Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Протоиерей Александр Мень. Ответ И. Шафаревичу Приложение 16. Два письма священнику В. В. Приложение 17. Молодежь и идеалы Эта книга




страница9/17
Дата03.07.2017
Размер3.07 Mb.
ТипКнига
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   17
Глава 11

НОВЫЕ РУБЕЖИ. ЭПИЛОГ

69. См. Приложение № 18.

70. Наталия Геворкян. Как аукнули, так и откликается. «Московские новости», № 84, 3-10 декабря 1995 года. С. 8.

71. Протоиерей Александр Мень. "Богословие" Льва Толстого и христианство. В книге: Л.Н.Толстой. Исповедь. В чем моя вера. Л., 1991. С. 22.

72. Варлам Шаламов. Письмо А.Кременскому. Публикация в вологодской газете «Свеча». № 1 (5), 1994. С. 5.

73. Протоиерей Александр Мень. Несколько слов к концу спора. В книге: «Культура и духовное восхождение» М., 1992. Сс. 453-454.

74. Протоиерей Александр Мень. Роль Церкви в современном мире. Журнал «Путь», №8, 1995. С. 305.

75. Протоиерей Александр Мень. Библия и литература XVII века. В кн.: «Мировая духовная культура. Христианство. Церковь». М. 1995. С. 269-270.

76. См. Приложение № 12.

ПРИЛОЖЕНИЯ

ДОКУМЕНТЫ

АВТОБИОГРАФИЧЕСКИЕ ЗАМЕТКИ

ИНТЕРВЬЮ



ПРИЛОЖЕНИЕ 1



Один из анонимных откликов, пришедших в «МК» после убийства отца Александра Меня.

"Нет теперь с нами отца Александра... Он был пастырем многих и многие узнали Истину через него. Он был праведником и погиб так, как и положено христианину - мучеником. Еще одним праведником стало меньше - сколько же их осталось? Наберется ли пяток? Господь согласился пощадить Содом, спасти его от уничтожения, если найдется в нем хотя бы десять праведников... Не нашлось... Горе народу, позволяющему убивать своих праведников - каждый может оказаться последним. И тогда в Последний час не будет надежды на спасение...

Прости нас, добрый пастырь..."

ПРИЛОЖЕНИЕ 2



Обзор периодики за год, протекший со дня убийства.

Наиболее оперативно на публикацию в «МК» от 5.09.91 откликнулось телевидение. Ведущая новой информационной программы «Вести» Татьяна Миткова оперативно подготовила 8 сентября 1991 г. программу, посвященную памяти протоиерея А. Меня. Солидарно выступили журналы - «Столица» (N 31-32) и «Знамя» (N 9). В «Независимой газете» (10.09.91) откликнулся директор библиотеки Иностранной литературы В.В.Иванов. Он сообщил, что обратился с письмом к Генеральному прокурору. Ответ, подписанный заместителем Генерального прокурора, государственным советником юстиции I класса В.И.Кравцовым гласит: «...К настоящему времени выполнен значительный объем следственных и оперативных мероприятий, осуществлен комплекс экспертных исследований, однако преступление остается нераскрытым». Следует ли расценить это письмо как официальное признание того, что следствие находится в тупике?

Шквал звонков и писем обрушился на редакцию со стороны экстрасенсов. Наперебой предлагали самые различные версии, называя фамилии, имена и даже местонахождение преступников. Назывались сотни фамилий и самых различных мест, но в одном все были единодушны, считая, что «наводчиком» был Владимир Никифоров, стоявший в момент преступления где-то неподалеку. Увы, несколько лет тому назад Владимир Никифоров эмигрировал и теперь проживает в Англии. Но откликнулись его бывшие прихожане: в редакцию «Московских новостей» поступило анонимное письмо на семи страницах. В нем сообщалось, что все верующие глубоко оскорблены публикацией в «МК» фотографии убитого отца Александра, поскольку лицо священника «залито кровью». В письме содержится робкая попытка оправдать В. Никифорова, который действительно нанес ощутимый удар по жизни Новодеревенского прихода, раскрыв КГБ принципы существования «малых общин». Более того, он назвал имена руководителей общин, которые подвергались вызовам, допросам и внесудебным преследованиям.

Среди откликов следует упомянуть и парижский еженедельник «Русская мысль» от 13.09.91, который поместил специальную вкладку, посвященную годовщине со дня гибели отца Александра. В статье его дочери, Елены, высказывается недоумение: «больно было видеть, как отдельным ученикам отца Александра после его смерти стало казаться, что каждый из них в большей мере «духовный наследник»... в сравнении с другими». Одни из них сегодня спешат заявить, что были личными «секретарями» и осободоверенными лицами, другие утверждают, что это именно они руководили духовной жизнью отца Александра, третьи наперебой предлагают издательствам наспех составленные биографии. К мнению дочери Елены Крейниной-Мень стоит прислушаться чересчур доверчивым нашим соотечественникам, тем более, что законными наследниками обширного богословского и литературного наследия отца Александра стали именно они - вдова, а также сын Михаил и дочь Елена.

«Ленинское знамя», 18 сентября 1990 года

«Так получилось, что одно из первых интервью в новом качестве министру внутренних дел РСФСР генерал-майору милиции В. Баранникову (1) пришлось дать по очень грустному поводу Как известно, председатель Верховного Совета РСФСР Б.Ельцин поручил ему лично контролировать следствие по делу о нашумевшем убийстве протоиерея А.Меня.

«Убийство священника, - подтвердил генерал, - волнует многих, эта история обрастает молвой, возникают различные предположения... С первого дня раскрытием убийства занялись руководящие работники органов внутренних дел, прокуратуры и Госбезопасности Союза, республики и области. Сейчас в работе участвует достаточное количество следователей, работников уголовного розыска, специализирующихся на раскрытии убийств, экспертов-биологов и других квалифицированных специалистов. Вся работа нами постоянно контролируется.

...Как и по всем убийствам, выдвинуто несколько следственных версий. И хотя все они тщательно проверяются, наиболее вероятно, что священник убит с целью ограбления...»



«Известия», 5 октября 1990 года

«Преступление, совершенное утром 9 сентября в районном поселке Семхоз Московской области, стало мировой сенсацией. Личным указанием Президента СССР и Председателя Верховного Совета РСФСР правоохранительным органам поручено тщательно расследовать обстоятельства злодеяния. До настоящего момента никакой официальной информации о ходе этого следствия нет».



«Рабочая трибуна», 28 октября 1990 года

«Убийство А.Меня было запланировано, - так считает следователь по особо важным делам Московской областной прокуратуры, руководитель следственной группы Анатолий Дзюба. - Пока что можно точно сказать одно - убийство Александра Меня планировалось заранее. Откуда такая уверенность? Выбор места и времени преступления: воскресный день, ранее утро, безлюдная асфальтовая дорожка к железнодорожной платформе. Злодей наверняка прекрасно знал привычки жертвы, ее излюбленные маршруты, распорядок дня. Иначе вряд ли бы он решился на такой отчаянный поступок средь бела дня - обычно черные дела творят под покровом сумерек.

За тщательную подготовку убийства говорят и другие факты. К примеру, на месте преступления ни милиции, ни сотрудникам прокуратуры не удалось обнаружить ни единой улики, ни единого вещественного доказательства. Действовал профессионал...»

«Гласность», еженедельник ЦК КПСС, 16 мая 1991 года

«Нас хотели направить по ложному следу, - рассказывает руководитель следственной группы, следователь по особо важным делам прокуратуры Московской области И.Лещенков. - За прошедшее время следственно-оперативной группой проверено на причастность к преступлению более пятисот человек, опрошено около двух тысяч... Сейчас можно сказать, что следствие перешло в фазу поиска конкретного лица... Очевидно, кому-то было нужно направить нас по ложному пути. При изучении дела бросается в глаза, что искусственно концентрировались улики, которые могли бы наверное определить мотивы преступления... В заключение хочу обратить внимание читателей на публикуемые фотографии оперативной съемки. На них изображен важный свидетель (2)...



«Московский комсомолец», 23 мая 1991 года

Подполковник запаса КГБ Валентин Королев: «...Аналогичные вопросы, кстати, следует задать руководству КГБ и в отношении расследования гибели отца Александра Меня, поскольку он являлся не только православным священником, но и крупным общественным деятелем. Поэтому по нормам демократического общества это преступление следовало бы рассматривать не как простое убийство, а как террористический акт. Если КГБ самоустранился от участия в расследовании гибели А.Меня, Комитет можно обвинить в преступном бездействии. Если принял участие и не достиг результатов - в некомпетентности... Теракт в отношении отца Александра Меня должны были расследовать сотрудники УКГБ по г. Москве и Московской области».



«Гласность», 24 июня 1991 года

Рассказывает И.Лещенков:


«...После предыдущей публикации мы получили три телефонных сообщения от разных лиц, но, похоже, из одного источника. Два последних содержали безнадежно устаревшую информацию. А в первом женщина сделала любопытные заявления. (Она представилась, назвала свои, хотя и не очень точные, координаты.) Женщина сказала, что убийца «у них» и что он близок к раскаянию, готов явиться с повинной, но еще не решился, так как боится...»

«Независимая газета», 10 сентября 1991 года

Ответ заместителя Генерального прокурора СССР государственного советника юстиции 1 класса В.И.Кравцова на запрос народного депутата СССР В.В.Иванова: «...К настоящему времени выполнен значительный объем следственных и оперативных мероприятий, осуществлен комплекс экспертных исследований, однако преступление остается нераскрытым... Ход следствия, его результативность были предметом обсуждения на оперативных совещаниях в прокуратуре СССР, которой осуществляется постоянный контроль за расследованием и реализацией намеченных мероприятий».



«Аргументы и факты», октябрь 1991 года, N 39

«Незадолго до гибели отец Александр Мень получил материалы, компрометирующие высшее церковное, партийно-государственное и чекистское руководство. Эти документы находились в портфеле Меня, бесследно исчезнувшем после имевшего трагические последствия нападения двоих неизвестных, - сообщил «Аиф» бывший сотрудник православного отдела КГБ, попросивший не предавать его имя огласке. По его данным, гибель отца Александра, как и последующие убийства двух священников - друзей Меня, - дело рук спецслужб, выполнявших заказ заинтересованных лиц».

* * *

Подготавливая этот обзор, мы намеренно воздерживались от комментариев и версий журналистов. Мы вполне сознательно опирались лишь на свидетельства профессионалов, которые трудились над раскрытием убийства в течение полутора лет. Последние данные из хорошо осведомленных источников, свидетельствуют о том, что следствие упорно разрабатывало уголовную версию убийства. Арестован человек, подозреваемый в совершении четырех убийств. После убийства отца Александра этот человек был уже задержан, но выяснилась его непричастность к этому убийству. Спустя год следствие вновь разрабатывает эту версию.

ПРИМЕЧАНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЕ 2

1. - Слежка за отцом Александром и разработка так называемого «дела оперативной проверки» осуществлялись в 80-е годы Калининградским горотделом Московского управления КГБ и горотделом внутренних дел. В эти годы начальником ОВД подмосковного Калининграда был Виктор Павлович Баранников, вскоре ставший министром МВД, а позже - МБ (бывшего КГБ). Курировал «дело» А. Меня Олег Хандожко, сподвижник В. П. Баранникова по Калининграду.

2. - Действительно, спустя восемь месяцев после убийства И. Лещенков наконец-то отважился опубликовать в малотиражной газете снимки человека, который мог бы рассказать многое. Однако «важного свидетеля» несколько раз видели неподалеку от места работы следственной группы.


ПРИЛОЖЕНИЕ 3

УБИЙСТВО А.МЕНЯ. СЛЕДСТВИЕ В ТУПИКЕ?

ЧТО ИЗВЕСТНО ПО ДЕЛУ А.МЕНЯ?

Из докладной записки Управления КГБ РСФСР по Москве и Московской области мэру столицы Г.Х.Попову.

9 сентября 1990 года в 6.40-6.45 утра по дороге от дома на службу на священника Меня А. было совершено нападение. Его ударили острым предметом по голове и забрали портфель.

Судебно-медицинской экспертизой установлено, что смерть наступила от большой потери крови.

По факту совершения преступления в соответствии с УПК РСФСР Прокуратурой Московской области было возбуждено уголовное дело по ст. 102 УК РСФСР (умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах), переквалифицированное затем на ст. 108 ч. 2 (умышленное тяжкое телесное повреждение, повлекшее за собой смерть потерпевшего).

Следствие по данному делу ведет Прокуратура Московской области. Оперативное обеспечение возложено на специально созданную группу сотрудников милиции из МВД СССР, РСФСР и ГУВД Мособлисполкома.

Версий много - улик мало?

В связи с запросом Прокуратуры РСФСР об оказании помощи Органам МВД и Прокуратуры в расследовании версии политической ориентации в Управлении КГБ РСФСР по Москве и Московской области создана оперативно-следственная группа.

Исходя из первичных материалов и в соответствии с компетенцией органов КГБ, рабочей группой Управления были выдвинуты следующие версии:

1. Убийство совершено на великодержавной националистической почве.

2. Убийство совершено в интересах просионистски настроенных элементов с целью создания общественного мнения о серьезных антисемитских проявлениях в СССР.

3. Убийство совершено в интересах идейных противников А. Меня в общественно-религиозной деятельности.

4. Убийство совершено религиозными фанатиками с экстремистскими наклонностями или психической неустойчивостью.

Отработка указанных версий проводилось с учетом возможной причастности спецслужб иностранных государств к убийству А.Меня.



В Комитете государственной безопасности не оказалось какой-либо значимой информации в отношении А.Меня, его связей и существа выдвинутых версий(1). Все оперативные подразделения были ориентированы на подключение имеющихся возможностей для выявления обстоятельств преступления.

При проверке сведения о причастности ряда лиц из «национал-патриотической» среды к убийству А.Меня не подтвердились.

Анализ добытой оперативной информации по среде еврейских националистов не выявил конкретных лиц, способных на совершение преступления в отношении А.Меня.

По фактам и признакам, свидетельствующим о намерении совершить экстремистские акты в отношении священнослужителей или верующих за период с 1990 года было установлено 14 человек. Однако причастность кого-либо из них к расследуемому убийству не обнаружена.

В ходе проверки многочисленных связей А.Меня по общественно-религиозной деятельности не получено данных, свидетельствующих о причастности к убийству А.Меня каких-либо конкретных людей. В то же время не внесена ясность в установленный эпизод, из которого следует, что проживающая в настоящее время во Франции любовница священника Т. (близкого знакомого А.Меня) и ее бывший муж Б. хранили у себя дома фамильные драгоценности, принадлежащие А. Меню (2). В 1984 году они оценивались более чем в 20 тысяч рублей.

В настоящее время проверяются оперативные данные в отношении Д., который подозревается в принадлежности к языческой секте, не разделяет взгляды А.Меня, дважды судим, склонен к экстремистским проявлениям.



А.Мень - жертва церковного рэкета?

В июле с. г. поступила информация, что А.Мень мог стать жертвой церковного рэкета. Свои доводы заявители обосновали тем, что немало священнослужителей якобы обложены «данью» со стороны преступных элементов, о чем духовенство предпочитает не распространяться, -т.к. действительно в ряде случаев они имеют неконтролируемые церковью и государством доходы. Данное обстоятельство подтверждает также целый ряд разбойных нападений на священников в 1990 -1991 годах.

Анализ полученной информации выявил ряд перспективных сигналов. Наиболее интересный касается сообщения УКГБ РСФСР по Рязанской области, сотрудники которого пресекли деятельность группы преступников, занимающихся рэкетом, в т. ч. в отношении священнослужителя. Из членов этой группы установлен и взят в проверку особо опасный рецидивист Т. 1941 года рождения, житель г. Москвы. Трое его сообщников скрылись и находятся в розыске.

Сотрудники оперативно-следственной группы Управления выезжали в командировки в города Киев, Ригу, Уфу для проверки конкретных оперативных материалов, вписывающихся в выдвинутые рабочие версии. В г. Киеве проверялась информация и в отношении лиц из уголовной среды, которая в ходе расследования подтверждения не нашла. Там же проверялась версия о возможной причастности к убийству первой жены сына А.Меня. По полученным данным, у нее на 8-9 сентября 1990 года есть алиби.

В г. Риге отрабатывались связи А.Меня с Большаковой Н.И. и Кураж М.М., занимавшихся изданием его произведений. Фактов, свидетельствующих об их возможной причастности к совершенному преступлению, не получено.

Следует отметить, что в ходе работы по поиску убийц А.Меня с сентября 1990 года оперативно - следственной группой проверено более 200 человек. Среди них лица из уголовной среды, психически больные, склонные к экстремистским проявлениям, а также представители различных объединений и групп националистической и религиозной ориентации.



«Загорский след» - подозреваемые в убийстве священника оговорили себя. Почему?

С 14 сентября 1990 года органы МВД и Прокуратуры сконцентрировали основное внимание на задержанном загорской милицией Бобкове Геннадии Анатольевиче, 1953 года рождения, без определенных занятий, проживающем на одной улице с А.Менем. Бобков дал признательные показания в совершении убийства священника А.Меня. Он назвал сообщником своего собутыльника Силаева Николая Алексеевича, 1955 года рождения, а организаторами преступления сотрудника Отдела внешних церковных сношений Московской Патриархии архимандрита Иосифа (в миру Пустоутов Александр Петрович, 1944 года рождения) и некоего Михаила Петровича, как удалось установить, Рогачева Михаила Петровича, 1942 года рождения, ранее работавшего старостой церкви в поселке Удельная Московской области.

Проведенный анализ полученных в процессе расследования материалов, а также добытая оперативным путем информация показали, что причастность Бобкова Г.А., Силаева Н.А., Пустоутова А.П. и Рогачева М.П. к данному преступлению целенаправленно фальсифицирована.

В ходе проведения психической проверки по методике контактного полиграфа данных свидетельств о непосредственном участии Бобкова Г.А. в убийстве А.Меня, не получено. Бобков Г.А. не имел каких-либо преступных контактов с Пустоутовым А.П. (по данным результатам была проинформирована оперативно-следственная бригада МВД и Прокуратуры, что позволило окончательно снять обвинение с Бобкова Г.А., Пустоутова А.П. и др.).

Наиболее вероятной причиной, заставившей Бобкова Г.А. взять на себя вину за убийство А.Меня, является оказание на него психологического и физического воздействия со стороны одного из сотрудников милиции. Данный вывод специалистов КГБ РСФСР подтверждается полученными оперативными данными. Соответствующая информация направлена в МВД РСФСР и Прокуратуру СССР.

Установить конкретное лицо, заставившее Бобкова Г.А. рассказать о причастности Пустоутова А.П. к убийству А.Меня, по результатам проверки на полиграфе не представилось возможным.

В настоящее время оперативно-следственная бригада продолжает свою работу. Принимаются дополнительные меры по установлению истины в деле об убийстве священника А.Меня.

30 сентября 1991 года.

ПРИМЕЧАНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЕ 3

1.- Курсив мой - АВТОР. Это утверждение звучит более чем странно. В течение 20 лет за отцом Александром велась длительная слежка КГБ. В письме академику А. Н. Яковлеву, опубликованному в газете «Правда» от 21.12.1995, старые чекисты утверждают: «Не горят не только рукописи, но и компроматы тоже не горят! Можете поверить нам на слово: в КГБ никогда и ничто не пропадало бесследно!»

2.- Явная ложь. Протоиерей Александр Мень не принадлежал ни к одному из аристократических семейств (см. приложение № 7), потому не могло быть речи о существовании каких-либо фамильных драгоценностей. - АВТОР.

ПРИЛОЖЕНИЕ 4

Газета «Ленинское знамя», 23.07.1964.

ФАЛЬШИВЫЙ КРЕСТ

В Библии есть любопытная сказка про головокружительную карьеру Иосифа «прекрасного». Родные братья продали Иосифа в далекий Египет в рабство. Там ему сначала не повезло. За какие-то подозрительные шашни с женой царедворца его упрятали в сырую темницу, в которой фараон содержал своих узников.

Сидит Иосиф в темнице, горько плачет. А в это время владыке Египта - фараону приснился страшный сон, и его никак не могли разгадать ни министры, ни мудрецы, ни волшебники.

Узнав про столь тяжелое фараоново горе и мучаясь от безделья, Иосиф сочинил свою версию о значении каверзного сна. Его толкование понравилось фараону, и он наградил красавца-соблазнителя перстнем со своей руки, возложил на его шею золотую цепь, посадил в свою колесницу и приказал возить по стране и громогласно возглашать: «Повинуйтесь и преклоняйтесь!»

Столь головокружительная карьера раба буквально ошеломила тогдашний мир. Перед Иосифом стали преклоняться не меньше, чем перед самим богом. А служители культа, не жалея красок, расписали его приключения в «священных» свитках Торы (первые пять книг Ветхого завета в составе Библии - Авт.).

В наши дни на разгадывании сновидений далеко не уедешь. Засмеют.

Зная об этом, выпускник исторического факультета МГУ Л.А.Лебедев не стал подражать безграмотному библейскому Иосифу. Пришел запросто в областное управление культуры, горделиво поднял голову и уверенным тоном молвил:

- Я Лебедев. Могу познавать тайны истории!

- Да будет так! Милости просим, - ответили ему и направили «познавать тайны» в областной краеведческий музей, что находится на территории бывшего Ново-Иерусалимского монастыря в городе Истре. В тот самый музей, где почти ничего путного не узнаешь про наше родное Подмосковье.

Лев Лебедев приехал туда не в золоченой колеснице, а на обычной электричке. Не было на его руке фараонова перстня, а на шее золотой цепи. Тем не менее директор музея Д.В.Петков торжественно возвестил сотрудникам:

- Преклоняйтесь! Перед вами гениальный исследователь глубин истории...

И вот новому сотруднику музея быстренько подобрали квартиру в деревянном домике. Исхлопотали постоянную прописку. Дали работу по душе - изучать историю Московской области.

- Живи! Твори! Смело ныряй в глубины истории! Таков был тост директора музея Дмитрия Вербановича Петкова, когда «обмывали» нового сотрудника.

И Лев Лебедев стал усердно нырять в глубины... бывшего Ново-Иерусалимского монастыря. «Нырнет» - и нет его. Неделю нет, другую. Глядь, - вынырнул. Глаза осоловелые. Лицо помятое. Язык ремешки не вяжет.

- Кажись, не туда ныряет наш Лев, - стали говорить сотрудники директору музея.

- Не мешайте! - отрезал Д.В.Петков. - Человеку и так трудно: живет в деревянном доме - таланту не развернуться.

А Лебедев по-прежнему пропадал неизвестно где. Одни говорили, что он собирает какие-то древности по Подмосковью, другие потихоньку (иногда анонимками) разносили вести о том, что молодой научный сотрудник якшается с подозрительными лицами. Но руководители музея оставались глухими к тревожным сигналам. Потому и «чуткость» сохранили, предоставив Лебедеву отдельную двухкомнатную квартиру в «каменных палатах».

- Да здравствует доброта музейная! - воскликнул Лебедев и снова принялся «нырять» в «священные» пласты бывшего монастыря. Нашел там две темные дощечки, смастерил крест, влетает в контору, кричит:

- Братцы! Подлинный крест Никона - патриарха всея Руси!

- Ну и что? - ответили ему. - Мало ли безделушек в церквах да монастырях. А мы, Лев Алексеевич, краеведением занимаемся.

- Вы просто не хотите меня поддержать, - обиделся он и спрятал фальшивый крест в карман. Авось пригодится!

В другой раз Лебедев достал из «глубин» монастырских какую-то пожелтевшую бумажку с заковыристой подписью. И снова истошный вопль:

- Братцы! Собственноручная подпись святейшего Никона! Многим сотрудникам музея надоели телячьи восторги Лебедева. Завели о нем разговор на собрании.

- Не обращайте внимания, - вежливо одернул Д.В.Петков. -Он еще молод...

- Как же не обращать, - начала коммунистка Р.И.Шорец, - если он заскользил по церковной дорожке.

Раису Ивановну поддержали тт. Колобынин, Аваков, Петухов и некоторые другие сотрудники музея. Напрямую говорилось и о том, что Лебедев непристойно ведет себя в семье, пьянствует и, кажется, ворует музейные ценности.

- Вы слишком прямолинейны, товарищи, - ответил на замечания Д.В.Петков. - Тут надо тоньше, деликатнее...

Чувствуя прочную поддержку сверху, Лебедев напустил на себя «святое» вожделение. Он запирался в монастырской башне и рылся неделями в беспризорных архивах и фондах. А затем исчезал и неожиданно появлялся в ските у реки Истры, где когда-то располагался со своей свитой Никон.

Причем появлялся с фальшивым крестом на груди. И именно в то время, когда боговерные старушки приходили туда за «святой водой». Встав в позу, безгрешного, он начинал таинственно:

- Православные! Лицезрейте и радуйтесь!..

Старушки роняли слезу, набожно крестились, а некоторые клали в протянутую Лебедевым руку деньги. И новоявленный заступник патриарха торопливо убегал в магазин за «святой» сорокаградусной водицей.

Директору музея надоели, наконец, «шалости» талантливого «познавателя» тайн истории. Он решил по-отечески пожурить его, намекнуть, что пора и к делу приступать. Вызвал Лебедева в свой кабинет, начал разговор издали:

- Лев Алексеевич, а почему не ходишь на семинарские занятия?

- Это еще что за занятия? - усмехнулся Лебедев.

- По научному атеизму.

- А чего я там не видел?

- Как же, мил человек! Мы оттачиваем там оружие для борьбы с религиозным дурманом, а ты...

- Ну и точите на здоровье! - зло бросил Лебедев. - Мне с вами не по пути. Я человек верующий...

Побледнел директор музея, схватился за сердце.

Вскоре состоялось партийное собрание. Вопрос один: что делать с Л.А.Лебедевым?

Долго ломали голову коммунисты. Даже самокритикой занимались. Наконец решили: поручить Д.В.Петкову как главному атеисту Красногорской промышленной зоны, провести с Лебедевым персональную беседу о вреде религии.

Не успел главный атеист зоны развернуться, как Лебедев сам пришел к нему... с заявлением об уходе из музея. Д.В.Петков узрел в этом шаге доброе предзнаменование и тут же подписал приказ об увольнении.

Обрадовался Лев благополучному исходу и так нырнул в «глубины веков», что на сей раз вынырнул уже в Звенигородском районе в должности пономаря-алтарника Покровской церкви, настоятелем которой является Александр Вольфович Мень - задушевный приятель попа павшинской церкви Н.Н.Эшлимана. Именно их не раз видели с Лебедевым на территории Ново-Иерусалимского монастыря.

А.В.Мень и Н.Н.Эшлиман, оказывается, давно окружили заботой-вниманием свихнувшегося с «истинного» пути научного сотрудника музея. Теперь, пристроив его поближе к алтарной кормушке, они принялись усердно очищать душу «раба божьего» от музейной ереси.

И «очищали» его душу довольно своеобразно. Отец Александр (в миру А.В.Мень) и отец Николай (в миру Н.Н.Эшлиман) сажали Лебедева в церковную легковую машину (№ ВП 39-01) и, прихватив с собой «святой» сорокаградусной и совсем не святых девиц, катались по дорогам Подмосковья. А на утро спешили в «храм Христа», чтобы читать молитвы православным, щедро отпускать их грехи.

Понравилась Лебедеву алтарная жизнь на высоком градусе. И он решил недавно отблагодарить своих благодетелей во хмелю. Пригласив их на квартиру, Лебедев устроил такой кутеж, какого не видели стены монастырские со дня своего основания. Лебедев, Мень, Эшлиман в окружении икон, мерцающих свечей и лампад до того «напричащались» коньяками-винами, что запели «Шумел камыш...»

Пьяная компания возвращалась из квартиры Лебедева не с пустыми руками: у мужчин - чемоданы, у женщин - свертки. Только направились к машине, а навстречу парни с красными повязками на рукавах. Пьяные попы заметались в смертельном страхе, повернули обратно. Женщины в панике побросали свертки в кусты.

- Ба, да тут, кажись, свитки! - воскликнул дружинник Кокорин, поднимая с земли свертки.

Верно, то были «священные» свитки древнееврейской Торы, принадлежащие краеведческому музею. Вызвали милицию, и она обнаружила у служителей религиозного культа немало музейных ценностей, украденных Лебедевым и его сообщниками.

...На этом мы прервем рассказ о головокружительной карьере Л.А.Лебедева, который за два с лишним года сумел под крылом атеистов «продвинуться» от должности научного сотрудника музея до поста церковного алтарника. Остальное, надеемся, допишут другие и, в частности, милиция и прокуратура Московской области.



Ив. МАЛЫГИН

ПРИЛОЖЕНИЕ 5



Протоиерей Александр Мень.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   17

  • ПРИЛОЖЕНИЯ
  • ПРИЛОЖЕНИЕ 2 Обзор периодики за год, протекший со дня убийства.
  • «...К настоящему времени выполнен значительный объем следственных и оперативных мероприятий, осуществлен комплекс экспертных исследований, однако преступление остается нераскрытым».
  • «больно было видеть, как отдельным ученикам отца Александра после его смерти стало казаться, что каждый из них в большей мере «духовный наследник»... в сравнении с другими».
  • «Ленинское знамя», 18 сентября 1990 года
  • «Известия», 5 октября 1990 года
  • «Рабочая трибуна», 28 октября 1990 года
  • «Гласность», еженедельник ЦК КПСС, 16 мая 1991 года
  • «Гласность», 24 июня 1991 года
  • «Независимая газета», 10 сентября 1991 года
  • «Аргументы и факты», октябрь 1991 года, N 39
  • ПРИМЕЧАНИЯ ПРИЛОЖЕНИЕ 2
  • ПРИЛОЖЕНИЕ 3 УБИЙСТВО А.МЕНЯ. СЛЕДСТВИЕ В ТУПИКЕ ЧТО ИЗВЕСТНО ПО ДЕЛУ А.МЕНЯ
  • Версий много - улик мало
  • А.Мень - жертва церковного рэкета
  • «Загорский след» - подозреваемые в убийстве священника оговорили себя. Почему
  • 30 сентября 1991 года. ПРИМЕЧАНИЯ ПРИЛОЖЕНИЕ 3 1.
  • ПРИЛОЖЕНИЕ 4
  • Ив. МАЛЫГИН ПРИЛОЖЕНИЕ 5 Протоиерей Александр Мень.