Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Психотерапия в особых состояниях сознания




Скачать 10.95 Mb.
страница9/41
Дата09.07.2018
Размер10.95 Mb.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   41
ГЛАВА 4 Показания противопоказания и осложнения при использовании особых состояний сознания Говорят, полезен яд змей, если он в умелых руках. Вреден и пчелиный мед, если он в руках дурака. Расул Гамзатов Ключ к сокровенным тайнам Бытия давным-давно в руках че­ловека. А о» не знает, что в ру­ках его. В. Сидоров Понятно, что методы психотерапии, связанные с особыми состояниями сознания, как и все прочие, имеют свои много­численные показания и противопоказания как общемедицин­ские, так и связанные с психологией. Мы помним из истории, что в целительской практике всех времен И народов неоднократ­но фиксировались как позитивное или негативное воздействие духа на тело, так и наоборот. Подобное положение дел законо­мерно, поскольку особые состояния сознания находятся как раз на пересечении всех феноменов взаимодействия психологичес­кого и соматического. Поэтому естественно, что мы не можем составить исчерпывающий список показаний и противопоказа­ний и укажем лишь главные, основанные на нашей повседнев­ной практике. Мы убеждены, что каждому психотерапевту по силам дополнить этот список самому, если он будет помнить, что хорошее показание, как и правильное противопоказание, — это то, что настоящий профессионал предлагает своему паци­енту, оставаясь в привычных для себя терапевтических рамках и учитывая современный уровень знаний. Наш опыт свидетельствует, что показаниями для эффектив­ной работы с особыми состояниями сознания — изолированно или совместно с другими терапевтическими подходами — явля­ются следующие случаи: • неврозы и невротические реакпии; • психопатии; • психотравматический синдром; • личностный и профессиональный стресс; • внутрисемейные конфликты, проблемы супружеской адап­тации; . функциональные сексуальные нарушения (фригидность, импотенция, сексуальные дисгармонии и др.); . проблемы самоуважения, самовыражения; .-зависимости от табака, алкоголя, наркотиков; . острые или хронические боли, анальгезии, анестезии; • нарушения питания: анорексия, булимия, излишний вес; . тревожность, страхи, навязчивости; . расстройства сна; • депрессивные и близкие к ним нарушения; • психологическая поддержка и специфическая коррекция больных с некоторыми видами психических расстройств; . психологическая работа с детьми: энурез, проблемы с учебой, самоутверждение, проблемы семейных отноше­ний, подготовка к экзаменам, агрессивность, страхи, де-виантное и делинквентное поведение; • психосоматические расстройства: в области пульмоноло­гии и отоларингологии (астма, аллергии, риниты, синуси­ты, акуфены, утрата вкуса и обоняния); гастроэнтерологии (язвы, колиты, хронические гастриты, заболевания гастро-дуоденальной зоны); кардиологии (сосудистые нарушения, психогенные нарушения сердечного ритма, артериальная гипертензия, постинфарктная психотерапевтическая реа­билитация); неврологии (функциональные головные боли, в том числе мигрени, тики, лицевые параличи); гинеко­логии (тяжелая беременность, тошнота и рвота, психоло­гическая поддержка родов, некоторые виды бесплодия, кровотечения); хирургии (пред- и послеоперационная под­готовка и поддержка больных); дерматологии (аллергии, псориазы, уртикария, гипергидрозы, дерматозы и дерма­титы, улучшение рубцевания ожогов); • помощь терминальным больным: снятие болей, психоло­гическая поддержка, снижение вторичных эффектов лече­ния, продление и улучшение качества жизни; • оказание помощи больным СПИДом, продление и по­вышение качества их жизни. Традиционно противопоказаниями к работе с особыми со­стояниями сознания считаются психозы и различные варианты органической патологии большой степени тяжести. Однако исследователь И. П. Брязгунов выделяет абсолютные и относи­тельные противопоказания к работе с особыми состояниями сознания и конкретно — к гипнозу. К абсолютным противопо­казаниям он относит интоксикации, высокую температуру, случаи, когда гипноз может провоцировать компенсированные аРушения в организме (диэнцефальные и гипертонические кризы, эпилептические и истерические припадки), а также все случаи нарушения сознания и интеллекта. Вопрос о противо­показаниях при выраженных психозах, и в частности при ши­зофрении, особенно параноидной, до сих пор является дискус­сионным. К относительным противопоказаниям он относит заболевания, при которых осложнения могут появиться в ре­зультате возможного волнения, нередко наступающего перед терапевтической сессией или непосредственно во время ее (сердечно-сосудистая недостаточность, наклонность к кровоте­чениям и др.). Но даже и в этих случаях профессионалы, работающие с патологиями подобного рода, берут на вооружение многие технические возможности методов, связанных с использовани­ем особых состояний сознания. Исходя из этого, по нашему убеждению, фактически единственным серьезным противопо­казанием к работе с особыми состояниями сознания является выход за привычные терапевтические рамки. В большинстве случаев работа с особыми состояниями сознания не может быть опасной — при условии, если ею занимается настоящий прак­тик и проведению психотерапевтической интервенции предше­ствует хорошо собранный анамнез. Особым состояниям сознания исторически приписывались таинственные свойства. Из-за этого некоторые люди до сих пор боятся их. Они представляются им как нечто, способное изме­нить их личность. Эти опасения могут принимать самые разно­образные формы: боязнь заснуть и не проснуться, боязнь того, что нахождение в особых состояниях сознания может ослабить волю, что после неоднократных сессий человек будет входить в транс самопроизвольно. Иногда даже могут возникать фантазии об абсолютной власти психотерапевта и его неограниченных возможностях управлять психикой пациента1. Однако при этом часто упускается из виду, что пациент не является каким-то автоматом, проявляющим полную покор­ность. На самом деле он в состоянии активно противостоять неприемлемым требованиям психотерапевта. Беспрепятственно выполняются только нейтральные для личности инструкции, поскольку они не противоречат основным чертам характера и доминирующим убеждениям. Даже в случаях глубокого транса невозможно заставить человека совершить действия, которые не согласуются с его мировоззрением, ценностями, личностны- 1 Интересно, что при гипносуггестии противопоказано гипнотизировать людей, которые испытывают страх перед гипнозом. Это связано с тем, что, по мнению А. П. Оюбодяника, в таких случаях гипноз часто малоэффективен. Од­нако умелой подготовкой можно избавить человека от чувства страха (если нет психического заболевания). Не рекомендуется применять эгот метод и в слу­чаях резко отрицательной установки на гипноз. ми установками, что очевидно свидетельствует о постоянной сохранности контроля над терапевтической ситуацией. В связи с этим часто возникает и другой вопрос: возможно ли изменить сознание против желания человека Пока что наука не может дать на это определенный ответ, но, судя по нашей практике, действительно, навести особое состояние со­знания против желания человека в редких случаях и даже при выраженном сопротивлении возможно. Освещая вопрос об осложнениях при работе с особыми состояниями сознания, следует отметить, что они встречаются редко в виде отдельных симптомов или истероидных (истеро-формных) реакций1, возникающих только у людей с психоти­ческими тенденциями по отношению к лечению. Кроме того, до сих пор не ясно, являются ли эти осложнения следствием применения методов, связанных с особыми состояниями созна­ния, или же они появились бы при использовании любого метода психотерапии. Еще раз указывая, таким образом, на общую безвредность использования особых состояний созна­ния в психотерапии, необходимо все же предостеречь от не­брежного обращения с этим методом. Психотерапией вообще, и методами, связанными с особыми состояниями сознания, в частности, должны пользоваться только подготовленные спе­циалисты, полностью несущие юридическую и этическую от­ветственность за свою деятельность, так как, используя эти со­стояния, они тесно соприкасаются с душой человека, нередко непроизвольно легко оживляя психотравмирующие, неприят­ные воспоминания и привычки, обладающие огромным энер­гетическим зарядом, или получая самую интимную информа­цию о человеке. Известно несколько видов осложнений, иногда возникаю­щих при работе с особыми состояниями сознания. 1. Утрата контакта (раппорта). Выражается в том, что паци­ент перестает реагировать на вербальную или невербальную стимуляцию психотерапевта. Чаще всего наблюдается тогда, когда с пациентом более или менее длительное время не под­держивается контакт (например, психотерапевт оставляет его в трансе, а сам уходит или во время групповой работы фокусирует свое внимание на другом члене группы), либо когда пациент испытывает сильные душевные переживания. В таких случаях возможны несколько вариантов развития событий: либо транс переходит в обычный естественный сон, после которого чело- Истероформные расстройства — истероподобные психические (двига­тельные, сенсорные и вегетативные) расстройства. При внешнем сходстве с истерией обусловлены другими этиологическими факторами и наблюдаются При неврозоподобных состояниях эндогенного и экзогенно-орпшического ге-Hc век, выспавшись, просыпается (самостоятельно или с помощью обычных средств), либо психотерапевту в срочном порядке (особенно если это сопровождается физиологическими измене­ниями — урежением пульса, уменьшением частоты дыхания и т. п.) приходится восстанавливать утраченный контакт и осто­рожно выводить его из этого состояния с целью узнать причину. Возможно, первый путь более предпочтителен с точки зрения психотерапевтического эффекта, но тут необходимо учитывать, что, выбирая его, мы всегда ставим на своего рода «темную лошадку», так как даже эмпатически нам недоступно в полном объеме то, что происходит в это время внутри пациента, а сле­довательно, недоступен и контроль над этими процессами. 2. Невозможность выведения субъекта из особого состояния сознания. Имеющиеся часто и у пациентов, и у терапевтов опасения, что человека, введенного в особое состояние созна­ния, в дальнейшем не удается вывести из него, малообоснован­ны. Лишь у больных истерией в крайне редких случаях транс может перейти в состояние истерического ступора. Чаще это бывает в случаях, когда пациенту сделано неприятное для него (в связи со вторичной «условной желательностью и приятнос­тью заболевания») постгипнотическое внушение, например, что болезненный симптом (слепота, глухота, астазия-абазия1) уст­ранится, как только больной проснется. Тогда вывести пациента из этого состояния можно либо резким, властным внушением пробуждения, сделанным повелительным тоном, нивелирова­нием развившегося состояния (например, сказать: «Пусть спит. Когда выспится, проснется»), давая больному возможность спать до тех пор, пока не проснется, либо же с помощью других методов, известных при лечении истерии. 3. Возникновение эмоциональной реакции во время особого состояния сознания. Иногда во время терапевтической сессии у человека без внешнего повода всплывают травмирующие пере­живания, которые могут вызвать у него слезы, стоны, рыдания, экспрессивные движения. Какой-либо опасности для человека это не представляет, мало того, некоторые эстрадные гипноти­зеры вызывают такие состояния для увеселения публики. Пси­хотерапевту не нужно стремиться к этому, но и не следует бояться подобных случаев. После пробуждения под влиянием психотерапии, проведенной в особых состояниях сознания, возможны повышение эмоцио­нального фона и чрезмерная речевая активность. Это характерно для лиц с различными функциональными и органическими на- 1 Астаз![я-абазия (греч. а — без-, ые-, stasis — стояние, basis — шаг) — невозможность стоять и ходить при сохранении силы и объема движений конечностей в постели. рушениями (речи, слуха и т. д.), осложненными вторичными невротическими и неврозоподобными расстройствами. 4. Возникновение истерических припадков и сумеречных со­стояний сознания. У больных истерией иногда в начале наведе­ния особого состояния сознания или во время транса могут возникнуть истерические припадки или сумеречные состояния сознания. Чаще всего это бывает при внутреннем сопротивле­нии больного лечению или когда производимая работа глубоко противоречит его стремлениям. Отказ от продолжения сессии и выход из транса или, наоборот, еще большее углубление трансового состояния для выяснения вызвавших такую реак­цию причин приводит к устранению истерического реагирова­ния. Опытные специалисты иногда рекомендуют применять довольно сильный болевой раздражитель или положить на рот и нос пациента плотную марлевую повязку, смоченную наша­тырным спиртом. Надо помнить еше и том, что встречаются пациенты, кото­рые на первых терапевтических сессиях, как говорит А. Слобо-дяник, «стремятся освободиться от гипнотизера». Некоторые субъекты без соответствующего указания психотерапевта пре­бывают в собственных грезах, фантазиях, иногда галлюциниру­ют, мало обращая внимания на его слова, и т. д. В таких случаях рекомендуется подстроиться и попытаться овладеть положени­ем или, если это не удается, немедленно прервать работу. Очередные сессии, которые, к слову говоря, не следует прово­дить в тот же день, делают по возможности короче. Пациент охотнее будет сотрудничать с психотерапевтом, и, кроме того, это позволит легче предупредить истерические сумеречные со­стояния сознания, которые сами по себе не особенно мешают лечению, но являются существенной помехой при работе с осо­быми состояниями сознания. Во время проведения психотерапевтической сессии с ис­пользованием особых состояний сознания бывает и так, что пациент, проявляющий признаки повышенной внушаемости, вдруг говорит: «Я еще не сплю!» Это бывает с сомневающими­ся, недоверчивыми людьми, которые думают, что в особых состояниях сознания они не должны чувствовать и слышать. На самом деле такие люди находятся в особом состоянии сознания. В Подобных случаях рекомендуется провести так называемый «прерывистый» (фракционный) гипноз, когда пациента будят и сейчас же подвергают гипнозу снова, внушая при этом, что каждый последующий гипноз будет действовать сильнее, чем предыдущий. Случается, что у некоторых пациентов не дости­гается даже описанная вторая стадия гипноза, а после сеанса наблюдаются головокружение, головная боль, чувство усталос­ти и тяжести, пошатывание и т. п. При наличии таких нежела- тельных явлений можно разъяснить пациенту, что эт0постгип-нотическое состояние свидетельствует о достигнутом эффекте. Могут возникать трудности и при психотерапии истеричных лиц с дебильностью. В попытке изменить их сознание больные часто видят «сильную волю». Поэтому при сочетании истерии с дебильностью к трансовым состояниям следует прибегать лишь в случае крайней необходимости. 5. Изменение поведения пациента на противоположное (на­пример, в межличностных отношениях). Психотерапевт настра­ивает пациента должным образом реагировать на внешние раздражители после достижения терапевтического эффекта, но окружающие (семья, сослуживцы) воспринимают такое поведе­ние как неадекватное, не поддерживают его, что в итоге нега­тивно отражается и на пациенте, и на близких. 6. Синдром отмены в конце курса лечения. Для него харак­терны возникающие в условиях прекращения психотерапии в зависимости от типа патологического процесса соматические, неврологические или психические расстройства. Отмечаются нарушения в аффективной сфере (тоска, тревожно-депрессив­ное состояние, тревога), напряженность, истерические выска­зывания, расстройство адаптационных механизмов, агрессия по отношению к родным и окружающим, нарушение внимания, в некоторых случаях — острое психотическое состояние. В фор­мировании психических нарушений при отмене гипнотерапии и в их тяжести большую роль играют личностные особенности больных. Чаще клинические последствия, сопровождающие прекращение гипнотерапии, сочетаются с симптомами основ­ных заболеваний. 7. Ухудшение состояния пациента, отдаленное по времени от лечения (в домашних условиях через один-два и более месяцев). Чаще всего это связано с необдуманным поведением больного или неадекватными рекомендациями врачей, или тем и другим одновременно. Проявляется по-разному. Например, пациент, поверив в дальнейшее улучшение состояния, без согласия врача отказывается от профилактического приема лекарств или по­зволяет себе чрезмерные физические нагрузки, что приводит к осложнениям, нередко тяжелым (гипертоническому кризу, ин­фаркту и др.). 8. Гнпномания. У лиц, подверженных этому, на фоне улуч­шения общего состояния возрастает чувствительность к гетеро­генным внушениям. В дальнейшем она становится «желаемой», что свидетельствует о первых признаках гипномании. Прекра­щение сеанса вызывает ухудшение психического состояния пациента и характеризуется психологическим дискомфортом. Больные осознанно или неосознанно вновь хотят пережить эйфорию особого состояния сознания. После лечения, несмот- ря на отсутствие внушений, у нихчасто повторяются ощущения, вызываемые подобными сеансами. В зависимости от тяжести протекания и формы проявления выделяют три степени гипномании (В. М. Рахманов, 1991). Первая степень — легкая гипномания, гипнолептическая форма. Характеризуется сонливостью, дремотой в течение суток после сеанса. Это состояние усиливается при появлении пси­хотерапевта, во время беседы с ним, но на данной стадии гипномании наблюдается только по отношению к нему одному. Критика сохранена, амнезия отсутствует. Вторая степень — гипномания средней тяжести. Пациенты находятся в глубоком особом состоянии сознания, и в конце лечения для дегипнотизации требуется индивидуальное внуше­ние. После пробуждения пациенты заторможены, сонливы, порог слухозрительных, кожно-вибрационных и других раздра­жителей повышен. После сеанса они спят крепким сном в течение 3—24 часов. В дальнейшем это состояние проходит, но либо с приходом психотерапевта, либо когда пациент представ­ляет его образ и испытывает связанные с ним ощущения, подобные явления повторяются. У пациентов отсутствует кри­тическое отношение к себе, своему поведению, они хотят снова испытать «гипнотическое» состояние. Напоминание или преду­преждение об окончании курса лечения может вызвать отрица­тельную реакцию (слезы, ухудшение общего самочувствия). В этой стадии пациенты помнят происходящие вокруг них со­бытия; амнезия частичная либо отсутствует. Третья степень — выраженная гипномания — подразделяется на две стадии. В первой стадии больные находятся в состоянии гипноти­ческого сна длительное время — до 24 часов и более. Для пробуждения требуется индивидуальная дегипнотизация. После пробуждения пациенты без внушения вновь погружаются в особое состояние сознания; в течение 12—24 часов могут на­блюдаться л егковы раженные вегетативные расстройства: плак­сивость, дрожь, гиперемия кожных покровов, учащенное серд­цебиение; дыхание характеризуется легким вдохом и глубоким выдохом; имеет место частичная или полная амнезия происхо­дящих вокруг событий. В этой стадии у пациентов ухудшается и соматическое, и психическое состояние, обостряются ранее имевшиеся функциональные расстройства. Одним из главных проявлений этой степени гипномании являются астения, ги-Перакузия, головная боль, чувство тяжести в голове. После пробуждения указанные явления у некоторых пациентов могут продолжаться в течение 6—7 дней и более. У перенесших ней-роинфекции, черепно-мозговые травмы, у больных с невыра­женными вестибулярными нарушениями последние могут уси- ливаться: появляется шаткая походка, они могут упасть. Боль­ные с такой степенью гипномании нуждаются в постоянном наблюдении специалистов. Во второй стадии у пациентов резко выражено особое со­стояние сознания, в котором они могут находиться в течение 1—3 суток и более. Проводимые для дегипнотизации внуше­ния часто не дают положительных результатов, нередко паци­ентов вообще невозможно вывести из такого состояния. На­сильственное (физическое) пробуждение приводит к резкому ухудшению как психического, так и соматического статуса. В этой стадии во время особого состояния сознания могут наблюдаться резко выраженные вегетативные явления: обиль­ные потливость и мочеиспускание, гиперемия мышц шеи и лица, гиперкинезия, спазмы мышц гортани, нехватка воздуха, артериальная гипер- или гипотеызия, учащенные сердцебиение и дыхание, непроизвольные движения рук, туловища, головы, полная амнезия. После дегипнотизации, как и в первой стадии, наблюдаются вегетативные и другие растройства, однако они более выражены и острота их симптоматики может ввести в заблуждение, способствовать неправильной диагностике, по­требовать срочного вмешательства врачей, в том числе и реани­матолога. Пациенты открывают глаза, смотрят на окружающих; отвечают на обращенную речь, хотя ответы могут быть и неаде­кватными. У неопытного специалиста эти явления не вызывают беспокойства, однако возможны тяжелые последствия (травмы и др.), так как ориентировка у пациентов ослаблена или отсут­ствует вообще, сознание сужено. После пробуждения они могут снова погрузиться в особое состояние сознания. Вышеперечис­ленные явления иногда наблюдаются у этих больных на пятый, восьмой и в последующие дни после пробуждения, при этом некоторые из них могут ходить с открытыми глазами, участво­вать в трудовой деятельности. Послегипнотическое состояние может соответствовать первой степени гипномании, о которой речь шла выше. У больных со второй и третьей степенью гипномании может наблюдаться фракционный сон, когда они сами просыпаются, просят есть, пить, ходят в туалет, а через некоторое время снова погружаются в сон без гипнотизации. Главное в подобных ситуациях — своевременно предотвратить возможные осложнения. Такие больные должны находиться под наблюдением специалистов до тех пор, пока полностью не выйдут из гипнотического состояния, примерно 6—9 дней и более. 9. Гипнофобия — навязчивый страх гипнотерапии. Встреча­ется у лиц: 1) не подготовленных к гипнотерапии, которые боятся заснуть и не проснуться или опасаются насмешек; 2)- с соматическими заболеваниями, у которых во время физиологического сна усиливаются приступы бронхиальной астмы, стенокардии и др.; 3) здоровых, наблюдавших ухудшения после гипнотизации и испытывающих страх, что подобное состояние может возник­нуть и у них; 4) не верящих в лечение и испытывающих подсознательный страх перед гипнотическим воздействием. 10. Гшшозофилия — любовь к лечению методами, основан­ными преимущественно на использовании особых состояний сознания. Довольно частое явление в детском и подростковом возрасте, а также у взрослых пациентов, особенно в случае, если они лечатся у авторитетного психотерапевта. Таким образом они создают этому психотерапевту определенную рекламу не­зависимо от результатов лечения. Часто после успешного лече­ния пациенты годами стремятся поддерживать связь с психоте­рапевтом, направляют к нему своих знакомых, родных и т. д. Некоторые больные могут отказываться от адекватной меди­каментозной терапии, настраиваясь исключительно на гипноз, что и не показано, и может ухудшить общий результат лечения. При появлении побочных эффектов психотерапии в особых состояниях сознания целесообразно провести их дифференци­альную диагностику со сходными соматическими и нервно-пси­хическими расстройствами, немедленно прекратить психотера­певтические сеансы, провести корригирующую психотерапию с применением адекватных для каждого случая психотерапевтиче­ских и медикаментозных воздействий. Кроме того, хотим особо отметить еще одно неприятное явление: возникновение у пациента влечения к психотерапев­ту как к лицу противоположного пола. Оно может проявлять­ся в различных формах. Одни пациенты не таят своих чувств и ищут возможные способы сближения с психотерапевтом, Другие, наоборот, скрывают чувства, в результате у них ухуд­шается состояние, нарушается сон. Это может быть следстви­ем переносных реакций, а также неосознанным стремлением привлечь внимание врача. Некоторые больные с истеричес­ким типом характера, добивающиеся особого к себе внима­ния и, не достигнув цели, распространяют компрометирующие психотерапевта слухи (например, о сексуальных отношениях с ним). У примитивных шизоидных больных на этой почве может развиться психотическое состояние с полным отсутст­вием критического отношения. В связи с эротическими фанта­зиями таких больных против целителей не раз выдвигались ложные обвинения в преступных действиях. Поэтому работать с подобной категорией лиц лучше всего в присутствии свиде­телей. Кроме того, кратко остановимся на юридических аспектах особых состояний сознания, в особенности гипноза и внуше­ния. Начиная с XIX столетия судебно-медицинское значение гипноза и внушения было предметом многочисленных иссле­дований, предпринимавшихся как врачами, так и юристами. В основном вопрос сводится к тому, является ли загипнотизи­рованный лишь орудием в руках гипнотизера, или он может сохранить в той или иной степени способность сопротивляться внушению, которое для него неприемлемо в социальном, мо­рально-этическом и эстетическом смысле. Производилось множество экспериментов над людьми как в состоянии гипноза, так и после пробуждения: их побуждали к убийству указанного лица (обычно воображаемыми орудиями убийства, например картонным кинжалом, или из незаряжен­ного револьвера, или напитками, якобы содержащими яд), к совершению кражи, аморальным действиям и т. п. Результаты таких экспериментов как в прошлом веке, так и сейчас резко противоречивы. Нансийская школа признавала возможность преступных вну­шений в глубоком гипнозе, а отсюда и возможность соответству­ющих криминальных поступков. В частности, А. Бонн указывал, что гипнотик сохраняет самостоятельность лишь постольку, по­скольку это желательно гипнотизеру; он ведет себя, как палка в руке странника. Леже приходит к выводу, что в состоянии глубо­кого сомнамбулизма человек в моральном и физическом отноше­ниях полностью подчиняется гипнотизеру. Такого же взгляда придерживался и А. Форель, когда писал: «Для меня несомненно, что очень хорошая сомнамбула под влиянием внушения в гипно­тическом сне может совершить тяжелые преступления и при случае совсем не знать об этом впоследствии». Такой человек вовсе не должен быть безвольным или плохим, но его поведение обусловлено исключительно высокой степенью внушаемости. В своих экспериментах над загипнотизированным Ч. Ферс показывал сомнамбуле на ровном фоне воображаемую точку и приказывал ей после пробуждения вонзить в эту точку нож. Внушение выполнялось без всякого колебания. На основании этого Фсре категорически утверждал, что с такой же точностью может быть совершено и подлинное преступление. При внуше­нии же смешного и неприятного поступка, например подойти и поцеловать череп, видно было, что сомнамбула колеблется (иногда она даже выражала нерешительность: «Должно быть, я сошла с ума! Мне очень хочется поцеловать этот череп. Это нелепо, я бы хотела не идти, но чувствую, что не владею собой»). Однако в конце концов она исполняла внушение. «Эти факты показывают, — говорит Ч. Фере, — что гипнотик может сделаться орудием преступления, действующим с- ужа- саюш точностью, и тем более страшным, что непосредствен­но после совершения акта все забывается: пробуждение, сон и хот, кто его вызвал. Из этого вытекает, что гипнотик не несет никакой нравственной ответственности». Совсем иной точки зрения придерживались Ж. Дельбеф, Жиль де ля Туретт, П. Жане и др. Они полагали, что гипноти­ческим внушением нельзя побудить человека к действиям, противоречащим его характеру, и поэтому преступные внуше­ния не имеют того значения, которое им приписывается. Ж. Дельбефу не удавалось заставить женщин-сомнамбул по­дойти после пробуждения к постороннему и обнять его. На одном гипнотическом сеансе женщине было внушено, что она сейчас находится на озере и будет купаться, для чего она должна тут же раздеться. Однако она этого не сделала и на вопрос о причине отказа ответила, что «еще весна, и вода в озере холодная». Дж. Питере наблюдал женщину, у которой можно было добиться реализации различных внушений, но которую нельзя было побудить кого-либо ударить; если от нее этого настойчиво требовали, она впадала в летаргию. Одной сомнамбуле дали в руки картон, сказав, что это кинжал, и приказали заколоть врача. Приказ был выполнен без промедления. Но когда после этого дали ей в руку раскрытый перочинный нож и повторили свой приказ, то она подняла руку с ножом и сейчас же упала в припадке. М. Кауфманн приводит случай, когда загипнотизированный молодой человек отказывался исполнить внушение, которое задевало его чувство приличия или вредило материальным интересам, но внушение произвести фиктивное убийство вы­полнял в точности. Кауфманн пытался объяснить этот факт лишь тем, что будто бы инстинктивные чувства, каковым и является стыд, более изначальны, чем альтруистическое чувст­во, и что чувство стыда укоренилось значительно глубже, неже­ли, например, сознание ценности человеческой жизни. Приведенные экспериментальные наблюдения свидетельст­вуют о том, что, хотя некоторые гипнотики выполняют внушен­ные им преступления при помощи фиктивного орудия, однако эти эксперименты не вносят ясности в исследуемую проблему, гак как всегда остается возможность осознания загипнотизиро­ванным преступности внушения: он отдает себе отчет в разы­грываемой комедии и понимает, что его поступок не будет иметь никаких серьезных последствий. Нужно признать, что человек в состоянии гипноза способен оказывать сопротивление не только преступным и резко амораль­ным, но даже и сравнительно безобидным внушениям, противо­речащим его принципам, интересам, чувствам. Умственно и мо­рально здоровый человек с сильным характером, твердой волей, сознательным регулированием своих действий не может совер­шить преступного действия в гипнозе или в особом состоянии сознания. Лицам же с низким умственным развитием, морально слабым, ограниченным, уже совершавшим преступления, можно внушить преступные действия, не прибегая даже к введению их в особые состояния сознания1. Что же касается использования особых состояний сознания в судебной практике с целью раскрытия преступления, то здесь также до сих пор нет однозначного решения проблемы. Это связано с целым рядом причин,,из которых мы перечислим лишь некоторые: при выраженном сопротивлении погружение право­нарушителя в особое состояние сознания практически невозмож­но; и в особых состояниях сознания люди сохраняют способность говорить неправду; под влиянием внушения возможны ложные «воспоминания»; попытки гипноза могут создавать стрессирукь Шую обстановку с преобладанием элементов страха, становясь поводом к развитию реактивных психозов. Тем не менее в последнее время показавшие свою эффек­тивность методы использования особых состояний сознания все шире применяют в судебно-медицинской практике (при определении местонахождения пропавших людей и вещей, со­ставлении описаний преступников и т. п.), что свидетельствует о перспективности такого подхода. Тем же, кто хочет подробнее ознакомиться с этой стороной особых состояний сознания настоятельно рекомендуем книгу Л. П. Гримака «Гипноз и преступность», где впервые дан анализ и намечены основные тенденции развития этого направления исследований. Отметим и периодически возникающие эпидемии коллек­тивных исцелений, провоцируемые деятельностью некоторых недобросовестных психотерапевтов (телевизионными и массо­выми сеансами) и в большинстве случаев приводящие к отказу от приема жизненно важных лекарств (совершения жизненно важных операций), а также к обострению или возникновению невротических и психотических срывов. Это явление также 1 В книге А. Л. Толкунова «Похитители разума» описан пример так назы­ваемой «множественной личности», произведенной с помощью современных гипнотических средств. В основе произведения — реальная история некого американца Луиса Анджело Кастильо, арестованного в 1967 году на Филиппи­нах и обвиненного в подготовке заговора с целью убийства президента Мар-коса. Во время допросов и с помощью специальной экспертизы было установ­лено, что данный агент был «запрограммирован» на четыре разные личности, не знающие и не помнящие одна другую (в каждом из этих состояний у него менялся пульс, частота дыхания, потовыделение, манеры поведения и стиль разговора). Непроизвольная реализация каждой из личностей должно была осуществляться по строго установленным сигналам. После продолжительной работы агент в конце концов вспомнил, что проходил подготовку в специаль­ной оперативной группе ЦРУ. неодномерно, и для правильной его оценки прежде всего необ­ходим междисциплинарный подход, учитывающий мнения не только врачей и психологов, но и социологов, педагогов, куль­турологов, работников средств массовой информации. Напомним лишь, что доктор М. П. Никитин еще в 1904 году сформулировал условия массовых психических иллюзий и эпи­демий: 1) низкий умственный уровень участников, 2) состояние усталости, 3) физическое истощение (в том числе из-за недостаточного питания), 4) наличность толпы, 5) общность настроения ее участников. Немного об обстановке, в какой проводится лечение. Пси­хотерапию, особенно в особых состояних сознания, следует начинать тогда и только тогда, когда к тому созданы соответст­вующие условия. Для этого всегда необходимо четко соблюдать жесткое условие «единства времени, места и действующих лиц» (сеттинг). Проводить такую психотерапию следует в достаточно просторном помещении (30—40 кв. м), с хорошими вентиля­цией и звукоизоляцией. В нем нужно предусмотреть удобные для транса кресла (типа авиационных), кушетки или маты. Для того, чтобы во время сессии не беспокоили звуки шагов, пол обычно покрывают пушистым ковром, гасящим звуки. Освеще­ние должно быть неярким, но достаточным для того, чтобы наблюдать за всеми реакциями в поведении пациента. При этом важно, чтобы естественный или искусственый свет не падал в глаза, а его источник находился сбоку или лучше за спиной пациента. Шторы, стены, кресла и искусственное освещение должны быть одноцветными (желательно фиолетовыми), так как это действует успокаивающе. В помещении обязательно присутствуют звуковая стереотехника и цветомузыка для созда­ния специальных звуковых и световых эффектов, а также скры­тые источники слабых звуковых или световых раздражителей (зуммеры, метрономы, лампы синего мигающего света и пр.). Желательно также наличие воды, полотенец и пластиковых мешков для быстрого и незаметного удаления нежелательных последствий бурных эмоциональных реакций, сопровождаю­щихся выраженными вегетативными проявлениями. Не мешает также, чтобы во время групповых сессий присутствовала мед­сестра (с согласия пациентов), оказывающая во время работы различную мелкую помощь. На сегодняшний день широко распространенным стало про­ведение сессий психотерапии в особых состояниях сознания в Магнитофонных записях («психотерапия на кассетах»). Это от­крывает дополнительные возможности к проведению более частых воздействий и позволяет пациенту работать самостоя­тельно (например, непосредственно в ситуации хронического стресса и т. п.). Несмотря на отсутствие принципиальных воз­ражений и на многолетний опыт такой работы, нам хотелось бы отметить следующее: магнитофонная (или цифровая) запись ставит между пациентом и психотерапевтом третий фактор — «мертвую» технику, не способную дать те понимание и под­держку, которые дает «живое» общение. Ведь помимо создания соответствующей физической атмо­сферы важно сотворить и подходящее психологическое окруже­ние. В аналитической психологии существует термин — теменос (temenos). Древние греки использовали это слово для названия священного пространства (например, храма), в пределах кото­рого можно ощутить и пережить присутствие бога. К. Г. Юнг, помимо прочего, употреблял его квазиметафорически для опи­сания психологического пространства, которое психотерапевт и пациент создают в ходе психотерапии и главными характерис­тиками которого выступают общее уважение к бессознательным процессам, конфиденциальность и доверие к опыту и сужде­ниям друг друга. При этом одним из синонимов теменоса является «герметически запечатанный сосуд» — алхимическое понятие, обозначающее закрытое вместилище, внутри которого совершается превращение противоположностей. Из-за присут­ствия священного и непредсказуемого герметического элемента никогда и ни у кого не может быть уверенности в том, что этот процесс будет положительным. Поэтому необходимо помнить, что теменос может переживаться и как женское лоно, и как тюрьма. Кроме того, не рекомендуем начинать психотерапевтичес­кую работу с магнитофонных записей. Первые две-три сессии должен обязательно провести психотерапевт, голос которого потом будет звучать в механическом воспроизведении. Пациен­ты, получающие, допустим, курс психотерапевтических сессий регулярно по вечерам, должны через несколько дней опять лройти «очную» сессию, и так в течение всего курса психоте­рапии. Подобное способствует тому, чтобы пациенты не чувст­вовали себя отчужденными, имели постоянный контакт с пси­хотерапевтом и могли разрешать свои вопросы, сомнения, недоразумения (иногда они способны приводить даже к болез­ненной фиксации1). 1 Фиксация — 1) упорное следование принятым установке, привычке, паттерну поведения (например, сексуальная фиксация на определенном парт­нере или способе сексуального удовлетворения, делающая невозможной иную форму подовой жизни); 2) «застревание пациента на каком-либо травмирую­щем переживании, выражающееся в навязчивом появлении одних и тех же симптомов, невозможности самому освободиться от них и т. п. рекомендуем также использовать в ходе психотерапевтичес­кой сессии тематические музыкальные произведения, повы­шающие эффективность проводимого воздействия1. В своей практике мы используем музыкотерапию в коммуникативной форме (совместное прослушивание), реактивной (направлен­ной на достижение катарсиса) и в регулятивной (способствую­щей снижению нервно-психического напряжения). Для этого обычно подбираются классические произведения (например, ноктюрн № 1 си-бемоль мажор Шопена) или современная электронная музыка (Vangelis, Kitaro, G.E.N.E., J. M. Jarre). И в заключение этой главы скажем несколько слов еще вот о чем. При использовании особых состояний сознания даже самый опытный психотерапевт всегда испытывает волнение. Это естест­венно, ведь цена ошибки при работе с душой всегда очень велика и для пациента, и для терапевта. Поэтому нам бы хотелось дать несколько практических советов тем, кто начинает изучать и про­водить сессии, связанные с особыми состояниями сознания. !. Подробно познакомьтесь с историей и теорией особых состояний сознания вообще, а также выбранного вами метода и его спецификой в частности. 2. Перед тем как приступить к самостоятельной работе, обязательно посетите несколько сессий опытных специалистов, с многолетним стажем, побудьте в качестве «пациента», а затем некоторое время — «ассистентом» у психотерапевта, давно и успешно использующего методы работы с особыми состояния­ми сознания. Присмотритесь к его вербальной и невербальной стилистике (манере держаться, говорить и производить внуше­ния, к скорости речи, тембру голоса, интонациям). Уловите разницу между его повседневным поведением и поведением во время терапевтической сессии, сеанса, особенно в фазе введе­ния в транс и при работе с проблемами. Постарайтесь также понять различия между директивными приказами, системой внушения, недирективными убеждениями, неосознаваемыми телесными диалогами и метафорическими монологами. 3. Развивайте собственную «личную силу». Искусство работы с особыми состояниями сознания человека требует огромного С незапамятных времен монотонные пение и барабанный бой использо­вались духовными целителями в различных частях мира. Многие культуры независимо друг от друга создали ритмические рисунки, которые в лаборатор­ных экспериментах проявили способность заметно воздействовать на физио­логическую активность мозга, что отражается в изменениях ЭЭГ (Нехер, 1962). Архивы по культурной антропологии содержат бесчисленные примеры вызы­вающей транс инструментальной музыки, пения и танцев. В европейской традиции примечательны случаи психосоматического исцеления, происходив­шие па собраниях экстатических христианских сект (южных черных баптистов, екшгслистои, пятидесятников и т. п.), использовавших ритуальную музыку 11 Пение. внимания, терпения, длительных тренировок, оно приходит постепенно, по мере накопления опыта и знаний1. 4. Никогда не останавливайтесь на достигнутом и никогда не применяйте того, через что вы не прошли сами. Постоянно проверяйте себя, записывая свою работу на аудио- или видео­аппаратуру и предоставляя ее затем для супервизии2 более опытным специалистам, с тем чтобы отмечать свои ошибки и отрабатывать погрешности. 5. Приступая к работе, умейте всегда оставаться внутри себя одновременно в трех позициях: пациента — терапевта — супер­визора (профессионала-наблюдателя). 6. Внутренне готовьтесь к сеансу: старайтесь иметь подроб­ный план (сценарий) или хотя бы общее представление о ходе терапевтической сессии (сеанса). Формула лечебных действий от первого и до последнего сеанса не должна быть однообраз­ной, стереотипной. Доверяйте собственному бессознательному, но помните, что самый лучший экспромт тот, который заранее подготовлен. Научитесь быстро заменять выпавшее из памяти слово текста другим, сходным по смыслу. 7. Не бойтесь неудач. Оставайтесь гибкими, учитывайте меня­ющуюся обстановку, Знайте, что из любой ситуации, из любого положения можно найти достойный выход. 8. Не забывайте о многозначности слова. Избегайте ятроген-ных3 слов. Помните, что «у ножа одно лезвие, а у языка их сотни». При работе всегда принимайте во внимание индивиду­альные особенности человека, общий уровень развития личнос­ти, а при проведении сеанса с больными людьми — их состояние И динамику заболевания. 9. Всегда учитывайте свое состояние. Если вы простужены, у вас хриплый голос, плохое настроение или вы просто неважно себя чувствуете, лучше перенести работу на другое время. Перед 1 Рашю Мей выделил четыре необходимых внутренних требований к пси­хотерапевту: I) осознание своих невротических ограничений; 2) обретение мужества принимать неудачу и собственное несовершенство; 3) умение радо­ваться не только достигнутым целям, но и самому процессу жизни н, наконец, 4) проявление интереса к людям ради них самих, а не во имя каких-то высших целей и ценностей (философских, религиозных, нравственных и т. п.). 2 Супервизия — форма специализированного консультирования психоте­рапевта в ходе работы с целью развития знаний, навыков и умений, способст­вующих совершенствованию era профессиональной деятельности. В процессе супервизии психотерапевт получает возможность рефлексировать и интегриро­вать свои личные способы реагирования, объективные знания, субъективный опыт и конкретные рабочие ситуации для совершенствования профессиональ­ной деятельности. 3 Ятдогення (от греч. iairos — врач, gennao — порождаю) — возникающее в результате ненамеренного внушающего воздействия врача на пациента не­благоприятное изменение психического или соматического состояния. пациентами старайтесь выглядеть здоровым, энергичным и спокойным. Психотерапевт в глазах пациентов «никогда не болеет», «как будто пользуется потусторонней силой». 10. Знаменитый американский психотерапевт Милтон Г. Эрик-сон говорил, что в течение дня каждый человек проходит через множество моментов особых состояний сознания. Тренируйтесь каждый день, постоянно наблюдая за окружающими (пассажира­ми общественного транспорта, посетителями, родственниками) и стараясь обращать внимание на показатели особых состояний сознания. Помните сценку из Л. Кэрролла «— Я не могу поверить в это, — сказала Алиса. — Не можешь — ответила королева тоном, выражающим сожаление. — Попробуй снова: глубоко вздохни и закрой глаза. — Бесполезно! — воскликнула Алиса. — Я этому поверить не могу... Нельзя поверить в невозможное! — Просто у тебя нет опыта, — заметила королева. — В твоем возрасте я уделяла этому полчаса в день! В иные дни я успевала поверить в десяток невозможностей до завтрака». 11. Будьте внимательны ко всем деталям. Помните, что «ко­роля делает свита» не только в переносном, но и в самом прямом смысле. Развивайте творческую фантазию и используйте каж­дую мелочь для того, чтобы придать ей психотерапевтическую нагрузку. 12. Ваша открытость и искренность в общении с пациентами не должны граничить с панибратством и фамильярностью. Нена­вязчиво держитесь чуть-чуть на дистанции, соблюдайте суборди­нацию, используйте правила этики и деонтологии. Помните, что вы авторитетная личность, и вы должны играть эту роль. Пациент временно отказывается от врожденных механизмов самозащиты и бдительности, отдавая свое тело и душу в руки другого человека, вверяя ему свою безопасность. Тем самым психотерапевт в чем-то Уподобляется родителю или священнику. К. И. Платонов писал: «Спокойствие, уверенность, уравновешенность и терпеливое от­ношение к больному, искреннее и теплое стремление оказать ему Помощь, тактичность и мягкость в обращении — вот те основные качества, которыми должен обладать каждый врач, стремящийся оказать помощь больному».
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   41

  • 1. Утрата контакта (раппорта).
  • Возникновение истерических припадков и сумеречных со­стояний сознания.
  • 5. Изменение поведения пациента на противоположное
  • Синдром отмены в конце курса лечения.
  • Ухудшение состояния пациента, отдаленное по времени от лечения