Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Практика семейной




страница22/33
Дата15.05.2017
Размер5.07 Mb.
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   33
Б. X: Повернись. Как чувствует себя отец Отец: Я просто ощущаю большую тяжесть, чувствую себя очень покинутым. Б. X.: Тоже повернись и встань рядом с женой. 251 Образ 4 Б. X. (заместительнице Фридерики): Что теперь Приемный ребенок (в глубоком волнении): Я хочу к ней. Б. X: Иди. Заместительница Фридерики идет к матери, сердечно ее обнимает, громко плачет. t Б. X. (через некоторое время, когда она успокаивается): Я теперь сразу введу сюда настоящую Фридерику. (Фридерике): Иди к своей матери. Л 252 Фридерика идет к своей матери и сердечно ее обнимает. Б. X. (в то время как Фридерика обнимает мать, обращается к отцу): Что у тебя Отец: Я по-прежнему чувствую себя одиноким и брошенным. Больше всего я хотел бы уйти. У меня такое чувство, что мне нет здесь места. S. X: Развернись. Сделай шаг вперед. Образ 6 ШХ: Как сейчас f Отец: На этом месте мне легче. Б. X. (через некоторое время, обращаясь к Фридерике): Посмотри матери в глаза. Скажи: «Мама». Фридерика (всхлипывая): Мама. Б. X.: Смотри на нее. гФридерика: Мама. [Б. X.: «Мама, пожалуйста». [ Фридерика: Мама, пожалуйста. Б. X.: Что у мамы [ Мать Я хорошо это понимаю. Для меня это слишком быстро. С одной стороны, слишком быстро, и я могу ее так принять. Я потрясена. 1 Б. X.: Скажи ей: «Мне жаль». 253 Мать: Мне жаль. Б. X. (Фридерике): Скажи ей: «Посмотри на меня как на своего ребенка. Пожалуйста». Фридерика: Посмотри на меня как на своего ребенка. Пожалуйста. Б. X.: «Мама, пожалуйста». Фридерика: Мама, пожалуйста. Мать и дочь сердечно обнимаются. Фридерика громко плачет. Б. X.: «Мама, пожалуйста. Мама, пожалуйста». Фридерика: Пожалуйста. Б. X. (когда Фридерика успокаивается): Глубоко вдыхай. Это как принятие матери в сердце. Очень глубоко вдыхай. (Приемной матери, пока Фридерика и ее мать продолжают стоять обнявшись): Что происходит у приемной матери Приемная мать: Сначала я чувствовала, что больше всего хотела бы обнять свою приемную дочь. Я чувствовала, что меня к ней тянет, но я не могла, потому что она стояла в другом месте. Но в то же время я ощутила тихий контакт с мужем. Он меня очень успокоил. А теперь я вижу, что моя приемная дочь действительно нашла свою мать и счастлива этим, и меня это тоже делает счастливой. Б. X.: Приемный отец Приемный отец: Мне хорошо на это смотреть. Я чувствую, что там что-то стало правильным. Это меня успокаивает. Есть еще какое-то чувство по отношению к ее отцу, не совсем ясное. У меня такое ощущение, что я что-то несу и что на мне какая-то ответственность, которая принадлежит не мне. Б. X.: Как сейчас чувствует себя мать Мать: Мне хорошо. Б. X. (Фридерике, когда она отрывается от матери): Посмотри на нее и скажи: «Я принимаю тебя как мою мать». Фридерика (очень взволнованно): Я принимаю тебя как мою мать. Б. X: Повтори: «Я принимаю тебя как мою мать». Фридерика: Я принимаю тебя как мою мать. Мать и дочь с любовью обнимаются Б. X. (матери): Теперь возьми ее за руку и подойди с ней к приемным родителям. Склонись перед ними так, как ты это чувствуешь, и скажи им: «Спасибо». 254 Образ 7 s Мать (низко кланяясь): Спасибо. . Б. X.: «Спасибо, что вы приняли моего ребенка». • Мать: Спасибо, что вы приняли моего ребенка. Б. X: «И дали ему то, что ему нужно». s Мать: И дали ему то, что ему нужно. > Б. X.: «Я уважаю вас за это». Мать: Я уважаю вас за это. Ь2>. X. (Фридерике): Как это для тебя Рридерика: Очень хорошо. Потому что я очень много получила. 5. X.: Тоже посмотри на них и скажи: «Спасибо». Рридерика (тоже кланяясь): Спасибо. Спасибо. ГБ. X. (приемной матери): Как это Приемная мать: Хорошо. Я бы все-таки хотела ее ненадолго обнять, мою приемную дочь. Б. X.: Не думаю, что этому что-то мешает. Фридерика и ее приемная мать обнимаются. Затем она подходит к приемному отцу и обнимает его. Б. X. (отцу, в то время как Фридерика и ее приемная мать обнимаются): Как ты себя чувствуешь Отец: Мне не хорошо. У меня по-прежнему огромная тяжесть на плечах, в желудке. А тут у меня контакта быть не может. Б. X.: Развернись и повернись к ним. 255 I Хеллингер ставит Фридерику рядом с ее приемной матерью, а мать ■ немного дальше слева. Образ 8 Б. X. (Фридерике): Посмотри на своего отца и скажи: «Я принимаю тебя как моего отца». Фридерика: Это трудно. Б. X.: Это первый шаг. Скажи ему: «Я принимаю тебя как моего отца». Смотри на него. Приемная мать ободряюще гладит ее по спине. Фридерика (рыдает, отец склоняет голову): Я принимаю тебя как моего отца. Б. X.: «Пожалуйста, благослови меня как своего ребенка». Фридерика: Пожалуйста, благослови меня как своего ребенка. Б. X.: Как это для отца Отец: Больше всего я хотел бы уйти. Я не могу. Б. X. (Фридерике): Повтори еще раз: «Я принимаю тебя как моего отца». Фридерика: Я принимаю тебя как моего отца. Б. X.: «Я ценю то, что у меня от тебя». Фридерика: Я ценю то, что у меня от тебя. Б. X.: «И с любовью тебя отпускаю». 256 фридерика: И с любовью тебя отпускаю. Она плачет, отец тоже плачет и опускает голову. | Б. X.: Подойди к нему. Фридерика подходит к отцу, они долго сердечно обнимаются. Отец рыдает. Образ 9 Б. X. (отцу): Глубоко вдыхай и выдыхай, тогда боль вытекает. Глубоко вдыхай и выдыхай. Б. X. (Фридерике): Как тебе рядом с отцом Фридерика: Я чувствую, что здесь мне нужно быть более сильной. Б. X.: Да. Так оно и есть. Вернись опять к приемной матери. Она встает рядом с приемной матерью. Они держатся за руки. Б. X. (отцу): Теперь возьми жену за руку и подойди вместе с ней к приемным родителям. 17 - 3705 257 Б. X. (родителям): Поклонитесь и скажите: «Спасибо». Они кланяются, выпрямляются и смотрят на приемньос родителей. Мать: Спасибо. Отец: Спасибо. Б. X.: Как это для приемного отца Приемный отец: Так для меня намного лучше. Я могу это принять. Приемная мать: Для меня это тоже хорошо. Я рада, что моя приемная дочь все еще рядом со мной. Б. X. (Фридерике): Как ты себя чувствуешь Фридерика: Еще я ищу своих братьев и сестер. Б. X.: Это следующий шаг. Ты должна их разыскать, сейчас и всех, кто сюда относится. И бабушек, и дедушек. Всех, кто сюда относится. Приемная мать это поддержит Какое у тебя ощущение Фридерика: Не совсем. С трудом. Б. X. (приемной матери): Скажи ей: «Ты имеешь на это право». Приемная мать: Ты имеешь на это право. Б. X.: «И я помогу тебе в этом». Приемная мать: И я помогу тебе в этом. Б. X. (группе): Без разрешения ребенок этого не сделает. Да. В таких вещах ему нужно разрешение, и согласие, и помощь приемных родителей. Хорошо. Тогда все Хорошо. Б. X.: Это была первая расстановка, где мы смогли увидеть, насколько глубокие силы любви действуют в семье и как они часто ока- 258 зываются перекрытыми. И какие возможны решения, и какие целительные силы начинают действовать, когда это обнаруживается. И как просто это обнаружить. Если теперь посмотреть: кого из них пятерых можно осудить Кто возьмет на себя смелость кого-нибудь осудить Так не пойдет. Они все особым образом переплетены. Судя по тому, как протекала расстановка, и по обратной связи, которую я получил, дело обстоит так, что инициатива передачи ребенка на усыновление здесь исходила, по всей вероятности, от отца. Он больше всех чувствовал себя виноватым и хотел уйти, словно в искупление. Поэтому ребенку было легче подойти к матери — намного легче, чем к отцу. Это было видно. Когда я провожу такую расстановку и если она проходит так же сосредоточенно, как было здесь, то можно исходить из того, что те, кто здесь говорит, отражают чувства реальных лиц. Что они чувствуют, что у них происходит. Не то чтобы это можно было теперь проверить научно. Да и зачем С помощью этих высказываний мы находим решение. Для нее теперь есть решение. Теперь у нее в сердце совсем другой образ матери и отца, приемных родителей и себя самой. Поскольку теперь она носит в душе этот другой образ, она стала другой. И те лица, с которыми она теперь вступает в контакт, например, приемная мать или приемный отец, или если она придет к своим родным родителям, будут другими. Это целая система, в которой все взаимосвязано, и если один просто стал другим, они все с любовью меняются вместе с ним. Противиться этому они никакие могут. Б. X.: Хорошо. Если у вас есть вопросы, можете задавать. Участница: Я была бы очень благодарна, если бы мы могли немного подробнее рассмотреть роль родного отца. Во-первых, я не все смогла расслышать. Во-вторых, мне кажется, тут что-то есть. Я тут не уследила. В этом месте для меня все было слишком быстро, а я бы очень хотела это понять. Б. X: По той динамике, которая здесь разворачивалась, у меня сложилось впечатление, что он не хотел иметь с этим ничего общего, потому что чувствует себя виноватым. Поэтому он и хотел уйти. Поскольку это будет для него очень тяжелый груз. Я «списал его со счета». Я списал его внутренне в том смысле, что как отец он свои права потерял. 259 Если кто-то отдает своего ребенка, он, по сути, теряет свои права как отец или мать. Но все же и в этом случае решение иногда еще есть. Мать тоже не решалась повернуться кребенку, поскольку чувствовала себя виноватой. Участница: Просто это тоже было так быстро. Б. X.: В таких вещах невозможно быть достаточно быстрым. Только когда ребенок сказал: «Я принимаю тебя как мою мать», мать почувствовала к себе уважение, сумела преодолеть свою вину и повернуться к ребенку. С отцом я не надеялся, что это получится. Но когда она попросила его о благословении, его сердце растаяло, и контакт стал возможен. Потому что тогда вина, так сказать, ушла. Всегда, когда приходит любовь, вина исчезает. Тогда она смогла подойти, а я смог подвести его. Так что вот такая была динамика. Участник: У меня тоже вопрос по поводу отца. Вы сказали, что он отворачивается, может быть, из-за своей вины, потому что он, возможно, отдал ребенка на удочерение или отказался от него. А не может ли быть так, что он отворачивается, поскольку связан в своей родительской семье, и тогда ребенку нужно это принять. И что тогда действительности будет больше соответствовать, если он в конце так и останется стоять отвернувшись, чем если он будет стоять с ними, и не будет видно той реальности, что он, возможно, хочет уйти из-за чего-то другого, чего здесь увидеть нельзя, но что, возможно, нужно принять как реальность. Б. X.: Я смотрю здесь только на передний план. Потому что, каким бы ни было переплетение отца, он должен нести ответственность за свои действия. Переплетение не освобождает его ни от вины, ни от ответственности за свои поступки. Мы можем это понять, но ответственность остается на нем. Поэтому в подобной ситуации нельзя пытаться его освободить. Поскольку, если так сделать, это лишит его достоинства. В принципе он ведь тоже был здесь ребенком. Его чувство - это ведь чувство детское. И тем не менее как отец, он должен отвечать за свой поступок, и я не вправе идти ему тут навстречу. 260 Но если бы он сейчас был у меня, я бы прошел с ним динамику. Но если делать это здесь, это отвлекло бы от главного персонажа. Тогда он стал бы центром внимания, а ребенок, о котором на самом деле идет речь, оказался бы отодвинут на край. Поэтому здесь необходима иерархия действий. Участник: Я не имел в виду, что здесь будет что-то сделано с переплетением в его родительской семье, поскольку работа идет все-таки с клиенткой. Но то, что он отворачивается, поскольку не способен взять на себя роль отца и ответственность, может быть, больше соответствует действительности, чем когда его включают в образ. Б. X.: Я задам вам один вопрос. У кого больше места в вашем сердце У отца или дочери Это важный вопрос. Для терапии важно, чтобы я в первую очередь дал место самому «тяжелораненому», то есть чаще всего ребенку. Ребенку я даю место, а взрослых призываю к ответу, так сказать, каким бы ни было их переплетение. Но если они приходят ко мне — уже отдельно, я тоже принимаю их как ребенка. Но здесь, в этой ситуации, я считаю, что отец должен быть отцом, каким бы ни было его переплетение, а мать должна быть матерью, каким бы ни было ее переплетение. Это очень распространенная позиция, даже среди терапевтов и служб по делам молодежи, — они скорее становятся на сторону больших. Они спрашивают: «Как чувствует себя мать Как можно ей помочь Ах, бедная мать не может сейчас растить своего ребенка». И тогда с матерью обращаются как с ребенком, а с ребенком — как с какой-то массой, которой можно распоряжаться. Я поступаю иначе. Я поддерживаю ребенка и требую, чтобы каждый взял на себя свою ответственность. Я ищу решение, в котором груз перекладывается на взрослых, а ребенок от него освобождается. Участник: В принципе с этим мне понятно. Может быть, я не очень ясно выразился. Ребенок уже в моем поле зрения. Может быть, я сформулирую вопрос по-другому. Не лучше ли для ребенка видеть действительность — то, что его отец отворачивается, поскольку слишком сильно переплетен Б. X.: Нет. Иначе ребенок превратится в родителей. Тогда ребенку приходится понимать, приходится вести себя как взрослому, а отец вправе вести себя как ребенок. Это нарушение порядка. 261 Как наша семья превращается в опекунскую Семейная расстановка претендентами на опекунство Ахим Ковальчик Попечение и воспитание являются естественным правом родителей и их первоочередным долгом. (KJHG 1, Abs 2) Если существуют основные права, то... (это) право ребенка на своих родителей и свой род. Берт Хеллингер (1994, с. 343) Социальное попечение о несовершеннолетних и опекунство Наблюдаемое в последние годы увеличение числа случаев помещения детей в опекунские семьи вместо стационарных социально-педагогических учреждений является не результатом эмпирических социологических исследований, а скорее реакцией на ограниченность социальных бюджетов, в том числе в сфере попечения о несовершеннолетних. Управления по делам молодежи все чаще ищут опекунские семьи, чтобы при необходимости не нужно было помещать ребенка в приют, но также для того, чтобы иметь возможность передавать детей и подростков из приютов в опекунские семьи. Так, службы опеки вербуют все больше родителей, желающих принять к себе ребенка на короткий, средний или длительный срок, и проводят усиленную агитацию, например, Служба молодежи и семьи города Вены, уже и в Интернете. Дилемма совместимости биологического и социального родительства В работе с опекунскими семьями постоянно возникает тема поля напряжения между «родными родителями», с одной стороны, и «приемными родителями» — с другой. Как правило, для родных родителей неудача в выполнении своей функции является болезненным поражением, которое нужно как-то переварить. Что касается приемных родителей, то у них нередко обнаруживается недостаток ком- 262 петентности в том, как обходиться с реальностью родных родителей. Родные родители часто табуизируются, обесцениваются и рассматриваются ими как враги, которые, однако, могут нанести болезненную потерю, забрав ребенка обратно. Чтобы избежать этих почти обязательно возникающих тягостных чувств или отогнать их, существует столь часто встречающийся феномен обесценивания и «вычеркивания» многими приемными родителями родных родителей своих приемных детей. А у родных родителей, в свою очередь, существует негативный настрой по отношению к приемным родителям. В большинстве случаев обе стороны не застрахованы от подобного открытого или скрытого соперничества, и, чтобы адекватно справляться с поставленными перед ними задачами, им требуется профессиональная поддержка. В центре «поля брани» находится ребенок, который из-за обоюдного обесценивания, обусловленного самыми разными мотивами, переживает тяжелый конфликт лояльности и нередко бывает вынужден решать дилемму или-или в пользу одной из родительских пар (Roth, 1990, Kaiser et al., 1990, Schumann, 1987, Kinzinger, 1982). Чаще всего именно он оказывается побежденным в соревновании взрослых за лучшую позицию, и именно ему всегда приходится платить самую высокую цену, независимо от того, участвует он в этом или нет. Те, кто по роду службы имеют дело с обеими сторонами, как и дети, быстро начинают ощущать некоторую амбивалентность и неуверенность, затрудняющую налаживание хорошего взаимопонимания и кооперации с обеими сторонами. В литературе дискутируются совершенно противоположные точки зрения на то, какие задачи и функции надлежит выполнять приемным родителям. Повсеместный на сегодняшний день спор между конкурирующими адептами «не более чем необходимого контакта» (Nienstedt и Westermann, 1989) и «максимально возможного контакта» (Koetter, 1994, Gudat, 1987) в опекунстве кажется не чем иным, как спором между представителями психодинамически и системно-ориентированных подходов. Первые хотят дать ребенку в «эрзац-семье» возможность новых объектных отношений с приемными родителями, которые следует максимально защищать от вмешательства родных родителей. Последние отдают приоритет связи ребенка с его родными родителями и рассматривают приемные семьи как «дополняющие», где социальные родители выполняют обязанности заместителей родных родителей, с которыми дети должны сохранять максимально возможный контакт, чему могут способствовать все участвующие лица. 263 Подготовка к опекунству- данные исследований При подготовке приемных родителей, как и в профессиональном сопровождении, речь необходимым образом идет о повышении уровня знаний, прояснении позиций и умножении навыков. Так, Хайнце (1995) с целью повышения компетентности в разрешении ожидаемых будущих проблем и трудностей включает в однодневный подготовительный семинар ориентационный анализ и гештальттерапию. Хермес и Зингер (1995) говорят о системно-ориентированном выборе и кураторской помощи приемным семьям. Текстор (1995) по результатам опроса 105 приемных родителей сообщает, что работа опекунских служб вообще оказалась неудачной, и желательна лучшая подготовка путем проведения вечерних и воскресных курсов, подробных индивидуальных бесед, тщательного исследования ребенка, прояснения отношений между родной семьей и приемными родителями перед передачей ребенка и, в конце концов, постепенное установление контакта между приемной семьей и ребенком. Как и многие другие (например, Kaiser, 1995, Buech, 1995), Текстор выступает за большую профессионализацию приемных родителей, как и работающих в этой области специалистов. К сожалению, на практике это требование практически не выполняется. Округ, где я работаю в семейной консультации и откуда оказываю поддержку единственному сотруднику службы опеки, со своими приблизительно 300 000 жителями является самым большим по площади округом Федеральной Республики. Из соображений экономии эта специальная служба располагает всего одним специалистом. Другие системы поддержки приемных семей, такие, как консультации по вопросам воспитания, общая социальная служба ведомств по делам молодежи и немногочисленные группы самопомощи перегружены и едва ли могут действовать превентивно, если вообще могут. О профиле приемных семей Хотя в течение долгого времени не имелось никаких подкрепленных данными выводов о полезных признаках опекунских семей (Jena и Wohlert, 1990), однако существуют некоторые эмпирические данные, которые дают первые отправные точки. Так, Кёттер (1994) в своем эмпирическом исследовании гостевых контактов в опекунских семьях обнаружила, что опекунские семьи, наиболее подходящие для функционирующей системы посещений, обладают следующими признаками: 264 1) в семье есть родные дети, 2) на момент установления опеки приемная мать и приемный ребенок более старшего возраста, 3) нет стремления к обязательному последующему усыновлению ребенка, 4) основной мотив — скорее милосердие, 5) усваивается явно позитивная установка по отношению к родным родителям и 6) есть готовность встроиться в поддерживающую социальную систему (если называть только самые главные признаки). Указанный Кёттер первый пункт подтверждается и выборкой по Австрии, проведенной Кинаст (1994), на основе которой автор показывает, что из 146 опрошенных родителей у приемных родителей без родных детей отношение к родным родителям ребенка в целом значительно более неблагоприятное, чем у родителей с родными детьми. Рэй и Хорнер (1990) в сравнительном исследовании более и менее эффективных пар приемных родителей установили, что профиль успешных пар характеризуется определенным соответствием нормам и принадлежностью к среднему классу, а большей успешности способствуют такие факторы, как самодисциплина, зрелость, соотнесенность с реальностью, энтузиазм и способность принимать логичные решения. Дополняющая семья и теоретические аспекты привязанности Как раз в последнее время публикуется все больше результатов исследования привязанностей (Grossmann и Grossmann, 1995), которые применяются в области психотерапии. Представители психодинамики (Schmidt и Strauss, 1996), но также системной терапии (Scheuerer-Englisch, 1995, Stierlin, 1995) высказывают свое мнение по этому вопросу со своих особых точек зрения. Однако по ситуации с опекунскими семьями публикаций до сих пор практически нет. Идея дополняющей семьи, на которую я здесь ссылаюсь, это практическая модель, предоставляющая родным родителям гораздо более внешнее и тем не менее всегда внутреннее место для их детей с целью репрезентации ранней привязанности и идущая навстречу детской способности иметь несколько привязанностей одновременно. Все большее признание получает понимание того, что дети глубоко при- 265 вязаны к своим родителям и хотят эту привязанность сохранить, даже если были рано с ними разлучены, отвергались, были заброшены или с ними жестоко обращались (Ziegenhain, 1996, Cnttenden, 1995). Концепция дополняющей семьи должна способствовать созданию благоприятного эмоционального климата в отношении родных родителей и оставлять за ними некоторые функции, чтобы избавить детей от типичных триангуляции и опыта потерь. Кроме того, она может способствовать укреплению позиции приемного ребенка и противодействовать ощущению ненадежности связи с вытекающими отсюда типичными трудностями в развитии личности и формировании идентичности приемных детей. Уравновешивающий эффект «как, так и» концепции дополняющей семьи поначалу довольно трудно описать теоретически, однако во время расстановок опекунских семей он быстро воплощается в конкретный образ, когда люди вдруг решаются на совершенно поразительный шаг — увидеть в семейной расстановке себя вместе с родными родителями (их заместителями). Таким образом можно заблаговременно, еще до установления опеки, подготовить поле для создания предпосылок успешного и уважительного общения обеих родительских пар, каждая из которых может признавать права и заслуги другой стороны. При этом решающим моментом является то, что приемный ребенок имеет право любить обе пары своих родителей, не становясь при этом нелояльным по отношению к одной из них. Дети должны научиться жить с «двумя парами родителей», отношения которых между собой достаточно прояснены и отрегулированы (Gauly и Knobbe, 1995, Kinzmger, 1982). Ве-бер (1995, с. 206) представляет в этой связи идею «двойного гражданства», при котором дети могут развиваться наилучшим образом. Основание будущего двойного членства этих детей в родительской и в опекунской системах закладывается на подготовительных семинарах и способствует более мягкой смене референтных лиц.
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   33