Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Сказка для взрослых действующие лица: цицилия красивая дама с претензией на элегантность. Жорж старинный поклонник дамы




страница1/4
Дата25.06.2017
Размер0.49 Mb.
ТипСказка
  1   2   3   4


Галина Дербина

g.derbina@gmail.com

ЖОРЖ И ЦИЦИЛИЯ

Эксцентрическая сказка для взрослых

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

ЦИЦИЛИЯ – красивая дама с претензией на элегантность. ЖОРЖ – старинный поклонник дамы.

МЕРБОЛИУС – маленький человечек с крыльями.

ПЕРВОЕ ДЕЙСТВИЕ

На заднем плане сцены изображен провинциальный Российский город. Где-то высоко расположено окно со ставнями.

Мерболиус открывает ставни. На его лице борода на веревочке.

МЕРБОЛИУС. Летала по небу сова – весёлая голова; Вот она летела, летала и села. Села, посидела, а потом хвостиком повертела. Это присказка, сказка впереди.

Звучит романс «Только раз» в исполнении Николая Сличенко (муз. Фомин Б., сл. Герман П.)

Высвечивается сцена, на ней две небольшие комнаты. В комнате Жоржа на одной из стен висят лобзики и вырезанные рамки для календарей. На видном месте находится белокурая кукла, напротив - стоит небольшая школьная доска. Жорж пишет на ней математические формулы. Размышляет…

В комнате Цицилии на столе - принадлежности для изготовления искусственных цветов. Цицилия делает замысловатый цветок, из перьев и блесток, рядом сидит большой плюшевый медведь.

ЦИЦИЛИЯ. Ля-ля-ля-ля… (Берёт неправильную ноту. Выключает проигрыватель, снимает пластинку.) Нет. В таком настроении творчество совершенно не возможно, даже любимый певец не вдохновляет. В голове всё время крутится Жорж, Жорж…

ЖОРЖ. (В сердцах бросая мел.) Как она меня измучила! Не о чём не могу думать! В голове всё время пульсирует: Циля, Ци-ля. (Кукле.) Что? Переменить деятельность? Спасибо, девушка! А то я бы без вас не догадался… День и ночь роняет сердце ласку…

Жорж берет один из лобзиков и начинает выпиливать рамку для календаря.

ЦИЦИЛИЯ. (Медведю.) Перестаньте, наконец, меня воспитывать. Больно надо мне ещё ваши упреки выслушивать. Я и так осознаю, была не совсем. Но не прав то оказался Жорж! Он же меня назвал этой… Забыла слово. Оно ещё так не элегантно звучит… Вы всё равно его оправдываете?! Вот вам за это! (Дергает медведя за ухо.) Мало? Получите ещё и за Жоржа!

ЖОРЖ. Гаснет луч пурпурного заката. Синевой окутаны…Ра-ра. Где же ты…Тьфу ты! Привязалась. И главное, я вспомнить не могу, о чём был сыр-бор!

ЦИЦИЛИЯ. А что если пойти к Жоржу и спросить: Почему ты так со мной? Нет. Не то. Надо рукой сделать вот так и крикнуть: Ты не прав! Пожалуй, это будет не комильфо. Руку надо как-то иначе.

ЖОРЖ. (Кукле.) Что вы сказали? Позвонить ей? Да никогда! После того, как она назвала меня некомильфоном, я готов распилить её пополам. (Пилит с особым усердием.)

ЦИЦИЛИЯ. А если не ходить, а позвонить? В прошлую ссору он первый мне звонил. Теперь вроде, как моя очередь. (Медведю.) Позвонить?

ЖОРЖ. Нет! Всё. Буквально всё валится из рук. Такую рамку испортил! (В сердцах ломает рамку.) (Кукле.) Девушка, не надо на меня так сочувственно смотреть!

ЦИЦИЛИЯ. Хорошо, я позвоню. А что скажу? Выпили мне ещё одну рамку для календаря? Ну уж… Кстати, о календаре, какой сегодня день? (Смотрит на календарь.) А-а! День поминовения усопших! Радость-то какая! (Звонит.)

ЖОРЖ. А если она мне позвонит, я даже трубку не сниму! (Услышав звонок.) Алё! Алё!

ЦИЦИЛИЯ. Доброе утро.

ЖОРЖ. Допустим. Я вынужден поставить тебе на вид, что… Я всё время думаю о нашей ссоре и…Черт возьми, Циля, я скучаю!

ЦИЦИЛИЯ. (Включая громкую связь.) А ты развлекись этим, как его, Пуанкороном.

ЖОРЖ. Пуанкаре, Циля, Пу-ан-ка-ре.

ЦИЦИЛИЯ. Не вижу разницы.

ЖОРЖ. (Вспылив.) Ну, что ты такое говоришь?

ЦИЦИЛИЯ. А что я сказала?

ЖОРЖ. (Сам себе.) Спокойнее, спокойнее. (Цицилии.) Говори. Что хочешь говори.

ЦИЦИЛИЯ. Давай мы с тобой опять… Ах, дальше мне неудобно продолжать.

ЖОРЖ. Хорошо, я закончу твою мысль. Давай забудем наши разногласия, прекратим прения и немедленно перейдём к коммуникационным соприкосновениям.

ЦИЦИЛИЯ. Подобный меморандум меня устраивает.

ЖОРЖ. Где ж мы встретимся?

ЦИЦИЛИЯ. Когда я узнала, меня осенило. Я решила, что тебе сразу надо на кладбище.

ЖОРЖ. Мне на кладбище?! Да ещё сразу? Какая жестокая фантазия.

ЦИЦИЛИЯ. Как можно не помнить такие вещи! Сегодня же день поминовения усопших.

ЖОРЖ. Вот оно что. Тогда, конечно, более адекватного места для свидания нам не найти.

ЦИЦИЛИЯ. Во сколько ж мы встретимся?

ЖОРЖ. Часа через…три-четыре.

ЦИЦИЛИЯ. Откуда такие цифры? Тебе ехать пятнадцать минут.

ЖОРЖ. Тогда… Минут через тридцать.

ЦИЦИЛИЯ. Ах, как ты нетерпелив. Ценю! Да. Чуть не забыла, не покупай цветы у кладбищенских тёток. Я принесу свои. Вот только, уместно ли будет мои цветы возлагать на могилу твоей жены?

ЖОРЖ. Твоим прекрасным цветам самое место на её могилке.

ЦИЦИЛИЯ. Да как ты… (Схватив трубку.) Как вы смеете! (В гневе бросила трубку.) Ой, что я наделала.

ЖОРЖ. (Сам себе.) Не понял. (Звонит Циле.)

ЦИЦИЛИЯ. Алё, алё.

ЖОРЖ. Ты трубку бросила или нас разъединили?

ЦИЦИЛИЯ. Разве я когда-нибудь бросала трубки?

ЖОРЖ. Бросала и не раз, но об этом потом. Жду тебя у могилы Серафимы.

ЦИЦИЛИЯ. Что?! Почему не у могилы Александра?!

ЖОРЖ. Потому что когда я хотел сделать тебе предложение, он опередил меня. (Включает громкую связь.) С тех пор я видеть не желаю ни Александра, ни его могилу! А Серафима была женщина терпеливая, кроткая. Вспомни сколько раз она заставала наши взаимообразные отношения и всё прощала.

ЦИЦИЛИЯ. Ну и дура. Я бы, на её месте, выдрала тебя как козу, то есть я бы выдрала её как козу. Нет, я бы выдрала…Выдрала бы… Ну не Александра же драть! А тогда кого?

ЖОРЖ. Опустим эту трудную тему.

ЦИЦИЛИЯ. Опускай, пожалуйста, но к могиле Серафимы я близко не подойду, потому что ты с ней зарегистрировался, а со мной до сих пор нет. И поднимать животрепещущий вопрос рядом с её останками по меньшей мере…Не романтично.

ЖОРЖ. Добро. Понял тебя. Встречаемся на нейтральной полосе, у поворота к хозяйственному двору.

ЦИЦИЛИЯ. Это где помойка?

ЖОРЖ. Почти. Сначала контора, потом хозяйственный двор, а за ним тот самый поворот, рядом с которым сваливают старые венки и другой кладбищенский…

Цицилия бросает трубку. Бежит к шкафу и лихорадочно выбирает одежду.

ЦИЦИЛИЯ. Я всё уже поняла! Вечно он всё уточняет.

Затемнение.

У ВОРОТ КЛАДБИЩА.

На Цицилии: шляпа, летнее пальто и платье, пошитые ею. (Наряд напоминает стиль английской королевы.) В руках сумочка, сплетённая ею в технике макраме. В руках Жоржа большой портфель, старая жестяная лейка и саперная лопата.

ЖОРЖ. Здесь, у последнего пристанища бывших спутников жизни, как-то особенно чувствуешь, что надо торопиться жить.

ЦИЦИЛИЯ. Могилы мы привели в порядок. Теперь, что?

ЖОРЖ. А что теперь?

ЦИЦИЛИЯ. Может быть, ты предложишь что-нибудь жизненно необходимое.

ЖОРЖ. Ну-у… Не знаю. Впрочем, поедем прямо отсюда в ЗАГС и подадим заявление!

ЦИЦИЛИЯ. (Сама себе.) Наконец то! (Жоржу.) Стоит ли уж, так-то торопиться?

ЖОРЖ. Ты думаешь, не стоит?

ЦИЦИЛИЯ. Ничего я не думаю! Ты мужчина с креативным мышлением и поэтому я всегда и сразу подчиняюсь первому твоему слову.

ЖОРЖ. Да-а?! Ха-ха!!! Хорошо. В ЗАГС, так в ЗАГС. (Целует кисть руки, затем запястье…)

ЦИЦИЛИЯ. О-о! Жорж… Ты, как молодой, целуешься прямо …Где приспичило. Однако мне кажется, пока мы не зарегистрированы, надо быть несколько сдержаннее. (Подставляя для поцелуя шею.) Ну, а что теперь?

ЖОРЖ. Дорогая моя. (Страстно целует в шею.)

ЦИЦИЛИЯ. А теперь что?

ЖОРЖ. Теперь… (Настойчиво склоняет к кустам.)

ЦИЦИЛИЯ. Милый, тут очень живописно, но как-то не совсем уютно.

ЖОРЖ. Отойдем сюда. Вот тут заросли гуще.

ЦИЦИЛИЯ. Здесь очень декоративные кустики, но мне кажется, если мы тут… Будет ли это тактично по отношению к тем, кто под кустиками.

ЖОРЖ. Перестань ерунду молоть. Под кустиками никого нет, здесь же сквер Хорошо, передислоцируемся в более комфортабельную диспозицию… Ну, иди ко мне. Один поцелуй, а после поедем домой и уж там будем усугублять нашу взаимность пока не усугубим окончательно!

ЦИЦИЛИЯ. Как домой, а в ЗАГС?!

ЖОРЖ. Можно и в ЗАГС, только давай…(Страстно обнимая) Немного продышим воздухом.

ЦИЦИЛИЯ. Мне в твоих объятиях так головокружительно, что я готова всю жизнь пролежать у ворот кладбища. Однако нам следует поспешить к трамваю.

ЖОРЖ. Поспешим, поспешим, но прежде одно маленькое конструктивное замечание. Трамвай останавливается за версту от ЗАГСа. Поедем лучше на 4-ом автобусе, он подъезжает прямо к дверям.

ЦИЦИЛИЯ. Нет, поедем на трамвае, автобус едет совсем в другую сторону.

ЖОРЖ. Ты заблуждаешься.

ЦИЦИЛИЯ. Это ты ошибаешься.

ЖОРЖ. Брось чепуху городить. Едем, как я сказал.

ЦИЦИЛИЯ. Я точно знаю, что маршрут изменили. Там ремонт дороги и поэтому 4-ый минует ЗАГС. Теперь он идет через крематорий. Так, что…

ЖОРЖ. (Перебивая.) Я так и знал! Я был уверен, что ты на пустом месте найдешь причину для препирательств. Вот и крематорий приплела, чтобы сделать не так, как я…

ЦИЦИЛИЯ. (Перебивая.) Фу-у… Как только ты начинаешь полемизировать со мной, сразу становишься вульгарен и совершенно невыносим. В конце концов, Жорж, сколько можно! Я не намерена терпеть. То цветы надо возлагать строго слева направо, то ограду красить только серебрянкой. Между тем, серебрянка это такая безвкусица! Ты хоть понимаешь это?

ЖОРЖ. Давай прекратим эти бессмысленные дебаты.

ЦИЦИЛИЯ. Давай, только не я их начала.

ЖОРЖ. А кто? Может, скажешь, я?

ЦИЦИЛИЯ. И скажу. Кто в церкви спорил?

ЖОРЖ. Ты!

ЦИЦИЛИЯ. К-к-к… А кто сказал, что креститься надо после того, как свечку поставишь, а не до того?

ЖОРЖ. Я сказал! Потому, что не терплю неточности. Креститься надо только после содеянного. Поставила свечку и потом, пожалуйста, крестись.

ЦИЦИЛИЯ. Вначале надо перекреститься и только потом свечку…

ЖОРЖ. Пойди к батюшке и спроси, как надо!

ЦИЦИЛИЯ. Сам ты иди к… Батюшке!

ЖОРЖ. Я ослышался или ты меня послала?

ЦИЦИЛИЯ. Я тебя послала. К батюшке.

ЖОРЖ. Ну, так я посылаю тебе алаверды!

ЦИЦИЛИЯ. А я… Я прибавляю к твоему алаверды своё алаверды и алавердую всю эту алаверду обратно!

ЖОРЖ. А я алавердуру…Тьфу ты, чёрт! Скажу точнее. Всем твоим алавердуриям, я даю отворот поворот и кончен разговор!

ЦИЦИЛИЯ. А-а!!! Я предвидела! Ещё утром я предчувствовала, что ты опять бросишь меня. Бросишь одну. Бросишь на произвол судьбы! И где? На кладбище! Ах, зачем я надеялась на тебя? Зачем посвятила ожиданиям свои лучшие годы. Обманщик! Не держатель своего слова!

ЖОРЖ. От не держательницы слышу!

ЦИЦИЛИЯ. Это я не держательница?

ЖОРЖ. Вы.

ЦИЦИЛИЯ. А-а! Ты перешёл на вы? Тогда я тоже иду на вы! И никогда! Слышите, вы?! Никогда больше не приду на кладбище!

ЖОРЖ. Не приходите! Я по горло сыт вашими упреками!

ЦИЦИЛИЯ. Какая ужасающая несправедливость! Какая брутальная жестокость. Мужчина, прощайте. Я ухожу.

ЖОРЖ. Нет, женщина, это я вас покидаю!

ЦИЦИЛИЯ. Нет, мужчина! Это я ухожу. (Стремительно уходит.)

ЖОРЖ. Скатертью дорожка!

ЦИЦИЛИЯ. (Вернувшись.) Меня нет, я ничего не слышу. (Убегает.)

ЖОРЖ. И не надо. Я всё сказал ранее. Моё слово, последнее! Уступать я не намерен.

ГОЛОС ЦИЦИЛИИ. Это не мужской поступок. Так ведут себя отпетые некомильфоны.

ЖОРЖ. Ах, ты ж (Шёпотом говорит грубое слово.) !!!

Затемнение.

ГОЛОС СЛИЧЕНКО. День и ночь роняет сердце ласку…

ПРОШЛА НЕДЕЛЯ.

МЕРБОЛИУС. Летала сова, летала и села. Села, посидела, хвостиком повертела да по сторонам посмотрела. Посмотрела, посмотрела и-и… Опять полетела.

Утро. Оба героя, находясь в своих квартирах, пьют кофе.

ЦИЦИЛИЯ. Спасибо тем, кто придумал по утрам пить кофе. Я его варю особым способом. Пенка у меня получается намного лучше, чем у некоторых неотёсанных моветонов, которые заманивают беззащитных дам на кладбище и там позволяют себе бросать их среди использованных … Могил и венков.

ЖОРЖ. В нашем городе лучше меня никто не умеет варить кофе. (Кукле.) Она сама виновата, что лишила себя этого. Вы понюхайте, какой аромат. Тут и арабика, и рабуста, и немного корицы, одним словом, кофе у меня, как… Перпендикуляр к параллели.

ЦИЦИЛИЯ. Домашние дела совершенно достали. Их никогда не переделать и от этого у меня такое подавленное настроение.

ЖОРЖ. (Бодро.) Гаснет свет пурпурного заката…

Жорж допивает кофе, затем пишет на доске цепь формул. Стирает, пишет, поёт…

ЦИЦИЛИЯ. (Медведю.) Михайло Иванович, просыпайтесь. Мне нужно сообщить вам что-то очень важное. Так вот. Если бы Жорж захотел узнать, что я думаю про все эти физио-математики и спросил мой совет, я бы порекомендовала ему заняться чем-то более полезным для общества. Например, плетением мебели из лозы. Но, мы с вами знаем, что он убеждённый эгоцентрик. Его интересует только собственное мнение, а вот проблемы, которые волнуют даму сердца… Что? К сожалению, вы правы, бывшую даму сердца. (Капризно.) Ах, Михайло Иванович, ну почему Жорж делает всё не так?

ЖОРЖ. Всё не так, всё по-своему. (Кукле.) Скажу вам, как на духу. Я бы многое отдал ради того, чтобы Циля изменилась. Однако это пустые мечты. Из-за её эгоцентризма, который день ото дня увеличивает амплитуду, это не возможно. Ну да бог с ней! Да, красавица?

ЦИЦИЛИЯ. Не-ет. Надо смириться с реальностью и приступить к домашним делам. А, может быть, сначала разгадать кроссворд? Один кроссвордик, маленький такой. Так, что тут у нас? Повесть Куприна. Последняя буква мягкий знак. А сколько всего букв? (Считает пустые клеточки). Раз, два, три…

ЖОРЖ. Четыре.

ЦИЦИЛИЯ. …четыре, пять, шесть, семь.

ЖОРЖ. Четыре года. (Кукле.) Вы полагаете пять?

ЦИЦИЛИЯ. Семь. Или не семь? (Громким шёпотом пересчитывает по пальцам.)

ЖОРЖ. (Кукле.) Да, вы правы, целых пять лет бьюсь над этой проблемой, но пока я в минусе. И как это назвать?

ЦИЦИЛИЯ. Это «Суламифь». Да, скорее всего. А сколько в ней букв? (Загибает пальцы.) Восемь. Хм, а клеточек то семь. А если не «Суламифь», то что? Дожила. Всего год, как на пенсии и вот тебе, пожалуйста, мозговой аппарат уже стал отказывать. Элементарный вопрос не могу отгадать. Видимо, одной мне это не осилить. Что ж, обратимся к более начитанным людям. (Достает том БСЭ, листает.)

ЖОРЖ. Несмотря на происки судьбы, мы будем покойны и уравновешены. И пусть математики всего мира объединят свои интеллектуальные возможности и разом навалятся на гипотезу Пуанкаре, решит её … (Кукле.) Кто?

ЦИЦИЛИЯ. Крузенштерн…

ЖОРЖ. Правильно. Я.

ЦИЦИЛИЯ. Куту-у-узов. (Листает том дальше.)

ЖОРЖ. Я! И только я! Правда, если Боженька мне поспособствует. (Обращаясь в потолок.) Надеюсь, ты поможешь? Не молчи, ответь. (Кукле.) Не хочет. А намедни сигналы посылал.

ЦИЦИЛИЯ. Ага. Нашла. Куприн. (Листает.) Это мы знаем, это тоже. (Читает.)

ЖОРЖ. (Кукле.) Когда я справлюсь с гипотезой, а это вот-вот произойдет… Вы не верите? Напрасно. Я чувствую приближение разгадки тайны. Так вот, когда я решу гипотезу Пуанкаре, человечество получит возможность овладеть Вселенной!

ЦИЦИЛИЯ. Надо же, досада какая. С мягким знаком в конце только «Суламифь». Э-э, господа энциклопедисты, это я и без вас знала. Ступайте-ка вы восвояси. (Запихивает том на полку) Что-то сегодня дело не заладилось.

ЖОРЖ. М-м-да-а. Что-то сегодня моя кумекалка притормаживает. (Кукле.) Но мы с вами не лыком шиты, сделаем перерыв и во время оного подпитаем ее. Как чем? Прекрасным, конечно. Я много раз говорил, вам, деточка, что путь к решению подобной задачи, а вслед за нею к пониманию формы Вселенной, лежит через абстрактное мышление, которое лучше всего тренировать посредством абстрактного искусства. Дело в том, красавица, что абстрактное искусство создает рядом с реальностью новый мир. Это понятно? Далее. С виду этот новый мир не имеет ничего общего с действительностью. Но! Внутри он подчинён общим законам космического мира. По сему, для тренировки извилин я намерен поразмышлять над беспредметными импровизациями Кандинского. Где тут у нас его альбом? (Ищет.) О-о… С прекрасным то у нас проблемы. Я ж на три дня одолжил Кандинского профессору Шверубовичу… Не люблю, но поищем Кандинского в интернете… Что ж за день сегодня? Электричество отключили. (Показывая кукле лимон.) Ничего не остается, как разблокировать мозг acidum ascorbinicum. Тем более что к этому я могу присовокупить кое-что очень полезное. Тут целый букет витаминов. (Демонстрирует бутылку.) Неплохой вермут. Экстра! Или почти экстра. (Наливает немного себе в стакан.)

ЦИЦИЛИЯ (Рассматривая себя в зеркале.) У-у… Здесь у нас опять не всё в порядке. (Ощупывает голову.) Смотри-ка, левое полушарие отстает от правого Да, шалит … И сильно шалит. А не выпить ли мне глоточек хЭреса? Маленький такой глоточек для возбуждения мыслительного процесса?

ЖОРЖ. Деточка, извините. Был невнимателен.

Жорж ставит перед куклой стакан и рукой выжимает в него лимон.

Цицилия достает бутылку хереса.

ЦИЦИЛИЯ. (Медведю.) Почему не время? Друг мой, зарубите себе на носу, что победители областных дЭфиле высокой моды употребляют хЭрес не в зависимости от времени, а по требованию жизненно важных органов. Как это зачем? Чтобы уравновесить баланс полушарий. Что-что? Одной уравновешивать не прилично? Скажете тоже. Кто? Я?! Это уж слишком. Будет вам известно, что по утрам и в одиночестве пьют не только пьяницы, но и дЭгустаторы. А посему приступим к дЭгустации.

ЖОРЖ. (Кукле.) Мадемуазель, за вами тост. Как?!!!. Вы желаете выпить за аскорбиновую кислоту? Хм-м.

ЦИЦИЛИЯ. (С трудом открывая штопором бутылку, Медведю.) Кстати, первый раз я продЭгустировала хЭрес именно после того, как Жорж, сделав предложение, тут же бросил меня. Спасибо, рядом оказался Александр, царство ему небесное. Нет, не надо сваливать вину Жоржа на нас с Александром. (Топнув ножкой.) Во всём виноват только он! Как это не он? А кто сказал, что не намерен торчать под дождем и ушёл? За зонтом… Ты смотри, какая пробка попалась. Ой, раскрошилась. Придется загнать остатки внутрь. (Достает большой молоток.) Для дамы, Михайло Иванович, молоточек - вещь необходимая. Это вам не синхрофазотрон какой-нибудь. Ах, как трудно безбрачной женщине вести домашнее хозяйство.

Цицилия берет карандаш, ставит его на остатки пробки и пробивает внутрь бутылки.

ЖОРЖ. Прошу внимания. К вашему тосту, очаровательница, я намерен присовокупить формулу аскорбиновой кислоты. (Пишет на доске - C6 H8 O6.)

ЦИЦИЛИЯ. Когда Жорж ушел за зонтом, меня осенило. Я догадалась, что он бросил меня. Тут, как раз, Александр возвращался. Из винного магазина. Он меня и утешил. ХЭресом.

ЖОРЖ. Итак, перед вами не что-нибудь, а acidum ascorbinicum. Попробуйте запомнить.

ЦИЦИЛИЯ. А вот это не надо. Александр был чистокровный этот…И поэтому во всём со мной соглашался. А Жорж думает только о себе. Не успела я выйти за Александра, он тут же женился! И кто он после этого? Правильно вы сказали, кобЭль. Уточню. Жоржик непревзойденный кобЭль! Что?! Всё, не желаю слушать наветы на моего вовремя усопшего супруга.

ЖОРЖ. Скажите, почему Серафима никогда не перечила мне, а Циля всё время? Впрочем, зачем я спрашиваю? Эту гипотезу я давно разгадал. Она… Сударыня, закройте ушки. Я вынужден немного не нормативно высказаться. Душа просит. (Безгласно долго ругает.) Что? Достаточно? Как же вы на неё похожи. И ещё: этот беззащитный и такой наивный, такой ласковый, такой лукавый взгляд, а губки… (С особенной нежностью проводит рукой по лицу куклы, видит пыль, стряхивает. Достает носовой платок, плюёт на него и протирает). Её губки… Тьфу! Как же я её любил в юности… (Ещё раз плюёт и протирает.) Тьфу, тьфу! Я и сейчас её люблю. (Топнув ногой.) И не спорьте! И ей посоветуйте. Она всегда не права. Почему-почему? Потому, что у неё … Куриные мозги! В её красивой головке горы пустяков. Ходит, попочкой крутит, туда-сюда, сюда-туда… (Пародирует Цицилию.)

ЦИЦИЛИЯ. (Медведю). Ваше мнение больше никому не интересно, потому что вы, сударь, его копия. Мало того, что вы всё время спорите, так ещё и глазки у вас схожи. Ишь, смотрит он на меня, да ещё моргает своими пуговицами. Вот, вот! Жоржик так же буравит меня глазами.

ЖОРЖ. Не к столу будет сказано, но эта её по-по-чка! О-о! Она меня всю жизнь с ума сводила. Кстати, это хороший тост. Выпьем за Цилину… Что? У меня в стакане один вермут? А творческая фантазия вам на что?! Не-ет, вы не просто на неё похожи, вы её копия. Извините за интимные подробности, но у Цили тоже отсутствует пристрастие к абстрактному мышлению. Выпьем за Цилину непревзойденную... Непредсказуемость.

ЦИЦИЛИЯ. Главное, он часами объясняет, как управлять Вселенной с помощью его выдающихся научных открытий, которые он намерен открыть в ближайшее время. Или того круче, показывает, как лобзиком резать фанЭЙру. Ну разве это темы для разговора с дамой? Даме не приятно в это вникать. Дама хотела бы прогуляться, хотя бы…До ЗАГСа. А что? По крайней мере, это умнее чем доказывать недоказуемые гипотезы и намного благородней чем фанЭЙру лобзАть. Или лОбзить? Фу-у, слово то какое неэстетичное. Не желаю больше слышать про рамочки! (Срывает пару календарей и бросает на пол.) И вы надоели мне, вместе со своими выразительными глазами. Вот вам, вот вам. Цицилия бьёт медведя. Клочья шерсти летят во все стороны. В экстазе наказания она отрывает пуговицу-глаз и бросает. Ой, глазик оторвался.
  1   2   3   4