Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Сто великих писателей москва "вече" 2004




страница21/57
Дата06.07.2018
Размер7.95 Mb.
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   57
Мелани в сердце Дюма заняла актриса, играющая ее роль в пьесе, а саму Мелани Вальдор автор любезно пригласил на премьеру. Публика неистовствовала- в зале аплодировали, плакали, рыдали, кричали, - писал Теофиль Го-тье. - Жгучая страсть пьесы воспламенила все сердца. Молодые женщины поголовно влюбились в Антони, юноши готовы были всадить себе пулю в лоб ради Адель дЭрве. Эта пара великолепно воплотила современную любовь... Бокаж играл фатального мужчину, а госпожа Дорваль - женщину прежде всего слабую... Таковыми были идеал мужчины и идеал женщины в прошлом веке, в нашем же они поменялись местами. Первую половину жизни Александр Дюма посвятил театру. Его пьесы (наряду с названными) - Наполеон Бонапарт, или Тридцать лет истории Франции (1831), Нельская башня (1832), Кин (1936) и дру- гие - заставили говорить о нем, как о выдающемся драматурге, обладающим врожденным качеством для работы в этом жанре - умением строить напряженное действие. Никому не приходило в голову, что он может стать историческим романистом, для чего требовалась большая эрудиция. Библиотеки же, как известно, не его стихия. Тем не менее новый грандиозный замысел, который должен был приумножить его славу, уже захватил Дюма. Он решил воскресить историю Франции в серии романов и начал самым прилежным образом изучать приемы Вальтера Скотта. Тут подоспел и социальный заказ. у нескольких популярных газет стал падать тираж, и потребовались романы-фельетоны с захватывающим действием, которые можно было бы печатать из номера в номер, удерживая внимание подписчиков. Скорый на перо Дюма увидел в этом золотую жилу. Первый такой роман Шевалье дАрманталь он написал в соавторстве с Огюстом Маке (сын богатого фабриканта, он не обладал писательским талантом, но был страстно влюблен в литературу и графоманил). Вскоре кто-то из них наткнулся на Мемуары господина дАртаньяна, капитан-лейтенанта первой роты королевских мушкетеров. Эти поддельные мемуары были написаны, и довольно бездарно, неким Гасьеном де Куртилем и изданы в 1700 году в Кёльне. Мемуары были переписаны Дюма и Маке, дополнены множеством новых эпизодов, а главное - мушкетеры, которых Гасьен де Куртиль изобразил пошловатыми авантюристами, превратились в легендарных героев. Вот как описывает Андре Моруа работу Дюма с соавтором: ...Маке выступал лишь в роли мраморщика, а скульптором был Дюма... Соавтор писал сценарий. Дюма прочитывал его в один присест и затем использовал как черновик. Он переписывал текст, добавлял тысячи деталей, придававших ему живость, переделывал диалог, в котором не имел себе равных, тщательно отшлифовывал концы глав и увеличивал общий объем, чтобы удовлетворить требованиям, предъявляемым к роману-фельетону, который должен был тянуться долгие месяцы и держать читателей в постоянном напряжении. Роман Три мушкетера (1844) стал бестселлером и долгое время был у всех на устах. Ходил даже анекдот: если существует на каком-нибудь необитаемом острове Робинзон Крузо, он наверняка сейчас читает Трех мушкетеров. В нем видели и политическую заглушку: Будь я Луи Филиппом, - говорил Мери, - я пожаловал бы ренту Дюма, Эжену Сю и Сулье с условием, что они вечно будут продолжать Мушкетеров, Парижские тайны и Записки дьявола (кстати, книга, которой зачитывался молодой Достоевский. - Л.К.). И тогда бы мы навсегда покончили с революциями. С 1845 по 1855 год Дюма обрушивает на газеты и журналы свои романы, по восемь - десять томов каждый, в которых отразилась по- 222 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ чти вся история Франции. За Тремя мушкетерами последовали Двадцать лет спустя (1845) и Виконт де Бражелон (1848-1850) - трилогия, объединенная главными героями: Атосом, Портосом, Арамисом и дАртаньяном. Другая трилогия - Королева Марго (1845), Графиня де Монсоро (1846) и Сорок пять (1847-1848) - выводит на сцену французскую королевскую династию Валуа. Одновременно с этим Дюма создает еще одну серию романов: Ожерелье королевы, Шевалье де Мэзон-Руж, Жозеф Бальзамо, Анж Питу, Графиня де Шарни, в которых описывает закат и падение французской монархии. Приключенческий роман из современной жизни - Граф Монте-Кристо (1845-1846) принес Дюма небывалую славу и, разумеется, деньги. В ознаменование этого события он построил под Парижем замок Монте-Кристо. Бесчисленных гостей встречала надпись над парадным входом: Я люблю тех, кто любит меня. Романы Дюма захватили подвалы во всех газетах, а успех, как известно, редко укрепляет дружбу, чаще плодит врагов. О Дюма стали говорить, что он покупает на 250 франков рукописей, чтобы перепродать их за десять тысяч, что он создал предприятие по производству романов, душой и телом отдался культу золотого тельца и т.д, и т.п. Некто Эжен де Мирекур, которому Дюма отказал в сотрудничестве, выпустил брошюру Фабрика романов Торговый дом Александр Дюма и К°, ставшую сенсацией. Он не только обнародовал список подлинных авторов, но перетряс и личную жизнь писателя.. Дюма подал на него в суд, и Мирекура приговорили за клевету к двухнедельному тюремному заключению. Надо сказать, что во времена Дюма помощь литературных сотрудников не считалась чем-то компрометирующим. Известно, что ею пользовались и Жорж Санд, и Виктор Гюго, и Сент-Бёв, и многие другие, однако такая плодовитость, которой отличался Александр Дюма, превосходила всякое воображение. Мечты мои не имеют границ, - говорил сам Дюма, - я всегда желаю невозможного. Как я осуществляю свои стремления Работая, как никто никогда не работал, отказывая себе во всем, часто даже во сне... В России произведения Александра Дюма начали переводиться сразу же после их появления во Франции. Одним из первых переводчиков стал Виссарион Белинский. Дюма, зная о том, что его пьесы с успехом идут на Петербургских сценах, мечтал получить от русского императора орден Святого Станислава (это был один из его пунктиков - страсть ко всякого рода знакам отличия). Писатель преподнес Николаю I свою драму Алхимик с посвящением, в котором называл царя блистательным монархом-просветителем. Коронованный просвети- АЛЕКСАНДР ДЮМА 223 тель ордена, однако, не дал, решив, что довольно будет перстня с вензелем. Дюма в долгу не остался и в 1840 году выпустил свой роман Учитель фехтования, или Восемнадцать месяцев в Санкт-Петербурге - о конце царствования Александра I, восшествии на престол Николая, декабрьском восстании и сибирских рудниках, куда были сосланы мятежники; одна из сюжетных линий романа - история любви декабриста Ивана Анненкова и француженки Полины Гебль (в романе их имена изменены). Таким образом Европа узнала о том, что Николай I предпочитал держать от нее в тайне, - о дворянском заговоре и восстании 14 декабря 1825 года, а попутно и о дворцовых интригах, и об убийстве Павла I... В то время Дюма еще не бывал в России, обо всех этих событиях он узнал от француза Огюста Гризье, служившего когда-то, по рекомендации великого князя Константина, преподавателем фехтования в Высшем военно-инженерном училище и дававшего частные уроки будущим декабристам - Ивану Анненкову, Александру Муравьеву и Сергею Трубецкому. Рассказы Гризье писатель дополнил сведениями из книг по русской истории. Я работаю, - писал он Беранже, - держа в одной руке книгу, а в другой - перо. Учитель фехтования был запрещен в дореволюционной России и впервые вышел у нас в 1925 году. В России Дюма побывал только в 1858 году и оставил семь томов описания своего путешествия - От Парижа до Астрахани (1859) и Кавказ (1860). Будучи в Нижнем Новгороде, писатель посетил губернатора Александра Муравьева, которым оказался бывший декабрист и прототип одного из героев его романа. У него же в доме он встретился и с другими своими героями - Иваном Анненковым и его женой Полиной, в замужестве ставшей Прасковьей Егоровной. У меня вырвался крик удивления, - вспоминал Дюма, - и я очутился в объятиях супругов. Русская история в интерпретации французского мастера приключенческого жанра, а также его путевые впечатления - необычайно интересное чтение для русских. Здесь можно встретить и примеры его удивительной проницательности, и курьезы. Вот, к примеру, что такое крестьянские лапти по Дюма: род сандалий, которые держатся при помощи длинных ремешков, обвивающих ногу до самых колен (чем не обувь римских патрициев). В 1860 году неуемный Александр Дюма, на пятьдесят девятом году жизни, отправился в Италию, чтобы принять участие в борьбе за ее независимость под знаменами Гарибальди, которому, кстати, подарил Шхуну и пятьдесят тысяч франков на вооружение. Вместе с собой на войну он захватил подружку - двадцатилетнюю актрису Эмилию Кор- 224 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ дье, переодетую в костюм матроса. Дюма выдавал ее за своего племянника. Вскоре племянник вынужден был вернуться во Францию, чтобы через несколько месяцев родить ему дочь, а Великий Александр, как называли его итальянцы, 7 сентября 1860 года вместе с гарибальдийцами вступил в Неаполь, изгнав оттуда королевское семейство, которое некогда заключило в тюрьму и пыталось отравить его отца. Запоздалая, но, согласитесь, красивая месть. Из Италии Дюма возвратился с увязавшейся за ним черной, как слива певицей Фанни Гордозой и замыслом нового романа Вскоре он бежал от бурных сцен ревности, которые устраивала итальянская фурия, и поселился вместе со своей взрослой дочерью Мари-Александри-ной (от актрисы Белль Крельсамер, некогда игравшей в его пьесах), чтобы написать один из лучших своих романов - Сан-Феличе Место действия: Неаполь времен Марии-Каролины, леди Гамильтон и Нельсона, молодых генералов французской революционной армии, которые создавали и упраздняли королевства, - то есть героическая эпоха генерала Дюма. И на седьмом десятке Александр Дюма был полон энергии, фонтанировал идеями и замыслами. Я видела Вашего отца в Одене, - писала Жорж Санд в 1865 году его сыну. - Боже мой, какой удивительный человек! Однако победное шествие уже неуклонно приближалось к финалу. Миллионы, заработанные Дюма, протекли у него сквозь пальцы Когда он умирал, у него оставалось два луидора - ровно столько, сколько он имел, когда явился завоевывать Париж. Незадолго до смерти, полупарализованный после инсульта, Дюма поселился в доме сына, который всегда говорил о нем: Мой отец - это большое дитя, которым я обзавелся, когда был еще совсем маленьким. И это действительно так. Письма сына к отцу изобилуют призывами вести более умеренный, соразмерный возрасту образ жизни - по поводу его волнующих приключений. Отец побаивался его и предпринимал всевозможные меры предосторожности, чтобы сын во время посещений не натыкался у него на полуобнаженных нимф. Когда Дюма-сын стал приобретать успех как писатель, отец забеспокоился: .. тебе следует подписываться Дюма- Дави. Мое имя, как ты понимаешь, слишком хорошо известно - и на этот счет двух мнений быть не может, а прибавлять к своей фамилии отец я не могу: для этого я еще слишком молод... Последней книгой несравненного Александра Дюма-отца стала Большая кулинарная энциклопедия, изданная после его смерти Ана-толем Франсом. По свидетельству сына, расставался с жизнью Дюма легко, до последнего часа не теряя чувства юмора. Аннушка находит тебя очень ФЕДОР ИВАНОВИЧ ТЮТЧЕВ 225 красивым, - передали ему слова русской горничной. - Поддерживайте ее в этом мнении! - встрепенулся он Александр Дюма ушел из жизни 5 декабря 1870 года. В некрологе Жорж Санд писала: Он был гением жизни, он не почувствовал смерти Любовь Калюжная ФЕДОР ИВАНОВИЧ ТЮТЧЕВ (1803-1873) Довольно часто повторяют гётев-ские слова, что, мол, если хочешь лучше понять поэта, побывай на его родине. Я побывал в селе Овстуге Брянской области, где родился Федор Иванович 23 ноября (по новому стилю - 5 декабря) 1803 года. Тогда это село относилось к Орловской губернии Здесь прошли детство, отрочество, первые годы юности будущего великого поэта. Это самая что ни на есть настоящая родина Тютчева, здесь зародился его талант, сюда он потом приезжал из-за границы для отдохновения и вдохновения - здесь мыслил я и чувствовал впервые.... Об Овстуге он писал жене в 1854 году: Когда ты говоришь об Овстуге, прелестном, благоуханном, цветущем, безмятежном и лучезарном, - ах, какие приступы тоски по родине овладевают мною, до какой степени я чувствую себя виноватым по отношению к самому себе, по отношению к своему собственному счастью... Тютчевы принадлежали к тем дворянским семьям, которые не чурались крестьян, а, наоборот, общались с ними, крестили крестьянских детей, вместе праздновали яблочные Спасы (этот праздник Тютчевы особенно любили), да и все другие народные праздники. Хотя Федор Иванович потом десятилетиями жил за границей, состоя на дипломатической службе, но в детстве он так глубоко впитал в себя все истинно русское, что все изумлялись его русскости, а поэт Аполлон Май- 226 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ ков писал: Поди ведь, кажется, европеец был, всю юность скитался за границей в секретарях посольства, а как чуял русский дух и как владел до тонкости русским языком!.. В Овстуте прежде всего бросается в глаза необычность этого села: уж очень особый рельеф местности - холмы с избами напоминают условное изображение гор на древнерусских иконах. У этого села какой-то очень насыщенный динамичный внутренний ритм - нагромождение холмов, гор, горушек навевает что-то первородное, космическое, что так умел улавливать в природе Федор Иванович. И не только в природе, но и в глубинах человека. И еще об Овстуге. Это село напоминает некую деревенскую Венецию. Меж холмов и горушек в середине села разлился большой пруд, такой большой, что, подумалось, может быть, отсюда идут тютчевские строки Последнего катаклизма: Когда пробьет последний час природы, Состав частей разрушится земных: Все зримое опять покроют воды, И Божий лик изобразится в них! 1829 Одним словом, прекрасно, что у Тютчева была такая первооснова творчества, как родина. У Есенина - село Константинове, у Алексей Константиновича Толстого - село Красный Рог (где он написал знаменитые Колокольчики мои, цветики степные...), у Пушкина, - в большой степени, - Михайловское, у Некрасова - Карабиха, у Ахматовой, в большой степени, - деревня Слепнево в Тверской губернии... А у Тютчева - Овстуг. Тютчев - гениальный лирик, поэт романтического склада. Он развивал философскую линию русской поэзии. Певец природы, остро ощущавший космос, тончайший мастер стихотворного пейзажа, Тютчев рисовал его одухотворенным, выражающим эмоции человека. В поэзии Тютчева человек и природа почти тождественны. Мир в глазах поэта полон таинственности, загадочности - где-то в недрах его хаос шевелится. Под покровом дня скрывается ночь, в избытке жизни проглядывает смерть, людская любовь - поединок роковой, грозящий гибелью. В природе противоборствуют враждебные силы. Хаос вот-вот прорвется и опрокинет установившуюся гармонию, ввергнет мир в катастрофу. Поэт и боится этой катастрофы и тянется к ней. Современник многих войн, он воспринимает свое время как минуты роковые. Поэзия Тютчева полна глубокой и бесстрашной мысли. Но эта мысль образна, выражена ярко. ФЕДОР ИВАНОВИЧ ТЮТЧЕВ 227 Лев Толстой говорил, что без Тютчева нельзя жить, - настолько сильно на него действовало творчество поэта. Неравнодушными читателями его были Пушкин и Жуковский, Некрасов и Тургенев, Чернышевский и Добролюбов, Достоевский и Менделеев, Блок и Горький. Хоть это сейчас и не модно, но ради объективности надо сказать, что очень высоко ценил лирику Тютчева В.И Ленин, и во многом благодаря этому в Овстуге был создан прекрасный тютчевский музей, которому недавно исполнилось 60 лет. О Тютчеве как о мыслителе с уважением отзывались выдающийся немецкий философ Шеллинг и гениальный немецкий поэт Генрих Гейне. С ними Тютчев был лично знаком. В 1821 году, блестяще окончив словесный факультет Московского университета, Тютчев поступает на службу в Министерство иностранных дел и скоро уезжает за границу, получив назначение в русскую миссию в Мюнхене - тогда это была столица Баварского королевства. Потом служит в Турине (Сардиния). В чужих краях Федор Иванович прожил двадцать два года. В Мюнхене приобщился к немецкой идеалистической философии, как раз там он много общался с Шеллингом. В октябре 1836 года в пушкинском журнале Современник были опубликованы сразу шестнадцать стихотворений Тютчева под заголовком Стихотворения, присланные из Германии. В следующем номере - еще шесть стихотворений. Так что Александр Сергеевич Пушкин благословил Тютчева на поэтическую стезю. Надо сказать, что Тютчев не стремился стать профессиональным поэтом. В отличие от Пушкина или Лермонтова, он даже подчеркивал свое как бы пренебрежительное отношение к творчеству. Вместе с ненужными бумагами как-то бросил в корзину целый ворох своих стихов и переводов. Тютчев не принимал никакого участия в издании двух своих прижизненных книг. Их издали его друзья, а когда книги стихов вышли в свет, они вызвали у автора только ироническую усмешку. Ах, писанье - ужасное зло! Оно - как будто второе грехопадение злосчастного разума, как будто усиление материи, - так он порой писал в письмах. Такое отношение Тютчева к своим стихам, во-первых, восходит к древнейшим мыслям поэтов и философов о невозможности выразить словами всего, что в сердце - Как сердцу высказать себя, а во-вторых, если Пушкин говорил, что слова поэта суть его Дела, то Тютчев выше слов ставил дела. Это еще когда-то протопоп Аввакум говорил, тоже, кстати, называвший свои писания вяканьем, ковыряньем, - не словес красных Бог слушает, но дел наших хощет. И все-таки он писал стихи, не мог не писать, потому что Бог дал ему этот дар. Стихи сами в нем складывались. Вот как описывает зять Тютчева, поэт Иван Аксаков, рождение одного стихотворения: ...од- 228 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ нажды, в осенний дождливый вечер, возвратясь домой на извозчичьих дрожках, почти весь промокший, он сказал дочери: Я сочинил несколько стихов, и пока его раздевали, продиктовал ей прелестное стихотворение. Слезы людские, о слезы людские, Льетесь вы ранней и поздней порой. . Льетесь безвестные, льетесь незримые, Неистощимые, неисчислимые, - Льетесь, как льются струи дождевые В осень глухую, порою ночной. Здесь почти нагляден для нас тот истинно поэтический процесс, которым внешнее ощущение капель чистого осеннего дождя, лившего на поэта, пройдя сквозь его душу, претворяется в ощущение слез и облекается в звуки, которые, сколько словами, столько же самою музыкальностью своею, воспроизводят в нас и впечатление дождливой осени, и образ плачущего людского горя... Это стихотворение часто цитировал Лев Толстой, а Тарас Шевченко над ним и над стихотворением Эти бедные селенья просто плакал Стихи неимоверной глубины по тону, по дыханию. Тут не слова говорят, а как бы вздох всего человечества запечатлелся... Все мы прекрасно знаем, условно говоря, стихи о природе Тютчева, начиная с шедевра Люблю грозу в начале мая.... Мы помним его потрясающие стихи о России Умом Россию не понять.... Любовная лирика Тютчева известна не меньше пушкинской, особенно Я встретил вас и все былое В отжившем сердце ожило... - но вершиной его любовной поэзии, безусловно, стал Денисьевский цикл. Елена Дени-сьева вдохновила Тютчева на такие стихи, которых не много в мировой лирике. До встречи с ней женами поэта были Элеонора Петерсон (умерла), Эрнестина Дернберг - немки. Но именно любовь русской Елены Александровны Денисьевой к поэту все в нем перевернула. Современник вспоминает, что Денисьева смогла своею самоотверженною, бескорыстною, безграничною, бесконечною, безраздельною и готовою на все любовью... - такою любовью, которая готова и на всякого рода порывы и безумные крайности с совершенным попранием всякого рода светских приличий и общепринятых условий вызвать в Тютчеве в ответ тоже такую страстную любовь, что он остался навсегда ее пленником. Хотя Денисьева и не была замужем за Тютчевым, но родила от него троих детей. Тютчев неутешно переживал раннюю смерть Елены Александровны. Эта неутешность ясно запечатлелась в стихотворении Накануне годовщины 4 августа 1864 г.. Денисьева умерла 4 августа 1864 года. ФЁДОР ИВАНОВИЧ ТЮТЧЕВ 229 Вот бреду я вдоль большой дороги В тихом свете гаснущего дня... Тяжело мне, замирают ноги... Друг мой милый, видишь ли меня Все темней, темнее над землею - Улетел последний отблеск дня... Вот тот мир, где жили мы с тобою, Ангел мой, ты видишь ли меня Завтра день молитвы и печали, Завтра память рокового дня... Ангел мой, где б души ни витали, Ангел мой, ты видишь ли меня Тютчев - не только лирик любви и природы. Он поэт-философ. Его духовно- философская поэзия отражает духовное состояние человека в середине XIX века, но послушайте, как оно созвучно с нашим временем: НАШ ВЕК Не плоть, а дух растлился в наши дни, И человек отчаянно тоскует... Он к свету рвется из ночной тени И, свет обретши, ропщет и бунтует. Безверием палим и иссушен, Невыносимое он днесь выносит... И сознает свою погибель он, И жаждет веры... но о ней не просит. Не скажет ввек, с молитвой и слезой, Как ни скорбит перед замкнутой дверью: Впусти меня! - Я верю, Боже мой! Приди на помощь моему неверью! 10 июня 1851 года Современный исследователь творчества и жизни поэта Вадим Ва-лерианович Кожинов, выпустивший в знаменитой серии ЖЗЛ книгу Тютчев, пишет, что отношение Тютчева к религии и церкви было 230 100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ чрезвычайно сложным и противоречивым. Видя в христианстве почти двухтысячелетнюю духовно-историческую силу, сыгравшую громадную роль в судьбах России и мира, поэт в то же время пребывал на самой грани веры и безверия. Так что в приведенном стихотворении Тютчев писал и о себе. Скончался Федор Иванович в Царском Селе 15 июня 1873 года, похоронен на Новодевичьем кладбище в Петербурге. Геннадий Иванов ГАНС ХРИСТИАН АНДЕРСЕН (1805-1875) Без малого 150 лет назад Добролюбов сетовал. Рассказы Андерсена .. давно
Каталог: Blacklady3 -> file
file -> Игорь Анатольевич Мусский 100 великих отечественных кинофильмов 100 великих – 0
file -> Спят буддийские монастыри и развалины зороастрийских башен
file -> Наше благо и согласие общества
file -> Сто великих узников москва "вече" 2003
file -> Сочинение Она насыщена такими неожиданными подробностями, которых не найти ни у
file -> Сто великих скульпторов москва "вече" 2002
file -> Сто великих наград москва
file -> Сто великих казней москва "вече" 2004
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   57