Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Софи Кинселла




страница6/26
Дата03.07.2017
Размер3.37 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26
6 До конца дня в офисе царила праздничная атмосфера. Одна я сижу на месте, не в силах поверить в случившееся. И даже вечером, по пути домой, мое сердце по-прежнему колотится — слишком необычный оказался день. И как все несправедливо! Он чужой, незнакомый человек. И должен был таким оставаться. Весь смысл разговоров с незнакомцами заключается в том, что они растворяются в воздухе и никогда больше не возвращаются. Не появляются в вашем офисе. Не спрашивают, сколько будет восемью девять. Не оказываются вашим мегабоссом и работодателем. Что ж, могу сказать: пусть это будет мне уроком. Недаром родители всегда твердили: не разговаривай с незнакомыми людьми, не разговаривай с незнакомыми людьми. И были правы. Больше я слова не скажу незнакомцу. Ни за что. Сегодня мы с Коннором договорились встретиться у него в квартире, и, переступив порог, я чувствую, как становлюсь легкой словно воздушный шарик. Какое счастье оказаться подальше от офиса! От бесконечных разговоров о Джеке Харпере. И Коннор уже готовит ужин. Просто рай! Из кухни распространяются восхитительные запахи трав и чеснока, а на столе уже ждет бокал с вином. — Привет! — восклицаю я, целуя Коннора. — Привет, дорогая, — кивает он, не отходя от плиты. Черт! Я совсем забыла сказать «дорогой»! Как же мне это запомнить Идея! Запишу на руке! — Взгляни. Я скачал это из Интернета, — объявляет Коннор, широко улыбаясь и показывая на папку. Я открываю ее и вижу зернистый черно-белый снимок комнаты с диваном и каким-то растением в горшке. — Квартирные объявления… — растерянно констатирую я. — Здорово! Быстро ты справился! А я еще даже не предупредила хозяйку о переезде! — Нужно же когда-нибудь начинать, — резонно возражает Коннор. — Смотри. Здесь балкон. А вот квартира с действующим камином. — Отпад! Я сажусь на ближайший стул и разглядываю нечеткий снимок, пытаясь представить себя в этой квартире вместе с Коннором. Здесь мы будем проводить все вечера. Только вдвоем. И так неделя за неделей. А может, месяц за месяцем… Интересно, о чем мы будем разговаривать Ну… о том же, что и всегда. Может, поиграем в «Монополию». На случай, если вдруг станет скучно. Я переворачиваю листок и в восхищении замираю. В очередной квартире деревянные полы и ставни! Я всегда хотела деревянные полы и ставни. И взгляните только на эту шикарную кухню с гранитными столешницами… Просто фантастика! Скорее бы! Я на радостях опрокидываю бокал и начинаю устраиваться поудобнее, и тут Коннор вдруг объявляет: — Совсем забыл! Правда, занятно, что Джек Харпер вздумал наконец показаться О Боже! Пожалуйста. Больше никаких разговоров о чертовом Джеке Харпере! — Ты видела его — интересуется Коннор, подходя с мисочкой арахиса. — Я слышал, он заходил в ваш отдел. — М-да, видела. — Днем он заглянул и к нам, но я в это время был на совещании, — с сожалением вздыхает Коннор. — Какой он — Какой Не знаю. Темные волосы. Американец. А как прошло совещание Коннор напрочь игнорирует мою попытку сменить тему. — Да, вот это событие, — говорит он возбужденно. Лицо его сияет. — Джек Харпер… — Наверное… — Я пожимаю плечами. — Так или иначе… — Эмма! Неужели тебе все равно — изумляется Коннор. — Мы говорим об основателе компании! О человеке, разработавшем концепцию «Пэнтер-колы». Взявшем неизвестный брэнд, сменившем упаковку и сумевшем продать напиток всему миру! Он превратил погибающую компанию в гигантскую процветающую корпорацию! И теперь нам выпала возможность увидеть его! Разве ты не находишь это захватывающим! — Да, — киваю я наконец. — Ты совершенно прав. Именно захватывающе. — Для каждого из нас это может стать величайшей возможностью, какая бывает раз в жизни. Поучиться у самого гения! Знаешь, он так и не написал книгу. Джек Харпер не делился своими мыслями ни с кем, кроме Пита Ледлера. Он лезет в холодильник за банкой «Пэнтер-колы» и дергает за колечко. Коннор, должно быть, самый большой в мире патриот своей компании. Как-то мы поехали на пикник, и я купила пепси. Ему чуть плохо не стало. — Знаешь, что бы мне хотелось больше всего — вздыхает он, оторвавшись от банки. — Поговорить с ним один на один. — Коннор смотрит на меня сияющими глазами. — Один на один с Джеком Харпером! Представляешь, какой фантастический взлет карьеры Да уж. Беседа с Харпером совершенно точно забросила меня на самый верх служебной лестницы. — Наверное… — нерешительно бормочу я. — Ну еще бы! Получить шанс послушать его! Услышать, что он хочет сказать! Пойми, парень сидел взаперти три года! Какие идеи он генерировал все это время Должно быть, накопил столько открытий и напридумывал столько теорий насчет маркетинга и бизнеса вообще… о том, как нужно работать… о самой жизни… Восторженный голос Коннора, как соль, въедается в растертую кожу моего самолюбия. До чего же бездарно я разыграла роскошную карту! Сидела в самолете рядом с великим Джеком Харпером, созидательным гением, источником деловой и маркетинговой мудрости, не говоря уж о великих тайнах самой жизни. И что же я сделала Задавала исполненные смысла вопросы Занимала его умной беседой Познавала новое Нет. Несла вздор насчет того, какое белье предпочитаю. Блестящий карьерный ход, Эмма. Один из лучших! На следующий день Коннор опять спешит на очередное совещание, но перед самым уходом выуживает откуда-то старую журнальную статью о Джеке Харпере. — Прочти, — советует он, пережевывая тост. — Тут вся информация о нем. Не хочу я никакой информации! Меня так и подмывает высказать все, что думаю о Харпере, но Коннор уже исчезает за дверью. Я хочу оставить статью дома, но до работы ехать довольно далеко, а у меня нечего почитать. Поэтому беру статью с собой и неохотно разворачиваю в метро. Что ж, довольно интересная история о том, как Джек Харпер и Пит Ледлер подружились и решили заняться бизнесом. Джек был скромным гением, а Пит — общительным плейбоем-экстравертом. Они одновременно стали миллионерами и были друг другу роднее братьев, пока Пит не погиб в автокатастрофе. Джек был безутешен, удалился от мира и сказал, что бросает все. Читая все это, я снова чувствую себя дурочкой. Мне следовало бы узнать Джека Харпера. Конечно, Ледлера я сразу узнала бы. Во-первых, он похож… походил на Роберта Редфорда. А во-вторых, все газеты сообщали о его гибели. Теперь я живо это вспоминаю, хотя в то время не имела никакого отношения к «Пэнтер корпорейшн». Он разбился на «мерседесе», и все говорили: «Совсем как принцесса Диана». Я так увлеклась, что едва не проехала свою станцию, приходится в последний момент пробиваться к дверям под осуждающими взглядами всех пассажиров, явно считающими меня последней идиоткой, неспособной запомнить название станции. И едва двери закрываются, я соображаю, что оставила статью на сиденье. Ну да ладно. Я вроде как успела усвоить основную идею. Утро выдалось солнечное, и я направляюсь к безалкогольному бару, куда частенько заглядываю перед работой. У меня вошло в привычку каждый день опрокидывать стаканчик мангового сока, потому что это полезно. И еще я туда заглядываю потому, что за стойкой работает очень симпатичный новозеландец Эйдан. (Честно говоря, я была немного влюблена в него еще до того, как начала встречаться с Коннором.) В свободное от работы время он посещает курсы, где изучают вопросы питания спортсменов, и вечно рассуждает о необходимых для жизни минералах, микроэлементах и нормальном процентном содержании карбонатов в крови. — Привет! — говорит он, увидев меня. — Ну, как кикбоксинг — О, — я слегка краснею, — лучше не бывает. — Попробовала новые приемы, о которых я тебе рассказывал — Да! И мне действительно помогло! — Я так и думал, — кивает он с довольным видом и наливает мне сок. Ладно. Значит, дело обстоит так: я не хожу на кикбоксинг. Попробовала раз, в нашем местном центре досуга, и, честно говоря, была шокирована! Не думала, что это такое варварство! Но Эйдан ужасно воодушевился и все расписывал, как здорово это изменит мою жизнь, в результате я не смогла заставить себя признаться, что сдалась после первого же занятия. Все мои отговорки казались такими неубедительными. Так что я… вроде как соврала. Впрочем, вряд ли это так уж важно. Он никогда не узнает. Да и видимся мы только здесь, в баре. — Один сок манго, — объявляет Эйдан. — И шоколадное пирожное с орехами. Для… сослуживицы. Эйдан щипцами кладет пирожное в пакет. — Знаешь, этой твоей сослуживице не мешает подумать об уровне сахара в крови, — озабоченно хмурится он. — Это уже… четвертое пирожное на неделе — Четвертое, — вздыхаю я. — Обязательно ей передам. Спасибо, Эйдан. — Без проблем, — отмахивается Эйдан. — И помни: один-два — разворот. — Один-два — разворот, — повторяю я жизнерадостно. — Обязательно запомню. Стоит мне войти в офис, как из своего кабинета появляется Пол, прищелкивает пальцами и, показав на меня, сурово провозглашает: — Аттестация. Сердце мгновенно катится в пятки, и последний кусочек пирожного попадает не в то горло. Я кашляю, не в силах дышать. О Боже! Вот и расплата. Я не готова. Вдруг вспоминаю Керри и ее походочку преуспевающей женщины. Да-да, Керри — глупая корова, но у нее собственное туристическое агентство, приносящее миллионы фунтов в год. Должно быть, что-то она делает правильно. А вдруг мне тоже стоит попробовать Я слегка выпячиваю бюст, вскидываю голову и пересекаю офис с натянутой настороженной улыбочкой. — У тебя что, критические дни — бесцеремонно осведомляется Пол, когда я подхожу ближе. — Нет, — потрясенно выдыхаю я. — А выглядишь очень странно. Садись. Он закрывает дверь, садится за стол и берет форму, озаглавленную «Результаты аттестации персонала». — Прости, что не смог поговорить с тобой вчера. Сама видела, что тут творилось из-за приезда Джека Харпера. — Ничего страшного. Я пытаюсь улыбнуться, но во рту мгновенно пересыхает. Неужели я способна так нервничать Хуже, чем на школьном экзамене! — Окей. Значит… Эмма Корриган. — Пол смотрит в форму и начинает ставить галочки в квадратиках. — В общем, ничего плохого сказать не могу. Обычно не опаздывает… понимает поставленные задачи… достаточно компетентна… хорошо ладит с коллегами, и так далее и тому подобное… бла-бла-бла… Имеются проблемы — спрашивает он, подняв голову. — Э… нет. — Не являешься объектом расовых предрассудков — Нет. — Прекрасно. — Он ставит очередную галочку. — Ну, вот и все. Молодец. Можешь идти. И пришли сюда Ника. Что Или он забыл — А… а как насчет повышения — Я стараюсь не выказать чрезмерного волнения, хоть и заикаюсь. — Повышения — удивляется Пол. — Какого повышения — Специалист по маркетингу. — О чем это ты, черт возьми — Там было сказано. В объявлении… насчет вакансии. — Я вытягиваю из кармана потертый клочок бумаги. — «Через год возможно повышение». Вот здесь. Я кладу перед Полом объявление. Он с недоумением хмурится. — Эмма, возможно, но не обязательно. Ты еще не готова. Сначала нужно показать себя. — Но я стараюсь как могу. Если бы вы только дали мне шанс… — У тебя был шанс с «Глен ойл». Пол высоко поднимает брови, и я чувствую, что он поражен моим нахальством. — Повторяю: ты еще не готова к более ответственной работе. Через год посмотрим. Год! — Хорошо А теперь беги. В мыслях у меня полный разброд. Но я должна принять поражение хладнокровно и с достоинством. Сказать что-то вроде «я уважаю ваше решение, Пол», пожать ему руку и удалиться. Именно так следует поступить. Беда в том, что я, кажется, не могу подняться со стула. Проходит несколько минут. Пол озадаченно смотрит на меня: — Иди, Эмма. Я не в силах шевельнуться. Если я сейчас уйду, все будет кончено. — Эмма — Пожалуйста, повысьте меня в должности! — с отчаянием выпаливаю я. — Мне необходимо повышение, я должна доказать родным, что чего-то стою. Я буду из кожи вон лезть, обещаю вам. Буду сидеть тут в выходные и… и носить модные костюмы… — Что! Пол уставился на меня с таким видом, словно я превратилась в золотую рыбку. — Вам даже не придется мне больше платить! Я буду выполнять ту же работу, что и раньше. За свой счет закажу визитные карточки! У вас никаких расходов не будет! Вы даже не заметите, что повысили меня… — Я замолкаю, тяжело дыша. — Думаю, рано или поздно ты поймешь, что это не аргумент для повышения, — саркастически замечает Пол. — Боюсь, что вынужден отказать. Особенно после твоей тирады. — Но… — Могу дать тебе совет: если хочешь подняться выше, следует самой создавать себе шансы. Искать новые возможности. А теперь, без шуток — не можешь отвалить отсюда и позвать Ника Уходя, я успеваю заметить, как он поднимает глаза к небу и что-то чиркает на форме. Зашибись. Вероятно, ставит диагноз «душевнобольная психопатка, нуждается в срочной медицинской помощи». Еле передвигая ноги, я возвращаюсь к себе. Никого не хочется видеть. Но меня перехватывает Артемис. — Кстати, Эмма, — щебечет она, хитро поглядывая на меня, — только что звонила твоя кузина Керри. — Неужели — удивляюсь я. Керри никогда не звонит мне на работу. Собственно говоря, и домой тоже. — Просила что-нибудь передать — Да. Хотела знать, известно ли уже что-нибудь о твоем повышении. Значит, теперь разнесут по всему офису. Ненавижу Керри. — Вот как — бросаю я скучающе, словно ничего из ряда вон выходящего не услышала. — Спасибо. — Разве тебя повышают, Эмма Вот не знала! — пронзительно визжит она, и я ловлю несколько заинтересованных взглядов. Сидящие рядом оборачиваются в нашу сторону. — Значит, теперь и ты будешь считаться специалистом по маркетингу — Нет, — бормочу я, багровея от стыда. — Не буду. — Вот как! — восклицает Артемис с притворным недоумением. — Так почему же она… — Заткнись, Артемис, — обрывает Кэролайн. Я отвечаю благодарным взглядом и падаю в кресло. Еще год. Целый год оставаться вшивым стажером. И все считают, что от меня никакого толку. Еще год выплачивать долг папе, терпеть насмешки Керри и Нева и чувствовать себя полной бездарью. Я включаю компьютер и нехотя печатаю пару слов. Но внезапно чувствую, что выжата как лимон. — Пойду за кофе, — вяло говорю я. — Кто-нибудь хочет кофе — Кофе нет, — отвечает Артемис, с любопытством поглядывая на меня. — Разве не видела — Что — Кофейный автомат убрали, — поясняет Ник. — Пока ты была у Пола. — Убрали — поражаюсь я. — Но почему — Не знаю, — бросает он, направляясь к офису Пола. — Взяли и увезли. — У нас будет новый! — сообщает Кэролайн, проходя мимо с охапкой эскизов. — Так сказали внизу. Самый современный. С настоящим кофе. Вроде бы сам Джек Харпер распорядился. Я, оцепенев, смотрю ей вслед. Джек Харпер заказал новый кофейный автомат! — Эмма! — нетерпеливо теребит меня Артемпс. — Ты что, не слышишь Найди брошюру, которую мы делали для рекламной компании «Теско» два года назад! Прости, мамочка, — тут же говорит она в трубку, — нужно было отдать распоряжения моему стажеру. Ее стажер! Господи, я просто на стенку лезу, когда она вот так высказывается! Но сейчас я слишком ошеломлена, чтобы обращать на это внимание. «Все это не имеет ко мне никакого отношения», — повторяю я мысленно, роясь в шкафу с каталогами. И глупо думать, будто Харпер прислушался ко мне. Он скорее всего давно собирался поставить новый автомат. Он скорее всего… Навьюченная грудой папок, я встаю и едва не роняю их на пол. Он здесь. Стоит прямо передо мной. — Еще раз здравствуйте. — Его глаза искрятся смехом. — Как поживаете — Э… хорошо… спасибо… — Я с трудом сглатываю. — Только что услышала о кофейном автомате. Э… еще раз спасибо. — Не за что. — А теперь внимание! — восклицает вошедший следом Пол. — Мистер Харпер решил сегодняшнее утро провести в нашем отделе. — Просто Джек, пожалуйста, — улыбается Харпер. — Итак, Джек проведет сегодняшнее утро у нас. Посмотрит, что вы делаете, насколько слаженно работает вся команда. Глаза Пола останавливаются на мне. — А, Эмма! Ну, как дела Все в порядке — спрашивает он с заискивающей улыбкой. — Да, спасибо, Пол, — киваю я. — Лучше не бывает. — Прекрасно! Когда у сотрудников все в порядке, и дела идут лучше. Пока вы не приступили к работе… — Он смущенно откашливается. — Позвольте напомнить, что наш корпоративный День семьи празднуется через неделю, в субботу. Прекрасный шанс расслабиться, познакомиться, подружиться семьями и немного повеселиться! Кажется, все одновременно теряют дар речи. До этого момента Пол неизменно именовал праздник корпоративным дерьмово-гребаным днем. И твердил, что скорее позволит оторвать себе яйца, чем приведет туда кого-то из родных. — А теперь за работу. Джек, позвольте предложить вам стул. — Прошу не обращать на меня внимания, — вежливо говорит Харпер, устраиваясь в углу. — Ведите себя как обычно. Как обычно. Ну да. Еще бы. Это означало бы плюхнуться в кресло, сбросить туфли, проверить электронную почту, смазать руки кремом, съесть парочку «Смартиз»,[19] прочесть гороскопы в «Вилледж», сначала свой, потом Коннора, несколько раз написать на блокноте витиеватым почерком «Эмма Корриган, директор-распорядитель», украсить цветочной гирляндой, послать электронное письмо Коннору, несколько минут подождать ответа, глотнуть минералки и, наконец, приняться за поиски брошюры «Теско» для Артемис. Да, сомнительно, что я могу все это провернуть прямо сейчас. Усаживаюсь за стол, мучительно стараясь придумать какое-нибудь дело. Создать себе шанс. Найти новые возможности. По крайней мере так сказал Пол. А что это, если не возможность Сам Джек Харпер сидит здесь, наблюдая за моей работой. Великий Джек Харпер. Босс и глава корпорации. Неужели я не смогу произвести на него впечатление Окей, пусть начало было не самым блестящим. Но, может, самое время исправить ошибку Если бы я могла как-нибудь показать, что на самом деле умна, способна и энергична… Просматривая папки с рекламными материалами, я вдруг понимаю, что держу голову немного выше обычного, словно на уроках по сценическому мастерству. Украдкой оглядываю офис и вижу, что все сидят так же неестественно прямо. До появления Харпера Артемис болтала по телефону с матерью, зато теперь напялила очки в роговой оправе и деловито стучит по клавиатуре, иногда останавливаясь, чтобы улыбнуться, глядя на экран с гордым видом, что должно означать: «Ну и гений же я!» Ник читал спортивный раздел в «Телеграф», а сейчас, сосредоточенно хмурясь, изучает какие-то разрисованные графиками документы. — Эмма, — говорит Артемис приторно-сладким голоском, — ты нашла брошюру, о которой я спрашивала Не то чтобы это так уж срочно… — Нашла, — отвечаю я, отъезжаю от стола, встаю и иду к ней, стараясь держаться как можно более естественно. Но Господи, это все равно что попасть на телевидение или что-то в этом роде. Улыбка приклеена к лицу, ноги не сгибаются, и в душе крепнет холодящее кровь убеждение, что я неожиданно могу заорать «Мотор!» или что-то в этом роде. — Вот, возьми. — Я осторожно кладу брошюру на стол. — Дай тебе Бог здоровья! — неожиданно выпаливает Артемис. Глаза ее сверкают, и я понимаю, что она тоже играет. Дальше начинаются совсем уж чудеса. Она кладет свою руку на мою и дарит мне теплейшую улыбку. — Просто не знаю, Эмма, что бы мы делали без тебя! — Всегда рада помочь, — отвечаю я в тон. — В любое время. Черт, думаю я, возвращаясь. Следовало бы ответить как-то поумнее. Например: «Взаимодействие — залог успеха любого проекта». Окей, не важно. У меня еще есть время произвести впечатление на Харпера. Я с небрежным видом поворачиваюсь к компьютеру, открываю документ и начинаю печатать, стараясь побыстрее нажимать на клавиши, расправив плечи и не забывая об осанке. В офисе никогда еще не было так тихо. Все барабанят по клавишам, никто не болтает. Совсем как на экзамене. Нога ужасно зудит, но я не осмеливаюсь ее почесать. Интересно, как выдерживают люди, снимающиеся в учебных документальных фильмах Я совершенно вымоталась, хотя прошло не больше пяти минут. — Все почему-то молчат, — озадаченно замечает Джек Харпер. — У вас всегда так — Ну… Мы нерешительно переглядываемся. — Пожалуйста, не смущайтесь. И не обращайте на меня внимания. Ведите себя как обычно. Вы ведь наверняка обсуждаете какие-то проблемы. — Он дружески улыбается. — Когда я работал в офисе, мы говорили обо всем на свете. Политика, книги… кстати, что вы сейчас читаете — Собственно, я читаю новую биографию Мао Цзэдуна, — тут же отвечает Артемис. — Весьма занимательно. — А я как раз на середине книги по истории Европы четырнадцатого века, — вторит ей Ник. — Перечитываю Пруста, — сообщает Кэролайн, скромно пожимая плечами. — В оригинале. — Вот как… — кивает Джек Харпер с непроницаемым видом. — А… Эмма, кажется Что читаете вы — Э… в общем… — тяну я время. Не могу же я так взять и сказать: «Интимная жизнь знаменитых людей»! Хотя, по правде сказать, ужасно интересно. Быстрее. Думай. Вспомни хоть одну серьезную книгу. — Ты, кажется, читала «Большие ожидания» — произносит Артемис. — Для своего литературного клуба. — Да, — с облегчением выдыхаю я. — Так оно и… И тут же осекаюсь, встретив взгляд Харпера. Черт. В голове назойливо прокручивается мой бессмысленный треп в самолете. «…поэтому пробежала глазами аннотацию и соврала, что дочитала…» — «Большие ожидания»… — задумчиво повторяет Джек Харпер. — И что вы думаете об этой книге, Эмма Ушам споим не верю. И он еще спрашивает у меня Я на несколько секунд теряю дар речи. — Ну… — откашливаюсь я наконец. — Думаю… это… чрезвычайно… — Чудесная книга, — убежденно заявляет Артемис, — особенно когда поймешь ее скрытый смысл… основную идею… заложенный в ней символизм… Заткнись ты, глупая выпендрежница! О Боже! Что сказать — Я думаю… это поистине резонансно, — брякаю я наконец. — Это как — недоумевает Ник. — То есть… — Я снова откашливаюсь. — Резонансы. Следует ошеломленное молчание. — Резонансы… Резонансные — переспрашивает Артемис. — Да! — бросаю я вызывающе. — Именно. И вообще. У меня куча работы. Я многозначительно закатываю глаза, отворачиваюсь и принимаюсь лихорадочно тарабанить по клавишам. Окей. Да, литературная дискуссия прошла не так чтобы очень. Но мне просто не повезло. Бывает. Главное — позитивный настрой. Еще есть время все исправить. Впечатлить его… — Просто не знаю, что с ним творится! — жеманно жалуется Артемис. — Вроде бы поливаю каждый день… Она трогает свой паучник и умоляюще смотрит на Харпера. — Вы разбираетесь в комнатных цветах, Джек — Боюсь, ничуть, — отвечает Джек и невозмутимо обращается ко мне. — Как по-вашему, Эмма, что с ним может быть такое «…когда Артемис доводит меня до белого каления…» — По… понятия не имею, — бормочу я, не оглядываясь, чтобы Харпер не заметил мою пылающую физиономию. — Никто не видел мою кружку с «Кубком мира»[20] — хмуро осведомляется вошедший Пол. — Что-то нигде ее не видно. «…На прошлой неделе я разбила кружку босса и спрятала осколки в сумочку…» Вот дерьмо. Ну и пусть. Плевать. Подумаешь — разбила какую-то несчастную кружку. Это не имеет никакого значения. Продолжаю печатать. — Эй, Джек, — начинает Ник этаким компанейским, типа «мы-парни-всегда-заодно» голосом, — на случай, если вдруг подумали, что нам и повеселиться некогда, взгляните на это! Он кивает в сторону фото огромной задницы в стрингах. Этот снимок висит на доске объявлений с самого Рождества. — Мы до сих пор не угадали, кто это… «…перепила на последней рождественской вечеринке…» Вот теперь я хочу умереть. Кто-нибудь, пожалуйста, убейте меня! — Привет, Эмма! — раздается голос Кэти. Поднимаю глаза и вижу, как она, розовая от волнения, влетает в офис, но, увидев Джека Харпера, застывает. — Ничего страшного. Я просто муха на стенке, — добродушно поясняет он. — Не стесняйтесь, здесь все свои. — П-привет, Кэти, — запинаюсь я. — Что случилось Услышав ее имя, Джек Харпер настораживается и впивается в меня взглядом. И этот взгляд мне очень не нравится. Что я наговорила ему о Кэти Что! Лента воспоминаний бешено отматывается назад. Что я сказала Что я… И тут меня как током бьет. О Боже. «…Знаете, мы даже разработали свой секретный код, так что когда она приходит и спрашивает: „Не можем мы просмотреть кое-какие цифры, Эмма“ — на самом деле это означает: „Не удрать ли нам в „Старбакс““» Я выдала наш тайный код. Я отчаянно смотрю в напряженное личико Кэти, пытаясь каким-то образом предупредить ее. Но она, разумеется, ничего не воспринимает. — Я только… хм… Она деловито откашливается и смущенно косится н сторону Джека Харпера. — Не могли бы мы просмотреть кое-какие цифры, Эмма Блин! Краска бросается мне в лицо. По спине бегут мурашки. — Знаешь, — отвечаю я неестественно-жизнерадостным тоном, — вряд ли это сегодня возможно. Кэти удивленно таращится на меня. — Но мне… мне действительно нужно просмотреть кое-какие цифры, — твердит она, взволнованно кивая. — У меня много работы, — говорю я с вымученной улыбкой, подавая ей знаки заткнуться. — Но это недолго. Минут пятнадцать. — Сейчас совсем нет времени. — Эмма, это очень важные данные. Мне действительно… нужно проверить… — Эмма! Я подскакиваю как ужаленная. — Эмма, — Джек Харпер подается вперед с заговорщическим видом, — может, вам действительно следовало бы помочь Кэти с цифрами Несколько долгих секунд я смотрю на него. Язык не слушается. В ушах грохочет кровь. — Конечно, — соглашаюсь я после бесконечной паузы. — Окей. Сейчас.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26