Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Сборник статей Москва 2008 ббк 81. 2 И 14




страница7/20
Дата25.03.2018
Размер1.72 Mb.
ТипСборник статей
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   20
О. М. Мунгалова Функциональная транспозиция местоимений в испанском языке в аспекте национально- культурной специфики Грамматические категории каждого языка, отражая особенности коллективного мышления народа, своеобразие его восприятия и культуры формируют определенную таксономическую матрицу языковой картины мира. Исходя из того, что «язык есть некое единство, постоянно перетекающее из одного состояния в другое, некий процесс, характеризующийся в первую очередь своей непрерывностью»1, очевидно, что одним из действенных механизмов, обеспечивающих потребности процесса мышления, является транспозиция грамматических категорий. Целью статьи является установление доминирующих устойчивых типов местоименной транспозиции в испанском языке. Известно, что местоимения представляют собой грамматические слова, первичной функцией которых является функция заместительная. Это означает, что в отличие от других частей речи местоимение не именует объект действительности, с которым оно соотносится, а указывает на него в условиях определенного акта речи. В плане семантики местоимения несамостоятельны, потому что связь между их формой и денотатом каждый раз заново устанавливается в конкретном речевом акте. Таким образом, местоимение опосредованно соотнесенностью с ситуацией речи (дейксис) или предшествующим обозначением объекта действительности (анафора). Тем не менее, в речи, где часто возникают сдвиги границ грамматических категорий, местоимение может утрачивать свое основное свойство – речевую переменчивость значения. Лишаясь способности наполняться новым содержанием в каждом акте речи, местоимение депрономинализуется. При этом может происходить морфологическая транспозиция, когда слово переходит в другую часть речи, формируя новое слово (el aquel, don nadie). Основным механизмом депрономинализации является субстантивация, при которой у местоименной единицы возникает устойчивая связь с денотатом. Субстантивированные формы местоимений обладают способностью превращаться из грамматических слов в номинативные единицы языка и получать фиксацию в лексикографических изданиях. Многие из примеров, приводимых в этой статье, заимствованы не только из художественных текстов, но также из словарей современного узуса: M. Seco, O. Andrés, G. Ramos «Diccionario del español actual» (DEA), A. Sánchez Pérez (coord). «Gran Diccionario de la lengua española», (GDLE). C. Maldonado González (coord). «Clave. Diccionario de uso del español actual» (Clave). Депрономинализация может охватывать различные разряды местоимений (личные, указательные, притяжательные, неопределенные). Они обнаруживают явную тенденцию к переходу в класс существительных, сочетаясь с его детерминантами. Этот переход характеризуется сдвигом в значении слова. Так, el yo и el tú – обозначение говорящего и слушающего, el Yo в психологии коммутирует с понятием Ego, El – одно из имен Господа. В названиях испанских журналов «El» и «Ella» происходит дезиндивидуализация объектов, и они становятся обобщенным обозначением мужчин и женщин. Притяжательные местоимения во множественном числе, сочетаясь с артиклем, именуют родственников, близких людей, соратников или единомышленников: Los suyos no han venido [DLE], Cuenta en la elección con el voto de los suyos [Clave], в то время как la suya – устойчивое обозначение благоприятного стечения обстоятельств: Si no la desaprovecha, ésta es la suya, y podrá recibir de ellos la ayuda que necesita [Clave]. Транспозиция в разряд существительных неопределенного местоимения cualquiera (ser un  una cualquiera) способствует становлению значений «маленький человек» или «ничтожество»: ¿Pero es que te has creído que soy una cualquiera y que puedes hablarme así [Clave]. Es un cualquiera [DLE]. Un rey comiendo ajos, como un cualquiera [MB: 69]. Напротив, неопределенное местоимение alguien закрепилось в транспонированном употреблении в значении «важный человек»: Lorenzo Massó se siente alguien. Por mil pesetas ha comprado la simpatía de los muchachos [MB: 56]; Parece alguien, y habla correctamente, que antes era una juerga [Dch: 139]. Коррелирующее с alguien отрицательное неопределеное местоимение nadie в позиции предикатива означает человека, лишеного каких-либо прав и полномочий, никчемного человека: Tú aquí no eres nadie para mandarnos esto [DEA]; ...no soy nada ni nadie, un pelado, sin empleo, un jodido ratero de suburbio [DEA]. В сочетании с титулом don (ser un don nadie) используется для иронической характеристики напыщенного, никчемного, не пользующегося влиянием человека: Presume de importante, pero es un don nadie. [Clave]; Se las da de alguien, pero es un don nadie [DLE]; Si Quico quiere ser yo, Quico no es nada; un don nadie, un pobre diablo sin nombres ni apellidos [DP: 71]. Указательное местоимение aquel при транспозиции также может испытывать существенный семантический сдвиг. El aquel может выражать «очарование»: Plinio... tenía un aquel de una fotografía antigua [PHC: 26]; «доброе расположение»: La mujer le invitó de buen aquel [MB: 130]; «прелесть»: Es una persona con mucho aquel, cautivadora y atractiva [Clave]. Другой тип местоименной транспозиции представляет использование идиоматических единиц, включающих в свой состав личные объектные и указательные местоимения женского рода (la, las, esas). Обычно эти единицы раcсматривают как достояние фразеологии2. В рамках фразеологических структур такие местоимения указывают (но не называют) какой-то постоянный референт, утрачивая речевую переменчивость значения, столь свойственную местоимениям3. Н. Д. Арутюнова замечает в этой связи: «...Трудно сказать, что имеется в виду под местоимением (в рамках описываемых фразеологизмов – О. М.). В современном языке оно уже не связано по смыслу ни с каким существительным. Именно такое употребление свойственно местоимениям lа и lаs. Не соотносясь ни с каким существительным, эти местоимения образуют с глаголом, к которому они примыкают, одно целое»4. Выражений, построенных по этой модели, – в современном испанском языке несколько десятков. Со времен Л. Шпитцера в романистике бытовала традиция рассматривать подобные структуры как эллиптические – результат элизии, типа слов cosa, situación и т. д. (В. Байнхауэр, А. В. Супрун, Н. Н. Кур­чаткина)5. М. В. Зеликов отмечает, что такие языковые формы представляют собой диахронически сложившиеся эллиптические единства, но в современном языке эта модель самодостаточна и не требует структурного восполнения: «Устойчивые фразеологизмы, составляющие вместе с паремиологическими единицами корпус моделей диахронического синтаксического эллипса, также зачастую не подлежат восстановлению и не являются эллиптическими strictu sensu»6. Некоторые продуктивно устойчивые фразеологизмы, включающие компонент la  las, в современном узусе обретают способность соотноситься с целым рядом ситуаций. Так, по данным словаря «Diccionario fraseológico documentado del español actual» (Madrid, 2004), устойчивые сочетания pegársela имеет значения: 1) presumir; 2) huir, marcharse. Активно функционируя в разговорной речи, они чаще всего камуфлируют прямые номинации за счет использования семантических единств, в которых местоимения lа и lаs содержат указание на нежелательные явления в форме самой общей отсылки к ним: – со значением «умирать»: palmarla, cascarla, espicharla, liarla, diñarla, pringarla, hincarla; – со значением «напиваться»: pegarla, engancharla, cogerla, agarrarla, tomarla; – со значением «проспаться после выпивки»: dormirla; – со значением «изменять мужу или жене»: рegársela, jugársela; – со значением «делать что-то плохое»: hacerla и т. д. – со значением «держать зло»: guardársela; – cо значением «обманывать»: dársela, pegársela – cо значением «докучать, раздражать»: tomarla и т. д. Они могут выступать эвфемизмами откровенных непристойностей: traérsela floja, sudarla (= no importar). Следует заметить, что присутствие в составе этих фразеологизмов местоимений женского рода, как представляется, связано с общероманской тенденцией к выражению собирательности, обобщенности, глобальности, т. е. более отвлеченного значения в форме женского рода. М. М. Раевская, ссылаясь на работы Р. Лапесы, Урутия Карденаса и Альвареса Альвареса, исторически возводит анализируемые языковые формы к рефлексам латинского среднего рода местоимений множественного числа. В этой связи автор справедливо замечает: «Несмотря на распространенные ранее мнения о связи вышеперечисленных структур с эллипсисом соответствующего существительного «cosa», «situación» и др., в настоящее время историки языка считают, что данное явление следует рассматривать как наследие из латинского, в котором формы среднего рода illa, ipsa, ista, altera совпадали с формами женского рода единственного числа. Имеющие в латыни изначально форму среднего рода и воспринимаемые новым романским сознанием как формы женского рода, данные структуры послужили в дальнейшем основой для большого количества похожих конструкций, добавивших по аналогии образования множественного числа конечный -s и приобретших адвербиальное значение: a la castellana, de veras, a ciegas, a derechas»7. В подтверждение этого предположения можно привести и другие употребления формы женского рода местоимений и артикля, которые нерасчлененно указывают на ситуацию. Так указательные местоимения еsа у еsаs часто используются для общей отсылки к референту и его негативной оценки: ¡Conque ésas tenemos! – ‘Ах, вот оно что!’ ¡Тómate ésa! – ‘Вот тебе, получай!’ ¡No me salgas con ésas! – ‘Прекрати говорить (делать) глупости!’ Общее указание на место и ситуацию содержится и в высказываниях типа: En ésa hará mucho frío – ‘Здесь (в этом доме) будет холодно’. De ésta no nos libramos de la multa8 – ‘Без штрафа здесь (в этой ситуации) не обойтись’. Y en estas, el Bisa se cabreó. – ‘И тут (в этой ситуации) Биса не выдержал’ [Dg: 22]. Временная локализация события может быть осуществлена за счет употребления формулы a todas estas (= mientras tanto). В аналогичной функции могут быть использованы: неопределенное местоимение unа (¡Diablo de chico! Este no pierde una [MB: 276]; Este Manolo... Tiene ca una [DR: 175] определенный артикль женского рода 1а (Тоtа1, después de la que se armó... fui inútil para las armas [Z: 73]; соn 1а de enfermedades que traen los perros [MВ: 199]), а также поссесив женского рода suуа (...у cuando sabe que va a salirse con la suya... [MВ: 17]). Третий тип функциональной транспозиции местоимений также реализуется во фразеологически связанных речевых клише, которые функционируют как финальные элементы перечисления, завершающие высказывание (y tal, y eso, y todo, y todo eso): Tiene una casa con piscina, jardín y todo eso. Вследствие семантической избыточности такие клише, выражающие элемент действительности, уже ясный из ситуации, выполняют строевую роль и обеспечивают синтаксическую завершенность высказывания. Приведем фрагменты записи естественного диалога, включающего конструкции у tal, y demás из журнала Versión original (VО), и комментарий составителей журнала: 1) El lunes me voy en coche, entonces me tengo que levantar a las seis, desayunar y tal y salir de casa a las siete [VO 1994. NO. P. 5]. Y tal. Es como «y todo eso», «y esas cosas», etc. Lo utilizamos cuando no queremos referirnos a una serie de hechos que no es necesario nombrar porque todos los imaginamos por ser demasiado evidentes [VO 1994. NO. P. 7]. 2) – ¿Y qué comisteis – Eh… carne picada con verduras, patatas hervidas y una sopa de calabacines y una ensalada; más fruta y demás [VО 1994. NO. P. 5]. Говорящие намеренно не дают закрепленного наименования элементов ситуации, а лишь указывают на них. Подобные номинации опираются на ассоциативный ряд понятий, относящихся к одной сфере явлений действительности, и входят в пресуппозицию высказывания. Союзное сочинение, вводимое посредством союза y, как бы прогнозирует правильное понимание фразы, указывая на согласование семантических и синтаксических функций однородных элементов высказывания. За ними стоит образный мир, включающий нормативную систему оценок социума. Так в высказывании Tiene una casa con piscina, jardín y todo (‘У него дом с бассейном, садом и все такое’) «y todo» выражает отсылку к неопределенному референту, которого можно не называть вследствие того, что он отражает стереотипную ситуацию, то есть нормальное обычное положение вещей в ценностной картине мира данного социума. Поскольку такие клише наиболее часто используются при ситуативном безразличии к точному адекватному именованию референта, основной сферой их использования является неодобрительная цитация чужой речи, когда говорящему нужно подчеркнуть, что слова собеседника представляются ему расхожими истинами: при передаче чужой речи говорящий как бы отстраняется от точки зрения собеседника, вводя ее посредством комплекса que si и слов заместителей tal y cual, esto y lo otro и др. Y Bibiana Prats sabe que el señor Massó diría esto y lo otro, que si tal y que si cual, y que si la culpa de lo que hacen los hijos la tienen los padres [МB: 11]; ...cuánta historia morrocotuda, que si la redención de esto y de lo otro, que si la feligresía tal o cual, o en la conquista de América [Z: 67]; Hablan de esto y de lo otro y uno ya tiene síntomas de todo [MB: 22]. При этом глаголы речи (decir и его аналоги) часто опускаются: ¿Qué sabe el lo que es una familia Que si tal, que si cual... Aquí qusiera yo verle [MB: 11]. Отмечая огромную роль функциональной транспозиции, ее способность расширять номинативные возможности языка, Ш. Балли справедливо заметил: «Замкнутые в своих основных категориях знаки служили бы весьма ограниченным источником средств для удовлетворения многочисленных потребностей речи. Но благодаря межкатегорийным мысль освобождается, и выражение обогащается и получает различные оттенки»9. Литература Лосев А. Ф. Знак. Символ. Миф. М., 1982. Супрун А. В. Идиомы с местоимениями la и las в испанском языке  Известия ОЛЯ АН СССР. 1965. Т. 24. Вып. 5. С. 405–412. Гак В. Г. Теоретическая грамматика французского языка. М., 2000. Арутюнова Н. Д. Трудности перевода с испанского языка на русский. М., 2004. Beinhauer W. El español coloquial. Madrid, 1963. Курчаткина Н. Н., Супрун А. В. Фразеология испанского языка. М., 1981. Зеликов М. В. Компрессия как фактор структуры и функционирования иберо-романских языков. СПб., 2005. Раевская М. М. Испанское языковое сознание Золотого века (XVI–XVII). М., 2006. Примеры заимствованы из книги: Porto Dapena A. Los pronombres. Madrid, 1986. Балли Ш. Общая грамматика и вопросы французского языка. М., 1955. Лексикографические издания: DEA – Diccionario de español actual (M. Seco, O. Andrés, G. Ramos). Madrid, 1999. Clave – «Clave» Diccionario de uso del español actual. (Coord. C. Maldonado Gonzalez). Madrid, 1996. GDLE – Gran diccionario de la lengua española (Coord. A. Sánchez Pérez). Madrid, 1995. Diccionario fraseológico documentado del español actual. Madrid, 2004. Источники и сокращения Dch – Delibes M. Cinco horas con Mario. M., 1980. DP – Delibes M. El príncipe destronado. Madrid, 1973. DG – Delibes M. Las guerras de nuestros antepasados. M., 1975. MB – Medio D. Bibiana. Madrid, 1967. PHC – García Pavón F. Las hermanas coloradas. Madrid, 1970. Z – Zamora Vicente A. Sin levantar cabeza. Madrid, 1978.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   20

  • Лексикографические издания
  • Источники и сокращения