Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Социально-психологические детерминанты политического лидерства в кыргызском обществе в дооктябрьский период




Скачать 131.13 Kb.
Дата21.06.2017
Размер131.13 Kb.
К.С.Абдымомунова

Социально-психологические детерминанты

политического лидерства в кыргызском обществе в дооктябрьский период

Субъектами и объектами политики всегда выступают люди со своими нуждами и интересами, идеалами, знаниями, ценностными ориентирами, эмоциями и культурой. Политика связана с межличностными с отношениями и забывать этот ее сущностный элемент нельзя.

Проблема политического лидерства возникает только при наличии определенных политических условий и политических свобод. В современных условиях становится очевидным, что политическое лидерство есть важный элемент социальной жизни и в связи с этим возрастает важность и потребность в его изучении, исследовании, анализе и проблем, связанных с ним. Политическое лидерство как феномен власти исследует его природу и механизмы функционирования, влияние на общество, а также разрабатывает методы и практические рекомендации по их отбору. Следует обратить внимание на то, что проблема лидерства рассматривается на двух уровнях. На первом производится попытка общетеоретического заключения этой проблемы с помощью многообразных философско-исторических и политологических концепций лидерства. Решение проблемы на втором – преимущественно утилитарном уровне – объединяется с эмпирическим исследованием, выработке практических рекомендаций.

Везде, где те есть или иные группы людей, существует лидерство. То есть, это один из значительных признаков любой организации. Лидер – авторитетный член организации или малой группы, личностное влияние которого позволяет ему играть существенную роль в социальных политических процессах, ситуациях.

Лидерство – один из механизмов интеграции групповой деятельности, когда
Абдымомунова К.С.– преподаватель БГУ им.К.Карасаева

индивид, или часть социальной группы, выполняет роль лидера, т.е. объединяет, направляет действия всей группы, которая ожидает, принимает и поддерживает его действия.

Отсюда и заинтересованность к лидерству. Попытка осмыслить важнейший феномен общественной жизни, выявить диалектику общественной жизни, раскрыть диалектику объективного и субъективного факторов в истории. Место и роль руководителя, лидера в социальном процессе предпринимаются давно. В реальной жизни действуют люди, обладающие сознанием и волей; они ставят перед собой цели и борются за их осуществление. Это обстоятельство в определенных условиях может порождать иллюзию, что сознание является главной силой исторического процесса, а история – реализацией идей, носителями которых выступают великие личности.

У древних мыслителей мы находим описание героев – полководцев, монархов, которые и являются подлинными творцами истории. Один из первых развернутое описание образа лидера-государя и практические советы для правителей дал Н.Макиавелли. Он считал, что государь для сплочения общества и поддержания порядка может использовать любые средства, в том числе хитрость и силу. Французский историк Т.Карнейль считал, что история – это результат деятельности героических личностей, а основная масса людей «убога», не способна существовать без направляющего воздействия лидеров. На последующее развитие представлений о лидерстве заметное влияние оказала концепция Ф.Ницше. Он доказывал, что только великие личности, сверхчеловеческие, как высшие представители человечества, творят историю. Сверхчеловек – это сильная, красивая личность, стреящаяся к лидерству. Воля к власти есть проявление его «творческого инстинкта». Такая личность стоит по ту сторону добра и зла и может быть жестокой и терпимой к обычным людям, вправе презирать норму существующей морали, так как мораль – оружие слабых. Иначе подходили к этой проблеме основоположники марксизма. Раскрывая диалектику объективных и субъективных факторов в истории, они показали, что историю творят люди, но побудительные мотивы их действий, стремлений имеют свои причины, лежащие в материальной, прежде всего экономической жизни общества. Осознавая реальные экономические интересы, отдельные личности, социальные группы направляют свою практическую деятельность на их осуществление. То есть роль личности рассматривается в обязательной связи с деятельностью классов, социальных групп. Вопрос о роли личностей должен рассматриваться по разному, в различных исторических эпохах, в тех или иных конкретных социально-политических условиях.

Основную привилегированную феодальную аристократию кыргызского общества в древнее время и средние века составляли бии, манапы, датки, беки. Наряду с ними к классу феодалов относились баи, аткаминеры и представили духовенства. Довольно продолжительное время в кыргызском обществе просуществовал титул «бий» и исторически бии предшествовали манапам. Бий, как бек – властитель, господин, князь, эмир титул родоплеменной, а затем феодальной знати стран Ближнего и Среднего Востока. Титул «бий» мог быть потомственным или заслуживался путем пожалования. В письменных источниках и у некоторых восточных авторов исследователей Кыргызстана (Ч.Валиханов, С. Абрамзон) и сказителей санжыры, одинаково или приблизительно приводятся антропонимы легендарных предков кыргызов с добавлением слово «бий»: Арслан-бий, Мары-бий, Сары-бий и т.д.1

Известный синолог Н.Я.Бичурин приводит следующие сведения об енисейских кыргызах IX в. «…Государь у кыргызов называется ажо. Чиновники разделяются на шесть разрядов: министры, главнокомандующие, управители, делоправители, предводители и дагани…. Они управляли всеми государственными делами…», «…В аппарат государственного управления при ажо входили: байла, (визирь), тутук (Эл торосу – народный чиновник), ага торо (старший чиновник), торо Санчун (главный войск), таркан (аймак бийлери – местные власти)2. Н.Я.Бичурин о кыргызах второй половины XYIII в. писал «Бурут есть название кочевого народа, обитающего между Андижаном и Кашгаром. Земли его обширны и людны. Владельцы их называются би…. Каждый би владеет своею землею, имеет своих подданных. Они все равносильны и не зависят друг от друга. По смерти би постановляют сына или брата на его место, а посторонние не могут заступать онаго»3. Например: Маматкул-бий, Акбото-бий, Кубат-бий и др.

К концу IX в. в эпоху «Великого государства кыргызов», по мнению В.В.Бартольда, высшим органом власти в государстве енисейских кыргызов являлся курултай. Именно он решал вопросы внешней и внутренней политики. Местную власть рекомендовали тутуки, тарканы, бии, беки. Тутуки появлялись наместниками кагана, исполняли политическую власть в отдельных районах и командовали здесь. Бии, беки представляли, исполнительную власть на местах в их ведении были, хозяйственные дела и обеспечение войска продовольствием и всем необходимым4. Китайские источники XYIII в. почти всех без исключения кыргызских правителей называют биями.

После появление института манапства, понемногу модифицируется общественное содержание бийства в кыргызском обществ и в последующий период оно ограничивается только выполнением судебных функций. После вхождения Кыргызстана в состав России бии были наделены полномочиями творить, суд на основе адата – обычного права кыргызов. В «Положении об управлении Туркестанским краем 1886 года, которое с изменениями и дополнениями имело силу до Октябрьской революции 1917 г.; подобно регламентировались дело и установка народного суда биев. По этому «Положению» у кочевого населения Семиреченской области действовали народные судьи – бии, избираемые с выборами волостного управителя на волостном съезде сроком на три года. Количество судей - биев волости определялось областным губернатором перед выборами с таким расчетом, чтобы количество биев в волости было не менее четырех и не более числа аильных обществ в волости. По «Положению» суды биев действовали в трех видах: а) единоличные судьи - бии. Они рассматривали все уголовные и гражданские дела, возникающие среди местного населения; б) волостной съезд судей. Он являлся второй инстанцией для биев – единоличных судей. В введении волостных съездов судей находился пересмотр приговоров и решений единоличных судей – биев по жалобам; в) чрезвычайный съезды судей - биев. Они назначались по распоряжению областного губернатора для решения дел, в которых участвовали жители разных уездов или волостей»5. Из приведенных сведений можно сделать вывод о том, что Бии в разное время овладевали различными иерархическими властными положениями – то были верховными правителями, то министрами, местными правителями, то судьями.

Начиная с XYIII века, в политической структуре кыргызского общества имелось, господствующее сословие - манапство. По генеалогии кыргызов крупный сарыбагышский феодал по имени Манап жил в XYII в. В начале манапами называли всех, принадлежавших к родоплеменному подразделению «манап» в пределах племени сарыбагыш. Со второй половины XYIII в. этот термин вышел за пределы племенных границ и стал распространяться среди других племен северных кыргызов. Исследователь К.Усенов писал, что по легенде Манап был сыном Доолоса из киргизского племени сарыбагыш. Он стоял во главе племени и отличался от остальных правителей своей жесткостью самочинством, храбростью и некоторой щедростью. Вскоре старшины других племен и родов своих поступках начали подражать Манапу и постепенно приняли его имя как звание6. Ормон Ниязбек уулу – манап из рода сарыбагыш. Проводил в середине XIX в. активную деятельность по объединению северных кыргызов и созданию самостоятельного ханства.

Губернатор Сырдарьинской области К.Гродеков происхождение манапства связывал с категорией наследственных биев: «манапы у кара-киргизов – лучшие люди, происходившие от целого рода биев. Манапами стали те, которые выделялись из народа, отличались храбростью и щедростью и превосходствовали над народами во время безналичия. Во время неприятельских нашествий собирали весь народ и предводительствовали им»7. Феодальная верхушка племени сарыбагыш Атаке, Эсенгул, Болот жившие в середине XYIII в., назывались «манапами». Ч.Валиханов, посетивший в 1856 г., на основании сообщений информаторов называет феодалов Атаке и Эсенгула «манапами»[8].

Известный историк Б.Джамгерчинов указывал, что до XIX века функции манапа носили представители феодально-родовой верхушки в лице биев. С развитием феодальных отношений в кыргызском общетсве происходило дальнейшее усиление их власти. Со временем усиление власти биев и закрепление ее потомственно приводит к середине XIX века к появлению манапства как правящей аристократической прослойки9.

Манапы были историческими преемниками одновременно биев, батыров и аксакалов, ограничив их статус. Анализируя сведения о «манапе» и «манапстве», можно предположить, что в XYIII в. в общественно- политическую среду кыргызского общества постепенно внедрялись термин «манап», а как социально-политический институт «манапство» утвердилось в середине XIX в. в основном в северной части Кыргызстана. Таким образом, начиная с XYIII века, в политической структуре кыргызского общества существовало своеобразное господствующее сословия – манапство. В эпоху кокандского владычества над кыргызами и в первые годы управления российских властей манапы обычно именовались с добавлением звания «батыр»… Например, манапу Джантаю из рода сарыбагыш русская администрация края адресовала бумагу так: «Старшему манапу рода Сары-багыш Джантаю-батырю». Манап рода солто Байтик Канаев, представлявшийся в 1867 г. В Петербурге царскому двору, именовался иногда Байтик-батыром10.

Следует подчеркнуть, что манапы, как правило, располагает также судебными функциями, он и анализировал все уголовные и гражданские дела и назначал наказание по адату – обычному праву. Будучи хранителями «нарка» и «намыса», организаторами родовой борьбы, посредниками межродовых и межэтнических отношений, манапы пользовались большим авторитетом, их мнение являлось, беспрекословным. Каждый манап стремился расширить сферу влияния, свою политическую гегемонию и в результате этого между ними часто происходили междоусобицы. Стараясь расширить свою политическую власть, некоторые представители феодально-родовой знати старались соединить разделенные кыргызские земли в одно политическое целое. Такую политику сделал сарыбагышский манап Ормон Ниязбек уулу11. С развитием института манапства в кыргызском обществе появилась иерархическая лесенка и манапы помещались на ней по своему авторитету, утверждению, делясь на старших и рядовых:

а) чон манап, стоявший во главе какого-либо племенного союза или крупного племени и объединявший под своей властью несколько рядовых манапов. Такой манап обладал крупным авторитетом и властью, его звание передавалось по наследству. К таким манапам относились, например, Шабдан, Узбек, Туркмен, Биялы, Дыйканбай, Мырзабек и др. От них зависимы остальные манапы. Иногда манапы именовали себя ханами;

б) манапы рядовые, стоявшие во главе небольшого племени или большого рода. Звание манапа присваивалось только им лично и они не имели права передавать его по наследству. Их власть исходила только среди одного большого рода. Они находились в известном подчинении чон манапа и выполняли ряд функций управления кыргызами по указанию его;

в) манапы – выскочки. Это лица претендовали на звание манапа, не обладая всеми данными для того, чтобы завоевать необходимые ему авторитет и влияние среди народа. Чулак-манап – своего рода кличка презрительного и насмешливого характера. После вхождения Кыргызстана в состав России манапы почти не потеряли свое влияние. Манапы и баи занимали посты волостного управителя, аильных старшин, биев-судей и.т.д.

Необходимо отметить, что на юге Кыргызстана крупных феодалов, т.е. верхушку феодальной аристократии, называли не манапами, а датками, а рядовых – беками. Появление званий «датка» и «бек» связано с коканским завоеванием. Кокандские ханы с целью привлечения на свою сторону представителей кыргызской феодальной знати давали им эти звания. Звание «бек» постепенно стало наследственным и передавалось от отца к сыну. Правовое положение их не отличалось от манапов.

Среди представителей кыргызской знати были и батыры. Батыр – военный вождь. Сильный и храбрый военоначальник, отличавшийся в борьбе с врагами. Они могли быть как из простого народа, так из представителей феодальной верхушки. Постепенно батыры становились не только военными вождями, но и крупными феодалами. Например, батырами назывались старшие манапы племени сарыбагыш – Ормон, Шабдан, из солто - Байтик и др. Батыры часто выступали в качестве послов, выполняя различные дипломатические поручения. Они не редко являлись представителями и управителями крупных родов, часто пользовались большим политическим весом, иногда даже большим, нежели рядовые манапы.

И все же до настоящего времени сохранилась традиция исследования биографий отдельных, исключительных лидеров, которые наложили на политику особый отпечаток. Это правомерно, помогает понять исторические события в их жизненной полноте и конкретности, дает нам редкий материал о личностях лидеров. Но такие биографии носят скорее описательный, чем аналитический характер. Они мало, чем могут помочь в исследовании проблемы лидерства, в создании типологии лидеров. Американский философ Сидни Хук назвавший свой вариант прагматизма «экспериментальным натурализмом», посвятил проблеме лидерства монографию «Герой в истории»: «История есть творение великих людей. И только лидеры могут влиять на развитие человечества»12. Политическое лидерство это элемент структурализации группы. Его существование и функционирование определяется объективными потребностями организации социальной жизни. В возрастающей потребности людей в коллективных действиях и осознании этих потребностей в форме коллективных целей, в особенностях организации общества следует искать объяснение лидерства.

Поскольку политика имеет дело с большими массами людей, коллективные действия которых требуют функционально-ролевой дифференциации, оперативного управления и подчинения, то необходима институциализация и формализация лидеров, наделение их определенными властными полномочиями. Политическое лидерство имеет два аспекта: формально-должностной статус, связанный с обладанием властью и субъективную деятельность по выполнению возложенной социальной роли. Этот второй аспект, т.е. личностные качества и реальное поведение, определяют лишь получение властной должности и служит для оценки лидера («хорошо» или «плохо»). И поэтому неправомерно отделение политического лидерства от его институционального статуса, наделенного властными полномочиями. Рядом западных исследователей выдвинута так называемая «теория черт лидера». В ней основное внимание уделяется личностным качествам лидера. Ее авторы считает, что необходимо изучить лидеров в различных ситуациях, социальных группах, выявить присущие им психологические характеристики. В итоге лидерство объясняется как социально-психологический феномен. Американский социолог Богардус перечисляет десятки качеств, которыми должен обладать лидер – чувство юмора, такт, умение предвидеть, способность привлекать к себе внимание, умение нравиться людям, готовность брать на себя ответственность. Он, прежде всего такие качества, как ум, энергия, характер. Стогдилл пытался доказать, что лидер должен обладать большим интеллектом, чем члены его группы. Однако различные социальные эпохи, различные социальные классы и социальные группы требуют лидеров, обладающих различными качествами. В действительности черты лидера необходимо рассматривать не изолировано от социальных условий, а в связи с ними. Чтобы стать лидером в условиях политической борьбы, действительно нужны определяющие и социальные качества. Наблюдения свидетельствуют о том воздействии, которое может оказывать лидер благодаря своему обаянию, внешности, ораторскому мастерству и популярности, а также интеллекту, хитрости, решительности.

Анализ сведений источников и политической ситуации в Кыргызстане с середины XIX до начало XX вв. убеждает нас, что личность Шабдана батыра как посредника колониальных властей России в управлении новым краем, была востребована самим временем. И с этой ролью он справился с честью. Вероятно, не случайно, что даже его оппонент начальник Пишпекского уезда А.Талызин был вынужден еще в 1896 г. констатировать, что «…влияние Шабдана Джантаева главным образом основывается на личной его заслуге перед русским правительством,… хотя родовитость (т.е. его происхождение из манапской среды – кыргызской правящей аристократии – Д.С.) Шабдана имеет значение, но он приобрел первенство между киргизами свои умом и ловкостью13. По словам В.П.Ровнягина, «Каждый день батыра был деловой день. Из ближних и дальних мест съезжались к дому батыра сотни киргиз со своими делами и думами. Батыр был авторитетным третейским судьей по адату, властителем киргизских дум»14.

Вопрос о результатах деятельности лидеров непосредственно связана с проблемами данного общества, с его характеристиками или с состоянием среды. Ж..Блондель «лидеры – это пленники той среды, в которой они могут сделать то, что среда «позволяет» им сделать»15. И все же мы в состоянии наблюдать в реальной жизни, что лидеры оказывают влияние на среду и она во многом зависит от характера и методов их действий. И это требует классификации и разбивки по категориям типов политических лидеров.

Сегодняшний день, по прошествии многих лет после ухода с исторической сцены баев и манапов, можно сказать, что в целом они как политические лидеры играли важную роль в истории кыргызов. Они были активными участниками в деле сохранения и организации этнического, национального самосознания, общественного организма, формировании и развитии кыргызского народа и его государственности.

ПРИМЕЧАНИЯ:



  1. Восточные авторы о кыргызах, 1994. – С.35. Общая и прикладная политология. Учебное пособие. Под.общ.ред. В.И.Жукова и Б.И. Краснова. –М., МГСУ: 1992.– С. 601.

  2. Бичурин Н.Я. (Иакинф). Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии в древние времена.– Алматы, 1991.– Т.1.– С. 358-362.

  3. См.: там же. – С.362.

  4. Малабаев Дж.М. История государственности Кыргызстана. – Бишкек, 1996.– С.18.

  5. Материалы по истории политического строя Казахстана.– Алма-Ата, 1960.– Т.1.– С.298-300,362-363.

  6. Усенбаев К. Указ.работа.– С.85.

  7. Нурбеков К. Указ. Работа.– С-39-40.

  8. Валиханов Ч. Указат.работа.– С.210.

  9. Джамгерчинов Б. К вопросу об общественно-экономическом строе ….– С.210.

  10. Кушнер Г. Указ. Работа.– С.211.

  11. Джамгерчинов Б. Киргизы в эпоху….– С.118.

  12. Общая и прикладная политология. Учебное пособие. Под.общ.ред. В.И.Жукова и Б.И. Краснова. – М., МГСУ: 1992.– С. 601.

  13. ЦГА Республики Казахстана. – Ф.44, оп.1, д. 695.л.4.

  14. Ровнягин В. Войсковой старшина Ш.Джантаева //Семиреченские областные

ведомости.– 1912. – 2 апреля. С.9.

  1. Общая и прикладная политология. Учебное пособие. Под.общ.ред.

В.И.Жукова и Б.И. Краснова. – М., МГСУ: 1992.– С. 601