Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Пояснительная записка: Энциклопедический словарь художников это научное издание, содержит биографическую информацию о художниках разных эпох




страница6/10
Дата06.01.2017
Размер1.43 Mb.
ТипПояснительная записка
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

НЕСТЕРОВ Михаил Васильевич



Биография М. В. Нестерова известна по его мемуарам. Проживший восемьдесят лет художник для многих поколений воплощал живую связь эпох. Он учился в МУЖВЗ у В. Г. Перова, А. К. Саврасова и И. М. Прянишникова (1877-81, 1884-86), в Петербургской АХ у П. П. Чистякова (1881-84), входил в ТПХВ (как экспонент - с 1889 г., в качестве члена - с 1896 по 1901 г.) и был одним из членов-учредителей СРХ (1903). Поздний же этан его творчества приходится уже на 1930-е гг. В пору господства передвижнической эстетики Нестеров ищет себя в бытовом жанре ("Жертва приятелей", "Знаток", обе 1884) и историческом ("Избрание Михаила Федоровича на царство", "До государя челобитчики", обе 1886). Но к концу XIX столетия художник переходит к религиозной тематике: его привлекает аскетическая строгость монашества, красота православных обрядов, жизнь в согласии с природой. Картины этого цикла ("Пустынник", 1888; "Видение отроку Варфоломею", 1889-90; "Под благовест", 1895, и др.) окрашены созерцательным любованием; стилистически они обнаруживают влияние стиля модерн - в панорамности композиций, в чуть гобеленном цвете, в замене развернутого действия состоянием. Одновременно Нестеров занимается церковными росписями (запрестольный образ "Рождество Христово" во Владимирском соборе в Киеве, 1893-94; мозаики храма Воскресения Христова (Спаса-на-Крови) в Петербурге, 1894-96; церкви Александра Невского в Абастумане, на Кавказе, 1899-1904; фрески Марфо-Мариинской обители в Москве, 1907-11). И даже портреты его часто связаны с тем же православноцерковным кругом ("Философы", "Архиепископ", оба 1917). С москвичами из СРХ Нестерова роднят лиризм, интерес к пейзажу (активная пейзажная среда присутствует почти во всех его работах), поэтичность мироощущения. Одна из самых поэтических его работ - портрет дочери (1906), воплощающий характерную для начала XX в. грусть по нравственному идеалу и полноте бытия. В традиционном облике русской девушки из среды интеллигенции - прямой наследницы курсисток 1870-х гг. - присутствует ретроспективный оттенок, однако мечта о человеческой цельности выражена здесь реалистически-конкретно. Эта портретная конкретность сделается опорой творчества Нестерова в поздний его период: после долговременного молчания, связанного со сменой эпох, вкусов и критериев, в 1930-х гг. он целиком сосредоточится на образе человека. В самом выборе моделей виден интерес художника к творческой личности, запечатленной в порыве созидательного вдохновения. Предпочитаемая им динамическая композиция позволяет показать героев в действии: скульптор В. И. Мухина поглощена лепкой (1940), хирург С. С. Юдин делает операцию (1933) или читает лекцию студентам (1935), художники братья П. Д. и А. Д. Корины работают в своей мастерской (1930). Персонажи Нестерова - активные натуры, утверждающие в своей деятельности себя и свое время. Активны и решения портретов: художник акцентирует главное в обстановке, заботится о выразительности поз и жестов: энергия сцепленных рук академика И. П. Павлова (1935) сразу вводит зрителя в интеллектуальную атмосферу модели, а руки хирурга С. С. Юдина в портрете 1935 г. характеризуют его едва ли не глубже, чем неординарное лицо. К 1928 г. относятся два автопортрета Нестерова. И если "Автопортрет в черном", несмотря на живописную основательность, решением напоминает импрессионистически острый этюд, то "Автопортрет в белой блузе" являет собой законченную концепцию художнического бытия. Портрет иллюстрирует идею - и оттого единственным атрибутом художника оказывается туесок с кистями, и фигура на нейтральном фоне выглядит монументальным символом бескомпромиссного творческого служения

ОСТРОУХОВ Илья Семенович

Природа так щедро и разносторонне одарила И. С. Остроухова, что живопись оказалась лишь одним из этапов в его жизни. Тем не менее, он сумел создать настолько запоминающиеся образы русской природы, что навсегда вошел в историю русского искусства. Современники даже одно время (в конце 1880-х - начале 1890-х гг.) возлагали на него большие надежды, чем на И. И. Левитана. Остроухов происходил из очень богатой купеческой семьи, получил прекрасное образование, знал три иностранных языка, играл на рояле. В юности увлекался естествознанием и собрал столь значительную коллекцию образцов флоры и фауны средней полосы России, что "о молодом натуралисте знали не только русские ученые, но и европейские" (В. А. Серов). Впервые Остроухов взял в руки кисть в двадцать один год. Сначала работал самостоятельно, потом пользовался советами И. Е. Репина, И. И. Шишкина, в начале 1880-х гг. две зимы провел в Петербурге учеником знаменитого академического профессора П. П. Чистякова. В середине 1880-х гг. Остроухов уже добивается успеха. Его картины "Золотая осень" (1886-87), "Первая зелень" (1887-88) -"пейзажи настроения", как и у Левитана, но без левитановского ощущения драматизма бытия. Здесь присутствует красота жизни, но без меланхолии. Наиболее известна картина "Сиверко" (1890). Это панорамный пейзаж с высокой линией горизонта. Изображен поворот реки с песчаным обрывистым берегом, полоса леса вдали, бегущие по небу ряды серых, низких облаков и рябь на воде от резких порывов холодного ветра. Новый мотив, высокая степень обобщенности, неожиданно мощное выражение чувств, поднимающихся в душе человека от соприкосновения с живыми силами природы, - все это сделало картину Остроухова значительным явлением в живописи конца XIX столетия. П. М. Третьяков считал "Сиверко" лучшим пейзажем своей галереи. Продолжения не было. Остроухов как бы все сказал. Он почти совсем оставляет живопись, увлекшись собирательством. После смерти Третьякова он становится членом совета попечителей галереи. Создает он также и собственную замечательную коллекцию, в которой были прекрасные по художественному уровню картины русских художников XVIII и XIX вв. и уникальная подборка древнерусских икон. Остроухова - художника, собирателя, искусствоведа, эксперта, общественного деятеля и чудака - знали в Москве все. Поэтому, хотя его коллекцию и национализировали после революции, дом его в Трубниковском переулке специальным постановлением объявили музеем иконописи и живописи им. И. С. Остроухова, а сам хозяин остался в доме пожизненным хранителем своих сокровищ. К сожалению, после его смерти коллекция разошлась по крупнейшим музеям Москвы и Ленинграда



ПЕРОВ Василий Григорьевич



В. Г. Перов был добрачным сыном тобольского прокурора Г. К. Криденера, в дальнейшем сменившего казенную службу на место управляющего имением в Нижегородской губернии. Детские годы будущего художника протекали в деревне, где он имел возможность близко наблюдать крестьянскую жизнь. В 1846 г. Перов поступил в Арзамасскую художественную школу, а с 1853 г. обучался в МУЖВ. За дипломную картину "Проповедь на селе" (1861) он получил большую золотую медаль и право на заграничное пенсионерство. Одновременно он написал и картину на первоначально предложенный, но отвергнутый училищем сюжет - "Сельский крестный ход на Пасху" (1961) и обе представил на выставку ОПХ, но вторая была снята властями за оскорбление духовенства. Язвительно обличавшая российскую действительность и созвучная общественным настроениям, она принесла художнику шумный успех. В 1862 г. Перов отправился в Париж, но пробыл там гораздо меньше отпущенного ему срока. Во Франции он чувствовал себя сторонним наблюдателем и никак не мог найти тему для работы. Поэтому ему разрешили продолжить пенсионерство на родине, а когда (в 1868 г.) срок закончился - продлили еще на два года. Это было время взлета его творчества. Несколько картин, исполненных одна за другой и перекликавшихся со скорбной поэзией В. А. Некрасова, на короткий период сделали Перова самым популярным художником России. В полотнах "Проводы покойника" (1865), "Тройка. Ученики-мастеровые везут воду" (1866), "Утопленница" (1867) не было развернутого сюжета, но их немногословность давала пищу для воображения и сочувствия, а монотонная гамма тусклых тонов отвечала угрюмости царившего в них настроения. Самая сильная его работа - "Последний кабак у заставы" (1866) - представляла собой, в сущности, городской пейзаж, исполненный тоски и горечи. Немного особняком стояли картины "Дворник, сдающий квартиру барыне" (1865) и "Приезд гувернантки в купеческий дом" (1866), где были выстроены занимательные сцены, послужившие образцом для художников бытового жанра. За "Тройку" и "Приезд гувернантки" Перов получил звание академика по живописи народных сцен, потом стал профессором и преподавателем в родном училище. Он оказался отличным педагогом, чутким и внимательным, и воспитал немало прекрасных художников: Н. А. Касаткина, К А Коровина, А П. Рябушкина, А Е. Архипова, М. В. Нестерова и др. Однако в собственном творчестве Перов столкнулся с серьезными трудностями. То направление, в котором он так успешно до сих пор проявлял себя, начало отставать от стремительно развивающейся жизни, а чтобы подняться на новую ступень, художнику уже не хватало таланта. Он попытался резко изменить характер работы. Так появились картины начала 1870-х гг.: "Птицеловы", "Странник", "Охотники на привале", "Рыболов", "Голубятник", "Старики родители на могиле сына", "Ботаник" - зарисовки провинциальных типов, исполненные психологически достоверно, с массой интересных деталей. Эти работы нравились публике, но ни одна из них не стала значительным явлением. Подлинный успех художнику вновь удалось испытать, лишь обратившись к портретной живописи. Он создал ряд превосходных изображений деятелей русской культуры, в том числе А. Н. Островского (1871) и В. И. Даля (1872); с его знаменитым портретом Ф. М. Достоевского (1872) неразрывно связаны наши представления о великом п исателе. И все-таки художника продолжало тянуть к сюжетным картинам. Более десяти лет он добросовестно трудился над полотном "Монастырская трапезная" (1865-76), но картина получилась скучной. Он бросился в историю: начал большую картину "Суд Пугачева" (1875), потом взялся за другую, "Никита Пустосвят. Спор о вере" (1880-81), но и ее не закончил. Для реализации таких замыслов у него не было ни серьезного понимания истории, ни профессиональных возможностей. Жизнь Перова, трудно начинавшаяся, трудно продолжалась. Он жил бедно - картины свои продавал по дешевке, а преподавал почти задаром, чуть ли не за одно право пользоваться казенной квартирой. Быстро развившаяся чахотка оборвала жизнь этого подвижника

ПЕТРОВ-ВОДКИН Кузьма Сергеевич



Творческая судьба К. С. Петрова-Водкина складывалась счастливо. Превращение сына сапожника в знаменитого живописца, его стремительное перемещение из волжского захолустья в центры европейской культуры (Петербург, Москва, Мюнхен, Рим, Париж), его соседство с крупнейшими деятелями русского искусства в рафинированных столичных кругах - все это кажется фантастичным. В искусстве Петрова-Водкина цельно отобразился парадоксальный строй его личности: провинциально-цепкое, хозяйски-бережливое отношение к материалу духовной деятельности, с одной стороны, и космический размах гипотез, проектов, удивительная свобода мышления, интеллектуальное бескорыстие - с другой. Первые робкие опыты привели пятнадцатилетнего юношу в Классы живописи и рисования Ф. Е. Бурова (Самара). В 1895 г. с помощью меценатов он отправился в Петербург и поступил в ЦУТР. Однако спустя два года, осознавая свое живописное призвание, Петров-Водкин перешел в МУЖВЗ, которое окончил в 1904 г. Здесь ему посчастливилось работать в мастерской В. А. Серова. Кроме того, в 1901 г. он был в Мюнхене, где посещал художественную школу А. Ашбе. Годы пребывания в МУЖВЗ отмечены литературными занятиями (проза и драматургия), подчас столь интенсивными, что художник даже колебался в выборе между живописью и литературой. Путешествие в Италию, длительное пребывание во Франции, учеба в парижских студиях, знакомство с современным европейским искусством расширили художественный горизонт Петрова-Водкина, окончательно определив выбор пути. Поездка в Северную Африку послужила основой работ, показанных в парижском Салоне (1908), а затем и на родине. В 1909 г. в редакции журнала "Аполлон" состоялась первая персональная выставка Петрова-Водкина. На следующий год художник стал членом объединения "Мир искусства", с которым был связан до его роспуска (1924). Уже в ранний период творчество Петрова-Водкина отмечено символистской ориентацией ("Элегия", 1906; "Берег", 1908; "Сон", 1910); здесь, безусловно, сказалось влияние старших современников - М. А. Врубеля, В. Э. Борисова-Мусатова, П. Пюви де Шаванна; в области литературы - М. Метерлинка. Общественный резонанс первых выступлений художника носил противоречивый характер. Картина "Сон" вызвала бурную полемику и принесла молодому живописцу широкую известность, поскольку лагерь критики возглавил сам И. Е. Репин, а защиту - А. Н. Бенуа. Одни видели в Петрове-Водкине "новейшего декадента", у других с его творчеством связывались "аполлонические" ожидания, утверждение неоклассической тенденции. Сам же художник не мог судить о себе столь определенно: называя себя "трудным художником", он не лукавил. Дальнейшая эволюция показывает, что символизм художественного языка коренился в самой натуре живописца, равно как и в иконописной традиции, новое открытие которой состоял ось именно в это время. "Играющие мальчики" (1911) и особенно "Купание красного коня" (1912) знаменуют принципиально важный рубеж в творчестве Петрова-Водкина. Хотя пластическая проработка объемов вступает в известное противоречие с условностью цвета и уплощением пространства, здесь ясно прочитывается стремление к синтезу восточной и западной живописных традиций, оказавшемуся столь плодотворным. На протяжении 1910-х гг. амплитуда поисков Петрова-Водкина остается очень широкой. Рядом с холстами монументально-декоративного характера, не лишенными стилизации ("Девушки на Волге", 1915), возникают психологизированные образы в "оболочке" почти натуралистической формы ("На линии огня", 1916). Наиболее органичными представляются произведения, связанные с темой материнства, проходящей через все творчество Петрова-Водкина ("Мать", 1913; "Мать", 1915; "Утро. Купальщицы", 1917). В то же время созревают идеи, приведшие Петрова-Водкина к созданию единственной в своем роде художественной системы. На первый план выдвигается проблема пространства, находящая разрешение в "сферической перспективе". Принципиальное ее отличие от "итальянской" перспективы - в расчете на динамику зрителя. Вместе с тем это организация символического пространства, адресующая к восприятию любого фрагмента действительности с "планетарной" точки зрения. Разнообразие пространственных позиций в картине связано с законом тяготения: наклонные оси тел образуют как бы веер, раскрытый изнутри картины. Чертами такой организации отмечены многие произведения: "Полдень. Лето" (1917), "Спящий ребенок" (1924), "Первые шаги" (1925), "Смерть комиссара" (1928), "Весна" (1935) и др. Понимание пространства как "одного из главных рассказчиков картины" вместе со специфическим истолкованием роли цвета (на основе первичной триады: красный, желтый, синий) определили зрелый живописный стиль Петрова-Водкина. Космологический символизм сказывается и в портретах ("Автопортрет", 1918; "Голова мальчика-узбека", 1921; "Портрет Анны Ахматовой", 1922, и др.). Художник считал живопись орудием усовершенствования человеческой природы и стремился обнаружить в человеке проявление вечных законов мирового устройства, сделать каждое конкретное изображение олицетворением связи космических сил. Может быть, именно это позволяло ему читать судьбу по лицам. В первые послереволюционные годы Петров-Водкин особенно часто обращался к натюрморту, находя в этом жанре богатые экспериментальные возможности ("Утренний натюрморт", 1918; "Натюрморт с зеркалом", 1919; "Натюрморт с синей пепельницей", 1920). Предметы включены в то же единство всеобщей, космической связи: взятые с высокой точки зрения, в ясно обозримых пространственных отношениях, они активно взаимодействуют, общаются друг с другом на своем предметном языке. Вместе с тем натюрморты с красноречивой точностью передают суровый дух времени ("Селедка", "Скрипка", оба 1918). Многие произведения Петрова-Водкина построены по принципу двойной экспозиции ("1918 год в Петрограде", 1920; "После боя", 1923; "Смерть комиссара", 1928), что дает повод ассоциировать его живопись с языком кинематографа. На рубеже 1920-х и 1930-х гг. Петров-Водкин, вынужденный из-за болезни на время оставить живопись, вновь обратился к литературному творчеству. Именно тогда им написаны автобиографические повести "Хлыновск" и "Пространство Эвклида", в которых он широко развил свои взгляды на природу и возможности искусства. Последнее значительное произведение Петрова-Водкина - "1919год. Тревога"(1934). Хотя своим названием картина адресует к конкретным историческим событиям, она сочетает в себе контрастные смыслы и вырастает до символа целой эпохи. Тревога за отечество, за человеческие судьбы, за будущее детей в 1934 г. приобрела иной смысл, нежели в 1919-м. Ориентация на вечные ценности, присущая творчеству Петрова-Водкина, не могла быть принята советской идеологией сталинского времени. После смерти художника его имя оказалось полузабытым. Только в середине 1960-х гг. произошло новое открытие Петрова-Водкина, благодаря чему теперь ясен истинный масштаб его дарования и ценность творческого наследия.

ПЛАСТОВ Аркадий Александрович



Еще при жизни А. А. Пластов был признан классиком советского искусства. Его работы попали даже в школьные учебники. Но мы глубоко ошибемся, если воспримем Пластова как официального художника. Да, он писал заказные картины, изображал Ленина в Разливе, запись в колхоз и колхозные праздники. Да, не все в его огромном наследии равноценно. Однако лучшие его картины стали классикой не советской, но русской живописи XX в. Пластов - великий художник крестьянской России. Она смотрит на нас с его картин и портретов. Она останется в вечности такой, какой изобразил ее Пластов. Он был сыном деревенского книгочея и внуком местного иконописца. Закончил духовное училище и семинарию. С юности мечтал стать живописцем. В 1914 г. сумел поступить в МУЖВЗ, но его приняли лишь на скульптурное отделение. Параллельно учился живописи. В 1917-25 гг. Пластов жил в родном селе; как "грамотный", занимался различными общественными делами. Только во второй половине 1920-х гг. он смог вернуться к профессиональной художественной работе. В 1931 г. у Пластова сгорел дом, погибло почти все созданное к этому времени. Художнику без малого сорок лет, а он оказался практически в положении начинающего. Но еще сорок лет неустанного труда - и число его произведений приблизилось к 10 000. Одних портретов - несколько сотен. В основном это портреты односельчан. По-своему столь же уникальная серия, как и "Русь уходящая" П. Д. Корина. Ведь и эта Россия должна была исчезнуть в горниле социалистического строительства. Пластов - природный реалист. Модернистская гордыня, поиски чего-то абсолютно нового и невиданного были ему совершенно чужды. Он жил в мире и любовался его красотой. Как и многие русские художники-реалисты, Пластов убежден: главное для художника - увидеть эту красоту и быть предельно искренним. Не надо писать красиво, надо писать правду, и она будет прекраснее любых фантазий. Каждый оттенок, каждую черточку в своих картинах художник многократно проверял в работе с натуры. Непритворность, полное отсутствие того, что называют "манерой", отличает Пластова даже от тех замечательных мастеров, наследником живописных принципов которых он был, - А. Е. Архипова, Ф. А Малявина, К. А. Коровина. Пластов осознает себя продолжателем всей национальной художественной традиции. В колорите русской природы он видит чарующие краски наших старых икон. Эти краски живут в его картинах: в золоте хлебных полей, в зелени травы, в красном, розовом и голубом цвете крестьянских одежд. На место святых подвижников заступают русские крестьяне, чей труд и тяжек, и свят, чья жизнь для Пластова - воплощенная гармония природы и человека. Художник много и плодотворно работает в 1930-х гг., но первые свои шедевры он создает в военные годы. Война как народная трагедия, как посягательство на естественные и священные законы бытия - "Фашист пролетел" (1942). И нерушимость этих законов, нерушимость основ народной жизни - классически сдержанная и прекрасная "Жатва" (1945). Трагедия войны здесь скрыта, она - в отсутствии отцов и старших братьев детей, сидящих рядом с пожилым крестьянином. Невозможно остановить и победить естественное течение жизни. Ее торжество в сиянии солнечных лучей, буйстве трав и цветов, шири русского пейзажа, простой и вечной радости труда на родной земле - "Сенокос" (1945). И впоследствии в лучших своих работах Пластов удержал достигнутый уровень: "Родник" (1952), "Юность" (1953-54), "Весна" (1954), "Лето" (1959-60), "Ужин трактористов" (1951). Не случайно в названиях многих из них есть нечто обобщающее. Пластову дана редкая способность события реальной жизни, часто самые обыденные, превращать в идеальный образ, как бы открывать их сокровенный, подлинный смысл и значение в общей системе устройства мироздания. Поэтому он, современный русский реалист, так естественно продолжил классическую художественную традицию. Вот молодая женщина на минуту выбежала из бани, чтобы поплотнее укутать дочку ("Весна. В бане", 1954). Но не сестра ли она красавицам из "Весны" и "Рождения Венеры" С. Боттичелли? Вот замечтался, глядя вдаль, мальчишка-подпасок ("Витька-подпасок", 1951). Но не брат ли он молодому человеку из "Завтрака на траве" Э. Мане? А эта девушка, что замерла у родника с коромыслом на плечах ("Родник"), - не стала ли она столь же вечным источником гармонии, что и прелестная юная особа из "Источника" Д. Энгра? Неизбывное счастье бытия, неизъяснимо сладкое чувство Родины буквально изливаются на нас с картин Пластова. Но... Та Россия, которую так любил Пластов, частью которой он был, уже на его глазах уходила в прошлое. "Из прошлого" (1969-70) - так и называется одна из последних крупных работ художника. Крестьянская семья в поле, во время короткого отдыха. Все так естественно просто и так значительно. Крестьянское святое семейство. Мир гармонии и счастья. Частица рая на земле

ПОЛЕНОВ Василий Дмитриевич



С конца 1870-х гг. искусство и сама личность В. Д. Поленова были окружены не просто славой, но прямо-таки восторженным поклонением художественной молодежи. Краски его картин казались современникам сверкающими и чарующими, воспринимались как живописное откровение. Сейчас эти восторги трудно разделить полностью, но так было... Поленов родился в интеллигентной и родовитой дворянской семье. Отец - крупный чиновник и вместе с тем историк-археолог. Мать любительски занималась живописью. Сын унаследовал оба таланта - научный и художественный. В родительском имении Имоченцы на берегу реки Оять в Олонецкой губернии встретился юный Поленов с прекрасной русской природой. А в 1858 г. он впервые увидел "Явление Христа народу" А. А. Иванова. Как выяснится позже, эти две встречи окажутся важнейшими в судьбе Поленова-художника. Поленов был разносторонне одаренным и широко образованным человеком. Учился параллельно в Петербургском университете и АХ. В 1871 г. он получает диплом юриста и, одновременно с И. Е. Репиным, большую золотую медаль за конкурсную картину "Воскрешение дочери Иаира". Однако прошло еще несколько лет, прежде чем Поленов действительно обрел себя как художник. Он едет в Германию, Италию, Францию (в качестве пенсионера АХ), пишет исторические и жанровые картины, портреты. Но все более его влечет к себе пейзаж, живопись на открытом воздухе - пленэр, чистые краски. Он изучает работы замечательных французских пейзажистов, прежде всего барбизонцев. Учится непосредственно, а не через академические схемы видеть и понимать природу, постигать ее великую гармонию. В 1876 г. Поленов возвращается в Россию. В 1878 г. на XII выставке ТПХВ появляется ныне знаменитый "Московский дворик". В этой наполненной солнцем картине художнику удалось соединить непосредственность и свежесть пленэрного восприятия со столь характерным для русской пейзажной традиции целостным и одновременно интимно-теплым ощущением мира. "Московский дворик" - действительно целый мир, в котором каждая деталь выглядит бесконечно значимой и родной; в котором "сходятся" барская усадьба и жилища бедняков; который начинается фигурой ребенка на переднем плане и словно врастает в бездонное небо сверкающими в солнечных лучах маковками церкви. Человеческий мир здесь - часть безбрежно-гармоничного мира природы. Последующие работы Поленова - "Бабушкин сад" (1878), "Заросший пруд" (1879), этюды 1881-82 гг., выполненные во время поездки в Грецию и на Ближний Восток, - упрочили за ним славу одного из лучших русских пейзажистов. Он, в сознании современников, первым в таком объеме ввел в русскую живопись "европейское влияние" (А. М. Васнецов), то есть принципы пленэрной живописи: чистые и более открытые краски, цветные тени, свободный мазок. В 1882-94 гг. Поленов ведет пейзажный класс МУЖВЗ. Его учениками были И. И. Левитан, К А. Коровин, А. Е. Архипов, А. Я. Головин и другие известные впоследствии мастера. Во многих поздних пейзажах художника настойчиво повторяется мотив реки, неторопливо текущей вдаль среди бескрайнего пространства русской равнины ("Ранний снег", 1891; "Золотая осень", 1893, и др.). Это - Родина. Такой Поленов помнил ее с детства. Пейзажи - лучшее в его наследии. Но сам художник мечтает пойти дальше. Он лелеет грандиозный замысел - хочет продолжить дело А. А. Иванова: "...создать Христа не только грядущего, но уже пришедшего в мир и совершающего свой путь среди народа". Иванову не удалось поехать в Палестину. Поленов дважды побывал там. Он изучает пейзаж, архитектуру, людские типы. В 1888 г. художник заканчивает самую крупную свою картину - "Христос и грешница". Вслед за ней появляются "На Генисаретском (Тивериадском) озере" (1888), "Мечты (На горе)" (1890-1900-е) и еще десятки работ серии "Из жизни Христа" (1899-1909). В своем интересе к личности Христа Поленов не одинок среди русских художников конца XIX в., но, пожалуй, наиболее последователен. Он стремится изобразить Иисуса нравственно совершенным и в этом смысле идеальным, но одновременно и просто человеком в конкретной исторической обстановке среди реального пейзажа. Помимо Евангелия, художника вдохновляла знаменитая книга Э. Ренана "Жизнь Иисуса". Поленов пытался освободить изображение евангельского предания от складывающихся веками штампов и представить: а как же было на самом деле? Тут уж в нем говорил Поленов-ученый. Опираясь на его знания, Поленов-художник словно грезил наяву... Но, при всем таланте, он не обладал гением Иванова. "Библейские эскизы" последнего воспринимаются как дарованное художнику индивидуальное духовное откровение, а евангельские сюжеты Поленова - как талантливая, искренняя и живая по чувству, но - реконструкция. Этому впечатлению способствуют и сами используемые художником принципы пленэрной живописи, которые возникли в свое время для передачи зрительного восприятия живого и вечно изменчивого мира. Эта двойственность присутствует и в знаменитой картине "Христос и грешница" (авторское название "Кто без греха?" цензура заменила на "Христос и блудная жена"). Поленов стремился показать Христа как гуманиста, противостоящего изуверскому догматизму фанатиков (по закону, уличенных в измене жен побивали камнями). Вдохновляла его и благородная идея защиты достоинства и равноправия женщины. Изображение Христа в исторической реальной одежде и обстановке было новаторским. Удивляла современников и яркость красок. Но Поленов использовал новые живописные принципы в целом академической по характеру композиции и потому не сумел добиться необходимой убедительности. Задний план картины напоминает театральную декорацию. И это не случайно. Поленов много работал в театре и был одним из зачинателей реформы театрально-декорационного искусства, которая дала столь блестящие результаты в начале XX в. Он, вообще, считал, что театральное действо должно прийти на смену церковном у. В Москве на его средства был построен Дом театрального просвещения (1915). Общественная активность Поленова проявилась и в поданном в АХ протесте (совместно с В. А. Серовым) в связи с событиями 9 января 1905 г. В своей усадьбе Борок на берегу Оки, где написаны многие пейзажи мастера, он собрал художественную коллекцию для открытия общедоступного музея. Сейчас там Музей-усадьба В. Д. Поленова.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

  • ОСТРОУХОВ Илья Семенович
  • ПЕРОВ Василий Григорьевич
  • ПЕТРОВ-ВОДКИН Кузьма Сергеевич
  • ПЛАСТОВ Аркадий Александрович
  • ПОЛЕНОВ Василий Дмитриевич