Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


История монастыря с XVII по XIX век в качестве приписного и исправительного




страница2/6
Дата30.06.2017
Размер1.23 Mb.
ТипПрограмма
1   2   3   4   5   6

История монастыря с XVII по XIX век в качестве приписного и исправительного.


1.2.1. История Стефано-Махрищского монастыря в XVII-XIX вв. в контексте истории монастырей на Руси в указанный период.
В пределах истории Стефано-Махрищского монастыря, когда Махрищскому монастырю был присвоен статус приписного к Троице-Сергиевой Лавре, можно особо выделить два периода подъема обители: это 2-я половина XVIII – начало XIX столетия (этот период истории, связан с именем московского митрополита Платона (Левшина), который одновременно являлся наместником Троице-Сергиевой лавры и много помогал подведомственным Лавре монастырям) и середина XIX столетия (при митрополите Филарете (Дроздове). Эти два периода будут подробно рассмотрены далее. А вначале для того чтобы понять как строилась жизнь Стефано-Махрищского монастыря в дальнейшем, необходимо сначала рассмотреть, в каких условиях существовали монастыри на Руси в XVII-XIX вв.

В Смутное время не выдержала осады не только Махрищская обитель, но и другие монастыри. Среди них: Боровский монастырь преп. Пафнутия, в котором все иноки и защитники обители были умерщвлены43, Свято-Смоленская Зосимова пустынь, Спасо-Вифанский монастырь. Они были разрушены, некоторые приписаны к Лавре. В числе приписанных оказался и Махрищский. Благодаря ходатайству братии Троице-Сергиева монастыря перед царём Михаилом Романовым, Махрищский монастырь был возведён в статус приписного и приобрёл зависимое положение44. По свидетельству историка В.В. Зверинского, приписка монастырей к другим монастырям в большинстве случаев почти равносильна упразднению, потому что всё, что есть ценного из ризницы и монастырской утвари обыкновенно переносится в главный монастырь, куда переводятся на жительство и иноки за исключением нескольких монахов, остающихся для отправления богослужения45.

Государственная политика по отношению к монастырям в XVII веке строилась с учетом социальных требований дворянства и потребностей самой власти, прежде всего финансовых, поземельных (раздача за верную службу), дворцовых, военных, административно–управленческих и др.46 Главным направлением политического курса правительства становится учет церковных вотчин и крестьянских в них дворов, контроль за монастырскими имуществами, доходами и расходами. Безвотчинные и ружные монастыри, по мнению историка протоиерея Михаила Горчакова, способствовали развитию этой протосекулярной тенденции. С другой стороны, протоиерей Михаил Горчаков считал, что в XVII в. возрождаются предшествующие воззрения — «дурного влияния богатства на иноческую жизнь», негативное отношение к богатствам, ведущим к упадку нравственной жизни в русских монастырях и «растлевающих иноческое благочестие». Эта точка зрения, по мнению автора, выразилась в государственном законодательстве и совместных церковно–правительственных постановлениях47.

В правительственных учреждениях особое место занимал Монастырский приказ, учрежденный на основе Соборного Уложения. Деятельность его приходится на правление царя Алексея Михайловича, патриаршество Никона и период междупатриаршества до церковного собора 1666/67 г.48 Наряду с судными делами по гражданским искам духовенства и церковных людей он осуществлял государственную финансовую политику в церковных вотчинах. Через него проходили все царские грамоты в монастыри, на подворья и в архиерейские дома. Его власть охватывала и церковно–управленческую сферу: Приказ распоряжался определением и отрешением от должностных мест настоятелей, келарей, строителей, казначеев, сам вершил духовные дела монашествующих и т. д. По мнению протоиерея Михаила Горчакова, Монастырский приказ достиг наивысшего могущества над Церковью и особенно монастырями после оставления Патриаршего престола Никоном, сдерживавшим чересчур активное вторжение приказных в лице бояр и дьяков в церковные дела, резко критиковавшим это правительственное учреждение49.

На церковно-правительственном Соборе 1666/67 г. были ограничены властные функции Монастырского приказа, отменена подсудность ему черного и белого духовенства. В этом акте не могло не сказаться влияние патриарха Никона на иерархов, выступивших против Монастырского приказа, и на самого царя, утвердившего соборное постановление. Все монастыри, за исключением ставропигиальных и дворцовых, после церковного Собора стали подчиняться епархиальным властям — митрополитам, архиепископам, епископам. Монашество и церковные люди до конца столетия управлялись судебной властью созданных в епархиях приказов духовных дел (или духовных приказов). Высшей инстанцией для монастырей и всего духовенства, как и до Соборного Уложения 1649 г., стал приказ Большого Дворца. Тем не менее, Монастырский приказ просуществовал еще 10 лет, до декабря 1677 г. В его обязанности входили сборы государственных податей с церковных вотчин, составление описей монастырского имущества, переписи церковных людей, ведение приходо-расходных книг50.

В патриарший период, примерно с середины века прослеживается деление монастырей на степенные и нестепенные. Выражение «степенные» и «нестепенные» монастыри впервые используется в указной грамоте царя Алексея Михайловича Кириллову Белозерскому монастырю от 15 июня 1652 г.: «<…> богомолцом нашим архимандриту Митрофану да келарю старцу Саватею Юшкову с братьею. Ведомо нам учинилось, что в московских в ближних и в дальных в степенных и нестепенных монастырех…»51. Введение этого понятия в правительственную документацию связано, по-видимому, с просветительской деятельностью придворного кружка царского духовника Стефана Ванифантьева52. Из текста грамоты следует, что имеются в виду монастыри Москвы и Московского уезда.

Привилегированные местные монастыри входили в особый список. Составленный в иерархическом порядке он назывался Степенью. Основой Степени являлось местное церковное значение каждой обители.

Степень давалась с согласия патриарха по царской грамоте и утверждалась Освященным собором. Степень монастыря зависела от целого комплекса признаков, прежде всего его древности, популярности имени святого основателя, роли монастыря в христианизации населения или миссионерской деятельности, участия в государственном строении, защите православия в пограничной земле, авторитета монашеской братии среди православных и т. д. Размеры вотчинного хозяйства также учитывались при определении той или другой степени. Второе место после Троицкого Сергиева монастыря в Лествице патриарха Филарета занимал Рождественский Богородичный монастырь во Владимире, основанный в XII в., в то время как Кириллов Белозерский монастырь находился на 26–м, хотя размерами вотчинного хозяйства значительно его превосходил.

К XVII веку относятся опыты систематического учета и краткого описания монастырей как церковными, так и правительственными учреждениями - приказами. Духовные и светские власти придерживались разных принципов их классификации. Действовали и общепринятые признаки характеристики монастырей: деление на мужские и женские, или девичьи; городские и загородные; вотчинные и безвотчинные; большие и мелкие; «приписные» и «пустые», ружные, т. е. состоявшие на государственном денежном и хлебном обеспечении. Ряд монастырей относились к ставропигиальным: московские Чудов, Симонов, Новоспасский, Саввин Сторожевский, Воскресенский Новоиерусалимский, Спасский в Ярославле, Ипатиевский Троицкий в Костроме, Соловецкий на Белом море и другие. Дворцовыми в разное время числились разные обители, среди них Саввин Сторожевский монастырь в царствование Алексея Михайловича, Воскресенский Новоиерусалимский при царе Федоре Алексеевиче.

В XVIII веке в жизни монастырей произошли ряд преобразований. Изменения в отношениях Церкви и государственной власти в синодальный период неизбежно сказались и на развитии монастырей в целом. Воссозданный 1701 году Монастырский приказ, которому было передано управление монастырскими вотчинами, фактически осуществил секуляризацию: доходы с вотчин собирались в казну, а монастырям выдавалось содержание. В дальнейшем право управления вотчинами было возвращено духовенству, но большая часть доходов продолжала поступать государству53. На содержание монастырского хозяйства приказу велено выдавать крайне скромные оклады, «без чего пробыть невозможно»; остальное должно было идти на государство, школы и благотворительные заведения. За 20 лет приказ устроил в одной Москве 93 богадельни на 4400 человек и госпиталь на 500 человек54.

Монашество Петр I считал праздным сословием, молодежи в монастыри поступать запрещал, останавливал в обителях на постой солдат и предписывал содержать в богадельнях инвалидов. Политику Петра I  продолжали императоры эпохи дворцовых переворотов. При Анне Иоанновне долг монастырей составил 81 тысячу рублей. Елизавета Петровна закрыла коллегию экономии, которая занималась сбором недоимок, но размер сборов оставила прежним. Петр III отдал распоряжение включить церковные вотчины в общий состав государственных земель. В царствование императрицы Екатерины II  (1762-1796) произошли значительные изменения в жизни монастырей на Руси. В 1764 г. Екатерина II  осуществила задуманную еще при ее муже Петре III секуляризацию монастырских земель55. Манифест о церковных владениях, изданный 26 февраля 1764 года, окончательно упразднял церковное землевладение в России. Все церковные вотчины переходили в ведение государства. Передача земельных владений в государственную казну лишила монастыри материального источника существования. Однако помимо материальной стороны здесь был и нравственный аспект. Монастыри созидались народным усердием многих поколений и трудами монахов. Кроме того, часть земель монастыри получали от жертвователей по завещаниям на помин души. И в данном случае нарушалась последняя воля умерших.

По статистическим данным, приведенным Я.Е. Водарским, в 1700 году мужских монастырей было 924, женских – 229, что составляло одну пятую часть от общего числа монастырей56. Женские монастыри были более населенными, чем мужские. В 1724 году в мужских монастырях насчитывалось 14534 насельников (монахов и послушников), а в женских 10673 (монахинь и послушниц), в 1738-м – соответственно 7829 и 645357. Монашествующих мужчин на протяжении всего XVIII века было больше, чем монашествующих женщин. Многие женские монастыри, будучи более многонаселенными, чем мужские, и зачастую не обладая земельной собственностью, были крайне бедными и получали дотацию от государства. Даже владение вотчиной не гарантировало безбедное существование монастыря.

Перед началом реформы в 1762 году в России было 678 мужских монастырей, населенных 7659 монахами и послушниками и всего 203 женских монастыря с 4733 монахинями и послушницами. В результате реформы Екатерины II 1764 года численность монастырей значительно уменьшилась. Было упразднено 496 монастырей (56 %), из которых было 360 мужских и 136 женских. Все монастыри, за исключением Троице-Сергиевой лавры, Александро-Невского и Чудова монастырей, были распределены на три класса и заштатные. В зависимости от класса государство давало средства на содержание соответствующего числа насельников. Для I класса это было 33, для II - 16, для III - 8 человек. Соответственно, в названиях монастырей появились странно звучащие слова: «второклассный», «третьеклассный». Хуже всего пришлось «заштатным» монастырям, т.е. тем, которые остались за штатами и не получали финансирования из казны. Материальное положение монастырей мужских и женских было различным: жалованье в штатных женских монастырях было в два раза меньше, чем в мужских58.

В результате действий правительства из 964 монастырей осталось только 200. Остальные были либо закрыты, либо оставлены без средств к существованию. Уцелели лишь те обители, которым посчастливилось найти благодетелей из числа богатых помещиков и купцов. Новые же обители открывать запрещалось.

При упразднении монастыря монашествующих переводили в те монастыри, которые были оставлены по штату. Послушники за недостатком помещений и средств в других монастырях были оставлены на произвол судьбы. «Введение штатов 1764 года произвело в монашестве сильное потрясение и на первых порах еще более расстроило его жизнь; никогда еще не было столько бегства монахов из обедневших монастырей и их бродяжничества, как несколько лет спустя после 1764 года; кто искал себе лучшей жизни по разным монастырям, кто удалился в лес для пустынного жительства, а некоторые уходили даже за границу - в Молдавию или на Афон» 59. Часть монашествующих продолжали жить при прежних монастырских церквах, которые становились приходскими. Другие уходили и пристраивались около приходских и кладбищенских церквей, исполняли обязанности просфорников и просфорниц, сторожей, продолжая жить по монастырскому уставу на средства, полученные в виде милостыни. При этом они призревали сирот, обучали детей грамоте, ухаживали за больными и престарелыми60.

В XVIII веке государственное законодательство определяло социальную роль того или иного монастыря. Так, для сирот был назначен Новодевичий монастырь, а для больных и увечных – Вознесенский. Монашествующие могли также направляться на работу в госпитали. В синодальный период государство активно вмешивалось в организацию внутренней жизни монастырей. При этом государственное законодательство, касавшееся мужских и женских монастырей, во многом различалось. Так, в «Прибавлении к Духовному регламенту» 1722 года имеется отдельная глава, посвященная женским монастырям: «О монахинях». Если мужчинам пострижение разрешалось после тридцати лет, то женщинам только в возрасте от пятидесяти до шестидесяти лет. Для женщин-монахинь вводились более строгие правила в общении с миром: всем монахиням, кроме игумении, запрещалось покидать монастырь, а «монастырям женским всегда заключенным быть»61. Монахам же разрешалось выходить из монастыря и даже посещать родственников четыре раза в год, предварительно получив от своего епископа «подорожную».

Весь XVIII век проходит под знаком упадка монашества62. Лишь в конце столетия намечаются первые симптомы его возрождения. Духовный расцвет монашества в XVIII – XIX веках был связан с развитием старчества. Забота старцев о человеческих душах, их покровительство монастырям - и духовное, и материальное - это «особая глава» в истории русского старчества. Прп. Паисий (Величковский) и прп. Серафим Саровский стоят у истоков оздоровления монашеской жизни в XIX в. Учениками учеников прп. Паисия Величковского были, в частности, старцы Оптиной Пустыни. А Оптина в XIX стала центром притяжения православно-мыслящей интеллигенции, таких людей как братья Киреевские (похоронены в Оптиной Пустыни), М.П.Погодин, Н.В. Гоголь, Ф.М. Достоевский, К.Н. Леонтьев и другие.

Много монастырей связано с именами прп. Серафима Саровского, прп. Феодора (Ушакова) и др.: Дивеевский монастырь, Арзамасский Алексеевский, Ардатовский Покровский монастырь в Нижегородской губернии (основан в начале XIX века), Зеленогорская община и др. Под духовным руководством и покровительством оптинских старцев находились многие общины и монастыри: Белевский монастырь (вблизи Оптиной пустыни), Каширский монастырь св. Никиты (основан как община в 1815-м, преобразован в монастырь в 1884 году). Прп. Амвросий Оптинский духовно окормлял Казанскую Шамординскую общину и Горскую пустынь, прп. Варнава Гефсиманский (30-е годы XIX века – 1906 год) – основанный им Выксунский монастырь.

Необходимо сказать, что в XVIII, XIX – начале XX века продолжалась практика использования монастыря в качестве наказания. В монастыри ссылались за отдельные уголовные преступления, прелюбодеяние, старообрядчество, за уклонение в католицизм, женщины, вышедшие второй раз замуж при живом первом муже, за жестокое обращение со своими крепостными. Существовало несколько формулировок содержания для ссыльных в монастырях: «неисходно», «в трудах монастырских», «под караулом» и т. д.

Так, в «Уставе князя Ярослава» за рождение внебрачного ребенка, а также в случае выхода замуж за неразведенного с первой женой женщину ждало заключение в «доме церковном». Я.Н. Щапов в комментариях к публикации «Устава» в издании «Российского законодательства» определяет значение термина «церковный дом» как «монастырское учреждение для отбывания церковного наказания»63. Наиболее известны случаи пострижения в монастырь, связанные с различными политическими событиями. В 1205 году галицко-волынский князь Роман Мстиславич насильно заставил совершить постриги своей жены, дочери, тестя и тещи. В более поздний период пострижение по политическим мотивам было довольно частым явлением. Насильственно пострижены были уже упомянутые царицы Соломония и Евдокия, вдовы казненных Иваном Грозным опальных князей и бояр.

С начала XIX в. и до первой мировой войны количество монастырей увеличилось более, чем в два раза. Быстрый рост числа монастырей начался при Николае I. Затем, в 60–70–е годы, произошла заминка, а с 80–х годов рост еще более ускорился. При этом число женских монастырей и общин увеличивалось без замедлений и в начале XX в. не очень значительно отличалось от количества мужских монастырей. К этому времени некоторые мужские монастыри были преобразованы в женские. Особенно быстрыми темпами умножалось число женских общин.Причинами роста числа монашествующих были: экономические и социально-политические условия в стране, политика правительства в отношении монастырей, аскетические настроения, стремление к образованию64. Определенное значение в этих процессах имели исторические и культурные условия русской духовной истории второй половины XIX века.

Существенную часть монастырских доходов обеспечивали земельные угодья. Екатерининская секуляризация была частично «исправлена» в 1797 г. императором Павлом, который приказал отмежевать монастырям по 30 дес. хорошей земли. В 1838 г. были утверждены новые правила, согласно которым каждому монастырю полагалось выделить от 50 до 150 дес. леса. В дальнейшем, по особым ходатайствам, некоторые монастыри получали угодья из казенных дач и сверх установленной нормы. Одновременно монастыри покупали земельную собственность или получали ее в дар от частных лиц65.

В XIX веке многие из монастырей имели большое социальное значение благодаря активной благотворительной деятельности. В монастырях были сосредоточены благотворительные учреждения: больницы, богадельни, школы, приюты, аптеки и т.д. Монастыри вели различного рода хозяйственную деятельность, дававшую средства и на строительство, и на благотворительность. Отчасти это объяснялось тем, что по циркулярному указу Синода от 28 февраля 1870 года открытие новых обителей допускалось с условием «устройства при ней учебного или благотворительного заведения»66.

В монастырях по давней традиции для богомольцев устраивались бесплатные обеды. В общей трапезной Троице-Сергиевой лавры за столами могли разместиться до 500 человек. Трапеза сопровождалась душеполезным чтением. В это время послушники передвигали кружку для пожертвований от одного обедающего к другому. Пока одни обедали, другие ожидали своей очереди. В летнюю пору число обедающих достигало нескольких тысяч ежедневно.

Женские монастыри активно занимались миссионерской деятельностью, сочетая ее с благотворительностью67. В монастырях открывались больницы и богадельни, церковно-приходские школы для детей окрестных сел и деревень. Мужские монастыри были центрами книжности и образования.

В 1887 году монастыри содержали 93 больницы и 66 приютов для престарелых. Их содержание производилось не только за счет монастырей. В расходах участвовали казна, частные лица и общества. В 1880–90-е годы при монастырях открывались церковно-приходские школы, которые содержались на средства монастырей68.

Дело монастырской благотворительности более интенсивно развивалось в пореформенный период. Это было связано с общей перестройкой социально–экономического уклада в стране. Уходила в прошлое крепостническая опека во всех ее видах, рушились патриархальные отношения, обострялся социальный вопрос. По мнению, историка П.Н. Зырянова, прежняя форма единения с верующими, когда монастыри устраивали угощения для бедных богомольцев за счет богатых жертвователей, уже мало подходила к изменившимся условиям. Многим выброшенным из жизни людям приходилось давать постоянный приют. Кроме того, и примиряющая роль церкви в обществе должна была принять более разнообразные формы, не ограничиваясь проповедями с амвона и душеполезным чтением во время монастырских трапез. Улучшение жизни народных низов путем расширения монастырской благотворительности по существу было попыткой смягчить социальный вопрос, укрепить в людях веру в устои религии, добра и справедливости69.

В пореформенный период главным направлением развития русских монастырей стало образование женских общин с благотворительным уклоном. Это начинание совершалось под покровительством императрицы Марии Александровны, супруги императора Александра II, и великой княгини Александры Петровны, супруги великого князя Николая Николаевича (Старшего). Активной их помощницей была игумения Серпуховского Владычного монастыря Митрофания (баронесса П. Г. Розен). По личному распоряжению императрицы на серпуховскую игумению - бывшую фрейлину высочайшего двора - возлагалось учреждение одной за другой женских общин70.

XIX век и начало ХХ-го были благоприятным периодом в жизни русских монастырей. За это время количество монастырей и общин более чем удвоилось, численность же монашествующих (не считая послушников) увеличилась более, чем в пять раз. В жизни России монастыри, в особенности такие монастыри как Троице-Сергиева и Киево-Печерская лавры, Оптина и Саровская пустыни играли значимую роль, поддерживая основы нравственности и благочестия71.
1.2.2. История монастыря при митрополите Платоне (Левшине) (1766-1812).
Махрищский монастырь, потерявший в 1615 году самостоятельность, подчинился управлению учреждённого собора Троице-Сергиевой Лавры и имел «настоятельство строительное»72. Упразднилась функция избрания настоятелей, игуменов из числа братии. Новые руководители братии именовались строителями, и назначались по решению собора Лавры. На строителей была возложена миссия обустройства обители. Строители, назначавшиеся на должность Троице-Сергиевой Лавро й, отсылали свои прошения в духовный собор на имя наместника Лавры. По рассмотрении духовным собором, указания отсылались в Махру. Если прошения требовали дополнительного рассмотрения, то наместник Лавры отправлял рапорт и мнения духовного собора о кандидате в Святейший правительствующий Синод на имя митрополита, откуда необходимые разъяснения возвращались в духовный собор и, затем, сообщались отцу строителю в Махрищский монастырь.

Нужно заметить, что в XVIII—XIX веках Троице-Сергиева Лавра стала одним из богатейших монастырей России, входила в число самых крупных землевладельцев73 (в 1763 году, в преддверии крупной конфискации церковных земель, Лавре принадлежало более 100 тысяч душ крестьян)74. Активная торговля (зерновыми, солью, предметами быта) способствовала приумножению богатств монастыря; его финансовое положение в XVII—XVIII вв. отличалось большой прочностью; велики были пожертвования в пользу ополчения и русской армии (в 1812-м году - около 70 тысяч рублей). Значение Лавры как культурного центра также возрастало; в 1814 году сюда из Москвы была переведена Духовная академия, расположившаяся в здании Царских чертогов. Наиболее известными настоятелями Лавры в XIX веке были митрополит Платон (Левшин), ведший активное строительство, святитель Филарет (Дроздов), основавший близ Лавры Гефсиманский скит, и святитель Иннокентий (Вениаминов)75.

Необходимо сказать несколько слов о приписных к Троице-Сергиеву монастырю обителях, т. е. обителях, которые, быв приписаны к нему или быв отданы в его заведывание, находились в его распоряжении административном и хозяйственном и которые были управляемы присылавшимися из него строителями. Два приписных монастыря были у Троице-Сергиева монастыря еще при самом преподобном Сергии, это – Киржачский Благовещенский монастырь, основанный им самим, и Гороховецкая Георгиевская пустынь, основанная по его благословению. К 1561 г., когда игумен монастыря был возведен в сан архимандрита, постепенно число приписных монастырей, перечисляемых в настольной грамоте архимандриту, умножается и достигает 12. В 1641 г., когда была произведена перепись Троице-Сергиева монастыря, число приписных монастырей стало 15. После изъятия у монастырей вотчин приписным к Лавре монастырем оставлен один Махрищский монастырь76.

Документально приписка Махрищского монастыря была оформлена жалованной царской грамотой и переписными книгами переславского сына боярского С.Айгустова, изданными почти одновременно - 15 и 18 августа 1615 г. Вся его вотчина состояла из древнего сельца Зеленцына на р.Сере, полученного еще в 1433 г. от боярина удельного кн.Юрия Дмитриевича Галицкого А.В.Лыкова77. Село представляло собой довольно крупный и освоенный земледельческий комплекс.

В сотной грамоте владений Махрищского монастыря 1563 г. перечислены следующие селения: «село Зеленцыно, а въ немъ церковь Пречистыя Богородицы стоитъ пуста, безъ пения, въ селе дворъ монастырский да крестьянскихъ 16 дворовъ; село Неглово на реке Молохче, а въ селе церковь Никола Чудотворецъ стоитъ пуста, безъ пения, въ селе дворъ монастырский, 6 крестьянскихъ дворовъ и 4 пустыхъ; сельцо Ярцово, въ немъ дворъ монастырский и 12 дв. крестьянскихъ, сельцо Полосино, въ немъ дворъ монастырский и 12 дв. крестьянскихъ и 7 пустыхъ, сельцо Конково – 7 дворовъ и 4 пустыхъ, деревня Запрудное – 2 двора, Лукьяново – 3 двора, Высокое на реке Сере 3 двора, Захаровское – 3 двора, Красное – 4 двора, Онисимово – 2 двора, Данилково – 13 дворовъ и 1 пустой, Попово – 8 дворовъ и 3 пустыхъ, Площицыно – 1 дворъ, Малиново – 7 дворовъ, Глинково – 3 дв. и 2 пустыхъ и 2 деревни запустелыхъ»78. В этом перечне подмонастырская слободка не упоминается; очевидно, она в то время еще не сформировалась.

В продолжение второй четверти ХVII в. происходило успешное восстановление пустующих деревень в окрестностях Махрищского монастыря, и по «дописи» переславских писцов А.Загряжского и подьячего Д.Минчакова в 1646/47 г. была зафиксирована группа деревень по рекам Сере и Молохче (Рыкулино, Малинново, Офонасово, Запрудная и др.), которые с 1620-х гг. интенсивно заселялись новыми жильцами.

По писцовым книгам 1627-1629 года за Махрищским монастырем числилось четыре сельца, восемь дере­вень, 44 пустоши, немало строевого лесу и 760 душ крестьян. К концу 1640-х годов в переславской вотчине Махрищского монастыря насчитывалось «563 четв. пашни в 1 поле и 66 дворов»79.

По описи 1642 г., кроме Троицкого храма с приделами Преподобного Стефана и Владимирской иконы Богоматери, упоминаются три деревянных жилых корпуса: хоромы для приезда священноначалия, строительские кельи, где проживали присланные из Троице-Сергиева монастыря иеромонахи, и братский корпус, в одной из келий которого находилась трапезная. Хозяйственных построек в то время в монастыре не было. Но, несмотря на столь скудное положение, монастырь по распоряжению Петра I должен был выслать из принадлежавших ему деревень молодых здоровых рабочих с топорами, вилами и заступами для построения нового града Петербурга80.

В переписных книгах 1678 года о владениях Махрищского монастыря сказано следующее: «Троицкаго Махрищскаго Монастыря подмонастырская слободка, а въ ней живутъ служебники – 2 двора да бобылей 4 двора да детенышей – 4 двора, 1 дворъ бобыльский, а въ немъ живетъ белый дьяконъ, 1 дворъ монастырской, а въ немъ дворникъ, дворъ конюшенной, дворъ скотской, дворъ кузнецовъ, дворъ служебникъ, а всего въ слободке – 3 двора служебныхъ, людей въ нихъ 13, 4 двора детенышей, въ нихъ 9 человекъ, 1 дворъ конюховъ – 3 человека, 3 двора бобыльскихъ – 10 человекъ, 1 дворъ кузнецовъ – 4 человека». «Махрищскаго монастыря деревни: 1) Ярцово – 21 дворъ, 2) Зеленцыно – 19 дворовъ жилыхъ и 1 пустой, въ немъ живетъ захребетникъ; 3) Рыкулино – 6 дворовъ; 4) Малиново – 12 дворовъ; 5) Афанасово – 4 двора; 6) Полосино – 6 дворовъ; 7) Данилково – 9 дворовъ; 8) Неглово 14 дворовъ, а въ прежнихъ переписныхъ книгахъ за Махрищскимъ монастыремъ записана деревня Запрудная, но она запустела до морового поветрия, а всего въ деревняхъ крестьянскихъ 94 двора, бобыльскихъ 3, людей въ нихъ 313 человекъ»81.

До 1764 года монастырь продолжал владеть многими землями. Кроме того, по указу 1765 года оби­тели принадлежало право рыбной ловли в реках Молокче и Шерне на протяжении 30 верст.

В 1764 г. при упразднении монастырских вотчин, все владения Махрищского монастыря перешли в ведомство государственных имуществ и образовали самостоятельный приход. Но этот самостоятельный приход не имел своего храма: приходское духовенство и прихожане пользовались монастырским храмом. Митрополит Платон в 1788 году распорядился устроить над монастырскими восточными воротами особую церковь с особым входом для прихожан; средства на постройку церкви даны были отчасти и прихожанами. В 1791 г. Церковь была освящена во имя преподобного Сергия. Эта церковь и стала приходской.82 Она была холодной, и прихожане в зимнее время предпочитали ходить на богослужение в теплый монастырский храм, что вызывало взаимное недовольство между приходским духовенством и монастырем.

В «Историко-статистическом описании церквей и приходов Владимирской епархии», составленном историком В.М. Березиным, церковь была достаточно снабжена утварью, ризницей, святыми иконами и богослужебными книгами. «Церковные документы хранятся въ целости: копии съ метрическихъ книгъ съ 1802 года, исповедныя росписи съ 1824 года. Причта по штату положено: священникъ, диаконъ и псаломщикъ. На содержание его получается: а) отъ земли пахатной и сенокосной до 210 руб.; б) процентовъ съ причтоваго капитала (386 руб.) – 15 руб.; в) отъ хлебнаго сбора 60 руб.; г) отъ службъ и требоисправлений до 500 руб., а всего до 785 руб. въ годъ. Дома у причта собственные на церковной земле. Земли при церкви: усадебной 3 десят., пахатной 18 дес. и сенокосной 11 десятинъ; плана и межевой книги на землю не имеется. Приходъ состоитъ изъ Махрищской слободы и деревень: Юрцева (1 вер. отъ церкви), Кошмилова (2 вер.), Рыкулина (2 вер.), Афанасова (1 вер.), Малинова (3 вер.), Полосина (5 вер. Сельцо Полосино куплено Махрищскимъ монастыремъ у некоего Шарана Гаврилова въ 7040 году (1532).), Данилова (2 вер.) и Неглова (2 вер.), въ коихъ по клировымъ ведомостямъ числится 836 душъ муж. пола и 966 женскаго; все православные. Въ Махринской слободе имеется земская народная школа; учащихся въ 1892-93 учебн. году было 62»83.

При митрополите Платоне (Левшине) сложилась монастырь приобрёл новое положение, став исправительным84. Устроить должным образом внутреннюю духовную жизнь в такой ситуации становится делом затруднительным.

В России существовало немало исправительных монастырей. Попадали туда на исправление в основном провинившиеся монашествующие, были так же лица из белого духовенства, и светские люди85. Для некоторых из них это было следствием уклонения в старообрядчество или сектантство. Среди них попадались люди, совершившие тяжкие преступления.По закону монастырским заключением на разные сроки карались неверные супруги, незамужние женщины, согласившиеся на похищение их с целью вступления в брак, и лица, вступившие в кровосмесительную связь. В монастырь отсылались и дети, в возрасте от 10 до 14 лет, совершившие преступления «с разумением». В особых случаях человек мог быть заточён в монастырь по высочайшему повелению.

В 1840 г. согласно обер-прокурорскому отчёту, во всех монастырях на епитимии содержалось 1395 чел (848 муж. и 547 жен.).

Заточение в обычном монастыре не было очень тяжёлым наказанием. Зато печальную известность стяжали две монастырские тюрьмы – на Соловках и в Суздальском Спасо-Евфимиевом монастыре. В 1851 г. вопрос о светских лицах, находящихся на епитимии в монастырях, специально рассматривался Синодом, который признал, что число таковых лиц «представляется весьма значительным». Синод выразил сожаление, что заключённые в монастыри «люди торговые и поселяне отторгаются от своих привычных занятий, а семейные от семейства», вместо раскаяния у них «возрождается ожесточение», монастыри же несут большие расходы по их содержанию и «страдают от соблазнительного их поведения». В циркулярном указе Синода епархиальным властям предписывалось пересмотреть дела о содержащихся в монастырях светских лицах, по возможности отдать их под надзор духовных отцов по месту жительства и впредь прибегать к ссылке в монастырь лишь в крайних случаях86.

Эпоха освобождения не внесла значительных изменений в эту сторону общественной жизни, хотя светских лиц среди монастырских заточников стало значительно меньше. В 1864 г. их было 266, в 1865 – 212, в 1866 – 193. Духовных лиц в те же годы насчитывалось около 900 человек в год (в основном за пьянство, буйство и неблагопристойное поведение). В 1868 г. Синод ещё раз вернулся к этому вопросу и отметил, что «монастыри, вопреки их назначению, обременены множеством заключённых в оные людей духовного и светского звания». В епархии был разослан указ об освобождении из монастырей, с преданием епитимии по месту жительства, всех светских лиц, которые находятся в заточении не по высочайшему повелению и не за те преступления, за которые полагается монастырское заключение87.

К концу XIX в. «исправительные» функции монастырей значительно ослабли. В арестантских отделениях насчитывалось не более двух-трёх узников. Но в самом конце века дело неожиданно приняло новый оборот. 2 июня 1897 г. был принят закон об изменении в судопроизводстве по делам о несовершеннолетних преступлениях и о мерах их наказания.

Было установлено, что в местностях, где отсутствуют приюты и колонии для несовершеннолетних преступников, малолетние преступники с 10 до 14 лет могут отбывать наказание «в монастыре их вероисповедания» – даже в случае тяжких преступлений. Если же преступление совершено «без разумения», то в монастыре мог оказаться и 17-летний правонарушитель. Для предварительного же заключения (до суда) монастырь мог использоваться для любых преступников от 10 до 17 лет. «Избрание православных монастырей для помещения в них несовершеннолетних, – отмечалось в законе, – производится по предварительном сношении с местными архиереями»88.

По мнению историка П.Н. Зырянова, издание этого закона произошло в то время, когда правительство пыталось поднять роль церкви в воспитании подрастающего поколения. То, что было невозможно в эпоху Освобождения – превращение монастырей в тюрьмы для малолетних – стало возможно позднее, под покровом официальной консервативно-монархической идеологии конца века. Хотя толчком к изданию закона, несомненно, послужило недостаточное количество мест в тюрьмах89.

В отношении Махрищского монастыря нужно заметить, что в нём не появлялись ни светские лица, ни лица из белого духовенства. Есть сведения только о ссыльных монашествующих. Некоторые неугодные или провинившиеся монахи ссылались на исправление из главного монастыря, т.е. Лавры, и из других подведомственных монастырей.

С именем митро­полита Платона Левшина связан новый расцвет Махрищской обители. Митрополит Платон был одним из величайших русских святителей XVIII в. и плодовитейшим духовным писателем своего времени90. Переведённый в Москву на архиепископскую кафедру указом императрицы Екатерины II в 1775 году митрополит Платон оставался наместником Троице-Сергиевой лавры и не оставлял своим вниманием подведомствен­ные лавре монастыри. Летом Владыка проводил в обители препо­добного Стефана иногда по две-три недели, отдыхая здесь от многочисленных трудов по управлению епархией. В монастыре был устроен для него особый покой, позднее обращённый в монастырскую гостиницу. По воспоминаниям современников, митрополит во время пребывания в Махре вёл себя очень просто. В одном простеньком подряснике он совершал прогулки по окрестным лёсам и лугам, подходил к работавшим в поле крестьянам, давал им святительское благословение, входил в их заботы, часто помогая деньгами нуждающимся91.

Его попечением сооружены Троицкий собор, надвратные церкви Преподобного Сергия и Святых первоверховных апостолов Петра и Павла, а в 1791-1792 гг. - также каменная ограда с четырьмя башнями.

Владимирский губернатор князь И.М. Долгоруков отмечает: «В уезде заметим Махринскую обитель, любимое Платоном и пустынное местечко. Оно по положению своему в ведомстве владимирского епископа, но, принадлежа исстари к Троицкой лавре, осталось под непосредственным начальством московского митрополита. Митр. Платон особенно рачит о красоте внутренней и наружной монастыря. Трудами его и собственным иждивением выстроен новый храм по примеру Вифанской его пустыни, в два яруса сквозные с хорами и возвышенным на горе престолом. Вход в церковь величествен»92.

С конца XVIII века начинает складываться основной архитектурный комплекс монастыря. Заботой митрополита Платона в 1791-92 годах на восточных вратах обители была построена каменная церковь во имя преподобного Сергия Радонежского, в эти же годы обитель была обведена новой каменной оградой, с четырьмя башнями по углам. В 1806 году на северных вратах построили каменную же церковь во имя свв. апп. Петра и Павла.

К 1807 году главный собор обители – Троицкий – сильно обветшал. Его разобрали и иждивением митрополита Платона выстроили новый собор, освящённый 23 августа 1808 года, в день отдания праздника Успения Пресвятой Богородицы93. Проповедь произнёс молодой учитель красноречия и риторики Московской Духовной семинарии Василий Дроздов, будущий митрополит Московский и Коломенский Филарет, часто бывавший в монастыре вместе с митрополитом.

В самой планировке комплекса и, главным образом, в формах Троицкого собора сказалось влияние архитектурного ансамбля Спасо-Вифановского монастыря. Главный храм обители во имя Живоначальной Троицы был сооружён по образу Вифановского Преображенского храма. Собор был двухэтажным: в нижнем храме находился престол в честь свт. Иоанна Златоуста, в верхнем – во имя Святой Живоначальной Троицы. В верхний храм вели широкие лестницы, а сам он представлял собой круглую галерею на колоннах. К западному фасаду при этом ремонте был пристроен двухэтажный притвор со сводами, в котором на втором этаже размещались ризница и библиотека, а с севера часовня над могилой местночтимого епископа Варлаама. Настоятельские кельи и братский корпус были поставлены у северной стены ограды в 1768-1769 гг. Свой настоящий облик здание получило во 2-й половине XIX в.

Митрополит Платон занимался не только внешним благоустройством. Известно, что в разные годы Махрищская обитель приходила в упадок. Так, к 1787 году (при строителях Досифее и Иакове) братии в монастыре оставалось несколько человек, в связи с чем Духовный собор Лавры рекомендует новому строителю «по благословению митрополита Платона завести братство…, подобно Берлюковой пустыни, для чего велено туда съездить, побыть в ней неделю, поговоря и посоветуясь с той пустыни строителем, который из ничего устроил монастырь и содержит хорошо»94.

Тринадцать лет управлявший монастырём иеромонах Астион (1787-1800, †1801) сумел поднять обитель на прежнюю высоту. Посетивший в 1789 году обитель Высокопреосвященнейший митрополит Платон, остался весьма доволен тем, что «братия в послушании трудятся, пруд сами чистят, общую трапезу имеют, странноприимствуют, мельницу устроили, службу церковную производят тщательно, по монастырскому обыкновению» 95.

18 декабря 1797 года император Павел издал указ, по которому для архиерейских домов были удвоены земельные участки, и дополнительно отведены архиереям и монастырям: мельницы, рыбные ловли и другие угодья. 20 января 1798 года, во исполнение указа, Махрищскому монастырю были отведены: земля, рыбные ловли и мельница96.

Митр. Платон много заботился о строительстве в Троице-Сергиевой лавре и приписных к ней обителях. В начале его служения в Москве (1778 г.) он на полученные из казны 30 тысяч рублей богато украсил лавру, сделав во многих храмах стенную роспись и новые иконостасы (в Троицком соборе - обложенный серебром), устроил Серапионовскую и Максимовскую палатки и многое другое. В 1808 г. были покрыты медью с позолотой главы Троицкого и Успенского соборов, и на Духовской и трапезной церквах. В Троицком соборе над мощами преподобного Никона была сделана серебряная сень на столбах, ценою в 20 000 рублей, и серебряная рака. В 1795 г. митрополит пожертвовал в Троицкий собор серебряный семисвечник, дарохранительницу весом 9 фунтов золота и 32 фунта серебра. Семисвечник этот в виде разделяющейся на семь частей ветви с чеканными листьями представляет собой образец художественной ювелирной работы и в то же время христианского настроения жертвователя. На семисвечнике сделана надпись: «Твоя от Твоих, Тебе приносит через Твоего Архиерея, Всечестного и Великого Архиерея грешный Платон в лето... якоже вдовицы прими и мою лепту». Митрополит Платон основал монастырь в Вифании, в 1779 г. возобновил Николаевскую Берлюковскую пустынь, в 1808 г. построил храм во имя Святой Троицы в Троицком Стефано-Махрищском монастыре. Возобновил архиерейские палаты в Москве, разрушенные и разграбленные во время чумного мятежа в 1771 г.

Большой заслугой Платона (тогда еще архиепископа), вскоре после назначения его на Московскую кафедру, было уничтожение пресловутого «крестца» у Спасских ворот, где собирались отрешенные от мест, а иные и запрещенные или состоящие под судом попы. За самую малую цену (5-10 копеек) нанимались они служить обедни. «Делало это нестерпимый соблазн, но Бог помог архиепископу все сие перенести, так что сего и следа не осталось, хотя оно продолжалось, может быть, через несколько сот лет и хотя прежние архиереи в том же старались, но не успели». И мало того, что не успели, но всего несколько лет назад попытка епископа Амвросия уничтожить этот крестец была одной из причин, приведших к мятежу и его убийству, так что, кроме всего прочего, для этого дела требовалось и немалое мужество. Уменьшил митрополит Платон и число домовых церквей, соединил приходы, чтобы они могли безбедно содержать священников, так как заметил, что чем беднее духовенство, тем более подвержено оно разным порокам. Не одобрял он и принятые тогда выборы прихожанами священно- и церковнослужителей, которые часто вели к злоупотреблениям. Сначала многие были этим недовольны, но потом увидели, что священники им назначаются хорошие и гораздо лучше выбранных ими, и перестали роптать.

2 сентября 1812 года, когда французы заняли столицу, митрополит Платон, принуждаемый окружающими, выехал в Махру. Скончался он 11 ноября 1812 г. в Вифании, где и погребен.


Каталог: DATACENTER -> DIR FILES -> DIR ZIP
DIR ZIP -> Коптская церковь в новое и новейшее время
DIR ZIP -> На правах рукописи
DIR ZIP -> Петрушко В. И. Автокефалистcкие расколы на Украине в постсоветский период 1989-1997
DIR ZIP -> 1 Введенский девичий монастырь с момента основания до пожара 1843
DIR ZIP -> Программы вступительного испытания ««Историография истории России»
DIR ZIP -> Священник александр мазырин
DIR ZIP -> Святитель Тихон – митрополит Московский и Коломенский. К 95-летию избрания на Московскую кафедру
DIR ZIP -> Храм христа спасителя и поместный собор 1917–1918 гг
1   2   3   4   5   6

  • 1.2.2. История монастыря при митрополите Платоне (Левшине) (1766-1812).