Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Софи Кинселла




страница8/26
Дата03.07.2017
Размер3.37 Mb.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   26
8 Утром я отправляюсь на работу, думая только о том, как бы избежать встречи с Джеком Харпером. В конце концов, не так уж это сложно. «Пэнтер корпорейшн» — гигантская компания, занимающая огромное здание. Сегодня он наверняка будет обходить другие отделы. Присутствовать на сотне совещаний. Вероятно, проведет весь день на одиннадцатом этаже. Или каком-то другом. Я успокаиваю себя таким образом всю дорогу, но, подходя к большим стеклянным дверям, замедляю шаг. И неожиданно для себя понимаю, что опасливо заглядываю в вестибюль, проверяя, там ли Джек. — В чем дело, Эмма — осведомляется наш охранник Дейв, открывая мне дверь. — Что это ты какая-то растерянная — Нет, я в порядке, спасибо, — непринужденно смеюсь я, стреляя глазами во все стороны. В вестибюле его нет. Отлично. Значит, все обойдется. Джек Харпер скорее всего еще не приехал. А может, и не приедет. Я уверенно откидываю волосы назад, энергично шагаю по мраморному полу и начинаю подниматься по ступенькам. — Джек! — неожиданно слышу я чей-то голос, почти добравшись до первого этажа. — У вас есть минутка — Конечно. Это его голос. Где, спрашивается… Окончательно сбитая с толку, я поворачиваюсь и вижу его площадкой выше, где он что-то втолковывает Грэму Хиллингтону. Мое сердце подскакивает к самому горлу, и я хватаюсь за медные перила. Черт. Стоит ему глянуть вниз, и он меня увидит! Ну почему ему приспичило стоять именно здесь Неужели больше некуда пойти Или дел не осталось Можно подумать, у— него нет большого просторного офиса! Впрочем, не важно. Я… я просто пойду другим маршрутом. Очень медленно отступаю, стараясь не стучать каблуками и не делать лишних движений. Мимо пробегает Мойра из бухгалтерии. Видя, как осторожно я иду задом наперед, она с подозрением на меня смотрит и качает головой. Но мне все равно. Главное — убраться подальше. Оказавшись вне поля его зрения, я мигом расслабляюсь и мчусь обратно, в вестибюль. Поднимусь на лифте, какие проблемы Шагаю к лифтам и замираю как раз в центре безбрежного мраморного пространства. — Верно. Опять его голос! И кажется, приближается! Или у меня крыша едет — Пожалуй, стоит хорошенько присмотреться… Просто голова идет кругом! Где он сейчас Куда направляется — …действительно считаю, что… Что за черт! Он спускается по ступенькам! И спрятаться негде! Я не раздумывая бегу к дверям, толкаю и выскакиваю из здания. Слетаю по ступенькам, пробегаю с сотню ярдов по дороге и, задыхаясь, останавливаюсь. Вся эта история до добра не доведет. Я стою на тротуаре, под утренним солнышком, пытаясь определить, долго ли он еще пробудет в вестибюле. И что теперь делать Немного подождав, снова крадусь к дверям. Новая тактика. Если вихрем промчаться наверх, вряд ли кто-то обратит на меня внимание. И какая разница, стоит там еше Харпер или нет! Я просто не буду смотреть по сторонам и сделаю вид, будто ничего не замечаю… Боже, вот он, тут как тут, разговаривает с Дейвом! Я не хотела. Честное слово, не хотела! И сама не поняла, как опять оказалась на улице! Это уже становится нелепым! Не могу же я весь день торчать у входа! Нужно добраться до письменного стола! Давай же, думай. Должен же найтись какой-то обходной путь. Должен же… Ура! Блестящая идея! Это наверняка сработает! Три минуты спустя я в третий раз приближаюсь к дверям, с головой погруженная в статью «Таймс». И ничего вокруг не вижу. И никто не видит моего лица. Лучшее в мире прикрытие! Толкаю дверь плечом, пересекаю вестибюль, поднимаюсь по лестнице, не глядя по сторонам. Направляясь к отделу маркетинга, по уши зарывшись в «Таймс», я чувствую себя как в теплом, безопасном коконе. Мне следует чаще это проделывать. Так меня никто не достанет. На редкость успокаивающее ощущение, почти такое, словно я невидима или… — Ой! Простите! Я на кого-то налетела. Вот дерьмо! Опускаю газету и вижу Пола, потирающего лоб. Шеф негодующе хмурится. — Эмма, какого хрена ты вытворяешь — Всего лишь читала «Таймс», — лепечу я. — Мне ужасно жаль… — Ладно! Кстати, где тебя носит Кто, спрашивается, будет разносить чай и кофе на совещании отдела В десять ровно. — Какие чай и кофе — теряюсь я. — На совещаниях обычно не подают напитки. Да и кто там бывает Обычно человек шесть, не больше. — А сегодня подай чай и кофе, — распоряжается он. — И печенье. Понятно Джек Харпер тоже придет. — Что — сокрушенно спрашиваю я. — Джек Харпер тоже придет, — нетерпеливо повторяет Пол. — Так что поторопись. — А почему обязательно я — срывается у меня с языка. — Что — непонимающе хмурится Пол. — Может, кто-то другой… — Эмма, если ты у нас владеешь телекинезом и можешь передвигать чашки по воздуху, не вставая из-за стола, — язвит Пол, — лично я буду более чем счастлив оставить тебя на рабочем месте. Если же нет, будь добра поднять задницу и явиться в совещательную комнату. Знаешь, для того, кто горит желанием делать карьеру… — Он качает головой и удаляется. Ну как получилось, что все пошло наперекосяк с самого утра, хотя я еще не успела добраться до отдела! Я швыряю сумочку и жакет на стол, спешу назад по коридору к лифтам и нажимаю кнопку «вверх». Уже через минуту один звонит на нашем этаже, и двери раздвигаются. Нет. Нет! Это дурной сон. В кабинке только один человек. И это — Джек Харпер. Не успев опомниться, я испуганно отскакиваю. Джек прячет мобильник, наклоняет голову набок и насмешливо смотрит на меня. — Поедете — мягко осведомляется он. Попалась! Не могу же я сказать: «Нет, я нажала кнопку ради смеха, ха-ха-ха!» — Да, — вздыхаю я и, едва передвигая негнущиеся ноги, захожу в лифт, — поеду. Двери сдвигаются, и мы начинаем безмолвное путешествие наверх. Мне дурно. Нет, я просто не выдержу такого напряжения! — Э… мистер Харпер, — неловко начинаю я. Он поднимает глаза. — Я только хотела извиниться за… вчерашнюю историю с прогулом. Этого больше не повторится. — Теперь у вас вполне сносный кофе, — замечает Джек Харпер, поднимая брови. — Так что совсем не обязательно сбегать в «Старбакс». — Знаю. Еще раз простите, — повторяю я, прикладывая ладонь к горящей щеке. — Уверяю вас, это было в последний раз. — Я откашливаюсь. — Поверьте, я искренне преданна «Пэнтер корпорейшн» и впредь постараюсь работать на совесть, отдавая службе все, что могу, сейчас и в будущем. — И едва не добавляю «аминь». — В самом деле Джек смотрит на меня, и я вижу, как его губы знакомо подергиваются. Вот черт! — Это… здорово! — кивает он и, немного помолчав, спрашивает: — Эмма, вы умеете хранить секреты — Д-да, — настораживаюсь я. — А что Джек придвигается ближе и шепчет: — Я тоже сачковал в свое время. — Что! — поражаюсь я. — На своей первой работе, — поясняет он совершенно серьезно, только глаза смеются. — Там у меня был приятель, с которым мы шатались по барам. У нас тоже имелся код. Один из нас просил другого принести папку Леопольда. — Какого Леопольда — Таковой не существовал, — ухмыляется Джек. — Просто предлог, чтобы удрать с работы. — Правда Мне становится немного легче. Джек Харпер смывался с работы! А мне казалось, что он едва ли не с рождения играл роль блестящего, творческого, динамичного гения… Лифт останавливается на третьем этаже, двери открываются, но никто не входит. — Знаете, ваши коллеги кажутся мне людьми достаточно приятными, — продолжает Джек, как только лифт трогается. — Дружелюбная трудолюбивая команда. Они всегда такие — Абсолютно! — мгновенно выпаливаю я. — Мы привыкли работать… в слаженном ритме… на коллективной основе… оперативно. Я пытаюсь придумать и вставить очередной заковыристый термин, но делаю огромную ошибку, случайно встретившись с ним взглядом. Он определенно знает, что все это ерунда. О Боже. Какой смысл врать Ладно. Я прислоняюсь к стенке лифта. — На самом деле нам в голову не приходит так себя вести. Пол то и дело орет на нас, Ник и Артемис ненавидят друг друга, и мы уж точно не тратим время на литературные дискуссии. Все это чистое притворство. — Вы меня поражаете! — усмехается Джек. — Атмосфера в административном отделе тоже показалась мне сплошной фальшью. Я заподозрил неладное, когда двое сотрудников хором запели гимн «Пэнтер корпорейшн». Поверите, даже не подозревал о существовании чего-то подобного! — Я тоже! Просто удивительно! И как гимн Хороший — А вы как думаете — Он комически разводит руками, и я фыркаю. Невероятно, но мое смущение куда-то подевапось. Мало того, мы болтаем почти как старые друзья или кто-то в этом роде. — Как насчет корпоративного Дня семьи — говорит он. — Не можете дождаться — Да, как удаления здорового зуба, — ехидничаю я. — Я так и понял, — весело кивает Джек. — А что… — Он колеблется. Небрежно ерошит волосы. — Что люди обо мне думают Можете не отвечать, если не хотите. — Нет, все вас любят, — заверяю я и, немного подумав, добавляю: — Хотя… некоторые считают, что ваш приятель — довольно несимпатичный тип. — Кто, Свен Джек долго смотрит на меня, потом вдруг откидывает голову и начинает хохотать. — Свен — один из моих самых старых, близких друзей, и уж несимпатичным его никак не назовешь. Собственно говоря… Лифт громко тринькает. Джек замолкает. Мы тут же делаем постные физиономии и немного отодвигаемся друг от друга. Двери открываются, и мне почему-то не хватает воздуха. В коридоре стоит Коннор. Увидев Джека Харпера, он вспыхивает, словно не веря собственной удаче! — Привет, — киваю я, стараясь говорить как можно естественнее. — Привет, — отвечает он, входя в лифт. Глаза его сияют, он взволнован. — Здравствуйте, — любезно говорит Джек. — Какой вам этаж — Девятый, пожалуйста. — Коннор шумно сглатывает. — Мистер Харпер, могу я вам представиться — Он с готовностью протягивает руку. — Коннор Мартин из отдела исследований. Сегодня вы собирались посетить наш отдел. — Рад познакомиться, Коннор. Маркетинговые исследования жизненно важны для такой компании, как наша. — Вы совершенно правы, — с готовностью соглашается Коннор. — Мне не терпится обсудить с вами последние выводы исследований в области спортивной одежды. Мы получили весьма впечатляющие результаты, куда включены данные о том, какую толщину ткани предпочитают покупатели. Вы будете поражены! — Я… уверен, что вы правы. С удовольствием ознакомлюсь. Коннор гордо улыбается мне. — Вы уже знакомы с Эммой Корриган из отдела маркетинга — спрашивает он. — Да, мы встречались, — осторожно отвечает Джек. Несколько секунд проходит в неловком молчании. Это странно. Нет. Не странно, а просто здорово. — Который час — спохватывается Коннор. Смотрит на часы, и я с легким ужасом вижу, как взгляд Харпера падает на его запястье. О Боже. «…подарила ему на Рождество отличные часы… но он все носит эту оранжевую электронную штуку…» — Погодите-ка! — вдруг восклицает Джек, очевидно, сообразив что к чему, и смотрит на Коннора с таким видом, словно видит впервые. — Постойте! Вы Кен. О нет. О нет, о нет, о нет, о нет, о нет, о… — Коннор, — озадаченно поправляет тот. — Коннор Мартин. — Простите! — извиняется Джек, ударяя себя ладонью по лбу. — Коннор. Конечно. И вы двое, — показывает он на меня, — так сказать, идеальная пара Коннор смущенно ежится. — Уверяю вас, сэр, что на работе наши отношения строго профессиональны. Однако в свободное время мы с Эммой… Да, мы встречаемся. — Прекрасно! — ободряюще заключает Джек, и Коннор расцветает, как бутон под жарким солнцем. — Собственно говоря, — торжествующе признается он, — мы с Эммой только что решили съехаться. — Да неужели — Джек с искренним удивлением смотрит на меня. — Чудесные… новости. И когда же вы приняли такое решение — Всего пару дней назад. В аэропорту. — В аэропорту, — эхом отзывается Джек Харпер после короткой паузы. — Очень интересно. Я не в силах посмотреть ему в лицо. И поэтому внимательно разглядываю пол. Ну почему чертов лифт еле-еле ползет! — Что ж, я уверен, вы будете счастливы вместе. По-моему, вы вполне совместимы, — заявляет Харпер. — О, еще бы! — мгновенно соглашается Коннор. — Прежде всего мы оба любим джаз. — Вот как — задумчиво произносит Джек. — Знаете, по-моему, на свете нет ничего лучше, чем совместная любовь к джазу. Он еще издевается! Просто невыносимо! — Вы так думаете — оживляется Коннор. — Уверен. Я бы сказал, джаз и… фильмы Вуди Аллена, — Мы обожаем фильмы Вуди Аллена, — шепчет Коннор с восторженным удивлением. — Правда, Эмма — Да, — хрипло выдавливаю я, — правда. — А теперь, Коннор, признайтесь, — заговорщически начинает Джек, — вы никогда не находили Эмму… Если он скажет про точку G, я умру. Умру. Умру. — …присутствие Эммы несколько отвлекающим Лично я именно так и считаю. Он дружески улыбается Коннору. Но тот почему-то не улыбается в ответ. — Как я уже говорил, сэр, — отвечает он суховато, — на работе мы поддерживаем строго профессиональные отношения. И никогда бы не подумали использовать время компании в наших… собственных целях. — Он виновато краснеет. — Под целями я подразумевал… подразумевал… — Рад это слышать, — весело отвечает Джек. Господи! Ну почему Коннору обязательно быть таким святошей! Лифт звякает, и я едва удерживаюсь от вздоха облегчения. Слава Богу, наконец я могу смыться… — Похоже, нам по пути, — с ухмылкой замечает Джек. — Коннор, показывайте дорогу! Я этого не перенесу. Просто не перенесу. Разливая кофе и чай для сотрудников отдела маркетинга, я внешне спокойна, улыбаюсь всем и даже мило болтаю. Но в душе у меня смятение и хаос. Тяжело признаваться себе, что, увидев Коннора глазами Джека Харпера, я окончательно к нему остыла. И хотя твержу себе, что люблю Коннора и что несла в самолете всякий бред, от этого ничего не меняется. Но ведь я люблю его! Я снова и снова поглядываю на Коннора, пытаясь убедить себя в этом. Какие могут быть сомнения По любым меркам Коннор красив. Так и пышет здоровьем. Блестящие волосы, голубые глаза и симпатичная ямочка на подбородке. Джек Харпер, напротив, скучный, усталый. Вечно небритый, волосы взъерошены. Под глазами — тени, джинсы — потертые. И все же меня тянет к нему словно магнитом. Я сижу, уставившись на сервировочный столик, но почему-то вижу его, Джека. «Это все из-за самолета, — повторяю я себе. — Потому что мы вместе побывали в стрессовой ситуации. Только и всего. Других причин нет». — Господа, нам необходимо мыслить более масштабно, — объявляет Пол. — Цифры продаж «Пэнтер бар», к сожалению, не так высоки, как хотелось бы. Коннор, у вас есть результаты последних исследований Коннор встает, и мне становится тревожно. За него. Он ужасно нервничает, судя по тому, как яростно теребит запонку. — Все верно, Пол. Он берет блокнот и откашливается. — Относительно «Пэнтер бар» мы опросили тысячу тинейджеров. К сожалению, сделать окончательный вывод не представилось возможным. Он нажимает кнопку пульта дистанционного управления. На большом экране за его спиной появляется график, и все мы послушно таращимся на него. — Семьдесят пять процентов десяти-четырнадцатилетних подростков считают, что текстура должна быть более эластичной, — серьезно продолжает Коннор. — Однако шестьдесят семь процентов пятнадцати-восемнадцатилетних хотят, чтобы текстура была более хрустящей, тогда как двадцать два процента думают, что плитки, наоборот, могли бы быть менее хрустящими… Я заглядываю через плечо Артемис и вижу, что она уже успела записать: «Эластичная хрустящая». Коннор снова нажимает кнопку, и возникает другой график. — Далее. Сорок шесть процентов десяти-четырнадцатилетних считают запах чересчур резким. Однако тридцать три процента пятнадцати-восемнадцатилетних заявляют, что запах недостаточно резкий, тогда как… О Боже! Я знаю, это Коннор. И я люблю его, и все такое. Но не могло ли все это звучать чуть-чуть интереснее Я пытаюсь понять, как воспринимает Джек сообщение Коннора, и вижу, что он вопросительно приподнимает брови. Я тут же краснею, чувствуя себя предательницей. Он еще вообразит, что я смеюсь над Коннором. Но это не так. Совсем не так. — Девяносто процентов девочек-подростков предпочли бы пониженное содержание калорий, — продолжает Коннор. — И столько же тинейджеров хотели бы видеть более толстый слой шоколада. — Он беспомощно пожимает плечами. — Да они сами не знают, какого хрена им надо! — говорит кто-то из присутствующих. — Мы представили широчайший поперечный срез общественного мнения. В круг опрошенных входили белые, афро-карибы, азиаты и даже… — Он всматривается в бумагу. — …Джеди Найтс.[21] — Подростки! — вставляет Артемис, поднимая глаза к небу. — Кстати, Коннор, напомните, для кого предназначена наша продукция, — хмурясь, просит Пол. — Наши возможные покупатели, — Коннор переворачивает лист блокнота, — молодые люди от десяти до четырнадцати лет, обучающиеся днем или вечером. Пьют «Пэнтер-колу» четыре раза в неделю, едят гамбургеры три раза в неделю, посещают кинотеатры — два раза. Читают журналы или комиксы, но не книги, и вполне возможно, согласны с известным изречением: «Лучше быть клевым, чем богатым». — Он нерешительно поднимает глаза. — Продолжать — Что они едят на завтрак — глубокомысленно спрашивает кто-то. — Тосты или овсянку — Не… не знаю, — заикается Коннор, поспешно перелистывая блокнот. — Но можно провести еще одно исследование… — Думаю, общая картина ясна, — заявляет Пол. — У кого какие мысли Все это время я собираюсь с духом, чтобы заговорить, и вот теперь судорожно хватаю ртом воздух. — Знаете, мой дедушка очень любит «Пэнтер бар», — громко говорю я. Все присутствующие разом оборачиваются, и я густо краснею. — При чем тут дедушка — хмыкает Пол. — Я только хотела… думала… может, спросить, что он думает… — При всем моем уважении, Эмма, — вмешивается Коннор с улыбкой, которую иначе, как снисходительной, не назовешь, — твой дед вряд ли входит в нашу возрастную категорию. — Разве что начал совсем молодым, — хихикает Артемис. Дура! Зачем я вылезла! Я делаю вид, что перекладываю чайные пакетики. Но, честно говоря, ужасно обидно. Почему Коннору взбрело в голову так меня срезать Понимаю, он хочет выглядеть настоящим профессионалом и все такое. Но зачем же гадости говорить Вот я всегда стояла за него! — Мое мнение таково, — веско говорит Артемис. — Если «Пэнтер бар» не приносит прибыли, нужно прекратить выпуск. Очевидно, этот продукт — проблемное дитя. Значит, не стоит с ним возиться. Я мгновенно настораживаюсь. Они не могут зарубить «Пэнтер бар»! Что тогда будет брать дед на турниры по боулингу! — Возможно, смена марки с ориентацией на покупателя и новыми ценами… — начинает кто-то. — Не согласна! — перебивает Артемис. — Если мы собираемся максимизировать нашу концептуальную инновацию наиболее функциональным и логистическим методом, следует прежде всего сосредоточиться на наших стратегических возможностях… — Простите, — вмешивается Джек Харпер, поднимая руку. Это его первые слова за все совещание, и в комнате становится тихо. Я прямо-таки ощущаю в воздухе напряженное ожидание. Артемис же лучится самодовольством. — Да, мистер Харпер — Я понятия не имею, о чем вы толкуете. Кажется, по комнате пронесся ураган. Присутствующие словно громом поражены, и только я, сама того не желая, фыркаю. — Как вам известно, я на некоторое время отошел от дел, — улыбается Джек. — Не будете ли добры перевести все, что сказали, на обычный английский — Видите ли, — мнется Артемис, — я всего лишь имела в виду, что со стратегический точки зрения… независимо от нашего корпоративного видения… Лицо Джека так красноречиво, что ее голос постепенно замирает. — Попытайтесь еще раз, — добродушно предлагает он. — Обойдитесь без слова «стратегический». Артемис усердно потирает переносицу. — Ну… я хотела сказать, нам следует сосредоточиться на той продукции, что лучше продается. — Вот как! — с облегчением вздыхает Харпер. — Теперь до меня дошло. Продолжайте, пожалуйста. Он смотрит на меня, закатывает глаза и ухмыляется. Я не в силах сдержаться и отвечаю улыбкой, которую замечает только он. Совещание закончено, людской ручеек вытекает в коридор, а я обхожу столы, собирая кофейные чашки. — Счастлив был познакомиться, мистер Харпер, — слышу я восторженный голос Коннора. — Если вам нужна копия моего доклада… — Думаю, это вряд ли необходимо, — отвечает Харпер, сухо и чуть насмешливо. — Я более или менее понял суть. О Боже! Неужели Коннор не соображает, что чрезмерное старание ни к чему хорошему не ведет Я нагромождаю неустойчивую башню из чашек на сервировочный столик и начинаю собирать обертки от печенья. — Через несколько минут мне нужно быть у дизайнеров, — говорит Джек, — но я не совсем помню, где это… — Эмма! — резко окликает Пол. — Не могла бы ты показать Джеку, как пройти в мастерскую дизайнеров Со столов уберешь потом. Я замираю, стискивая оранжевую обертку. Пожалуйста, только не это. — Разумеется, — обреченно киваю я. — С удовольствием. Сюда, пожалуйста. С трудом переставляя ноги, вывожу Харпера в коридор, и мы начинаем бесконечный путь. Лицо покалывает под взглядами проходящих мимо людей, которые, правда, честно стараются не смотреть на нас, но я остро ощущаю, как все, на свое несчастье оказавшиеся в коридоре, увидев Харпера, тут же превращаются в безликих роботов. Люди в соседних офисах возбужденно подталкивают друг друга, и я слышу, как кто-то шипит: — Идет! Интересно, так бывает везде, где бы ни появился Джек Харпер — Итак, — начинает он, — вы собираетесь жить с Кеном. — С Коннором, — поправляю я. — Совершенно верно. — Ждете с нетерпением — Именно. Мы добираемся до лифтов, и я нажимаю кнопку, едва не содрогаясь под его пронизывающим взглядом. — И что из того — вызывающе спрашиваю я, поворачиваясь к нему. — А разве я сказал что-то — удивляется он. Мне отчего-то становится обидно. Да что он знает об этом — Мне известно, о чем вы думаете, — атакую я, надменно вскидывая подбородок. — Но вы ошибаетесь. — Ошибаюсь — Да. Вы… введены в заблуждение. — Введен в заблуждение Он выглядит так, словно вот-вот рассмеется, и едва различимый внутренний голос приказывает мне заткнуться. Но я не могу. Нужно объяснить ему, как обстоит дело в действительности. — Послушайте, я, конечно, наговорила много лишнего в самолете, — признаюсь я, судорожно сжав кулаки. — Но вы должны учитывать, что все происходило при чрезвычайных обстоятельствах… в обстановке смертельной угрозы, и я сказала много такого, чего вовсе не имела в виду. Вот! Пусть знает! — Понятно, — задумчиво кивает Джек. — Значит, вы не любите мороженое «Хааген-Дэц» с двойной порцией шоколадной крошки. Я беспомощно смотрю на него. — Кое-что было правдой, но далеко не все. Лифт дергается, останавливается, и мы дружно вскидываем головы. — Джек! — восклицает Сирил, заглядывая в кабину. — А я вас искал. — Мы тут немного поболтали с Эммой. Она любезно согласилась показать мне дорогу. — Вот как Небрежный взгляд Сирила скользит по мне. — Что же, вас ждут в мастерской. — В таком случае… я, пожалуй, пойду, — бормочу я. — Еще увидимся, — обещает Джек с усмешкой. — С вами всегда приятно поговорить, Эмма.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   26