Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Проблемы сохранения и развития русской культуры в условиях эмиграции первой волны




Скачать 417.73 Kb.
страница1/2
Дата03.07.2017
Размер417.73 Kb.
ТипАвтореферат
  1   2




На правах рукописи

СИРОТА Ольга Сергеевна


ПРОБЛЕМЫ СОХРАНЕНИЯ И РАЗВИТИЯ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ В УСЛОВИЯХ ЭМИГРАЦИИ ПЕРВОЙ ВОЛНЫ

(КУЛЬТУРНО-ПРОСВЕТИТЕЛЬСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ И ЛИТЕРАТУРНОЕ ТВОРЧЕСТВО ПИСАТЕЛЯ-ЭМИГРАНТА

Г.Д. ГРЕБЕНЩИКОВА)


Специальность 24.00.01 – Теория и история культуры


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата культурологии

Москва – 2007

Работа выполнена на кафедре лексикографии и теории перевода факультета иностранных языков и регионоведения Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова


Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор БЕЛЬЧИКОВ Юлий Абрамович

Официальные оппоненты: доктор филологических наук, доцент

ЛЕДЕНЕВ Александр Владимирович


кандидат филологических наук

МАРЧЕНКО Татьяна Вячеславовна

Ведущая организация: Томский государственный университет

Защита диссертации состоится «18» сентября 2007 года в 15-30 на заседании диссертационного совета Д.501.001.28. при Московском государственном университете им. М.В. Ломоносова.

Адрес: 119192 Москва, Ломоносовский проспект, д. 31, корп. 1, факультет иностранных языков и регионоведения, ауд. 107-108.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке МГУ


им. М.В. Ломоносова (1-й корпус гуманитарных факультетов).

Автореферат разослан «___» __________ 2007 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Жбанкова Е.В.

Мировое рассеяние русских людей начала XX века культурологи называют трагедией, нарушившей целостность отечественной культуры. Сегодня, спустя почти столетие после этих трагических событий, проблема сохранения целостности культуры и ее устойчивости под влиянием внешних и внутренних процессов становится центральной темой многочисленных культурологических, социологических, политологических исследований, авторы которых, принимая реальность ускоряющейся глобализации, все более отчетливо понимают, что перед российским обществом на повестке дня стоит вопрос определения аксиологических парадигм и основополагающих принципов национальной идеологии современной России, вопрос, от решения которого во многом зависит будущее нашей страны и перспективы развития самой русской, российской культуры.

Несмотря на наличие альтернативных мнений историков о времени начала формирования «русского зарубежья» как культурного и политического феномена, можно с уверенностью утверждать, что как интеллектуальное и духовное явление мирового масштаба оно начало формироваться лишь с так называемой первой волной эмиграции (конец 1910-х–начало 1920-х гг.), тогда массовый исход наших соотечественников из страны после победы Октябрьской революции 1917 г., поражения белых армий в гражданской войне 1918-1922 гг. и образования советского государства привел к появлению за рубежом более чем трехмиллионной русской диаспоры. «Русское зарубежье» подразумевает «существование за границей как бы второй («малой») России – особого самодостаточного «мира» со своим образом жизни и устоями, взаимоотношениями и привязанностями»1 и представляет совершенно уникальный феномен отечественной культуры.

В настоящее время культурное наследие русского зарубежья активно изучается российскими исследователями. В их работах феномен русского зарубежья рассматривается с самых различных точек зрения: это и проблемы функционирования национального языка в условиях иноязычного окружения2; и отдельный круг исследований, посвященный изучению литературного и культурно-философского наследия русского зарубежья3; и обширный корпус работ, представляющий попытки обобщений в отношении путей и форм социальной адаптации в инокультурной среде; развития культурной и научной жизни российских колоний4; роли и места российской эмиграции в современном культурном и историческом процессе5 и т.д.

Результатом интенсификации научных исследований (доступ в закрытые ранее архивы, публикация рассекречиваемых источников) стало появление многочисленной справочной литературы6, первых учебников и учебных пособий по литературе и культуре русского зарубежья7.

И тем не менее, в истории русской эмиграции все еще остается немало «непрочитанных» страниц.

Одной из таких своеобразных «лакун» в отечественной культурной памяти является литературно-философское наследие выдающегося писателя, философа, просветителя и общественного деятеля Георгия Дмитриевича Гребенщикова (1884–1964), его вклад в сохранение, развитие и популяризацию русской культуры в эмиграции.

Автор многотомной эпопеи «Чураевы» (1921–1922; 1925; 1926; 1927; 1933; 1936; 1952), романа «Былина о Микуле Буяновиче» (1924), философской публицистики «Гонец» (1928), «Радонега» (1938), автобиографической повести «Егоркина Жизнь» (1966), философ, этнограф, преподаватель, лектор и общественный деятель Гребенщиков, широко известный в Европе и Америке сегодня, более чем через восемьдесят лет после эмиграции, в своих произведениях и деяниях, в своих думах о России возвращается на родину.

В биографии писателя можно выделить три главных периода: жизнь в России (1884-1919), Европе (1920-1924) и Америке (1924-1964).

«Российский» период жизни и творчества Г.Д. Гребенщикова исследован достаточно полно и получил подробное описание в работах Н.Н. Яновского8,
Т.Г. Черняевой9, С.С. Царегородцевой10, О.М. Тарлыковой11.

В немногочисленных, главным образом, публицистических работах «европейский» и «американский» периоды жизни Г.Д. Гребенщикова, на которые приходятся годы наивысшего расцвета его творческой и культурно-просветительской деятельности, освещены кратко и фрагментарно. Среди обзорных публикаций12 следует отметить работы В.А. Росова13, в которых автор впервые проблемно обозначил вехи американского пути писателя.



Цель исследования состоит в изучении особенностей сохранения и развития русской / национальной культуры в условиях эмиграции первой волны на примере просветительской, общественной и литературно-творческой деятельности писателя-эмигранта Г.Д. Гребенщикова, а также определении значения его романа «Былина о Микуле Буяновиче» («The Turbulent Giant: An Epic Novel on Russian Peasantry») в донесении до западной интеллектуальной элиты особенностей духовного мира русского человека и русской культуры.

Поставленная цель предусматривает решение следующих задач:



  1. изучение оригинальных архивных документов на предмет информации, имеющей отношение к культурно-просветительской и общественной деятельности Г.Д. Гребенщикова в годы эмиграции в Европе (1920-1924) и США (1924-1964) для определения роли писателя в общественной и культурной жизни русской колонии в Европе и Америке, его вклада в поддержание русско-американского культурного диалога;

  2. анализ культурно-просветительской и общественной деятельности
    Г.Д. Гребенщикова с точки зрения определения условий сохранения и развития национальной культуры в условиях культурной изоляции;

  3. анализ историко-философского романа Г.Д. Гребенщикова «Былина о Микуле Буяновиче» на предмет интерпретации «фольклоризма» писателя, авторского обращения к культурно-исторической традиции героического эпоса;

  4. анализ литературного «портрета» русского человека, нашедшего отражение в романе «Былина о Микуле Буяновиче», сравнение представлений
    Г.Д. Гребенщикова о русском национальном характере с взглядами русских философов, современников писателя;

  5. анализ отзывов и рецензий на роман Г.Д. Гребенщикова «Былина о Микуле Буяновиче» американских писателей и литературных критиков, сочинений американских студентов, отчетов Конгресса США с точки зрения значения этого произведения для развития представления и понимания особенностей духовного мира русского человека и русской культуры на Западе.

Материалом исследования послужили документы Российского государственного архива литературы и искусства (РГАЛИ), Государственного музея истории литературы, искусства и культуры Алтая (ГМИЛИКА), Бахметьевского архива русской и восточно-европейской истории и культуры при Колумбийском университете (Bakhmeteff Archive of Russian and East European History and Culture, Columbia University), исследовательского центра истории эмиграции при университете штата Миннесота (Immigration History Research Center, University of Minnesota), музея Н.К. Рериха в Нью-Йорке (Nicholas Roerich Museum), архива библиотеки Флоридского Южного колледжа (Florida Southern College, Roux Library), уникальные документы из частных архивов, а также статьи, рецензии литературных критиков-эмигрантов из отделов русского зарубежья Российской государственной библиотеки (РГБ) и Института научной информации по общественным наукам РАН (ИНИОН).

Актуальность работы определяется неуклонно повышающимся интересом к литературному и культурному наследию русского зарубежья российских ученых, политических и общественных деятелей, педагогов, читающей публики, вызванным процессом духовного возрождения России, востребовавшим как возвращения к истокам, так и максимально полного собирания достижений русской культуры, необходимых, в том числе, для обучения и воспитания молодого поколения граждан России.

Научная новизна работы определяется тем, что она является первым монографическим исследованием, включающим описание и систематический анализ эмигрантского периода жизни Г.Д. Гребенщикова, особое место в котором уделено историко-философскому роману «Былина о Микуле Буяновиче». Исследование построено на многочисленных, ранее неизвестных в России архивных документах: рецензиях русских критиков-эмигрантов и американских литературных критиков, отзывах о Г.Д. Гребенщикове американской интеллигенции, газетных статьях, материалах отчетов конгресса США, переписке писателя, сочинениях о романе, сделанных американскими студентами Гребенщикова.

Теоретическая ценность диссертации состоит в том, что в ней рассматриваются актуальные для современной культурологической науки вопросы сохранения и развития национальной культуры в условиях культурной изоляции, проблемы взаимодействия и взаимообогащения национальных культур, возможности культурного диалога на примере культурно-просветительской и общественной деятельности русского писателя-эмигранта Г.Д. Гребенщикова. В работе впервые предпринимается попытка оценить вклад писателя в культуру русского зарубежья, шире, общерусскую культуру. Данное исследование предлагает ввести в отечественный академический контекст новое литературное произведение – роман Г.Д. Гребенщикова «Былина о Микуле Буяновиче».

Практическая ценность диссертации состоит, в первую очередь, в возможности использования ее материалов и выводов при подготовке лекционных курсов, семинарских занятий и практикумов по истории литературы и культуры русского зарубежья XX века. Кроме того, результаты исследования могут предоставить ценный материал при разработке учебников и составлении энциклопедических изданий по истории и культуре русской эмиграции первой волны.

Теоретический базой исследования послужили положения, разработанные в работах по:

  1. истории литературы и культуры русского зарубежья (В.В. Агеносов, И.Л. Анастасьева, Ю.П. Анненков, Т.П. Буслакова, Р.Б. Гуль,
    О.Н. Михайлов, М.И. Раев, М. Слоним, А.И. Смирнова, А.Г. Соколов, В.В. Сорокина, Г.П. Струве и др.);

  2. русской философии (А. Белый, Н.А. Бердяев, В.И. Иванов, И.А. Ильин, Н.О. Лосский, В.В. Розанов, П.А. Флоренский, С.Л. Франк и др.);

  3. культурной антропологии и теории межкультурной коммуникации
    (Е.М. Верещагин, В. фон Гумбольд, В.Г. Костомаров, А.В. Павловская, С.Г. Тер-Минасова и др.);

  4. теории фольклора (В.П. Аникин, А.М. Астахова, М.А. Венгранович,
    Д.Н. Медриш, А.Л. Налепин, А.А. Петросян, В.Я. Пропп, Б.Н. Путилов, Ю.М. Соколов, В. Чичеров).

Апробация работы. Основные положения диссертации отражены в публикациях по теме исследования, а также в докладах, сделанных на XI, XII, XIII и XIV Международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов» (МГУ, Москва, 2004; 2005; 2006; 2007), научно-практической конференции «Алтайский текст в русской культуре» (Алтайский госуниверситет, Барнаул, 2004), научной конференции «Феномен творческой личности» (МГУ, Москва, 2005), XI Международной конференции «Россия и Запад: диалог культур» (МГУ, Москва, 2006), Международной конференции «Перевод: язык и культура» (ВГУ, Воронеж, 2006). Результаты исследования обсуждались на заседаниях кафедры сравнительного изучения национальных литератур и культур факультета иностранных языков и регионоведения МГУ им. М.В. Ломоносова, а также аспирантских семинарских занятиях по теории и истории культуры на факультете иностранных языков и регионоведения МГУ им. М.В. Ломоносова.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, примечаний, библиографии, включающей 329 названий на русском и английском языках, и приложения. В приложении представлены фотографии, любезно предоставленные архивным отделом библиотеки (Roux Library) Флоридского Южного колледжа (Florida Southern College, Lakeland, Florida), а также «Обществом возрождения истории литературы Сибири» (Барнаул; пред. А.Б. Фирсов). Фотографии могут быть использованы при издании работ Г.Д. Гребенщикова. Некоторые снимки в России публикуется впервые.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается выбор темы, определяются цель и задачи работы, формулируются ее актуальность, научная новизна, теоретическая и практическая значимость.

В главе I «Культурно-просветительская и общественная деятельность
Г.Д. Гребенщикова в Европе и Америке (1920-1964 гг.)»,
состоящей из двух параграфов, выявляются и анализируются главные достижения Г.Д. Гребенщикова в области культурного строительства в эмиграции с точки зрения сохранения и развития русской культуры в условиях изоляции.

В пункте 1.1 «Особенности культурной и общественной жизни русского Берлина и Парижа в 1920-е гг.» определяются характерные черты культурной и общественной жизни русской диаспоры в Берлине и Париже в первой четверти XX века. Из большого числа центров русского рассеяния (Берлин, Париж, Прага, София, Белград, Харбин) в данном исследовании основное внимание сосредоточено на ключевых характеристиках условий существования русского Берлина и Парижа, т.к. именно в этих городах, в начале XX века считавшихся «столицами» русского зарубежья, разворачивалась деятельность Г.Д. Гребенщикова в европейский период эмиграции (1920-1924 гг.).

В 1920–1923 гг. ведущим культурным и литературным центром русской эмиграции был Берлин. Жизнь русского Берлина была отмечена невероятным духовным и творческим подъемом – в 1920-е гг. здесь возникло множество русских общественных, просветительских и культурных организаций, существовали три постоянных русских театра, функционировал целый ряд русских издательств, выпускалось несколько ежедневных русских газет и литературно-художественных журналов и альманахов. Отличительной особенностью жизни русской диаспоры в Берлине в указанный период была возможность поддерживать постоянную двустороннюю связь с родиной, и это общение в большинстве случаев было свободным или почти свободным, что, несомненно, отражалось на настроениях русской эмигрантской общины, воспринимавшей свое положение как временное изгнание, убежденной в недолговечности произошедших в России политических и социальных изменений и верившей в скорое возвращение на родину. В этот период никто не отрицал и не мог отрицать существования единой русской культуры.

К концу 1923 г. по целому ряду социальных и экономических причин началось массовое переселение русских эмигрантов из Веймарской республики в Париж, вскоре ставший крупнейшим культурным, политическим, научным и религиозным центром русской эмиграции. «Великий исход» (И. Бунин) русских беженцев в Париж впервые обозначил идейно-смысловой и психологический разрыв между «материковой» русской культурой и культурой русской диаспоры. Единое пространство русской культуры было разъято, выявив рельефное противопоставление метрополии и диаспоры. В сложившейся ситуации эпистемологической неуверенности эмиграция начала поиски путей новой самоидентификации, выстраивания новых аксиологических парадигм, попытки определения собственного исторического предназначения с целью оправдать возникновение и существование «России-вне-России» (У. Хантингтон).

В пункте 1.2 «Г.Д. Гребенщиков в Европе – первые опыты русского культурного строительства в эмиграции» анализируется европейский период эмиграции писателя, охватывающий немногим более трех лет (с января 1921 г. по 22 апреля 1924 г.). Эти годы можно с полной уверенностью назвать временем писательского «возмужания» Г.Д. Гребенщикова, временем обретения славы и популярности, упрочения его авторитета среди эмигрантской интеллигенции. В России писатель был известен, главным образом, как автор отдельных очерков и рассказов. В 1921-1922 гг. самый влиятельный литературный журнал русской эмиграции «Современные записки» опубликовал первый роман Г.Д. Гребенщикова «Чураевы»14, за которым последовало издание 6-томного собрания сочинений писателя (Рус. кн. т-во «Я. Поволоцкий и Ко», 1922-1923) и историко-философского романа «Былина о Микуле Буяновиче» («Алатас», 1924). Творчество Гребенщикова получило высокую оценку И.А. Бунина, М. Горького, Н.К. Рериха, А.И. Куприна, А.М. Ремизова, К.Д. Бальмонта и др.

В 1920-х гг. Г.Д. Гребенщиков становится заметным общественным и культурным деятелем русского зарубежья (проводя в жизнь свою идею о необходимости «упорного делания, а не словопрения») – участвует в многочисленных литературных вечерах, читает лекции о Сибири в Париже и Берлине, активно печатается в основных эмигрантских изданиях того времени, сотрудничает с русским эмигрантским театром (в 1923 г. артистами МХАТ под рук. К.С. Станиславского осуществлена постановка пьесы Гребенщикова «Сказка о кладах»).

Наблюдая русскую колонию в Европе, писатель переосмысливает значение национальной культуры в условиях эмиграции и приходит к выводу, что русская культура «может отлично обойтись» без русской диаспоры, в то время как последняя, лишенная национальной духовной культуры может оказаться «беспочвенной», неизбежно поглощенной инокультурным окружением, а ее представители будут всюду «чужими и все им будет чуждо»15. Большинство представителей эмигранткой интеллигенции (П.Б. Струве, И.А. Ильин, И.С. Шмелев, А.И. Куприн) сходились во мнении, что главной миссией, возложенной историей на русскую эмиграцию, является сохранение дореволюционного культурного и духовного наследия для будущих поколений России. Г.Д. Гребенщиков разделял взгляды коллег, но при этом считал, что развитие культуры остановить невозможно, как невозможно «законсервировать» духовные культурные ценности. Писатель полагал, что духовный опыт, приобретенный эмигрантами на родине, однажды станет достоянием далеких потомков, если найдет воплощение в творчестве, в конкретном культурном действии. Именно в Европе писателю впервые приходит идея культурного «строительства» как одного из путей преодоления культурной «беспочвенности», объединения деятелей искусства для совместного творчества, созидания культуры будущего.

Одной из первых попыток воплотить идею культурного «строительства» в жизнь стало участие Гребенщикова в основании в 1921 г. в поселке Ла-Фавьер на юге Франции русской колонии, названной писателем «Фавьерской коммуной» (среди первых поселенцев были супруги Н.А. и Л.С. Врангели, С.С. и Е.В. Оболенские, Г.Д. и Т.Д. Гребенщиковы, известный биолог С.И. Метальников, поэт С. Черный и др.). Согласно представлениям писателя, «Фавьерская коммуна» должна была стать реализацией русской идеи общинности и превратится в островок русской культуры, где творческой энергией лучших представителей эмигрантской науки и искусства будет создаваться новая русская культура. Идеи писателя оказались во многом утопичными, и постепенно «Фавьерская коммуна» стала обычным дачным поселком.

В 1923 г. началось творческое сотрудничество писателя с Н.К. Рерихом. Писатель творчески перенимает идеи нравственно-философского и религиозно-эстетического учения Рериха, становится активным участником масштабного культурного проекта художника по «учреждению центра Азии», который связывался с Алтаем и подразумевал строительство Храма Единой религии у подножия алтайской горы Белухи. Предложение Н.К. Рериха переехать в США с целью организовать и возглавить книгоиздательство «Алатас» при Мастер Институте Объединенных Искусств (Master Institute of United Arts) в Нью-Йорке были восприняты Гребенщиковым как первый шаг на пути к великому культурному «строительству» в Сибири.

Во втором параграфе «История культурного «строительства» писателя в Америке: 1924–1964 гг.» анализируется многолетняя общественная и просветительская деятельность писателя в США с точки зрения проблемы сохранения и развития национальной культуры в условиях культурной изоляции, в которой могут быть условно выделены следующие концептуальные направления: 1) сохранение культурной и этнической идентичности диаспоры; 2) создание в инокультурной среде «очагов» национальной культуры; 3) интеграция русской культуры в культуру Запада.

В пункте 2.1 «Г.Д. Гребенщиков и русская колония в Америке» рассматривается деятельность писателя, направленная на объединение русской диаспоры в Америке. Писатель указывал на разобщенность, духовную «тяжеловесность» русской колонии, отмечал, что по мере улучшения материального благосостояния эмигранты постепенно отходят от родной русской культуры, «русскости» вообще. Он обличал соотечественников в «леденящем равнодушии», исконной русской лености, но более всего в немилости к ближнему и особенно тем немногим служителям культуры, кто «в одиночку тянет непосильный и ответственный воз»16. Вывод Гребенщикова строг и неутешителен: «умираем мы национально, зарастаем бурьяном культурно, потому что все реже собираемся около очагов родной культуры, все меньше читаем родную литературу, все меньше интересуемся своей историей, наукой, искусством»17.

Писатель видел в культурной ассимиляции неминуемую духовную гибель эмигрантской диаспоры и одной из основных задач эмигрантской интеллигенции считал сохранение и объединение «Американской Руси» как уникального культурного феномена.

Сам писатель обращается к практике публичных выступлений, которая в дальнейшем переросла в ежегодные лекционные туры «от побережья до побережья». В своих выступлениях («Европа или Азия?», «Всемирная идея русской нации», «Преподобный Сергий Радонежский как учитель Русской земли», «Пути нового русского искусства», «О судьбе русской литературе», «Сибирь – страна великого будущего», «Сибирь – Америка») Гребенщиков ставит перед своими слушателями и пытается разрешить многочисленные культурологические и культурфилософские вопросы, не потерявшие своей актуальности и в наши дни: об истоках русской культуры, о цивилизационной принадлежности России, о русской национальной идее, о роли азиатской части России в обновлении мировой культуры и будущем культурном сотрудничестве Сибири и Америки и др. Лекции читались писателем на русском и английском языках (итог двадцатилетней лекторской деятельности – более 600 лекций в 44 штатах Америки).

Несомненно, обширная публицистическая деятельность Гребенщикова («Соберитесь вместе…», «Испытание нашей русскости», цикл очерков «Опять по Америке», описывающий впечатления писателя о жизни русских эмигрантов в разных штатах) также способствовала преодолению духовной разобщенности русской колонии в Америке.

Наблюдая жизнь русской диаспоры, Гребенщиков отмечал, что через десять-пятнадцать лет, проведенных в Америке, многие соотечественники почти полностью забывали родной язык, но и не осваивали в должной мере английского, общаясь на непонятном безграмотном жаргоне. Гребенщиков убедительно доказывал, что народ, лишенный родного языка, утрачивает свою историческую память, и, как следствие, собственную самость, целостность своей природы. Внимание лучших представителей эмигрантской интеллигенции к проблеме сохранения и поддержания в чистоте национального языка выявляет глубокое понимание значительной или даже решающей роли последнего как гаранта культурного единства диаспоры, ее этнической общности. Актуальность и значимость данной проблемы подтверждаются сегодняшними исследованиями в области культурной антропологии, лингвокультурологии и межкультурной коммуникации, в рамках которых язык рассматривается как мощное этноформирующее орудие, выступающее, с одной стороны, в качестве главного фактора этнической интеграции, а с другой, являющееся основным этнодифференцирующим признаком этноса. В последнем признаке наиболее ярко проявляется охранительная функция национального языка, затрудняющего «чужаку» вхождение в отдельную языковую/культурную общность18.

Гребенщиков занимался не только литературной и лекторской деятельностью, но и поддерживал культурную инициативу эмигрантской колонии. Так, в течение ряда лет он курировал работу ежемесячного русского журнала «Зарница» (1925-1927), учрежденного русской рабочей молодежью с целью самосовершенствования и самообразования и выходившего в Нью-Йорке.

По мнению Г.Д. Гребенщикова, всякое искусство глубоко национально; вырванное из родной почвы оно обречено на неизбежное вымирание, и подобно растению, пересаженному в новую почву, требует особого ухода. Результатом поисков «утраченной почвы» стало создание русской деревни Чураевка19 (Саутбери, Нью-Хэйвен, Коннектикут; 1925 г.), которая по замыслу писателя, должна была превратиться в культурный уголок для отдыха, труда и единения деятелей искусства, науки и литературы. В основу проекта была положена идея Г.Д. Гребенщикова о необходимости донести до людей понимание истинной красоты – красоты в искусстве, красоты в мысли, красоты в духовных достижениях.

Деятельность Чураевки и русского книжного издательства «Алатас» (в 1927 г. по особому соглашению с музеем Н.К. Рериха (Нью-Йорк) книгоиздательство перешло в собственность писателя и было перенесено в Чураевку) также должна была содействовать взаимопониманию между русской и американской культурами, «улучшению и распространению мысли о будущей, взаимно-выгодной кооперации России и Америки в области культурного строительства в Сибири»20. Начинание писателя получило поддержку выдающихся русских ученых, писателей, художников и музыкантов (среди них И.И. Сикорский, И.Л. Толстой, А.Л. Толстая, Е.А. Москов, С.В. Рахманинов, А.Т. Гречанинов, М.А. Чехов, Ф.И. Шаляпин, М.М. и В.П. Фокины, М.М. Фивейский, Л.Я. Нелидова-Фивейская, Е.Н. Спекторский, Д.Н. Вергун,


С.Т. Коненков, Н.К. Рерих и др.).

Культурный центр в Чураевке способствовал созданию ряда русских и американских творческих и общественных организаций (Сибирской ассоциации Общества друзей музея Рериха (1929); американского художественного объединения «Artists and Writers of Connecticut» («Художники и писатели штата Коннектикут») (1940)), демонстрировавших антиномичность самого феномена культуры русского зарубежья, проявлявшуюся, с одной стороны, в ярко выраженных консервативных и охранительных тенденциях, а, с другой, в стремлении к постоянному диалогу с культурой страны-реципиента. Именно из этой антиномичности рождалась оригинальность, самобытность культуры русской американской диаспоры, создаваемой в вынужденном удалении от России (первоисточника) и в контексте инокультурного окружения, на «стыке» между русской и мировой культурой, в постоянном диалоге с современной западной культурой и одновременно – с «дореволюционной» русской культурой, ее ценностями и традициями.

Тотальная атеизация русской советской культуры вызвала мощное сопротивление диаспоры, явившейся «творческим меньшинством» (А. Тойнби) способным принять вызов социально-природного окружения и дать на него подобающий ответ. Так, «ответом» на разрушение храма Христа Спасителя в Москве (1931) и осквернение Троице-Сергиевой Лавры стало возведение в Чураевке часовни Св. Сергия Радонежского21. Символическое перенесение «неугасимой лампады русской православной культуры» стало результатом «идейных и культурных исканий и переоценок русского духа», приведших, по словам автора, «к истокам родной, испытанной веками Русской Правды»22. Возведение в Чураевке часовни Св. Сергия Радонежского сделало русскую деревню не только культурным, но и духовным центром русской американской колонии, местом православного паломничества.

Идеи культурного строительства нашли воплощение в других центрах эмиграции. По примеру Американской Чураевки была создана Молодая Чураевка в Харбине, объединившая российских деятелей культуры, эмигрировавших после 1917 года в северо-восточный Китай.

Согласно историографической концепции П. Нора23, ускорение истории (глобализация, демократизация, социальное нивелирование, медиатизация), переживаемое современным обществом, привело к уничтожению феномена национальной памяти, являющейся «точкой отсчета», «цементом» национального сообщества, гарантом сохранения и передачи ценностей, и, как следствие, к утрате древней связи идентичности, деритуализации и десакрализации культурной общности. По мере исчезновения традиционной памяти общество ощущает потребность хранить видимые знаки прошлого («места памяти»), как доказательство своего собственного существования, т.к. чем меньше память переживаема внутренне, тем более она нуждается во внешней поддержке. Проводя исторические параллели, можно заключить, что утрата национальной памяти – не только характерная черта современного нам общества, но и внутрисистемный кризис, который переживала российская эмиграция первой волны, представлявшая государство-нацию, в одночасье в результате политических и социальных катаклизмов прекратившую свое существование. Русская диаспора, вырванная из собственной памяти масштабом переживаемых изменений, настойчиво стремилась понять себя исторически, преодолеть критический разрыв между прошлым, превратившимся в «историю», а, следовательно, потерявшим свой сакральный смысл связующего звена поколений, и настоящим.

Русская американская деревня Чураевка стала попыткой реконструкции культурной модели утраченной русской «почвы», создания «места памяти» как символического «мостика» между старым и новым культурными мирами, искусственного продолжения оборвавшейся нити национальной памяти, способом «укоренения» себя в настоящем через оживление собственной истории, осмысление своих истоков.

В пункте 2.2 «Патриот России и гражданин Америки» рассматривается деятельность писателя, направленная на интеграцию русской культуры в культуру Запада, а также сохранение и развитие русско-американского культурного диалога.

Многие представители и деятели русской культуры в эмиграции, декларируя приверженность к культурной консервации, считали, что в задачи русской общины непременно должна входить пропаганда и развитие интереса к русской культуре и искусству за рубежом. Г.Д. Гребенщиков также был убежден в необходимости распространения и разъяснения своеобразия русской культуры, выявления инновативного содержания тех или иных ее феноменов для западной культуры «путем упорной борьбы за право признания наших духовных ценностей»24. В многочисленных лекциях для американской аудитории («Russia the Unknown», «Russia in Fine Arts», «Contemporary Russian Romance», «Siberia – the Country of Great Future», «Woman – the Eternal Bride», «Pushkin: His Life and Works», «The Power of Poverty»), в своей работе на кафедре русского языка и литературы Флоридского Южного колледжа Гребенщиков выступал не только проводником и популяризатором, но и интерпретатором русской культуры для представителей культуры западной. Писатель стремился объяснить своим слушателям важность восприятия «чужой» культуры с релятивистских позиций, необходимость признания культурных ценностей, созданных и создаваемых другими народами, уважения и терпимости к нормам, ценностям и типам поведения чужих культур.

Несомненно, культурное миссионерство русских эмигрантов, с одной стороны, позволяло западной культуре заново открыть для себя русскую культуру, осмыслить ее значение, выходящее далеко за пределы национальной истории, с другой стороны, способствовало укреплению ее позиций через интеграцию национально-специфических русских культурных ценностей в западные культурные системы.

Г.Д. Гребенщиков с большим уважением относился к Америке, остро ощущал ответственность перед американским обществом, и считал, что духовный опыт русских эмигрантов может оказаться ценным и полезным в разрешении переживаемых западным обществом противоречий.

Так, пятнадцатилетний опыт работы в системе высшего американского образования позволил писателю сделать вывод о том, что последнее давно превратилось в «инструмент» для получения высокооплачиваемой работы, а заявленные в программах цели воспитания гармоничной, духовно богатой личности остаются на уровне пустых деклараций.

Г.Д. Гребенщиков отмечал, что американская публика не интересуется настоящим искусством, не умеет ценить хорошей литературы, а так называемое искусство и так называемая литература поражают пошлостью и преследуют только коммерческий успех. Он неоднократно пытался выявить перед американской общественностью опасность «открытой» пропаганды безнравственности, заявляя, что фильмы, пропагандирующие убийство, и литература, оправдывающая нравственное падение, являются легализованным преступлением перед обществом и причиной его будущей гибели.

Экономический кризис 1930-х гг. в Америке и последовавшая за ним депрессия, по глубокому убеждению Г.Д. Гребенщикова, были спровоцированы не только объективными экономическими причинами, но, прежде всего, «идейными заблуждениями» и выявили «призрачность счастья около богатства и непрочность материальных основ жизни»25. В основу национальной идеи государства не может быть положена преувеличенная ценность материального богатства. Американская нация, по мнению автора, прежде всего нуждается в духовном водительстве, и в связи с этим главной заботой лучших представителей американской интеллектуальной и духовной элиты должно стать нравственное здоровье нации, а литература и искусство должны неустанно проповедовать идею духовно богатой культуры.

Резюмируя сказанное, можно отметить, что в обостренном внимании писателя, как представителя «иной» культуры, к недостаткам современного ему американского общества ярко проявлялась противоречивость общественного сознания эмигрантской диаспоры – самоуглубление, интроспекция и напряженная сосредоточенность на национально специфическом в контексте доминирующей местной культуры и одновременно сопереживание, сопричастность жизни «чужого» народа, воплотившие «всечеловечность» русского национального идеала.

В начале «холодной войны» (конец 40-х – начало 50-х гг.) правящие круги Запада во главе с руководством и многими политическими деятелями Соединенных Штатов взяли курс на неоправданно жесткое противостояние СССР, заключающееся не только в военно-политических мерах, но и в целенаправленном искажении в сознании американских граждан образа русского человека и достижений русской культуры, что впоследствии признавалось многими видными западными политиками, учеными и общественными деятелями. Г.Д. Гребенщиков оставил писательство и целиком посвятил себя публицистике и общественной деятельности, призывая не разрушать культурный диалог двух великих держав. В 1951 г. писатель стал вдохновителем и организатором беспрецедентной кампании, известной как «Манифестация дружбы русскому народу из-за Железного занавеса» (Manifestation of Friendship to the Russian Masses Behind the Iron Curtain), направленной на предотвращение негативных последствий антисоветского, и как следствие антироссийского, бума, развернувшегося в США в начале «холодной войны».

Писатель призывал американскую аудиторию не делать поспешных выводов о русском народе и настаивал на том, что русский народ «необходимо отделять как нацию, от ее тиранических правителей», указывал на неуместность и бесполезность пропагандистских методов, используемых Госдепартаментом США, так как они «опираются на примитивные представления о психологии русских людей», и убедительно доказывал, что единственной границей, существующей между Россией и странами Европы и Америки, является «взаимное невежество»26.

Несомненно, деятельность Г.Д. Гребенщикова, направленная на защиту светлого образа русской культуры, неутомимая борьба за сохранение справедливого отношения к русскому народу с враждебностью, холодностью и отчужденностью западного мира служили взаимопониманию между народами и являлись важными шагами на пути к мирному российско-американскому культурному диалогу, основанному на терпимости, знании психологии и понимании особенностей мировосприятия двух наций.

В главе II «Художественная концепция русского национального характера и пути России в романе Г.Д. Гребенщикова «Былина о Микуле Буяновиче», состоящей из трех параграфов, рассматриваются актуальные для современной культурологии темы национального характера, менталитета, отдельные вопросы футурологии России, нашедшие отражение в романе Г.Д. Гребенщикова «Былина о Микуле Буяновиче», а также анализируются рецензии и отзывы на роман русских зарубежных и американских писателей и литературных критиков, американской интеллигенции.

В параграфе 1 «Культурно-историческая традиция в романе Г.Д. Гребенщикова «Былина о Микуле Буяновиче» интерпретируется «фольклоризм» писателя, значение авторского обращения к культурно-исторической традиции героического эпоса.

В 30-томном литературном наследии Г.Д. Гребенщикова роману «Былина о Микуле Буяновиче» принадлежит особое место. В этом романе писатель заявил о себя не только как талантливый самобытный литератор, но оригинальный философ, глубоко осмысливающий современность и пророчески прозревающий будущее. Посредством выразительных художественных образов писатель создает живую, проникнутую глубоким психологизмом картину народного характера, осмысливает природу русского бунта, ставит сложнейшие историософские проблемы, разрешает насущные для современной культурологической науки вопросы о русском национальном характере, о будущем России и ее месте в грядущем обновлении мировой культуры.

Роман был написан и впервые опубликован на русском языке в феврале 1924 г. в Париже27. Роман состоит из трех сказаний («Из песни слово», «Сказка о кладах» и «Царь-Буян»), каждое сказание – из четырех рассказов. Завершает роман «Послесказание», в структуре которого можно выделить «присказку» (оригинальное философское размышление автора) и «сказку» о возведении храма и чудесном возрождении главного героя, в котором угадываются параллели с судьбой России.

Каждое отдельное сказание является завершенным художественным произведением, имеет самостоятельный сюжет со своей кульминацией и финалом. Все три части романа объединяет судьба главного героя, русского богатыря Микулы Петровановича (Буяновича). Микула – герой одновременно и эпический, и современный – собирательный образ, воплощающий думы писателя о мятущейся душе народа-великана.

Первое сказание «Из песни слово» повествует о детстве главного героя крестьянского мальчика Микулки, который целыми днями «сиднем» сидит на печи в темной нетопленой избе. Во втором сказании «Сказка о кладах» Микула предстает перед читателем в образе отчаянного разбойника Матвея Бочкаря. Подвижническая жизнь древнерусских богатырей словно в кривом зеркале отражается в судьбе современного горе-богатыря Микулы, который «родину свою спокинул и растерял знакомых всех». В третьем сказании «Царь-Буян» Микула – отчаянный, неуловимый атаман повстанческой Зеленой армии Иван Лихой, появившийся на «жестоком стыке армий Красной и Белой». Третье сказание венчает искупительная смерть главного героя, прозревшего свою греховность, готового покаяться и понести наказание за содеянное.

  1   2

  • ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ Во Введении
  • главе I «Культурно-просветительская и общественная деятельность Г.Д. Гребенщикова в Европе и Америке (1920-1964 гг.)»
  • «Особенности культурной и общественной жизни русского Берлина и Парижа в 1920-е гг.»
  • «Г.Д. Гребенщиков в Европе – первые опыты русского культурного строительства в эмиграции»
  • «История культурного «строительства» писателя в Америке: 1924–1964 гг.»
  • «Г.Д. Гребенщиков и русская колония в Америке»
  • «Патриот России и гражданин Америки»
  • главе II «Художественная концепция русского национального характера и пути России в романе Г.Д. Гребенщикова «Былина о Микуле Буяновиче»
  • «Культурно-историческая традиция в романе Г.Д. Гребенщикова «Былина о Микуле Буяновиче»
  • «Из песни слово»
  • «Сказка о кладах»
  • «Царь-Буян»