Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Практика семейной




страница15/33
Дата15.05.2017
Размер5.07 Mb.
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   33

Последним критерием остается соответствие истине и соприкосновение терапевта и клиента, которое и в расстановке с фигурами тоже часто бывает удивительным. Терапевт видит решение, когда оно появляется, в непосредственном восприятии клиента. Восприятие означает принятие того, что становится явным, появляясь из скрытого. Древнегреческое значение слова «истина» — это «нескрытость». Разрешающее обычно приходит неожиданно и трогает душу, оно приходит тихо и служит действию и миру. Оно воздает должное и идет на пользу всем членам системы.

Как и расстановка в группе, расстановка с фигурами — это тоже шанс, особенно в тех случаях, когда консультант или терапевт чувствует, что ему пока не по плечу групповой процесс. Без ясного взгляда, точного восприятия и определенного руководства со стороны терапевта расстановка в группе тоже может приобрести собственную динамику, уже не соответствующую системе клиента. Кроме того, расстановка с фигурами позволяет избежать опасности слишком сильного привнесения заместителями собственной проблематики. Правда, здесь и меньше возможностей для коррекции предварительных суждений и «слепоты» терапевта. Кроме того, в индивидуальном сеттинге терапевт более подвержен сильному «затягиванию» со стороны клиента.

Работа с фигурами и работа души

В расстановках в группе заместители «резонируют» с душой расставленной системы. Фигуры на это не способны. Они остаются про-

167

сто предметами, чем-то представляюще-изобразительными. (Фигуры не нужно просить снова выйти из их ролей.)



Расстановкой с фигурами можно ограничиться как работой с образами. В первые годы я так и поступал. Работа с фигурами создавала визуальный мост, наглядно показывала то, о чем шла речь. Это метод, позволяющий делать много косвенных внушений. И часто одно это уже очень помогает. Но расстановка с фигурами способна на большее. Удивительно, как быстро она создает для души пространство, в котором «колеблется» групповая душа, так что клиент и терапевт могут войти с ней в резонанс. Ведь расстановочная работа — это не только работа с образами, она так глубоко волнует и трогает, поскольку дает образам «пространство». «Пространственные образы» отличаются от «плоских» не только тем, что создают правильное измерение для отношений, но прежде всего тем, что из них может «возникнуть» нечто с трудом поддающееся описанию, что ускользает от простого рассмотрения. Они создают что-то вроде «поля колебания».

Таким образом, в расстановке с фигурами клиент и терапевт не в фигурах, а через фигуры входят в резонанс с групповой душой и ее динамикой. В то же время расстановка с фигурами облегчает терапевтический процесс, протекающий «снаружи», и выводит из «сокровенности» мыслей и представлений. Она ближе к действительности, что просто обсуждение происходившего.

Разумеется, поразительно глубокий контакт в работе с фигурами возникает не только благодаря расстановке. «Колеблющееся» связано со словом: со словами, что-то верно передающими, со словами, создающими ясность, со словами, отражающими переплетение, и словами, его развязывающими, со словами любви и силы. А глубокое соприкосновение проявляется в жестах, телесном выражении душевного движения.

Работа с фигурами оказывает глубинное действие лишь в том случае, если, выходя за пределы образного, она переходит в область «полей отношений» и их сил и открывается для освобождающих и целительных диалогов и жестов.

О методической ценности расстановки с фигурами

Кто обладает пониманием глубоких процессов в семейных системах и в душе, тот и без расстановки в группе или с фигурами может работать и находить решение, опираясь только на знание о существенных событиях и судьбах, в глубоком резонансе с душой ищущего по-

168

мощи и в поиске «постижения». (Постижение — это, по сути, проясняющий сознание процесс транса.)



Но обычно какой-нибудь метод облегчает и терапевту, и клиенту восприятие существенного и важного. Он фокусирует информацию, структурирует процесс и концентрирует внимание. С помощью метода расстановки клиенту и терапевту легче убедиться, что они идут одним путем, открываясь в дороге навстречу тому, что хочет проявить-из скрытого. Они действуют вместе, в том «месте», где находится /ша клиента, и не дольше, чем это нужно для решения. Пройдя рас-гановку с фигурами, с помощью образа-решения клиент берет что-«домой», что продолжает действовать в его душе и часто лишь со временем раскрывается по-настоящему.

Это сродни воздействию театральной пьесы. Она может захватить уже три чтении. Но все же постановка в театре — это в большинстве случаев 1более глубокий и впечатляющий опыт, пока она отражает суть пьесы, дей-|ствительности, служит облагораживанию зрителя и «верно» играется.

Представьте себе, что вы стоите перед своим отцом и на него смотрите...

Системные интервенции в воображении

Урсула Франке

Индивидуальные расстановки дают возможность приобщить клиента к системному мышлению и более точно исследовать динамику в начале терапии или перед расстановкой в группе, а в дальнейшем — отдельные ее аспекты. Кроме того, этот метод полезен в тех случаях, когда клиент не хочет участвовать в группе.

Эксперименты по внедрению системных групповых методов в индивидуальную терапию проводятся уже давно. На сегодняшний день уже задокументированы или описаны в коллегиальном кругу различные способы такой работы — «семейная доска», расстановка со стульями или подушками, с листочками бумаги на полу и с фигурами разного размера. Я уже несколько лет исследую тему индивидуальной расстановки. Что делать, если в распоряжении терапевта нет группы для расстановки? И как перенести опыт и пользу расстановки на индивидуальный сеттинг? Здесь я хотела бы представить работу с расстановками в воображении, которая возникла в

169


последние годы и хорошо себя зарекомендовала в повседневной практике.

Определение темы

Собственно расстановке всегда предшествует предварительная беседа. Иногда факты уже известны из заранее собранного анамнеза. И тем не менее имеет смысл дать клиенту самому еще раз назвать значимых людей и сформулировать запрос. При этом полезно, чтобы вопрос был сформулирован просто и был ориентирован на решение, например: «Где мое место?» или: «Что я могу сделать?» — как краткий вариант вопроса: «Что мне сделать, чтобы улучшить отношения с матерью?» Благодаря такому уточнению и ограничению конкретным запросом часто становится ясно, в чем кроется проблематика и вместе с тем возможное направление интервенций. Методику действий я хотела бы продемонстрировать на одном примере.

Пример


30-летняя клиентка страдает от депрессивных состояний. Она закончила учебу и теперь хотела бы получить профессиональное образование за рубежом. Когда она говорит об этом своему отцу-итальянцу, тот возмущается и грозит ей, что, если она уедет за границу и бросит его, он перестанет считать ее своей дочерью. Женщина в отчаянии, она не знает, что делать, плачет. Отношения с матерью-немкой у нее хорошие, дружеские и сердечные. С отцом всегда было трудно, он хотел все решать за нее, жаловался, что она плохая дочь, слишком мало о нем заботится и т. д. С одной стороны, клиентка испытывает чувство вины по отношению к отцу, с другой — она хочет в жизни идти своим путем. Клиентка — единственный ребенок своих родителей. Отец — второй по старшинству из четырех детей. Двое из них живы, а следующая за ним сестра утонула еще ребенком У матери есть одна сестра. На основании анамнеза возникает первая гипотеза: дочь замещает утонувшую сестру отца. Эта гипотеза будет проверяться во время расстановки.

Введение и подготовка клиента

В начале я даю краткое введение. Затем прошу клиента сесть поудобнее и закрыть глаза. Кому-то бывает проще пройти весь процесс с открытыми глазами. С помощью дыхания и упражнения на релаксацию клиент может усилить восприятие своего тела, и ему легче направить внимание внутрь. Мои инструкции звучат, например, так: «Глубоко выдыхайте. Почувствуйте свои ступни на полу, ощутите на сиденье вес своего тела». Дальше происходит «путешествие по телу».

170


Когда клиент сосредоточился, я даю указание представить себе внутренний образ.

Расстановка

— Представьте себе, что вы стоите перед вашей матерью... Как она на вас смотрит? Как вы смотрите на нее?

— Мне здесь хорошо. Мне немножко грустно, но с мамой мне хорошо.

— Как ваша мама на вас смотрит?

— С любовью, нежно, но она как-то настороже.

— Что произойдет, если вы поставите рядом с мамой отца? Клиентка начинает плакать:

— Я хочу уйти. Я тут не выдержу.

— Как на вас смотрит ваш отец?

— Он на меня вообще не смотрит. Я вообще не могу его увидеть.

— Где ваш отец?

— Не знаю.

— Что произойдет, если вы поставите его очень далеко?

— Да, тогда будет немножко спокойнее.

— Как он себя там чувствует?

— Ему грустно, он растерян. Его вообще нет здесь по-настоящему. И на нас он не смотрит.

— Как вы себя чувствуете, когда его видите?

— Это так больно вот здесь, — она показывает на грудь. — Это так тяжело.

— Что произойдет, если вы отойдете немного назад?

— Да, так лучше, — она вздыхает. — И маму я теперь снова могу видеть.

— Как она себя чувствует?

— Она все время смотрит то на меня, то на отца. У меня такое ощущение, что я для нее совсем не так важна.

— Как она смотрит на вашего отца?

— Ей грустно, печально. Она ничего не может поделать.

— Что произойдет, если слева от отца встанет его умершая сестра?

Клиентка молчит. Потом говорит:

— Сначала он не решался туда посмотреть. А теперь его тянет и туда, и сюда. Я думаю, он хочет убежать.

— Что произойдет, если он скажет ей: «Ты моя младшая сестра, а я твой старший брат»?

171

Клиентка начинает рыдать.



— Оба плачут. Они хотят друг к другу.

— Пусть они обнимутся.

Через некоторое время она, всхлипывая, выдыхает и говорит:

— Да, теперь ему хорошо.

— Каково вам видеть перед собой их обоих?

— Я тоже хочу туда. Они смотрят на меня с такой любовью.

— Что произойдет, если ваш отец с сестрой встанут теперь рядом с его женой?

Она глубоко выдыхает:

— Тут хорошо.

— Как ваш отец смотрит на вашу маму?

— Замечательно, очень приветливо.

— Как смотрит мама на отца?

— Ах, она рада, что теперь он наконец-то здесь.

— Как смотрит на маму тетя?

— Тетя рада, что мама — жена моего отца.

— Как мама смотрит на тетю?

— Тепло и сердечно.

— Что произойдет, если ваш отец скажет жене: «Посмотри, это моя сестра»?

Клиентка смеется:

— Все рады.

— Что произойдет, если отец скажет вам: «Посмотри, это моя сестра»?

Клиентка глубоко выдыхает:

— Прекрасно, он выглядит очень молодым и свежим.

— Как на вас смотрит тетя?

— Приветливо. Она мне улыбается.

— Что произойдет, если вы скажете тете: «Хорошо, что ты тут»?

— Ах, это хорошо. Это снимает с моих плеч какую-то тяжесть.

— Положите руку на сердце и склонитесь перед ней с уважением. Она кланяется. Потом кивает и говорит:

— Теперь хорошо. Полный мир.

За этим могут последовать другие «разрешающие» фразы между отцом и дочерью.

Дискуссия

Расстановка в воображении начинается с двух человек — клиента и его визави. Они смотрят друг на друга, и я прошу точно описать,

172

как они это делают. Это помогает четко представить себе образ и одновременно проясняет динамику. Когда отношения ясно названы, я включаю в расстановку следующего. Так постепенно можно проверить, где точно кроется переплетение, кто чувствует себя хорошо, а кому еще нужно придать сил с помощью других людей или с помощью разрешающих фраз.



Уже в первом образе клиент занимает правильное место согласно системному порядку, например, как ребенок встает перед одним из родителей. Этот человек может быть тематически важным лицом, что обычно вызывает сильные чувства. Или он идет не напрямую, а через того из родителей или другое лицо, с которым отношения лучше. Так, клиентка, прежде чем пойти на тяжелую встречу с отцом, смогла сначала увидеть для себя поддержку и безопасность в матери.

Интервенции, используемые в реальных расстановках, возможны и в воображении, они оказывают на клиента то же воздействие, что и «настоящие» действия. Представление о том, что клиент или члены его семьи прислоняются друг к другу, обнимаются, кладут на плечо голову, дышат, произносят фразы или слышат их в свой адрес, может стать глубоким опытом, сопровождающимся сильными чувствами. Помимо высказываний и эмоций клиенты подают многочисленные тонкие телесные сигналы, которые помогают терапевту ориентироваться. Дыхание, поза, выражение лица, цвет кожи и напряжение тела говорят о согласии или отвержении того или иного предложения терапевта.

Все трудности, возникающие у клиента при попытке вызвать в воображении то, что я ему предлагаю, я рассматриваю как указания для дальнейшего процесса. Если отец, к примеру, не позволяет поставить себя рядом с матерью, если невозможно отчетливо различить его лицо, если удается увидеть только части тела или его вообще не видно, то возникает вопрос: чего или кого не хватает? В большинстве случаев тех, кого не видно сначала, можно поставить на достаточном расстоянии. Присутствие исключенных или мертвых дает им возможность подойти ближе. Если динамика не дает однозначных указаний на кого-то конкретно, здесь часто помогает усиление с помощью родителей. Или я дополняю образ и включаю в него отца, мать или братьев и сестер, чтобы клиент получил подобающее ему в порядке место.

В обычных рамках продолжительность сессии составляет 50 ми-ыут. В интересах клиента терапевт должен позаботиться о том, чтобы за это время привести процесс к хорошему завершению. Это не обязательно означает распутать переплетение. И все же хорошо, если до следующей сессии у клиента будет образ, который придает ему сил.

173

С расстановками в воображении можно успешно работать как на индивидуальной терапии, как и на супервизии. На основе базовой информации с помощью семейной расстановки можно исследовать случаи на предмет их динамики. Как показывает практика, представление позволяет получить столь же точный образ, как и ощущения и высказывания заместителей в группе.



Нужна ли дополнительная работа после семейной расстановки?

Хайди Байтингер

Контекстуальные рамки

дополнительной индивидуальной терапевтической

работы

Клиенты приходят ко мне с разными проблемами. Большинство записываются на семинары по расстановкам, которые я провожу раз в месяц, и после их окончания я больше не вижу этих клиентов Иногда кто-то из участников семинара записывается потом на индивидуальную сессию, поскольку нужно поддержать достигнутое или потому что из скрытого пока пласта динамики связей всплыло еще одно переплетение.



Другие клиенты приходят именно на индивидуальную терапию, часто ничего не зная о семейной расстановке и не имея специального желания ее сделать.

В индивидуальной терапии основанием для меня всегда является «семейно-системное» начало. Однако я интегрирую в свою работу и другие ориентированные на решение методы краткосрочной терапии, в частности, гипнотерапию по Милтону Эриксону.

Большинство моих индивидуальных клиентов в определенный момент терапевтического процесса принимают участие в семинаре по расстановкам, особенно если расстановка на индивидуальной сессии не в состоянии развязать комплексное переплетение. Опыт показывает, что в большинстве случаев семейная расстановка является органичным завершением терапии, после чего, как правило, проводится еще максимум от одной до пяти сессий, на которых прорабатываются найденные решения.

174


Содержательные аспекты дополнительной индивидуальной терапевтической работы

Как уже было упомянуто, с дополнительными сессиями я обхожусь очень экономно. Но я на опыте убедилась в том, что в некоторых обстоятельствах целенаправленная дополнительная работа стимулирует терапевтический процесс и бывает необходима.

Иногда первой реакцией после семейной расстановки становится ухудшение симптоматики, сильное смятение и растерянность. Одна дополнительная сессия, а часто даже просто телефонный разговор помогает клиенту понять это внутреннее движение как переориентацию и внутреннее переструктурирование его души, и тогда он может более спокойно и без опасений дать этому происходить.

Стойкие идентификации

Если человек идентифицирован с другим членом системы и не может из этой идентификации выйти, дополнительная работа может помочь ему еще раз рассортировать свое и чужое, причем с упором на свое, еще раз символически более медленно и отчетливо повторить процесс возврата перенятого и прочувствовать в этом акте свое как физическое ощущение душевного состояния. Работа в трансе дает в таких случаях хорошую возможность еще раз ощутимо войти в контакт с энергетической силой этой слепой связующей любви и затем обратить эту силу на «человека-решение», например, на мать, если замещалась бывшая жена отца.

Иногда важный для клиента член семейной системы нуждается в насыщении недостающими ресурсами. Например, отцу, чтобы он мог по-настоящему быть отцом, часто бывает нужен его отец. Если в трансе клиент визуализует, как движение любви его отца принимается дедом, то обычно после этого отец кажется ему присутствующим более полно и становится более достижимым для его собственного стремления к нему.

Достижение цели прерванным движением любви

Самое большое и важное место в дополнительной работе всегда занимает достижение цели прерванным движением любви. Чтобы прерванное движение любви снова могло течь, особенно в тех случаях, когда один из родителей выказывал перед ребенком сильное пре-

175

зрение к другому, клиентам часто бывает нужна страховка, помогающая им продвинуться дальше, за рамки иногда жесткого и застопоривающегося опыта расстановки.



Пример

Когда клиентке было восемь месяцев, ее отец погиб в автомобильной аварии, виновником которой был он сам, поскольку находился в состоянии алкогольного опьянения. О своем отце она отзывалась крайне отрицательно, смотрела на него сверху вниз. Никакого движения любви в расстановке и быть не могло. Только в дополнительной работе перенятый от матери образ отца был провокативно поставлен под вопрос. Затем в состоянии транса ей был сообщен внутренний образ, что отец находится в каждой клетке ее тела, а этой зачахшей отцовской части в ней были даны внушения, чтобы она ожила и наполнилась. И несколько дней спустя клиентка пережила следующий сон наяву: она увидела свои клетки, которые выглядели как маленькие, пустые, расположенные в ряд кастрюльки, внутри которых каталась крошечная точка клеточного ядра. Вдруг в этих ядрах ожил отец, они стали расти, пока не заполнили всю клетку, и теперь у нее «везде были полные кастрюльки». После этого опыта она постоянно чувствовала глубочайший контакт со своим отцом, он был в ней, и она расцвела. Эта дополнительная работа (пять сессий) была необходима для решения, она «закольцевала» опыт, полученный клиенткой в семейной расстановке.

Если при этом клиент вербально резко сопротивляется, я использую диссоциацию сознательного и бессознательного, работаю исключительно с его бессознательным и даю ему возможность вернуться в транс, чтобы снова войти в контакт с ранними ситуациями и чувствами привязанности. Если же клиент не может или не хочет ничего вспомнить, я работаю с «как-будто-реальностями», как будто мать, например, правильно принимает ребенка и глубокое стремление в его душе может достичь своей цели — матери. Когда я метафорически описываю в трансе, где и как движение любви приходит к своей истинной цели, то чаще всего клиент реагирует живым чувством, которое я могу непосредственно подхватить — либо в воображении, либо конкретно со мной, когда я держу его как заместительница.

Идентификация и тяжелые личные судьбы одновременно

Дополнительная работа необходима и в тех случаях, когда клиенты переживают смешение идентификации и личной тяжелой судьбы или травмы.

176


Пример

Мужчина был идентифицирован с братом своего отца, которого его отец, торговец скотом, продал, когда тот был младенцем.

В личной истории клиента в его пятый день рождения повесилась мать. Клиент был совершенно отрезан от своего внутреннего мира, он походил на автомат. Чтобы сначала просто ввести его в эмоциональный контакт с самим собой, нужна была дополнительная работа на обоих уровнях (отдать должное дяде и оставить ему его судьбу, а также принять и отпустить мать). Для мужчины это был совершенно новый опыт. Расстановка помогла пролить свет на динамику; однако внутренним процессам нужна была дальнейшая поддержка.

Мой опыт показывает, что и в тяжелых случаях сексуального насилия понимание «Я рад(а) был(а) делать это ради тебя»/ «Я делал(а) это для тебя» требует повторения в индивидуальной ситуации, чтобы добраться до текущей глубоко под этим «измененной» любви и действительно разрешить ситуацию. В дополнение к этому, чтобы собственное снова обрело свое достоинство, могло излечиться и прийти в порядок, здесь полезно использовать метод диссоциации травмы, целительные ритуалы и транс.

Дополнительная работа

в случаях двойной идентификации

и с соматическими больными

Если клиент находится в двойной идентификации, он часто пребывает в стойком состоянии путаницы. И чтобы отделить свое собственное и снова в него вернуться, требуется отдельное упорядочивание и многократный возврат чужого в визуализованном повторении опыта расстановки.

Соматические больные, приходящие в связи со своим нездоровьем, также часто нуждаются в несколько более продолжительном лечении. В таких случаях я стараюсь создать символически-аналогичное пространство, рамки опыта, в которых внутреннее ощущение при чувственном обращении к больной или болезненной области тела может соединиться с найденной в семейной расстановке разрешающей силой или человеком, в котором заключается решение. В это телесно-визуальное восприятие я часто встраиваю образ воображаемой целительной сцены (как это хорошо и правильно было бы, например, с матерью) или закрепляю в нем конкретно-ощутимое хорошее чувство пришедшего к цели движения любви. Особенно благотворны, по моему опыту, «history-change» и има-

12-3705


жинация «нового фильма». Важную роль при этом играют ассоциативные образы, идеи, изменения телесных ощущений и контакте автономной внутренней автокинезией.

Пример


Женщина в течение многих лет страдала от вялости кишечника, что вызывало сильные боли, она почти не могла есть. Ее отец умер, когда ей было семь лет. Она визуализовала свой кишечник как мертвую карстовую пещеру. В трансе мы заполнили эту пещеру воспоминаниями об отце, представили себе важные ситуации ее жизненного пути так, как будто при этом присутствовал ее отец, и как бы наполнили в ней отца. При этом важное место занимало эмоциональное осуществление прерванного движения любви. Кишечник потрясающе быстро регенерировал. Эта работа длилась один час.

Через год после расстановки

За годы наблюдений за внутренними процессами, которые вызывает семейная расстановка, я часто замечала, что примерно через год после расстановки наступает «кризис», к клиенту снова «заглядывает» и проявляет себя обнаруженная в расстановке динамика. Если ее воспринимают, если ей отдают должное как тому, что было и что тоже является частью жизни, она снова может затихнуть и пройти. Кроме того, часто дает знать о себе непроработанный или новый аспект, чья «очередь» теперь энергетически настала.

Один мой клиент, которому Берт Хеллингер на семинаре сказал, что ему нужно склониться перед своей болезнью, целый год воспринимал эту фразу так, чтобы без оглядки ринуться в новые медицинские оперативные формы лечения. Спустя год он с тяжелой суицидальной симптоматикой снова пришел на несколько индивидуальных сессий. Только теперь его душа могла воспринять поклон и принять этот внутренний процесс как приносящий освобождение.

Исполнит ли терапевт желание клиента провести дополнительную работу, будет ли он — возможно, с помощью некоторых из указанных аспектов — стимулировать следующие разрешающие шаги или не пойдет в этом навстречу клиенту, поскольку за этим скрывается скорее легитимизация проблемы и попытка избежать решения, — остается на усмотрение терапевта и зависит от его восприятия.

1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   33