Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Русский литературный сборник середины xx-начала XXI века как целое: альманах, антология




страница1/2
Дата08.01.2017
Размер0.51 Mb.
ТипАвтореферат
  1   2

На правах рукописи



БАЖЕНОВА Виктория Викторовна


РУССКИЙ ЛИТЕРАТУРНЫЙ СБОРНИК

СЕРЕДИНЫ XX–НАЧАЛА XXI ВЕКА

КАК ЦЕЛОЕ: АЛЬМАНАХ, АНТОЛОГИЯ

Специальность 10.01.01 – русская литература

(филологические науки)

АВТОРЕФЕРАТ


диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук



Новосибирск

2010


Работа выполнена на кафедре русской и зарубежной литературы государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Алтайский государственный университет»

Научный руководитель: доктор филологических наук

Козлова Светлана Михайловна



Официальные оппоненты: доктор филологических наук

Шатин Юрий Васильевич;

кандидат филологических наук

Капинос Елена Владимировна


Ведущая организация: ГОУ ВПО «Иркутский государственный

университет»


Защита состоится 8 декабря 2010 года в 10 часов на заседании диссертационного совета Д 212.172.03 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора филологических наук при ГОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет» по адресу: 630126, г. Новосибирск, ул. Вилюйская, 28.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ГОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет» по адресу: 630126, г. Новосибирск, ул. Вилюйская, 28.

Автореферат разослан « » ноября 2010 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат филологических наук, профессор Е.Ю. Булыгина

Общая характеристика исследования

В последние годы весьма плодотворно развивается книговедческое направление филологии. Вероятно, это связано с повышенным вниманием к феномену текстуальности, практически ставшему символом искомого синтеза различных общекультурных начал: эстетических, коммуникативных, социальных и пр. Определение текста как генератора множественных смыслов более всего имеет отношение к произведениям, объединённым в некое новое целое, репрезентирующее эстетику той или иной эпохи и моделирующее взаимодействие дискурсов в литературном процессе. Острее это проявляется в литературных сборниках, таких как периодические журналы, альманахи, антологии, хрестоматии, серии/библиотеки и пр. Рамки их книжной формы, в отличие от моноизданий, не только сохраняют независимость и уникальность отдельного «литературного опыта», но и разворачивают его в дискурсивную плоскость, что, в свою очередь, служит посылом для его целостного восприятия. Составные тексты (метатексты) становятся не просто способами подачи произведений в качестве коллективной подборки, но являются осознанно художественными целыми, реализуя тягу литературы к осмыслению, обобщению, универсализации мира, знаний о нём.



Объектом нашего диссертационного исследования является коллективный литературный сборник середины XX−начала XXI вв. Объектом предопределена проблематика данной работы. Изучение коллективных ансамблей в качестве «срезов эпохи» требует комплексной рецепции литературной и общественной жизни означенного периода развития книготворчества.

До настоящего времени объектом литературоведения служили лишь авторские составные образования – поэтические, либо прозаические (реже драматургические), т.е. те, которые с точки зрения идейного и жанрового своеобразия, обладают наибольшей художественной организованностью и опознаваемым принципом объединения. Речь идёт об авторских собранных циклах, исследованию которых посвящены труды М.Н. Дарвина, Л.Е. Ляпиной, В.И. Тюпы, И.В. Фоменко, А.С. Янушкевича и др. Около двадцати лет назад в рамках цикловедения произошёл поворот к «книжной» форме ансамбля. Но и в этом направлении изучается преимущественно авторская лирическая книга (Л.К. Долгополов, А.С. Коган, Л.Е. Ляпина, В.А. Сапогов, Л.В. Спроге, Г.А. Толстых, О.В. Мирошникова и др.), хотя и мыслится она как носитель множественной рецепции и интерпретации, как «издание, полиграфически овеществляющее концептуально-этапный комплекс стихотворений и циклов-разделов, структурированный по замыслу поэта как художественное единство, как системно-образное выражение его мировидения»1.

Между тем, существует мало изученный пласт ансамблевых единств художественной словесности, созданных по иным принципам структурирования, нежели циклы. Не собственно художественные типы составного целого – авторские и коллективные журналы, альманахи, антологии, _____________________________

1Мирошникова, О.В. Лирическая книга как устойчивая многокомпонентная структура. Проблемы изучения книги стихов в современной филологии / О.В. Мирошникова // Лирическая книга в современной научной рецепции: коллективная монография. – Омск: Изд-во ОмГПУ, 2008. – С. 10–11.

коллективные сборники – также имеют эстетическое измерение, учитываемое и создаваемое составителями, редакторами, издателями и непременно распознаваемое и воспринимаемое читателями. В таких ансамблевых образованиях не всегда можно выделить устойчивые циклообразующие компоненты: единый образ автора, общность рамочной ситуации, сосредоточенность на одной проблеме/теме, сквозного героя, хронотоп и т.д. Соответственно, возникает проблема изучения иных принципов объединения полижанровых, полимотивных, политематических текстов, представляющих коллективные ансамбли. Для коллективных метатекстовых образований характерна открытая динамичная структура. В связи с чем при их изучении особенно важен анализ соотношения текста и паратекста (Ж. Женетт), собственно, и определяющего динамику отношений между авторскими текстами и между метатекстом и читателями.

Следует отметить, что в литературоведении крайне мало изучен генезис отдельных типов книжных ансамблей. Больше «повезло» альманаху, который в качестве типа, близкого к периодическим изданиям, изучается в журналистике. Сама типология литературно-художественных сборников достаточно изучена в книговедении. В той или иной степени ею занимались А.А. Беловицкая, Б.Я. Бухштаб, А.А. Гречихин, Ю.С. Зубов, Л.Н. Кастрюлина, Н.П. Лавров, С.П. Омилянчук, Е.И. Прохоров, Г.Н. Швецова-Водка.

Первые попытки исследования литературного сборника как художественного целого предприняты В.С. Киселевым: «Статьи по теории и истории метатекста (на материале русской прозы конца XVIII–первой трети XIX в.)» (Томск, 2004), Д.В. Кузьминым в статье «В зеркале антологий (Арион.– 2001, №2), О.В. Илюшиной в кандидатской диссертации «Динамика художественных форм в творчестве В.М. Шукшина (от журнальной подборки к сборнику)» (Барнаул, 2002). Системного исследования истории, эстетики и поэтики русского литературного сборника ХХ века пока не предпринималось.



Актуальность нашего исследования определяется, во-первых, заметно увеличивающейся массой издаваемых коллективных сборников (альманахов, антологий), представляющих различные литературные группы, течения, издательские проекты в пространстве постсоветской культуры в ситуации эстетического плюрализма. Во-вторых, – отсутствием опыта изучения исторического развития этих форм в предшествующей советской литературе. В- третьих, – недостаточной изученностью как поэтики жанровых типов литературного сборника, в частности, альманаха и антологии, так и феномена литературного ансамбля как художественного целого, создаваемого всем комплексом формально-содержательных (текстуальных и паратекстуальных) средств, осуществляющих различные стратегии социокультурного функционирования книги.

Цель нашей работы – исследование эстетики и поэтики русских альманахов и антологий второй половины XX − начала XXI вв. в их исторической динамике.

Предмет исследования – издательские стратегии, паратекстуальный ансамбль, жанрообразующие и текстообразующие принципы художественного единства русского литературного сборника

В связи с поставленной целью мы решали следующие задачи:

1) выявить доминирующие жанровые признаки типов коллективного сборника (альманах, антология) и их историческую трансформацию;

2) проанализировать наиболее значимые артефакты в истории советских литературных «ансамблей» второй половины ХХ века;

3) проследить историческую динамику концептуально-содержательного состава альманахов и антологий как метатекстов литературных «эпох»: сталинизма, «оттепели», «андеграунда», «перестройки»;

4) показать роль самиздата в возрождении и развитии традиции русского альманаха и антологии;

5) исследовать феномен антологического «бума» на рубеже ХХ−ХХI вв.



Материалом данного исследования являются следующие коллективные сборники: «Год XXXI. Альманах первый»(1948), «День поэзии» (1956 и др.), «Юность. Избранное X: 1955–1965», «Рассказ 84», «Возвращение» (1984), «Метрополь» (1991), «Русские цветы зла» (1997), «Антология современного рассказа, или Истории конца века» (2001). Для представления литературной и общественной картины советской эпохи, «порубежья» и начала ХХI века привлекались коллективные сборники так называемого «андеграунда»: «Fioretti», «Острова», «Скифы», «Феникс» и некоторые другие, а также постмодернистские ансамбли «Время рожать», «Строфы века», «Поколение Лимонки», «Русский рассказ XX века».

Методология исследования определялась его материалом и поставленными задачами.

Исходя из того, что ансамбль – событие не только литературное, но и культурное, в диссертационном исследовании мы придерживаемся культурно-исторического метода. Использование в работе сравнительно-типологического метода позволяет нам рассматривать формирование типов коллективного сборника в диахронии и синхронии. Диалогичный по природе ансамбль представляет собой коммуникативное событие литературного процесса, участниками которого являются не только автор – читатель или автор (идеальный имплицитный читатель) – редактор, но и субъекты, входящие в авторский коллектив и также взаимодействующие друг с другом. С этой точки зрения, основополагающим для нашей работы методом стала рецептивная эстетика и концепции Р. Ингардена, В. Изера, Г. Яусса. Центральное место данного диссертационного исследования занимает понятие «текст», в качестве которого «может выступать и отдельное произведение, и его часть, и композиционная группа, жанр, в конечном итоге – литература в целом» (Ю.М. Лотман). Анализируя коллективный сборник как текст, мы используем структурно-семиотический метод.



Новизна исследования заключается в систематизации и развитии историко-теоретических знаний об эволюции, жанровой специфике русского альманаха и антологии. Кроме того, впервые выявлено и прослежено формирование и развитие литературных стратегий паратекстуального комплекса «ансамбля», таких, как эстетическая, коммуникативная, конспиративная, пролонгирующая и др. Впервые осуществлен комплексный анализ альманахов и антологий советского и постсоветского времени и как художественных единств, и как явлений, конденсировавших эстетический потенциал эпохи и существенно определявших новые тенденции литературного процесса. Впервые или по-новому проанализированы и интерпретированы отдельные произведения, входившие в коллективные сборники, контекст которых позволил выявить новый смысловой потенциал известных текстов русской поэзии и прозы второй половины ХХ века.

Теоретическое значение работы состоит в углублении жанровой спецификации альманаха и антологии, в выявлении их особой консолидирующей, прогностической и пролонгирующей роли в литературном процессе «переходных» эпох, а также в развитии понятия паратекстуального ансамбля, определении его элементов и их функций, в разработке комплексного и сравнительно-исторического подходов в исследовании коллективных сборников как метатекстов литературных направлений.

Практически результаты исследования можно использовать в лекционных и специальных курсах по истории русской литературы, истории журналистики и книговедения, на занятиях спецсеминаров и факультативов по соответствующей проблематике в вузах и школах.

Результаты исследования были апробированы в выступлениях на Международных конференциях в городах Барнауле (АлтГУ, 2004),Челябинске, (ЮУрГУ, 2008), Всероссийских конференциях в городах Бийске (БГПУ, 2008), Новосибирске (НГПУ, 2005, 2008), Барнауле (АлтГУ, 2005), Томске (ТГУ, 2006), региональной конференции в городе Новокузнецке (КузГПА, 2007).

Содержание диссертации нашло отражение в восьми публикациях, общим объемом 3 п.л.

Структура работы. Диссертация состоит из двух глав, введения и заключения. Общий объем работы составляет 227 страниц. Список использованных источников и литературы включает 259 единиц их библиографического описания.

На защиту выносятся следующие положения.

1. Вместе с развитием культуры издания коллективных сборников формировалась, постоянно обогащаясь, структура паратекста, отражавшая различные литературные стратегии издателей: эстетическую, презентативно-рекламную, коммуникативную (включавшую в себя функции консолидации авторов сборника, связности текстов, контакта с читателем), а также важную в условиях российской цензуры конспиративную и др.

2. Своеобразным каноном официального советского альманаха стал «Год ХХХI» 1948 года, внешние идейно-эстетические параметры которого не нарушались и в серии альманахов 1960-х гг. «День поэзии», сыгравших большую роль в возрождении эстетических традиций русской классики, относительной деидеологизации искусства, в «реабилитации» запрещённых в сталинские времена поэтов.

3. В литературном процессе 2-ой половины ХХ вв. устанавливается органическая взаимосвязь, необходимое существование трёх типов коллективных литературно-художественных изданий: журнала, альманаха и антологии. Если периодический журнал является хроникой текущей литературы, а альманах – серийной презентацией творческого опыта определённых литературных объединений, кружков, течений, наконец, жанров (поэтические альманахи, альманахи молодёжной прозы), то антология выполняет функции отбора и сохранения лучших произведений какого-либо журнала («Юность. Избранное. Х») или направления («Антология самиздата» и др.), осуществляя, таким образом, пролонгирующую функцию, т.е. продлевая активную жизнь произведений, опубликованных в повременных изданиях.

4. Художественные тексты, собранные в новое метатекстовое единство, образуют ассоциативное поле, в котором реализуют свой семантический потенциал в зависимости от окружения и общей концепции сборника, что прослежено нами на примере рецепции стихотворений А. Ахматовой, М. Цветаевой в контексте советского альманаха «День поэзии», а также рассказа В. Астафьева «Людочка» в контексте сборников, в которых он публиковался.

5. В литературном процессе 2-ой половины XX в., с одной стороны, закрепилась традиция антологической консолидации авторов одного, либо нескольких, близких по духу, журналов («Юность. Избранное. Х», «Антология современного рассказа», собранная из произведений, опубликованных в журнале «СОЛО»), с другой стороны, заметным событием стало появление антологий, которые мы определили как «авторские» («Русские цветы зла» В. Ерофеева).

6. Плюрализм литературных течений в постсоветской литературе обусловил «антологический бум» в конце 90-х–2000-е годы. В то же время «антологические» приоритеты в издании коллективных сборников привели к явному размыванию жанровых границ между альманахом и антологией, собственно жанровой специфики антологии.

7. Коллективный сборник, альманах или антология, представляет собой многофункциональное метаобразование, «снимающее» ту или другую литературную эпоху в каталоге авторитетных для нее авторов, в манифестации эстетической программы, моделировании структуры социума и культуры, в комплексе концептов, доминирующих в официальной или альтернативной идеологии данной эпохи, в типологии «героев времени» и т.д.

8. Сравнительно-исторический анализ таких литературных «сверхтекстов» позволяет проследить в «режиме экономии» как общую логику развития русской литературы на протяжении длительного исторического периода, так и творческую эволюцию отдельных ее представителей.

Содержание работы

Во Введении представлена история изучения проблемы, определен предмет исследования, сформулированы цель и задачи работы, обозначены ее научная новизна, методологическая основа, теоретическое и научно-практическое значение.

Первую главу «Советский литературный сборник как метатекст дискурса власти» открывает раздел (1.1.) «Предыстория: альманах и антология начала ХХ века», в котором на основе краткого исторического экскурса делается вывод об особой активизации литературных коллективных сборников на рубеже веков, как это было и в начале XIX, и в начале ХХ веков, когда они становятся органами «кружковой» коммуникации, обозначая «смену вех», возникновение новых эстетических тенденций, борьбу литературных группировок. При этом метатекст, разделенный границами индивидуальных кругозоров на тематические и жанровые зоны, является одновременно частью диалогического коммуникативного пространства культуры. Особенно активно многочисленные и разнохарактерные литературные группы возникали в десятые-двадцатые годы XX столетия. На этой волне снова возрождается альманашная традиция начала XIX в. Среди альманахов этой поры − петербургский «Альманах Шиповник» (1907−1917) издательства «Шиповник»; «Северные цветы» (1901−1905, 1911) московского издательства «Скорпион», восстановившего старое название альманаха, и сборники под названием «Факелы», «Скифы» издательства «Гриф» (1903−1914).

Идейно-эстетические установки той или иной школы должны были выражать, в первую очередь, названия групп и их коллективных изданий. Пожалуй, никогда еще не было в литературе столь красноречивых и остроумных самоидентификаций: группа «Скифы» заявляет в названии своего одноименного сборника национальное родоначалие русской литературы; журнал лидера символистов А. Белого «Записки мечтателей» позиционировал группу своих авторов в рамках неоромантизма; названия сборников «Цех поэтов» и «Кольцо поэтов» (Петербург) намекали на герметизм, табуировавший секреты поэтического ремесла акмеистов; названия сборников богемных футуристов − «Центрифуга», «Московский Парнас», «Садок судей» (1910), «Дохлая луна» (1913), «Пощечина общественному вкусу» (1912) − отражали эволюцию групповых стратегий от прогрессизма и хорошего вкуса к нигилизму и эпатажу; «Мезонин поэзии» (1913) у имажинистов, как и одноименные сборники и журнал «Гостиница для путешествующих в прекрасном» (1922−1924 годы), обозначали вкусы в стиле «ретро» и т.д.

Вполне закономерны были названия другого ряда литературных группировок – ЛЕФ, ВАПП, РАПП, ВОП, Пролеткульт. Ориентированные на массовость и опрощение, они и называли себя «безликой» аббревиатурой. Семантика заглавий их сборников являлась эквивалентом эстетики пролетарского и «производственного» искусств («Завод огнекрылый», «Паяльник», «Кузница», «Крепь», «Недра», «Ковш», «Земля и фабрика»), новой «молодой» революционной литературы («Молодая гвардия», «Октябрь», «Перевал», «Красная новь»), претендовала на бдительный, неусыпный партийный контроль над всей литературой («Рабочая сила», «На посту», «На литературном посту»). Искания форм, переосмысление лингвистических функций слова, повышенное внимание к этимологии слова, игра с ним отражали острое ощущение той новизны, которая угадывалась в трагических изломах эпохи и требовала созвучия и соответствия в литературном творчестве.

Как всегда в период смены веков, активизируется интерес к антологическим изданиям. Антологии «Русская муза» П.Ф. Якубовича (1907), «Русская лирика от Ломоносова до наших дней» В. Ходасевича (1914), «Весенний салон поэтов» (1918), которые объединяло стремление отражать движение русской поэзии (об этом, в частности, пишут авторы предисловия к антологии «Весенний салон поэтов»).

Отметим, что жанровое определение «антология» не всегда упоминалось в названии сборников, созданных по этому принципу. Тем более значительным стало издание В.Я. Брюсова 1916 г. «Поэзия Армении с древнейших времен до наших дней в переводе русских поэтов», названное «антологией», в составе которой акцентирован исторический принцип жанра. Антология Брюсова стала жанровым образцом для издания целой серии антологий литературы народов СССР, издававшихся после Великой Отечественной войны.

К середине ХХ века существенно эволюционирует паратекстуальный уровень литературных ансамблей. Паратекстуальные элементы прошли «путь» от формальных «кодов» до особых «опознавательных примет», ставших персонализацией творческого продукта, обладающих коммуникативным потенциалом и имеющих в той или иной комбинации разный семантический результат.

Альманахи и антологии, отражая изменения в общественно-культурной жизни страны, выполняли не только консолидирующую функцию в литературном процессе, объединяя творческие силы как нового литературного поколения (альманахи), так и «снимая» опыт лучших представителей отечественной и мировой культуры (антология), но и прогностическую, обозначая художественные системы и направления исторического развития литературы, а также пролонгирующую, продолжая и актуализируя «жизнь» литературы прошлого.

В разделе 1.2. «Год XXXI. Альманах первый» анализируется названный литературный сборник, интегрировавший опыт советской литературы под знаком социалистического реализма и принципиально утверждавший ее идейно-эстетическое единство. Сборник советской прозы и поэзии 1948 г. получил название «Год XXXI. Альманах первый». Тридцать первый год – это по летоисчислению социалистической эры «Год от Революции», как поясняет автор короткого предисловия в начале сборника. Классическая форма жанрового названия отвечала помпезно-классицистскому стилю сталинской эпохи, особенно времени торжества великой победы. Календарная семантика названия жанра как переживание начала нового этапа победоносного пути соответствовала задаче сборника – «представить читателю некоторые существенные черты тридцать первого года революции, <…> реальные факты жизни»2, отражённые в произведениях сборника.

Среди членов редакционной коллегии альманаха лауреаты государственной премии СССР 1946 г. Б.Н. Агапов, В. Инбер, автор «Волоколамского шоссе» А. Бек, журналист, автор цикла «Очерки о Донбассе» Б. Галин; ответственный редактор – критик Ю. Заславский. Агапов и Инбер в 20-е годы входили в литературный центр конструктивистов (ЛЦК), А. Бек − член леворадикального крыла группы ВАПП, выпускавшего альманахи «Удар» (1927), «Удар за ударом» (1930). Экспериментально-экстремистский характер опыта этих группировок был существенно сглажен и унифицирован требованиями единого метода в новой деятельности их как авторов и редакторов, но, тем не менее, определил отбор авторов и материалов для первого альманаха соцреализма. Авторский состав (27 имён) представляет, главным образом, поколение 40-летних, зрелый жизненный опыт которых формировался в годы социалистического строительства и Великой отечественной войны, что нашло отражение в содержании альманаха. Его тематика посвящена исключительно истории строительства и восстановления после войны промышленных объектов и колхозов. Рядом с поэтами и писателями разных национальностей, получившими уже широкую известность, отмеченных государственными премиями, таких как А. Яшин, А. Караваева, Ан. Софронов, Н. Заболоцкий, В. Лацис, Мирзо Турсун-Заде, в альманахе

__________________



2 Год XXXI. Альманах первый / отв. ред. В. Инбер. - М.: Советский писатель, 1948. – С. 3.

представлены провинциальные писатели, журналисты А. Калинченко, А. Горобова, Кс. Львова и непрофессионалы в литературе, писатели из народа –­ знаменитая стахановка-трактористка, депутат Верховного совета Прасковия Ангелина. Открывает сборник стихотворение «Советский человек» А. Яшина, а замыкает «Первая очередь Будущего» Ф. Пудалова, создавая тем самым своего рода раму с заведомо известным маршрутом наррации и заданной «траекторией» восприятия.

Организация времени действия и образ времени как принцип единства и целостности данного сборника обусловлены уже названием данного альманаха. Реальное время в прозе «Года XXXI-го» – настоящее: 1946−47-е годы. Условное время – ретроспективное, время памяти автора-повествователя или героя-рассказчика. Поскольку возраст того и другого, как правило, 30−40 лет, т.е. соизмерим с возрастом Страны Советов, то ретроспективное время возвращается к главным историческим событиям этих лет: коллективизация, индустриализация, электрификация, война.

Героями альманаха являются преимущественно участники стахановского движения на заводах, в шахтах, в колхозах, председатели колхозов-миллионеров, инженеры-изобретатели, разрабатывающие способы ускорения темпов, «ритма» производственных процессов, учёные, обсуждающие планы новых строек коммунизма – все они, собственно, и являют собой примеры «опережения времени», служат «конкретизацией будущего», по выражению автора заключительного в альманахе очерка «Первая очередь Будущего» Ф. Пудалова.

Таким образом, если в плане семантики время действия в текстах альманаха настоящее, то в плане риторики, безусловно, реальным временем является будущее, т.е., как в мифе, осуществлённое «желаемое» время. Не случайно в одном из рассказов проговаривается чисто мифологическая формула времени – «наступит вечная советская жизнь»3 («Старые дороги»).

В еще большей степени концептуальное единство альманаха обусловлено организацией и характеристиками «советского пространства». Эта «глобальная» точка зрения определяет как принцип «монтажа» произведений сборника, так и особую концепцию «советского пространства» в каждом из них.

Монтаж создаёт постоянное сопряжение предельно далёких географических, социальных, политических топосов в межтекстовом и внутритекстовом дискурсе: Украина – Сибирь («Тимофей Открытое Сердце»); украинское село – столица Москва («О самом главном»); Лондон – деревня Спас-Заулки (под Клином) – Москва («Член коммунистической партии»); Москва – Ташкент («Рядовым работникам ЦК»); село в Ярославской области («Огни впереди») – шахта в Донбассе («Человек оптимальных планов»); Курская дуга, «порог Украины» («Старые дороги») – Киргизия; Латвия («Секрет») – Алтай («Месяц в колхозе») – Северокурильск («На Курильских островах»; Балтийское и Баренцево море – «наш Север» в Европе («Океанский блокнот») и «наш Север» в Сибири («За 56-й параллелью»). Таким образом, все четыре стороны света представлены как советское географическое пространство: север и юг, запад и восток; девять союзных республик и две автономии – как новое государственное пространство; шахты Донбасса, Дне-

__________________



3 Год XXXI. Альманах первый / отв. ред. В. Инбер. - М.: Советский писатель, 1948. – С. 206.

прогэс, табачные плантации и сады Грузии, хлопковые плантации Узбекистана, леса Сибири, рыба Курил, глубины Байкала и мощь Ангары и пр. – как экономическое пространство неисчерпаемых природных ресурсов советской страны, обеспечивающих её процветание.

Стремление редакторов альманаха охватить, отметить в его материалах полную топографию нового государства отражало концептуальный комплекс советского «державного мифа». Другой его составляющей является идея равноправия центра и окраины, города и села, национальных меньшинств и великого русского народа. При этом реальная диктатура центра сакрализуется посредством его переноса из объектно-административной сферы в область субъективно-психологической рецепции: центр – Москва, Кремль – священны для героев как место обитания божества – «товарища Сталина» и его партийных соратников.

Третьей составляющей мифологии пространства СССР, отражённой в структуре альманаха, является традиционное для русской культуры представление о территориальной «огромности», получающей в масштабах Советского Союза послевоенного времени новую ценность как утверждение растущего авторитета социалистической идеи, захватывающей новые государства и народы. «Конкретизацией» этого «огромного» советского пространства, на котором осуществляются столь же грандиозные планы будущего, служит место действия в произведениях, представленных в альманахе. Таким местом действия почти без исключения является производственная площадка.

Документальная убедительность описаний трудовых подвигов, обновления и процветания страны, подкрепляется очерковой, публицистической манерой, не допускающей вымысла.

Образ автора-повествователя включён в общую систему неутомимого трудового подвижничества. Он – летописец великого народа и великой эпохи. Как в годы войны, он и в мирное время находится «в самых горячих точках». Путевой образ жизни определяет жанровый характер их текстов, которые авторы называют «записками», «отрывочными записями из путевого блокнота», «очерками».

Модернистская риторика конструктивистов прекрасно вписывалась в политико-экономическую стратегию советской власти, с «буржуазной» эксплуатацией физического труда рабочего как «придатка машины», но в ореоле «идейного», «сердечного», эстетического энтузиазма: работа не «за награды», не «из самолюбия», а из бескорыстного «удовольствия от самого процесса труда и от своего участия в огромном общем деле», − так рассуждает героиня очерка Татьяны Тэсс «Начало пути».

Судьба героев альманашной прозы строится по агиографическому канону: рождению житийного святого в семье благочестивых родителей соответствует пролетарско-крестьянское происхождение героя; общим является рано пробуждающаяся набожность/ «идейность», аскетический образ жизни. Чудо просветления и преображения агиографический герой советской эпохи переживает в результате встречи с товарищем Сталиным или изучения его книг как «Священного писания». И встречи с вождем, и приобщение к священным текстам описываются как некое мистическое состояние: Паша Ангелина при виде Сталина обмерла и лишилась дара речи на трибуне зала заседаний кремлёвского дворца, но после его слов «смелей, смелей, Паша…» − чувствует в себе «большую силу, вдохновение», эти слова её «окрыляли и стали путеводными в дальнейшей жизни»4. Некая «детскость» и в то же время «странность», «необыкновенность» в портретах большей части героев альманаха, выступают также как знаки чистой, безрассудной веры, коррелирующие с чертами житийных святых. Подобно последним, советские святые преодолевают испытания своей веры, мученичество в борьбе с врагами народа, со стихиями природы, в тяжёлом труде, добровольно несут свой крест, восходят на Голгофу и чудесно воскресают, утверждаясь сами и убеждая читателя в могуществе новой веры и бога.


  1   2

  • Ведущая организация