью писателя. Отвечая ему взаимностью, она тем не менее не спешила расстаться с мужем, венским банкиром, что, впрочем, нисколько ей не мешало. Остроумная, жизнерадостная и энергичная, она сумела растормошить угрюмого и опасливого Кафку, этого тощего верзилу, кото- f FT i ФРАНЦ КАФКА 443 рый, назначая свидание, всерьез писал: Прошу тебя, Милена, не пугай меня - не появляйся неожиданно сбоку или сзади. Вызвала она и безграничное доверие к себе, позволяющее замкнутому Кафке быть с ней необычайно откровенным: Я болен духом, а заболевание легких лишь следствие того, что духовная болезнь вышла из берегов, - писал он ей о прогрессирующем туберкулезе, начавшемся у него с 1917 года. Только небывало сильное чувство могло заставить Франца Кафку покинуть свою берлогу в Праге и отправиться на зов Милены в Вену, где она жила. Четыре дня, проведенные вместе на природе, он считал самым большим счастьем в своей жизни. Я, зверь лесной, лежал где-то в грязной берлоге (грязной только из-за моего присутствия, разумеется) - и вдруг увидел тебя там, на просторе, чудо из всех чудес... и все забыл, себя самого забыл... уткнулся лицом в твои ладони и был так счастлив, так горд, так свободен, так могуч, будто обрел наконец дом, - писал он ей. Кафка требовал в письмах, чтобы она оставила мужа, но Милена тянула с решением. Может быть, ее удерживали некоторые особенности его натуры. Она переводила его рассказ Превращение и вполне могла задуматься над таким авторским признанием: Я всегда буду внушать ужас людям, а больше всего - самому себе. Возможно, ее останавливали некоторые перспективы, рисуемые им в письмах: Мне кажется иногда, что мы, вместо того чтобы жить вместе, просто тихо-мирно уляжемся вместе, чтобы умереть. (Хотя, надо заметить, женщина эта была не робкого десятка - во время Второй мировой войны за участие в чешском Сопротивлении попала в немецкий концлагерь, где и погибла в 1944 году.) Кафке казалось, что муж имеет над Миленой какую-то таинственную роковую власть. В это время он писал роман Замок, где его личные перипетии получили фантастическое преломление По сюжету, землемер К. приезжает в деревню неизвестно откуда и неизвестно зачем, любой ценой пытаясь проникнуть в расположенный рядом Замок. Его управитель господин Кламм имеет какую-то мистическую власть над деревней, а также над Фридой, с которой у землемера завязывается роман. Как только устраивается их счастье, таинственный Кламм заявляет на Фриду какие-то свои права, и она безропотно ему подчиняется. Предав землемера К., она возвращается в Замок, откуда пришла. Землемер не ропщет, признав превосходство Кламма, и не протестует, когда один из персонажей сравнивает обитателя Замка с орлом, а его - с кротом. В одном из писем Кафка писал Милене: В твоей совместной жизни с ним я на самом деле всего лишь мышка в большом доме, которой в лучшем случае раз в год дозволяется открыто перебежать по ков- 444 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ ру. Так что исследователи творчества Кафки вряд ли заблуждаются, полагая, что Фрида списана с Милены, а демонический Кламм - с ее мужа. Теологией в действии назвал Замок Альбер Камю, увидев в нем путь души в поисках благодати, путь человека, который вопрошает предметы этого мира о тайне тайн, а в женщинах ищет проявлений дремлющего в них Бога, что, судя по финалу, женщины не оправдали. В 1921 году Кафка передал Милене свои дневники и рукописи романов Замок и Америка. При ее участии они были опубликованы после смерти автора: Замок - в 1926 году, Америка - в 1927-м. Роман Процесс Кафка также не увидел в печати - он вышел в 1925 году. Эти публикации принесли Францу Кафке посмертную славу. Мир его героев - иррациональный, изломанный, жуткий и безнадежный - отражал упаднические настроения и апокалиптические страхи, оставшиеся после Первой мировой войны. Однако ни один из всех мировых пессимистов еще не показывал в таких формах ничтожность человека, как это сделал Кафка в своем знаменитом рассказе Превращение. Бесспорно, в образной системе Превращения отразилась этика потери веры, - пишет Камю, и не согласиться с ним трудно. Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Грегор Зам-за обнаружил, что он у себя в постели превратился в страшное насекомое - так начинается этот приговор человеку. Мелкий коммивояжер, робкий маленький человек, он даже мысленно не протестует против постигшего его несчастья. Нетрудно догадаться, что превращение Замзы - просто материализация его самоощущения. Не удивляются его превращению и не доискиваются причин этого и близкие, больше озабоченные, как бы скрыть насекомое от чужих глаз. В итоге оно умирает от голода в закрытой комнате, и семья облегченно вздыхает, воспринимая это как предопределенность судьбы. Эту же тему - жизнь как вечный приговор - продолжает новелла В исправительной колонии. Молодой офицер показывает путешественнику машину для казни, которую он обслуживает, и представляет ее как орудие справедливости. На вопрос: есть ли у осужденного возможность защищаться, офицер отвечает: Вынося приговор, я придерживаюсь правила: Виновность всегда несомненна. В этих словах заключена формула человеческого удела вообще - по Кафке, совпадающая с формулой его личного мироощущения, что он выразил в Письме отцу: безграничное чувство вины. С таким чувством долго не живут. Франц Кафка умер в сорок один год от туберкулеза. Его любимым философом был Кьеркегор, которому принадлежит такое утверждение: Отчаяние - смертельная болезнь. В своем отчаянии Франц Кафка был честен, что подтверждают и его НИКОЛАЙ СТЕПАНОВИЧ ГУМИЛЁВ 445 произведения, и воспоминания о нем. Известно, что самые тонкие психологи - любящие женщины, так что завершим наши размышления о Франце Кафке словами Милены Есенской: Конечно, мы-то все как будто приспособлены к жизни, но это лишь потому, что нам однажды удалось найти спасение во лжи, в слепоте, в воодушевлении, в оптимизме, в непоколебимости убеждения... в чем угодно. А он никогда не искал спасительного убежища, ни в чем. Он абсолютно не способен солгать, как не способен напиться. У него нигде нет прибежища и приюта. Он как голый среди одетых... Любовь Калюжная НИКОЛАЙ СТЕПАНОВИЧ ГУМИЛЁВ (1886-1921) В 1906 году Гумилёв написал стихотворение Завещание, на которое не обращают внимания, тем более не обращают внимания на пророческий смысл его, считая, что это еще ранний Гумилёв, что это завещание - своего рода бравада, экзальтированно-романтический этюд и т.п. Очарован соблазнами жизни, Не хочу я растаять во мгле, Не хочу я вернуться к отчизне, К усыпляющей, мертвой земле. Пусть высоко на розовой влаге Вечереющих горных озер Молодые и старые маги Кипарисовый сложат костер. И покорно, склоняясь, положат На него мой закутанный труп, Чтоб смотрел я с последнего ложа С затаенной усмешкою губ. Так начинается это стихотворение. Все-таки будем помнить, что слово обладает магической силой - и человек, даже не желая того, может напророчить себе нечто, порой беду. Пастернак говорил моло- 446 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ дым поэтам, играющим с темой смерти, что этого делать нельзя, если вы на самом деле хотите жить и творить, слово может все выстроить по-своему, если оно произнесено. Так вот здесь произнесено, что поэт не хочет могилы в отчизне - этой могилы и нет. Есть могила его матери в маленьком тверском городке Бежецке, здесь можно положить цветы, поклониться Анне Ивановне, вспомнить стихи самого Гумилёва Иногда, в дни праздника ахматовской поэзии в Бежецке, приезжие поэты заказывают на могиле молебен, поминая Ахматову и Гумилёва Гумилёва расстреляли без суда и без доказательства вины в 1921 году, и неизвестно где закопали в одной яме с другими расстрелянными. Обычно говорят о пророческом смысле стихотворения Гумилева Рабочий, в котором поэт предсказал якобы свою гибель от рук рабочего, то есть пролетариата, революции Но строго-то говоря, это стихотворение о немецком рабочем, который отливает пулю. . Пуля, им отлитая, просвищет Над седою вспененной Двиной, Пуля, им отлитая, отыщет Грудь мою, она пришла за мной. Это стихотворение имеет прямое отношение к Первой мировой войне, а не к революции. Хотя все-таки и это стихотворение надо отнести к пророческим стихам поэта: слово так или иначе исполнилось. Некоторые говорят, что Гумилёв так увлекся экзотическими странами, конкистадорами, жирафами, озером Чад, брабанскими манжетами романтических капитанов, Африкой и Востоком, что не успел сказать о России. Это и так, и не так. Во-первых, замечательно, что в русской поэзии есть поэт с таким самобытным дарованием, устремленным к дальним странам, это только обогащает русскую поэзию. Гумилёв родился в Кронштадте в штормовую ночь - ему на роду было написано любить моря. У него дед был морским офицером, дядя - адмиралом. Во-вторых, конец XIX века, как и конец XX, в искусстве настоятельно требовал каких-то новых форм, тем, прорывов. В Европе мно- Т НИКОЛАЙ СТЕПАНОВИЧ ГУМИЛЁВ 447 гие художники такой прорыв искали в экзотическом материале - вспомним Гогена или Киплинга... Так что Гумилёв действовал в духе общих поисков в искусстве своего времени. А в-третьих, Гумилёв много чего сказал и о России. Его книга Костер очень русская. Александр Блок на одном из своих сборников сделал такую дарственную надпись: Дорогому Николаю Степановичу Гумилёву - автору Костра, читанного не только днем, когда я не понимаю стихов, но и ночью, когда понимаю. Приведем несколько строф из Костра: Я ребенком любил большие, Медом пахнущие луга, Перелески, травы сухие И меж трав бычачьи рога. (Детство) В чащах, в болотах огромных, У оловянной реки, В срубах мохнатых и темных Странные есть мужики. Выйдет такой в бездорожье, Где разбежался ковыль, Слушает крики Стрибожьи, Чуя старинную быль. (Муж и к) Крест над церковью взнесен, Символ власти ясной, отеческой, И гудит малиновый звон Речью мудрою, человеческой. (Городок) Гумилёв стремился сказать о своей Родине полнее и пронзительнее, но признавал, что его дарование в другом. В стихотворении Стокгольм он об этом скажет: И понял, что я заблудился навеки В слепых переходах пространств и времен, А где-то струятся родимые реки, К которым мне путь навсегда запрещен. Это уже зрелый Гумилёв говорит, все понимающий о себе, о своем творчестве. IP! T 448 Читатель, который знает и любит стихи Гумилёва, уже и не вспоминает ни о каких литературных течениях начала XX века, о литературных спорах, он, может быть, уже и забыл, что такое акмеизм, который проповедовал Гумилёв, - он просто любит лучшие стихи поэта, он живет, дышит этими стихами, это его золотой запас души. На вопрос самого Гумилёва: Что делать нам с бессмертными стихами - он отвечает: Любить! Я бы дополнил еще: и издавать. Читатель, который только открывает поэзию Гумилёва, найдет при желании много статей и об акмеизме, и о спорах, прочитает статью А. Блока Без божества, без вдохновенья, узнает биографию поэта, откроет для себя непростые отношения двух поэтов, мужа и жены, Ахматовой и Гумилёва, прочитает Письма о русской поэзии Николая Степановича, его прозу, статьи, может быть, даже прочитает драмы. Самое главное, чтобы поэт зацепил человека, чтобы душа потянулась к высокому поэтическому миру. А это могут сделать только сами стихи. Слава Богу, после многих десятилетий запрета сейчас вышли и выходят новые и новые издания Гумилёва. С очень хорошими предисловие ями, так что есть возможность не только насладиться стихами, но углубиться в художественный мир поэта. Вот, например, какие глубины видит исследователь и автор пре-| дисловия к прекрасному трехтомнику Гумилёва, изданному издатель-] ством Художественная литература в 1991 году, Н.А. Богомолов в cthJ хотворении Память: Стихотворение заканчивается явлением неве-| домого странника с закрытым лицом: Предо мной предстанет, мне неведом, Путник, скрыв лицо, но все пойму, Видя льва, стремящегося следом, И орла, летящего к нему. Крикну я... но разве кто поможет, Чтоб моя душа не умерла Только змеи сбрасывают кожи, Мы меняем души, не тела. Кто этот путник Ахматова отвечала однозначно- Смерть. Современный комментатор также однозначен: Христос. А можно найти еще одну параллель - Заратустра. И еще можно добавить, что, согласие магическим концепциям, лев и орел в животном мире соответствовалк Солнцу в мире природном... Гумилёв намеренно неоднозначен, наме- | ренно уходит от простой расшифровки. Путник - и то, и другое, и| третье, и еще нечто, и еще, и еще. Ряд этот принципиально несконча-] ем, его можно длить и длить. 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ НИКОЛАЙ СТЕПАНОВИЧ ГУМИЛЁВ 449 Так что читатель в стихах Гумилёва может найти глубины необычайные. Закончить слово о поэте хочется несколькими стихотворениями из тех, которые называются шедеврами: ЖИРАФ Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд И руки особенно тонки, колени обняв. Послушай: далеко, далеко, на озере Чад Изысканный бродит жираф. Ему грациозная стройность и нега дана, И шкуру его украшает волшебный узор, С которым равняться осмелится только луна, Дробясь и качаясь на влаге широких озер. Вдали он подобен цветным парусам корабля, И бег его плавен, как радостный птичий полет. Я знаю, что много чудесного видит земля, Когда на закате он прячется в мраморный грот. Я знаю веселые сказки таинственных стран Про черную деву, про страсть молодого вождя, Но ты слишком долго вдыхала тяжелый туман, Ты верить не хочешь во что- нибудь, кроме дождя. И как я тебе расскажу про тропический сад, Про стройные пальмы, про запах немыслимых трав... Ты плачешь Послушай... далеко, на озере Чад, Изысканный бродит жираф. СЛОВО В оный день, когда над миром новым Бог склонял лицо Свое, тогда Солнце останавливали словом, Словом разрушали города. И орел не взмахивал крылами, Звезды жались в ужасе к луне, 450 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ Если, точно розовое пламя, Слово проплывало в вышине А для низкой жизни были числа, Как домашний, подъяремный скот, Потому что все оттенки смысла Умное число передает. Патриарх седой, себе под руку Покоривший и добро и зло, Не решаясь обратиться к звуку, Тростью на песке чертил число. Но забыли мы, что осиянно Только слово средь земных тревог И в Евангелии от Иоанна Сказано, что Слово - это Бог. Мы ему поставили пределом Скудные пределы естества, И, как пчелы в улье опустелом, Дурно пахнут мертвые слова. ШЕСТОЕ ЧУВСТВО Прекрасно в нас влюбленное вино, И добрый хлеб, что в печь для нас садится, И женщина, которою дано, Сперва измучившись, нам насладиться. Но что нам делать с розовой зарей Над холодеющими небесами, Где тишина и неземной покой, Что делать нам с бессмертными стихами Ни съесть, ни выпить, ни поцеловать. Мгновение бежит неудержимо, И мы ломаем руки, но опять Осуждены идти все мимо, мимо. Как мальчик, игры позабыв свои, Следит порой за девичьим купаньем АННА АНДРЕЕВНА АХМАТОВА 451 И, ничего не зная о любви, Все ж мучится таинственным желаньем. Как некогда в разросшихся хвощах Ревела от сознания бессилья Тварь скользкая, почуя на плечах Еще не появившиеся крылья, - Так век за веком - скоро ли, Господь - Под скальпелем природы и искусства Кричит наш дух, изнемогает плоть, Рождая орган для шестого чувства. Геннадий Иванов АННА АНДРЕЕВНА АХМАТОВА (1889-1966) Началом долгого творческого пути Анны Андреевны Ахматовой стал уникальный период отечественной культуры, получившей название серебряный век. Философ Николай Бердяев написал об этой эпохе: ...тогда было опьянение творческим подъемом, новизна, напряженность, борьба, вызов. В эти годы России было послано много даров. Это была эпоха пробуждения в России самостоятельной философской мысли, расцвет поэзии и обострение эстетической чувственности, религиозного беспокойства и искания, интереса к мистике и оккультизму. Появились новые души, были открыты новые источники творческой жизни, видели новые зори, соединяли чувство заката и гибели с надеждой на преображение жизни. Но все происходило в довольно замкнутом кругу... 452 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ Пришедшие в эту эпоху поэты продолжили те традиции русской поэзии, в которых человек был важен сам по себе, важны его мысли и чувства, его отношение к вечности, к Богу, к Любви и Смерти в философском, метафизическом смысле. Поэты серебряного века в своем художественном творчестве и в теоретических статьях и высказываниях подвергали сомнению идею прогресса для литературы да и для жизни тоже. Одним из родовых признаков поэтов серебряного века была вера в искусство, в силу слова, поиски новых, сильных средств выражения. Ахматова была олицетворением серебряного века. Но ее величие в том, что она преодолела это яркое, но болезненное и глубоко мифологическое время в русской культуре, она поднялась над ним - и ее голос звучал величественно и в 1940-е годы, и в 1950-е, доказывая, что поэзия всегда больше, чем та или иная эпоха. Кто бы мог в начале XX века предположить, что довольно жеманная и изысканная дама серебряного века, коломбина десятых годов, будет потом много месяцев стоять в тюремных очередях в ожидании приговора сыну, потом напишет Реквием, который станет символом тех страшных лет. В автобиографической заметке Коротко о себе Ахматова пишет: Я родилась 11 (23) июня 1889 года под Одесской (Большой Фонтан). Мой отец был в то время отставной инженер-механик флота. Годовалым ребенком я была перевезена на север - в Царское Село. Там я прожила до шестнадцати лет. Первое стихотворение она написала в одиннадцать лет, стихи начинались для нее с Державина и Некрасова. Ахматова окончила Царскосельскую гимназию и последний класс Киевской Фундуклеевской гимназии. Поступила на юридический факультет Высших женских курсов в Киеве, потом к ним охладела и перешла учиться на Высшие литературные курсы Раева - это уже в Петербурге. В 1903 году Ахматова знакомится с Гумилёвым, а в 1910-м - выходит за него замуж. Настоящая фамилия поэтессы - Горенко. Свой знаменитый псевдоним она взяла от прабабушки - татарской княжны Ахматовой. В 1912 году вышел первый сборник Анны Андреевны - Вечер. В этот же год у Ахматовой и Гумилёва родился сын Лева, будущий великий ученый, будущий великий страдалец, проведший в годы репрессий в тюрьмах больше десяти лет. Арестовали его по сути за то, что у него такие великие родители. Отец к этому времени был расстрелян как соучастник контрреволюционного заговора... В первой книге Вечер, наряду с характерными для серебряного века стихами, такими, например, как Сжала руки под темной вуалью... АННА АНДРЕЕВНА АХМАТОВА 453 Сжала руки под темной вуалью... Отчего ты сегодня бледна - Оттого, что я терпкой печалью Напоила его допьяна. Как забуду Он вышел, шатаясь, Искривился мучительно рот... Я сбежала, перил не касаясь, Я бежала за ним до ворот. Задыхаясь, я крикнула: Шутка Все, что было. Уйдешь, я умру. Улыбнулся спокойно и жутко И сказал мне: Не стой на ветру. 1911 или наряду с Песней последней встречи, со стихотворением Муж хлестал меня узорчатым, Вдвое сложенным ремнем... - одним словом, наряду с несколько манерными, изысканно декадентскими стихами в сборнике есть и такие вот, другие строфы: Смуглый отрок бродил по аллеям, У озерных грустил берегов, И столетие мы лелеем Еле слышный шелест шагов. Иглы сосен густо и колко Устилают низкие пни... Здесь лежала его треуголка И растрепанный том Парни. 1911 Дело не только в том, что уже в первом сборнике Ахматова коснулась пушкинской темы, которая потом всю жизнь будет ее сопровождать. Но в этих, приведенных строках, мы видим Ахматову не приписанной уже к определенной культурной эпохе, а Ахматову вечную, соединившую в себе традиции классики и новейший опыт русской поэзии. Одна за другой выходят новые книги Анны Андреевны: Четки - 1914 год, Белая стая - 1917 год, Anno Domini - 1921-й, Подо- 454 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ рожник - 1921-й, У самого моря - 1921-й. Следующая книга выйдет только в 1940-м, потом в 1946-м, и последняя прижизненная книга Бег времени - в 1965 году. В пантеон русской поэзии Ахматова вошла классической строгостью стиха, ясностью, лапидарностью, редким чувством гармонии. И, безус-ловно, своим выдающимся патриотизмом. После революции 1917 года она не уехала в эмиграцию, она, тесно связанная с дворянской культурой, поняла глубину перемен, их неизбежность и их трагизм, и осталась с народом. Мне голос был. Он звал утешно, Он говорил: Иди сюда, Оставь свой край глухой и грешный, Оставь Россию навсегда. Я кровь от рук твоих отмою,
Каталог: Blacklady3 -> file
file -> Игорь Анатольевич Мусский 100 великих отечественных кинофильмов 100 великих – 0
file -> Спят буддийские монастыри и развалины зороастрийских башен
file -> Наше благо и согласие общества
file -> Сто великих узников москва "вече" 2003
file -> Сочинение Она насыщена такими неожиданными подробностями, которых не найти ни у
file -> Сто великих скульпторов москва "вече" 2002
file -> Сто великих наград москва
file -> Сто великих казней москва "вече" 2004
1   ...   40   41   42   43   44   45   46   47   ...   57