Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Практика семейной




страница5/33
Дата15.05.2017
Размер5.07 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   33
Подобное перечисление противоположных элементов произво­дит впечатление, что это два абсолютно разных, возможно, даже вза­имоисключающих подхода. 54 Философские основы С точки зрения философского фона, кроме названных выше появ­ляются еще и другие противоположности: конструктивистско-систем-ные подходы, как уже было упомянуто, исходят из того, что мы через представления или концепты придумываем или «конструируем» дей­ствительность. Чтобы преодолеть проблему, терапевтические интер­венции должны быть направлены на изменение взглядов на мир в кон­тексте семьи. Феноменологический подход Хеллингера выдвигает на передний план процесс восприятия. Этот процесс обращен к «базовому поряд­ку». То есть этот порядок «обнаруживают», а не «придумывают». И решение заключается в обнаружении и признании переплетения и высвобождающего из него образа порядка, а также в нахождении и произнесении «разрешающих фраз» (Hellinger, 1995, с. 89-102). Это означает следующее при феноменологическом подходе пред­полагается, что центр тяжести процесса познания, протекающего во взаимодействии между полюсами восприятия и представления, при­ходится на восприятие, в то время как конструктивистский подход выдвигает на передний план представление. Живой порядок, обна­руживаемый посредством феноменологического образа действий, обладает иным качеством по сравнению с поведенческими альтерна­тивами, вытекающими из способности к самоорганизации семейной системы, которые ведут к решению в Гейдельбергской модели. Если использовать сравнение с компьютерным языком, можно сказать, что конструктивистски-системный подход относится к «software» компьютера, в то время как феноменологически-систем­ный подход имеет дело с «hardware» (Madelung, 1996, с. 196). Понятие порядка у Хеллингера Постоянное недовольство вызывает тот факт, что в семейной рас­становке понятие порядка является центральным. С этим связаны упреки в мышлении по типу «law-and-order», в фундаментализме и даже фашизме. На самом же деле речь идет о максимально диффе­ренцированном и парадоксальном понятии, постичь которое совсем не так просто. Две цитаты в подтверждение: «Порядку совершенно безразлично, как я себя веду; он есть всегда» (Weber, 1993, с. 148). То есть порядок Программное обеспечение (англ ) Аппаратная часть (англ ) «Закон и порядок» (англ ). 55 обладает качеством истины. Он «то, что есть». Однако истину Хеллин-■ гер понимает как действительность: «Но то, что есть, это не объектив­ная истина или непреложный закон, это живая действительность; и восприятие ... это творческий процесс, который что-то вызывает» (там же, с. 182). Тут нужно внимательно прислушаться: восприятие что-то вызы­вает, то есть оно создает действительность! Конструктивистские же направления подчеркивают, что via regia к действительности — это представление! Но с другой стороны, Хеллингер постоянно указыва­ет на действенность внутренних образов — а ведь они суть представ­ления (!). Это значит, что он тоже принимает во внимание взаимо­действие восприятия и представления. Здесь обнаруживается мост к конструктивистскому мышлению. У Хеллингера восприятие или созерцание порядка предстает ис­тиной, постижением того, «что есть». Однако эта истина особого рода: «Для меня истина есть нечто, что показывает мне мгновение и через что оно указывает направление необходимого следующего шага ... это не постоянная истина» (Hellinger, 1994, с. 522). Мне это кажется па­раллелью с «историчностью истины», о которой говорит К.Ф. фон Вайцзекер (1997, с. 92). Получается, что речь идет о текучей истине и текучем порядке И противоположность метафор «порядок» и «по­ток» начала растекаться Некоторые основные элементы такого понятия порядка Образ базового порядка (отец, мать, первый, второй, третий ре­бенок расположены по часовой стрелке в форме круга или полукру­га) сложился у Хеллингера в результате многолетних наблюдений и опыта работы методом семейной расстановки. Он не «выдуман» или просто перенят, как думают некоторые. Я имела возможность в те­чение многих лет на разных курсах Хеллингера наблюдать этот про­цесс. Другими важными элементами являются: 1. Признание иерархического порядка во «временной иерархии»: вошедший в систему ранее обладает приоритетом по отношению к вошедшему в нее позже. Этот порядок не содержит в себе оцен­ки. То, что иерархически находится ниже, не является по этой причине менее ценным. Например, муж и жена: хотя муж в боль- Прямой путь (лат.). 56 шинстве случаев занимает в семье первое место (стоит справа от жены), жена занимает равноценное место рядом с ним, но у нее другая задача. Если же у жены в семье особая роль и значение — например, она зарабатывает для семьи деньги, — то в этом случае она чаще всего стоит справа от мужа и занимает первое место, в то время как муж занимает равноценную позицию рядом с ней. Однако это не является жестким правилом, а следует из ощуще­ний заместителей. 2. Отдавать должное. Первая заповедь гласит: почитай отца твоего и мать твою. Это означает внутреннюю позицию благодарности, а не обвинения по отношению к родителям. Нарушающий его, — сколь бы вескими ни были основания, — наказывает себя сам. 3. Полносоставность. Признание должны получить все, кто отно­сится к системе. 4. Уравновешивание через действие совести (семейной, родовой и т. д.). 5. Динамика следования и взятия на себя страдания за другого. 6. Хорошее решение хорошо для всех. Никто не может брать за счет других. Это означает необходимость отказа от следования за другим и страданий вместо другого члена системы. Соотношение чувства и порядка Активное включение чувства является важным и — по сравне­нию с другими системными методами терапии — обогащающим эле­ментом работы Берта Хеллингера. Принцип здесь таков: «Нужно смотреть, как течет любовь, увидеть и отдать должное ее действию, в равной степени ввергающему в переплетение и высвобождающему из него». Ибо чувство подчинено порядку. Без базового порядка чувства продолжают действовать «переплетающе»; то есть лишь на основе по­рядка течение чувства первичной любви приносит освобождение. Таким образом, наряду со временем к порядку добавляется еще один текучий элемент — чувство. Но: течь, освобождая, оно может, только если есть порядок. Любовь не может преодолеть порядок. С другой стороны, первичная любовь, которая привязывает чле­нов семьи друг к другу и потому может называться еще и «связующей любовью», является своего рода психобиологической базой для сле­дующей ступени любви, возникающей благодаря отказу от «высоко­мерия жертвы» и начинающей действовать на уровне «видящей сове­сти» (Берт Хеллингер), выходя за границы семейного контекста. 57 Базовый порядок и договорной новый порядок Итак, в Гейдельбергской модели и в семейной расстановке существу­ют разные понятия порядка. «Договорной новый порядок» Гейдельбер­гской концепции ссылается на необходимость и служит возможностям со-индивидуации и со-эволюции (Stierlin, 1988, Willi, 1985). Образ порядка, возникающий благодаря семейной расстановке, напротив, устанавливает границы и показывает ту почву и базу, на которой возможно развитие. Как уже упоминалось, этот образ порядка возникает не путем процесса саморегуляции, приведенного в действие циркулярными вопросами, а уходит корнями в ту область, которую К. Г. Юнг назвал коллективным бессознательным и которую с феноменологически-системной точки зрения можно назвать «меж-сознательным» или, еще лучше, «вокруг-сознательным». Хеллингер называет эту область «большой душой». Юнг сказал однажды: «В самом глубоком смысле сны каждого из нас рождаются не в нас, а в том, что находится между нами и другим» (цит. по Willi, 1985, с. 96). Таким образом он указыва­ет на то, что для него тоже существовало нечто большее, чем мы, или проходящее сквозь нас и действующее между. Это как указание на духовные или трансперсональные аспекты системно-ориентирован­ной терапии Берта Хеллингера. Обобщение противоположностей Гейдельбергская концепция утверждает: циркулярные вопросы открывают доступ к взаимопониманию на уровне языка и действий. В фокусе здесь находятся возможности развития одного во взаимо­действии с другими. Новый порядок возникает в непрерывном про­цессе саморегуляции ежедневного взаимодействия. Все необходимые ресурсы имеются внутри семьи. Семейная расстановка по Хеллингеру ведет на лежащий ниже уровень архаичных влияний. Признание образа базового порядка ста­новится началом внутренней позиции смирения и осознания неот­менимой «вплетенности» в систему и границ собственных возмож­ностей. Эта вплетен ность образует глубинный слой для уровня дей­ствий. Здесь есть архаичные влияния и реакции и, что очень важно, влияние мертвых на живых. Чтобы достичь этого глубинного пласта «вокруг-сознательного», недостаточно полагаться на способность к саморегуляции расстав- Здесь можно было бы говорить о трансперсональном сознании. — Прим. науч. ред. 58 ленной системы. К этому должно добавиться что-то извне. А именно: взгляд находящегося вне переплетения терапевта и восприятие замес­тителей. Существуют ли попытки создания «объединенной теории» Несмотря на все противоположности, нет нужды искать какую-то «объединенную теорию», поскольку, как выясняется, наряду с проти­воположностями тут есть и некоторые общие черты. Например, работу с образом семьи можно рассматривать и как «изменение точки зрения» (reframing). Кроме того, работа методом расстановки походит, если хо­тите, на поиск ресурсов. И обнаруженный базовый порядок (образ-решение) является тогда мощным «базисным ресурсом». Следующая общая черта — это ориентированность на решение. По сравнению с семейной терапией Бузормени-Надя (см. Boszormenyi-Nagy и Spark, 1973), выдвигающей на передний план «entitlement to vindictiveness», а также по сравнению с Миланской и Гейдельбергской школами, которые указывают на «высокомерие» жертвы, Хеллингер продвинулся на шаг дальше в направлении ориентированности на ре­шение. Вместо того чтобы призывать родителей к ответственности или указывать детям на «высокомерие» их позиции жертвы, Хеллингер смотрит, «как течет любовь», и рассматривает ту же динамику под иным углом зрения, открывающим глубокие возможности для решения. В этом он сам видит решающий шаг к ориентированности на решение своей работы. Кроме того, в качестве объединяющего элемента я рассматриваю время, поскольку время играет важную роль в обоих подходах. В Гей­дельбергской концепции время появляется как «течение времени», которому все должны следовать, раз не должна прекратиться со-эво-люция. У Хеллингера время представляет собой основу иерархичес­кого порядка, который должно признать. Оно является основой «временного порядка». Порядок и течение вступают в связь через вре­мя. Время оказывается центральной субстанцией жизни. «Бытие и время» — центральная тема Мартина Хайдеггера. К тезису о дополнении Несмотря на некоторые соответствия, на мой взгляд, имеет смысл па­раллельное существование обоих этих подходов во всей их общности Право на мстительность (англ.). 59 и противоположности. Ибо это отвечает той парадоксальной ситуации, в которой мы находимся Поскольку мы переживаем сейчас и то, и другое: с одной стороны, необходимость находить свой собственный путь и вместе с тем необходимость самому за себя отвечать. При этом существует опас­ность «высокомерия» собственной ответственности, иллюзии того, что все осуществимо, иллюзии полной свободы выбора. Но в той же мере существует и необходимость признания границ собственной «вплетенное™», необходимость вверить себя некоему большему контексту, который Хеллингер называет «большой душой». Поскольку мы снова и снова попадаем в ситуации, где убеждаемся в своем бессилии, понимаем всю иллюзорность произвольности и ви­дим конец возможностей конструктивизма. Мы постоянно находимся перед необходимостью признания того, что есть! Например, своего бес­силия перед лицом какой-либо болезни или того простого факта, что нашими родителями являются два совершенно конкретных человека, вне зависимости от того, считаем мы это счастьем или несчастьем. По этой причине феноменологически-системный метод семей­ной расстановки рационально дополняет конструктивистски-систем­ные подходы. Обнаруженный в расстановке порядок служит основа­нием и границей возможностей и целей, которые вытекают из сис­темно-конструктивистских методов. Признанный базовый порядок не оставляет места произвольности, которая является ахиллесовой пятой некоторых краткосрочных методов системной терапии. К тезису об актуальности Особая актуальность метода семейной расстановки обусловлена тем, что он выдвигает на передний план такие ценности, как досто­инство, признание, смирение, любовь и авторитет, а также указывает на «вынесение за скобки» смерти и мертвых. Этим он отражает и вос­полняет общественные дефициты. Можно было бы многое сказать о поклоне и благословении, за­нимающих центральное место в этом методе, как и о той роли, кото­рую играет возможность «пользоваться авторитетом» и «принимать авторитет», и о том, какие опасности с этим связаны. Но, к сожале­нию, место здесь ограничено. Благотворность опыта порядка На мой взгляд, подход Хеллингера пользуется таким спросом в том числе и потому, что людям сегодня явно необходим опыт живого 60 порядка. С социальной точки зрения на передний план сейчас выхо­дит снижение уверенности, распад и разобщение. Переживание вклю­ченности в один контекст отношений, оживленный течением пер­вичной любви, воспринимается как целительное. Как можно заме­тить на дне реки камни и обломки породы, если внимательно при­глядеться, так и эта работа под угрожающе быстро текущей, постоянно меняющейся поверхностью контакта позволяет увидеть некое осно­вание. Таким образом сразу становится ясна причина опасностей — стремнин и водовоцотов — на поверхности, а еще можно убедиться в том, что река сама несет тех, кто эту почву знает и признает. Другой род актуальности, который я вижу, относится ко всем си­стемным теориям. Это «экзистенциальный парадокс» нашей эколо­гической ситуации (Madelung, 1996, с. 122, о Вацлавике и «прагмати­ческой парадоксальности»). Если посмотреть глобально, человече­ство находится в такой же парадоксальной ситуации, как и каждый отдельно взятый человек, поскольку мы переживаем и то, и другое: большие возможности в плане жизнестроительства и точно такое же бессилие и растерянность. Мы предоставлены самим себе и своей судьбе. И в то же время мы сами отвечаем за последствия своих дей­ствий — и коллективно, и по отдельности. «Возможность выбирать судьбу» и связанная с этим ответствен­ность за себя — это одно. Сознание и опыт «вплетенности» в разного рода данности и связанное с этим ощущение бессилия и необходи­мость себя им вверять — другое. Мы видим, например, сколь мало нам до сих пор удалось добиться своими экологическими заявления­ми и действиями, насколько мы по-прежнему тут бессильны, хотя ответственности с нас по этой причине никто не снимает и от по­следствий не освобождает. Те, кто учился у Бейтсона, видят, что мы находимся в экзистенци­альной ситуации двойной связи, и эта ситуация, если верить цитируе­мой им истории о дельфине, является предпосылкой для повышенной креативности жизни. В этой истории дельфин, помещенный в трево­жащую его ситуацию двойной связи, развивает неизвестное ранее бо­гатство фантазии. Это надежда, относящаяся ко всем нам. Хеллингер видит эту ситуацию под другим углом зрения: «Иные полагаТот, что сами ищут истину своей души. Но это ищет через них и думает Большая душа. Как и природа, она может себе позволить немало заблуждаться, ибо без устали меняет оплошавших игроков на новых. Тому же, кто позволяет ей думать, она иногда предоставляет некоторую свободу дей­ствий, и, как река пловца, который волнам себя нести дает, выносит всеми силами на береп> (цит. no:Weber, 1993, с. 51). 61 Заметки о философских основах и методических предпосылках системной работы методом расстановки Маттиас Варга фон Кибед В этой статье я хотел бы ограничиться рядом тезисов, облегчаю­щих понимание принципов системной работы методом расстановки (подробнее об этом в Sparrer u. Varga v. Kibed). Под системными рас­становками (СисР) я понимаю как семейные расстановки (СемР) в духе Берта Хеллингера (1994), так и системные структурные расста­новки (ССР) (Sparrer и Varga v. Kibed, 1997). 1. Замещающее восприятие в системных расстановках 1.1. СисР используют способность людей адекватно отражать структуры отношений чужих систем. Эта способность не нуждается в содержательной информации, ограничиваясь исключительно синтак­сической информацией о рассматриваемой системе (к синтаксичес­кой информации относится, в частности, число членов системы, по­рядок их следования на одном иерархическом уровне, принадлеж­ность к разным уровням иерархии и т. д.). 1.2. Такую способность следует понимать как специфическую форму восприятия. Для обозначения этой формы восприятия мы предлагаем в дальнейшем использовать понятие «замещающего вос­приятия», поскольку лица, расставленные в качестве исполнителей ролей или заместителей, выдают корректную информацию о чужой системе, получая эту информацию не обычным способом (путем пря­мого сообщения, наблюдения или через знакомство с лицами, о ко­торых идет речь). Поэтому вместо обозначения расставленных лиц обычным понятием «исполнитель роли» корректнее говорить о «за­местителях». (Поскольку в СисР речь идет не о том, чтобы что-то ра­зыгрывать, а лишь о предоставлении собственного тела в качестве органа восприятия для чужой системы.) 1.3. Замещающее восприятие соответствует, очевидно, не како­му-то собственному органу чувств, а является некой моделью, пере­крывающей модель восприятия остальных каналов чувств. При этом речь, вероятно, идет о способности воспринимать знак более высо­кого порядка («гиперзнак», то есть знак, который становится воспри- 62 нимаем лишь вследствие того, что представляет собой форму из других знаков); что-то вроде способности видеть слова в том числе и в их графической совокупной форме, как знак. 1.4. Следовательно, СисР базируется также на способности отли-чать замещающее восприятие от обычного. Эта способность имеет рою семиотическую аналогию в способности отличать гиперзнак от ^составляющих его обычных знаков. Например, двойная связь имела бы в этом смысле структуру, похожую на: Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh Geh! Geh! Geh1 Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Geh! Способность различить на этой картинке знак «уйди!» и гиперзнак «останься!» (и воспринять оба) можно рассматривать — по аналогии со способностью к замещающему восприятию в СисР — как некую форму восприятия, перекрывающую обычные каналы чувств, и способность отделить ее от обычного собственного восприятия. 2. Релевантные различия как база системного восприятия речи 2.1. Собственные интерпретации заместителей эффективно сни­жаются в СисР тем, что (а) вопросы, насколько возможно, касаются исключительно телесного восприятия всеми путями и каналами чувств и тем, что (б) вопросы в первую очередь направлены на выяс­нение разницы в восприятии в отдельных образах расстановки. 2.2. Подчеркивание вопроса о различиях отвечает также требова­нию де Шазера ставить на место иллюзорного поиска правильного понимания конструкцию полезного способа непонимания. Рас- «Geh!» по-немецки значит «Уйди!». Структура в целом читается «Bleib!» — «Ос­танься!». 63 о ПРЯМО и К в р и смотрение иллюзии понимания как самонадеянности свидетельствует об уважительном обращении Хеллингера с феноменологическим со­зерцанием. 2.2.1. Поэтому использование шкал в краткосрочной терапии, ориентированной на решение, имеет в системной методике статус, аналогичный подчеркиванию вопроса о различиях вместо вопросов об абсолютных значениях в ССР. В этом смысле, как однажды мимо­ходом заметил де Шазер во время обучающего семинара для систем­ных терапевтов, «шкалы» представляют собой «решение проблемы частного языка». 2.2.2. Проблема частного языка является одной из централь­ных тем «Философских исследований» Виттгенштейна, важнейшем из его поздних трудов: как может быть возможно понимание, ког­да мы не имеем надежного доступа к личным оценкам другими людьми их переживаний Виттгенштейн показывает, что язык воз­можен лишь как социальная данность. Таким образом, понимание фразы имеет сходство с использованием шкал; как говорит де Шазер, «мы можем знать, что значит «лучше», не зная, что такое «хорошо».
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   33