Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Справочник " Религии и Секты в Современной России" Справочник 1 " Религии и Секты 1 в Современной России"




страница6/24
Дата10.01.2017
Размер3.98 Mb.
ТипСправочник
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24

Модернизм в римо-католичестве.

Для современного католицизма характерен модернизм (II Ватиканский собор провозгласил политику “аджорнаменто”). При этом изменения коснулись традиционного христианского понимания Церкви как Богочеловеческого организма, вместо которого возникает развиваемое официальной “теологией культуры” понимание всех культур человечества как относительно равнозначимых в духовном отношении. “Теология культуры” является основой для католического экуменизма, то есть политики сближения всех религий под эгидой ватиканского престола. Практически это выражается в чрезвычайно высокой дипломатической активности Ватикана. Папа Иоанн Павел II совершает множество визитов в нехристианские страны, где участвует в местных обрядах и церемониях, воздает почести святыням, почитаемым в этих религиях (пример тому — визит в Индию, где папе на лице изображали мистическое открытие “третьего глаза,” и где он провозгласил индуиста Махатму Ганди учителем церкви). Характерно обращение католиков к восточному духовному опыту — одна из монашеских конгрегаций занята “обменом опытом” с буддийскими монахами в практике медитации, а в Индии открываются “католические ашрамы,” с наставниками гуру-католиками и с практикой “христианской” медитации. Этим стирается характерная грань между безликим пантеизмом восточных верований и личностной христианской верой. Постоянными стали совместные молитвы католических священнослужителей с представителями других религий, в том числе таких, которые традиционно оценивались в христианстве как язычество и служение бесам. Важную роль в процессе объединения всех религий играют отношения современного католицизма с иудаизмом. Папа Иоанн Павел II принес извинения иудеям за “христианские гонения на евреев,” признал иудаизм религией, равноценной христианству, но еще более древней. Были изменены древнейшие богослужебные тексты, на основе Евангелия обличавшие иудеев за Богоубийство, почитаемые в католицизме святые мученики, замученные иудеями, были “деканонизированы” (то есть их чтимые мощи были преданы земле, богослужения в их честь отменены). Вышеприведенные факты не имеют прецедента в истории христианства. Новое учение II Ватиканского Собора о природе Церкви вызвало недоумение многих католических богословов и иерархов. По мнению архиепископа Лефевра, новая версия католицизма после нововведений II Ватиканского Собора уже не является христианством.


Сравнение духовности христианского Запада и православного Востока.

Все отступления Римско-католического исповедания от идеалов древней, неразделенной Церкви, не могли не отразиться на его духовной жизни. Во втором томе своей “Мистической трилогии” М. В. Лодыженский сравнивает духовность Восточной и Западной церквей на примерах преп. Серафима Саровского и Франциска Ассизского. Это не случайно, так как на Западе считают святость преп. Серафима похожей на праведность Ассизского инока. Вот главные заключения, к которым проф. Лодыженский приходит в своем сопоставлении:

“В мистике Востока, в лице св. Серафима Саровского, мы видим пример полного перерождения человека, т.е., что сверхсознание подвижника Востока сосредоточивается в его пламенном сердце. Там — внутри себя он ощущает огонь Божества, ощущает Христа. Это чувство внутреннего единения его с Богом нисходит на него естественно и свободно, как прямой результат роста, как результат работы над собой на пути смирения и покаяния. По мистике Востока, все эти наития высших ощущений являются у смиренного человека сверх чаяния, ибо подвижник, по смирению своему, даже не чувствует себя этого достойным” (Мистическая трилогия, т. 2 , “Свет незримый,” Петроград, 1915 г., стр. 156-157).

Духовное видение подвижника Востока обращено на его внутренний мир, по слову Христа: “Царство Божие внутри вас есть” (Лк. 17:21). Источник духовности западных святых иной. Лодыженский говорит:

“Св. Франциск в представлении о Христе был более всего поражен земной жизнью Христа, Его страдальческим образом. Впечатление это шло на Франциска извне и Франциск жаждал видений страждущего Христа. Исходя от внешнего впечатления, от образа Христа и его страданий, и развивалась мистика св. Франциска. Это и привело к тому, что мистика Франциска должна была уклониться в сторону воображения и чувственности, ибо, если Христос был для Франциска объектом, если он шел к представлению о Христе от внешнего впечатления, то одним из средств для развития этой мистики являлось возбуждение воображения к этому внешнему впечатлению. Если же возбуждалось воображение, то должна была быть затронута и чувственность” (там же, стр. 157).

Духовность Франциска Ассизского характерна для духовности всей Римско-католической церкви. Она вся чувственна и обращена на внешний подвиг Спасителя. Это не значит, что Православная Церковь не придаёт значения этому подвигу, но она всегда ищет внутренний смысл этого подвига, внутренний его свет и покой. Не лишние здесь коснуться вопроса исихазма и мест у св. Григория Паламы в утверждении этого православного учения.

Греческое слово “исихия” означает “мир, покой.” Монахи-исихасты, кроме других различных духовных подвигов, творили непрерывно Иисусову молитву, то есть повторяли слова: “Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного.” Такое моление нередко сопровождалось особыми телесными приемами, например поклонами, согбенным положением тела при сидении, ритмическим дыханием.

Монахи, долго упражнявшиеся в такой молитве, достигали высокого состояния духа, ощущали явное благодатное присутствие Божие в своем сердце и коренным образом устраняли в своем сознании не только греховные, но всякие непроизвольные представления и чувства; они всецело погружались в созерцание Бога. Преуспевшие в этой молитве монахи-исихасты нередко получали дары пророческой прозорливости и способствовали просветлению окружавших их людей и тех, кто прибегал к их духовной помощи. Словом, влияние этих монахов, живших, главным образом, на Афоне, было очень сильным в эпоху Григория Паламы.

Когда в 13-ом веке стал распространяться исходящий из латинского Запада рационализм, некоторые богословы подняли свой голос против исихастов.

Главное, против чего рационалисты восставали, была вера подвижников в то, что они могут удостоиться истинного богообщения и что тот духовный свет, который их внутренне озаряет, есть тот же самый, что на горе Фаворе преобразил Христа.

Противники исихастов утверждали, что Сущность Божия недоступна для человека и что Бог только как бы издалека озаряет главным образом мысли людей и этим путем руководит человеческим поведением.

В защиту исихастов выступил святитель Григорий Палама, Архиепископ Салоник. Он заявлял, что практика исихастов древнее христианское явление, что тут нет никаких новшеств и что молитвенное приближение к Богу имеет основание в таинствах Церкви, через которые человек получает семена истинной благодати.

Но главным вкладом Паламы в богословие было его учение о божественных энергиях. Он доказывал, что, если недоступно общение с Самой Божественной Сущностью, то все же человек имеет возможность подлинного богообщения и соприкосновения с Богом, так как Бог, из любви к человеку, общается с ним через особые Свои энергии или силы.

Согласно учению Григория Паламы, Бог имеет как бы два образа существования: один образ — это недоступная нам собственная жизнь Божества и Его Сущность, другой – это постоянная обращенность Бога к Своему творению. Вот с Богом к нам обращенным, через Его энергии, мы можем общаться и обретать от Него разные благодатные дарования.

Учение Григория Паламы, изложенное им в 14-м веке, объяснило и закрепило учение древних Отцов Церкви, писавших, что человек создан для преображения, для обожения. Этим учением укреплялась вера в действительность, в реальность всей сакраментальной жизни Церкви и молитв.

Чувственность римско-католической духовности особенно бросается в глаза в её молитвах и церковном искусстве. Сравним известную молитву Игнатия Лойолы, которая в католической церкви почитается в той же степени, как почитается нами великопостная молитва преп. Ефрема Сирина “Господи и Владыко живота моего....” Вот молитва Игнатия Лойолы:

Душа Иисуса освяти меня, Тело Иисуса спаси меня, Кровь Иисуса упокой меня, Вода от ребра Иисуса очисти меня, Страсти Иисуса укрепите меня, О благий Иисус, услышь меня.

Сопоставим аналогичную с этой католической молитвой молитву православную, взятую из акафиста к причащению Святых Тайн (Икос 1-й):


Иисусе, попали терние моих многих прегрешений.

Иисусе, созижди во мне сердце чисто и обнови во утробе моей дух правый.

Иисусе, изведи из темницы страстей бедную душу мою.

Иисусе, потреби во мне нечистые помыслы и злая похотения.

Иисусе, направи слабые стопы моя на путь заповедей Твоих.

Иисусе, Боже сердца моего, прииди и соедини мя с Тобою на веки.


Явное духовное различие, которое замечается в этих молитвах в равной степени бросается в глаза при рассмотрении священного искусства Запада и Востока.

В православном представлении, икона изображает мир прославленный, в ней ничего не должно быть земного и мирского. Поэтому, приемы письма совсем другие, чем те, которые употребляются в реалистической живописи.

Рим полностью отошел от классических византийских основ. Особенно сильно это выразилось в эпоху Возрождения. Само философское направление этого периода воспевает самость и могущество человека, его самоощущение в окружающей и материальной среде. В результате и церковное искусство Запада устремилось по этому пути — по пути свободного творчества, независимого от Церкви и её постановлений. Свободное отношение к церковным идеям и смешивание церковных преданий с современной действительностью привели к тому, что западное религиозное искусство, устремляясь к человеческой земной красоте и чувственности, допустило искажение священного образа.

То, чего так старательно избегала древняя Церковь — влияния античной языческой живописи и реализма, в полной мере возродилось в западном христианстве и покрыло стены крупнейших католических церквей и соборов. Обнаженные тела, современные костюмы и обстановка стали нормой, а красота духовная низводилась до мирской повседневности.



Католицизм в России.

Первые контакты Руси с католичеством относятся к эпохе усвоения славянским миром христианства в IX веке. Тогда Просветительская миссия святых братьев Кирилла и Мефодия встретилась с противодействием католицизма, для которого представлялся немыслимым перевод священных текстов Писания и богослужения на национальные языки (это получило название “трехъязычной ереси”). После раскола Рим начинает войну против православного мира, в 1204 году латинские крестоносцы по благословению римского папы разорили Константинополь и осквернили христианские святыни, а в 1237 году папа благословляет крестовый поход против русских. Кроме военных походов, опустошивших многие русские земли, Рим активно использовал и дипломатию. Послы папы стремились, в основном безуспешно, склонить русских князей к переходу в латинство в обмен на помощь в борьбе против татар. Однако самих татар Рим постоянно направлял против России, о чем свидетельствует постоянное присутствие папских представителей при дворе хана.

Попытки подчинить Православие Риму продолжались и далее — после заключения в 1438 году Флорентийской унии ставленник Ватикана московский митрополит Исидор был низложен в Москве за вероотступничество и бежал в Европу. При дворе Иоанна IV Грозного провалом кончилась миссия первого иезуита, прибывшего в Россию, Антонио Поссевино, предлагавшего в обмен на дипломатическую поддержку России Римом подчинение ее папскому престолу. Однако ему не удалось получить разрешение на постройку католических церквей в Московском государстве.

В “смутное время” начала XVII века Россия переживает прямую военную интервенцию католиков, которые, среди прочих злодеяний, разоряли храмы и оскверняли святыни. Интриги папских дипломатов во многом стали причиной трагического раскола в русской Церкви. В правление царевны Софьи в Москву прибыли два французских иезуита. В 1689 г., после падения царевны Софьи, по просьбе патриарха Иоакима этих иезуитов высылают за границу. В последующие годы иезуиты вновь приезжают в Москву. Активная пропаганда католицизма вынуждает Петра I в 1719 г. изгнать иезуитов из России. Иезуиты снова появляются в России при Александре I, который после долгих колебаний санкционировал деятельность ордена иезуитов в России, однако поставил перед ними условие — воздерживаться от пропаганды католицизма. В 1815 г. иезуиты были высланы из Петербурга и Москвы, в 1820 г. деятельность Ордена в России прекращена. Однако и после запрета посланцы приезжали в Россию не с целью духовного окормления своей паствы, а с целью обращения в свою веру. Католицизм находит себе единичных сторонников в высшем петербургском и московском обществе, где некоторые аристократы принимают его (например, князья Одоевские, княгиня Голицына, графиня Ростопчина, князь Гагарин, ставший иезуитом и активно трудившийся по обращению в латинство не только России, но даже и православной Греции). Но это были единицы.

Католического населения в России долгое время не было. Католиками были преимущественно иностранцы из торговых людей, обосновавшиеся в некоторых русских городах. Ситуация изменилась лишь после присоединения к России католической Польши. На рубеже XIX-XX вв. на территории Российской Империи было 12 католических епархий и 10,5 млн. прихожан, шесть католических орденов и несколько духовных семинарий.

Римский престол приветствовал революцию 1917 года. Экзарх русских католиков Леонид Федоров заявлял: “Все латинские католики свободно вздохнули, когда произошла октябрьская революция.”

После октября 1917 г. и отделения Польши число приверженцев католицизма в России сокращается: в 1922 г. в границах СССР проживало 1,5 млн. католиков.

До 1927 года Ватикан официально и неофициально поддерживал правительство большевиков, содействуя его выходу из дипломатической изоляции. В обмен на это папский престол ожидал от большевиков поддержки стремления Рима утвердиться в России в условиях систематического подавления Православия. Многие высшие руководители католицизма подчеркивали, что террор против Русской Православной Церкви оправдан, так как ведет к укреплению латинства. Однако, с конца 20-х годов антирелигиозная политика советского правительства распространилась и на российских католиков. Несмотря на это, Ватикан продолжал считать, что насаждение атеизма в России благоприятно для католицизма. Так, иезуит Швайгель заявлял в 1936 году: “Большевики прекрасно подготовили путь католическим миссионерам.” Немногим ранее, в феврале 1931 г., епископ д'Эрбиньи писал католическому епископу Невэ в Москву о своем проекте поставления в российские патриархи при помощи Ватикана владыки Варфоломея, тайно перешедшего в католичество. Благодарный “избранный” подписал бы унию, которую Россия должна была бы принять в ответ на щедрый жест Рима — дар России мощей Святителя Николая Угодника. Свой проект д'Эрбиньи излагал, в частности, так: “...подготовить почву для избрания нового русского Патриарха, который, ...приехал бы до его интронизации на Запад и, возможно, заключил бы унию со Священным Престолом... Подходящей кандидатурой мог бы быть владыка Варфоломей. Прежде всего необходимо раздобыть подписи (выборы по подписке) первостепенной важности от находящихся в заключении епископов.., а затем и от других... После прибытия всех этих документов в Ватикан, избранник должен будет приехать “в Рим”... Например, с Вами, в качестве слуги? Или двойника? Или дипломатическим багажом? Даже если он не провозгласит унию... после его (подготовленной, поддержанной или осуществленной Ватиканом) интронизации на хорошо организованном съезде... он станет по-новому подходить к вопросу о должном признании папы римского и будет предпринимать соответствующие меры для заключения унии...” (См. Папство и его борьба с Православием. Сборник статей. Москва. Стрижев-центр. 1993. стр. 62-64).

В годы перед Второй мировой войной Ватикан ориентировался на германский блок, заключив конкордаты (договоры о дружбе) с режимами Гитлера и Муссолини. Рим приветствовал войну против СССР. Обращение православных славян в католичество — стратегическая цель Рима. Так, еще в конце XIX века при папе Льве XIII, под аккомпанемент речей о необходимости соединения церквей началось исполнение долгосрочной программы окатоличивания Центральной и Восточной Европы при поддержке антирусски настроенной Австро-Венгрии. Особое внимание уделялось району Сараево и Мостара. Католические общины возникали буквально из ничего, получая миссионеров, деньги, литературу (сегодня Мостар — опорная точка НАТО в Боснии, а из Сараево сербы полностью вытеснены при поддержке Иоанна Павла II). Католическая церковь в Югославии активно поддерживала режим хорватского нациста А. Павелича, в особенности, в его деятельности по уничтожению православных сербов. Католические священники и монахи возглавляли отряды усташей — хорватских фашистов. Печально известный концентрационный лагерь Ясеновац, где было уничтожено 40 тысяч православных, возглавлялся комендантом — францисканским монахом М. Филипповичем, а его подручными были католические священники Брекало и Кулина. Всего, за годы усташского правления было уничтожено 700 000 православных сербов, т.е. треть сербского населения Хорватии.

К 1961 г. католическая церковь в СССР насчитывала 1179 общин. В 1983 г. католицизм был представлен двумя епархиями в Прибалтике и отдельными приходами в западных областях Украины и Белоруссии. В самой России к началу 90-х гг. оставалось только шесть приходов. Всего в СССР, в основном в Прибалтике, в 1991 г. существовало 1465 общин.

Изменение отношений между советским государством и Ватиканом началось с встречи М. Горбачева и папы Иоанна Павла II в 1989г. , после чего начинается стремительное развертывание католической активности в России. С 1990 г. впервые в истории России в Москве находится апостолический нунций — постоянный дипломатический представитель Ватикана. 13 апреля 1991 г. в России были восстановлены две апостольские администратуры для католиков латинского обряда: в Европейской части России с центром в Москве, руководитель — апостольский администратор архиепископ Тадеуш Кондрусевич; в Азиатской части России с центром в Новосибирске, руководитель — апостольский администратор епископ-иезуит Иосиф Верт. Объединения зарегистрированы в Министерстве юстиции Российской Федерации. Канонически они подчинены юрисдикции Ватикана и входят в структуру римско-католической Церкви. В администратуры входят более 100 общин (приходов), объединяющих около 300 тыс. верующих, в основном поляков, немцев, литовцев. В настоящее время действуют несколько католических учебных заведений. Издается много литературы, в том числе периодики, прозелитического и экуменического направления.

На территории Новосибирской области католическая община исторически формировалась как община ссыльных поляков (до революции) и немцев Поволжья (в годы Отечественной войны). К середине 80-х годов приход составлял несколько десятков человек, служил один священник. В последующие годы немцы, составлявшие основу прихода, в основном выехали в Германию, однако тогда же начинается стремительный рост числа католических священнослужителей и миссионеров в Новосибирске. На канонической территории Русской Православной Церкви стали открываться новые приходы и монастыри, построен огромный костел. Эта деятельность направлена отнюдь не на работу с традиционной католической паствой, сегодня весьма немногочисленной, она имеет миссионерский, то есть прозелитический характер. Католики ведут занятия в общеобразовательных школах, где учатся отнюдь не католические дети. В Новосибирском госуниверситете открыт прокатолический богословский факультет (результат — усвоение студентами схоластического мышления и богословского модернизма). Разнообразные монашеские конгрегации заняты благотворительностью, работает католическая семинария, готовящая русских ксендзов. Все это осуществляется в полном соответствии с планами окатоличивания России и вовлечения ее в унию с Римом, составленными еще полтора столетия назад русским князем-вероотступником иезуитом Иваном Гагариным, писавшим в 1862 году о принятии православной Грецией унии с Римом: “Когда эта Церковь (имеется в виду Греко-униатская церковь. — ред.) станет процветающей и благоденствующей, соблюдая свой почитаемый обряд во всей его чистоте и располагая образованным, благочестивым, ревностным духовенством, которое ни в чем не завидует латинскому духовенству, когда возникнут школы в хорошем состоянии, открытые лицам обоего пола и в любых условиях, начиная с колыбели, приюта и скромного начального класса и до колледжей, семинарий, факультетов, когда больницы, богадельни, благотворительные ассоциации будут приходить на помощь при всяком несчастии, когда слово Божие будет проповедано убедительно и просто со всех кафедр, когда книги, приспособленные к нуждам населения, окажутся в его руках, невозможно, чтобы греки-неуниаты, перед лицом такого зрелища, при виде такой преданности, такого милосердия, такого радения, такого просвещения не признали, что здесь пребывает Дух Божий.... Нужно, чтобы, сопоставляя ее с собственной Церковью, все греки-неуниаты были вынуждены сказать: “по внешнему виду это та же Церковь, что и наша, но она исполнена сверхъестественной жизни, о которой мы не имеем ни малейшего представления.” (И. Гагарин. Будущее греко-униатской Церкви. Символ, 32, Париж,1994)

Особую роль в прозелитической активности Ватикана играет орден иезуитов (официальное название российского отделения ордена — Независимый Российский регион Общества Иисуса). Орден иезуитов учрежден в 1534 г испанцем Игнатием Лойолой. К обычным трем монашеским обетам (безбрачие, нестяжание, послушание) добавлен четвертый — обет беспрекословного подчинения папе Римскому. Первостепенное внимание иезуиты всегда уделяли созданию школ и университетов. В настоящее время 54 % иезуитов занято в сфере образования. Российское отделение ордена иезуитов зарегистрировано министерством юстиции РФ в октябре 1992 г. и занимается в основном миссионерской прозелитической работой.

Новосибирск стал иезуитским центром. Епископ Йозеф Верт сам является иезуитом, а устав этого ордена запрещает его членам занимать иные епископские кафедры, кроме миссионерских. В сентябре 1995 г. в Новосибирске создан иезуитский “центр духовного развития “Иниго,” ориентированный не на работу с католической паствой, а на привлечение к католицизму не католиков, преимущественно — интеллигенции. Идеология и деятельность центра носит экуменический характер. Иезуиты стремятся подчеркнуть свое общение с некоторыми православными священниками. Однако в политике современного Ватикана экуменизм фактически означает расширение земной власти над не католиками и нехристианами за счет отказа от Христа. Деятельность центра “Иниго” базируется на модернистской “теологии культуры,” являющейся основой для ватиканского экуменизма.

Целью деятельности католической миссии в Сибири, как и во всей России, является отнюдь не проповедь Евангелия. Как писал об этом еще 150 лет назад преподобный Оптинский старец Амвросий, “они стараются не ко Христу обращать и приводить людей, а к своему папе.” Католицизм стремится ослабить Православную Церковь и подчинить ее своему духовному и организационному влиянию. В 1991-93 годах Римская церковь материально и морально поддерживала раскольников из Зарубежной церкви, незаконно захвативших православный храм в г. Куйбышеве. Из Франции им поступала гуманитарная помощь (распределявшаяся среди руководства раскольников), руководитель группы Борис Бузмаков постоянно посещал католический костел. Осенью 1996 года католический священник Каррадо принимал участие в юридической конференции, организованной одиознейшей псевдохристианской харизматической сектой “Завет” и собравшей сектантов самых разных толков с целью борьбы с Русской Православной Церковью. Так, на конференции обсуждались методы возбуждения судебных процессов против тех православных, которые будут публично говорить о проблемах сектантства и инославной агрессии. В интервью Каррадо одобрил проводимое мероприятие.

Вместе с тем, католики стремятся разрекламировать все случаи реального и мнимого сотрудничества с Русской Православной Церковью (пример — искаженная и преувеличенная информация о сотрудничестве в противоабортной комиссии, опубликованная в католическом журнале “Право на жизнь”). Католические миссионеры постоянно подчеркивают свое якобы благожелательное отношение к Православию, и даже используют традиционную православную символику в своей рекламе — точно так же, как это делают представители тоталитарных сект или жулики-экстрасенсы. Католики, предлагая православным, не искушенным в богословско-исторических подробностях отделения Рима от Церкви, сотрудничество с целью воссоединения, умышленно замалчивают глубокие различия латинства и Православного Христианства. Это позволяет говорить о проявляющихся в латинском миссионерстве элементах, характерных для деструктивных тоталитарных культов, так же, как и католицизм, стремящихся к власти над людьми при помощи веры. Миссионерская задача Ватикана — формирование среди православных, в особенности среди духовенства, прослойки, благожелательно относящейся к латинскому вероучению и служащей делу заключения унии.

Вот пример прозелитизма римо-католической церкви в Новосибирске. Летом 1996 года открыт католический приют, рассчитанный на 50 детей, с осени начался набор воспитанников. Первыми детьми в этот приюте были приняты трое православных детей, к которым сразу был ограничен доступ близких православных, в том числе крестного отца. Почти сразу православные встретились с настороженно-недоброжелательным отношением персонала, которое в дальнейшем стало явно враждебным. Ссылаясь на то, что эти люди не имеют юридического отношения к детям (действительно — что такое для католиков православный крестный отец?), стали препятствовать посещениям. Директор приюта итальянец Убальдо Орланделли по телефону угрожал крестному детей, а охранник приюта угрожал ему физической расправой, если тот еще раз придет. У детей отобрали православные книги.

При создании приюта католики многократно подчеркивали, что в приюте не будет вестись религиозное воспитание. И в действительности, за несколько недель, когда дети находились в приюте, их воспитанием хозяева приюта не занимались, возможно, из-за плохого знания русского языка. Особо следует отметить, что сотрудником приюта является и некий молодой немец, проходящий здесь, в России, альтернативную службу — вместо службы в бундесвере он пожелал поехать на миссионерскую работу в “отсталых” странах. Очевидно, что в приюте дети не получат национального, патриотического воспитания, тем более — воспитания православного. Здесь будут формироваться совсем иные ценности — экуменизма, западной культуры, отрицания российской истории. Очевидно также, что декларируемая нерелигиозность приюта — не более чем лукавая ширма для прикрытия старинных планов Рима по “католизации” России. Вспомним, что в России никогда не существовало больших групп русских католиков. Традиционной религией католицизм является лишь для некоторых народов, немногочисленные представители которых в разное время проживали и проживают в многонациональной России. Среди русского населения в католичество переходили лишь те единицы, кто сознательно решался отречься от России и Православия и принять чужую веру. История свидетельствует, что насаждение католицизма на славянских землях всегда заканчивалось кровопролитием. Сегодня мы видим реализацию планов Рима по созданию в России целого слоя католического населения. Дети, на которых обращено внимание латинских миссионеров, лишены родителей и не получили воспитания, сколько-нибудь укореняющего их в отечественной культуре и вере отцов, они представляют собою наиболее удобный “материал” для “формирования человека нового типа,” будучи с самого детства ориентируемыми на западные ценности и латинскую веру. Сибирь до последнего времени оставалась не затронутой этой разрушительной для русского духа работой римо-католиков. Однако сегодня Новосибирск становится центром латинства в азиатской России, а это означает, что под наше будущее подкладывается бомба, и через десять, пятьдесят, сто лет на сибирской земле будет проливаться кровь так же, как сегодня в Сербии, Белоруссии и на Украине.

Другой пример. В Черепаново, в храм во имя Всех сибирских святых стал приходить диакон католической церкви и распространять среди прихожан католическую литературу, заявляя, что время разделения окончилось и православные могут общаться с католиками. Обращаясь к настоятелю храма, он требовал, чтобы ему было дозволено служить в этом православном храме и причащаться. На многочисленные увещевания настоятеля этот проповедник латинства не реагировал.

Католические миссионеры нередко ссылаются на факт снятия анафем 1054 года: в 1965 году эти анафемы были сняты папой Павлом VI и Константинопольским патриархом Афинагором. Однако, во-первых, кроме этих анафем, есть и другие, более важные. Во-вторых, Патриарх Московский и Всея Руси Алексий I 28 декабря 1965 года отправил в Афины Архиепископу Хризостому следующую телеграмму: “Нами получена телеграмма с извещением о решении снять анафему, наложенную Патриархом Михаилом Керулларием на легатов Римского Престола в 1054 году. Этот акт рассматривается нами как действие Поместной Церкви Константинопольской, обращенное к Церкви Римской, которое для всей Полноты Православной Церкви богословского значения не имеет, ибо разделение Церквей Католической и Православной слишком глубоко и для преодоления его в настоящее время нет соответствующих оснований.”

В 1997 г. Архиерейский Собор Русской Православной Церкви охарактеризовал деятельность римской католической церкви как продолжающуюся экспансию унии и прозелитизм.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24

  • Сравнение духовности христианского Запада и православного Востока.
  • Католицизм в России.