Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Сборник статей итоговой научно-практической конференции научных сотрудников Института Татарской энциклопедии ан рт




страница3/63
Дата06.03.2017
Размер6.54 Mb.
ТипСборник статей
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   63

ТРАГИЧЕСКИЕ СУДЬБЫ УЧЕНЫХ В ИСТОРИИ ТАТНИИСХ


«Что такое институт? Это не здания, не опытные поля и селекционные лаборатории. Это главным образом люди. Люди, которые являются и являлись свидетелями, участниками, а подчас и жертвами драматических событий, сопровож­давших Россию. …Это они не только формировали институт, но и закладывали его традиции – ту неуловимую атмосферу, которая, как ни странно, во многом определяет успешность работы научного коллектива и сегодня»1.

В первые же годы после Октябрьской революции в стране стала создаваться сеть сельскохозяйственных опытных станций и исследовательских институтов, семенных и племенных хозяйств. Вопрос создания сельскохозяйственной опытной станции в пределах Казанской губернии обсуждался и был решен положительно в сентябре 1917 г. на Губернском агрономическом съезде. Но политическая ситуация, Гражданская война вызвали длительную отсрочку осуществления задуманного плана. Лишь к осени 1919 г. аграрии сумели вновь вернуться к этому актуальному вопросу. Прежде всего необходимо было определить земельные участки для будущей станции. Первый областной съезд по опытному делу, проходивший в Казани 20–25 декабря 1920 г., подтвердил постановления прежних совещаний об организации Казанской опытной станции. На съезде также установили границы области, подразделенной на 7 районов, которые должны были обслуживаться станцией. В конечном итоге комиссия, состоявшая из агрономов и представителей высших учебных заведений, остановила свой выбор на имении Журавлёвых в селе Усады, в 25 верстах от Казани. Опытной станции были переданы 175 десятин земли и все постройки усадьбы (после образования опытной станции здесь разместился отдел луговодства). Опытной станции были отведены также 462 десятины земли в Казани (военный полигон бывшего Юнкерского училища) и все строения Воскресенского Новоиерусалимского монастыря – загородной Архиерейской дачи, памятника истории и культуры XVII–XIX вв. Также в ведение станции были выделены два опытных поля – Лаишевское и Спасское (руководил станцией Иван Иванович Штуцер, к нему были прикреплены 15–20 студентов), два семенных хозяйства и два опорных пункта. На 1 мая 1921 г. на станции числилось 6 человек административно-технического персонала, 4 служащих, 10 рабочих. Имелось 9 лошадей. Одним из организаторов и первым директором станции был назначен Николай Моисеевич Фофанов1. Николай Моисеевич родился в 1890 г. в городе Тобольске Тюменской области. До назначения директором Фофанов работал заведующим Спасским опытным полем Казанского губернского земства. В этот период, в 1916 году, он опубликовал книгу «Программа деятельности, методика и организационный план Спасского районного опытного поля». В эти годы особое внимание уделялось интродукции сельскохозяйственных культур, разработке схем оптимальных севооборотов, изучению основной обработки почвы, сроков и способов сева, селекции, семеноводству. Затем судьба забросила Николая Моисеевича на Дальний Восток. Он работал заместителем председателя оргбюро краевой ассоциации СХНИ в городе Хабаровске. 2 января 1925 г. постановлением Дальревкома Амурское опытное поле было преобразовано в Амурскую областную сельскохозяйственную опытную станцию (АОС), директором которой был назначен Н.М. Фофанов. И опять пришлось начинать все с нуля. Коллектив АОС состоял из 8 ученых-агрономов, 10 человек вспомогательного технического персонала и 12 постоянных сельскохозяйственных рабочих. Было создано 7 отделов. В эти же годы АОС посещал Н.И. Вавилов – академик АН СССР, основоположник современного учения о биологических основах селекции и учения о центрах происхождения культурных растений. К сожалению, как и многие другие, Н.М. Фофанов попал под жернова сталинской репрессивной машины и был арестован 7 декабря 1930 г., расстрелян 24 декабря 1937 г.2. Николай Моисеевич Фофанов – один из миллионов советских людей, ученых, военнослужащих, государственных деятелей и деятелей культуры, крестьян и рабочих, ставших жертвами политических репрессий в СССР. Реабилитировали Николая Моисеевича в 1989 году.

У истоков создания Казанской сельскохозяйственной опытной станции рядом с Фофановым стоял ещё один высокоэрудированный, глубокомыслящий исследователь, видный учёный аграрник – Иван Иванович Штуцер. Он получил образование в знаменитом университете города Галле в Германии. До открытия опытной станции, в 1911–1920 гг., был на агрономической службе в Казанском губернском ведомстве сельского хозяйства. Штуцер – последователь учений Н.И. Вавилова, А.В. Чаянова, Н.Д. Кондратьева. Наряду с другими учёными он внес существенный вклад в мониторинг сельскохозяйственного производства и на основании этих исследований сделал интересные теоретические обобщения. Будучи работником Наркомата земледелия республики, он резко выступал против увеличения вывоза хлеба из Татарстана, директивного вмешательства в рыночные отношения, навязывания крестьянству колхозного строя и т.п. И.И. Штуцер не был сторонником сплошной коллективизации крестьянских хозяйств и считал, что реконструкцию сельского хозяйства необходимо производить в основном за счет госсредств1. В 1920–1926 гг. И.И. Штуцер составил подробные карты и сравнительные таблицы по культурам для каждого агропочвенного района республики.

С самого начала становления станции Штуцер стал руководителем селекционного отдела, одновременно являлся начальником семенного отдела Наркомата земледелия ТАССР. Штуцер целенаправленно занимался селекцией озимой ржи, пшеницы, проса, гречихи. Селекционную работу с гречихой Иван Иванович начал в 1921 г. Первые исследования проводил на Шушарском опытном поле Арского кантона. Начал работы по изучению изменчивости гречихи, описал встречающиеся в окрестностях села Шушары формы Fagopyrum esculentum Moench, F. emarqi­natum Roth, F. tataricum Gaertner. Собранный материал отличался неоднородностью как по морфологии растения, так и по показателям продуктивности и крупности зерна. Максимальная продуктивность растений была на уровне 2,1 г при массе 1000 плодов 14 г. Средняя продуктивность соцветия была ничтожна (0,1 г), продуктивность растения обеспечивалась за счет усиленного ветвления и продолжительного цветения. Штуцер вместе с сотрудниками начал работы по селекционному улучшению местных форм из крестьянских посевов методом массового отбора. Вскоре, убедившись в его низкой эффективности, селекционеры перешли на метод многократного индивидуального отбора, который оставался основным до начала 1930 х гг. Практического завершения эта работа не имела, так как выделенный среднеспелый и скороспелый крупноплодный материал был бесследно утерян. Одновременно с селекцией гречихи с 1921 г. на базе Змиевского селекционного поля Чистопольского кантона и Шушарского селекционного поля Арского кантона, также под руководством Штуцера, на станции начали заниматься селекцией проса. Но через 8 лет, в 1929 г., эта работа также была прекращена1. За период с 1921 по 1929 г. методом отбора из местных образцов удалось вывести скороспелый сорт проса - Казанское 506. Но многие годы автором этого сорта считалась только Е.И. Ивенина, имя же И.И. Штуцера не упоминалось2. 4 октября 1930 г. Иван Иванович Штуцер был арестован и приговорен к 5 годам концлагерей. В 1932 г. отбывание в концлагере было заменено на высылку в Казахстан. Не выдержав унижений, Штуцер покончил жизнь самоубийством. На долгие годы имя ученого было предано забвению. Реабилитировали Ивана Ивановича только через 58 лет, в 1988 г.

А на поля института пришли новые специалисты – продолжатели трудов первых ученых. И сейчас не прервалась эта нить, протянувшаяся к нам из прошлого. И на полях также трудятся люди, стремящиеся получить новые сорта ценных полевых культур.



И.М. Ахмет, Ф.Ф. Хадиуллина
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   63