Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Сергей самаров чвк «волкодав» «тени» исчезают в полночь роман




страница3/17
Дата06.07.2018
Размер3.28 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17
ГЛАВА ТРЕТЬЯ



Полковник подписал Алексею пропуск, объяснил, что водитель предупрежден, и отвезет сразу к поезду. Сам Селиверстов провожать гостя не пошел. А когда Устин вышел, полковник снова фотографию вытащил, и показал Иващенко три лица.

– Запомни. Два первых – садисты из «Правого сектора». Третий – из «нацгвардии». Четвертый тоже, предположительно, из «нацгвардии», но это требует уточнения. Садисты – военные преступники. Они подлежат уничтожению. Лучше, если по суду, но, в худшем случае, разрешается уничтожить их и без этого. Теперь они стали «тенями». Но у нас есть подозрения, что почти все «тени» из состава «нацгвардии» или «Правого сектора». Значит, они все подлежат суду и уничтожению. Обрати на всех внимание, но, в первую очередь, на этих четверых. Кстати, у «теней» снова, так сказать, боевые потери. Еще пару человек в России перехватили. Пытались по фальшивым документам снять деньги в российском банке. Первого прямо в банке и «повязали» – прибор определил подделку, он второго сразу же и сдал. При всей своей ненависти к русским, себя он любит больше, чем нас ненавидит. Потому и сдал… Тот, напарник, на квартире оставался. Когда поехали «брать», попытался отстреливаться, пришлось снайперам ему обе руки через окно прострелить. Сейчас в лазарете в СИЗО. Но мы время терять не будем, а то на нашу группу ни одной «тени» так не останется. Будем работать. Сегодня день напряженный. Много нового для вас откроется.

Полковник снял трубку, и набрал номер:

– Селиверстов. Он у меня. Приносите…

Трубку положил, и посмотрел на Иващенко, показав взглядом, про кого он говорил по телефону. Виктор Юрьевич даже плечи расправил, показывая свою готовность воспринять все то новое, чем полковник так основательно пригрозил.

Пяти минут не прошло, как вошел человек в синем халате. Как поняли «волкодавы», сотрудник лаборатории из соседнего корпуса. «Волкодавы», в силу специфики своей службы, старались предельно ограничить круг своего общения. И с сотрудниками лаборатории тоже не общались. Хотя с несколькими все же здоровались.

– Спасибо, Александр Андреевич, – Селиверстов принял из рук вошедшего довольно небольшую коробку. – Здесь все?

– Да. Все на начальном уровне. Инструкция внутри. Расширенная. Двойная, то есть. Первая – официальная, от производителя в переводе продавца. Вторая – наша. Вторую следует изучить основательно, и с собой на операцию, естественно, не брать. Перед отъездом ее необходимо будет сдать нам в секретную часть. Эта инструкция в руках противника – вариант «провала», и тяжелая улика против нас.

– Сколько времени даете на изучение?

– До завтрашнего утра. Сутки. Завтра будем подключать к полному комплекту.

– Завтра утром я вам позвоню.

Александр Андреевич вышел, как зашел, не попрощавшись, как не здоровался, и, словно бы, не заметив, что в комнате кроме полковника присутствуют и двое «волкодавов». Он вообще был словно бы в свои мысли углубленным, и боялся что-то ценное забыть, и потому отвлекаться не желал совершенно.

Бывший старший лейтенант Иващенко даже сидя умудрялся пользоваться своим высоким ростом, и сумел сверху посмотреть на коробку, которую Селиверстов положил на стол.

Я так понимаю, что это и есть та самая игра, из-за которой я вынужден был бежать из тюремного лазарета? Я правильно прочитал на коробке – «PlayStation Vita»

– Ты понимаешь правильно, – согласился Георгий Игоревич. – Принимай груз, осваивай, играй хоть весь день и всю ночь напролет, но к утру должен знать технику в совершенстве. Вообще понятие о таких штуках имеешь, товарищ игроман?

– Ни разу в руках не держал. Но освоить надеюсь.

– В крайнем случае, Суматоха разберется, – подсказал Лесничий, с насмешкой посматривая на Иващенко. – Обратись, он подскажет.

– Чему, командир, радуешься? – Иващенко не казался себе смешным.

– Я тоже на такой играть не пытался, – объяснил Сергей Ильич. – Но у меня сын в такую играет. А ему только восемь лет. Может, не ту игру мы выбрали?

– Я консультировался, – сообщил Селиверстов. – Многие взрослые играют. Начнут играть, у них уже даже родные дети отобрать не могут. Это такая зараза, что… Эпидемией грозит, если солидную рекламу обеспечить… Как семечки. Мне, помнится, один командир роты жаловался: если семечки в роте появились, рота уже не боеспособна. А здесь, я слышал, практика более чреватая последствиями. Конкурировать с этими штуками могут только компьютерные игры, но там компьютер нужен. И для условий «зоны» не подходит. В нашу легенду не вписывается. А так – в самый раз. Виктор Юрьевич у нас человек эксцентричный. Ему очень даже к лицу будет…

Иващенко широко заулыбался.

– С детства такой обалдуй…

Селиверстов на командира «волкодавов» посмотрел, желая узнать его мнение.

– Не изучал вопрос, товарищ полковник, не могу возразить, – признался Лесничий.

– Да и специалисты в нашей лаборатории выбрали именно эту штуку, как наиболее совместимую с другим оборудованием. Впрочем, сейчас обсуждать поздно. Игрушка «засветилась» в Интернете, и под нее разработано программное обеспечение и всякие дополнительные мелочи. Оборудование… Входящее и не входящее в комплект игрушки.

– А другое оборудование – это…

– Иващенко свою игрушку получил. Теперь, Сергей Ильич, тебе получать свою. Но для этого придется в лабораторию прогуляться. Даже в две лаборатории. Но во вторую мы только заглянем, чтобы спецтехнику получить.

– Когда?

– Пусть Иващенко инструкцию внимательно изучает. В своей комнате, конечно. А мы с тобой пойдем. Здесь нас никто с кастетом встречать не будет, надеюсь. Да и защитник у меня надежный.

– А, главное, пятидесяти тысяч баксов с собой не будет, – подытожил Лесничий1



* * *

Дойти до соседнего корпуса, который хорошо просматривался из окна комнаты полковника, как и из окон других комнат, было делом не сложным, несмотря на то, что на улице пошел сильный снег, и дорожки базы только-только начали чистить солдаты караульного взвода. Снег, которого давно уже ждали, но который не торопился порадовать людей предновогодней мягкой погодой, повалил сразу обильный, крупный, и влажно-тяжелый из-за отсутствия низкой температуры. Даже за окно было приятно посмотреть. Правда, снегопад обещал в самой Москве большие неприятности на дорогах, потому что по какому-то непонятному обстоятельству коммунальные службы всегда оказываются не готовыми к непогоде, когда бы она не пожаловала. Если бы природа дала возможность коммунальщикам еще месяц готовится к зиме, они все равно были бы не готовы. Если на подготовку дали бы еще три месяца, результат оказался бы таким же. Это уже проверено временем, и не подлежит сомнению. Но «волкодавов» погода в столице волновала мало.

Лаборатории располагалась на первом этаже здания, каждая в отдельном крыле, и имели общий вход, который, одновременно, вел и к лестнице на второй этаж, где в одном крыле была казарма взвода охраны, а во втором узел связи, пока еще не полностью оборудованный, и потому не функционирующий. Еще только-только приехали солдаты-связисты, хотя место для них в казарме взвода охраны было забронировано давно. И на крыше уже было установлено несколько сферических антенн, работающих через спутники ГРУ.

– Узел связи, товарищ полковник, когда откроют? – задал Лесничий естественный вопрос.

– Ждем, Сергей Ильич, ждем... Надеюсь, твоя группа в новой командировке будет непосредственно через этот узел работать. Это лучше, чем по-старинке. Там же и мне кабинет оборудуют. Не на самом узле. Отдельный, сразу за входом. Штабное, так сказать, помещение. И все здесь у нас завязано крепкими узлами, все в один клубок замотано. Подготовка группы, и узла связи, и еще сложившиеся обстоятельства в Новороссии. Ну и, самое последнее, хотя, может быть, самое важное, это решение руководства, и полномочия, которыми вас наделят. Это многое определит. Хотя все предложения по полномочиям сходятся, насколько я знаю, в одном. Вы должны будете сами принимать решение на месте, исходя из обстоятельств. И лишь самые важные действия согласовывать со мной. Самые важные, это, как я сам понимаю, приказ на уничтожение «теней». Хотя это вопрос не до конца конкретно сформулированный. По идее, вы с этой целью и должны туда отбыть. Но пока командование что-то мнется. Мне это непонятно. Словно их кто-то сверху за руки придерживает. Но все, я думаю, утрясется. Когда все вместе будет готово, тогда и начнем работать по полной программе. Но мой кабинет будет готов раньше всего, как я думаю. Это, в том числе, и из-за моей неприхотливости. Я не министр обороны. Мне и нужно-то всего, чтобы стены были, в худшем случае, оштукатурены, пол настелен, письменный стол на полу, телефон, компьютер с подключением к Интернету, и сейф за спиной. Не будет стула, я табуретку из дома привезу. Мне много не нужно. Может, еще коврик в углу для моих собак, хотя они, если помнишь, предпочитают спать на моем диване. Всякий раз удивляюсь. Каждая собака из трех больше меня размерами. Но мне одному на диване тесно, а они втроем помещаются. Все. Пришли…

На больших дверях лаборатории в правом крыле был сложный двурядный кодовый замок. В каждом ряду необходимо было в определенной последовательности набрать по четыре цифры, после чего нажималась кнопка открытия, и замок щелкал, приглашая войти. Полковник дверь открыл, но, уже после этого, нажал еще и кнопку простого электрического звонка, приглашая дежурного. И остановился сразу за порогом, потому что дежурный спешил по коридору из другого конца крыла, хотя его постоянное место было сразу за входной дверью. Но, видимо, отлучался по необходимости. Дежурный тоже не швейцаром работает, а какие-то обязанности выполняет, и потому иногда вынужден отлучаться с поста.

– Слушаю, Георгий Игоревич, – дежурный протянул руку для рукопожатия, и показал, что с Селиверстовым хорошо знаком. Впрочем, с Лесничим он знаком не был, но ему руку тоже протянул. И при этом поморщился, потому что Сергей Ильич привычно пожал руку крепко, как это делают все «волкодавы».

– Андрей Вячеславович мне нужен, – не самый высокий ростом полковник посмотрел вперед за плечо низкорослого дежурного.

– Пошел пропуск выписывать. Оборудование привезли.

– Хорошо. Мы в его кабинете посидим.

Дежурный посторонился, и полковник с командиром боевой группы прошли к середине длинного коридора, и Селиверстов показал, что хорошо знаком с расположением кабинетов, сразу найдя нужный. Кабинет был небольшим, в нем стояло четыре письменных стола с обязательными компьютерами на них, и, хотя все предпочитали, понятно, работать на компьютере, у стены зачем-то громоздился большущий кульман с растянутым на нем листом ватмана. Кульманом, видимо, все же пользовались. И на ватман был нанесен какой-то замысловатый и непонятный постороннему график. К приходу офицеров в кабинете находился только один не молодой человек в стандартном синем халате. Человек этот при виде полковника почти по-армейски встал, уронив на пол компьютерную «мышь», покраснел, поднял ее, и сразу сообщил:

– Андрей Вячеславович пошел пропуск выписывать…

– Я в курсе, – ответил полковник. – А остальные?

– С ним пошли. Груз принести требуется. У нас же нет штатных грузчиков. Сами все и таскаем. Хоть бы пару человек на обе лаборатории, товарищ полковник. Нельзя ставки выбить?

– Я распоряжусь, чтобы начальник караула выделял на погрузочно-разгрузочные работы солдат. Должности грузчиков у нас штатным расписанием не предусмотрены. Как везде в армии. Солдаты всегда считаются лучшими грузчиками. Традиция…

Не успели Селиверстов с Лесничим усесться, как за дверью кабинета послышались голоса и шум. Дверь открылась. Один человек поддерживал ее рукой, другой входил, спиной или чем-то пониже спины вперед, наклонившись, и сильно пыхтя. Нес вместе с другим сотрудником внешне не самый тяжелый ящик. За ними еще один тащил на плече какую-то объемную, хотя, кажется, не тяжелую картонную коробку.

– Наш груз, Андрей Вячеславович? – спросил Селиверстов у того, кто дверь придерживал, не давая ей закрыться.

– Ваш, товарищ полковник. Сейчас собирать будем. Вовремя вы подоспели, чтобы первое занятие провести. Я так понимаю, что с вами командир боевой группы?

– Он самый и есть. Познакомьтесь. Сергей Ильич Лесничий.

– Андрей Вячеславович, – протянул руку человек в синем халате, только-только освободив дверь, чтобы она сама, без всяких пружин и автодоводчиков закрылась за последним «грузчиком» лаборатории, уже устраивающем свою коробку на полу рядом с ближайшим столом. Главный ящик поставили там же.

Сергей Ильич вытащил из кармана слабо тонированные очки со встроенной в них экшн-камерой. Показал Андрею Вячеславовичу.

– Не возражаете, если я сделаю запись первого занятия? Чтобы потом вас не беспокоить своими мелкими вопросами. Просто посмотрю потом на компьютере, и пойму.

– Экшн-камера? – спросил ученый.

– Она самая. В практическом обучении, на мой взгляд, в чем-то даже незаменимая вещь.

– Да у нас и запоминать особо ничего не нужно будет. Процесс сборки простейший, спутать ничего невозможно. Каждое крепление подходит только к своему гнезду. Впрочем, возражать я не собираюсь, хотя попросил бы наши лица, если можно, не снимать. Да и эта штука, – он ткнул ногой по большому ящику, – не есть детище нашей лаборатории. Мы только один отдельный прибор для него готовили. Которым вам предстоит пользоваться. Прибор совсем не секретный, я бы даже с большой натяжкой отнес его к оборудованию двойного назначения. Мало ли абсолютно гражданских проборов используется в военных целях. Сутки перечислять можно. От простого бинокля до спутника связи. Но мы спутники не делаем, хотя связь обеспечить можем. Причем, связь любого уровня. Здесь уже есть собственная предустановленная система связи, – ящик удостоился нового не сильного пинка. – С этой связью вы тоже будете работать, и будете по связи получать видеосигнал… Если я не ошибаюсь, там стоят три видеокамеры…

– Я еще вообще не в курсе, что это такое, – объяснил Лесничий. – Георгий Игоревич у нас человек немногословный. Сам ничего не рассказывает, считает, что нам расскажут, когда мы увидим. Наверное, это правильно. Зачем забивать голову лишней информацией.

– В двух словах могу сообщить, – Андрей Вячеславович коротко глянул в сторону полковника, – Что перед нами один из первых отечественных роботов военного назначения. Боевой робот, так сказать, и не из фантастических фильмов. Официально называется «Мобильный информационно-разведывательный комплекс «Пластун». Продукт деятельности инженеров отечественного ОПК. Тоже умеем делать, когда захотим. Сейчас робот проходит испытания в войсках, причем, испытания проводятся в мирной обстановке. Вам предстоит провести испытания в боевой, а потом написать отзыв. Вопросник для отзыва заложен в документацию. Вы все вместе сразу и получите. Вскрывайте ящик, – дал Андрей Вячеславович команду своим помощникам.

Помощники дыхание перевести уже успели, хотя, в профессиональные грузчики они, скорее всего, не прошли бы по конкурсу – после не тяжелой работы дышали, как загнанные слоны, тяжело и шумно, и обсуждали между собой желание выйти покурить. Но их начальник, видимо, не курил, и потому им не сочувствовал. Должно быть, курили научные сотрудники излишне много, оттого и дыхание себе испортили. Тем не менее, сил на то, чтобы отстегнуть три стандартные пружинные застежки от крышки ящика им хватило.

Андрей Вячеславович взял в руки лежащий с верху пакет, вытащил содержимое, посмотрел, что-то себе оставил, что-то передал Сергею Ильичу.

– Это вам. У меня инструкция по комплектации и сборке. Соберем, я вам все отдам.

Лесничий включил на очках режим видеозаписи. В принципе, сборка достаточно миниатюрного, длиной слегка больше полуметра, напоминающего автомобильную модель робота, была действительно делом не сложным. Потребовалось только поставить шесть колес. И, хотя установка колес на робот-вездеход была существенно иной, чем установка колес на автомобиль, разобраться все же было не сложно. Командир боевой группы выключил запись, чтобы зря не тратить аккумулятор камеры, и не забивать ее память малозначительными моментами. Гораздо больший интерес Лесничего вызвало содержимое картонной коробки. И Андрей Вячеславович уловил этот интерес, видимо, по взгляду Сергея Ильича. И сразу задал вопрос:

– Какие функции «Пластуна» вы хотите использовать? Помимо нашего оборудования, естественно. Свое оборудование мы установим сразу. А что вам понадобится? Простая видеокамера, видеокамера инфракрасная, тепловизионная, модуль канала связи, модуль резервного канала связи. GPS-навигатор, ГЛОНАСС-навигатор уже стоят стационарно. Наводчик на цель для высокоточного оружия устанавливается по необходимости в течение десяти секунд. Манипулятор для установки взрывных устройств тоже выставить не сложно, но им требуется управлять. Манипулятор, кстати, полностью отлажен, и вашему саперу обязательно потребуется пройти стажировку для работы с ним. Думаю, это можно будет сделать на базовом полигоне, чтобы мы смогли дать определенные подсказки. Но при исполнении функции сапера у «Пластуна» существенно ограничены функции. Он не в состоянии носить на себе большие и тяжелые взрывные устройства. Кроме того, с манипулятором невозможно обеспечить тонкость работы по установке детонаторов. Итак, какие функции вас интересуют больше всего?

– Если бы я знал, где нам предстоит работать… – вздохнул Лесничий. – В каких условиях, при каких обстоятельствах…

Андрей Вячеславович вопросительно посмотрел в сторону полковника. Тот пожал плечами.

– И я знаю не больше Сергея Ильича. Сейчас ведется активный поиск базы нашего противника. Я надеюсь, что какие-то данные смогут дать накануне задержанные боевики. Тогда и будем определяться.

Но, по крайней мере, полноприводная тележка с формулой колес «6 на 6» вам всегда сгодится. Вездеход! Она одинаково хорошо бегает и по грязи, и по снегу, и по камням, и в жилых зданиях. Резина колес хоть и сильно рифленая, все же мягкая, и бесшумная. Каждое колесо для повышения проходимости имеет собственную независимую подвеску с большим подрессорным пространством. Для очень глубокого снега можно установить лыжу, дополнительные редукторы на колеса, и резиновые рифленые гусеницы с мощным протектором. Остальное оборудование устанавливается сначала в специальный контейнер, а контейнер, в свою очередь, уже крепится к телу «Пластуна». Придется на месте соображать, что требуется ставить выше, что ниже, а что вообще не ставить. Здесь, кстати, есть возможность поставить даже оружие. К сожалению, только пистолет-пулемет «ОЦ-22». Он считается малогабаритным оружием со вполне достаточной останавливающей силой, и достаточно легко, без всяких проблем, устанавливается здесь. Тоже в специальном контейнере. Ствол синхронизируется в движении со встроенной видеокамерой. То есть, существует дистанционное управление. Если я не ошибаюсь, пистолет-пулемет ставится без складного приклада, а он здесь не нужен, длина что-то около двадцати пяти сантиметров. В комплект входит навинчивающийся глушитель, но он значительно удлиняет ствол, и, в какой-то мере, демаскирует «Пластуна». Кроме того, тяжелый глушитель нарушает общий баланс, и «Пластун» теряет в устойчивости на местности с труднопроходимым профилем. Не критически, но теряет. Есть возможность установить миниатюрную экшн-камеру в том же контейнере параллельно стволу. Но это уже будет, на мой взгляд, перегрузка оборудования. Лишняя трата заряда аккумулятора. Экшн-камера будет выполнять только дублирующие функции. А заряда всегда может не хватить на какой-то критический момент. Даже для реализации приказа на самоуничтожение может заряд потребоваться. Не говоря уже о самой передаче такого приказа. Сами решайте, когда что устанавливать. Но дистанционное правление для пистолет-пулемета привезут только завтра. Я думаю, его тоже можно будет опробовать на полигоне. Здесь же, в коробке, пульт управление и инструкция по управлению через ноутбук вместе с прилагаемыми драйверами1. К оборудованию дистанционного управления пистолет-пулеметом драйверы тоже привезут завтра.

– В таком случае, нам здесь сейчас делать нечего?

– Я не знаю, кто у вас будет устанавливать на «Пластун» станцию «Wi-Fi». Она, в принципе, управления не требует. Следует только с первого раза корректно ввести пароль, и все. Каждый раз потом пароль вводить не потребуется. Я так понял, что станцию вы устанавливать будете в любом случае? Это основной вариант использования «Пластуна»?

– Да, – подтвердил полковник. – Это обязательно.

– Станцию мы установим, пароль введем сразу. Но необходимы и другие устройства, в которые требуется ввести пароль.

– Сейчас наш сотрудник как раз одно такое устройство изучает. Если можно, завтра мы с ним зайдем. Вы поможете. И его обучите. Завтра же я пришлю к вам нашего штатного компьютерщика, он зайдет со своим ноутбуком. Это наша сторона в двусторонней связи, которую «Пластун» обязан нам обеспечить. Потом мои люди – те же самые – и заберут робота.

Андрей Вячеславович согласно наклонил голову. Это у него, видимо, означало кивок.

– Будем ждать. Ноутбук, наверное, будет использоваться в качестве сервера?

– Не знаю. Я в такие тонкости не лезу. Компьютерщик у нас человек грамотный, с ним и разберетесь. Он на все вопросы ответит, и свои встречно задаст.

– Будем ждать…



* * *

Селиверстов с Лесничим, ненадолго посетив вторую лабораторию, где готовили нестандартные боеприпасы, познакомились с тем, что им предстояло взять с собой, и вернулись в комнату полковника.

– Величко на занятиях по саперному делу очень нужен? – прозвучал почему-то слегка напряженный вопрос.

Думаю, может без этого обойтись. Сегодня разные виды «растяжек» разбираются. Он их и без того ставить умеет. И даже «картошку» хорошо «сажает»1. Немножко смешные занятия. Каждый из «волкодавов», грубо говоря, преподавал там, где преподаватель учился. У всех моих парней есть боевой опыт. Величко нужен?

– Нужен будет. Может быть, через час. Я позвоню сначала.

Полковник взялся за трубку телефона, и набрал номер.

– Дмитрий Юрьевич? Добрый день. Селиверстов беспокоит. Да. Как раз по этому вопросу. Все согласовано. Снайпер опытный. Ну, знаете, наши люди себя не афишируют. Когда-то он считался лучшим снайпером спецназа ГРУ. По крайней мере, одним из лучших. Фамилия вам ничего не скажет. Бывший офицер. Хорошо. Когда приедет? Если сможет так быстро добраться. А… В Москве… Понятно… У вас Москву, наверное, занесло снегом. Но, в любом случае, я здесь. Пусть звонит с проходной. Какой номер машины? Я пропуск выпишу. Зовут его… Валериан Викторович Волошин. Нет, я никогда не записываю, не беспокойтесь. Я запоминаю, а потом просто вычеркиваю из памяти, то, что вычеркнуть следует. Хорошо. Мы ждем его…

Полковник положил трубку.

– Человек с грузом приедет ориентировочно через час. Хотя я думаю, что, по погодным условиям, он и в два часа не уложится. Можешь пока сам пойти на занятия. Научи вместе со своими «волкодавами» преподавателя всему, что умеете, но, желательно, не больше. «Растяжки» – дело тонкое. Мы в Афгане обучали местные силы, так потом столько неприятностей было. Местные предпочитали сами взорваться при установке, чем установить правильно. Ладно. Как Волошин приедет, я позвоню или спущусь за вами. Величко предупреди, что я вас заберу.

К удивлению Сергея Ильича, да и самого полковника Селиверстова, машина прибыла, как и было обещано, через час, хотя крыльев на ней замечено не было, и дорожные пробки преодолевать по воздуху простой УАЗик обучен не был. Селиверстов заглянул в дверь класса, вежливо кивнул преподавателю, которого «волкодавы» обучали, и сделал знак Лесничему. Тот, в свою очередь, позвал Величко. Вышли, и молча поднялись по лестнице на второй этаж до комнаты Селиверстова. Полковник ничего сразу объяснять не стал. В комнате уже находился средних лет круглолицый бородатый человек. На письменном столе полковника лежал узкий и длинный «кейс», на который оба «волкодава» сразу обратили внимание, хорошо зная, что это такое.

– Все, Валериан Викторович, думаю, вы свободны. В документах на получение я расписался. С винтовкой, полагаю, наш снайпер сам разберется. Если только вы не желаете лично со снайпером поговорить…

Валериан Викторович усердно закивал головой.

– Желаю.

– Говорите. Вот он. Его зовут Емельян Герасимович, – полковник показал на Величко.

– Если он по «кейсу» сразу скажет, что здесь за винтовка, я буду спокоен, – ответил Валериан Викторович.

Подозреваю, что это «ORSIS T-5000», – с легкой улыбкой ответил Величко. –. Недавно такой пользовался. Временно осталась в месте последней командировки. Намереваюсь к ней вернуться. Скучать начал…

– Каким калибром стреляли?

– Мне только один, конкретно, и предложили – «восемь и шесть». Других не видел, не пользовался. Я с такой винтовкой вообще впервые в прошлой командировке встретился. Раньше даже не слышал ни про какой «ORSIS». А какой еще калибр есть?

– Есть еще и под ствол «семь, шестьдесят два». Но вернемся к той, которой вы пользовались. Хорошо стреляет? – поинтересовался Волошин.

– У нас в группе есть специалист по стрельбе из рогатки. Но я бы предпочел эту винтовку. По крайней мере, я в свою бытность, конкретно, стрелял из разных винтовок российского производства, чаще всего приходилось пользоваться «винторезом» и СВД1, но «ORSIS», признаюсь, меня устроила больше других.

– Чем?


– Кучность хорошая. Винтовку после выстрела не бросает. Результат сразу виден. Эргономичность приятная. Руки держат удобно. И, конечно, дальнобойность. Прицел хороший. Не каждая винтовка на полтора километра так лупит…

– Вот об этом я и хотел сказать. Дальность обеспечивает не сама винтовка, и даже не прицел, а патрон, которым она стреляет. Можно в дальнобойную снайперскую винтовку поставить патрон, который будет стрелять не дальше сотни метров. Но большинство дальнобойных патронов имеют слишком большой калибр, и потому, практически, все они считаются винтовками, так сказать, антиматериальными. То есть, предназначены для поражения материальных целей – легкой бронетехники, радаров противника, емкостей с горюче-смазочными материалами и тому подобного. И не используются, как правило, для уничтожения людей на пределах дальности. На более короткой дистанции можно и в людей стрелять. Но не на предельной. Я уже много раз встречал в Интернете и в разных бумажных журналах легенду о том канадском снайпере, что двумя выстрелами с дистанции больше двух километров уничтожил какого-то талиба. То ли пулеметчика, то ли полевого командира – в разных вариантах рассказывается по разному. Однако я, как специалист, более того, как специалист, ту самую винтовку знающий, хорошо понимаю, что это просто басня, имеющая целью дать рекламу винтовке. Рынок КСВ2 переполнен. Вот производители и ухищряются, кто во что горазд. Патроны, которыми эта винтовка стреляет, после дистанции тысяча шестьсот метров теряют скорость, и разлет составляет что-то в районе шести – восьми метров. О какой точности попадания можно тут говорить! Тем более, о двух выстрелах! Я в данном случае представляю унитарное предприятие «ЦНИИТОЧМАШ». Я там заведую лабораторией. Мы разработали очень хороший, и достаточно мощный девятимиллиметровый патрон. Но под него пока еще нет соответствующей винтовки. Это беда, конечно, не великая, так всегда бывает. Сначала создается патрон, потом под него делается винтовка. И вот частная фирма «ORSIS», что знакомые вам винтовки разрабатывает и производит, согласилась попробовать, и сделала несколько экземпляров винтовок персонально под наш патрон. Ствол стоит соответствующий, механизмы заменены на соответствующие калибру. В остальном все точно такое же, как у предшественника. Только патрон обладает большей убойной силой, и метров на сто увеличена дальность стрельбы. На полигоне и на стрельбище, в температурных камерах винтовка уже прошла испытания. Но хотелось бы и боевые испытания провести. Ваше командование выразило согласие…

– Извините, Валерин Викторович, – перебил специалиста полковник, а откуда вы узнали, что нашей группе предстоит участие в боевых действиях?

Волошин слегка смутился, и ответил неуверенно:

– Насколько я слышал, из Генерального Штаба, из управления вооружений, нас отправили в ГРУ, а там уже непосредственно вывели на вас. А что-то не так?

– Нет-нет, все в порядке. Просто нас еще не поставили окончательно в известность, что мы будем проводить конкретную операцию, хотя мы к ней готовимся. Но, если к нам направили, значит, наверху есть информация о том, что вопрос решен. Вы нас, не скрою, просто обрадовали своим появлением. Продолжайте…

– А я, в принципе, уже закончил. Там, в «кейсе», лежит опросник, на который снайперу предстоит ответить после операции. Можно будет в конце, в разделе «Особые отметки», что-то дополнительно написать. Собственные, так сказать, впечатления и замечания, которые в вопросах не были учтены. Можно будет это сделать?

– Не люблю бумажную волокиту, – сказал Величко несколько капризно.

– Это требуется для государственных испытаний.

– Ну, если только для государственных… Сделаю. Конкретно, обещаю…



1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17