Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Редакторская деятельность Георга Манцеля: синтаксис (на материале первой части „Lettisch Vade mecum“




страница1/10
Дата29.06.2017
Размер1.12 Mb.
ТипДипломная работа
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10
Санкт-Петербургский государственный университет

Филологический факультет

Кафедра общего языкознания

Редакторская деятельность Георга Манцеля: синтаксис (на материале первой части „Lettisch Vade mecum“ (1631) „Evangelia vnd Episteln“)

Дипломная работа

студентки IV курса

отделения балтистики

Ксении Михайловны Куденко

_________

Научный руководитель

ст.преп. Э. Андронова

«__» _________ 2010 г. _______________

Санкт-Петербург, 2010

Защита состоялась « » 200  г.

Оценка


Члены комиссии:

Содержание


Введение 5

Источники работы 8

Теоретическая литература 8

Ход работы 12

I. Георг Манцель: личность и деятельность 13

1.1. Георг Манцель как культурный деятель 13

1.2. Реформа орфографии Г. Манцеля 15

II. Редакция синтаксиса 19

2.1. Замена предложных конструкций 19

2.1.1. Изменение предложной конструкции на местный падеж 19

2.1.2. Изменение глагольного управления 21

2.1.3. Замена предложных конструкций причастными образованиями 22

2.2. Изменение порядка слов 23

2.2.1. Позиция послелогов во фразе 23

2.2.2. Позиция подлежащего во фразе 23

2.2.3. Позиция дополнения во фразе 25

2.2.4. Позиция сказуемого во фразе 26

2.3. Употребление других времен и наклонений 28

2.3.1. Будущее время 28

2.3.2. Изменение сослагательного и желательного наклонений будущим временем индикатива 31

2.3.3. Замена индикатива сослагательным наклонением в целевых придаточных предложениях 32

2.3.4. Пермессивы 34

2.3.5. Использование модального глагола varēt ‘мочь’ 35

2.3.6. Использование пересказывательного наклонения 36

2.3.7. Замена индикатива или сослагательного наклонения дебитивом в придаточных предложениях 37

2.3.8. Абсолютные причастные конструкции 39

2.3.9. Редакция безличных предложений 40

2.3.10. Изменение залога. Активизация пассива 40

2.4. Добавления от автора 41

2.4.1. Обращения 41

2.4.2. Толкования, объяснения, синонимы 41

2.4.3. Восстановление фразы 43

2.4.4. Использование новых эпитетов 45

2.4.5. Изменение лексики 46

2.4.6. Замена местоимения именем собственным 48

2.5. Исправленные ошибки 48

2.5.1. Исправление глагольного и предложного управления 48

2.5.2. Исправление абсолютных оборотов 50

2.5.3. Исправление возвратных глаголов 51

2.5.4. Устранение «отделяемых приставок» 53

2.5.5. Исправление отрицания 54

2.5.6. Исправление калькированных выражений 55

2.5.7. Использование причастных образований 60

2.5.8. Исправление неологизмов 62

2.5.9. Исправление позиции родительного падежа 63

2.5.10. Исправление притяжательных местоимений 64

2.5.11. Прочие исправления 65

2.6. Редакция 1615 года 66

Заключение 69

Литература 71





Введение


Первые книги на латышском языке появились относительно поздно — в XVI веке и имели специфическую узкую прагматику: они были духовного содержания и предназначались, соответственно, для использования во время богослужения. Учитывая, что принятие христианства произошло в Латвии довольно поздно (XIII век), уже после христианизации многих стран Европы, Латвия оказалась интегрирована в широкий культурный и социальный контекст новопринятой религии. Тем не менее, с момента крещения Латвии до создания ее первых памятников письменности прошло практически 300 лет, и процесс восприятия новой культуры не был простым и быстрым. К моменту издания первых книг уже существовала устная религиозная традиция — католическая, языком которой была латынь. Но именно распространение протестантизма — с его тезисом, согласно которому богослужение должно проводиться на родном языке — стало фактором, мотивировавшим издание книг непосредственно на латышском языке. Переводчиками духовной литературы были немцы, священники-билингвы, родившиеся на территории Латвии или приехавшие в страну в качестве главы определенного прихода. Источниками перевода послужили немецкие книги, и влияние немецкого прослеживается на всех уровнях письменного языка: в графике, морфологии и синтаксисе.

Первая постулируемая печатная книга на латышском языке датируется 1525 годом. Считается, что она была уничтожена по приказу католических властей города Любека, как агитация к лютеранству, поскольку представляла собой мессу, написанную протестантским священником [Vanags 2000: 14].

Первыми же дошедшими до нас книгами стали два катехизиса: напечатанный в Вильнюсе в 1585 году „Католический катехизис” („Catechismvs Catholicorum)”, и вышедший в Кенигсберге годом позднее, в 1586, „Энхиридион” („Enchiridion”), куда вошел также катехизис Мартина Лютера. В 1587 году появилось издание фрагментов Библии „Евангелия и Послания Апостолов” („Euangelia vnd Episteln”), а также книга церковных песнопений на латышском языке под названием „Ненемецкие Псалмы” („Vndeudsche Psalmen”).

В XVII веке книгопечатание получило свое дальнейшее развитие, а «первым известным изданием XVII века на латышском языке является издательский конволют, выпущенный в 1615 году типографом Н. Моллином» [LGG 1988: 199]. В конволют, практически без корректирования, вошли выдержки из „Евангелий и Посланий Апостолов” 1587 года, „Энхиридион” М. Лютера 1586 года, а также сборник духовных песнопений [Vanags 2000: 367].

Все эти издания зачастую представляли собой подстрочник немецкого оригинала, совершенно непоследовательно отражая фонетику латышского языка в графике, и ориентируясь на немецкий синтаксис при составлении предложных конструкций. Унифицированного письменного языка не существовало, а потому в текстах наблюдается дезорганизация на всех языковых уровнях. Соответственно, при чтении и анализе первых книг мы имеем дело с искусственным письменным латышским языком, созданным не на основе существующей в то время разговорной традиции, а с ориентацией на язык немецкого первоисточника, что позволило А. Аугсткалнcу заметить, что «наши древнейшие книги скорее задают нам загадку, чем сами помогают прояснить историю развития латышского языка» [Augstkalns 1933: 41].

Немецкий священник Георг Манцель (1593–1654) оказался первым, кто попытался систематизировать и нормировать язык письменных памятников. Отредактировав издание 1615 года (куда входили, как было сказано выше, „Евангелия и Послания Апостолов”, „Энхиридион” М. Лютера, песни духовного содержания и псалмы), он дополнил его еще тремя частями: „Страсти Христовы”, „Разрушение Иерусалима” и „Премудрости Сираха” (или „Премудрость Иисуса, сына Сирахова”) [Apīnis 1969: 35]. Новая книга, скомпилированная из шести частей, получила название „Lettisch Vade mecum” (далее в тексте „Vade Mecum”) и была издана в 1631 году, став образцом нового латышского письменного языка, «который мог стать средством всеобщей коммуникации» [ibid: 34].

В истории культуры Латвии деятельность Г. Манцеля занимает неоспоримое место в области развития литературного языка. Своей первой работой „Vade Mecum” Г. Манцель положил начало исправления в переводах ошибок на разных уровнях языка, которые исследовательница Д. Земзаре назвала не иначе как «хаосом в латышской письменности» [Zemzare 1961: 15]. Установленные Г. Манцелем новые правила орфографии надолго пережили своего создателя и использовались в Латвии на протяжении почти трехсот лет, до 30–х гг. XX века, пока не были заменены модернизированной системой правописания.

Учитывая важность реформы Г. Манцеля для развития письменности, равно как и продуктивность разработанной им системы, представляется необходимым показать, как она функционирует при редакции первых переводов.

Орфографическая реформа, проведенная Г. Манцелем, стала предметом исследований многих ученых и, несомненно, уже является достаточно хорошо описанной (см. например, [Grabis 1955: 210212]; [Zemzare 1961: 1516]; [Ozols 1965: 162170]). То же самое можно сказать и о морфологии существительного, поскольку в работе А. Озолса «Старолатышский письменный язык» даны как парадигмы склонения имен существительных, так и формы глагольного словоизменения [Ozols 1965: 180189].

По этой причине для нашего исследования была выбрана тема «Синтаксис», как наименее исследованная в латышской научной литературе. Кроме того, стоит признать, что данная тема представляется также наиболее интересной для анализа, поскольку не всегда исправление дословно калькированных с немецкого языка фраз происходило по одному, раз и навсегда установленному пути, и Г. Манцель использует множество методов для устранения «искусственности» первых переводов. Стоит оговорить, что под редакцией синтаксических конструкций в данной работе подразумевается изменение какого-либо предложения в целом, будь то перемена порядка слов, добавление новых лексем, вводных слов или глосс в состав уже существующей фразы, т. е. мы рассматривали все случаи, когда в тексте 1631 года фигурирует хоть сколько-нибудь отличающаяся от немецкой Библии и ее перевода-подстрочника 1615 года конструкция. По этой причине, разумеется, в работу попадают примеры, смежные с морфологией (изменение времени, наклонения), с лексикой (замена какого-либо слова синонимом), стилистикой (добавление эпитетов), поскольку все эти изменения, к какому бы разделу языкознания они не относились, неибежно изменяют облик всего предложения в целом, в результате чего в „Vade Mecum” встречается совершенно другая фраза.

Представляется, что компаративный анализ немецкого оригинала, перевода „Евангелий и Посланий Апостолов” 1615 года и соответствующей первой части „Vade Mecum” позволит получить достаточно объективную картину и сформулировать, в чем состояла реформаторская деятельность Г. Манцеля в плане изменения синтаксических конструкций.

Таким образом, выделяются задачи данного исследования:



  1. Показать переход от немецкого подстрочника к латышским конструкциям.

  2. Обозначить регулярные замены определенных немецких конструкций собственно латышскими формами.

  3. Рассмореть творческий аспект данной редакции: добавление эпитетов, толкований, глосс.

  4. Выявить возможные случаи гиперкоррекции или ошибок при редактировании.

Первая часть „Vade Mecum”, как говорилось ранее, является переводом отрывков „Евангелий и Посланий Апостолов”. Занимая в памятнике страницы 2379 (со страницы 80 начинается вторая часть, „Страсти Христовы”), она имеет относительно небольшой объем в 56 страниц, что позволяет исследовать ее целиком и проиллюстрировать наше исследование всеми встреченными примерами реализации реформы синтаксиса. (Это будет возможно с помощью корпуса старолатышских текстов www.korpuss.lv/senie.)

Актуальность работы заключается не столько в сравнении памятника-подстрочника с отредактированным вариантом Г. Манцеля, сколько в описании и фиксации всех примеров изменения облика предложений по сравнению с первоначальным вариантом. Новизна обеспечивается подходом к исследованию. Компаративный анализ, в первую очередь, латышских книг разных временных периодов позволяет сразу установить нетипичные для латышского языка, заимствованные конструкции, а сравнение латышских текстов с немецкой и латинской версиями Священного Писания дает возможность определить источник нехарактерных для языка образований. Таким образом, появляется возможность проследить взаимное влияние данных текстов друг на друга в хронологической последовательности «немецкий –латышский первых переводов –латышский „Vade Mecum”», с факультативным привлечением примеров из латинской Вульгаты и русского синодального перевода.

Мы планируем проследить переводы с одного языка на другой в диахронии, вследствие чего складывается следующий список источников работы.


Каталог: papers -> files -> 2010
files -> Труд В. Матезиуса «Функциональный анализ современного английского языка на общелингвистической основе»: сетевой проект
papers -> Проектирование комплексных систем поддержки Электронных Изданий Дмитриев1 П. А
papers -> * георгиевич кузнецов (1924 – 2000). К 85-летию со дня рождения. Родословная
2010 -> Феодор Абу-Курра: арабский мутакаллим или византийский философ?
files -> Несколько слов о фоносемантике, а также об именах собственных в аспекте звукосимволизма
files -> Лингвоповеденческие стратегии в ситуации общения с иностранцем
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

  • Введение