Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Секция XII. Словообразование русского языка Словообразовательная система как дискурсивное взаимодействие гнезд и типов




страница7/8
Дата21.06.2017
Размер1.18 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8

Современный рекламный текст с позиций коммуникативного словообразования

Е. А. Савкина

Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова

selena44@yandex.ru

рекламный текст, словообразование, принципы успешной коммуникации

Summary. This article is devoted to the study of the word-formation in advertising. The author investigates the problem of the influence of the slogans on the potential buyers.

1. Приемы словообразования активно используются производителями рекламы для привлечения внимания потребителей. Теоретические основы изучения роли словообразовательных средств в формировании текста были заложены Е. А. Земской [1]. Она выделяет шесть видов проявления деятельностного характера словообразования в тексте. Исследуемые примеры рекламных слоганов были классифицированы по схеме, предложенной Е. А. Земской. Оказалось, что примеры по данной схеме распределяются неравномерно. Самым распространенным приемом выявления деятельностного характера сло­во­об­разования в тексте оказалось каламбурное столкновение производных от омонимичных или близких по зву­чанию основ, выявление внутренней формы слов. Здесь представ­лены примеры такого рода: Автомобили «VOLVO» – безопасное удоVOLVствие; Чай «Tetley»: чрезвычайно чай­ный вкус; Корм для кошек «KITeKAT»: Кот Борис в фильме «Великий художник» – «Он ПиКОТссо». Также в процессе работы над материалом было выявлено не­сколько смешанных случаев, в которых происходит актуализация сразу нескольких аспектов процессуального механизма сло­вообразования. Например, реклама процессоров Pentium: Почем Pentium для народа? – здесь мы наблюдаем активизацию словообразовательной структу­ры слова на фоне прецедентного высказывания; в то же время это явный каламбур, ведущий к псевдочленению слова Pentium по модели опи-ум; название компании, про­да­ющей мебель: «Перпетум мебели»; реклама фирмы «ЭДИЛ», торгующей электротехникой: «Создай себе ЭДИЛлию» – это текстовые номинации, в которых происходит актуализация связи «ба­зовое – производное» и одновременно каламбур, языковая игра, шутливое раскрытие внутренней формы слова.

2. Г. П. Грайс и Т. В. Шмелева ([1; 3]) независимо друг от друга сформулировали правила речевого поведения для повседневного общения. Мы попытались применить эти правила для жанра рекламы, выявить, какие из этих постулатов соблюдаются в рекламном тексте, а какие почти всегда нарушаются и каковы последствия этих на­рушений. Например, не нарушив постулатов, гласящих «избегай неоднозначности» и «говори согласно норме и как принято», нельзя включить механизмы языковой игры, которая является одним из самых распространенных приемов привлечения внимания к рекламному тексту. Иллюстрацией к этому могут служить следующие рек­ламные тексты: Автомойки в магазинах «ТвойДоДыр»; Цейлонский чай «Принцесса Нури»: «Упоительный чай»; Противоугонные устройства «Mongoose»: «Нет УGOНУ».

3. Нами было проведено анкетирование среди потенциальных покупателей, содержанием которого являлись примеры рекламной продукции. Целью опроса было вы­явление реакции потребителей на словообразовательные эксперименты авторов рекламных слоганов. В целом оп­рос и лингвистическое изучение материала рекламы по­ка­за­ли, что авторы рекламы часто забывают о логике языка и о правилах общения, пытаясь любым способом при­влечь внимание потребителей и заставить купить ре­кла­ми­руемый продукт. Например, леденцы «VITA-C» ре­кла­мируются так: «Позвольте вам представить апельсец – ве­ли­чайшее изобретение – после апельсина, конечно; реклама пи­ва «Бадаевское»: «Опять убодалися!»; реклама га­зиро­ван­ного напитка «Crush»: «Крашные апельсины». Мно­го­чис­ленные нарушения различных норм и правил в ре­кла­ме доказывают, что авторы рекламной продукции очень ма­ло задумываются об истинном воздействии, которое ре­кламный лозунг оказывает на потребителя. Поэтому не­­об­ходима дальнейшая работа по выявлению положитель­­ного и отрицательного воздействия тех или иных язы­ко­вых факторов на восприятие рекламы потребителями.

Литература

1. Грайс Г. П. Логика и речевое общение // Новое в зарубежной лингвистике. Выпуск 16. Лингвистическая прагматика / Под ред. Е. В. Падучевой. М., 1985.

2. Земская Е. А. Словообразование как деятельность. М., 1992.

3. Шмелева Т. В. Кодекс речевого поведения // Русский язык за рубежом. 1983. № 1.



Суффикс -оват- (-еват-) как амбивалетный маркер градации признака

О. А. Субботина

Таврический национальный университет им. В. И. Вернадского, Симферополь (Украина)

dalena@home.cris.net

качество, количество, градуирование, амбивалентный, адъектив

Summary. Attention is devoted to the definitions of quality and quantity in philosophy and linguistics. Qualitative and quantitative modifications are turned into the idea of sign gradation. The meaning of polysemantic adjectives with parametrical component is based on such modifications. Suffix -оvat- (-evat-) is considered to be ambivalent marking opposite poles of gradation scale.


Языковые средства выражения качественных и количественных характеристик объектов окружающей дейст­вительности являются предметом изучения многих лин­гвистов (Н. Д. Арутюнова, А. В. Бондарко, Ю. Л. Ворот­ников, А. Вежбицкая, М. М. Копыленко, В. П. Мусиенко, Д. И. Руденко, А. Е. Супрун, Л. Д. Чеснокова и др.). Исследователи сталкиваются с трудностями в связи с неоднозначностью термина «качество», что восходит к Аристотелю и не преодолено до сих пор.

 Во-первых, «качество» обычно употребляется как термин, обозначающий категорию, которая отражает совокупность свойств, определяющих специфику вещи.

 Во-вторых, «качеством» называют то или иное отдель­ное свойство, абстрагируемое и обобщаемое в знании на том основании, что оно обнаруживается при сравнении разных предметов как сходное в одних и от­ли­ча­ющее их от других (Теория функциональной грам­ма­ти­ки. Качественность. Количественность. СПб., 1996. С. 8).

Языковеды рассматривают «качество» как «одно из категориальных определений “вещи” – объекта, исходно выделяемого субъектом-человеком (субъектом-социу­мом) из непосредственной реальности окружающего его мира в его практической и познавательной деятельности». Предпосылкой для такого «выделения» или «окачествле­ния» («квалификации») «вещей» являются семантические оппозиции, в которые они входят. Слово становится по­нятным не только потому, что оно называет предмет в многообразии его признаков (свойств), но еще и потому, что отрицает признаки, нехарактерные для объекта квалификации. В философской традиции категории «качест­ва» и «количества» неразрывно связаны. Каждый предмет представляет собой единство определенного качест­ва и количества. Только достигнув определенной для каж­­дого предмета границы, количественные изменения вы­зывают качественные.

Качественно-количественные модификации признаков объектов окружающей действительности в лингвистике отразились в идее градуирования Э. Сепира. Изменения качественной и количественной определенности признака лежат в основе семантики прилагательных скалярно-антонимического комплекса с параметрическими компонентами значения (разграничение прилагательных на чис­то параметрические или чисто аксиологические затруднительно, т. к. они в своем большинстве многозначны) типа: глубокий – мелкий, широкий – узкий, высокий – низкий. В лексическом значении данных прилагательных совмещаются указание на признак и квалификация по качеству или по количеству. По своей природе адъективы с параметрическими компонентами значения занимают промежуточную сферу между собственно оценочными (хо­роший / плохой) и относительными прилагательными.

Основным принципом, контролирующим отклонения от нормы в сторону положительного или отрицательного полюса шкалы в пределах отдельной антонимической пары, является семантика мотивирующего слова. Такие «откло­нения» могут быть выражены дериватами с суффиксом  оват-, которые в разных контекстах способны обозначать: низкую степень признака («немного»), близкую к норме, значительную степень («довольно») и избыточную степень признака («слишком»). Мотивацией для параметрической характеристики (высокий / низкий) является понятие о «подходящем размере»: норме, эталоне, стандарте (Е. М. Вольф, А. А Ивин и др.). Выражение усиления или ослабления признака может совмещаться с прагматическими задачами, а иногда и вытесняться ими. Ср.: холод­ный – холодноватый – теплый – тепловатый – горячий.

Проблема установления нормы каждый раз зависит от ожиданий субъекта. Это непосредственно связано с выбором языковых средств градации признака. Так, и слиш­ком жаркая, и слишком холодная погода может оцениваться отрицательно, в то же время при очень сильной жаре человек, как правило, стремится не к холоду, а к прохладе, и, наоборот, при сильном холоде мы бы предпочитали оказаться не в жаре, а в тепле. Например: в одном из котлов обнаружил темный тепловатый чай… (В. Богомолов. Зося), где «обманутые ожидания» го­­ворящего в отношении температуры напитка (тепло­ватый – «недостаточно горячий»), могли стать мотивацией для выражения холодноватый чай (холодноватый – «недостаточно теплый») в условиях этого же контекста. Таким образом, можно говорить о том, что значения дериватов тепловатый и холодноватый включаются в семантическое поле прилагательного теплый.

Будучи семантически выражением ослабленного признака (принесли сладковатый чай; появились первые кисловатые яблоки), в ситуации нормы ожидания они обозначают «больше, чем нужно»: борщ кисловат / сладковат; в погребе сыровато / суховато и жарковатый / холодноватый день.

Такая поляризация значений, возможно, свидетельствует о наличии модификаций, отражающих субъективное отношение говорящего к описываемому объекту. Выражение избыточности или недостатка признака актуализируется в конкретной коммуникативной ситуации и может быть обозначено одним показателем.

Адъективный суффикс -оват- (-еват-), по нашему мнению, является амбивалентным, т. к. маркирует качественно-количественные изменения признаков, относящихся к разным полюсам градационной шкалы.



Регулярная трансформация моделей в глагольном словообразовании

М. В. Черепанов

Педагогический институт Саратовского госуниверситета

estamp@rambler.ru

глагольное словообразование, словообразовательная модель

Summary. The report presents the word building structure dynamics of prefix verbs and traces the regularity of the their models’ transformation.


1. В словообразовательном типе следует четко разграничивать две сущности: 1) тип-целое (модель) и 2) тип-множество. Аналогом такого разграничения может служить двусущностная природа части речи. Словообразовательный тип-целое (модель) – это единство формальной схемы построения производных слов и словообразовательного значения. Словообразовательный тип-мно­жест­во объединяет всю совокупность созданных по соответствующей модели производных. Типы-множества форми­руются по мере функционирования моделей, но и сама модель (тип-целое) при этом постоянно корректируется и в скорректированном виде продолжает функционировать в качестве образца для создания все новых производных.

2. Словообразовательные типы-множества характеризуются обусловленной функционированием языка структурной динамикой, они отражают сложный и противоречивый, конкретно заданный внеязыковыми факторами путь языковой номинации, реализующей растущие и из­меняющиеся потребности говорящих к адекватному вы­ражению мыслей и чувств. Они складываются исторически под влиянием различных конструктивных и деструктивных тенденций, аккумулируют влияние различных структурных схем, словообразовательных и лексических значений, разных видов мотивации производных и разных степеней утраты словообразовательной мотивированности; в них отражаются синхронные и исторические закономерности сочетаемости производящих основ с образующими формантами, они чутко реагируют на из­ме­нения в лексико-семантической производящей базе словопроизводства.

3. Но словообразовательные типы не представляют собой какие-то замкнутые и самодовлеющие структурные образования. Они функционируют как целое и множества в пределах некоего надтипового единства – формации, объединяющей всю совокупность словообразовательных типов, характеризующихся наличием в них доминирующего формального признака-форманта. В рус­ском внутриглагольном словообразовании в качестве такого формального показателя выступает префикс.

4. Сущностным взаимодействием типа-целого (моде­ли) и типа-множества объясняется внутриструктурная перестройка механизма глагольного словообразования. В гла­гольных словообразовательных типах, как правило, обнаруживается наличие более или менее узкой внутритиповой группировки производных, более всего соответствующей типовой модели, и периферийного слоя производных, отражающего межтиповые связи, которые мож­но правильно интерпретировать лишь в рамках формации.

5. Основной динамической тенденцией современного гла­гольного словообразования является регулярная транс­формация моделей: переход от собственно префиксально­го внутриглагольного к конфиксальному внутриглаголь­ному (префиксально-постфиксальному) и отыменному (пре­фиксально-суффиксальному, префиксально-суффик­саль­но-постфиксальному) способу словопроизводства. Можно с увереностью утверждать, что увеличение роли приставок не только во внутриглагольном словопроизвод­стве, но и в образовании глаголов от других частей речи, в первую очередь от существительных и прилагательных, в настоящее время не только не утратило своей активности, но приобрело еще большую продуктивность.

6. По последним данным в основных формациях современного глагольного словообразования функционируют около 100 конфиксальных моделей, что составляет более 30% от общего числа выявленных моделей. Наибольшую активность к преобразованию проявляют модели формаций глаголов с префиксами за- (13 моделей) и раз- (рас-) (12 моделей), наименьшую – модели формаций с префиксами в-, на-, пере-, по- и до-. В остальных формациях количество трансформируемых моделей колеблется от 4 до 9.

7. В качестве внутриглагольного конфикса чаще всего выступает сочетание префикса с постфиксом -ся. Транс­формация префиксальных моделей в конфиксальные про­исходит в результате того, что в структурную схему вовлекаются мотивирующие глаголы, в которых потсфикс -ся отсутствует, ср.: высмеяться (мотивирующее «сме­яться») и выговориться (мотивирующее «говорить»); ана­логично доссориться и дошутиться, залюбоваться и за­глядеться, истомиться и исстрадаться, налюбоваться и насмотреться, разволноваться и разговориться и т. п.

8. Трансформация префиксальных внутриглагольных мо­делей в конвертирующие конфиксальные ведет к повышению информационной ценности производных, что мож­но проиллюстрировать преобразованием внутренних син­тагм во внешние; при этом глагол, включающий субстан­тивную основу чаще всего преобразуется в объективное или обстоятельственное словосочетание: вызолотить по­крыть золотом (позолотой), закавычить ци­тату заключить цитату в кавычки, заболотить луг превратить луг в болото, загарпунить захватить гарпуном, осмолить покрыть смолой, озадачить поставить задачу и пр.

9. Процесс регулярной конвертирующей трансформации моделей проходит несколько стадий, включая и стадию неединственной мотивации. Так, в формации производных с префиксом за- словообразовательный тип с типовым значением «действием охватить предмет, поместить его в замкнутую среду» включает, во-первых, глаголы с единственной вербальной мотивацией (за­ку­тать), во-вторых, с сопутствующей субстантивной мотивацией (загипсовать) и, в-третьих – производные с един­ственной субстантивной мотивацией (закавычить).

10. Словообразовательные типы-множества могут вклю­чать наслоения производных, соотносительных как с префиксальными, так и с конфиксальными моделями. Так, словообразовательный тип с общей семантикой «по­крыть, изменить, обработать поверхность предмета во многих местах» включает префиксальные производные избороздить, издырявить и под., отсубстантивные измор­щинить, изрубцевать и отадъективные иззеленить и т. п.



Принципы морфемного анализа слова в русских народных говорах

Е. Н. Шаброва

Вологодский государственный педагогический университет



морфемный анализ, диалектная полисистема (диалектный язык), диахрония и синхрония языка,
структурная мотивированность, диалектное корневое гнездо, диалектная аффиксальная парадигма


Summary. The principles of morphemic analysis of the words in russian dialects. The paper defines the basic principles of morphemic analysis of words in Russian local dialects, territorial, temporal and motiv factors are characterized. The study is performed on the basis of dialectal infinitives in the local dialects of Vologda.

Морфемный анализ слова предполагает вычленение и описание составляющих его морфем и характеристику их взаимоотношений в структуре слова. Для адекватного осуществления этих операций в системе русских народных говоров необходимо определить территориальные, временные и структурно-мотивационные координаты ис­следования. В данной работе рассматриваются каждая из этих координат и особенности их определения в процессе анализа диалектного слова в русских говорах.

I. Определение территориальных координат морфемного анализа слов в русских говорах может быть основано на концепции диалектного языка Р. И. Аванесова. По этой концепции русские народные говоры представляют собой сложную систему параллельно сосущест­ву­ю­щих вариантов языка. Морфемный анализ слов в этой си­стеме возможен как с позиции одного из этих вариантов (моносистемы), так и с позиций некоторой совокупности вариантов (полисистемы). В соответствии с принципами фрагментарного анализа типологические свой­ства полисистемы могут быть описаны на основе анализа выборки ее элементов. Учитывая то, что элементы дан­ной выборки должны быть относительно однородны­ми, можно считать, что региональную основу морфемно­го анализа слова в диалектной полисистеме составит груп­па родственных говоров. Это основная еди­ница клас­сического диалектного членения русского языка, составляющая своего рода единство в фонетико-морфоло­ги­че­ском и лексическом отношениях, имеющая общее происхождение, историю развития и единую лексикографиче­скую традицию.

II. Разграничение диахронического и синхронического подходов является одним из наиболее сложных, дискуссионных вопросов теории морфемного анализа. Исходя из того, что язык является исторически развивающейся системой, результатом предшествующих изменений и причиной последующих, необходимость разделения синхронического и диахронического подходов определяется как непременное условие адекватности морфемного и словообразовательного анализа в отношении к определенному состоянию развития языка. Вместе с тем оживленные споры вызывает практическая реализация данного положения, в частности определение понятия языковой синхронии. В качестве основополагающих призна­ков языковой синхронии в лингвистической традиции опре­деляются признаки отсутствия изменений и временнoй локализации [Кубрякова 1990, 452]. Для того чтобы строго следовать первому из перечисленных признаков, необходимо сначала выявить динамику изменений единиц некоего уровня языковой системы и определить то состояние (состояния) этого уровня системы, которое может быть описано как один синхронный срез. В отношении морфемной системы говоров решение этой задачи практически невыполнимо. Следовательно, изучение этой системы может быть произведено исходя из временны@х параметров ее существования. Этот подход к исследованию диалектной системы реализуется в большинстве работ по морфемике и словообразованию говоров.

Временной подход к определению синхронного среза исследования легко применяется в отношении системы одного территориального диалекта. В случае же обращения к некоторой совокупности диалектов приходится учитывать еще один аспект проблемы – территориальный: изменения единиц разных лингвистических ярусов будут неодинаковыми не только вследствие различной временной протяженности функционирования этих единиц в языке, но и в результате несовпадения пространственной реализации этих изменений. В таком случае анализ позволит интерпретировать диалектные различия языка на одном синхронном срезе этого языка в его пространственной проекции. Это дает возможность предста­вить диалектный язык и его отдельные ярусы как динамическую систему, причем развивающуюся как во временной, так и в пространственной плоскостях. Простран­ственно-временной, динамический подход к изучению современного состояния русских говоров в сфере морфемного анализа позволяет учитывать такие параметры морфемной системы, как территориальная дифференциация общерусских (общеславянских) морфемных сегментов в их морфемной функции, степень функциональной полноценности корней и аффиксов общерусского и диалектного морфемного фонда, характер членимости основ общерусских и диалектных слов в различных совокупностях диалектов, лексический состав и структура диалектных корневых гнезд и аффиксальных парадигм в говорах определенной группы, диалектной зоны, наречия или всего диалектного языка в целом. Этот подход может быть реализован в отношении различных совокупностей диалектов. Наиболее продуктивным представ­ляется его применение в отношении группы родственных говоров.



III. Структурно-мотивационные отношения слов в диа­лектной системе устанавливаются на основе анализа этих слов в структуре диалектного корневого гнезда (ДКГ) и диалектной аффиксальной парадигмы (ДАП).

Диалектное корневое гнездоэто совокупность слов, в структуре которых на материале одного или нескольких говоров на некотором этапе их развития выделяется общий корень. Это наиболее сложная комплексная единица морфемной системы говоров. Типология ДКГ включает в себя такие признаки, как уровень общности корня (синхронические и диахронические гнезда), характер струк­турно-семантических связей однокоренных слов в гнезде (деривационные, недеривационные и смешанные гнезда), сфера употребления корней в основе гнезда (гнезда общерусских и диалектных морфем), степень их формально-семантической устойчивости (гнезда инвариантных и вариантных морфем), а также лексический объем гнезд (дифференциальные и полные гнезда) и степень их сводности (гнезда сводной системы говоров, группы говоров, одного говора, идиодиалекта). Описание формальной и семантической структуры слов в ДКГ позволяет рассмат­ривать их как единицы стереометрического устройства, выделяя в них отдельные зоны формальных и семантических вариантов корня, а также случаи конвергенции ДКГ, имеющих гомогенную и гетерогенную основу.

Диалектная аффиксальная парадигма – это комплексная единица морфемной системы говоров, объединяющая слова, в структуре которых на материале некоторой совокупности диалектов в их современном состоянии выделяется общая аффиксальная морфема. Типология диа­лектных аффиксальных парадигм включает в себя такие признаки, как дистрибуция в составе основ (парадигмы префиксов, суффиксов, постфиксов; парадигмы аффиксов одноместной или разноместной дистрибуции), сфера употребления аффиксальных морфем в основе парадигмы (парадигмы общерусских и диалектных аффиксов), их семантика, функции, наличие или отсутствие формального варьирования. Анализ лексического состава и структуры диалектных аффиксальных парадигм позволяет мотивировать морфемное членение ряда исследуемых слов, описать функции морфем, на основе которых формируются ДАП, особенности дистрибуции этих мор­фем в словах исследуемой совокупности диалектов, характер формального варьирования аффиксов и аффиксально-корневых комплексов, факты формально-семан­ти­ческого пересечения аффиксальных парадигм, а в некоторых случаях – особенности происхождения и пространственной локализации морфем, на основе которых структурируются ДАП. Одним из важных условий формирования ДАП является отнесенность анализируемых словоформ к определенной части речи, а внутри нее – к ка­ким-либо лексико-грамматическим, грамматическим, ре­ля­ционным разрядам. В связи с этим представляется перспек­тивным изучение аффиксальных парадигм диалектных гла­голов, морфемная структура которых во многом обуслов­лена семасиологической спецификой данной части речи.
1   2   3   4   5   6   7   8

  • ТвойДоДыр
  • Суффикс - оват - (- еват -) как амбивалетный маркер градации признака О. А. Субботина
  • сладковат
  • Регулярная трансформация моделей в глагольном словообразовании М. В. Черепанов
  • Принципы морфемного анализа слова в русских народных говорах Е. Н. Шаброва